Лекция: Состояние российской экономики накануне и в годы Первой Мировой войны

Государственно-монополистический характер экономики страны определялся еще и тем, что Государственный банк России продолжал оставаться главным рычагом экономической политики. Однако он постепенно уступал свои позиции постоянно растущему потенциалу коммерческих банков. Ресурсы коммерческих банков к началу века превысили 5,6 млрд. рублей.

Центром коммерческого кредита был Петербург, где накануне войны было сосредоточено 13 акционерных банков, имевших 574 филиала. Их тесная связь с правящей бюрократией (с министерством финансов и Государственным банком), а также участие иностранного капитала обеспечивали успех в финансовых операциях.

С начала XX в. обозначилось новое явление в истории отечественного крупного предпринимательства: усиленное проникновение банковского капитала в сферу промышленного производства. Уже с конца XIX в. крупнейшие банки распространили свое влияние на машиностроение, во многом предопределив милитаризацию этой отрасли и более широкий ассортимент ее изделий.

После кризиса и депрессии начала XX в. эта отрасль пребывала в упадке: сокращение объемов железнодорожного строительства резко понизило спрос на вагоны и паровозы. Чтобы выжить, многие заводы были вынуждены перейти на выпуск машин и орудий для сельского хозяйства, различного производственного оборудования.

Когда экономика стала оживляться, машиностроительные заводы окончательно переориентировались на массового потребителя, впервые прибегнув в своей финансовой политике к кредиту. В свою очередь банки, привлеченные огромными правительственными заказами на перевооружение русской армии, развернули крупномасштабную борьбу за овладение машиностроительными заводами.

В 1912 г. Русско-Азиатский банк установил свой контроль над обще­ством Путиловских заводов и за два года превратил его в организационный центр мощной военно-промышленной группы, куда также вошли товарищество Невского судостроительного и механического завода, Русское об­щество для изготовления снарядов и военных припасов.

Крупнейшие промышленники часто вынуждены были уступать давлению со стороны правительства, что опять-таки подчеркивает государственный характер российского капитализма. К тому же владельцем большинства крупных промышленных предприятий выступало само государство.

На этих заводах и намека не могло быть на капиталистическую организацию труда. Эти предприятия не знали рынка и рыночных цен. Они просто получали приказ от казны построить столько-то орудий или кораблей, произ­вести столько-то металла. Во что это обойдется никого не интересовало.

В конечном итоге, цена товара, вернее сказать, произведенного про­дукта определялась примерно задним числом по произведенным затратам. Поэтому получалось: чем дороже обходилась продукция, тем выгоднее это было для казенного предприятия. Ведь от общей стоимости изделий 15% зачислялось предприятию в прибыль. Выходило, что чем дороже строили или производили, тем большие премии получал директор завода и его подчиненные. Это напрочь устраняло всяческие экономические стимулы к сокращению затрат и совершенствованию производства, повышению его эффективности.

Все это говорится к тому, что социалистическая экономическая система выросла не на пустом месте, она имела прочные корни в прежней хозяйственной Структуре России. Так что подлинно рыночной экономики в стране никогда не существовало, даже в период расцвета частнопредпри­нимательской деятельности в начале XX в.

Участие России в Первой мировой войне отразилось самым тяжелым образом на экономике страны, что в свою очередь обострило социальные отношения и привело к политическому кризису 1917 г. За годы войны в армию было призвано около 15 млн. человек, реквизировано 2,5 млн. лошадей, большие территории на западе страны (Польша, Прибалтика) были оккупированы германскими войсками.

Людские потери к осени 1916 г. составили 1,5 млн. человек убитыми, около 4 млн. человек — ранеными, свыше 2 млн. — пленными. Никогда пре­жде в России не было такой огромной армии и таких огромных потерь.

Во время войны произошло падение производства во всех отраслях. Промышленность, производящая гражданскую продукцию, сократилась в два раза, зато производство оружия к 1917 г. увеличилось в 10-12 раз. Прекратился импорт оборудования и сырья для промышленности.

В 1915 г. было принято решение об эвакуации промышленных предприятий на Восток. Но государство не занималось ее организацией, а все возлагалось на самих предпринимателей, которым были выделены средства. Некоторые из них деньги получили, а перевозить предприятия не стали, поэтому большинство заводов и фабрик в Польше и Прибалтике попали в руки противника. Государство начало проводить ряд мероприятий по переводу экономики на военные рельсы, но делалось все это медленно и малоэффективно.

Продолжающаяся война поставила перед правительством задачу бо­лее решительно вмешиваться в дела частной промышленности. Для этого в 1915 г. стали создаваться новые бюрократические органы так называемые «особые совещания». Они должны были координировать работу отраслей военно-промышленного комплекса, транспорта, электростанций, наблюдать за снабжением действующей армии всем необходимым. Но на практике это оборачивалось безответственностью, дублированием распоряжений и про­сто неразберихой.

Общие финансовые расходы на войну составили астрономическую сумму — 39 млрд. рублей, которые возмещались за счет налогов и внутренних займов.

В 1916 г. разразился хлебный кризис, который имел для страны трагические последствия. В столицах и крупных промышленных центрах снабжение продовольствием резко сократилось, что породило спекуляцию, воровство, коррупцию в огромных размерах. В ноябре 1916 г. была введена продразверстка, то есть принудительное изъятие продовольствия (и, прежде всего, зерна) у крестьян по твердым ценам, чтобы обеспечить им армию и городское население.

Взамен нормальной торговли в городах в начале 1916 г. появилось карточное распределение продуктов, причем делалось это по инициативе местных властей (городских дум, земств), а не из центра. Но, поскольку продразверстка не имела успеха, продовольствия в городах не прибавля­лось. Наоборот, у продовольственных магазинов выстраивались огромные очереди озлобленных людей, легко поддающихся революционной агитации.

В стране все громче стал раздаваться голос военно-промышленной буржуазии, которая требовала предоставить ей особые властные полномочия. Нарастал правительственный кризис: за 1915-1916 гг. сменилось четыре Председателя Совета министров, четыре Военных министра, шесть ми­нистров внутренних дел, четыре — юстиции. Все надеялись на перемены в правительственном курсе, но надежды эти не оправдались. Тем временем в стране назревали революционные события, которые завершились 2 марта 1917 г. отречением Николая II от престола.

В стране было образовано Временное правительство, в функции которого входило: реорганизация государственного аппарата, принятие декретов по закреплению завоеваний новой власти и созыв Учредительного соб­рания, на котором следовало утвердить эти декреты и принять Конституцию. Временному правительству предстояло управлять страной на пере­ходный период до принятия Конституции и формирования постоянных ор­ганов власти. На этот период оно обладало всеми законодательными и ис­полнительными функциями.

Но в России сразу после Февральской революции процесс формиро­вания государственной власти пошел по-иному. В стране установилось двоевластие: наряду с органами государственной власти повсеместно стали создаваться Советы рабочих и солдатских депутатов, которые избирали по­стоянно действующие органы — исполнительные комитеты.

Советы находились под влиянием меньшевиков и эсеров и ставили перед собой задачу осуществления буржуазно-демократических преобразований в стране вместе с Временным правительством, которому они оказывали поддержку. Фактически на местах реальная власть находилась в руках Советов, поскольку Временное правительство могло действовать только при их поддержке и проводить свои декреты с их санкции. Сначала Временное правительство и Петроградский Совет заседали в одном здании, в Таврическом дворце, и действовали совместно.

Одной из основных проблем Временного правительства была продолжающаяся война, участие в ней «до победного конца», что углубляло разруху в стране.

В марте 1917 г. была введена хлебная монополия. Весь хлеб у крестьян был взят на учет продовольственными органами, но крестьяне и поме­щики скрывали свои запасы, ожидая роста цен в конце лета после уборки урожая.

Летом 1917 г. были введены твердые цены на уголь, нефть, лен, кожу, шерсть, соль, яйца, масло, махорку и так далее. На потребительском рынке стали исчезать основные товары: мыло, чай, обувь, гвозди, остро ощущался «папиросный кризис», не хватало бумаги для типографий. Повсеместно развивалась тенденция к хозяйственной замкнутости отдельных регионов страны. Уже в конце весны 1917 г. появились запреты на вывоз продуктов из одной губернии в другую.

Государство продолжало выпускать бумажные деньги. Временное правительство за 8 месяцев своего существования выпустило их в обращение больше, чем царское правительство за все годы войны. В октябре 1917 г. один рубль стоил всего шесть довоенных копеек. Количество денег в об­ращении к октябрю этого года увеличилось в сравнении с довоенным пе­риодом более чем в 9 раз и составило на 1 ноября 1917 г. 22,4 млрд. рублей. Цены к этому времени поднялись на хлеб в 16 раз, на картофель — в 20 раз, на сахарный песок — в 27 раз.

К октябрю 1917 г. экономика России оказалась в глубочайшем кризисе. Перед страной остро стал вопрос о выборе пути. Все решалось на II съезде Советов в Петрограде 24-25 октября 1917 г… Было принято решение о взятии Зимнего дворца и аресте Временного правительства, а также о формировании большевистского правительства — Совета Народных Коми-саров (СНК). Временное правительство не смогло справиться с событиями в стране, остановить войну, поэтому в стране осуществился леворадикальный вариант развития.