Реферат: Функционирование фразеологических единиц в газетных статьях

--PAGE_BREAK--Разговорные фразеологические обороты – к нм относится большая часть фразеологических сращений, единств и пословиц, которые были образованы в живой народной речи. Эти фразеологические обороты обладают ярко выраженной экспрессивностью, чему способствует их метафоричность, например: играть в бирюльки, с миру нитке, голому рубашка, мутить воду, на краю света и другие. Среди разговорных фразеологических оборотов можно выделить группу тавтологических, устаревших словосочетаний, экспрессивность которой выражена повтором слов, имеющих одинаковый корень, например: тьма тьмущая, дурак дураком, чин чином и другие.
Очень яркую эмоционально-экспрессивную окраску шутливости содержат фразеологические обороты каламбурного характера, например: без году неделя, от жилетки рукава, без задних ног и другие.
Просторечные фразеологические словосочетания имеют более сниженный стилистический характер, чем разговорные, например: показать кузькину мать, благим матом, драть козла и другие.
Эта группа фразеологизмов характеризуется ярко выраженной эмоциональностью чаще они имеют отрицательную окраску: неодобрительности, например: мелкая сошка, совать нос, чесать язык; пренебрежительности, например: канцелярская пресса, крапивное семя, гайка слаба; бранности, например: продувном бестия, олух царя небесного, старая перечница и другие.
 Категориальными признаками фразеологизмов считаются три: лексическое значе­ние; компонентный состав; наличие грамматических категорий. Два из этих признаков — лексическое значение и грамматические категории сближают фразеологизм и слово. Например, они могут выступать в ка­честве синонимов: заморить червячка — перекусить, в один голос — од­новременно, пустить пузыри — утонуть. Фразеологизмы, как и сло­ва, способны вступать в любые виды синтаксической связи с другими членами предложения: согласование (Моё, твоё дело маленькое). Не слыхал, чтобы такие тертые калачи, этакие стреляные воробьи ис­правлялись. К. Федин), управление (Дедушка даст тебе жару. И. Арамилев; Я на тебя сердце не держу, и ты на меня не держи. Г. Николае­ва), примыкание (Это была вспыльчивость в соединении с его старою гусарскою привычкой давать волю рукам. Л. Толстой; Ничего не де­лаем, работаем спустя рукава. С. Антонов).
       Более узкое понимание фразеологизмов чаще всего сводится к признанию таковыми только идиом, т.е. фразеологических сращений и фразеологических единств. Например, В.И. Мокиенко в предисло­вии к «Словарю русской фразеологии» (историко-этимологический справочник) пишет: «В корпус словаря включены в свою очередь фразеологизмы в узком смысле слова, т.е. русская идиоматика и те интернациональные обороты, которые характеризуются относитель­ной устойчивостью, воспроизводимостью в готовом виде. целостным значением и экспрессивностью».[5,33] Однако у сторонников узкого, «иди­оматического» подхода к фразеологии не прослеживается последова­тельность. Так, в продолжение приведенного высказывания о призна­нии фразеологизмами только идиом В.М. Мокиенко добавляет: «В справочник вошли также некоторые пословицы, устойчивые составные термины, номенклатурные словосочетания, перифразы и крыла­тые слова, которые либо в какой-то мере претерпели фразеологизацию, либо стали основой для образования фразеологизмов в узком смысле слова».[7,33] Например, веселие Руси есть пити, лучшее враг хоро­шего, властитель дум, власть тьмы, зеленая волна, ничто не вечно под луной.
    Таким образом, теория «идиоматиков» при ее практической реали­зации, например, при составлении словарей, наталкивается на сопро­тивление конкретного материала, поддержанное различными экстра­лингвистическими факторами.
     При всей несогласованности среди лингвистов в понимании фразе­ологизмов, при разном толковании семантики связанных словосоче­таний и предложений, воспроизводимых в речи в фиксированном со­стоянии, вся их совокупность, имеющаяся в языке, называется фразе­ологией. Теперь обратимся к рассмотрению тех «пограничных зон», составляющие которых не всегда и не всеми признаются фразеоло­гизмами. Но наш взгляд в контексте темы  данного исследования эти «пограничные зоны» мы тоже должны проанализировать.
1. Пословицы и поговорки. Пословица — это «устойчивое в рече­вом обиходе, ритмически и грамматически организованное изрече­ние, в котором зафиксирован практический опыт народа и его оценка определенных жизненных явлений. Выступает в речи  как само­стоятельное предложение» (9,62). Например: По одежке встречают, по уму провожают. Не родись красивой, а родись счастливой; С лица воды не пить.
Поговорка — это «устойчивое в речевом обиходе изречение, образ­но определяющее какое-либо жизненное явление, прежде всего с точ­ки зрения его эмоционально-экспрессивной оценки» (Там же). Напри­мер: в тесноте, да не в обиде; одного поля ягода; в пух и прах.
     Различие между пословицей и поговоркой большая часть лингвис­тов видит в том, что пословица выступает в речи обычно как самосто­ятельное суждение, а поговорка — как фрагмент его и окончательное оформление получает лишь в контексте. Так, приведенные поговор­ки могут быть представлены только в предложении: Эти дружки од­ного поля ягоды. Они разругались в пух и прах.
    И все же различия между многими пословицами и поговорками бывают настолько незначительными, что они часто отождествляют­ся, а некоторые языковеды выделяют особый разряд пословично-поговорочных выражений. Одни слова в них употребляются в прямом смысле, другие — в переносном: Мать и дочь — темная ночь. Следова­тельно, пословично-поговорочные выражения совмещают в себе осо­бенности пословиц и поговорок.
По отношению последних к фразеологизмам имеются различные точки зрения. Одни ученые признают пословицы и поговорки фразе­ологизмами на основании их устойчивости и воспроизводимости. Другие, не признавая устойчивость и восприимчивость в качестве катего­риальных признаков, выводят пословицы и поговорки за рамки фра­зеологизмов. Третьи решают вопрос компромиссно. Поговорки они относят к фразеологизмам, так как эти языковые единицы обладают не только устойчивым составом компонентов и воспроизводимостью, но и смысловой целостностью; будучи синтаксически нечленимыми, выступают в предложении, подобно словам, в определенной функции. Например: Эти люди — одного поля ягода, где выделенная курсивом поговорка выполняет роль сказуемого; на тебе сошелся клином бе­лый свет, здесь поговорка выступает в роли главных членов предло­жения.
Пословицы же этими лингвистами не включаются в состав фразе­ологизмов, так как, обладая устойчивостью и воспроизводимостью, они ни семантически, ни синтаксически не являются целостными еди­ницами. Так, пословица Не место красит человека, а человек-место представляет собой сложносочиненное предложение. Первая часть в нем является двусоставным полным предложением, в котором имеет­ся подлежащее место, сказуемое красит, прямое дополнение челове­ка; вторая часть — двусоставное неполное предложение с подлежащим человек, прямым дополнением место и опущенным сказуемым кра­сит. Семантически и синтаксически делимы, по существу, все посло­вицы: Не имей сто рублей, а имей сто друзей; Лучше поздно, чем ни­когда: В гостях хорошо, а дома лучше; По одежке встречают, по уму провожают.
2. Речевой штамп (стандарт, клише) — это «стилистически окра­шенное средство языка, которое сознается говорящими как «готовая», устойчивая и часто употребляющаяся формула» (9,72). Структур­но стандарты могут представлять собой слово, словосочетание, пред­ложение. Так, в советское время определение всемирно-историчес­кий прибавлялось чуть ли ни к каждому решению партийных съездов.
В горбачевские же годы широко использовалось стандартное сло­восочетание социалистический выбор, употребление которого было связано с дискуссиями по вопросу дальнейшего развития политичес­кой и экономической системы страны: «Мы простились со зрителями фильмов о жизни советских шахтеров. Сняли 1100 минут — отобрали из них 80, но только правды. Это был наш некролог тому, что называ­ют «социалистическим выбором». Некролог системе, из поколения в поколение плодившей бесправных рабов» (Моск. новости, 1991).
«Отклики трудящихся» в газетах начинались так: "Я Пастернака не читал..." и т.д. Тем не менее, все критиковали непрочитанный ро­ман, но, главное, требовали распять писателя. И ставшие притчей во языцех «отклики трудящихся», нередко готовившиеся в редакциях газет и журналов самими сотрудниками, и закрепившаяся в употреб­лении стереотипная фраза: "Я такого-то не читал, но" — это все на­глядные примеры речевых стандартов, кочевавших по страницам тог­дашней печати.
Речевые стандарты (штампы) чаще всего встречаются в деловых документах, где они нужны (убедительно просим, учитывая вышеиз­ложенное, в соответствии с законом, считаем нужным сообщить) и в публицистике, где бывают излишни (всемерно поддерживаем, охва­ченные единым порывом). Однако употребляемые в этих стилях речи стандартные выражения могут перекочевывать в обиходную речь но­сителей языка и получать в ней широкое распространение. Большинство лингвистов речевые стандарты к фразеологии не от­носят, считая, что они, хотя и характеризуются устойчивостью и вос­производимостью. не имеют важнейших признаков фразеологизма — семантической целостности и синтаксической слитности его компо­нентов. Только последние дают возможность словосочетанию высту­пать в роли единого члена предложения.
3. Лозунги, призывы не могут быть по тем же причинам отнесены к фразеологизмам. Между тем лозунги и призывы окружали совет­ских людей начиная с 1917 г. со всех сторон. Приведем примеры:
«Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», «Да здравствует 7-часовой рабочий день — детище Октября», «Планы партии в жизнь!», «Безжалостно раздавим презренных наймитов буржуазии из зиновьевско-троцкистской своры!». «Пусть живет в веках имя и дело Ленина!», Слава родному и любимому Сталину — вождю всех времен и наро­дов!".
С недавнего времени в употребление было запущено слово, заим­ствованное из английского языка, — слоган. Оно означает короткий лозунг, призыв, выражающий какой-либо взгляд или представляю­щий рекламу товара; сжатую, ясную и легко воспринимаемую форму­лировку рекламной идеи. Например: Её [финской компании] основ­ной слоган "По соседству — отличное качество'". Основной реклам­ный слоган компании«Думай иначе» призывает пользователей ПК [персональных компьютеров] «сменить ориента­цию» (Из газет).
Слоган, как лозунг или призыв, характеризуясь устойчивостью и воспроизводимостью, в то же время не имеет семантической и синтак­сической целостности, а потому его отнесение к фразеологизмам бы­ло бы также неоправданным.
4. Крылатые слова. В русистике для обозначения различных по структуре образных слов (Иуда) и устойчивых синтаксических конст­рукций {пара гнедых, любви все возрасты покорны}, которые по про­исхождению связаны с каким-либо литературным источником или об­щественным деятелем, с середины XIX века употребляется термин крылатые слова, введенный немецким ученым Бюхманом в книге с аналогичным названием (1864 г.). Энциклопедия «Русский язык» к крылатым словам безоговорочно относит только «устойчивые изре­чения, появившиеся в языке из определенного литературного, публи­цистического и научного источника», а также «высказывания истори­ческих деятелей, получившие широкое распространение в речи». В ЛЭС к крылатым словам тоже относят лишь афоризмы и сентенции, структурно равные предложению, что подтверждается и приведен­ными примерами типа Быть или не быть — вот в чем вопрос.
Возвращение к бюхмановскому пониманию крылатых слов можно проследить в работах С.Г. Шулежковой. в которых они являются предметом специального исследования. Признавая неразработан­ность терминологического аппарата крылатологии и опираясь на ма­териал, извлеченный из широкого круга источников, автор вводит в научный оборот термин крылатые единицы как родовой для обозна­чения собственно крылатых слов (Венера, Скалозуб), а также крыла­тых выражений, структурно представляющих словосочетание (пара гнедых) и предложение (Молодым везде у нас дорога). Это определен­ный шаг вперед в разработке терминологического аппарата крылато­логии.
Можно ли крылатые выражения относить к фразеологизмам? Ду­мается, только ту ее часть, которая представлена словосочетаниями.
    Они действительно являются устойчивыми словосочетаниями, имею­щими переносное значение и употребляющимися в роли одного члена предложения, т.е. семантически и синтаксически неразложимыми. Например, халиф на час — это человек, наделенный или завладевший властью на короткое время; выражение восходит к арабской сказке с аналогичным названием из сборника "Тысяча и одна ночь". Напри­мер, "Керенский между двумя жерновами, — не тот, так другой со­трет… Он халиф на час (М. Шолохов). Летучий голландец — леген­дарный образ капитана, обреченного вместе со своим кораблем вечно носиться по морю, не приставая к берегу; корабль этого капитана. Выражение является калькой с нем., получи­ло известность благодаря опере Р. Вагнера «Летучий голландец»:
«Слышал от Коли о Летучем голландце, об этом вечном скитальце морей, с черными парусами и мертвым экипажем» (А. Куприн). В пер­вом из приведенных предложений халиф на час выступает в роли ска­зуемого, во втором предложении Летучий голландец — в роли допол­нения.
5. Несколько особняком от рассмотренных типов синтаксических конструкций, близких по тем или иным признакам к фразеологизмам, стоят составные наименования, большинство из которых является терминами. Особенность им придает то, что они, как правило, лише­ны экспрессивно-оценочных свойств, будучи обычно стилистически нейтральными. В этом отношении они более всего сходны с фразео­логическими сочетаниями типа оказать влияние, принять решение. Некоторые лингвисты различают в них все четыре разновидности фразеологизмов, выделенных в свое время академиком В.В. Виногра­довым: так, составные термины «кесарево сечение и железная дорога являются (как семантически немотивированные и безобразные) фра­зеологическими сращениями: белый гриб и слепая кишка, обладаю­щие образностью, являются фразеологическими единствами; фрика­тивные звуки и вопросительный знак, включающие в свой состав слова с фразеологическим значением, являются фразеологическими сочетаниями, а политическая экономия и социалистическое соревно­вание, значение которых равно сумме значений образующих их слов, — фразеологическими выражениями» (9, 64).
    Конечно, ряд составных терминов, компоненты которых по степени семантической спаянности аналогичны составляющим фразеологиз­мы, может быть продолжен: беглые гласные, косвенная речь, красная строка, одушевленные существительные; божья коровка, анютины глазки и т.д. Однако хотим обратить внимание на то, что основная мас­са составных терминов (а их насчитывается в настоящее время десятки тысяч в разных науках) образуется не за счет развития в них «образного стержня», а посредством расширения производящих терминов распространителями, присоединенными к ним справа или слева, что ведет не просто к дифференциации значения этих терминов, а к сужению, дета­лизации первоначальных понятий, обнаружению в них новых отличи­тельных черт, обозначению новых сущностей. Например, деятель­ность: брокерская деятельность, депозитивная деятельность, дилерская деятельность, деятельность по ведению и хранению реес­тра акционеров, деятельность по ведению реестра владельцев цен­ных бумаг и др. Все приведенные составные наименования являются терминами и имеют в федеральных законах официальные дефиниции.
     Следует добавить также, что главной функцией составных наиме­нований — в отличие от собственно фразеологизмов — является не эмо­ционально-оценочная, а номинативная. Составные наименования ис­пользуются в большинстве случаев для называния новых предметов и явлений, открываемых человеком в процессе познания окружающей действительности, что не просто сближает их с обычными словами (однокомпонентными терминами), но и приравнивает двухкомпонент­ные и многокомпонентные наименования по целостности семантики и синтаксической роли к однокомпонентным. Все это свидетельство того, что составные наименования такого рода должны рассматри­ваться в составе не фразеологии, а лексики.
   Обобщая сказанное, можно констатировать, что понятие фразео­логизма в науке неоднозначно и даже противоречиво. Сам термин мо­жет пониматься в узком и широком смысле. В узком понимании фра­зеологизмы включают только идиоматику — фразеологические сращения и фразеологические единства. В расширенном понимании сюда входят также фразеологические сочетания, поговорки и крылатизмы в форме словосочетания. В группу собственно фразеологизмов их объединяют четыре признака: лексическое (фразеологическое) значе­ние, компонентный состав, лексико-грамматическая соотнесенность с ча­стями речи, способность выступать в роли одного члена предложения.      
    продолжение
--PAGE_BREAK--Од­нако для наиболее типичных из этих фразеологизмов характерны также устойчивость, хотя и относительная, воспроизводимость, возможность структурных вариантов, экспрессивно-оценочная окрашенность.
К фразеологизмам в самом широком понимании этого слова, кро­ме перечисленных разрядов, могут относиться пословицы, речевые стандарты (штампы, клише), лозунги, призывы и слоганы, а также крылатизмы в форме предложений и составные наименования, обла­дающие образным стержнем.
    Вследствие различий в понимании фразеологических единиц, их рассмотрение в лингвистических работах должна предварять оговор­ка, конкретизирующая это понимание данным автором, чтобы не запу­тывать и без того сложный путь к познанию этого языкового явления.
1.2. Роль фразеологизмов на страницах «Новой газеты»
Журналисты обращаются к фразеологическим богатствам родного языка как к неисчерпаемому источнику речевой экспрессии. Выразительна их речь, благодаря частому обращению к пословицам, поговоркам. В газетных статьях фразеологизмы часто употребляются в их обычной языковой форме с присущим им значением, как правило для   стремления журналистов усилить экспрессивную окраску и привлечь внимание читателей к самой статье.
Введение в текст фразеологизмов обусловлено стремлением авторов усилить экспрессивную окраску речи. Например: '' ''Волга'' вместе с ее лихими водителями словно сквозь землю провалилась ''. (НГ, от 3..0.3.2006 ). Присущая фразеологизмам образность оживляет повествование, придает ему шутливую, ироническую окраску.
Особенно любят использовать фразеологизмы журналисты разговорную, стилистически сниженную фразеологию, прибегая нередко к смешению стилей для создания комического эффекта: '' … Обосновался и давай во всякую щель свой нос совать. Ох, и мастер он строить козни … '' (НГ от 3.03. 2006).
Яркий стилистический эффект создает пародийное использование книжных фразеологизмов, употребляемых нередко в сочетании с стилевыми лексико-фразеологическими средствами: '' … призывала дать по рукам добытчикам черного золота, распоясались добытчики зеленого…'' (НГ от 5.-02. 2007).
Важно подчеркнуть, что во всех этих случаях фразеологизмы употреблены в их традиционной языковой форме с присущим им, хорошо всем известным значением.
Сама природа фразеологизмов, обладающих явной образностью, стилевой окраской, создает предпосылки для их использования в экспрессивной и прежде всего в художественной и публицистической речи. При этом ничего принципиально нового в употреблении фразеологизмов писатель не вносит, он черпает экспрессию из готового национального источника.
Эстетическая роль фразеологических средств определена заложенной в них образностью и эмоциональностью, а также умением автора отобрать нужный материал и ввести его в текст. Такое употребление фразеологизмов обогащает речь, служит ''противоядием'' против речевых штампов.
Однако возможности применения фразеологизмов значительно шире, чем простое воспроизведение их в речи.
Фразеологическое богатство языка оживает под пером талантливых журналистов  становятся источником новых художественных образов, шуток, неожиданных каламбуров. Художники слова могут обращаться с фразеологизмами и как с ''сырьем'', которое подлежит ''творческой обработке''.
В результате фразеологического новаторства публицистов возникают оригинальные словесные образы, в основе которых ''обыгранные'' устойчивые выражения. Творческая обработка фразеологизмов придает им новую экспрессивную окраску, усиливая их выразительность. Чаще всего писатели преобразуют фразеологизмы, которые имеют высокую степень устойчивости лексического состава и выполняют в речи экспрессивную функцию. При этом измененные фразеологизмы сохраняют художественные достоинства общенародных-образность, афористичность, ритмико-мелодическую упорядоченность.
Фразеологизмы, как правило, употребляются в самой статье, включенные в предложения и в заголовках.
Например:
 Бразды правления взяли в руки члены Совета Думы.(Новая газета ,2004,№45), (далее НГ)
 Анатолий Лукьянов тряхнул стариной (НГ,2003,№41)
Присущая фразеологизмам образность оживляет повествование, нередко придает ему шутливую, ироническую окраску:
·      «Поматросил и бросил » (НГ, 2апреля, с.г.). О строительстве на территории Воронежской области завода по переработке семян подсолнечника.
·      «Время убирать камни» (НГ, 2апреля, с.г. ). Статья посвящена предстоящему месячнику субботников.
·      «Оборотная сторона медалей» (НГ, 26февраля, с… г) Статья о выявленных жителях Северной Осетии, выдавших себя за офицеров Российской Армии и не являющихся таковыми.
·      «Что имеем — не храним» (НГ, 26февраля, с.г) Реклама нового фильма о жизни семейной пары.
·      « Вот и сказке конец» (НГ, 26февраля, с.4).Судьба сборной команды города Воронежа по гандболу, не прошедшей в очередной этап соревнований.
·      «Кем богаты, тем и рады» (НГ 2апреля, с.г). Вручение воронежцам и жителям области наград.
  Абсолютное начало текста (заголовок) — типичная позиция для фразеологической единицы, так как в этом случае употребление фразеологизма помогает проективно задавать оценку описываемому материалу, заинтересовать читателя, направить его внимание.
  Фразеологические единицы, на газетной полосе выполняют несколько функций. Обычно выделяют главные функции:
должен сообщать о каком-либо факте или событии
 функцию рекламы
 должен привлекать внимание читателя,
заставить его знакомиться с корресподенцией.
  Принято считать, что специфика заголовков — фразеологических единиц состоит в том, что они, как правило, дают образную характеристику и оценку публикуемому материалу, при этом, не раскрывая его содержания. Отсутствие функций информации объясняется широтой семантики фразеологической единицы, приложимостью ее к различным ситуациям. Поэтому текст корреспонденции, озаглавленный фразеологизмом, обязан во-первых, раскрыть фактическую подоплеку образного заголовка, во-вторых, подтвердить правомерность оценки, и, наконец, подкрепить саму оценку. В связи с этим представляется целесообразным рассмотреть функционально-стилистическую соотнесенность заголовков — фразеологических единиц с текстами различных жанров газеты.
  Ряд корреспонденций, озаглавленных фразеологизмами, не имеет соотнесенности конкретно с этой же единицей в тексте. Необходимо отметить, что это явление достаточно редкое, обычно, как показывает анализ, журналисты стремятся вернуться к фразеологизму в тексте, обыграть его и тем самым повысить его экспрессивно-оценочную программу. В этой публикации материал в целом раскрывает смысл оценки заголовка, подкрепление ее будет осуществляться в основном за счет нейтральной или экспрессивно-окрашенной лексики. Например:
  В публикации под названием “Есть еще порох в пороховницах” присутствует положительная оценка, выражения в самом заголовке. В статье речь идет о встрече депутата парламента РК Александра Милютина с участниками войны и тружениками тыла.
  Таким образом, фразеологизм семантизируется в тексте конкретным высказыванием: “Как в минуты фронтового отдыха, ветераны лихо отплясывали. И, конечно не обошлось без песен военных лет”.
 Есть еще порох в пороховницах. Вера Кропачева (НГ, № 19 от 13.03.05).
  Журналисты по-разному строят материал, с фразеологическими единицами, но все это подчинено одному: четко, емко, ярко дать интерпретацию темы статьи, раскрыть сущность описываемого факта. подтвердив Иногда это делается очень своеобразно. Материал строится “зеркально семантическому содержанию” фразеологической единицы валить с больной головы на здоровую — “перекладывать вину с виноватого на невиновного”. Интересно, что оценка фразеологизма-заголовка поддерживается в тексте через синонимичную фразеологическую единицу “ставить с ног на голову”.
  Необходимо отметить тот факт, что журналисты, используя в заголовках фразеологизмы, не “прикрепленные” к определенной политической ситуации, как правило, внизу (после заголовка) дают подстрочник, указывающий на содержание материала. Например:
 Карлыгаш Айтколиева “НГ” №10 от 13.02.06.
Журналисты обновляя семантику фразеологизмов, нередко вос­станавливают первоначальное значение входящих в них слов.
«Пти­цефабрику разнесли в пух и прах»
Томилинскую пти­цефабрику разнесли в пух и прах, причем в пух даже больше, чем в прах: не­сколько дней обезумевшие от бомбежки куры, отчаянно кудахча, в полной панике носились по окрестностям Томилина. Автор как бы возвращает­ся к свободному употреблению слов в пух и прах, образовавших устойчивое сочетание, и обыгрывает их обычное лексическое значение. В результате проис­ходит двуплановое осмысление фразеологизма. Еще пример: «Не в бровь, а в глаз учителю химии»
Не в бровь, а в глаз учителю химии попал пятиклассник Сеня Орликов горошиной из специ­альной трубочки. До слез растроганный педагог скоро выпишется из боль­ницы (НГ, №29, 2005) Возникающая при этом так называемая внешняя омонимия фра­зеологизма и свободного словосочетания рождает каламбур. На двуплановом осмыслении фразеологизмов основаны многие шутки: «Пьеса наделала много шуму»
«Пьеса наделала много шуму»: во всех ее действиях. стреляли: Мудрецы и зубные врачи смотрят в корень. Пожарный всегда работает с огоньком; Радио будит мысль. Даже в те часы, когда очень хочется спать (Ком. Правда, 24 июня,2004).
  Второй план значения фразеологизма может выявляться при чтении  текста: Попал в переплет, но утешился, прочитав свое имя на облож­ке; Беда никогда не приходит одна: и его сочинение вышло в двух томах  («КП от 5 матра»). Иногда двуплановое значение фразеологизма выясняется лишь в широ­ком контексте. Так, читая заглавие статьи «Битая карта», мы вначале восприни­маем его в обычном значении — полная неудача чьих-либо замыслов. Однако в статье рассказывается о географической карте Гитлера в последние месяцы вой­ны (Это карта конца. Она лишена угрожающих стрел наступления и флан­говых ударов. Мы видим плацдарм, сжатый до пятачка, и нервически нане­сенные на сетку дорог полукружья — последние очаги сопротивления. — А. К.). Это заставляет воспринимать заглавие статьи по-новому, наполняет его иным смыслом, обогащая образное значение фразеологизма.
  Группа текстов, где заголовочная фразеологическая единица обыгрывается в финале текста, является самой представительной в количественном отношении. Это закономерно для текстов политической направленности, т.к. во-первых, перекличка заключения с заголовком обычно придает стройность всему материалу, делает его завершенным в композиционно-структурном отношении, во-вторых, оценочность, заложенная в фразеологизме — заголовке, который настраивает читателя на определенное восприятие материала, при таком построении получает свое подтверждение в форме вывода, а это служит средством усиления, укрепления позиции автора в отношении к описываемым фактам и явлениям. Возьмем для анализа конкретный материал. В большинстве текстов этой группы финальная фразеологическая единица употреблена в той же форме, что и заголовочная, без ее изменения. Она дает оценку той информации, которая заложена в тексте.
  Так «Большая дубинка”снова противопоставляется воле народов Латинской Америки к свободе и независимости. Но судя по всему, пока разговор с Вашингтоном идет на разных языках».  Разговор идет на разных языках.( Андрей Пий. “НГ” №30 от 22.03.2006 г).
  Вопрос о том, считать ли заголовки — фразеологические единицы “нулями” в содержательном плане, т.е. полностью отрицать у них функцию информации, представляется нам проблематичным. Действительно, широта семантики фразеологических единиц, как уже было сказано выше, позволяет с их помощью характеризовать различные ситуации.

Глава 2.Трансформация фразеологических единиц и их роль в языке «Новой газеты»
2.1  Приемы использования фразеологизмов на страницах «Новой газеты»
Часто фразеологизмы вводятся в текст без изменения их значения и формы. В этом случае авторы используют абсолютные выразительные средства русской фразеологии – образность, экспрессивность, эмоциональность.
Журналисты часто используют фразеологизмы в разных синонимических рядах. Излюбленный прием – градация – стилист. Фигура составляющая в таком расположении слов и словосочетаний, при котором каждое последующее заключает в себе усиливающийся смысл или эмоционально-экспрессивное значение, благодаря чему создается нарастающее впечатление, производимое словом или словосочетанием. Например: '' ______ ______, клевещет, несет чушь, смешивает были с небылицами ''.  (Н. Рябчиков).
Действенный прием введения фразеологизма в текст – антитеза, то есть использование их в антонимичном ряду, например: '' Дело не в том, по какой стороне ехать, а в том куда ехать и на чем – в заложенной карете прошлого или локомотиве будущего ''. образовалось на основе: '' в карете прошлого никуда не уедешь''.(НГ от 5.03.2007) Противопоставление построено на антонимичности слов '' прошлое '' и '' будущее ''.
Самый яркий и действительный прием использование антонимов-противопосталений. Два антонимичных устойчивых словосочетаний, то есть фразеологизм с противоположным значением. Например: « Столь жесткий бюджет необходим, чтобы поставить Иран на колени '', — утверждает Джекинсон» « Не знаем, как Иран, но иранцев он сбивает с ног». Здесь удачно используются фразеологизмы – антонимы '' ставить на ноги '' и '' сбивать с ног ''.
При введении в текст стилистически контрастных фразеологизмов возможны случаи:
1) Стилистический контраст двух или несколько фразеологизмов;
2) Стилистический контраст фразеологизма и фразового окружения;
3) Стилистический контраст фразеологизма и вводимого в его состав слова;
4) Стилистический контраст при замещении слова, в составе фразеологической единицы.
Например: '' Но разоблачив тайны мадридского двора,  Буш проглядел то, что происходило у него под самым носом ''. здесь употребление книжного фразеологического словосочетания: '' тайны мадридского двора '' и разговорного фразеологического слова: '' под самым носом ''.
Один из приемов комического – стилистический контраст, созданный сочетанием в узком контексте книжных крылатых выражений и официально деловых канцелярских слов. Например: '' Свыше 15.000 рублей стоило  к перемене мест у служащих пищекомбината ''. (Суколцев, НГ от 25.02.2007).
Один из видов стилистического контраста – сочетание устаревших слов и разговорного фразеологизма. Например: '' Через год ревизоры с удивлением обнаружили, что и новом поприще Матар сумел наломать больше дров, чем прежде. Описание его новых деяний едва умещаются на 20 страниц акта ''. (Прохоров, НГ от 25.02. 2007).
Еще более лучшим средством создания комического, является стилевая антонимия, построенная на противопоставлении просторечной и нежной окраски фразеологизмов, входящих в контекст.
Например: '' Америка узнала, что ее герой выпрыгнул из окна в чем мать родила в свой броневик ''. (Большаков).
Очень часто писатели прибегают к изменению структуры фразеологического оборота, распространяя его  предложения, относящимся к тому или иному слову устойчивых словосочетаниях. Например: « Закоренелых индивидуалистов вы постепенно насыщаете энергией и уже нельзя сказать, что социально богатых одна могила исправит». (НГ от5.01. 2007). Это позволяет конкретизировать обобщенное, широкое значение фразеологизма, применить его к определенной ситуации.
Одним из способов индивидуально-стилевой обработки фразеологизмов состоит в замене одного из слов, входящих в состав устойчивого словосочетания, другим словом. Например, Салтыков – Щедрин в сатирических целях создает в сатирических целях создает кровопийственных дел мастер: «… Ваши мучительства, о мироедах и кровопийственных дел мастера, есть мучительство вселенское, не знающее грани».
Интересен прием антонимичной замене слов в структуре фразеологического сочетания, например: « В недоброе старое время в этом строении обитал захудалый дворянский род». (Рябчиков).
Самым радикальным приемом обработки фразеологии является ее изменение, которое приводит к созданию по существу, нового словосочетания на базе имеющегося, например, на основе фразеологизма «плечом к плечу», был создан  «крылом к крылу» этот авторский неологизм мотивирован контекстом.
Автор может выразить свое отношение к факту при помощи замены в составе фразеологизма нейтрального слова его эмоционально окрашенным синонимом, например, «наложить руки», Зорин заменил нейтральные слова «рука» просторечным, эмоционально насыщенным «лапа» этим усиливая оценочность фразеологического оборота.
    продолжение
--PAGE_BREAK--Иногда писатели используют более сложные приемы обработки фразеологических единиц; например: «Мы рановато укладываем дрыхнуть на дешевеньких лаврах, мы все еще живем на авансы читателей, отработанные нами» .(НГ от 5.01.2007). Здесь изменен фразеологизм «потчевать на лаврах». (удовлетворяется достигнутым успехом). Введение слова «дешевеньких» приводит к восприятию этого фразеологизма в конкретном буквенном смысле. И введение «дрыхнуть» (вместо высокого ''потчевать'') придает яркую отрицательную эмоционально-экспрессивную окраску.
Одним из приемов создания комического эффекта является столкновение в тексте слов и фразеологического сочетания, имеющего в своем составе это же слово, например: Нередко трон занимают цари «без царя в голове»'. (Рябчиков).
В литературе, посвященной исследованию малых комических жа­нров, упоминается шутливый афоризм, который определяется как «лаконичное высказывание обобщенного содержания, характеризую­щееся столкновением в одном контексте понятий, между которыми возникают неожиданные смысловые связи, не замеченные в резуль­тате логического взгляда на вещи» (Щурина Ю.В. Речевые жанры ко­мического // Жанры речи: Сборник научных статей. Саратов, 1999. С. 152).
В настоящее время этот малый комический жанр получил широ­кое распространение в российских русскоязычных газетах.
Шутливая сентенция (сентенция – «вид афоризма, краткое обще­значимое изречение, преимущественно морального содержания, в изъявительной или повелительной форме». -Литературный энцикло­педический словарь. С. 375): «Скромность украшает, но оставляет го­лодным!»(НГ. 2004. № 23); «Соль жизни в том, что она не са­хар» (НГ. 2006. № 51): «В жизни каждого человека может на­ступить момент, когда любая бумага становится ценной» (НГ. 2006. 16 июля): «Чтобы узнать себе цену, надо продаться» (НГ,2006. № 3); «Брать от жизни все можно только у других» (НГ. 2005. № 19): «Люби ближнего, но и дальнего не забывай объегорить по-родственному» (НГ. 2006. № 48).
Шутливые пословицы являются одним из самых распространен­ных малых комических жанров в современной газете. Образуются они путем резкого сдвига в структуре и семантике протопословицы (пословицы — основы). Например: «Что посмеешь, то и пожмешь» (НГ. 2004. № 24) — Что посеешь, то и пожнешь, «Долг утюгом страшен» (НГ. 2005. № 27) — Долг платежом красен; «Лю­бишь на «Запорожце» кататься, люби и «Мерседесы» чинить!"» (НГ. 2004 г. 15 июня) — Любишь кататься, люби и са­ночки возить; «Одна голова хорошо, а с телом-лучше» (НГ, 2006. № 28)
Подобные выражения, несмотря на производимый ими комичес­кий эффект, не лишены некоторого обобщающего и, подчас, поучи­тельного смысла.
Аналогичны шутливым пословицам по механизму комического крылатые выражения предикативного типа, например: «Человек со­здан для счастья, как птица для бульона» (НГ. 2006. № 36) — Человек создан для счастья, как птица для полета: «Если гора не идет к Магомету, значит Моисей заплатил больше» (НГ. 2006. № 18) — Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к го­ре: «Пришел, увидел, отойди — дай другим посмотреть» (НГ,. 2006. № 21) — Пришел, увидел, победил.
Надо заметить, что в газетах в качестве автономных (независимых от контекста) высказываний, то есть как самостоятельный комичес­кий речевой жанр, используются также шутливые трансформации разных устойчивых выражений непредикативного типа, например, названия кинофильмов, литературных произведений, произведений живописи: «А зомби здесь тихие» (НГ. 2006. № 35) — Трое в лодке, не считая собаки (назва­ние повести Джерома К. Джерома); «Картина «Девочка с персями»» (НГ,. 2006. 31 янв. — 6 февр.) — Девочка с персиками (название картины В. Серова) и т.п.
Подобные шутливые обороты не выражают суждения, лишены обобщающего смысла и поэтому не могут рассматриваться как разно­видность шутливого афоризма.
Шутливое определение (дефиниция), в соответствии с логической структурой определения как такового, содержит в своем составе сло­во или словосочетание, обозначающее определяемое понятие, или словосочетание (или сочетание слов), посредством которого осуще­ствляется определение (через указание на род и видовое отличие).
   Возможно, самую удаленную позицию от центра поля афористики занимают шутливые газетные заголовки афористического типа. По своим жанровым признакам они могут совпадать с любым из перечис­ленных видов комического афоризма (чаще всего — с шутливой сен­тенцией. шутливой пословицей, шутливой кры­латой фразой), однако их объединяет особое место и специфическая функция (заголовка) в газетном тексте. Не будучи непременно наста­вительными по содержанию, они своей «вписанностью» в конкретный текст напоминают апофегму (наставительное изречение, имеющее автора и соотнесенное с конкретной ситуацией), сохраняя при этом относительную смысловую самостоятельность. Например:
«На то и теща, чтобы зять не дремал» (НГ. 2006. № 46 — заголовок статьи о роли и отношениях членов семьи); «Нормальные герои все­гда идут в обход» (НГ 2006. 17 янв. — заголовок статьи о на­логах на продажу автомобилей); «Чем меньше знаем мы законы, тем больше «любят» они нас» (Новая газета. 2006. 3 февр. — заго­ловок публикации, направленной против судебного произвола).
   Таким образом,  фразеолгизмы в газете предстает как рече­вой гипержанр, расслаивающийся на множество субжанров. Для всех разновидностей фразеологизма характерно создание комичес­кого эффекта с помощью таких сложных художественно-риторичес­ких приемов, как пародирование, отстранение, обманутое ожидание. Что касается более конкретной языковой техники комического, то она в шутливых афоризмах разного типа столь разнообразна, что за­служивает специального освещения.
2.2. Индивидуально – авторские преобразования фразеологизмов
        Изменение структуры и содержания  фразеологизмов усиливает прагматическую функцию газетной статьи, так как разрушение «готовых к употреблению знаков» осуществляется с целью воздействия на интеллект и эмоции адресата.
   В каждом периодическом издании существуют свои приемы построения заголовков по мнению журналистов, сотрудников газеты «Новая газета », использование  штампов и клише народной и массовой культуры дает возможность получить многослойность текста, которая ощущается читателем как нечто знакомое [5,30].
В газете «Новая газета» широкое распространение получило лексическая трансформация ФЕ, т.е. замена компонента на какую-то другую языковую единицу. Это самый продуктивный тип индивидуально – авторских преобразований, который помогает быстро установить контакт с читателем.
«Замена компонентов той или иной единицы формирует своего рода квазифразеологизмы” [6,45]» которые придают заголовку или всему тексту экспрессивность и оценочность. Например:
“Сержант, он и в Африке сержант” (Свинья, она и в Африке свинья)
 А.Сергеев. “НГ” №27 от 10.02.06.
  “Что дэн грядущий нам готовит” (Что день грядущий нам готовит)
 А.Часнык.   “НГ” №18 от 06.05.06.
  “Старый солдат окопа не испортит” (Старый конь борозды не портит)
 А.Попов. “НГ” №50 2006г.
  “То ли девочка, то ли “Евровиденье” (То ли девочка, то ли видение)
 В.Полупанов. «НГ2 №19 2006 г.
  Яркий стилистический эффект создает пародийное использование книжных фразеологизмов, употребляемых нередко в сочетании с иностилевыми лексико-фразеологическими средствами. Сама природа фразеологизмов, обладающих яркой образностью, стилистической окраской, создает предпосылки для их исполь­зования в экспрессивной речи. Эстетическая роль фразеологических средств определяется умением автора отобрать нужный материал и ввести его в текст. Такое употребление фразеоло­гизмов обогащает речь, служит «противоядием» против речевых штампов.
   Однако возможности применения фразеологизмов значительно шире, чем простое воспроизведение их в речи. Фразеологические богатства языка ожи­вают под пером публицистов и становятся источником новых художественных образов, шуток, неожиданных каламбуров. Художники слова могут обращаться с фразеологизмами как с «сырьем», которое подлежит «творческой обработке». В результате фразеологического новаторства писате­лей, публицистов возникают оригинальные словесные образы, в основе которых «обыгранные» устойчивые выражения. Творческая обработка фразеологизмов придает им новую экспрессивную окраску, усиливая их выразительность. Чаще всего журналисты преобразуют фразеологизмы, которые имеют высокую степень устойчивости лексического состава и выполняют в речи экспрессивную функ­цию. При этом измененные фразеологизмы сохраняют художественные досто­инства общенародных — образность, афористичность, ритмико-мелодическую упорядоченность.    
   Прием разрушения образного значения фразеологизма, как видим, не затра­гивает лексико-грамматического состава, — его внешняя форма обычно сохраняется,  но смысл толкуется по-новому Фразеологизмы, сознательно употребленные в несвойственном им значении, можно назвать семантическими неологизмами во фразеологии. Их часто используют в речи (рвать и метать — «занимать­ся спортом», быть на побегушках — «участвовать в состязаниях по бегу»).
     С целью актуализации фразеологизмов писатели придают им необычную форму. Видоизменения фразеологизмов могут выражаться в сокращении или расширении их состава.
Редукция, или сокращение состава, фразеологизма обычно связана с его переосмыслением. Например: Заставь депутата Богу молиться… (отсечение второй части пословицы — «так он и лоб разобьет» — лишь усиливает иронию в оценке постановления Думы РФ, обострившего по­литическую ситуацию). Еще пример: Полезные советы: Не родись красивой («ЛГ») — отсечение второй части пословицы Не родись кра­сивой, а родись счастливой привело к изменению ее значения, смысл нового афоризма — «красота ведет к несчастью».
Протовоположно редукции расширение состава фразеологизма. Например: «Это  гранитные камни преткновения на дороге знания» — определение гра­нитные, введенное в устойчивой словосочетание, придает образу особую на­глядность. Состав фразеологизма часто расширяется благодаря введению уточ­няющих слов.  Изменение состава фразеологизма может стать средством усиления экс­прессивной окраски речи (Не откладывайте в слишком долгий ящик.)(НГ от 29мая 2005г. ) В иных случаях введение до­полнительных слов во фразеологические обороты придает им новые смысло­вые оттенки. Например: «Скверное время для совместных выступлений —можно сесть в грязную лужу, а этого не хочется» (НГ от 12 февраля, 2006г.) сесть в лужу означает «поставить себя в неловкое, глупое, смешное положение»; определение, вве­денное в этот фразеологизм, расширяет смысл: «позволить себя вовлечь в не­честную игру, стать жертвой махинаций враждебно настроенных людей».
    В речи с определенной стилистической целью можно из­менять лексический состав фразеологизма, обновляя один или несколько его компонентов: «Смех сквозь пули» — название статьи о Пятом международном фестивале юмора «Остап» (накануне был убит его соучредитель). Смеется тот, кто стреляет первым. Ради красного словца коммунисты не пожа­лели русских братьев из Приднестровья (ср.: Ради красного словца не жаль ни брата, ни отца) «НГот 25 04 2006»
    К замене словарных компонентов фразеологических оборотов часто прибегают журналисты фельетонов. Новые времена подсказывают нашим сатирикам иные шутки: Колбаса как зеркало русской революции; В конце тоннеля есть горячий суп. Тайна, покры­тая крахом; С миру по строчке; Делу время, зрителю -«Времечко» (заголов­ки газетных статей «НГ»).
   Обновление состава фразеологизмов усиливает их экспрессивную окраску, но может и не влиять на их значение (От обиды и огорчения она хлопнулась в обморок), однако чаще значение фразеологизма меняется (Служить бы рад, прислуживаться тоже) («НГ»).
   Чаще авторы заменяют компоненты фразеологизмов с целью корен­ного изменения их значения и создания острого сатирического эффекта:
Хорошее место социалистическим лагерем не назовут; Критика по­чтила роман молчанием; Хорошо смеется тот, кто смеется без по­следствий. Пришел? Увидел? Помолчи!
     Используя этот прием, авторы стремятся к возможно более точному сохра­нению звуковой организации фразеологизма: Что написано опером… (статья о преступности в Москве); Хоть гол на голове теши (о футболисте, который ма­стерски забивает голы головой).(НГ от 23апреля,2004).
          Своеобразным стилистическим приемом авторской обработки фразеологиз­мов является контаминация нескольких фразеологических единиц. Например: Пеший голодному не товарищ (пеший конному не това­рищ, сытый голодного не разумеет}.
Часто публицисты прибегают к контаминации фразеологиз­мов для выражения мысли в необычной, остроумной формулировке (Разде­ляй чужое мнение и властвуй, Не потому ли молчание — золото, что оно — знак согласия? (); Жил своей жизнью за чужой счет Поворачивал реки вспять, чтобы не плыть против течения Конта­минация фразеологизмов нередко сопровождается их переосмыслением. Например: Мыслям так просторно, что слов нет; Юмора у него не отни­мешь: чего нет, того нет! — комический эффект этих шуток основан на столк­новении несовместимых утверждений: второй фразеологизм отрицает мысль, заключенную в первом.
В текстах газет отмечены случаи лексической трансформации устойчивого словосочетания, которая предусматривает чаще всего замену компонента фразеологизма. В одних случаях такая замена имеет прямой смысл: “ Не лесом единым”, в других подобная замена сопровождается эффектом аллюзии (намёка, отдалённых воспоминаний, ассоциативных сближений): “Пушки вместо риса”(НГ, от 28 мая,2004). Нами отмечены в заголовках, например, такие случаи: Гора преткновения; Не планом единым, где заменено слово в традиционных фразеологизмах (камень преткновения, не хлебом единым). Случай лексической трансформации отмечен в примере «обвести ближнего вокруг пальца». В данном контексте в структуру устойчивого словосочетания вносится высокое слово, что создаёт иронический оттенок высказывания. Интересны случаи, когда в устойчивое сочетание добавляется слово или несколько слов, например: «Здесь были лишь ветер да разверзающиеся хляби небесные». Входящие в состав фразеологизма церковнославянские по происхождению слова хлябь и разверзающиеся использовались в значениях: хлябь- “водопад, поток”, ( 4, с. 248- 249); разверзать- “открывать, раскрывать” ( 5, с. 265). Данный фразеологизм в своей основе имеет библейское по происхождению устойчивое выражение разверзлись хляби небесные, в современном искажённом контексте оно получает сниженный оттенок значения- речь идёт о непогоде с проливным дождём и ветром.
Расширение фразеологизма наблюдаем в следующих примерах: Гроздья кавказского гнева; Вытащил на свет Божий карпа; Как дамоклов меч висела угроза кары за вольнодумство; Начнёт своё трудовое поприще и т.д.Слова, добавленные в устойчивое сочетание, меняют прежнее значение фразеологизма, хотя отдалённые ассоциации с его ранним смыслом сохраняются.
Таким образом, церковнославянская лексика начинает активно использоваться в языке газеты, при этом значительный её пласт представляют фразеологизмы, в основном наблюдается нарушение структуры, семантики фразеологических сочетаний, использование высокой, книжной лексики в целях создания иронии, комической ситуации.
Иногда можно наблюдать редукцию (сокращение) состава фразеологизма, это также связано с его переосмыслением: «Не родись мужчиной, а родись красивой».(КП от 3ноября,2003)
Большим количеством примеров в языке газеты представлены фразеологизмы.
Фразеологическая норма требует к себе повышенного внимания, особенно когда речь идёт о забытых и полузабытых словах и формах слов. В таких случаях языковая культура предполагает хорошее знание исторических фактов и первоисточников, предполагает необходимость опираться на словарные фонды русского языка, требует восстановления буквальных смыслов и исходных речевых форм.
Обратимся к примеру власть предержащие. Это словосочетание в контексте используется со значением “руководители, люди, стоящие у власти”. Данное выражение употребительно в газетных заголовках.
Буквально значение книжного по своим источникам фразеологизма “власти предержащие” – “лица, облечённые властью, правители”. Входящее в его состав церковнославянское по происхождению слово предержащий восходит к глаголу предержати, который использовался в значениях “держать”, “занимать”, а также “править”, “управлять”. В нашем контексте данное выражение искажено, вместо исконной формы множественного числа власти находим власть в единственном числе и использование рассматриваемого словосочетания с ироничным, шутливым оттенком. Вслед за Л. И. Скворцовым полагаем, что на изменение формы власти в составе словосочетания власти предержащие, возможно, повлияло выражение власть имущие, а также забвение буквального смысла устаревшего оборота и входящих в него слов.
    продолжение
--PAGE_BREAK--