Сочинение: Философия Нового времени

I. Социальные и научные предпосылкифилософии Нового времени

Начиная с XVII в.бурно развивается естествознание. Потребности мореходства определяют развитиеастрономии; строительство городов, кораблестроение, военное дело – развитиематематики и механики. Новая наука опирается прежде всего на практику материальногопроизводства: изобретение машин в текстильной промышленности, совершенствованиеорудий производства в угольной и металлургической промышленности.

Э. Торричеллиэкспериментально установил факт давления воздуха, изобрел ртутный барометр ивоздушный насос. И. Ньютон сформулировал основные законы механики, в томчисле закон всемирного тяготения. Р. Бойль применил механику в химии,разработал понятие химического элемента. Английский физик У. Гильбертисследовал свойства и практическое применение магнита. В. Гарвей открылкровообращение и эмпирически исследовал его роль. Выдающийся вклад в развитиематематики, механики, физики, физиологии внесли Р. Декарт иГ. Лейбниц. В общественных науках разрабатывается теория естественногоправа (Т. Гоббс в Англии, Г. Гроций в Голландии).

Такое развитие науки немогло не оказать воздействия на философию своего времени. В философиипроисходит решительный разрыв со схоластикой и религией: в борьбе противгосподства религиозных догматов, авторитета и давления церкви возникает учениео всемогуществе разума и безграничных возможностях научного исследования.

Для философии Новоговремени характерна сильная материалистическая тенденция, вытекающая преждевсего из опытного естествознания.

В развитии европейскойдуховной культуры этот век определяют как век «разума»: емупоклоняются, обращаются к нему как к «высшему судье» в делахчеловеческих; утверждается идея «разумности» мира. Формируется новая,так называемая просветительско-модернистская философская парадигма.

В эту эпоху формируетсявера в безграничные возможности разума — неограниченный рационализм. Нетничего, что человек не мог бы исследовать и понять. Наука не знает границ.Новое время утверждало отличную от античных и средневековых ценностей рольнауки. Наука не самоцель, ею нужно заниматься не ради забавноговремяпровождения, не ради любви к дискуссиям и не ради того, чтобы прославитьсвое имя. Она должна нести пользу человеческому роду, увеличивать его властьнад природой.

Одной из важныхособенностей этой парадигмы является стремление утвердить новое представление ореальности, бытии. Развитие мануфактурного производства, буржуазный образ жизниориентировал на познание природы, природного бытия как действительнойреальности. Именно природа («натура»), а не божественный дух являетсяистинной «мировой субстанцией», «действительным бытием» сточки зрения мыслителей этой эпохи. Соответственно этому «главным»знанием становится знание о природе — естествознание. При этом происходит«очищение» философии от гуманистической ориентации, направление ее на«чистую» (без специфически человеческого, социального аспекта),объективную природу.

Стремление философов 17в. к совершенствованию философского знания, преодолению схоластическихустановок и предрассудков средневековой философии, опиралось на осмысление иобобщение результатов и методов новой науки, науки, направленной на познаниеприроды, а не божественного духа. Это создало предпосылки для утвержденияфилософского материализма в собственном смысле слова.

Особенностью науки новоговремени является, с одной стороны, опора на опытно-экспериментальное знание какглавное средство достижения новых, практически действенных истин, на знаниесвободное от какой-либо ориентации на любые авторитеты. С другой стороны, вразвитии науки этого времени значительную роль сыграли успехи математики,приведшие к возникновению алгебры, аналитической геометрии, к созданиюдифференциального и интегрального исчислений и др.

Лидером естествознания вНовое время, благодаря научной революции 16 — 17 вв., стала механика — наука одвижении тел, наблюдаемых непосредственно или с помощью инструментов. Этанаука, основанная на экспериментально-математическом исследовании природы,оказала существенное влияние на формирование новой картины мира и новойпарадигмы философствования. Под ее влиянием формируется механистическая иметафизическая картина мира. Все явления природы трактуются как машины (machinamundi) или системы машин, созданные бесконечным творцом. Правда, творчествобога сведено в этой картине к минимуму — созданию материи и сообщению ейнекоего первоначального толчка, в результате которого вся она приходит вхаотическое движение. Распутывание этого хаоса и его трансформация в космоспроисходит уже спонтанно в соответствии с закономерностями механического движенияи подчинено жесткой однозначной детерминации. Бог становится внешним«щелчком» по отношению к созданному им миру. Такое понимание мираотличает естествознание нового времени не только от античной и средневековойнауки, но и от натурфилософии ХУ-ХУ1 вв., рассматривавших понятия«природа» и «жизнь» как тождественные (эту позицию можноназвать органицизмом).

Развитие науки, и преждевсего нового естествознания, утверждение ее особой роли в развитиичеловечества, побуждает философов постоянно согласовывать свои представления иумозрения с данными и методами, принятыми в точном естествознании.Философско-методологические работы принадлежат к числу главных трудов, вкоторых сформулированы многие принципы новой, антисхоластической философии.

Таким образом, если всредние века философия выступала в союзе с богословием, а в эпоху Возрождения — с искусством и гуманитарным знанием, то в 17 в. философия выступает в союзе снаукой о природе. Она стала уподобляться естествознанию, переняв у него и стильмышления, и принципы, и методы, и идеалы, и ценности.

II. Эмпиризм, иррационализм – главныенаправления философии нового времени

В исследованиях философов17 в. акцент сделан на методологических и гносеологических проблемах. Познаниерассматривается как зеркальное отражение действительности в сознании человека,как наблюдение и экспериментирование с объектами природы, которые раскрываюттайну своего бытия познающему разуму, причем сам разум наделен статусомсуверенности. Он как бы со стороны наблюдает и исследует вещи(«посторонний наблюдатель»).

Новое время — это эпохаразносторонней критики традиционной средневековой схоластики. Критикасхоластики и формирование новой философской парадигмы осуществлялось с двухпозиций. С одной стороны, осознавая несоответствие схоластических установок ипонятий требованиям жизни, философы 17 в. — Ф. Бэкон, Дж. Локк, Т. Гоббс — утверждали, что построить надежное здание истинной философии можно толькоопираясь на опытно-экспериментальное естествознание. Они заложили основы тогогносеологического направления, которое получило наименование эмпиризма.

С другой стороны, считаяглавным препятствием для создания подлинно научной философии авторитаризмсхоластической философии, для которой догматы христианского вероучения иположения содержащиеся в работах «отцов церкви» и Аристотеля, былиединственным источником знаний, многие из философов Нового времени обращались космыслению и обобщению методов математического познания. Они — Р. Декарт, Б.Спиноза, Лейбниц — видели в истинах математики проявление «естественногосвета» человеческого разума, который собственными силами, без помощи какихбы то ни было авторитетов и даже без помощи сверхъестественного«откровения божия» способен проникнуть в любую тайну и постичь любуюистину. Наиболее влиятельным и глубоким критиком схоластики с этих позиций былР. Декарт. Он стал родоначальником того направления в гносеологии, котороеполучило название рационализма.

Таким образом, уже спервых шагов формирования новой философии наука поляризует философские воззрения:математика и математическое естествознание воздействуют на философию внаправлении преобразования ее в абстрактную рациональную науку, эмпирическая жеметодология подсказывала совершенно иную архитектуру философских представлений.

Одним из первых, ктопротивопоставил категориям схоластической философии, спекулятивным рассуждениямо Боге, природе и человеке доктрину «естественной» философии,базирующейся на опытном познании был Фрэнсис Бэкон (1561-1626). Его частоназывают последним крупнейшим философом Возрождения и зачинателем философиинового времени.

Ф. Бэкон впервыесформулировал идею универсальной реформы человеческого знания на базеутверждения опытного метода исследований и открытий. «Истина — дочьВремени, а не Авторитета» — бросает Бэкон свой знаменитый афоризм. Отныне,по его мнению, открытия надо искать в свете Природы, а не во мгле Древности.

«Целью нашегообщества является познание причин и скрытых сил всех вещей и расширение властичеловека над природой, покуда все не станет для него возможным.» Толькоистинное знание, по мнению Бэкона, дает людям реальное могущество иобеспечивает их способность изменять лицо мира. Два человеческих стремления — кзнанию и могуществу — находят здесь свою оптимальную равнодействующую.Английский мыслитель считал, что все проблемы общества можно разрешить наоснове научно-технического прогресса. И об этом очень подробно он пишет в«Новой Атлантиде».

Научный прогресс, полагалБэкон, должен быть достигнут прежде всего за счет перехода от схоластическихспекуляций к анализу вещей. Схоласты, по мнению Бэкона, бесполезнойутонченностью, пустым умозрением и ненужными спорами «подрывают твердынюнауки».

Поиск метода дляполучения позитивного научного знания — является одной из главных проблем,которую стремился решить Ф. Бэкон. Основные его идеи изложены в таких работах:«Новый Органон наук»(1620), «О достоинстве и приумножениинаук»(1623), «Новая Атлантида»(1627). В них разрабатываетсяфилософская доктрина, нацеленная на установление «царства человека»на основе естественных наук, технических изобретений и усовершенствований.

В противоположностьдедуктивной логической теории аристотелевского «Органона» Бэконобосновал индуктивную концепцию научного познания, в основе которой лежит опыти эксперимент и определенная методика их анализа и обобщения. Центральное местов методологической программе Бэкона занимают опыт и индукция. Научное знание,по мнению Бэкона, проистекает не просто из непосредственных чувственных данных,а из целенаправленно организованного опыта, эксперимента. Именно его «мыготовим в качестве светоча, который надо возжечь и внести в природу»,«поскольку природа вещей лучше выражается в состоянии искусственнойстесненности, чем в собственной свободе». Эксперимент дает возможность ставитьизучаемую вещь в искусственные ситуации, в которых наиболее отчетливопроявляются те или иные ее признаки.

Английский мыслительвыделял два типа опытов — «плодоносные» и «светоносные».Первые — приносят непосредственную пользу человеку, вторые — приводят к новомузнанию. Разработка методологии проведения таких экспериментов — несомненнаязаслуга Бэкона, хотя экспериментальный метод в естествознании был изобретен иприменялся еще Роджером Бэконом, Леонардо да Винчи, Галилео Галилеем. Ему жепринадлежит заслуга введения в широкий интеллектуальный оборот требованияэмпирического обоснования знания.

Теорию«светоносных» опытов Бэкон изложил в «Новом Органоне» и онапо существу смыкается с его учением об индукции, с попыткой решить сложнейшуюпроблему научно-теоретического обобщения эмпирического материала. При этом онобосновывает метод научной индукции, «которая производила бы в опытеразделение и отбор путем должных исключений и отбрасываний делала бынеобходимые выводы». Метод индукции — это логический путь движения мысли,характеризующий переход знания частного к знанию общего. Это метод, позволяющийразуму человека анализировать, разделять и разлагать природу, открыватьприсущие ей общие свойства и законы.

Следует подчеркнуть, чтоБэкон понимал, с одной стороны, ограниченность наивного сенсуалистическогореализма, и с другой — абстрактно-спекулятивной метафизики, считая, что ученыйдолжен быть мыслящим эмпириком, «пчелой». «Путь пчелы» — это путь, соединяющий как переходы от обобщения опытных данных к созданиютеории, так и переходы от теории и выводов из нее к постановке новыхэкспериментов. При этом Бэкон, кажется, с излишним оптимизмом считал, чтоиндуктивный анализ, опирающийся на показания органов чувств, являетсядостаточной гарантией необходимости и достоверности получаемого заключения.

Теория индуктивногометода органически связана в учении Бэкона с его аналитической методологией,философской онтологией и учением о простых природах и их формах. Средстваиндукции предназначаются для выявления форм «простых свойств», или«природ», как их называет Бэкон, на которые, по его мнению,разлагаются все физические тела… Индуктивному исследованию подлежат, например,не золото, вода или воздух, а такие их свойства как плотность, тяжесть,ковкость, цвет, теплота и т.п. Такой аналитический подход в теории познания иметодологии науки превратился в прочную традицию английского философскогоэмпиризма. Оправданность позиции Бэкона уровнем развития естествознаниянесомненна: физика занималась изучением как раз такого рода феноменов, исследуяприроду плотности, упругости, тяготения, теплоты, цвета, магнетизма.

Как метод продуктивногооткрытия индукция должна работать по строго определенным правилам, как бы понекоторому алгоритму «почти уравнивая дарования и мало что оставляя ихпревосходству». Однако следует отдавать себе отчет, что в творчествекакая-либо универсальная и общезначимая система принципов научного открытиявряд ли возможна: она связывает интуицию исследователя.

В пылу критикиумозрительных абстракций и спекулятивной дедукции Бэкон недооценил роль гипотези возможностей гипотетико-дедуктивного метода в науке. А этому методу,состоящему в том, что выдвигаются определенные постулаты (аксиомы) илигипотезы, из которых затем выводятся следствия, проверяемые на опыте, следовалии Архимед, и Галилей, и Гильберт, и Декарт и другие ученые. Опыт, которому непредшествует какая-то теоретическая идея и следствия из нее, просто несуществует в науке.

Одной из важных проблемтеории познания является проблема истины. При ее решении Ф. Бэкон исходит изтого, что Бог создал человеческий разум подобно зеркалу, способному отобразитьвсю Вселенную. Поэтому истина — это точное отображение предметов и явленийприроды, а заблуждение — искажение этой зеркальной «копии» вследствиевоздействия различных факторов, которые засоряют сознание и которые Бэконназывает «идолами» (ложные представления, предрассудки, понятия).

В «НовомОрганоне» английский мыслитель выделяет факторы, которые порождают этизаблуждения. Среди них: «идолы рода», «идолы пещеры»,«идолы площади», «идолы театра». «Идолы (призраки)рода» обусловлены человеческими чувствами и его разумом, которые частообманывают нас, уподобляясь неровному зеркалу. Несовершенство органов чувствпреодолевает, по мнению Бэкона, экспериментальный метод, который фиксируетявления природы в их независимости от чувств. К крыльям же ума надо подвешиватьгири, чтобы он держался ближе к земле, к фактам. Эти идолы самые устойчивые;полностью искоренить их невозможно, но их можно нейтрализовать, максимальнозатормозив их действие.

Кроме «идолов»,общих всему человеческому племени, у каждого человека имеется «своя особаяпещера» — «идолы пещеры», которая дополнительно «ослабляети искажает свет природы» (индивидуальные особенности человеческой психикии физиологии, характер человека, его воспитание и т.п.). По Бэкону исправитьопыт индивида может коллективный опыт. Часть заблуждений коренится, по егомнению, в несовершенстве и неточности языка — «идолы площади» — (неправильное употребление слов особенно распространено на рынках и площадях).Вместе с языком мы бессознательно усваиваем все предрассудки прошлых поколенийи оказываемся в плену заблуждений. И, наконец, многие заблуждения коренятся внекритическом усвоении чужих мнений (прежде всего, по мнению Бэкона, взглядовАристотеля) — «идолы театра». Это оказывает тормозящее воздействие наразвитие научного знания. Но как ни могущественны и упорны все эти идолы, восновном они могут быть преодолены и познание объективной истины, утверждаетБэкон, возможно на основе построения новой науки и истинного метода.

Таким образом учением об«идолах» Бэкон стремился очистить сознание исследователя отпережитков схоластики и создал предпосылки для успешного распространениязнаний, основанных на опытном изучении природы. Тем самым он подготовилнеобходимый климат для И. Ньютона, который углубил экспериментально-индуктивнуюметодологию Бэкона, создав на ее основе классическую механику. Его работа«Математические начала натуральной философии», изданная в 1687 г. стала первой всеобъемлющей гипотетико-дедуктивной системой механики, которой был сужденоопределять развитие естественнонаучной мысли более 300 лет.

Рационалистическиетрадиции западноевропейской философии в 17 в. были представлены прежде всегоРене Декартом, Бенедиктом Спинозой, Готфридом Вильгельмом Лейбницем.

Рене Декарт (1596-1650) — в латинском написании Картезий — французский философ, математик, физик,физиолог, один из основоположников европейской и мировой философии Новоговремени и родоначальник рационалистической методологии в теории познания.

В отличие от Бэконафранцузкий мыслитель оружием непредвзятости сделал метод универсальногосомнения, основанного на разумном скептицизме. Это сомнение не есть неверие впознаваемость всего сущего, а лишь прием для нахождения безусловно достоверногоначала знания. Декартово сомнение выполняло конструктивную роль, ибо с егопомощью происходило очищение разума от стереотипов схоластическогомировоззрения и поиск достоверных истин. Сомневающийся человек всегда мыслит, аесли мыслит, значит существует. Отсюда знаменитое заключение Декарта «Ямыслю, следовательно, существую»(«cogito ergo sum»). Этотпринцип означал установку не на усвоение чужих мнений, а на создание своихсобственных. Сомнение должно снести здание традиционной культуры и расчиститьпочву для культуры рационалистической. «Архитектором» этой культурыбудет, по замыслу Декарта, его метод — новое средство познания мира, которое вконечном счете сделает людей «хозяевами и господами природы».

В «Рассуждениях ометоде» Декарт всеми средствами рационалистической методологии стремитсяпоказать, что, только достигнув присущих математическому мышлению ясности идостоверности, можно надеяться и в других науках достичь абсолютно истинного,непреходящего знания.

Метод, как его понималДекарт, должен превратить познание в организованную деятельность, освободив егоот случайностей, от таких субъективных факторов, как наблюдательность и острыйум, с одной стороны, удача и счастливое стечение обстоятельств, с другой.Образно говоря, метод превращает научное познание из кустарного промысла впромышленность, из спорадического и случайного обнаружения истин — всистематизированное и планомерное производство.

Подобно Бэкону, Декартосознавал ограниченность традиционной аристотелевой логики, которая содержит нетолько правильные и полезные предписания, но и много бесполезного. Она болеепригодна к изложению уже известного, чем к открытию нового, пишет Декарт в«Рассуждении о методе».

Правильный же методдолжен быть эффективным именно в открытии нового. В отличие от Бэкона, которыйпоставил в фокус своей методологии опытно-индуктивные исследования иапеллировал к опыту и наблюдению, Декарт обращался к разуму и самосознанию, асвою методологию ориентировал на математику. Методологические изысканияКартезия шли рука об руку с математическими. Прежняя наука выглядела, поДекарту, так как древний город с его внеплановыми постройками, среди которых,впрочем встречаются и здания удивительной красоты, но в котором неизменно кривыеи узкие улочки. Новая наука должна создаваться по единому плану и с помощьюединого метода. У Декарта этот метод носит название «универсальнойматематики», поскольку математика является образцом строгого и точногознания, которому должна подражать и философия, чтобы стать самой достоверной изнаук. Развивая эту идею, Картезий вписал свое имя золотыми буквами в историюфилософии как родоначальник философского рационализма, согласно которомувсеобщий и необходимый характер истин математики и точного естествознания имеетисточник не в чувственном опыте, а в разуме.

Согласно Декарту,математика должна стать главным средством познания природы, ибо само понятиеприроды Декарт существенно преобразовал, оставив в нем только те свойства,которые составляют предмет математики: протяжение (величину), фигуру идвижение.

Всеобщий и необходимыйхарактер математического знания, по Декарту, вытекает из природы самого ума.Следовательно, главенствующую роль в познании играет дедукция, котораяопирается на вполне достоверные интуитивно постигаемые аксиомы. Интуицияопределяется Декартом как отчетливое, «прочное понятие ясного ивнимательного ума, порожденное лишь естественным светом разума и благодарясвоей простоте более достоверное, чем сама дедукция». Преимущество интуицииперед дедукцией — ее непосредственность, не требующая никакого напряженияпамяти. Однако выявить ее содержательность способна только последующаядедукция. Дедукция отличается от индукции опосредованностью при выведенииистины. Согласно Декарту, истинная дедукция в отличие от логической, (отсиллогизма), состоит в получении абсолютно новых истин, а не тех, которыенаходятся неявно в исходной посылке. Поэтому такая дедукция мыслилась какэвристический метод. Она должна быть непрерывной, так как достаточно пропуститьлишь одно звено, как рушится вся последующая цепь. Достоверность каждого звенагарантируется только достоверностью всех остальных.

Согласно декартовскомурационализму решающим свидетельством истинности теории является ее внутренняялогичность, ясность и очевидность, а логическими признаками достоверного знанияявляются всеобщность и необходимость. Они не могут быть выведены из опыта и егообобщений, а могут быть почерпнуты только из самого ума, либо из понятий,присущих уму от рождения (теория врожденных идей Декарта), либо из понятий,существующих в виде задатков, предрасположений ума.

Рационалистический методДекарта, концентрируя внимание на деятельности человеческого ума в процессепостижения истины, представляется прямой противоположностью методу эмпиризмаБэкона, основанному на чисто опытном выведении аксиом знания.

Рационалистами были такжеСпиноза, Лейбниц и другие философы этой эпохи, которые вдедуктивно-математической деятельности человеческого ума, приводящей кнеобходимо достоверным, совершенно бесспорным, для всех очевидным, как импредставлялось, истинам, усматривали основу философской методологии, еерешающее значение для всех наук.

Что же касается опыта, тоони отнюдь не пренебрегали им, не игнорировали его. Это уподобило бы их схоластам.Однако они видели в опыте только средство подтверждения и иллюстрации истин,найденных, как они полагали, благодаря тому, что человеческий дух обладаетсобственным «естественным светом». Эту как бы априорную деятельностьчеловеческого духа рационалисты противопоставляли его опытно-чувственнойдеятельности.

Таким образом,рационализм и эмпиризм выступают как главные альтернативные позиции в философииНового времени, между которыми велась непрерывная полемика.

В середине 17 в.формируется альтернативная рационализму (в широком смысле слова) философскаялиния, которая «в полный голос» зазвучала только в 20 в. Имеетсяввиду иррационализм (от лат. irratianalis — неразумный), который указывает набесконечное качественное многообразие реального мира, которое ставитобъективный предел для познавательных возможностей«количественно-математического», естественнонаучного разума. Ивыражена эта альтернатива в работах одного из блестящих ученых 17 в.,математические и физические открытия которого сохранили свою ценность и в нашевремя, французского писателя, естествоиспытателя и философа Блеза Паскаля (1623- 1662).

Именно последовательноепроведение рационалистических принципов естественнонаучного познания приводитПаскаля к пониманию того, что логико-математическое строгое размышление всегдаисходит из каких-то начальных утверждений (аксиом, исходных принципов,постулатов), которые не имеют, и в принципе не могут иметь строгого(логического, математического) обоснования. Такие исходные положения, поПаскалю, человек принимает не «умом» (он их логически необосновывает), а «сердцем» (верой). «У сердца есть своиоснования, которых разум не знает», — писал Паскаль. Сердце ведает всем вчеловеке, что выходит за пределы его разума, логики, сознания. Вгносеологическом плане «сердце» избавляет разум от «дурнойбесконечности» определений и доказательств.

Эта мысль, прозвучавшая вэпоху господства в духовной культуре рационализма и абсолютизацииестественнонаучных методов познания, вносила диссонанс, за что впоследствииПаскаль получил немало упреков в мистицизме. Но правомерно ли считатьмистицизмом попытку философа преодолеть односторонний рационализм, признать«достоверность» интуитивно-чувственного знания? Если классическийрационализм в лице Декарта при анализе познавательной деятельности апеллировалглавным образом к активности мышления и сознания, проходя мимо активностибессознательного, то Паскаль по сути дела обращает внимание на эту последнюю.Причем «сердце» помогает разуму, а не противостоит ему, оно является,по мнению Паскаля, гуманистической основой разума.

Идея о необходимостиограничить монополию разума в сфере теоретического знания была сформулированаим на основании осознания непригодности естественнонаучных методов для изучениячеловека. «Когда я начал изучать человека, я увидел, что эти абстрактныенауки ему не присущи...» Любопытно заметить, что Паскаль в несколькошутливой форме признавался, что «побаивается » чистых математиков,которые еще, чего доброго, «превратят его в теорему». Все многолетниезанятия Паскаля «отвлеченными науками» ни на шаг не продвинули его впонимании «вещей человеческих». Великий ученый говорит обограниченной значимости науки для человека и ее бесполезности для решения егожизненных проблем. По существу Паскаль обратил внимание на проблему спецификинаук о человеке в отличие от естественных и математических наук и на антиномиюсциентизма и гуманизма.

III. Субъективный идеализм ДжорджаБеркли

Джордж Беркли (1685 –1753) — один из наиболее заметных мыслителей XVIII века. Он жил и работал в эпохупромышленной революции, технического прогресса и великих научных открытий,проливавших свет на природу мира, в эпоху, когда религия начала сдавать своимноговековые позиции в сознании людей, уступая место научному и философскомумировоззрению.[1]

В историю философскоймысли Беркли вошел как один из наиболее ярких представителей идеализма. Внедавнем прошлом именно эти философы в нашей стране подвергались большой критикес позиций материализма. Их философские концепции излагались как реакционные. Философскоеучение Джорджа Беркли направлено на опровержение материализма и обоснованиерелигии.[2]

Уже в первые годы своегоучения в университете Беркли убеждается в успехах естественных наук. И поэтомусвою задачу в создании «собственной философской системы видит в противодействиираспространению материалистических взглядов». Защите религии он посвящает всю своюжизнь.

Учение, созданное Берклиэто — субъективный идеализм. Отвергнув бытие материи, оно признает существованиетолько человеческого сознания, в котором Беркли различает «идеи» и «души» («умы»).Лучшие его труды, в которых он излагает свою философию, были написаны им вмолодости, это «Опыт новой теории зрения», «Трактат о принципах человеческого знания»,«Три диалога между Гиласом и Филонусом».

В 1709 году Берклипубликует свой «Опыт новой теории зрения». При создании этого произведения Берклибольше всего волнует необходимость устранения идеи первичных качеств,независящих от нашего сознания, якобы подтверждающих реальность материи, аименно материи вне разума. А первичное качество, особенно после трудов Декарта,завоевавших всеобщее признание, и есть протяженность тел.[3]Беркли публикует свой «Опыт…» специально с целью опровергнуть всеобщее предвзятое(по его убеждению) мнение. «Мой замысел заключается в том, чтобы показать, какимобразом мы посредством зрения воспринимаем расстояние, величины и положениепредметов».[4]

Результат, по мнениюБеркли успешно достигнутый, состоял в том, чтобы доказать, что расстояние,величина и положение предметов вовсе не являются первичными, объективными (то естьнезависящими от субъекта) качествами предметов, а скорее, нашимиистолкованиями. В самом деле: «Когда мы смотрим на близко расположенный предметобоими глазами, то, по мере его приближения и удаления от нас, мы изменяемнаправление взгляда, уменьшая или увеличивая промежуток между зрачками; этоизменение направления взгляда или движение глаз сопровождается ощущением, и именнооно дает разуму представление (идею) о большем или меньшем расстоянии». «…когдапредмет находится на каком-то расстоянии, а затем придвигается поближе к глазам,мы не можем избежать, хотя бы на короткое время, того, чтобы изображение нестало более расплывчатым, даже сильным напряжением глаз. В таком случае ощущениезамещает смутное видение, помогая разуму оценить расстояние от предмета, он считаетсятем ближе, чем больше усилие или напряжение зрения с целью получения болееотчетливого видения».

Итак, восприятиерасстояния не отражает реального расстояния; подобное восприятие не передаетобраза реального мира, поскольку расстояние зависит от формы деятельностисубъекта. Против этой теории зрения мы могли бы эффективно использовать правилагеометрической оптики, для которой пространство, измеряемое с дистанции, должнобыло бы сочетаться с чем-то объективным. Однако Беркли напоминает, что если быэти правила имели силу, то отсюда бы следовало, что восприятие расстояния у всехдолжно быть одинаковым. Но очевидно, что дело обстоит иначе. Желание объяснить зрение«через геометрию», по мнению Беркли, — всего лишь «фантазия» или «каприз».

Так же ошибкой было быполагать, что связь, объединяющая зрительные впечатления с осязательнымиощущениями, относится если не прямо к внешним телам, то к природе этих вещей. Каксчитает Беркли, Связь меду разными типами ощущений относится к области логики иобъективности: это только вопрос опыта.

Только человеческая душаустанавливает связь между «подсказками» многообразного содержания разных типов ощущений.Таким образом, душа создает «вещи» и придает форму «предметам». Как осязательныеощущения, так и зрительные представления (образы) представляют собой знаки языкаприроды, которые Бог посылает органам чувств и рассудку для того, чтобы человекнаучился регулировать свои действия, необходимые для поддержания жизни, и сообразовыватьих с обстоятельствами, дабы не подвергать свою жизнь опасности. Значит, зрение –это инструмент для сохранения жизни, но нив коем случае не средство доказательствареальности внешнего мира. Согласно Беркли, «объективная реальность возникает переднами только на основании интерпретации, толкования «знаков» ощущениями, единственноизвестными первоначально. И лишь когда мы установим определенную связь междуразными классами ощущаемы отображений и рассмотрим их соответственносложившееся между ними взаимной зависимости, только тогда можно считать, чтосделан первый шаг в построении реальности». Де Руджеро справедливо напоминает, чтоБеркли хотел противопоставить свою «Теорию зрения» в качестве научного трактата«Диоптрике» Декарта, «Лекциям по оптике» Барроу, «Оптике» Ньютона и «Диоптрике»Молине. Тема была в высшей степени актуальной и завоевала внимание ученых, несмотряна попытку осложнить ее нагромождением метафизических и гносеологических проблем.Но Беркли по-настоящему интересовали именно пресловутые нагромождения. В одномиз своих писем он сообщает, что «Опыт новой теории зрения», вероятнее всегоокажется бесполезным, однако добавляет, что надеется показать в следующемтрактате, что «Опыт…», «показывая пустоту и ложность многих областейумозрительной науки, послужит побуждением к глубокому изучению религии иполезных вещей». Беркли здесь имеет в виду свой «Трактат о принципахчеловеческого знания».

Принципы человеческого знания

В «Трактате о принципах человеческогознания» 1710 года Беркли развивает дальше теорию идей, которая впервые начала вырисовыватьсяв его «Философских заметках». Это самая известная работа Беркли, она задумываласьв двух частях, но издана была только одна. «Часть первая, в которой исследуютсяосновные причины заблуждений и затруднений в науках, а также основания скептицизма,атеизма и безверия». И все-таки главным заблуждением, которое Беркли хочет искоренить,является субстанциально-материалистический образ вселенной. По мнению Беркли,главная причина этой ошибки – в уверенности относительно значения и ценностиабстрактных идей и связанной с нею последующей убежденности в том, что наряду совторичными качествами существуют также и первичные. Главными мишенями Беркли в трактатебыли Ньютон и Локк, а именно: ньютоновская теория вселенной, состоящей изматериальной субстанции, независимой от сознания, и психология Локка,допускающая, например, что большая часть нашего знания состоит из абстрактныхидей.

Обоснование своихфилософских воззрений Беркли начинает с анализа и критики сенсуалистического ученияЛокка. В своей основе юмовская и берклианская системы сходны, т.е. обе они исходятиз самых общих эмпирических предпосылок, однако выводы делаются противоположные.Если локковская система была в основном реалистическая, то берклианскаяфилософия — идеалистическая.[5]

Локк разделял всекачества предметов на первичные и вторичные. К первым он относил протяженность,вес, форму, движение, покой, вещественность и т.д., ко вторым – все остальныеощущаемые качества: цвета, звуки, вкусы и т.д. Беркли же с этим не согласен и считает,что все качества являются вторичными, полагая, что и первичные качества имеют тотже характер, что и вторичные, ибо такие качества, как протяжение, не являютсяобъективными, а зависят от нашего восприятия, сознания. Так, он говорит, чтовеличина предметов — это не нечто объективное, а определяется тем, что предмет намкажется то большим, то маленьким. Т.е. величина предметов — это результатнашего опытного заключения, которое опирается на органы чувств. Таким образом,существование вторичных и первичных качеств обусловлено нашим восприятием.

Так же Беркли рассуждаети при рассмотрении понятия материи. По Локку, мы путем абстракции, т.е. отвлеченияот предметов общих черт и признаков, приходим к понятию материи как таковой.Таким же образом мы приходим и к понятию пространства. Беркли пытается доказать,что мы не в состоянии прийти к понятию материи таким способом, аргументируя приэтом так же, как и в отношении первичных и вторичных качеств. Он полагает, что существованиеабстрактно общих идей невозможно, так как при восприятии в нашем уме возникает конкретноевпечатление, конкретный образ, но не может быть никакой общей идеи. «Если мырассмотрим, что заявляют самые добросовестные философы о своем понимании термина«материальная субстанция», то обнаружим, что они признаются в своей неспособностисвязывать с этими звуками что-нибудь иное, кроме идеи сущего с акциденциями».[6]И далее: «однако общая идея сущего мне кажется наиболее абстрактной и непонятнойиз всех. Ее следует понимать в каком-нибудь другом смысле, но в каком именно — нам не объяснили.

Если я внимательно рассмотрюобе части, составляющие понятие, то есть значение слов «материальнаясубстанция», то (я убежден в этом) не найду никакого ясного смысла».

Согласно Беркли, невозможнои образовать абстрактные общие идеи человека, движения и т.д. «Точно так же, — пишет он, — для меня невозможно составить абстрактную идею движения, отличную отдвижущегося тела, — движения, которое ни быстро, ни медленно, ни криволинейно,ни прямолинейно, и то же самое может быть сказано обо всех прочих абстрактныхидеях».

Абстрактные идеи Берклирассматривал как обман слов. Беркли отвергает теорию, согласно которой человеческийразум обладает способностью к абстракции. Тем самым он и не признавалсуществования понятия материи как абстрактной идеи, материи как таковой. Он полагал,что понятие материи «заключает в себе противоречие», является «наиболее абстрактнойи непонятной из всех идей». Поэтому он считал, что необходимо навсегда изгнатьпонятие материи из употребления. «Отрицание ее не принесет никакого ущербаостальному роду человеческому, который… никогда не заметит ее отсутствия.Атеисту действительно нужен этот призрак пустого имени, чтобы обосновать своебезбожие, а философы найдут, может быть, что лишились сильного повода дляпустословия».

Из этих своих рассужденийон переходил к отрицанию объективного существования вещей. Так каксуществование качеств вещей обусловлено нашим восприятием, а субстанция — этоноситель свойств, качеств, то значит все вещи и предметы окружающего мира,которые образуются из свойств, являются лишь восприятиями наших органов чувств.Для Беркли «быть — значит быть воспринимаемым» (esse est percipi). Такимобразом, считая, что существовать — это быть воспринимаемым, Беркли отрицаетсуществование объективного мира.

Но этот вывод означаетсолипсизм, т.е. существование одного человека, для которого мир существуеттолько тогда, когда он его воспринимает. Однако Беркли категорически отрицаетобвинения в солипсизме, так как изложенные взгляды резко противоречили здравомусмыслу.

Беркли семантическианализирует слово «существовать»: Я говорю, что стол, на котором пишу,существует, то есть я вижу его и могу потрогать; а если бы он находился запределами моего кабинета, я бы сказал, что он существует, подразумевая, чтосмогу его воспринять, если он окажется в моем кабинете, или же какое-то другоесознание, которое в настоящее время его воспринимает. Потому мне совершенно непонятното, что говориться об абсолютном существовании вещей безо всякого упоминанияфакта восприятия. Беркли лишь отрицает существование такого понятия, как материяфилософском понимании. Обвинения в солипсизме Беркли также пытается отвергнуть посредствомследующих рассуждений. Он утверждает, что вещи продолжают существовать в силутого, что в тот момент, когда мы их не воспринимаем, их воспринимает другой человек.Существование (esse) вещей означает, что они воспринимаются (percipi): «этопрямая и очевидная истина; весь порядок небес и все вещи, заполняющие землю, — одним словом, все тела вселенной, их существование состоит в том, чтобы быть воспринимаемымиили познанными. Пока вещи не будут действительно восприняты мной, то есть не будутв моем разуме либо в сознании какого-либо другого создания, они не существуютреально или, в противном случае, существуют в разуме какого-либо Вечного Духа».Следовательно, когда говорится, что тела не существуют вне духа, то следуетразуметь последний не как тот или другой единичный дух, но как всю совокупностьдухов. Духовная субстанция делится на два вида вещей: пассивные идеи и активныедухи.

Дух есть простое, нераздельноедеятельное существо, которое воспроизводит и воспринимает идеи. Физический мир (илиприрода) представляет собою совокупность идей. Воспринимая идеи, мы замечаем,что некоторые зависят от нашей воли (закрыв глаза, мы можем представить любуювещь и производить с ней любые преобразования), а другие – нет. Например, мы неможем усилием воли расширить стены дома. Но раз эти идеи не подчиняются нашейволе, значит, существует другой, бесконечно более могучий дух, который ихпроизвел, а мы их лишь воспринимаем. Этот высший Дух и есть Бог. Он порождает идеивнешних вещей и возбуждает в нас ощущения. Порядок и связь идей, порождаемых Богом,называется законами природы. Идеи, которые запечатлеваются в нас Творцом природы,называются действительными вещами. Отстаивая принцип субъективного идеализма, Берклихочет избежать солипсизма, т.е. вывода о том, что существует лишь один-единственныйвоспринимающий субъект. Поэтому вопреки исходному положению субъективногоидеализма он утверждает, что субъект существует в мире не один. Вещь, которую пересталвоспринимать один субъект, может быть воспринята другим субъектом или другимисубъектами. Но даже если бы все субъекты исчезли, вещи не превратились бы в ничто.Они продолжали бы существовать как сумма «идей» в уме бога. Бог — это такой субъект,который, во всяком случае, не может исчезнуть. А потому не может исчезнуть и весьсотворенный им мир вещей: мир звезд, планет и Земли со всем, что существует наней. Именно бог вкладывает в сознание отдельных субъектов содержание ощущений,возникающих при созерцании мира и отдельных вещей

Таким образом, начав с субъективногоидеализма и пытаясь избежать солипсизма, Беркли своим признанием сверхприродной духовной силы — бога делает шаг к объективному идеализму.[7]

Списокиспользованной литературы

1. Беркли Дж. Сочинения. – М.: Мысль, 2000.

2. История философии. Учебник для высших учебных заведений. –Ростов-на-Дону: Феникс, 1999.

3. Нарский И.С. У истоков субъективного идеализма // Беркли Дж.Сочинения. – М., 2000.

4. Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до нашихдней. Новое время. – Санкт-Петербург: ТОО ТК «Петрополис», 1996.

5. Философия: Учебник / Под ред. проф. В.Н. Лавриненко. — 2-еизд., испр. и доп. — M.: Юристъ. 2004.

6. Философия (конспект лекций). — М.: Приор-издат, 2004.

7. Философский словарь. /Под ред. М. М. Розенталя. – М.:Политиздат, 1975.

8. www.philosophy.ru/edu/ref/blin/b.html

9. www.karganov.ru/study/Post/philosophy2.html#12

10. philos.nsu.ru/classics/histphil_2.html

11. instruct11.narod.ru/FILOSOFIE/Files/38.html