Реферат: Теневая экономика как особенность российского капитализма

Теневой экономический рост вРоссии?

Хотя процесс формирования капиталистическогообщества в Рос­сии находится в самом начале, некоторые черты российского капита­лизмауже определились. Можно сказать, что в стране возникает «тене­войкапитализм». Одними из его важнейших характерных черт являют­сяинституционализация теневой экономики, превращение ее в устой­чивый элементэкономической системы, тесное переплетение с легаль­ной хозяйственнойдеятельностью, а также огромные ее масштабы. Взрывной рост теневой экономикиоказался совершенно неожиданным последствием перехода России ккапиталистической системе. В эпоху горбачевской перестройки общепринятым быломнение, что теневая экономика — это порождение присущих советской системеособеннос­тей, дефектов, которые можно устранить либерализацией и введениемчастной собственности в рамках «перехода к рынку». Поэтому счита­лось,что по мере продвижения страны к капитализму масштабы тене­вой экономики будутсокращаться, а легальной — возрастать.

Произошло же все наоборот. Поданным МВД РФ, в 1990-1991 гг. в теневой экономике производилось 10-11% ВВП. В1993 г. эта доля составила 27%, в 1994 г. — 39, в 1995 г. — 45, в 1996 г. — 46%. По тем же данным, с теневой экономикой так или иначе связаны примерно58-60 млн. человек.

Заметно меньшую и, возможно,более реалистичную оценку дает Госкомстат России. За первые годы реформ(1992-1994 гг.) доля те­невой экономики в ВВП составляла примерно 9-10%, в 1995г. — 20, в 1996г. — 23%2. При этом, по оценкам МВД, 41 тыс.предприятий, половина банков и более 80% совместных предприятий могут иметь свя­зис организованными преступными сообществами.

Рост теневой экономики былнастолько значительным, что при­близительно в 1996 г. перекрыл сокращение еелегальной части. Этим объясняются те признаки экономического роста, кото­рыенаблюдались в российской экономике в 1996-1997 гг. Компенса­ция паденияпроизводства в легальной экономике за счет увеличения ее теневой части имеламесто даже в сфере ВПК. Так, сравнивая ре­зультаты выборочных обследований софициальными данными о динамике производства в оборонном секторе, можно сделатьвывод о том, что, например, в 1996-1997 гг. рост теневой сферы (связанный спроизводством гражданской продукции) в ВПК составил 15-20% в год. Возможно,аналогичная ситуация складывалась и в других секто­рах экономики. Однако вцелом утверждение о компенсации падения легального производства за счет ростатеневой экономики является лишь гипотезой и нуждается в дальнейшей апробации.

Хотя приведенные данные могут быть преувеличенными, ясноодно — масштабы теневой экономики в России сейчас весьма велики, они зна­чительновозросли с момента начала экономической либерализации и продолжают расти. Длятого чтобы понять причины неожиданного ро­ста теневой экономики при переходе крынку, нужно обратиться: во-первых, к анализу традиций теневой экономики всоветской системе и, во-вторых, к описанию особенностей рыночных реформ вРоссии.

В советскоевремя теневая экономика охватывала такие виды хозяйственной деятельности,которые осуществлялись вне прямого контроля и санкций со стороны официальныхорганов управления: партийных комитетов разного уровня, включая ЦК КПСС и егоисполнительные органы; администрации предприятий; советов разного ранга и ихисполнительных комитетов; министерств и ведомств; правительств страны и союзныхреспублик. К числу распростра­ненных теневых видов деятельности относились:бартерные обме­ны; несанкционированное совместительство (дополнительная заня­тость);поставки продукции «неприкрепленным» потребителям; неплановоестроительство; выпуск неучтенной продукции помимо плановых заданий; запуск вкоммерческий оборот материальных ресурсов, сэкономленных сверх официальных нормрасходования сырья и материалов; деятельность «фарцовщиков»; оказаниеза пла­ту или «по блату» услуг, которые должны были оказываться бес­платно;взятки при поступлении в вуз и за принятие любых дру­гих решений; валютныеоперации и т.п.

Теневая экономика включала в себятри части. Во-первых -«легкую», то есть хозяйственную деятельность,не контролировавшу­юся властями, прямо не связанную с нарушением законов, нобалан­сирующую на его грани, или же активность в сферах, которые закон нерегламентировал вообще. Во-вторых — «среднюю», представляв­шую собойнарушение советских законов, но легитимную в странах с рыночной экономикой.В-третьих — «тяжелую», связанную с прямым нарушением законов каксоветских, так и принятых в странах с рыночной экономикой. К «легкой»теневой экономике относились, например, широко распространеннаянесанкционированная допол­нительная занятость (люди, чис­лящиеся на работе, нореально не работающие, большую часть зар­платы которых получали и распределялируководители-работода­тели) или деятельность «толкачей» — работников,выбивающих для своего предприятия дефицитные ресурсы; к «средней» — частное предпринимательство, валютные операции, бартерные сделки, оказа­ниеуслуг за плату в частном порядке; к «тяжелой» — торговля наркотиками,воровство, коррупция, мошенничество, рэкет.

Практически все директорапредприятий и большая часть линейных руководителей (начальники цехов, участков,мастера и др.) регулярно осуществляли деятельность в рамках «легкой»и «средней» теневой экономики. Преж­де всего это относилось к такимотраслям, как агропромышленный комплекс, строительство, нефтехимия, торговля,легкая и пищевая про­мышленность, жилищно-коммунальное хозяйство. Можносказать, что в работе руководителей этих отраслей была постоянная теневаясостав­ляющая. Самыми распространенными видами теневой деятельности былибартерные обмены материальными ресурсами, продажа ресур­сов (стройматериалов,горюче-смазочных материалов, продовольствен­ных товаров и др.) «насторону», взятки за принятие нужных «кли­енту» управленческихрешений, оказание услуг в частном порядке.

В 70-е — начале 80-х годовтеневая деятельность в СССР стала элементом социально-экономической системы,превратилась в эконо­мический институт советского общества. Как экономическийинститут теневая экономика обладала относительно стабильной соци­альнойструктурой, в ее рамках люди имели определенный статус и играли конкретныесоциальные роли («толкачей», рыночных торгов­цев, квартирных маклерови др.). Все знали, что такие роли суще­ствуют, что они необходимы и без нихпроизводство нормально функ­ционировать уже не может. При этом выполнявшиеданные роли были определенным образом взаимосвязаны и их отношенияопосредовались денежными потоками (нижестоящий платил деньги выше­стоящему,который платил своему начальству и т.д.). В результате сфор­мироваласьэкономика, параллельная официальной, без которой пос­ледняя в 70-80-е годы ужене могла нормально работать. Иными сло­вами, в советской хозяйственной системетеневая экономика выполня­ла важные функции. Главными из них были две.

Первая функция — экономическая, состоявшая вкомпенсации недостатков работы официальной советской экономики. Очевидно, чтоспланировать сверху всю экономическую деятельность нельзя. И чем более сложнойи развитой становилась хозяйственная деятельность,

чем сильнее была потребность в технологическом обновлении,тем сложнее было осуществлять директивное управление сверху. Поэто­му вцентрализованном плановом хозяйстве постоянно возникали«диспропорции»: на каком-то предприятии не хватало определен­ныхресурсов, другое имело ненапряженный производственный план и избытоксоответствующих ресурсов. Предприятия устанавливали неконтролируемые сверхугоризонтальные связи, с помощью которых подобные диспропорции преодолевались. Такаясистема стихийных обменов и составляла основу теневой экономики в плановомхозяй­стве. В ее рамках осуществлялись неформальные взаимодействия меж­дуруководителями и работниками различных рангов, обеспечивав­шие функционированиеэтой системы.

Вторая функция — социальная.Она заключалась в обеспече­нии социальной ниши для предприимчивых людей,которые не могли реализовать себя в официальных структурах, не создававших врам­ках общественной собственности ни мотивации, ни условий для работы многихлюдей в СССР, стремившихся самореализоваться, владеть собственностью и получатьадекватное вознаграждение за свой труд. Даже если доля таких людей составлялавсего лишь не­многим более 1% населения страны, то их число превышало милли­ончеловек. В действительности их было намного больше — к ним в той или иной мереотносились большинство хозяйственных и партий­ных руководителей как внизу (науровне предприятия), так и на­верху (на уровне республиканских и союзныхорганов власти). Безусловно, дух предприимчивости и развитые потребительскиеори­ентации этих людей не соответствовали официальной советской уравнительнойидеологии, а их экономическое поведение нередко вступало в противоречие стребованиями финансовой дисциплины и законов СССР, что для многих из них заканчивалосьтюремным сроком. Теневая же экономика предоставляла определенную отду­шину длясамой предприимчивой части советского общества и пусть в уродливой форме, новыполняла функцию обеспечения ее саморе­ализации. Большая часть теневыхопераций осуществлялась для ре­шения критических проблем предприятия,предотвращения остано­вок производства, удержания людей на том или иномучастке, внед­рения нововведений, которые не были санкционированы сверху. Иестественно, теневые операции проводились для того, чтобы полу­чить такиедоходы, которые не могла предоставить официальная экономика. В результате ухозяйственников под влиянием теневой деятельности сформировалась весьмаразнородная совокупность мо­тивов, выступавшая дополнением к«официальной» мотивации и включавшая как более «высокие»,так и более «низкие» мотивы, которые подавлялись официальнойэкономикой.

Так как теневая экономика быласформировавшимся экономи­ческим институтом советского общества, она не могла водночасье исчезнуть даже при самых благоприятных условиях. Однако, что­быпонять, почему ее масштабы не только не уменьшились, но и существенно возросли,надо остановиться на особенностях рыночных преобразований в России.

Виды теневой экономики, связанные с особенностямиэкономической либерализации в России

Главной причиной роста теневойэкономики в России, по мнению многих исследователей, была «незавершеннаялиберализация». Иначе говоря, из всего набора «экономическихсвобод» (свобода конкуренции, свобода ценообразования и др.) одни быливведены, другие — нет, одно делать было можно, а другое (также необходимое длянормальной работы рыночного механизма, например, продавать и покупать землю) — нельзя. В тех сферах, где свободу формально разрешили, отсутствовали еегарантии, защита со стороны государства. Наоборот, преобразования былипроведены так, что  у населения и деловых людей России появилась боязньпривлечь к себе, своей деятельности и своей орга­низации внимание государства идолжностных лиц даже тогда, когда никаких нарушений правил и законов не было. Сначала преобразова­ний возник раскол между государством и обществом, раскол,которого не было во времена горбачевской перестройки. Люди перестали дове­рятьвласти, у них возникло стремление полностью исключить какие-либо контакты сгосударством и чиновниками. Население и деловые люди России стремились вступатьс чиновниками прежде всего в не­формальные отношения, как с частными лицами, ас государством -иметь дело не как с формальной организацией, призваннойвыполнять властные функции, а как с множеством частных лиц, каждое из кото­рыхобладает определенной властью и может оказать частные услуги. Эта атмосфера, всвою очередь, благоприятствовала развитию теневой экономики и явиласьследствием определенных особенностей реали­зованной в России реформы. Можновыделить из них шесть важнейших.

Первая особенность - возникновение делового тандемачинов­ника и предпринимателя. Преобразования были проведены так, чтопредприниматели попали в зависимость от чиновников. Произошла приватизацияфункций государства отдельными группами чиновни­ков. Рыночные реформыпредполагали резкое повышение частной хозяйственной активности людей исоответственно сокращение власт­ных полномочий государства в экономике. В то жевремя эти преоб­разования способствовали значительному усилению неопределеннос­тифункций, прав, возможностей и ответственности государственных чиновниковразного ранга. Они же как люди, обладавшие самыми значительными по сравнению сдругими социальными группами деловым опытом и инициативностью, сумели с наибольшейвыгодой для себя воспользоваться открывшейся экономической свободой. Онифактически приватизировали свои рабочие места и стали выполнять должностныеобязанности (или не выполнять их), насколько это от­вечало их частнымэкономическим интересам. В результате, когда пред­приниматель обращается кгосударству за защитой своих интересов, он ее от органа власти не получает.Тогда деловой человек нанимает в частном порядке сотрудников какой-нибудьгосударственной спецслуж­бы или правоохранительных органов и напрямую платит имденьги, как другим работникам своей фирмы. В своей деятельности люди фактическистремятся игнорировать государство и действуют так, как будто его несуществует. Уплата же налогов рассматривается на­селением как двойноеналогообложение, поскольку все покупают го­сударственные услуги в частномпорядке, в конкретном объеме, кото­рый требуется тому или иному предпринимателюили другому част­ному лицу. В обществе формируется соответствующаясоциально-пси­хологическая атмосфера, когда уклонение от уплаты налогов — норма, следование которой не осуждается.

Важная особенность рыночныхпреобразований в России состо­ит в том, что чиновники используют свои рабочиеместа (точнее, власть и информацию, с ними связанные) как один из ресурсов длячастно­го предпринимательства. Ясно, что осуществляемое ими предприни­мательствоносит теневой характер так же, как и предприниматель­ство частных фирм,являющихся их партнерами по бизнесу.

Вторая особенность - чрезмерно большая рольгосударства в экономике. Она находит свое выражение в двух формах. Во-первых, всохранении значительного государственного сектора без прежних эко­номических иправовых ограничений. Весьма велика доля госсектора в промышленности (большаячасть военно-промышленного комплек­са). Осталась государственной существеннаячасть энергети­ки, топливно-энергетического комплекса. Естественно, госсекторутре­буются прямые или косвенные дотации из бюджета. В свою очередь, на основераспределения бюджетных дотаций вырастает особый сек­тор теневой экономики,когда высокопоставленные чиновники через систему «дружественных» имфирм разворовывают или «прокручи­вают» государственные деньги. Далееэти деньги «отмываются», вкла­дываются в экономику или переводятся зарубеж и т.д.

Во-вторых, в чрезмерном и практически бесконтрольном вмеша­тельствегосударства в экономическую деятельность. К ней относится созданиегосударственных, полугосударственных или негосударствен­ных«уполномоченных» компаний, через которые частные фирмы обя­занывыполнять какие-либо насущные функции (например, создание муниципального банка,через который все организации региона обя­заны осуществлять расчеты с бюджетом,энергетиками, железной до­рогой и др.). Функционирование компаний подобноготипа — источ­ник теневой активности, так как предприниматели, стремясь получитьразрешение на свою деятельность или желая обойтись без «уполно­моченных»,вынуждены им платить.

Другой источник теневых отношений- лицензирование разных видов хозяйственной деятельности. Оно ставит частныефирмы в зави­симость от органов власти и отдельных чиновников и дает последнимбольшие возможности для извлечения теневых доходов. Достаточно распространеннаяпрактика — выдача лицензий на какую-нибудь дея­тельность частным фирмам(например, аптекам) так, что получившие их становятся монополистами в одном израйонов города. Ясно, что для «обхода» этого положения конкурентывынуждены платить. Наконец, прямое силовое подавление конкуренции органамивласти в пользу «дружественных» им компаний. Часто это делается всамых прибыльных отраслях (в торговле бензином, метал­лами, нефтью, встроительстве), когда деятельность конкурентов по­давляется с помощью милиции,налоговой полиции, проверок состоя­ния экологической и противопожарнойбезопасности, запрещения землеотвода или сдачи земли в аренду и т.п. В такомслучае органы власти производят принудительное распределение рыночных ниш,отдавая самые выгодные секторы рынка «дружественным» фирмам, которые,в свою очередь, отчисляют в пользу этих органов и/или отдельных чиновниковчасть полученной сверхприбыли.

Вмешательство государственныхорганов в экономику всегда ве­дет к искусственному неравенству в положенииразличных частных фирм, всегда (прямо или косвенно) приносит выгоды одним иприво­дит к потерям у других. Значит, оно стимулирует обратное влияние частногобизнеса на государственные органы с целью компенсировать потери (у одних) иувеличить выгоды (у других). В российских усло­виях, когда нет общепризнанныхцивилизованных законов, традиций и этики во взаимоотношениях бизнеса и государства,это неизбежно ве­дет к росту теневой активности (к подкупу чиновников или,наоборот, их заказным убийствам, если их действия могут лишить фирму дохо­дов ит.п.). В результате чрезмерное вмешательство государства в эко­номику при егослабости и зависимости от различных групп интере­сов порождает благоприятныеусловия для роста теневой экономики.

Третья особенность - сохранение прежних (характерныхдля советской системы) форм монополизма и появление новых. Первые связаны сдеятельностью государства. Так как государство сохранило прямой контроль заработой ряда секторов экономики, это создает монополизм, порождающий теневуюактивность. Например, сохране­ние государственного контроля за золотодобычей(как и за добычей большинства видов полезных ископаемых) и ограничение доступатуда частного капитала служат источником существования черного рынка торговлизолотом, оборот которого составляет многие десятки, а возможно, и сотникилограммов в год.

Еще один источник монополизма — деятельность бывших мини­стерств,ведомств и их подразделений. Хотя формально РАО «Газ­пром», РАО«ЕЭС России» и т.п. — негосударственные структуры, они сохранилипрежние связи и влияние в госаппарате, доступ к конфи­денциальнойгосударственной информации. Однако сейчас они не связаны прежнимиограничениями, касающимися государственных ведомств. Это — «квазичастные» фирмы, представляющие собой гиб­рид частной компании игосударственного ведомства. Такие компа­нии регулируют целые секторысовременной экономики России. Осо­бенно много их в самых прибыльных сферах — вдобыче и продаже топливно-энергетических ресурсов и во внешнеэкономическойдеятельности. Некоторые из них обладают финансовой мощью, сопоставимой поразмерам с бюджетом небольшого европейского государства. Они почти автономны ивключают набор организации, позво­ляющих им реализовывать все функции, которыетрадиционно вы­полняют государство и общество, — от газет и телекомпаний дочаст­ных армий и сельскохозяйственных предприятий. В силу этих осо­бенностейони практически закрыты от общественного и государ­ственного контроля, что даетширокие возможности для развития те­невой деятельности. К числу самыхраспространенных ее видов отно­сятся уклонение от уплаты налогов, незаконноеукрывание части ва­лютной выручки за рубежом и манипуляции с векселями и акция­ми,выпускаемыми такими компаниями.

В то же время между«квазичастными» монополиями и правя­щими группировками существуетопределенный социальный дого­вор. Последние в периоды относительнойполитической стабильнос­ти закрывают глаза на теневую активность монополий,позволяя им сравнительно (с другими секторами кризисной российской экономи­ки)неплохо существовать, фактически снижая налоговое бремя и разрешая осуществлятьсомнительные операции на финансовых рын­ках. В периоды же обостренияполитической ситуации (например, во время президентских или парламентскихвыборов, угрожающего ро­ста неплатежей, всплеска забастовочной активности ит.д.) правя­щие группы берут с них плату за сохранение социально-политичес­койстабильности и консервацию сложившегося режима власти, со­здающего, в своюочередь, благоприятные условия для существования монополистов. Подобный симбиознынешних правящих группировок и крупнейших «квазичастных» монополийпредполагает значитель­ный объем теневой экономической активности, так как безнее невоз­можно создание скрытого от общества «фонда стабильности»,расхо­дуемого в чрезвычайных политических ситуациях.

Новая форма монополизма — монополизм «снизу» как надстрой­ка над частной рыночной активностью.Это — система «крыш», кото­рые делят между собой тот или иной рынок.«Крыша» — неформаль­ная группировка, осуществляющая контроль надопределенным сег­ментом рынка. Она выстраивает перед желающими проникнуть наданный сегмент множество барьеров, включая силовые, то есть связан­ные сприменением насилия. Экономический смысл деятельности «кры­ши» — поддержание достаточно высокого уровня цен и прибыли на рынке за счетограничения числа допущенных на него субъектов (про­изводителей, торговцев,посредников и др.). Таким образом, часть при­были «крыша» забирает удругих участников рынка, фактически взи­мая с них неформальный налог. Подобноемонопольное регулирование рынка не новость и имеет много аналогов в другихстранах. Но в отличие от большинства стран в России ему не проти­востоитантимонопольная деятельность государства, которое в усло­виях цивилизованногорынка правовыми методами «расчленяет» ча­стные монополии на локальныхи федеральных рынках. Ясно, что как сама деятельность «крыш», так иактивность связанных с ними фирм имеет значительную теневую составляющую.

Четвертая особенность - чрезвычайно высокий уровеньналоговых изъятий и репрессивный характер системы налогообложения, одинаковорасценивающей уклонение от уплаты налогов и ошибку в их исчислении. Такая система,при которой, по различным оценкам, изыма­ется 60-80% прибыли, а частная фирмане имеет правовой защиты пе­ред государственной налоговой инспекцией, — одно изследствий ситу­ации, когда в условиях экономической либерализации государствостре­мится сохранить «командные высоты» в экономике и контролироватьосновные финансовые потоки. В результате в стране сформировалась стойкаяпривычка к уклонению от уплаты налогов и переводу значи­тельной доли деловойактивности в «тень». В принципе уже одной этой черты достаточно длявзрывного роста теневой деятельности.

Пятая особенность - асоциальный характер рыночных пре­образованийв России. Рыночные реформы лишили миллионы лю­дей привычных социальных ниш,уровня жизни и сбережений. Хотя цены были «отпущены», введенасвободная торговля и реализован ряд других мер по либерализации экономики,механизмы экономи­ческого отбора не были созданы. В промышленности, сельском хо­зяйствеи других секторах многие годы действуют неэффективно работающие предприятия ссотнями тысяч рабочих мест и зарпла­той на уровне и ниже прожиточного минимума.В то же время ника­ких формальных и легальных альтернативных вариантов экономи­ческойактивности для работников, занятых на таких рабочих мес­тах, нет. Людямприходится искать средства к существованию и но­вые виды занятий внесложившихся формальных экономических институтов: найма и увольнения, оплатытруда, материального и морального поощрения, продвижения по службе и др. Онивынуж­дены зарабатывать за счет неформальной деятельности. Государствен­ные ибывшие государственные (приватизированные) предприятия обросли множествомкоммерческих структур, возникло огромное число независимых фирм, через которыелюди пытаются заработать на свободном рынке без формальных ограни­чений. Крометого, значительная часть трудовой деятельности осу­ществляется без какой-либоофициальной регистрации.

Шестая особенность - неправовой характерэкономических пре­образований, обусловленный тем, что реальное поведениенаселения и властей в период реформ лишь в малой степени регулируется фор­мальнымизаконами. В эффективной работе правоохранительной сис­темы не заинтересованыпрежде всего правящие группировки. Нор­мальная работа суда, прокуратуры идругих правоохранительных ор­ганов связывала бы руки представителям высокостатусныхгрупп в борьбе за раздел и передел бывшей социалистической собственности. Крометого, сами правоохранительные органы глубоко вовлечены в хозяйственнуюактивность и являются одними из важнейших ее субъек­тов в нынешней России.Иначе говоря, они, во-первых, заняты не свой­ственной им деятельностью,во-вторых, коррумпированы. Естественно, при этом они не могут эффективноподдерживать правопорядок в сфере экономики и выступать арбитрами приразрешении возникающих конфликтов. Тогда последние улаживаются неформальнымиструктурами.

Теневая экономикав постсоветской России:

субъекты имасштабы

По сравнению с советскими временами изменились нетолько масштабы и структура теневой экономики, но и способы ее взаимодей­ствияс обществом, а значит, и основания для классификации тех, кто участвует втеневой деятельности. Сейчас наиболее актуальным стано­вится такое основание,как социальная полезность/опасность. Исходя из него можно выделить две группы:а) тех, кто ведет продуктивную деятельность, создает полезные товары иоказывает нужные потреби­телю услуги, не выплачивая при этом всех налоговгосударству и совершая некоторые другие (не очень существенные с точки зрениясложившейся в России деловой этики) виды экономических наруше­ний; б) тех, ктоспециализируется на криминальной деятельности.

К первой группе — ведущих восновном легальную деятельность и нарушающих закон лишь частично — относитсябольшая часть представителей бизнеса в России. Нарушения, которые они соверша­ют,носят вынужденный характер и вызваны дефектами сложившей­ся экономическойсистемы. Самые распространенные из них — выпла­та налогов, таможенных пош­лин ит.п. в неполном объеме и обналичивание безналичных де­нег. Две названныеоперации время от времени проделывают прак­тически все деловые люди в России.Первая из них обусловлена сверх­большими налоговыми ставками и репрессивнойсистемой налого­обложения. Если скрупулезно выполнять все требования, топридется выплачивать государству иногда и более 100% прибыли. Предприни­мателисчитают справедливой и целесообразной значительно мень­шую ставку налоговыхизъятий. Так, по данным проведенного в нача­ле 1997 г. опроса директоровоборонных предприятий России, им пред­ставляется нормальной ставка обложения в28% доходов. Именно такую долю доходов своего предприятия они согласны отдаватьна общегосударственные нужды. С учетом уклонений они отдают, види­мо, не больше1/4 своих доходов, что соответствует как их представле­ниям о справедливости ицелесообразности, так и практике боль­шинства стран с развитой рыночнойэкономикой.

Что касается другой операции — обналичивания под фиктивные контракты, то ее масштабы оценить труднее. Теневаяэкономическая деятельность требует прежде всего наличных денег. По оценкам,даже без учета потребительского рынка и банковского бизнеса величина теневогоналично-денежного оборота составляет более 30 млрд. долл. Существует довольномного фирм, специализирующихся на оказании данной услуги предприятиям. В1992-1994 гг. их деятельность во многих регионах была совершенно открытой и онибрали относи­тельно небольшую плату за свои услуги. С 1995 г. власти сталипреследовать такие фирмы и большинство их ушло «в подполье». Внастоящее время обна­личивание — сложившийся институт, обеспечивающий легальныйбизнес неподконтрольными государству деньгами в объеме, опреде­ляемомпотребностями выплат: во-первых, теневой части зарплаты, то есть разницы междуреальной ценой труда, требуемой для удержа­ния и стимулирования работников, иофициальной зарплатой, пока­зываемой в отчетности перед государственнымиорганами; во-вто­рых, по теневым соглашениям за товары поставщикам; в-третьих,различным «крышам» и чи­новникам для обеспечения своей безопасности исохранения занима­емой на рынке ниши. В результате доходы, получаемые влегальном бизнесе, имеют весьма большую теневую составляющую, равную, примерно1/4 (см. рис.).

/>
                Но теневой экономической деятельностью занимаются не толькопредприниматели. В нее вовлечены и простые работники, специали­сты и инженеры.Это касается практически всех регионов страны, всех отраслей экономики. Причемзначительная (если не основная) ее часть осуществляется прямо на рабочем месте- люди работают не только на предприятие, но и на себя. Однако «оценкуснизу» можно

вывести из результатов опроса 155 директоров оборонныхпредприя­тий, проведенного при участии автора совместно с Лигой содействияоборонным предприятиям в декабре 1997-январе 1998 гг.

Чтобы выяснить, каковы масштабы вовлеченности работников втеневую экономику непосредственно на их рабочих местах, мы задали директорамряд вопросов. Ясно, что они не были заинтересованы преувеличивать ее масштабы,так как их оценки служат своего рода показателем дефектов работы руководителейпредприятия, недоста­точно полно контролирующих деятельность своего персонала.В силу этого полученные оценки нам кажутся реалистичными и не преуве­личивающимимасштабы явления.

Первый вопрос формулировался так: «Как Вы думаете,какую (примерно) часть своего времени люди работают на Ваше предпри­ятие, акакую — на себя, непосредственно „на свой карман“? Согласно оценкамдиректоров, теневая часть рабочего времени составляет на их предприятияхприблизительно 12-15% всего рабочего времени. В масштабах страны это означает,что по крайней мере один месяц в году вся промышленность работает „втени“.

Другой вопрос: „Какая (примерно) часть материальнойбазы предприятия (оборудования, электроэнергии и других ресурсов) ис­пользуетсяработниками в своих интересах?“ По оценкам директо­ров, она составляет 8%всей ресурсной базы обследованных предпри­ятий, то есть немало материальныхресурсов промышленности вовле­чено в теневой оборот. Конечно, мы не утверждаем,что эти цифры отражают масштаб подпольного производства оружия на предприя­тияхВПК. Очевидно, ббльшая часть этой деятельности носит вполне мирный характер,например, проводятся бухгалтерские расчеты для коммерческих структур накомпьютерах предприятия и т.п.

В условиях массовых задержек выплат заработной платы и не­высокогоее официального уровня понятны причины подобной дея­тельности работников. Пооценкам директоров, с ее помощью людям удается повышать свои доходы примерно на13%. Такая теневая ак­тивность играет роль социального стабилизатора,сглаживающего про­тиворечия между „верхами“ и „низами“ иоблегчающего людям тяготы переходного периода. Очевидны и негативные еепоследствия. Она ухудшает управляемость работников, ведет к их деквалифика­ции(как правило, занимаясь теневой деятельностью, люди выполня­ют менееквалифицированную работу), негативно сказывается на ос­новном производстве,принимая иногда криминальный характер.

Таким образом, вовлеченность работников в теневую активность»снизу" имеет как позитивные, так и негативные социально-эконо­мическиепоследствия. В ответах директоров на вопрос: «Как Вы оцениваете тот факт,что работники Вашего предприятия исполь­зуют его материальную базу в своихинтересах?», отражено это противоречие (в %):

Мнения опрошенных разделились почти поровну — одни не видятничего страшного в теневой активности снизу, другие (их все-таки большинство)считают, что она ведет к распаду предприятия. Трудно сказать, кто из них прав,так как на фоне ряда идущих в стране про­цессов использование работникамиматериальной базы предприятия в своих интересах выглядит не столь очевиднымзлом.

Прежде всего к числу таких процессов относитсякриминализация экономической деятельности. Одно из ее проявлений — прямойконтроль криминальных группировок над тем или иным предприя­тием. Особуюопасность он представляет в случае оборонных пред­приятий, производящихпродукцию, попадание которой в руки кри­минальных групп государство не имеетправа допускать.

Чтобы понять, существуют ли оборонные предприятия, находя­щиесяпод криминальным контролем, мы задали директорам соответ­ствующий вопрос, но вкосвенной форме: «Если говорить не о Вашем предприятии, а в целом опредприятиях ВПК, то как Вы думаете, ка­кая (примерно) их доля контролируетсякриминальными группиров­ками?». Оценка директоров была неожиданно высокой- около 25%. По нашему мнению, к этой цифре надо относиться с осторожностью ине следует делать вывод о том, что каждое четвертое оборонное пред­приятие вРоссии контролируется криминалом. Оценка директоров оказалась столь высокой вомногом потому, что отражает опасения директорского корпуса, связанные свозможным появлением богатых претендентов на имущество руководимых имипредприятий. Обвине­ния, выдвигаемые против проводимой приватизации, в том, чтоона носит криминальный характер, — один из способов ограничить учас­тие в нейпретендентов со стороны. Поэтому значительная часть опро­шенных (43%), отвечаяна вопрос о возможной динамике числа пред­приятий ВПК, подпадающих подкриминальный контроль, указали, что ожидают его роста. Только 10% считают, чтооно будет уменьшать­ся, 11% — что изменений не будет, а 36% затруднились сответом.

Сомнения в том, что столь большая доля предприятий ВПКнаходится под криминальным контролем, подтверждаются при ана­лизе другихкосвенных вопросов, где ссылки на активность крими­нальных группировок фигурировалилишь в качестве одной из под­сказок. Так, отвечая на вопрос о том, кто станетосновным владель­цем предприятия после его приватизации (вопрос задавался руко­водителямгосударственных предприятий), только 15% ответили, что среди них будуткриминальные группы (третье место по числу упо­минаний). На первом месте стоитгосударство — 68%, на втором -трудовой коллектив — чуть более 15%.

Отвечая же на вопрос о наличии различных претендентов наакции предприятия (задававшийся директорам уже приватизирован­ных предприятийили предприятий, находящихся в процессе привати­зации), только 9% опрошенныхуказали, что среди них есть криминаль­ные группировки. Справедливости радиотметим, что они занимали в ответах третье-четвертое места, причем разрыв междуними и другими более весомыми претендентами был весьма незначительным. Напервомместе были иностранцы (указало 13% директоров), на вто

ром — независимые российские предприниматели (11%),третье-четвер­тое места разделили с криминальными группами столичные банки.

Анализ ответов на вопросы о том, что больше всегоограничивает власть директора на предприятии и какие внешние условия мешают емуработать, показал, что преступные группировки вообще не упоми­наются как помехив его деятельности (хотя в перечнях возможных вариантов ответа, из которыхотвечавшие выбирали, соответствующие подсказки фигурировали). Руководителиотмечали невозможность платить людям столько, сколько они реально заработали,нестабиль­ность в обществе, высокие налоги, «заоблачные» цены насырье и энергоносители и другие экономические и политические помехи. Иначеговоря, чем более конкретные вопросы мы задавали, чем боль­ше они касалисьповседневной хозяйственной жизни руководителей и их предприятий, тем меньше онивспоминали о криминальных группировках, хотя какое-то влияние на этипредприятия криминаль­ные группировки оказывают. Однако, по нашему мнению и пооцен­кам некоторых экспертов, процесс проникновения криминала в ВПК пока ещенаходится на самой начальной стадии и в основном ограни­чивается попыткамивзять под контроль то или иное предприятие из-за его выгодного местоположенияили других «невоенных» при­чин. Тем не менее даже отдельные случаиподпадания оборонных предприятий под криминальный контроль не могут не вызыватьтре­вогу. Поэтому требуется разработка специальных мер по предотвра­щениюпосягательств криминальных группировок при проведении дальнейшей приватизациипредприятий ВПК.

Существует также профессиональная теневая активность, прак­тическиполностью нелегальная. Это — деятельность второй группы представителей теневойэкономики. По оценкам МВД (возможно, пре­увеличенным), ее численностьсоставляет примерно 9 млн. человек, или около 14% всех занятых в экономикеРоссии.

Теневая экономика неоднородна и ей присуща своя социальнаяструктура. Авторы доклада «Теневая экономика в России» выделяют в нейтри страты: высшая — криминальные элементы (торговцы наркотиками, оружием,рэкетиры, бандиты-грабители, наемные убий­цы, сутенеры и др.); средняя — теневики-хозяйственники (коммер­санты, финансисты, банкиры, мелкие и средниепредприниматели, в том числе «челноки»); нижняя — наемные работникикак физичес­кого, так и умственного труда.

В рамках теневой экономики уже сформировались свои стабиль­ныепрофессии, которые приносят их владельцам более или менее постоянный доход.Устойчивые преступные профессиональные сооб­щества были и в эпоху СССР.Например, А. Гуров выделил пять групп, составлявших ядро профессиональнойпреступности13. Это -воры в законе, авторитеты, цеховики, каталы ишестерки. Часть из них сохранилась, видоизменившись, например, воры в законе,другие -например, цеховики, практически исчезли. Важно, что изменились их

иерархия, их отношения между собой и остальным миром, к ним до­бавилисьновые преступные профессии.

Действительно, в настоящее времясформировалось множество новых социальных субъектов, специализирующихся натеневой эко­номической деятельности. Так, С. Кордонский выделяет 30 новыхсубъектов — от владельцев крупных банков, образованных легальнымгосударственным и цеховым капиталом, до руководителей организо­ванныхпреступных группировок14.

Интересное экспертное исследование«ведущей десятки» профес­сий, возникших в рамках теневой экономики,провел журнал «Профиль»15. По его данным,«элита» представителей этих профессий составляет в России около 500тыс. человек. Экспертами по теневой экономике из МВД и других сфер теневыепрофессии были проранжированы по доходу, риску и некоторым другим показателям.В результате были рассчитаны средние баллы, отражающие место каждой из десяти ис­следуемыхпрофессий в «профессиональной иерархии», которую автор

статьи назвал«антирейтингом» (см. табл. 1).

Таблица    1

Некоторыеразличия между профессиями в теневой экономике

(экспертные оценки)

Источник; Профиль, 1998, № 5, с. 7.

Из данныхтаблицы 1 видно, что продолжительность профессио­нальной деятельности в теневойэкономике сравнительно невелика, так как она связана с высоким риском,опасностью для жизни, поэтому большинство профессионалов на длительный стажработы рассчиты­вать не могут. Доходы в ней приближаются к доходампредставителей среднего класса в развитых странах и намного превышают заработки«простых» российских работников. По оценкам, полученным журналом«Профиль», средний доход профессионалов теневой экономики со­ставляетпримерно 1-1,5 тыс. долл. в месяц (12-18 тыс. долл. в год).

В указанном исследовании нефигурируют такие уже сложив­шиеся в теневой экономике профессии, какнелегальные производи­тели водки, производители и торговцы наркотиками иоружием, а также контрабандисты. У них доходы выше, чем у среднего предста­вителяпрофессий, фигурирующих в «антирейтинге», а численность их такжевесьма высока.

Теневой механизм инвестирования

К предположению о наличии теневогомеханизма инвестирова­ния мы пришли в ходе анализа противоречивой ситуации,которая складывается в экономике России. С одной стороны, некоторые важ­ныестатистические показатели, например, объем промышленного про­изводства,демонстрируют стабилизацию, а в отдельных секторах — и рост. С другой стороны,и по официальным данным, и по результатам специальных опросов на предприятиях,продолжается сокращение ин­вестиционной активности. Это значит, что либозафиксированные по­зитивные тенденции — «ошибка измерения» и на самомделе имел место спад, либо в экономике России начали действовать некие скры­тыефакторы, обеспечившие развитие производства.

По нашему мнению, в российской экономике в 1995-1997 гг. дей­ствовалискрытые факторы, стимулировавшие капитальные вложе­ния. Они обусловили теневуюинвестиционную активность. Совокуп­ность этих факторов и вызываемую имидеятельность называют «теневой механизм инвестирования».

К началу 1997 г. капитальныевложения осуществляли менее 1/3 оборонных предприятий,причем их доля упала более чем в 1,5 раза. На первый взгляд в этом нет ничегоудивительного. Ведь сейчас имеет место значительная недогрузка мощностей (помассиву обследован­ных предприятий средняя загрузка мощностей к началу 1997 г.со­ставляла всего лишь 41%) и поэтому, казалось бы, при увеличении спроса можетбыть обеспечен рост производства за счет использования незагруженных мощностей.Однако старые мощности не загру­жены прежде всего потому, что они не пригодныдля выпуска пользу­ющейся спросом продукции, так как были введены еще в«дорыночные» времена, когда запросы потребителей были другими. Длятого чтобы удовлетворить потребности нынешнего потребителя, необхо­дим, какправило, выпуск новой продукции, которую на старых неза­груженных мощностяхпроизводить невозможно. Если указанный рост (а также его стабилизация)производства на отдельных предприятиях был, то это требует иного объяснения.

Нынешний рост производ­ства наряде предприятий обеспечивается за счет краткосрочных инве­стиций, дающихбыструю отдачу. Более того, можно предположить, что они носят скрытый,латентный характер и руководители стараются их не афишировать. Это связано сотсутствием реальных гарантий прав частной собственности, отрицательнымотношением значитель­ной части российского общества к «капиталистам»,«хозяевам», «бога­чам». Подобная социальная атмосфера неблагоприятствует приумно­жению собственности (на что направлены инвестиции). Вто же время общество приветствует экономический рост, увеличение производства,что было характерно для советских времен и сохранилось с некото­рымиизменениями и сегодня. В этих условиях многие частные соб­ственники стремятсяскрыть инвестиции и одновременно охотно показывают прирост производства. Врезультате сложился механизм теневого краткосрочного инвестирования развитияпроизводства.

Такой механизм действует в ситуации, когда возникает спросна новую продукцию (которую можно производить на данном предприя­тии), а ееосвоение не требует значительных капитальных затрат, но обещает быструюприбыль. В этом случае инвестирование нередко про­изводится через дочерниекоммерческие структуры, формальными вла­дельцами которых являются родственникиили доверенные лица ру­ководителей предприятия. Тогда предприятие как бы и неосуществля­ло капитальных вложений, однако рост производства на его площадяхимел место. Инвестиции тем самым определенным образом защищают­ся, хотямеханизм их защиты носит неформальный характер. В такой ситуации основныефинансовые выгоды от инвестирования получают, как правило, дочерние компании, ане материнское предприятие. Послед­нее является производственной площадкой длякапитальных вложе­ний, а основные финансовые потоки, связанные синвестированием, вы­водятся за его пределы. Дочерняя структура можетсоздаваться на весь­ма короткий срок — только для того, чтобы «снятьсливки» с выхода на новый прибыльный рынок и «увести»сверхприбыль от налогообложе­ния. Когда же прибыль в силу естественных причин,связанных с дей­ствием механизмов конкуренции, снижается, соответствующаядеятель­ность может быть переоформлена на материнское предприятие.

Рассматриваемый механизм включает следующие составляющие.

1. Незанятая рыночная ниша — наличие платежеспособного спро­са на какую-либо продукцию.

2. Определенный объем«теневых средств» у потенциального инвестора, который не может или нехочет  их легализировать, вложив

в недвижимость, положив в банк на депозит или другимиспособами.

3. Система дочерних фирм вокругматеринской компании, на кото­рой в действительности осуществляетсяинвестирование, для сокрытия реального источника денег. Достаточнораспространена ситуация, когда директор крупного предприятия инвестирует непрямо от имени свое­го предприятия, но, скажем, покупает через дочернюю фирмуновую про­изводственную линию, которую ставит на своем заводе. Для всехработников предприятия она находится в собственности фирмы «X».

4. Отделение финансовых потоков,связанных с инвестициями, от производства. Как правило, главные финансовыепотоки идут через дочерние фирмы, а производство осуществляется в материнскойкомпа­нии, через которую проводятся основные затраты и на которую возлага­етсяосновное бремя налогов. Доходы же идут через дочерние фирмы.

5. Подставные лица — формальныеинвесторы. Реальный инвес­тор, чтобы «не светиться», оформляетинвестиции на «зиц-председате-ля» из числа родственников или друзей,получающих за это какое-либо вознаграждение.

6. Система неформальныхдоговоренностей с местными властя­ми, контролирующими организациями иправоохранительными орга­нами, влиятельными лицами на материнском предприятии,иногда местными «авторитетами» о защите инвестиций и сбыте продукции.

Данный механизм позволяет«не провоцировать» социальное окружение, скрывать рост богатства,который приносит успешное ин­вестирование, обеспечить неформальную защиту правинвестора. На­пример, журнал «Эксперт» описывает один из случаев действиятене­вого механизма инвестирования так: «Если нужно запустить в дело,скажем, миллион наличных долларов, сотне человек (сотрудников, друзей) выдаютсявекселя на 9999 долларов каждому (при сумме в десять тысяч необходимо оповещатьналоговую службу) — и инвести­ции получают законное обоснование»16.

Указанный механизм в определенноймере способствует эконо­мическому росту. В то же время он не может служитьосновой долго­срочного нормального экономического развития, так как не создаетустойчивых стимулов для обновления производства и накопления капитала. С егопомощью нельзя осуществлять масштабные и долго­срочные инвестиции, требующиеусилий многих десятков и даже со­тен организаций. Это могут обеспечить толькооткрытые легальные механизмы инвестирования, имеющие твердую юридическую базу ипредполагающие социальное одобрение инвестиционной активности.

Различия предприятий по степенитеневой активности

Анализ показал, что теневая активность распространена напред­приятиях неодинаково: на некоторых ее почти нет, на других ее масш­табывелики. Чтобы выяснить, какова реальная дифференциация предприятии в этойсфере, мы построили типологию распространения теневой активности работников,используя оценки директоров и их ответы на три вышеприведенных вопроса. Построеннаятипология включала два типа предприятий: где (по оценкам директоров)практически нет тене­вой активности; где теневая активность значительна (см.табл. 3).

Таблица 3 Различия между предприятиямипо теневой активности работников (в %)

Хотя около Узпредприятий почти не затронуты теневой дея­тельностью, примерно на Узобследованных организаций теневая ак­тивность занимает более '/5 рабочеговремени и обеспечивает при­близительно Уз доходов работников. Также около Узвсей матери­альной базы этих предприятий используется в неформальной хозяй­ственнойдеятельности.

Мы проанализировали ряд факторов,которые могут способство­вать росту теневой активности на предприятиях ВПК.Были изучены различия в теневой деятельности на предприятиях разных размеров,расположенных в различных регионах, и др. Оказалось, что самым суще­ственнымфактором является уровень достигнутого экономического бла­гополучия, причем еговоздействие было неожиданным (см. табл. 4).

Таблица  4

Связь теневой активности работников сэкономическим благополучием предприятий (в %)

Наибольшиймасштаб теневой активности работников — на пред­приятиях, начавших подъем,среди которых почти Уз характеризуются значительной теневой деятельностью.Наименьший — на экономически благополучных предприятиях, при этом на почти 90%из них отсутствует неформальная хозяйственная деятельность работников.Экономически неблагополучные предприятия занимают промежуточное положение.

Можно сделать вывод о том. чтотеневая деятельность расширяется, когда предприятие начинает менять свойстатус, из числа неблагополучных переходит в разряю относительно благополучных.Именно 

 процесс перехода и сопровождается всплеском неформальной ак­тивности.Механизм здесь следующий.

На благополучных предприятиях, где высока реальная занятостьработников, а зарплата относительно выше средней и выплачивается регулярно,работники не имеют возможности для осуществления не­формальной хозяйственнойдеятельности. Кроме того, благополучные предприятия — это предприятия, ужеосвоившие какую-то рыночную нишу (на рынке гражданской или военной продукции).Они имеют отлаженные производственные и финансовые связи и испытывают меньшуюпотребность в неформальных способах деятельности. Зна­чит, они не предъявляют«внутреннего спроса» на различные работы, которые выполняютсяработниками теневым путем. На неблагопо­лучных, «лежащих»предприятиях у людей нет условий для осуще­ствления такой деятельности подругим причинам — из-за слабости материальной базы и отсутствия«внутреннего спроса» на неформаль­ную активность, так какхозяйственная деятельность на них замирает. Поэтому люди, способные работать,или уходят с них, или реально работают «на стороне», используя своепредприятие просто как «мес­то прикрепления». Когда женеблагополучное предприятие начинает «подниматься», во-первых, егоматериальная база улучшается и, во-вторых, у него при выходе на новый рынокпоявляется спрос на работы, которые приходится выполнять неформальнымиспособами. В условиях России, где рыночная инфраструктура (банковский сер­вис, управленческоеконсультирование, маркетинговые услуги и т.п.) слабо развита, предприятиям,выходящим на новые рынки (или рас­ширяющим свое присутствие на уже знакомомрынке, что также, как правило, требует дополнительной деятельности повытеснению кон­курентов), приходится компенсировать названный недостаток, увели­чиваямасштабы теневой деятельности.

Этот вывод подтверждаетсяследующим анализом. Мы специально выделили группу предприятий, увеличившихобъемы производства. В рамках данной группы проанализировали результаты работыпред­приятий разных типов в зависимости от масштабов теневой деятельно­сти.Выяснилось, что на предприятиях, на которых практически нет теневойдеятельности, ежемесячный прирост был в 1,5 раза ниже, чем на предприятиях, гдетакая деятельность была значительна. Это гово­рит об определенной зависимостимежду расширением производства и масштабами теневой деятельности в нынешнихусловиях.

Результаты обследованийпредприятий ВПК, проведенных с уча­стием автора, свидетельствуют о том, что запоследние два-три года часть из них перешла из категории неблагополучных вкатегорию начавших подъем (хотя в последний год положение заметно ухудши­лось,произошел спад производства). Это значит, что ВПК в 1996-1997 гг. вошел вначальную стадию роста, сопровождающуюся усиле­нием теневой деятельности.

Сказанное не означает, чтоэкономический рост в России всегда будет сопряжен с ростом теневой активности.Такая зависимость сохранится до определенного момента, пока не достигнутыотносительное

экономическое благополучие и стабильность. Тогда темпы ростасни­зятся и теневая активность также уменьшится. Иначе говоря, стабиль­ныйэкономический рост, ведущий к благополучию предприятий и обес­печиваемый набазе обновления технологий, — лучшее «лекарство» от теневойэкономики. К сожалению, системный кризис, разразившийся сейчас в нашей стране,отодвигает перспективы его достижения.

«    *

«

Итак, в Россиипараллельно легальной экономике возникла те­невая, сопоставимая с ней помасштабам. Более того, в теневой эконо­мике формируется примерно тот же набормеханизмов, что и в офи­циальной хозяйственной системе. В ней действуют своиправила це­нообразования, способы обеспечения соблюдения контрактов, имеетсяспецифический набор профессий со своим кодексом поведения, рабо­таютсобственные механизмы инвестирования. Эти теневые механиз­мы изменили жизньмиллионов людей, создали особые условия рабо­ты предприятий. Специалисты,занимающиеся проблемами теневой экономики, стали вести речь даже о«теневом порядке» в российском обществе17. Трудно ожидать,что в ближайшие пять-десять лет эти механизмы преобразуются в легальные правилаэкономического по­ведения. Скорее всего, нас ожидают постепенная эволюциятеневых отношений, смягчение и легализация некоторых из них и медленное изживаниенеприемлемых для цивилизованного общества норм.