Лекция: Глава 3. Раздвоение Т-300. Посвященных становится больше

— И что теперь делать? — деловито спросил Т-300. Он уже совсем оправился и вовсю уплетал картошку с колбасой. А вот у Игоря аппетит наоборот пропал.

— Что же у нас получается? — вслух размышлял он. — У тебя все началось с письма. И в течение десяти дней творилось черт знает что. Мне по телефону прочитали то же са­мое. И сразу же началась какая-то чушь. Значит, получается, через десять дней у меня тоже кто-то из родственников свихнется? Но родители еще месяц будут на раскопках. Значит, дядя?

— Вовсе не обязательно, — Генка уже управился с ужином и сыто откинулся на спинку кресла. — Ведь мы по-разному получили эти дурацкие стихи.

— Это еще хуже, — буркнул Игорь. — Теперь даже не понятно, чего ждать.

— Да уж, кажется, у нас большие проблемы, — глубокомысленно изрек Шишкин.

— Тоже мне, обнадежил, — проворчал Игорь. Как же ему хотелось, чтобы все это оказалось просто дурным сном! — Нет уж, дожидаться, пока с моими родственниками случится то же самое, мы не будем. К тому же непо­нятно, чего ждать от твоих родителей. Вдруг они за тобой охоту начнут по всему го­роду? А ведь я тогда буду одним из первых, к кому они сунутся!

Генка кивнул.

— Значит, нужно наметить план действий, — Игорь старался мыслить отстраненно, словно не о себе. Обычно в сложных ситуациях такой подход здорово помогает сосредоточиться. — Итак, за что можно зацепиться, с чего начать?

— Мои родители, — тут же предложил Генка. — Это самое серьезное из случившегося.

— И что ты предлагаешь? — усмехнулся Игорь. — Пойти поговорить с ними? Представляю себе картину: «Тетя Алла, можно узнать, в вас инопланетяне вселились, или вы сами по себе с ума сошли?»

— Ты давай, потише, — оскорбился Генка. — Ничего они не сошли — все вместе с ума не сходят.

— Спокойно, — отмахнулся Соколовский. — Это я для примера. Но согласись, говорить с ними в любом случае глупо и даже опасно. Кто знает, что им взбредет в голову, особенно если это и впрямь не твои родители.

— А если по телефону? — упорствовал Генка.

— Я с твоей сестрой вчера разговаривал и ничего странного не заметил. Так что звонить тоже бесполезно.

— Может, тогда в какую-нибудь полицию, — не унимался Шишкин. — Или в скорую?

— Ага, — рассмеялся Игорь. — Нас на этой же скорой и увезут. В психбольницу. Что мы им скажем-то? Об инопланетянах, которые якобы в твоих родственников вселились?

— Угу… Даже если докажем, вряд ли моих родителей ждет что-то хорошее, — вынужден был согласиться Генка. — Но с чего тогда начинать-то?

— Дальше, — продолжал размышлять Игорь, пропустив вопрос друга мимо ушей. — Есть фирма «Земная помощь». Правда, мне кажется, что там нам тоже ничего не светит. Хотя странное это ритуальное агентство. По крайней мере, надо будет навести о нем справки.

— Проще простого, — оживился Генка. — Попросим Леху Краснова: он мигом разуз­нает.

— Возможно, — протянул Игорь. — Но больше всего меня интересуют эти злосчаст­ные стихи. Надо как можно быстрее разобраться, кто их все-таки написал.

— Ну, тут я тебе не помощник, — пожал могучими плечами Шишкин. — Я из поэтов разве что Пушкина помню, да Некрасова.

— И то счастье, — улыбнулся Игорь. — Я, между прочим, тоже не большой любитель стихов. Но для начала можно в интернете поискать. Или спросить у кого-нибудь… О, придумал!

— Что такое? — заинтересовался Генка.

— Надо у нашей литрички спросить! Уж она-то все должна знать про стихи!

— Хорошая идея, — согласился Генка, — только спрашивать именно тебе придется. Я теперь в школу ни ногой!

— Подожди, — забеспокоился Игорь. — Тебя ведь все ищут! Не можешь же ты все это время у меня сидеть?

— Могу, — невесело хмыкнул Генка. — Сам посуди, стоит мне появиться в школе, как меня тут же родителям отдадут. А этого мне, сам понимаешь, совсем не хочется.

— Но они ведь в два счета вычислят, что ты у меня прячешься! В первую очередь у друзей искать будут. К тому же, что-то мне не хочется общаться с твоими родственниками. Знаешь ли, нет никакого желания смотреть на их «превращение».

— Да ну, это вряд ли, — нахмурился Генка. — Не могут же они так просто вломиться в чужую квартиру?

— Не могут, — ворчливо повторил Игорь. — Откуда я знаю, что они могут, что не могут… Последнее время чего только не происходит. Ладно, останешься пока у меня. Будем надеяться, что рано или поздно мы разберемся, что к чему.

— Эх, — тяжело вздохнул Генка, — нам бы еще кого-нибудь в команду. Хорошо бы взрос­лых.

— Да кто ж нам поверит? — покачал головой Игорь. — Хотя…

— Твой дядя! Верно? — угадал Генка.

— Угу, — Игорь невольно улыбнулся, — как только он приедет, все ему расскажем. Так что серьезное подкрепление получим уже через три дня. Уж он-то мне поверит. Вот только…

— Что? — забеспокоился Генка.

— Только если с ним не случится то же, что и с твоими родственниками.

— Будем надеяться, что обойдется, — Шишкин пожевал губами. — Иначе нам во­обще худо придется! Не можем же мы до конца жизни от родичей скрываться.

— Да уж, хорошенькие перспективы, — помрачнел Игорь. — Ладно, хватит размышлять. Пойдем, для начала в интер­нете попробуем этот стих откопать.

Друзья переместились за компьютер, и через минуту Игорь уже вбил первую строчку стихотворения в поисковик. Однако ни одного строгого сов­падения не обнаружилось.

— Вот тебе и «найдется все», — пробормотал Игорь, вводя вторую строчку. По отдельно­сти, конечно, и «мрачных», и «безнадежных», и особенно «подземелий» хватало. Но це­лой строчки опять не было.

— Так я и думал, — наконец, объявил Генка. — С этим стихотворением что-то не ладно.

— У меня плохое предчувствие, — нахмурился Игорь, продолжая перебирать строчки. — В интернете должны быть все стихотворения более-менее известных авторов. А раз этого нет, то и литричка нам вряд ли поможет.

— Все равно, предлагаю попробовать, — без особого энтузиазма промямлил Генка. Похоже, он и сам понимал, что на этом поприще им не на что надеяться. — Вдруг это какое-то особо редкое стихотворение?

— Тогда его тем более в школе не знают.

* * *

На следующий день Игорь едва не опоздал в школу: после двух бессонных ночей звонок будильника, обычно поднимавший его с первого раза, показался ему чем-то вроде комариного писка. А Генка, спавший в зале на диване, и вовсе не обратил никакого внимания на подозрительное пиликанье из спальни. Спал он воистину богатырским сном: в это время в двери могли ломиться хоть все свихнувшиеся родственники разом — ему было все нипочем.

Однако когда упорный будильник пошел на третий заход, Игорь с трудом разлепил глаза.

— Вот черт! — часы показывали уже без двадцати девять. Первый урок начинался ровно в девять, и это была физика. Уж куда-куда, а на нее точно лучше не опаздывать! Аль­бина Дмитриевна Сычева воспринимала пятиминутную задержку как личное оскорбле­ние, и соням на хорошую жизнь рассчитывать не приходилось. Хотя иногда Игорь был даже согласен с физичкой: дисциплина у нее была железная и, как не странно, успевае­мость класса — тоже на высоте. Иногда — но не сейчас, когда опаздывал он сам.

Завтракать было некогда, поэтому Игорь, наскоро одевшись, начал бестолково метаться по всей квартире в поисках рюкзака. При этом он с грохотом распахивал шкафы, уронил пару стульев и чуть не разбил ту самую антикварную вазу, которой недавно собирался обо­роняться от грабителей.

Шум стоял такой, что даже Шишкин сонно приоткрыл один глаз и бро­сил критический взгляд на происходящее.

— М-м… потом спрячешь, — наконец, выдал он заплетающимся языком.

— Что спрячешь? — от удивления Игорь даже приостановил поиски.

— Билеты, — вздохнул Генка и закрыл глаз.

— Какие к черту билеты! — возмутился парень. — Я свой рюкзак потерял! Не видел?

— Видел, — с закрытыми глазами отреагировал Шишкин. — «Спартак» победит.

— Кого победит? — снова поразился Игорь.

— «Динамо», со счетом три-один, — с этими словами Генка повернулся спиной к Соколовскому, словно давая понять, что разговор окончен. Толку от Т-300 с утра было мало, и Игорь снова кинулся переворачивать весь дом. Наконец, поиски увен­чались успехом: рюкзак обнаружился на вешалке. Каким образом он туда попал, было не понятно, но Игорь ничуть не удивился: как-то прошлой осенью его спортивная куртка после трехчасовых поисков оказалась в стиральной машине среди простыней и пододеяльников.

— Никому не открывай, — бросил парень спящему другу, — у меня ключи. По­нял?

— Понял, — на удивление адекватно отреагировал Шишкин.

С сомнением посмотрев на него, Игорь выскочил за дверь и запер ее на все три оборота.

До звонка оставалось восемь минут. Соколовский в любом случае опаздывал, даже если бы маршрутка прямо сейчас подошла к остановке. О том, что скажет Альбина Дмитриевна, даже думать не хотелось.

* * *

Школа встретила Игоря неприятной тишиной. Звонок уже прозвенел: в коридо­рах слонялись только дежурные. Один из них — Виталька Тереков —расплылся в улыбке: видно, ему было неве­роятно скучно сидеть одному в коридоре и строчить бесконечные смски, а тут наметилось какое-никакое, но развлечение в виде Игоря.

— О, Игорек! Ты что, опоздал? — обрадовался он так, точно выиграл в лотерею.

— А то сам не видишь! — огрызнулся Игорь. — Может, еще запишешь?

— Да успокойся ты, — Виталька дружелюбно хлопнул его по спине. — Мне-то что? Хоть во­обще в школу не ходи. А вот Сыч тебе сейчас устроит. Она как раз должна оценки за кон­трольную объявлять. У меня наверняка двойка. Я поэтому и отпросился в дежурные — не хочу, чтоб меня Альбина распекала.

— А меня вообще на контрольной не было, — проинформировал его Игорь.

— Значит, и тебе за компанию достанется, — обнадежил Виталька, — да еще и за опоздание…

— Обрадовал, — буркнул Игорь и помчался вверх по лестнице в двести двадцатый кабинет.

Подкравшись к злополучной двери, он прислушался: изнутри доносился подозрительный гул — на Альбину Дмитриевну это было не похоже. Поэтому Игорь, облегченно вздох­нув, вошел в кабинет. Он оказался прав — учительницы не было, а его одноклассники вовсю развлекались: кто пускал бумажные самолетики, кто громко рассказывал смешные истории, а в дальнем углу даже потасовка завязалась.

— Соколовский! — крикнул Леха Краснов с последней парты. — А тебе повезло! Сыч до сих пор не при­шла!

— Здорово, Спринтер, — кивнул Игорь и двинулся к своей парте. Орк тоже был на месте и как всегда меланхолично рисовал в тетрадке какие-то фигурки.

Появление Соколовского прошло почти незамеченным.

— Что-то странно, — в полный голос обратился к Орковскому Игорь. — Не в привычках Альбины Дмитриевны опаздывать. Может, она вообще не в школе?

— Ее перед уроком видели, — отозвался Антон. — У них, кажется, совещание в учительской. Вот она и задерживается.

— Что же там такое, раз она даже на урок… — Игорь не успел закончить свою мысль, как его по плечу хлопнул Леха «Спринтер».

— Слушай, Игорь, — проникновенно начал он, — тут идейка одна появилась.

Соколовский скептически посмотрел на товарища. Большинство «идеек» Спринтера в лучшем случае заканчивались ничем, а в худшем приводили к неприятностям или затратам. Хотя, надо признать, иногда он придумывал и что-то стоящее.

— Так вот, — продолжал Краснов, — я тут место знаю, где лежит совершенно бесхозно несколько катушек медной проволоки. Она там еще сто лет пролежит, но это можно ис­править. Сдадим ее в лом — неплохо заработаем. Что скажешь?

— Знаю я твой лом, — хмыкнул Игорь. — Я еще не забыл, как за нами сторож гнался в прошлый раз. А те краны тоже «бесхозные» были.

— Да нет же! — принялся горячо убеждать его Спринтер. — В этот раз точно никакого подвоха — заброшенный завод, никаких сторожей… Чудо, что ее до сих пор не уволокли. Тут клювом щелкать нельзя — или мы сегодня, или они завтра.

— Кто «они»? — не понял Игорь.

— Кто-кто, — отмахнулся Леха, — любители дармовщинки, конечно.

— А мы тогда кто получаемся? — рассмешила такая классификация Соколовского.

— А мы — честные предприниматели. Я ведь первый эту проволоку нашел, а они уже на готовенькое придут.

— Так ведь для себя-то эти твои «любители» тоже первыми найдут. И кто сказал, что эту проволоку еще до тебя никто не приметил? — рассмеялся Игорь.

— Тьфу ты! — разозлился Спринтер. — Я ему о деле, а он тут философию разводит. Не хочешь — я кого-нибудь другого возьму в помощники. Жаль, катушки тяжелые, а то я бы их сам давно утащил… Во, Орк! — обратился он к Антону. — Пойдешь со мной? Навар делим пополам, а то Игорю лишние рубли, похоже, не нужны.

— Знаешь, Краснов, — Антон посмотрел на Леху тяжелым взглядом, — я с тобой больше никуда в жизни не пойду. И Игорю не советую. Забыл, как мы с тобой книгами торговали?

Спринтер заметно смутился.

— Да ладно тебе, — он попытался скрыть свое замешательство под внешней развязно­стью, — кто старое помянет… Всякое бывало.

— Только с тобой это «всякое» слишком часто бывает, — нахмурился Орковский.

— О’кей, ребята, — пожал плечами Спринтер, которого реакция друзей, похоже, задела за жи­вое, — настаивать не буду. У меня и без вас кандидатов хватает: вон Серега, например, или тот же Т-300. Он что-то запаздывает, но я его подожду. С ним-то мы точно все за раз унесем.

Игорь злорадно ухмыльнулся.

«Долго же тебе ждать придется, — подумал он. — Генка сейчас десятый сон видит и ни о какой проволоке даже думать не хочет».

Спринтер тем временем с видом оскорбленной невинности вернулся на свое место, даже не взглянув в сторону друзей.

— Все Краснову неймется… — начал было Орковский, но тут хлопнула дверь, и в кабинет вошла Альбина Дмитриевна собственной персоной.

Класс моментально затих. Во мгновение ока все ученики оказались на своих местах, ожи­дая сурового внушения. Но Сычева ко всеобщему удивлению не обратила на беспорядок никакого внимания.

— Ребята, — заявила она, подойдя к учительскому столу, — Гена Шишкин попал под ма­шину!

В классе повисла гробовая тишина, хотя казалось, что тише уже и быть не мо­жет.

А Игорь почувствовал себя словно в дурном кошмаре. Как мог Шишкин, дрыхнувший без задних ног у него дома, попасть под машину?!!! Или он сразу после ухода Игоря отправился на прогулку? Но как об этом с такой скоростью узнали в школе?

А Альбина Дмитриевна продолжала:

— Вчера вечером Гена не пришел домой с тренировки. Родители обзвонили все больницы и полицию. Но только сегодня выяснилось, что его сбил грузовик.

— Он жив? — в ужасе воскликнула впечатлительная Вера Уткина.

— К счастью, остался в живых, но сейчас лежит в больнице в бессознательном состоянии, — ответила бледная Сычева.

— Когда это случилось? — не выдержал Соколовский.

— Вчера около десяти вечера, — пожала плечами учительница физики. — Он возвра­щался домой и поскользнулся на дороге.

— Не может быть, — Игорь буквально позеленел от страха, — вы уверены, что это он?

Альбина Дмитриевна с удивлением посмотрела на парня:

— Конечно, ваша классная руководительница, Марья Ивановна, уже звонила из боль­ницы. Родители тоже там. Ошибки быть не может.

— А… Э… Но… — не смог подобрать подходящих слов Игорь.

— Вот что, Соколовский, — решительно заявила Альбина Дмитриевна, — иди-ка ты до­мой. Приди в себя, я тебя отлично понимаю. В больницу тебе пока лучше не ходить — Гена все равно без сознания, а тебя, это видно, очень огорчает.

Игорь закивал, в полной прострации подхватил рюкзак и выско­чил из класса.

* * *

По пути домой Игорь то бежал, то переходил на быстрый шаг. Ему хотелось как можно быстрее добраться до дома и по­смотреть, как там Генка, но в то же время его охватывал страх: а вдруг в дядиной квартире сейчас совсем не Генка, а нечто… нечто, скрывающееся под личиной Т-300?! У Игоря голова шла кругом от всех этих странностей.

Наконец, Соколовский дрожащей рукой отворил дверь и на цыпочках проскользнул внутрь: в квартире царила сонная тишина, по стенам и коврам бродили рассеянные солнечные зайчики.

Генка вовсю посапывал на диване, и никакого «нечта» Игорь, по счастью, не заметил.

— Просыпайся, жертва дорожного движения, — с опаской начал будить друга парень. В голове царили хаос и неразбериха.

— Что такое? — сонно отмахнулся Генка и перевернулся на другой бок. — Я сплю.

Однако в этот раз Игорь решил не потакать желаниям друга. Видя, что по-хорошему друг не желает просыпаться, он воспользовался избитым, но чрезвычайно эффектив­ным способом — плеснул в лицо Шишкину воды. На Т-300 это произвело просто ошеломляющий эффект.

Он резко подскочил на кровати и спросонья захлопал глазами, пытаясь сообразить, что происходит.

— А ты в курсе, что тебя машина сбила? — не дожидаясь вопросов, начал Игорь.

— Что за дурацкие шутки? — буркнул Генка, нахмурившись. — Надеюсь, ты не за этим меня разбудил?

— А вот и не угадал, — ухмыльнулся Игорь, почувствовав невероятное облегчение от того, что Шишкин пребывал в добром здравии. — Как раз за этим. Только никаких шуток — нам физичка сообщила. Классная уже в больнице, твои зловещие родители тоже.

— Бред какой-то, — Генка недоуменно потряс головой, похоже, еще не до конца проснувшись. — Как я могу быть в больнице, когда я у тебя дома?

— Верная постановка вопроса, — Игоря потянуло на юмор. Скорее всего, от нервов — с ним такое иногда бывало. — Я так понимаю, братьев-близнецов у тебя не намеча­ется?

— Во всяком случае, я об этом ничего не знаю, — пожал плечами Генка. — И вряд ли предки от меня стали бы скрывать такое. Мы же не в мексиканском сериале.

— Ну, что ж, — вздохнул Игорь, — значит, запишем в очередную странность. А я уж было поду­мал, что ты, чего доброго, сам инопланетянин.

— Еще не хватало! — Генка задумчиво поскреб в затылке. — Ладно, больше у тебя ничего странного не припасено? Нет? Ну и славно. Тогда я, пожалуй, еще вздремну, — с этими словами Т-300 повернулся спиной к Соколовскому и сразу же засопел.

«Ну, дела, — Игорь в очередной раз поразился невозмутимости друга. — Представляю, что у него вчера дома творилось, если он так вымотался».

Надо было что-то предпринимать, разрабатывать какой-нибудь срочный план, но, бросив взгляд на безмятежно спящего Шишкина, Игорь махнул на все рукой и тоже решил немного отдохнуть. Тем более, нельзя все время об одном и том же думать — этак и до переутомления недалеко! Лучше немного погодя с новыми силами взяться за все эти странности. Размышляя таким обра­зом, Игорь устроился за компьютером.

Через полчаса парень услышал громкий стук. Соколовский даже не сразу понял, что стучат в дверь. Он бросил быстрый взгляд на часы — время уже было обеденное, Генка гремел по­судой на кухне. В этот момент в коридоре снова раздался грохот.

Подкравшись к глазку, Игорь вгляделся в лицо незваного гостя — им оказался никто иной, как Антон Орковский.

Облегченно выдохнув, Соколовский гостеприимно распахнул дверь и запоздало спохватился:

«Черт! У меня же Шишкин, который сейчас должен лежать в больнице!»

Но было поздно.

— Слушай, я уже в больницу съездил… — начал было Орк, но тут же осекся и побе­лел, уставившись куда-то поверх правого плеча Игоря.

Соколовский тоже обернулся. Так и есть — из кухни вы­глядывал Генка Шишкин, он же — несчастная жертва ДТП, улыбаясь во все тридцать два зуба.

Раньше Игорь думал, что подобные сцены бывают лишь в фильмах. Но сейчас на его глазах Орковский самым натуральным образом остолбенел, проиллюстрировав во всей красе избитую метафору.

— А как же… — наконец, выдавил он.

— Да я это. Я! — в отличие от Игоря, Шишкин был очень доволен произведен­ным эффектом. — Проходи, чего встал как статуя?

— Это что, розыгрыш такой? — слегка пришел в себя Орковский.

— Ага. Целых два, — тяжело вздохнул Игорь. — Это долгая история. Заходи.

Через минуту, друзья уже сидели на кухне, и Игорь, изредка поправляемый Генкой, пересказывал все необычные происшествия последних дней. В глубине души Соколовский был даже рад тому, что их компания «посвященных» увеличилась. Как говорится, две головы хорошо, а три — лучше! К тому же Орковский был умный, начитанный парень и отлично разбирался во всякой чертовщине, по крайне мере, на книжном уровне.

— Ничего себе история! — Орк задумчиво крутил в руках кофейную чашечку. — Знаете, если бы вы мне ее по одиночке рассказали, я бы не поверил. Но вдвоем обычно с ума не сходят.

— И на том спасибо, — проворчал Игорь.

— Да и в больнице что-то странное творится, — невозмутимо продолжал Орковский, не обратив внимания на сарказм друга.

— А ты видел этого второго «Генку»? — поинтересовался Соколовский.

— Что ты, — махнул рукой Орковский, — он в коме. К нему вообще никого не пус­кают. Но Стоградова, говорят, его точно видела, а уж она бы вряд ли ошиблась. И родители твои там, они ведь… — тут Антон запнулся, видимо, переосмыслив роль генкиных родите­лей после рассказа Игоря. — Слушайте, ребята, по-моему, это какой-то бред!

— Что «бред»? — не понял Соколовский.

— Я лично разговаривал с твоей матерью, — повернулся Антон к Шишкину. — Она выгля­дела совершенно нормально, как и твой отец. Нет, они, конечно, сильно расстроены, но я не заметил никаких «приклеенных» улыбок или ненормальных глаз.

— Ну, это еще ни о чем не говорит, — ответил за Т-300 Соколовский, —было бы странно, если б они в людных местах выглядели «по-инопланетному».

— Но ведь они вообще могли не приходить в больницу, — упорствовал Антон.

— Ты так думаешь? — ухмыльнулся Игорь. — По-моему, куда более странно было бы, если б родители не приехали в больницу к сыну!

— Ну, мало ли, — протянул Антон. — Хотя… пожалуй, согласен.

— Слушайте, — подал голос Генка, — по-моему, неплохо было бы посмотреть на моего двойника.

— Ха! Я же ясно сказал — к нему никого не пускают, — хмыкнул Антон.

— Ну, что ж, — заключил Игорь. — Будем тогда ждать и думать.