Учебное пособие: «Происхождение скифов Северного Причерноморья в научном освещении»

Министерство образования и науки Российской Федерации

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

Поволжская государственная социально – гуманитарная академия

Курсовая работа на тему:

«Происхождение скифов Северного Причерноморья в научном освещении»

Выполнил: студент 3 курса

факультета художественного образования

Сагдеев Р.Р.

Проверила: Полякова О.Л.

Самара,2010

Содержание

Введение…………………………………………………………………………3

Глава 1. Происхождение скифов Северного Причерноморья по данным античной историографии……………………………………………………….6

Глава 2. Происхождение и формирование скифов в современной историографии…………………………………………………………………..13

§1. Теории о происхождении скифов………………………………………….13

§2. Понимание проблемы происхождения скифов……………………………15

§3. Основные этапы и время формирования скифского этноса……………..18

Глава 3. География расселения скифов Северного Причерноморья в трудах Гракова Б.Н. И Рыбакова Б.А…………………………………………………..23

Заключение………………………………………………………………………26

Список литературы………………………………………………………………..

Приложение……………………………………………………………………….

Введение

Скифы — блестящий период нашей древней истории. Именем этого народа назван период, охватывающий около пяти веков, это время совпадает с воз­никновением и развитием античных государств Греции, сыгравших огромную роль в сложении европейской циви­лизации.

Скифы были тесно связаны с греческим миром. Од­нако след в нашей истории они оставили не только по­тому, что были посредниками в распространении грече­ской культуры на нашей территории. Они сами создали высокую для того времени культуру, влияние которой сказалось на огромных пространствах Восточной Европы, Западной и Центральной Азии. Скифская держава, вклю­чавшая не только степи Северного Причерноморья и Крым, но и племена, населявшие лесостепную область, явилась звеном культурных и торговых связей между Передней и Средней Азией и Европой.

Скифы вовлекли в жизнь того времени, приобщив к передовым цивилизациям древности, даже Средний и Северный Урал и Приуралье. Скифское государство, втягивая окрестные племена в торговые связи, содействовало и развитию общественных отношений и культуры. Культурные связи возникли несколько раньше в эпоху поздней бронзы и в киммерий­ское время, но культурное общение народов никогда не достигало тех высот, каких око достигло при скифах. Может быть, покажется парадоксальным, но походы ски­фов с целью грабежа и захвата пленных, обращаемых в рабство, способствовали развитию строя военной демо­кратии, выделению и укреплению положения племенной аристократии у ряда народов.

Среди учёных внесших значительный вклад в изучении теории происхождения скифов, являются такие авторы, как Мурзин В.Ю., который в своей работе о проблеме происхождения скифов анализирует данные античных источнико, современные теории о проблеме происхождения скифов Северного Причерноморья, определяет время и этапы формирования скифского этноса[5]. Мозолевский Б.Н. и Мурзин В.Ю. в своём сборнике статей о скифах Северного Причерноморья, анализируют работы Тереножкина А.И., Рыбакова Б.А., Гракова Б.Н. Они акцентирует внимание на Времени формирования скифской народности, на проблеме происхождения скифов, на географии Скифии и на классификации племён скифов[4]. Граков Б.Н. в своей работе преимущественно анализирует античные источники и на их основе составляет географическую карту Скифии[2]. Петрухин В.Я. и Раевский Д.С. также делают акцент на анализе античных источников[6].

Цель данной работы заключается в раскрытии проблемы происхождения скифской народности, проживающей в границах Северного Причерноморья.

Для достижения поставленной цели были сформулированы следующие задачи:

1. Рассмотреть современные и античные источники о проблеме происхождения скифов

2. Проанализировать теории о происхождении скифов Северного Причерноморья

3. Определить время формирования скифской народности.

Моя работа состоит из введения, где дается краткий обзор использованной литературы, подчеркивается актуальность проблемы, заявленной в курсовой работе, изложены цели и задачи данной работы, и четырех глав. В главе первой под названием «Происхождение скифов Северного Причерноморья по данным античной историографии» проблема происхождения скифов рассматривается античными авторами, такими как Гомер, Аристей, Гекатей и несколько версий Геродота. Во второй главе «Происхождение и формирование скифов в современной историографии», состоящей из трех параграфов, рассматривается проблема происхождения скифов, но уже современными учеными, которые опирались, в том числе, и на версии античных авторов.В первом двух параграфе рассматриваются и анализируются две наиболее распространенные теории — так называемая «азиатская», основанная на версиях Геродота, которой придерживались Ильинская В.А. и Тереножнкин А. И; и «автохтонная», основывающаяся на представлении о ге­нетической связи скифов с носителями срубной культуры. Во втором параграфе дается более подробный анализ теории происхождения скифов в современной историографии. В третьем параграфе приведены этапы формирования скифского этноса. В главе третьей, «География расселения скифов Северного Причерноморья в трудах Гракова Б.Н. И Рыбакова Б.А.», приводятся труды Гракова и Рыбакова, которые исследовали географию расселения скифов и попытались составить карту расселения.

Актуальность данной работы заключается в том, что в исто­рии цивилизации скифский этнос во многом определил расцвет «варварской» Европы, а впоследствии наложил отпечаток на всё её дальнейшее развитие. Вот почему история скифов, их культура представляет огромный интерес для современных исследователей. В тоже время стоит добавить, что ни один из ныне существующих народов не является их прямым наследником.

Глава 1. Происхождение скифов Северного Причерноморья по данным античной историографии

Необычайный интерес античного мира к скифам объясняется преж­де всего тем, что именно с ними наиболее тесно контактировали посе­лившиеся в Северное Причерноморье греки. Практически одновре­менно с основанием первых эллинских колоний греки столкнулись со скифами и у себя на родине, поскольку в том же VII в. до н. э. скиф­ские отряды, вторгшиеся в Переднюю Азию, дос­тигли Восточного Средиземноморья и оказались в поле зрения жителей городов Ионии. На протяжении ряда последующих столетий скифы и греки жили в Северном Причерноморье бок о бок. Следствием их многообразных контактов явилось пристальное внимание эллинского мира к этому народу и достаточно полное освещение его истории и обычаев в греческой литературной традиции[6,73-74].

Первые сведения о скифах, впрочем, не называя их имя, даёт Илиада. Она снабжает их эпитетами справедливых доителей кобылиц, питающихся молоком. И в Одиссее слышится отзвук знакомства с киммерийцами, отчасти современниками, отчасти предшественниками скифов в Крыму и в украинских степях, а учёная литература греков уже в самых ранних своих произведениях классического времени включает кое-где в смеси с современными им данными географические и этнографические сведения из эпоса аргонавтов и гомеровского эпоса. Изучение странствий Одиссея показывает, что сказания о них сначала имели в виду Эгейское море, затем частью перенеслись на Чёрное, а позднее к берегам Сицилии и Италии в зависимости от новых знаний, сообщавшихся мореходами грекам, в том числе и рапсодам. У писателя VII в. до н.э. Гесиода «гомеровские доители кобылиц» прямо названы скифами.[2,6].

У Аристея из геллеспонтского города Проконнеса были сведения о торговом пути на северо-восток, упоминались народы и их нравы, и, наконец, он сообщал о последнем вторжении скифов в земли киммерийцев и об изгнании их. Его сведения может быть легли в основу многого в трудах позднейших логографов (сочинителей в прозе) и историков, хотя в них, судя по различию с Аристеем, отразились другие не дошедшие до нас источники. Некоторый взрыв интересов к далёкой Скифии на рубеже этих двух столетий имеет прямое касательство к тому, что именно в это время основывались первые колонии на Северном берегу Понта и что тогда же происходили последние вторжения киммерийцев в Малую Азию, достигшие её ионийско-лидийского побережья[2, 6].

Сношения со скифским севером никогда не прекращались в античное время, но они вспыхивали сильнее и больше отражались в те периоды средиземноморской истории, когда скифы играли или могли сыграть в ней какую-ту роль. Поэтому новая вспышка интересов к Скифии и скифам возникает в связи с греко-персидскими войнами, во время которых скифы рассматривались как возможные союзники, а шедший с берегов Скифии хлеб лишь спорадически перехватывался персами в проливах и играл видную роль в продовольствовании Эллады[2, 6].

Среди писателей начала этой эпохи, т.е. рубежа VI-V вв. до н.э., прежде всего следует выделить Гекатея из Милета, известного в отрывках у более поздних авторов. Его большой труд «Землеописание» отражает интересы тогдашней Ионии к внешнему миру, а его отрывки, касающиеся Скифии, показывают большое внимание к разным местам заселённого греками побережья. Он знал много туземных племён. В его кругозор в противоположность Геродоту вошла не только собственно Скифия, но и Северный Кавказ, на котором он не знает и не называет скифских племён. Часть его сведений касается скифов ещё VII и VI вв. Он говорил и о последнем вторжении скифов в земли киммерийцев и, по-видимому, кое-что из рассказа о походе царя персов Дария I в Скифию взято Геродотом у него[2, 6 — 7].

Геродот из Галикарнасса (около 484-425 гг. до н.э.), касаясь истории скифов, в разных местах своего труда о греко-персидских войнах, а особенно в IV книге детально освещает географию и границы Скифии, происхождение Скифов, их обычаи и религию, торговый путь на северо-восток и нравы более северных народов, живших близким к скифскому бытом, но иных по языку и не входивших в Скифское царство. Всё это изложено в связи с походом Дария в Скифию в 515/14 гг. до н.э. У Геродота отражены также события ранней истории скифов, их походов в Переднюю Азию и вплоть до границ Египта в конце VII и в начале VI в. до н.э. [2, 7].

Между сообщениями разных античных авторов о начале скифской истории имеются определенные расхождения, но основа в них совпадает. Наиболее связным и детализированным является третий рассказ Геродота на этот счет. Приведя две чисто мифологические версии толкования этой темы, где повествуется о про­исхождении скифов непосредственно от богов и мифических героев, историк приступает к изложению третьей версии, которой он сам, наиболее доверяет[6,74].

Первая версия Геродота, берёт начало из рассказа самих скифов. По этой версии родоначальником скифской народности является Таргитай, сын Зевса и «дочери реки» Борисфены. У Таргитая было три сына, от которых пошли три скифских племени. Геродот не воспринимает серьёзно эту версию, так как она мифологическая.

«По рассказам скифов, народ их – моложе всех. А произошел он таким образом. Первым жителем этой еще необитаемой тогда страны был человек по имени Таргитай. Родителями этого Таргитая, как говорят скифы, были Зевс и дочь реки Борисфена (я этому, конечно, не верю, несмотря на их утверждения). Такого рода был Таргитай, а у него было трое сыновей: Липоксаис, Арпоксаис и самый младший – Колаксаис. В их царствование на Скифскую землю с неба упали золотые предметы: плуг, ярмо, секира и чаша. Первым увидел эти вещи старший брат. Едва он подошел, чтобы поднять их, как золото запылало. Тогда он отступил, и приблизился второй брат, и опять золото было объято пламенем. Так жар пылающего золота отогнал обоих братьев, но, когда подошел третий, младший, брат, пламя погасло, и он отнес золото к себе в дом. Поэтому старшие братья согласились отдать царство младшему. Так вот, от Липоксаиса, как говорят, произошло скифское племя, называемое авхатами, от среднего брата – племя катиаров и траспиев, а от младшего из братьев – царя – племя паралатов. Все племена вместе называются сколотами, т. е. царскими. Эллины же зовут их скифами. Так рассказывают скифы о происхождении своего народа».[1, 5 — 7].

Вторая версия, как и первая мифологическая, но рассказанная Геродоту греками. В ней рассказывается миф о том, что родоначальниками скифского этноса были дети Геракла и мифического существа женщины – змеи.

«…Эллины же, что живут на Понте, передают иначе. Геракл, гоня быков Гериона, прибыл в эту тогда еще необитаемую страну (теперь ее занимают скифы). Герион же жил далеко от Понта, на острове в Океане у Гадир за Геракловыми Столпами (остров этот эллины зовут Эрифией). Океан, по утверждению эллинов, течет, начиная от восхода солнца, вокруг всей земли, но доказать этого они не могут. Оттуда-то Геракл и прибыл в так называемую теперь страну скифов. Там его застали непогода и холод. Закутавшись в свиную шкуру, он заснул, а в это время его упряжные кони (он пустил их пастись) чудесным образом исчезли. Пробудившись, Геракл исходил всю страну в поисках коней и, наконец, прибыл в землю по имени Гилея. Там в пещере он нашел некое существо смешанной природы – полудеву, полузмею. Верхняя часть туловища от ягодиц у нее была женской, а нижняя – змеиной. Увидев ее, Геракл с удивлением спросил, не видала ли она где-нибудь его заблудившихся коней. В ответ женщина-змея сказала, что кони у нее, но она не отдаст их, пока Геракл не вступит с ней в любовную связь. Тогда Геракл ради такой награды соединился с этой женщиной. Однако она медлила отдавать коней, желая как можно дольше удержать у себя Геракла, а он с удовольствием бы удалился с конями. Наконец женщина отдала коней со словами: “Коней этих, пришедших ко мне, я сохранила для тебя; ты отдал теперь за них выкуп. Ведь у меня трое сыновей от тебя. Скажи же, что мне с ними делать, когда они подрастут? Оставить ли их здесь (ведь я одна владею этой страной) или же отослать к тебе?”. Так она спрашивала. Геракл же ответил на это: “Когда увидишь, что сыновья возмужали, то лучше всего тебе поступить так: посмотри, кто из них сможет вот так натянуть мой лук и опоясаться этим поясом, как я тебе указываю, того оставь жить здесь. Того же, кто не выполнит моих указаний, отошли на чужбину. Если ты так поступишь, то и сама останешься довольна и выполнишь мое желание”. С этими словами Геракл натянул один из своих луков (до тех пор ведь Геракл носил два лука). Затем, показав, как опоясываться, он передал лук и пояс (на конце застежки пояса висела золотая чаша) и уехал. Когда дети выросли, мать дала им имена. Одного назвала Агафирсом, другого Гелоном, а младшего Скифом. Затем, помня совет Геракла, она поступила, как велел Геракл. Двое сыновей – Агафирс и Гелон не могли справиться с задачей, и мать изгнала их из страны. Младшему же, Скифу, удалось выполнить задачу, и он остался в стране. От этого Скифа, сына Геракла, произошли все скифские цари. И в память о той золотой чаше еще и до сего дня скифы носят чаши на поясе (это только и сделала мать на благо Скифу)[1, 8 — 10].

Третья версия о происожодении скифов, которой придерживается Геродот, гласит о том, что кочевые племена скифов появились на Северном Причерноморье из Азии, в результате миграции, причиной которой послужило давление массагетов.

« Существует еще и третье сказание (ему я сам больше всего доверяю). Оно гласит так. Кочевые племена скифов обитали в Азии. Когда массагеты вытеснили их оттуда военной силой, скифы перешли Аракс и прибыли в киммерийскую землю (страна, ныне населенная скифами, как говорят, издревле принадлежала киммерийцам). С приближением скифов киммерийцы стали держать совет, что им делать пред лицом многочисленного вражеского войска. И вот на совете мнения разделились. Хотя обе стороны упорно стояли на своем, но победило предложение царей. Народ был за отступление, полагая ненужным сражаться с таким множеством врагов. Цари же, напротив, считали необходимым упорно защищать родную землю от захватчиков. Итак, народ не внял совету царей, а цари не желали подчиниться народу. Народ решил покинуть родину и отдать захватчикам свою землю без боя; цари же, напротив, предпочли скорее лечь костьми в родной земле, чем спасаться бегством вместе с народом. Ведь царям было понятно, какое великое счастье они изведали в родной земле и какие беды ожидают изгнанников, лишенных родины. Приняв такое решение, киммерийцы разделились на две равные части и начали между собой борьбу. Всех павших в братоубийственной войне народ киммерийский похоронил у реки Тираса (могилу царей там можно видеть еще и поныне). После этого киммерийцы покинули свою землю, а пришедшие скифы завладели безлюдной страной» [1, 11].

Соглас­но этой версии, скифы, изначально жившие «в Азии», вследствие давле­ния на них со стороны народа массагетов перешли реку Аракс и всту­пили в землю, до этого заселенную киммерийцами. Причиной появления скифов в земле киммерийцев была цепная реакция мигра­ций, вызванных рядом межэтнических конфликтов. Примеча­тельно, что если у Геродота скифов вытесняют с прежнего места обита­ния массагеты, то Аристей виновниками этого переселения называет исседонов. К приведенным рассказам во многом близка версия Диодора Си­цилийского. Он, правда, не упоминает ни давления на скифов со стороны какого-либо народа, объясняя переселение ростом их могущества, ни вытесненных ими киммерийцев, но также отмечает, что скифы, поначалу обитавшие в очень незначительном количестве у реки Аракс, затем распространились до Кавказа и Танаиса (реки Дон), а потом и до Фракии (страны на Балкан­ском полуострове), после чего совершили поход по землям древневос­точных царств вплоть до Египт. Последовательность собы­тий здесь та же самая. Отголоском этих же представлений является сообщение Страбона об изгнании киммерийцев скифами из области, где основан город Пантикапей, т. е. опять-таки из Северного Причерноморья[6,77].

Современник Геродота и Фукидида Геланник из Митилен на Лесбосе написал целый не дошедший до нас труд «Скифское». От него сохранились скупые, но существенные отрывки. Он знал и европейскую Скифию, и её задонское продолжение, т.е. один из первых начал употреблять её имя расширительно. Он приписывает скифам изобретение железа. Один из первых он идеализирует их нрав и быт.

Итак, среди числа античных авторов первым о скифах упоминает Гомер. Гесиод, живший в 8 веке до н.э., впервые дает скифам их современное название. Геродот, положивший начало научному изучению скифского этноса, в своей книге «Истории» утверждает, что они были чрезвычайно воинственным народом. «История» Геродота служит главным литературным античным источ­ником, на котором создавалось скифоведение: «Удивительно богатое и еще ни в какой мере не исчерпанное свидетельство о прошлом нашей страны»[4, 3].

Глава 2. Происхождение и формирование скифов в современной историографии

Стойкий интерес к истории скифов зародился в отечественной науке еще в XVIII в. К скифской проблеме об­ращались многие известные исследо­ватели того времени, в том числе рус­ский энциклопедист М. В. Ломоносов, историк В. Н. Татищев, поэт и ученый В. К. Тредиаковский. Общим для их работ, основанных на письменных ис­точниках, были исследование скиф­ской истории в рамках изучения древ­нейших славян и их генезиса.

Не за­ставили себя ждать и первые архео­логические открытия: по распоряже­нию генерала А. Н. Мельгунова в 1763 г. неподалеку от современного Кировограда был раскопан курган, вошедший в науку под названием Мельгуновского, в котором обнаруже­но захоронение скифского «царя» VII в. до н. э. Раскопки стали началь­ным звеном в цепи блестящих открытий погребальных памятников скиф­ской знати, среди которых можно от­метить исследования таких «царских» курганов, как Куль-Оба (1830 г.), Краснокутский (I860 г.), Чертомлык (1862—1863 гг.).

§1. Теории о происхождении скифов

Практически каждый из исследова­телей, в той или иной степени сопри­касавшийся с историей и археоло­гией скифов, высказывал — хотя бы вскользь—свои соображения относи­тельно этногенеза скифов. Большинство точек зрения относи­тельно происхождения скифов в основе своей примыкает к одной из двух традиционно противопоставляемых кон­цепций.

Первая концепция, в соответствии с данными Геродота, связывает появление скиф­ских племен на современной территории европей­ской части бывшего СССР с продвижением по­следних из глубинных районов Азии – «азиатская» теория. Активными сторонниками этой тео­рии были Ильинская В.А. и Тереножнкин А. И. [5,4]. Тереножкин А.И. последовательно от­стаивавший тезис о приходе скифов из глубин Азии, не отрицал включения в состав скифского этноса покорившихся им местных северопричерноморских племён[4,13].

Близких взглядов придержи­вался и Иессен А. А., который писал, что в его представлении киммерийцы возглавляли первое крупное объедине­ние племен, а затем они, очевидно, около рубежа VIII и VII вв. до н. э. частично были вытеснены из Северного Причерноморья пришельцами с востока, после чего на юге и сложилось скифское объединение. Вместе с тем несомненно то, что нельзя говорить о полной смене всего населения в это время. Многие племена и группы насе­ления, входившие в киммерийское объ­единение, сохранились на месте и после его распада [4, 13].

Вторая теория, получившая в лите­ратуре наименование «автохтонной», основывается на представлении о ге­нетической связи скифов с носителями срубной культуры (киммерийская археологическая культура эпохи бронзы 17-12 вв. до н. э.). При этом, по мне­нию Артамонова М. И. и Гракова Б. Н., впервые сформулировавших ос­новные положения этой теории, срубная культура непосредст­венно предшествовала скифской (VII ст. до н.э.—III ст. н.э). Воз­никновение собственно скифской куль­туры к VII в. до н. э. обусловле­но, по мнемию Артамонова М. И, влиянием переднеазиатской цивилизации или, по Гракову Б. Н. самостоятельным, местным развитием срубной культу­ры [5, 4 — 5].

Лесков А. М. несколько скор­ректировал «автохтонную» теорию. Киммерийцами, по его мнению, явля­ются носители черногоровской(археологическая культура, предшествующая культуре новочеркасского типа)культу­ры, а древнейшую скифскую культу­ру он усматривает в культуре, пред­ставленной памятниками новочеркас­ского типа (VIII — нач.VII вв. до н.э.). Однако их общей основой являлась срубная культура. По сути, взгля­ды Лескова А. М. отличаются от взглядов основателей «автохтон­ной» теории лишь тем, что Гра­ков Б. Н. и Артамонов М. И. непосредствен­но связывали срубную и скифскую культуры, а соответственно и их но­сителей, тогда как Лесков А. М. со­единяет их с помощью дополнительного звена — памятников черногоровско-новочеркасского типа и населения, ос­тавившего эти памятники [5,5].

Несмотря на кажущуюся несовме­стимость рассмотренных теорий о происхождении скифов, во взгля­дах их сторонников наблюдается оп­ределенное единство. Суть его заклю­чается в том, что большинство архео­логов, независимо от того, какой кон­цепции они придерживаются, все же считают, что формирование скифов произошло в результате взаимодейст­вия как местных, так и пришлых, ко­чевых племен.

Тереножкин А.И. никогда не отрицал роли местного (киммерий­ского) субстрата в формировании скифского этноса. Граков Б. Н., в свою очередь, допускал участие оп­ределенного пришлого компонента («скифов-царских») в конечном формировании скифских племен[5, 5].

Подводя итог вышеизложенных теорий о происхождении скифов, противоречия между двумя основными концепциями можно свести к двум основным моментам:

1. К различной оценке удельного веса местных и пришлых компонентов в составе скифского этноса;

2. К различному определению территории, послужившей исходной точкой в движении мигрантов с востока.

§2. Понимание проблемы происхождения скифов

Конструктивное понимание проблемы происхождения скифов как определенного историчес­ки сложившегося этноса проявляется главным образом при изучении кон­кретного материала. Обращаясь к ис­торической интерпретации последнего, ряд специалистов направляют основ­ные усилия на то, чтобы увязать полученные данные с той или иной из поддерживаемых ими концепций происхождения скифов, прибегая иногда к чисто логическим схемам и допущениям. Раевский Д.С., обращаясь к содержащимся в труде Геродота данным о происхождении скифов (предание о приходе скифов из-за Аракса, сведения о существовании некой «древнейшей Скифии»), приходит к выводу, что «население Скифии сложи­лось из двух основных компонентов «собственно скифского», пришедшего из-за Аракса (скифы-царские и, возможно, некоторые из подчиненных им племен) и «доскифского», обитавшего здесь ранее. Толкование скифского этноса как сложившегося из двух ос­новных компонентов, хорошо согласуется с выявленным выше существованием в Скифии двух мифологических тради­ций о сакральном испытании и о сложении сословно — кастовой структуры и двух терминологических систем для обозначения элементов этой структуры. Одна из традиций должна быть, следовательно, признана принадлежа­щей передвинувшимся с востока ски­фам царским, а другая—ранее оби­тавшим здесь скифским племенам, киммерийцам»[8, 136-137].

При рассмотрении проблемы происхождения скифов Куклина И.В. на основе античных источников приходит к заключению, что «археологическая да­та распространения скифской культу­ры в Северном Причерноморье отра­жает время их действительного там появления»[3,188]. Рассматривая пути продвижения скифских племен с территории восточ­ной прародины в степи Предкавказья и Северного Причерноморья, Куклина И. В. приходит к выводу, «что они пролетали через Алтай, Тянь-Шань, междуречье Амударьи и Сырдарьи и далее через Иранское нагорье и Переднюю Азию племена киммерий­цев и скифом, (царских) прошли че­рез территорию среднеазиатского Меж­дуречья, переправились через р. Аракс (Амударью), затем через Иран и За­кавказье прошли Малую Азию. В 585 г. до н. э. скифы вторглись через Кавказ и Северное Причерноморье, снова перейдя р. Аракс (на этот раз армянским), и заняли Предкавказье и земли у Меотиды. С этого времени и начинается господство скифов в Се­верном Причерноморье и распростра­нение там культуры, которая по пра­ву может быть названа там скиф­ской»[3,188-189]. Также, Куклина И.В. говорит о том, что «данные ан­тичных письменных источников не да­ют основания считать киммерийцев обитателями Северного Причерно­морья в доскифский период.Киммерийцы — также скифское племя и передовой отряд продви­жения скифосакских племен с Иран­ского нагорья в Переднюю и Малую Азию, где они вместе со скифами на­ходились более столетия, а потом бы­ли вытеснены в Северное Причерно­морье в начале VI в. до н. э».[3,113].

Данная точка зрения во многом со­относится с предположением Дьяконова И. М., согласно которому термин «киммерийцы», исходя из иранских языковых параллелей, «вообще не яв­лялся этнонимом, а означал «подвиж­ный конный отряд ираноязычного ко­чевого населения евразийских степей». Кроме того, он считает, что Геродотовы «скифы» и «киммерийцы» были отрядами двух хотя и близких по языку и культуре, но разных конкретных скифо-сарматосакских племен. При этом если пер­вый термин отражал действительно племенное название, то подлинное название племени, к которому при­надлежал первый подвижный отряд— «киммерийцы» Геродота,— вероятно, так и останется неизвестным [5, 9].

Из этого следует, что Раевский Д.С. полагал, что скифский этнос сформировался на основе «собственно скифского» и «доскифского» компонентов. Раевский Д.С., не принимаю во внимание другие две теории ,(«автохтонная» и «азиатская»), предлагает свой собственный взгляд на данную проблему. Куклина И.В., в свою очередь, основываясь на данных античных источников, говорит о том, что киммерийцы – это часть скифского племени и что скифы находились рядом с киммерийцами около столетия. Куклина И.В., не придерживаясь ни одной из двух теорий, предполагает, что скифы и киммерийцы жили примерно в одно время.

§ 3. Основные этапы и время формирования скифского этноса

Этапы формирования скиф­ского этноса можно разделить на следующие периоды:

1. Начало — первая половина VII в. до н. э.— продвижение с востока на территорию степей Северного Кавказа и Северного Причерноморья протоскифских племен привело к взаимо­действию пришлого и местного протоскифского населения, что явилось исходной точкой этногенеза скифов;

2. VII — начало VI вв. до н. э.— сло­жение в период походов в Переднюю Азию этносоциальной структуры скиф­ского объединения, основанной на по­корении протоскифами киммерийского населения. Эксплуатация покоренных осуществлялась в рамках трехчленной раннеполитической структуры, закреп­лявшей этносоциальную стратифика­цию внутри скифской кочевой орды;

3. VI в. до н. э.— образование северо­причерноморской Скифии в пределах Степи и Лесостепи под эгидой ирано­язычных кочевников, осуществлявших коллективную эксплуатацию земле­дельцев Лесостепи;

4. Конец VI—V в. до н. э.— формиро­вание скифского этноса в результате ускорения объединительных этногенетических процессов внутри кочевой орды[3,78].

Говоря об этногенезе та­кого определенного исторического на­рода, каким были скифы, необходимо помнить, что этнические про­цессы, приведшие к его формирова­нию, начались задолго до того, как имя скифов появилось в письменных источниках. Продолжались они и по­сле того, как скифы сошли с истори­ческой арены, поскольку отдельные группы скифских племен участвовали и сложении других, более поздних на­родов, т. е. их развитие длилось на про­тяжении многих веков. В этническом развитии кон­кретных народов существуют особые, переломные моменты, среди кото­рых наиболее важны начальный мо­мент этногенеза определенного наро­да и его конечный момент, с которого этнос может считаться практически сложившимся.[5, 15]

Если скифский этнос являлся ново­образованием, сложившимся в ре­зультате взаимодействия местных и пришлых этнических компонентов, то начальной точкой этногенеза скифов следует считать время встречи этих компонентов, т. е. VII в. до н. э. Та­кой вывод вполне соответствует на­блюдениям этнографов. Так, извест­ный советский исследователь Ю. В. Бромлей отмечал: «В условиях ранне­классовых отношений переселения час­то сопровождались интенсивными этногенетическими процессами. При этом такие процессы, как правило, од­новременно имели объединительный характер. Более того, начальной точ­кой формирования новой этнической общности в результате переселений обычно выступал не столько сам мо­мент миграции этнической общности или отделения переселяющейся этни­ческой группы от «материнского эт­носа», сколько тот период, когда меж­ду переселенцами и автохтонными эт­ническими единицами начиналось взаимодействие, в ходе которого у них появлялись общие характерные черты» [3, 15].

Понимая всю слож­ность этногенетических процессов, приведших к сложению скифов как вполне определенного исторического народа, упоминаемого многочисленны­ми письменными памятниками начи­ная с VII в. до н. э., многие исследо­ватели продолжают в поисках их пред­ков употреблять и для более раннего времени термин «скифы», хотя ника­кими данными о процессе сложения скифов в результате взаимодействия местных и пришлых этнических эле­ментов в этот период мы не распола­гаем. Поскольку и материальная куль­тура, которая, по удачному выраже­нию Гракова Б. Н., «по праву време­ни и места не может быть названа иначе, чем скифской»[5,16] известна нам лишь с VII в. до н. э., для обозначения культуры этих более ранних, созданных творче­ством самих исследователей «скифов» приходится прибегать к таким гро­моздким конструкциям, как «культура скифов в ее доскифском облике», «культура самых первых скифских на­сельников» и т. д. Эта терминологи­ческая трудность, пожалуй, наиболее заметно проявляется в следующем: У них скифов во время пребывания в Передней Азии возникла но­вая культура, ее они и принесли с со­бой на свою старую родину. Эта куль­тура называется скифской, но в ней мало что можно отыскать от перво­начальной культуры их родины, про­должавшей существовать и развивать­ся у части скифов, оставшихся на ме­сте и не принимавших участия в бур­ной истории своих соплеменников в Азии»

Хазанов Л.М. считает, что рассказан­ный Геродотом эпизод об изгнании по­следними киммерийцев относится ско­рее всего к VIII в. до н. э. Основным аргументом в пользу этого вывода яв­ляется следующее за­ключение: скифы впервые упоминают­ся в анналах Асархаддона, датируе­мых 70-ми годами VII в. до н. э., сле­довательно, к северу от Глазного Кав­казского хребта они должны были по­явиться на несколько десятилетий раньше. Однако на примере более поздних ко­чевых народов мы убеждаемся, что столь длительного времени для про­никновения через Кавказ в Закавказье и Переднюю Азию номадам не требовалось. Практически сразу после по­явления в степях Северного Кавказа они устремлялись на юг, в Переднюю Азию. Поэто­му подобные подсчеты можно объяснить лишь стрем­лением в любом случае, даже вопреки фактам, отождествить носителей новочеркасской культуры со скифами.[3,27].

Таким образом, можно заключить, что именно начало VII в. до н. э. яв­ляется отправной точкой этногенеза скифов. Именно с этого времени, в со­ответствии с наиболее ранними упо­минаниями скифов в древневосточных письменных источниках, можно употреблять термин «скифы» в отношении кочевого населения, обитавшего на просторах северокавказских и причерноморских степей, а также об­ладавшего вполне определенной и хо­рошо изученной археологами «скиф­ской культурой».

Глава 3. География расселения скифов Северного Причерноморья в трудах Гракова Б.Н. И Рыбакова Б.А.

С самого начала географическое положение Скифии определяет­ся главным образом пределами степей Украины между Ду­наем и Доном. Ассиро-вавилонские источники и греческие сведения VII—VI вв. до н. э. связывают со Скифией иногда Кавказ, что, несомненно, заключает в себе долю исто­рической правды. Больше столетия скифы стремились в эту сторону, поражая своими набегами Ассирию, Урарту и Мидию. Соответственно именно степные районы Кубани дали до сих пор наиболее роскошные инвентари меотских курганов VII—VI вв. до н. э., содержащие импортные изделия и следы отчетливого влияния Передней Азии.

Греческие авторы V и IV вв. до н. э. сокращают границы Скифии. Геродот, Гиппо­крат, псевдо-Скилак отчетливо и согласно друг с другом помещают Скифию от Дуная до Дона, не называя Кавказ Скифией; а встречающееся иногда наименование скифами племен Средней Азии всецело базируется на сходстве быта. Сведения после Геродота от Гиппократа и псевдо-Скилака до псевдо-Скимна указывают на переход савроматских племен, позднее называвшихся сарматами, уже на правый берег Дона. Это еще более сократило границы Скифии. Страбон, повторяя концепцию Посидония, дает сложившую­ся ко второй половине II в. до н. э. картину, в которую, однако, херсонесская надпись в честь Диофанта, полководца Митридата Великого, вместе с монетами царя поздней Ски­фии Скйлура вносит существенные изменения. Во второй половине II в. до н. э. скиф­ские владения еще распространялись на северный Крым и соседние степи Нижнего Приднепровья. После поражения скифов Диофантом эти земли немного сократились, но в целом остались близки прежним до III в. н. э. В начале следующего столетия иа-зиги и роксоланы, привлеченные сюда скифами как союзники, заняли приазовские украинские степи. Термин Скифия с этого времени все больше терял свое самостоятель­ное значение будучи распространен на остальные племена степей: скифы в собственном смысле этого слова населяли до III в. н. э. степной Крым и самые низовья Днепра и Буга.

Основным источником географических сведений о Скифии в ее пределах начиная с V в. является Геродот. При отдельных противоречиях и нечетких указаниях данная им картина достаточно очевидна и показывает знание отдельных местностей теми лицами из Ольвии, со слов которых «отцу истории» доподлинно удалось узнать многое о землях «до самых отдаленных стран». Разноречивые сведения не всегда были согласованы ав­тором, и в этом главный недочет и затруднительность его данных.

Геродот представляет Скифию в виде квадрата: южная сторона — побережье Чер­ного моря от устьев Истра (Дунай) до киммерийского Боспора (Керченский пролив), восточная — образована Меотийским озером (Азовское море) и Танаисом (Дон), север­ная сторона — от Танаиса до Истра, западная — Истр. Каждая сторона его равна 20 дням пути, или 4000 стадий, т. е. около 700 км. Строго геометрическое построение фигуры страны и равенство всех ее границ не позволяют серьезно оперировать с таким представлением.[2,15].

Рыбаков Б.А., в своей статье о расселении основных племён скифов, опирается на данные Геродота и составляет карту расселения скифов Северного Причерноморья.[см. Приложение]

Рыбаков предлагает, рассмотреть составленную таким образом карту Геродотовой Скифии в сопоставлении с теми фактическими сведениями, которые древний автор сообщает в четвертой книге «Исто­рии», и имеющимися данными архео­логии.

Прежде всего, конечно, о сколотах-земледельцах в лесостепи между Дне­стром и Днепром. Такого племени или группы племен Геродот в Скифии не знал. Они воссозданы автором исследо­вания, с одной стороны, из скифов-па­харей, которых Геродот указывал в правобережной Лесостепи, и скифов-земледельцев, которых он прочно лока­лизовал только к востоку от Днепра. Невероятность появления на карте Скифии особых сколотов-земледельцев, помимо невозможности слияния в их составе правобережных и левобережных оседлых племен, заключается, конечно, в том, что для Геродота сколотами на­зывали себя сами скифы царские: его свидетельство об этом непререкаемо[4, 5-6]. В статье Б.А. Рыбакова основной миф о происхождении скифских царей и родов, или племён скифов царских, оказался перенесенным на оседлых земледельцев, часть которых, прежде всего скифы – пахари, очевидно, скифами были только по своему названию, так как являлись автохтонами, ведущими начало от белогрудовцев и чернолесцев кон­ца эпохи бронзы и доскифской поры железного века. От Таргитая, сына Зев­са и дочери реки Борисфена, как гово­рится в мифе, родился первочеловек Таргитай, имевший трех сыновей. «И вот,— как пишет древний автор,— от Липоксая-де произошли те скифы, которые носят название рода авхатов; от среднего брата Арпоксая — те, что называются катиарами и траспиями; а от младшего, царя, те, что называются паралатами; общее же название всех их — сколоты, по имени одного царя; скифами назвали их эллины [1,6].

Главный аргумент, пользуясь кото­рым Б. А. Рыбаков перенес генеалоги­ческий миф скифов царских на земле­дельцев, заключается в том, что в со­ставе небесных даров, по данным этого мифа, были, помимо секиры и чаши, плуг и ярмо — предметы земледельче­ские. Следовательно, и сам миф должен был принадлежать земледельцам, что и позволяет перенести именно на них на­звание сколотов. Доводы Рыбако­ва Б. А. Мозсводятся к следующему, плуг с ярмом поставлен среди священных да­ров на первое место, что и заставляет связывать данную легенду прежде всего с земледельческой лесостепой зоной Скифии. Священное золото цари обе­регают и чтут ежегодными обильными жертвоприношениями под открытым небом. Еще раз мы можем убедиться в том, что Геродот четко различал соб­ственно скифов и скифов-сколотов — их празднества и жертвоприношения он описал раздельно, и там, где описыва ются божества скифов-кочевников, при­несение жертв в безлесной степи, там не упоминается почитание золотого плуга и ярма, а говорится о поклонении мечу и заклании пленников… Страна почитателей пахотной упряжки земле-дельцев-сколотов находится не в южной степи, севернее которой живут пахари. Она находится на северном пределе досягаемости, на рубеже заснеженных пространств[4,6].

Продолжая развивать свою мысль, Б. А. Рыбаков пишет далее, что «единст­венная область в Восточной Европе внутри скифского квадрата, которую можно отождествить со страной почи­тателей плуга, страной, управляемой потомками Таргитая и Колаксая, это — область земледельческих скифских пле­мен Среднего Поднепровья. Следуя эллинской традиции называть жителей этой страны скифами (что, очевидно, подкреплялось вхождением ее в скиф­скую федерацию)»[7,216- 217], Геродот и пишет о них как о скифах, но всегда добавляет поясняющий эпитет: «скифы-пахари» (т. е., «ненастоящие скифы», живущие некочевым бытом), «скифы-земледель­цы»[2, 6].

По счастью, он нашел нужным все же дать окончательное разъяснение, пере­числив земли потомков Таргитая и ска­зав, что всем им в совокупности имя сколоты, а скифами (очевидно, по ана­логии с окружавшими греков действи­тельными скифами) их называли гре­ки-колонисты. Итак, мы получили пра­во именовать днепровско-днестровский массив земледельческих культур скиф­ского времени и скифского облика его самоназванием — сколотами[7, 216 — 217].

Во всем изложенном о сколотах-земледельцах можно обнаружить только убежденность, но не убедительность, не доказательства. Вынужден повторить, что предание о происхождении скиф­ских царей и скифов царских, называв­шихся, по Геродоту, сколотами, ника­ким образом приписать земледельче­ским оседлым племенам нельзя, Геродот ничего не знал о земледельцах-сколотах: в его записях сколоты — ко­чевые скифы царские.[2,6]

Рассмотрев географию расселения скифов Северного Причерноморья, можно сказать, что современные исследователи не пришли к единому мнению о расселении скифов Северного Причерноморья

Заключение

Каждый народ проходит свой исторический путь. Путь скифов не был короток – история отмерила им более тысячи лет. Долгое время они представляли господствующую политическую силу на обширной территории между Доном и Дунаем. В середине III в. до н. э. Скифия превращается в безлюдную пустыню в результате нашествия сарматов. Однако ко II в. до н. э. происходит возрождение государства скифов. В III в. скифское царство было уничтожено готским нашествием.

Из античных источников о происхождении скифов мы видим, что первым о скифах упоминает Гомер, а Гесиод, живший в 8 веке до н.э., впервые дает скифам их современное название. Геродот, положивший начало научному изучению скифского этноса, в своей книге «Истории». «История» Геродота служит главным литературным античным источ­ником, на котором создавалось скифоведение: «Удивительно богатое и еще ни в какой мере не исчерпанное свидетельство о прошлом нашей страны» [4, 3].

Проанализировав две основные теории происхождения скифов, автохтонную и «азиатскую», подробно рассмотрев все противоречия между этими двумя основными концепциями выводы можно свести к двум основным моментам:

1. К различной оценке удельного веса местных и пришлых компонентов в составе скифского этноса;

2. К различному определению территории, послужившей исходной точкой в движении мигрантов с востока.

Однако существует еще одна версия, отличная от обеих этих теорий. Д.С Раевский полагал, что скифский этнос сформировался на основе «собственно скифского» и «доскифского» компонентов. Раевский Д.С., не принимает во внимание другие две теории ,(«автохтонная» и «азиатская»), предлагает свой собственный взгляд на данную проблему. Куклина И.В., в свою очередь, тоже не согласна с основными двумя взглядами на происхождение скифов, и, основываясь на данных античных источников, придерживается мнения, что киммерийцы – это часть скифского племени и что скифы находились рядом с киммерийцами около столетия.

Таким образом, можно сделать вывод, что проблема происхождения скифов, несмотря на то, что существуют античные источники, а так же различные теории их происхождения, все-таки мало изучена, мало подкреплена научными данными, сказать что-то определенное еще рано. Проблема скифов так и остается открытой, а значит, возможно нас еще ждут новые открытия.

Использованная литература:

1. Геродот «История»

2. Граков Б.Н. Скифы: Научно-популярный очерк.- М.: Изд-во Московского ун-та, 1971г.

3. Куклина И.В.Этногеография Скифии по античным источникам, Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1985

4. Мозолевский Б.Н., Мурзин В.Ю. «Скифы северного причерноморья». — Киев, 1987

5. Мурзин В.Ю.Происхождение скифов: основные этапы формирования скифского этноса». – Киев, 1990

6. Петрухин В.Я., Раевский Д.С. «Очерки истории народов России в древности и раннем средневековье». – Москва, 2004

7. Рыбаков Б.А. Геродотова Скифия. Историко-географический анализ», М.: Наука.1979г.

8. Д.С. Раевский. Очерки идеологии скифо-сакских племен. Опыт реконструкции скифской мифологии. М., «Наука», 1977