Сочинение: Состояние и тенденции демографических показателей и их региональные особенности

--PAGE_BREAK--Анализ демографического развития в разрезе регионов


Хотя Россия — большая по территории страна, региональные различия в воспроизводстве населения далеко не всегда были заметными. Их почти не бывает, если на всей территории страны господствует один тип воспроизводства — либо традиционный, либо современный. В России 100 — 150 лет назад господствовал традиционный тип воспроизводства, суммарные коэффициенты рождаемости почти не отличались ни по регионам, ни по социальным группам населения. Когда сейчас говорят, что высокая рождаемость — это «национальная особенность» народов Северного Кавказа или других районов, это совершенно неверно: у всех народов был период таких «особенностей» — у русских 100 лет назад рождаемость была гораздо выше, чем в современном Дагестане.

Демографический переход (снижение рождаемости и смертности и постепенный переход к простому воспроизводству) в России начался в наиболее индустриализированных и урбанизированных районах — в Центре и на Северо-Западе, т.е. в зонах влияния Москвы и Петербурга. Отсюда «волны» демографического перехода шли на север, на восток и на юг. Быстрее переходили к новому типу воспроизводства населения районы более урбанизированные, медленнее — более традиционные аграрные, особенно мусульманские.

Региональные различия были максимальными в тот период, когда районы Центра и Северо-Запада уже завершили демографический переход и перешли к одно-двухдетной семье, а в республиках Северного Кавказа и Южной Сибири он еще был в самом разгаре. В конце 1960-х годов суммарный коэффициент рождаемости был минимальным в Москве (1,4 ребенка на одну женщину), Московской и Ленинградской областях (1,5-1,7), а максимальным — в Тыве (4,2) и Дагестане (4,9). Впоследствии разница сокращалась, главным образом из-за падения рождаемости в регионах, ранее отличавшихся ее высоким уровнем: в <metricconverter productid=«2005 г» w:st=«on»>2005 г. минимум по-прежнему наблюдался в Центре и на Северо-Западе (около 1 ребенка на женщину), а максимум — в Дагестане и Ингушетии (2,1-2,3) и Тыве (1,9).

За 2005-2008 гг. суммарный коэффициент рождаемости немного вырос в целом по стране (с 1,2 до 1,3) и во всех субъектах РФ. При этом более заметно увеличились показатели рождаемости у матерей в возрастах 25-29 лет и 30-39 лет. По данным демографа С.В. Захарова, этот рост произошел за счет «отложенных» рождений, реализованных в годы экономического подъема и некоторой социальной стабилизации, а не под влиянием демографической волны. Но насколько устойчив этот рост, пока сказать сложно.

По сравнению со второй половиной прошлого века, региональные различия общего коэффициента рождаемости в начале 2005 года не так велики: от 8 (на 1000 населения) в областях Центра, Северо-Запада и федеральных городах до 15-16 в Дагестане, Ингушетии и Якутии, и до 17-20 в республиках Алтай и Тыва. Общий коэффициент смертности различается в большем диапазоне, но с «обратной» географией — от 22-25 (на 1000 населения) в областях Центральной России до 4-7 в Ингушетии и Дагестане, тюменских автономных округах. Однако измерять различия общими коэффициентами не совсем корректно — они зависят от возрастной структуры населения, поэтому максимальные показатели смертности имеют постаревшие области Центра и Северо-Запада, а самые низкие — республики и автономные округа с молодой возрастной структурой; для рождаемости все наоборот.

Соотношение рождаемости и смертности в последние десятилетия менялось в сторону распространения естественной убыли населения на все большее число регионов России. В <metricconverter productid=«1990 г» w:st=«on»>1990 г. она охватывала только наиболее постаревший Центр и Северо-Запад страны, а к <metricconverter productid=«2005 г» w:st=«on»>2005 г. распространилась на подавляющей части территории — в 74 субъектах федерации из 89. Естественный прирост сохранился только на Северном Кавказе (Чечня, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария) и в некоторых регионах Сибири, причем по разным причинам. В республиках Тыва и Алтай, Агинском Бурятском округе положительный естественный прирост связан с незавершенностью демографического перехода и более высокой рождаемостью, а в северных автономных округах (Ханты-Мансийском, Ямало-Ненецком и других) — с более молодой возрастной структурой населения. Самая большая естественная убыль — в областях Центра и Северо-Запада; особенно в Псковской, Тверской и Тульской областях (минус 14-16 на 1000 населения).

Учет прибывших в тот или иной субъект федерации граждан России, граждан стран СНГ и других иностранных граждан осуществляется по-разному. При этом иностранцы, прибывшие на территорию России на длительный срок, но не на постоянное жительство, вообще не включаются в число прибывших. Согласно переписи, таких неграждан, постоянно (по переписным критериям на срок более 1 года), проживающих на территории России, от 1,45 до 2,72 млн. человек. Скорее всего, именно здесь следует искать основные причины различий между итогами переписи и предварительными оценками общей численности населения России. Однако расхождение между категориями населения, используемыми в учете миграции и при переписи, не ограничивается учетом иностранцев. Граждане России, приехавшие в какой-либо населенный пункт на длительный срок, но не навсегда, согласно правилам учета не включались в число прибывших.

По данным последней переписи 2002 года население России сократилось в среднем за год на 0,9 человек на 1000 населения. Естественная убыль составляла 3,6 на 1000 населения, но она в большой мере компенсировалась иммиграцией в Россию, чистая миграция в год составляла 2,7. Все эти процессы совершенно по-разному развивались в регионах. Относительно высокий естественный прирост наблюдался в межпереписной период только на Северном Кавказе и некоторых регионах Сибири и Дальнего Востока, а в центре Европейской России зафиксирована наибольшая убыль населения. Напротив, центр Европейской России — зона положительного миграционного прироста, а наибольшую миграционную убыль населения имели регионы севера Сибири и Дальнего Востока, за исключением Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов. И лишь на Северном Кавказе положительный естественный прирост сочетался с положительной чистой миграцией.

В результате численность населения за межпереписной период выросла только в 23 регионах — в основном на юге России и в столице. Наибольший среднегодовой рост населения зафиксирован в республиках Северного Кавказа, а также в территориях максимального притока мигрантов — Ставропольском крае и Москве. Наибольшую убыль имел Крайний Северо-Восток (Чукотский АО — 81 на 1000 населения, Магаданская область — 56, Корякский АО — 34) и север Сибири (Эвенкийский и Таймырский АО — 25-26).

Убыль населения в России сопровождается значительным старением. По нашим расчетам средний возраст живущих в России с 1989 по <metricconverter productid=«2002 г» w:st=«on»>2002 г. вырос с 34,8 до 37,8 лет. При этом средний возраст мужчин вырос с 31,9 до 35,3, а женщин — с 37,2 до 40,0 лет, то есть старение мужской части населения происходило быстрее, чем женского.

По данным переписей, старение затронуло население всех регионов, кроме жителей Чечни и Ингушетии, где средний возраст живущих сократился на 2,5 года (данные по этим республикам наименее достоверны). В остальных регионах скорость старения различается весьма существенно — от 6,0 лет в Магаданская области, до 1,1 — в Дагестане.

Существует мнение, что негативные тенденции смертности есть результат экономического кризиса 1990-х годов. Однако снижение продолжительности жизни началось в относительно благополучные 1960-1970-е годы. Рост уровня смертности взрослых продолжается в России уже почти 40 лет: к <metricconverter productid=«2006 г» w:st=«on»>2006 г. продолжительность жизни в возрасте 15 лет снизилась по сравнению с <metricconverter productid=«1965 г» w:st=«on»>1965 г. у мужчин на 7,6 года, у женщин — на 2,8 года.

Три региона с самой низкой продолжительностью жизни мужчин — Республика Тыва, Эвенкийский и Корякский автономные округа. Межрегиональные различия в продолжительности жизни у мужчин выше, чем у женщин, но уровень различий меняется в целом синхронно.

Доля состоящих в браке среди населения в возрасте 30-34 года мало различается в большинстве регионов, хотя обращают на себя внимание более низкие показатели обеих столиц, республик Северного Кавказа и Дальнего Востока. Подавляющее большинство жителей России, отвечая на вопрос о брачном статусе, по-прежнему говорят о зарегистрированном браке, менее 10% ответивших состоят в незарегистрированном браке. Доля состоящих в незарегистрированном браке (от общего числа состоящих в браке в возрасте 30-34 года) снижается с северо-востока на юго-запад страны, достигая минимума на Северном Кавказе, где сохранились более традиционные брачные отношения. Разводы также являются индикатором сохранности традиционной семьи. Максимальная доля разошедшихся мужчин зафиксирована в Москве (13,7%), а женщин — в Тульской области (18,7%). Минимум у мужчин отмечен в Республике Ингушетия — 5,0%, у женщин — в Усть-Ордынском Бурятском АО (6,0%).

Еще один социальный индикатор — возраст матери при рождении ребенка. В России начинает проявляться характерное для развитых стран откладывание рождения детей на более поздний срок в связи с приоритетностью профессионально-карьерного роста для женщин с высоким уровнем образования. Как и любая инновация, этот процесс начинается с крупнейших городов. В 2000 году на 1000 женщин в возрасте 25-29 лет в целом по стране родилось 68,7 детей, а в Москве — 82,9 ребенка. Российские женщины в этих возрастах рожают детей на четверть реже (72%) по сравнению с возрастами 20-24 года, но в Москве и Санкт-Петербурге показатели двух возрастных групп матерей (20-24 и 25-29 лет) практически равны. В федеральных городах смещение рождений в сторону более старших возрастов было заметно еще в первой половине 90-х годов, а сейчас эта тенденция быстрее всего развивается в Москве. В других крупных городах и регионах еще не сложились экономические условия, обеспечивающие значительный рост числа высокооплачиваемых рабочих мест для женщин и способствующие смещению рождаемости в более старшие возраста.

На рисунке 1 приведено распределение регионов по уровню коэффициента суммарной рождаемости в виде гистограммы. В начале периода интенсивного снижения рождаемости распределение было весьма компактным и симметричным, затем в процессе снижения межрегиональные различия то уменьшались, то увеличивались, а симметрия была существенно нарушена. В конце периода, в <metricconverter productid=«2002 г» w:st=«on»>2002 г. мы вновь видим достаточно симметричное и остроконечное распределение, что говорит о сближении показателей суммарной рождаемости в большинстве регионов страны.
<img border=«0» width=«429» height=«335» src=«ref-1_1651722483-33025.coolpic» v:shapes="_x0000_i1025">

Рис.1. Динамика коэффициента суммарной рождаемости в регионах России в 1989-2002 гг.
<img border=«0» width=«428» height=«299» src=«ref-1_1651755508-28173.coolpic» v:shapes="_x0000_i1026">

Рис.2. Распределение регионов России по величине коэффициента суммарной рождаемости в разные годы между переписями
Ранее сделанные исследования по материалам микропереписи <metricconverter productid=«1994 г» w:st=«on»>1994 г. не выявили экономически обусловленной дифференциации рождаемости. В то же время анализ обнаружил несомненную связь с такими социокультурными маркерами, как проживание в городах или сельской местности, национальность. Межрегиональные различия рождаемости главным образом определяются не экономической ситуацией в регионах, а особенностями этнокультурного состава их населения.

Региональную динамику возрастных показателей смертности можно рассматривать как индикатор социальной деградации. Около 2/3 общего прироста смертности в начале 1990-х годов было обусловлено ее ростом среди трудоспособного населения, общий коэффициент смертности для трудоспособных возрастов увеличился с 4,9 % в 1990 году до 8,4 % в 1994 году. Смертность от внешних причин стала основной причиной смертности трудоспособного мужского населения, она высока в Центре, на Северо-Западе, Европейском Севере и Урале, в регионах Восточной Сибири, на юге Дальнего Востока и во всех автономных округах востока страны (5,5-7,2 %). Максимальная смертность мужчин в трудоспособных возрастах характерна для Тывы и Коми-Пермяцкого АО (9,3-9,5 %).

Процесс постепенного старения идет с 1920-х годов, он сопровождается ростом среднего возраста населения (динамика за последний межпереписной период дана выше) и изменениями возрастной структуры населения — снижением доли детей и ростом доли старших возрастов. Особенно заметные сдвиги произошло в последние десятилетия: доля лиц пенсионного возраста (мужчины 60 лет и старше, женщины 55 лет и старше) выросла с 11,7 % в <metricconverter productid=«1959 г» w:st=«on»>1959 г. до 20,3% в <metricconverter productid=«2006 г» w:st=«on»>2006 г., а доля детей до 16 лет уменьшилась с 30,0% до 17,3%.

Особенно сильно постарело население регионов с более ранним началом демографического перехода и с многолетним миграционным оттоком. Максимальная доля лиц пенсионного возраста (23-26%) — в староосвоенной зоне: во всех областях Центра, Псковской и Новгородской областях Северо-Запада и в С. — Петербурге, а также в прилегающих к Центру Нижегородской и Пензенской областях. Население Москвы также продолжало стареть, однако мощный приток более молодых мигрантов смягчил эту тенденцию, поэтому доля населения старше трудоспособного возраста ниже — 21,5%.

Минимальная доля пожилых до сих пор сохраняется в районах Крайнего Севера, откуда пенсионеры уезжают. Но в начале реформ инфляция «съела» сбережения северян, и отток пенсионеров уменьшился, что привело к заметному росту доли населения старше трудоспособного возраста (в Ямало-Ненецком АО — с 2 до 5%, в Ханты-Мансийском и Чукотском — с 3% до 7% за 1990-2005 гг.). Пониженная доля пожилого населения характерна также для республик с незавершенным демографическим переходом (Тыва, Ингушетия, Дагестан — 8-11%). Доля детей минимальна в федеральных городах (13%) и постаревших областях Центра (14-16%), а максимальна в Чечне, Ингушетии, Дагестане и Тыве (30-35%), хотя в этих республиках она постепенно сокращается.

С середины 1990-х годов в России снижается демографическая нагрузка — с 0,75 на одного трудоспособного до 0,60 за 1995-2005 гг., поскольку во всех регионах растет доля населения трудоспособного возраста. Причина не только в заметном спаде рождаемости, но и во влиянии «демографической волны» — в трудоспособный возраст вошло многочисленное поколение родившихся в 1970-е годы, а на пенсию выходит малочисленное поколение родившихся в военные годы. Доля населения в трудоспособном возрасте была максимальной в <metricconverter productid=«2005 г» w:st=«on»>2005 г. — более 62%. Но с 2006-2008 годов она начинает сокращаться, т.к. в пенсионный возраст входит многочисленное поколение послевоенного «бэби-бума» (рождений конца 1940-х — 50-х годов), а на смену ему со второго десятилетия нового века приходит крайне малочисленное поколение родившихся в годы кризиса.


    продолжение
--PAGE_BREAK--Анализ основных показателей уровня жизни населения


Все явления и процессы общественной жизни изучаются статистикой посредством статистических показателей. Основная роль статистического показателя — достоверно характеризовать размеры изучаемых социально-экономических явлений, что предполагает правильность и точность показателя. При этом точность характеризует возможное отклонение показателя от истинных размеров явления, а правильность зависит от теории, на которую опирается понятие, лежащее в его основе. Если неправильны принципы и методы построения показателей, то никакие меры повышения точности спасти положение не могут.

Уровень жизни населения является достаточно сложной социально-экономической категорией. Представляет собой уровень и степень удовлетворения потребностей людей в материальных благах, бытовых и культурных услугах. Для комплексной оценки уровня жизни требуется использование соответствующей системы специфических показателей, так как ни отечественная, ни международная статистика не знает способа расчета и использования какого-то одного показателя, который бы мог всесторонне характеризовать уровень жизни.

Необходимой и закономерной стала разработка системы показателей уровня жизни, адаптированной к современным социально-экономическим условиям в России. Число исчисляемых показателей значительно уменьшилось. Ранее в систему входило 284 основных показателя, которые сводились в 20 тематических групп. Современная система показателей стала более обозримой и компактной. Она включает 7 групп и порядка 30 показателей:

1. Обобщающие показатели (ВНП, фонд потребления, индекс стоимости жизни и т.п.).

2. Доходы населения.

3. Потребление и расходы населения.

4. Денежные сбережения населения.

5. Накопленное имущество и жилище.

6. Социальная дифференциация населения.

7. Малообеспеченные слои населения.

Однако с методической точки зрения и данная система показателей не выглядит законченной.

Денежные доходы населения включают оплату по труду всех категорий населения, премии, постоянные надбавки к зар/плате и средства на командировочные расходы, пенсии, пособия и стипендии, поступления от продажи продуктов сельского хозяйства, поступления из финансовой системы и прочие.

Денежные расходы населения включают расходы населения на покупку

товаров и оплату услуг, обязательные платежи, разнообразные взносы, прирост сбережений во вкладах и ценных бумагах.

Для оценки уровня жизни в современную систему показателей включены и используются на практике близкие по содержанию показатели: прожиточный минимум и минимальный потребительский бюджет. А в соответствии с Федеральным законом от 6 июля <metricconverter productid=«1996 г» w:st=«on»>1996 г. № 87-ФЗ «О порядке установления долговой стоимости единицы номинала целевого долгового обязательства Российской Федерации» вводится «новая» категория — «необходимый социальный набор».

Прожиточный минимум — это уровень дохода, обеспечивающий приобретение минимального набора материальных благ и услуг, необходимых для обеспечения жизнедеятельности человека при определенном уровне социально-экономического развития страны.

Величина прожиточного минимума в соответствии с Федеральным законом №134-ФЗ «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» представляет собой стоимостную оценку потребительской корзины (устанавливается Федеральным законом), включающей минимальные наборы продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человеческого обеспечения его жизнедеятельности, а также обязательные платежи и сборы (1).

Прожиточный минимум рассчитывается на основе методических рекомендаций, утвержденных Министерством труда РФ 10.11.92г. В настоящее время в соответствии с Федеральным законом “О прожиточном минимуме в РФ” от 24.10.97 г. разрабатывается новый порядок установления прожиточного минимума. Изменение денежных доходов семьи по сравнению с потребительскими ценами можно увидеть по рисунку 3.
<img border=«0» width=«518» height=«320» src=«ref-1_1651783681-7274.coolpic» v:shapes="_x0000_i1027">

Рисунок 3 — Оценки относительного изменения денежных доходов семьи по сравнению с потребительскими ценами в России
Кривая Лоренца иллюстрирует усиление неравномерности в распределении общего объема денежных доходов.

<img border=«0» width=«341» height=«212» src=«ref-1_1651790955-9864.coolpic» alt=«mhtml:file://D:\Documents%20and%20Settings\Викуська\Рабочий%20стол\ЭКОНОМИКА%20ТРУДА%20в%20схемах%20и%20таблицах%20_%205.%20Качество%20и%20уровень%20жизни%20населения.mht!/e/Stat.nsf/image075.jpg» v:shapes=«Рисунок_x0020_8»>

Рисунок 4-Кривая Лоренца
Минимальный прожиточный бюджет — это стоимость набора материальных благ и услуг, соответствующего прожиточному минимуму.

Необходимый социальный набор — фиксированный набор традиционных для населения Российской Федерации основных потребительских товаров и услуг, состав и объемы потребления которых необходимы для обеспечения жизнедеятельности человека и сохранения его здоровья.

Из этих определений не ясно, в чем, собственно, здесь разница и почему величина минимального потребительского бюджета оказывается в 3-4 раза больше прожиточного минимума, а прожиточный минимум в 1,5-2 раза больше необходимого социального набора.

При этом в основе всех трех показателей лежит так называемая «потребительская корзина» — это минимальный набор продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности, состоящая из перечня основных продуктов питания и норм их потребления. Состав «потребительской корзины» также имеет некоторые различия. Так для расчета прожиточного минимума используется стоимость набора из 25 продуктов питания. Она рассчитывается по нормам, разработанным Институтом питания АМН совместно с Институтом социально-экономических проблем народонаселения РАН и министерством труда РФ. В необходимый социальный набор их уже включается 23. Все нормы потребления рассчитаны на душу населения в год.

А для расчета индекса стоимости жизни (индекса потребительских цен) за фиксированный набор потребительских товаров, в частности, продуктов питания берется набор потребительской корзины, состоящий из 19 продуктов. В основе норм, принятых для расчета стоимости, заложены минимальные нормативы потребления мужчины трудоспособного возраста, поэтому они существенно отличаются от двух первых «корзин».

Исходя из вышерассмотренного, трудно ответить на вопрос: что отражает каждый данный показатель, какое явление он выражает количественно?

Было бы логично думать, что прожиточный минимум или минимальный потребительский бюджет будут взаимосвязаны с таким показателем уровня жизни, как «минимальный размер заработной платы».

Размер минимальной заработной платы должен гарантировать прожиточный минимум, то есть нормальное воспроизводство рабочей силы. Но этого не происходит. Определение показателя очень расплывчато и смысл не отвечает содержанию. Минимальный размер заработной платы — нижний предел заработной платы, установленный соответствующими нормативными актами. Для чего служит этот показатель, какое явление он характеризует, на какие действия ориентирует? Установленные на основе расчетов минимальный потребительский бюджет, или прожиточный минимум, или необходимый социальный набор будут иметь практическое значение, если на их основе будут рассчитываться все остальные аналитические показатели, а они, в свою очередь, обеспечиваться минимальной заработной платой.

Масштабы повышения уровня жизни зависят от конкретно-исторических условий развития общества. Они определяют задачи роста благосостояния и возможные ресурсы для их реализации. На динамику уровня жизни оказывает также влияние международная обстановка. Ее обострение вызывает необходимость отвлечения ресурсов для укрепления обороны. Это, как правило, сдерживает подъем уровня жизни населения страны.

В настоящее время в Российской Федерации осложнилась ситуация на потребительском рынке. Это связано с неоправданно высоким ростом общего объема денежных доходов населения, значительно опередившего предложение на рынке товаров и услуг.

По мнению автора, система показателей уровня жизни требует тщательной доработки с соблюдением основных методологических положений исчисления статистических показателей. Половина исчисляемых показателей уровня жизни не отражает действительности. Чем это вызвано? С одной стороны, качеством исходной статистической информации, с другой стороны, несовершенством методики построения статистических показателей.


    продолжение
--PAGE_BREAK--Социально-экономические факторы роста эффективности общественного труда


Производительность труда является одним из важнейших показателей эффективности общественного производства. Применение этого показателя позволяет оценить эффективность труда, как отдельного работника, так и коллектива.

Производительность в широком понимании — это умственная склонность человека к постоянному поиску возможности усовершенствования того, что существует. Оно основано на уверенности в том, что человек может работать сегодня лучше, чем вчера, а завтра еще лучше. Оно требует постоянного совершенствования экономической деятельности.

При изучении вопроса об экономическом содержании производительности труда надо, исходить из того, что труд, затрачиваемый на производство продукции, состоит из живого труда и прошлого труда. Прошлый труд — это труд, овеществленный в ранее созданной продукции и используемый для производства новой. Живой труд — это труд, расходуемый в данный момент в процессе производства продукции.

Функцией живого труда является не только создание новой стоимости, но и перенесение рабочего времени, материализованного в вещественных элементах производства, на вновь создаваемый продукт. Поэтому производительная сила живого труда характеризуется его способностью создавать новые потребительные стоимости. Общая тенденция роста производительности труда проявляется в том, что доля живого труда в продукте уменьшается, а доля овеществленного труда (сырья, материалов) возрастает, но так, что общая сумма труда, заключающаяся в единице продукции, сокращается. В этом и состоит сущность повышения производительности труда.

Изменение соотношения между затратами живого и овеществленного труда может происходить по-разному в зависимости от уровня развития производительных сил. На высшем этапе научно-технического прогресса с ростом механизации и автоматизации производства снижаются одновременно затраты и живого и овеществленного труда на единицу продукции, но затраты живого труда снижаются в большей степени, чем затраты прошлого труда, поэтому доля живого труда в продукте уменьшается, а доля прошлого — увеличивается. Отсюда, чем выше уровень механизации и автоматизации труда, тем большую роль в его экономии будет играть сокращение затрат овеществленного труда.

Производительность труда является показателем экономического роста, то есть показателем, обеспечивающим рост реального продукта и дохода. Увеличение общественного продукта на душу населения означает повышение уровня жизни.

Увеличение реального ВНП может осуществляться двумя способами:

1. Путем вовлечения в производство большего объема ресурсов;

2. Путем более производительного их использования.
ВНП = число отработ. чел. — час. х производит. труда

демографический показатель политика государство

Отсюда производительность труда — общий объем продукции, деленный на количество затраченного, на его производство труда, или реальная часовая выработка на одного занятого.

В нашей стране в последние годы показатель производительности исчез из официальной статистики, прекратилась работа по планированию повышения производительности на всех уровнях управления, начиная с организаций, перестал пропагандироваться передовой опыт в этой области.

Предприятия различных форм собственности игнорируют основной принцип рынка: возможность их преуспевания определяется более низкими затратами на выпуск продукции по сравнению с ценой на нее. Следовательно, для увеличения реализации и прибыли необходимо снижение себестоимости и цены, а значит — жесткое внутрипроизводственное планирование на основе технико-экономических норм и нормативов (по видам работ, затратам труда, сырья, материалов и топливно-энергетических ресурсов, использованию производственных мощностей и удельным, капитальным вложениям). Причем требуются планирование и координация масштабов и интенсивности деятельности по всем основным организационным элементам — занятость, структура кадров, технология и оборудование, продукция и рынок сбыта, которые являются важнейшими составляющими управления производительностью труда.

Одной из основных проблем нынешнего кризисного состояния российской экономики является обвальное падение производительности труда. Как известно, динамика производительности труда, определяется взаимным изменением двух составляющих ее элементов — объемов производства и численности промышленно производственного персонала. В свою очередь, каждый из этих элементов определяется взаимодействием целой группы факторов, действующих, как правило, разнонаправлено.

Вопросам повышения производительности труда в условиях планово-централизованной экономики придавалось большое значение, хотя по ряду объективных и субъективных причин эти проблемы не могли решаться достаточно эффективно. Сейчас, к большому сожалению, вопросы эффективности, и в частности эффективности труда, практически никого не интересуют, ошибочно считается, что для стабилизации экономики эта проблема не очень важна. Однако без остановки падения и последующего роста производительности труда не возможно добиться стабилизации общественного производства, не говоря уже о его росте. Главной причиной сокращения производительности труда стало падение объемов производства. Важным фактором спада является кризис неплатежей. Последние возникают вследствие как низкой платежной дисциплины, так и сокращающейся платежеспособности предприятий.

Наиболее просто объяснить обвальное падение производительности труда можно тем, что происходящий спад производства не сопровождается соответствующим сокращением численности работников, а точнее — численности промышленно-производственного персонала. Происходит накопление скрытой, или латентной, безработицы. В связи с этим остановимся на факторе цены труда. По большому счету, накопление скрытой безработицы было бы не возможным, если бы не уменьшалась реальная заработная плата. Поэтому содержание излишней численности возможно только за счет уменьшения реальной заработной платы всех работников.

В рыночной экономике заработная плата — цена рабочей силы, соответствующая стоимости предметов потребления и услуг, которые обеспечивают воспроизводство рабочей силы, удовлетворяя физические и материальные потребности работника.

Тенденция снижения цены труда — реальной заработной платы работников материального производства, особенно государственных предприятий, в значительной степени препятствует росту производительности труда.

В России заработная плата во много раз меньше, чем в Европе, а цены на многие товары достигли мирового уровня. Дешевый труд не может быть высокопроизводительным, обеспечивать экономию и рациональное использование материальных и других производственных ресурсов. Все это ведет к деградации производства, дальнейшему падению его объемов и ухудшению качества выпускаемой продукции.

Обесценивание рабочей силы и неоправданная дифференциация достигали к <metricconverter productid=«2007 г» w:st=«on»>2007 г. таких масштабов, что можно говорить уже о подмене в экономике России заработной платы как экономической категории, превращении ее в некую социальную выплату работнику, не связанную ни с количеством, ни с качеством труда.

Таким образом, экономическая реформа не только не изменила прежние ранее негативные тенденции развития экономики, но и привела к глубокому и затяжному социально-экономическому кризису, беспрецедентному спаду производства, разрушению научно-технического и интеллектуального потенциала, массовому обнищанию населения, возникновению социальной напряженности в обществе. Это обусловило дальнейшее снижение экономической эффективности производства и, в частности, производительности труда.

Основные причины в том, что не были четко определены цели реформ — комплексное структурное преобразование экономики на федеральном, отраслевом, территориальных уровнях в увязке с непосредственными предприятиями-производителями.

Неоправданно игнорируется такой важнейший принцип социально-экономического развития и становления рыночной экономики, как повышение эффективности производства и рост производительности труда. А ведь именно это является основным источником развития производства, сдерживания роста цен и инфляции, критерием экономической целесообразности инновационной политики, замены живого труда овеществленным, регулятором размеров реальных доходов, условием достижения сбалансированного платежеспособного спроса и повышения уровня жизни населения.

Одна из существенных причин спада производства и нынешнего состояния экономики — существенное ухудшение управления, как отдельным производством, так и отраслевыми и межотраслевыми, территориальными комплексами и народным хозяйством в целом. Необходимо рассмотреть и утвердить не раз предложенную Институтом труда и Центром производительности РФ Федеральную программу содействия повышению производительности труда, согласованную с другими мерами по стабилизации и росту экономики; предусмотреть восстановление разрушенной инфраструктуры, в частности служб. Занимавшихся ранее, разработкой норм и нормативов для предприятий и организаций различных отраслей промышленности; разработать и внедрить экономические механизмы повышения производительности труда в рыночных условиях, их информационное, кадровое и финансовое обеспечение и т.д.

Повышение производительности труда в любой системе может происходить различными путями под воздействием различных факторов. Она может повышаться, если наблюдается одна из следующих ситуаций:

а) объем продукции растет, а затраты снижаются;

б) объем продукции растет быстрее, чем затраты;

в) объем продукции остается без изменения, в то время как затраты снижаются (например, в результате реализации программ по сокращению издержек);

г) объем продукции растет при неизменных затратах;

д) объем продукции снижается более медленными темпами, чем затраты.

Рост производительности труда не может быть беспредельным. Экономически разумные пределы роста производительности труда диктуются условием увеличения массы потребительных стоимостей и повышения качества продукции. Стремление к безмерному росту производительности труда за счет сокращения численности работающих, может привести к снижению объема и качества выпускаемой продукции.

Основным источником удовлетворения потребностей трудящихся является оплата труда, будучи правильно организованной, она содействует вовлечению людей в производство, становиться важнейшим средством материального стимулирования непрерывного роста производства, повышения его эффективности.
    продолжение
--PAGE_BREAK--