Реферат: Тема судьбы в Старшей Эдде
Тема судьбыотчётливопрослеживаетсяво многих песнях«Старшей Эдды», являясь однимиз основополагающихфилософскихмотивов. Древниескандинавывыработалисвой взглядна этот вопрос.Именно он вомногом определяетспецифику«Старшей Эдды».Всю глубинуописываемыхсобытий можнопостичь лишьглядя на нихсквозь призмуосознаниянеотвратимостипроисходящего– так, как наних смотрелинеизвестныесоздатели«Старшей Эдды». И мифологические, и героическиепесни проникнутысвоеобразнымтрагизмом: герои эпосагибнут, по большейчасти страшнойсмертью, которуюони, как правило, смело принимают, а в ряде случаевидут ей навстречу(Брюнхильд, Сигурд, Гуннар, Хёгни). Представлениепроисходящегов свете неумолимогорока придаётему ещё большийтрагизм. Вмифологическойэсхатологическойконцепции мирдвижется к«сумеркам»и асы знают освоей неминуемойгибели и еёпричине – нарушенииданных имиобетов. Мотивнарушения клятв– также одиниз ведущих ив героическомэпосе. Он теснопереплетаетсяс мотивом судьбы. Сигурд, бургунды– Гьюкунги, Атли и другиеперсонажипогибают именноиз-за несоблюденияторжественноданных клятв.Правда, стоитзаметить, чтоссылки на судьбу, норн и т.п. становятсяособенно частымив поздних записяхэпическихпроизведений, где они, возможно, уже лишаютсяпрежнего значения, однако предсказаниегрядущих судебгероев принципиальноважны для героическихсказаний.
Поэтому вскандинавскомэпосе нередкоупоминаютсяи те, кто непосредственноопределяетсудьбы всехживущих – норны.Норны(nornir)– древние, могущественныебогини судьбы, имена их –Урд(Urr,«судьба»), Верданди(Verandi,«становление»)и Скульд (Skuld, «долг»).Они прядут нитичеловеческихсудеб и в урочныйчас обрываютих. Провидицав песни «Прорицаниевёльвы» говорито них:
Мудрые девы
оттуда возникли,
три из ключа
под древомвысоким;
Урд имя первой,
вторая Вердани,-
резали руны,-
Скульд имятретьей;
судьбы судили,
жизнь выбирали
детям людей,
жребий готовят.1
Ещенорн называютхранительницамиматерии всеготворения, ведьони орошаютМировое ДревоИггдрасильводою источникаУрд, смешав еес грязью, чтобыясень не гнил.Даже Один подвластеннорнам; этибожества древнееОдина. По мнениюряда ученых, происхождениенорн связанос фазами Луны.На исходе каждогодня тьма поглощалаНебесного Отца, отдавая мирво власть однойиз трех ипостасейЛуны – растущегомесяца (Урд), полнолуния(Верданди) илимесяца убывающего(Скульд).
Герои эддическихпесен нередкоссылаются нанорн, когдаобъясняют тоили иное событие, веря, что предписанноеими изменитьне дано. ТакХельги, герой«Второй песнио Хельги УбийцеХундинга», рассказываетсвоей возлюбленнойвалькирииСигрун о том, что убил еёотца и брата:
Тебе не вовсём,
валькирия, счастье,
в иных событиях
норны повинны:
утром погибли
у ВолчьегоКамня
Браги и Хёгни,-
я их сразил!2
Хельги уверяетСигрун, чтоспорить с судьбойбесполезно, всё будет так, как сужденовысшими силами:
Сигрун, утешься,
была ты намХильд;
судьбы неоспоришь!3
А Брюнхильд, в свою очередь, в «Краткойпесни о Сигурде», скорбя, восклицает:
Норны сулилинам
долгое горе!4
Но несмотряна то, что приговорнорн поройкажется оченьжестоким, саминорны не могутотноситьсяк чему-либосущему предвзято.Они равнодушныи неумолимы.У корней ясеняИггдрасиль, у источникаУрд они неотступновершат законнепреложнойнеобходимости.
Как уже былосказано, дажемогучие богине властны надсвоей судьбой.Наиболее полноэто раскрываетсяв «Прорицаниивёльвы», признанномвершиной эддическойпоэзии, центральнойпесни «СтаршейЭдды». Трагическоемироощущение, свойственноевсей эддическойпоэзии в целом, выражено в нейнаиболее ярко.«Прорицаниевёльвы» — самаязнаменитаяиз песен «СтаршейЭдды». Она содержиткартину историимира от сотворенияи золотого века(т. е. того, чтовёльва «помнит»или «видела»)до его трагическогоконца — такназываемой«гибели богов»- и второго рождения, которое должнобыть торжествоммира и справедливости(т. е. того, чтовёльва «видит»).Песнь представляетсобой богатейшуюи единственнуюв своем родесокровищницумифологическихсведений ипредставлений.
Картина гибелимира и богов, представленнаяв ней, потрясаетсвоей масштабностью.Антропоморфностьасов сближаетих с богамиантичности, однако, в отличиеот последних, асы не бессмертны.В грядущейкосмическойкатастрофеони вместе совсем миромпогибнут вборьбе с мировымволком. Этопридает ихборьбе противчудовищ трагическийсмысл. Подобнотому, как геройэпоса знаетсвою судьбуи смело идетнавстречунеизбежному, так и боги: в«Прорицаниивёльвы» колдуньявещает Одинуо близящейсяроковой схватке.Космическаякатастрофаявится результатомморальногоупадка, ибо асынекогда нарушилиданные имиобеты, и этоведет к развязываниюв мире сил зла, с которыми уженевозможносовладать.
Крепкиебыли
попраныклятвы,
тот договор,
что досельсоблюдался.5
Вёльва рисуетвпечатляющуюкартину расторжениявсех священныхсвязей, предрекаетсясамое страшное, что может случитьсяс человеком, на взгляд членовобщества, вкотором ещесильны родовыетрадиции, вспыхнутраспри междуродственниками:
Братья начнут
биться другс другом,
родичи близкие
в распряхпогибнут;
тягостнов мире,
великийблуд,
век мечейи секир,
треснутщиты,
век бурь иволков
до гибелимира;
щадить человек
человекане будет.6
Эллинскиебоги имелисреди людейсвоих любимчикови подопечных, которым всяческипомогали. Главноеже у скандинавов— не покровительствобожества отдельномуплемени илииндивиду, асознание общностисудеб богови людей в ихконфликте ссилами, несущимиупадок и окончательнуюгибель всемуживому. Поэтомувместо светлойи радостнойкартины эллинскоймифологииэддическиепесни о богахрисуют полнуютрагизма ситуациювсеобщегомирового движениянавстречунеумолимойсудьбе. Судьбаэта предрешенас самого началаи доподлинноизвестна вёльве:
Ей многоеведомо,
все я предвижу
судьбы могучих
славныхбогов.7
Неотвратимостьгибели всегосущего и определяеттот удивительноглубокий трагизммироощущения, что мы видимв «СтаршейЭдде». Если уждаже боги немогут изменитьпредписаннойим участи, точеловек и подавнодолжен ощущатьна себе всюгнетущую тяжестьрока.
Герой передлицом Судьбы— центральнаятема героическихпесен. Частогерой осведомлено своей участи: либо он одаренспособностьюпроникать вбудущее, либоему кто-то открылего. Каковадолжна бытьпозиция человека, знающего огрозящих емубедах и конечнойгибели? Вотвопрос, на которыйэддическиепесни предлагаютмужественныйответ. Знаниесудьбы не повергаетгероя в фаталистическуюапатию и непобуждает егопытаться уклонитьсяот грозящейему гибели, напротив, будучиуверен в том, что выпавшееему в уделнеотвратимо, он бросаетвызов судьбе, смело принимаетее, заботясьо посмертнойславе.
А. Гуревичподробнорассматривает вопрос о том, какова природагероическогов эддическойпоэзии. Так, очень показательното, что в героическомэпосе отсутствует«национальная»или «племенная»точка зренияна изображаемыев нем события.Ученые давнои упорно ищутисторическихпрототиповлегендарныхперсонажейгероическойпоэзии и стараютсявскрыть действительныесобытия, которыелегли в основупесней. Но всеэти предположенияпредельногадательныи шатки. Дажев тех случаях, когда, казалосьбы, «фактическаяоснова», кудовлетворениюисследователей, прощупывается, от этого ровнымсчетом ничегоне выгадываетисторическаянаука. Всё делов том, что аудиториюв песнях о герояхинтересовалине только рассказыо делах давноминувших дней, но и нечто совсеминое. Героическаяпеснь вряд листавит передсобой цельизобразитьисторическиесобытия, дажев тех случаях, когда в нейслышатся ихотголоски.
Героическуюпоэзию привлекалив истории непобеды и триумфы, но неудачи, поражения, гибель историческихперсонажей, как бы абстрагированныхот их коллективови рассматриваемыхв единоборствес судьбой. Этупроблематикупроще всегорассматриватьна примереконкретныхпесен.
Остановимсяпрежде всегона эддическомцикле об Атли, Гуннаре, Хёгнии Гудрун. Напримере этихже песен можнопроследитьи то, как трансформировалосьотношение ктеме судьбы, ибо сложностьи даже противоречивостьтрактовкигерманскимэпосом историческихсобытий ираскрывающихсяв них героическихценностейсвязана с тем, что в нем спрессованы, слиты воединоразные пластыдействительностив ее истолкованиидревним поэтическимсознанием.
Существуютдве песни, вкоторых рассказываетсяо предательскомприглашенииГуннара и Хёгнигуннским владыкойАтли, замыслившимзахватить ихзолотой клади погубитьбратьев, — «ГренландскаяПеснь об Атли»и «ГренландскиеРечи Атли».Первая считаетсяодной из древнейшихгероическихпесней «СтаршейЭдды», вторуюобычно относятк поздним песням.
Стоит остановитьсяна несколькихключевых эпизодах.В первую очередьна мотивировкепоездки Гуннараи Хёгни в гостик Атли. Согласно«Песни об Атли», гуннский вождьпосылает кГуннару «хитрогомужа», которыйдолжен заманитьГьюкунгов вего владения.Он обещает имвсяческиебогатства, однако Гуннарспрашиваетсвоего братаХёгни, существуютли сокровища, которыми онине обладалибы в изобилии.Хёгни высказываетподозрение, что Атли коварен: почему егожена, а их сестра, Гудрун, прислалаим кольцо, вкоторое вплетенволчий волос:«По волчьейтропе придетсянам ехать!», т.е. «нас ждетпредательство».Родичи и воиныГуннара такжене советуютему приниматьприглашение.И тогда Гуннарна пиру, в великомвозбуждении, охваченныйгорделивымазартом, «сказалтак, как должновладыке»:
Пусть волкинаследье
отнимут уНифлунгов –
серые звери,-
Коль я останусь!8
Он клянется, что поедет, иначе да будетон проклят.Остающиесядома провожаютбратьев с плачем, но не решаютсяих отговаривать.Но как толькобратья прибываютво владенияАтли, они узнаютот вышедшейим навстречуГудрун о предательстве; она призываетих спасаться.Гуннар, однако, отвечает, чтотеперь поздноискать удалуюдружину — онадалеко, на «красныххолмах Рейна».Он был немедленносхвачен и закован, а Хёгни, послетого как оказалгероическоесопротивлениеи сразил несколькихврагов, такжеоказался вруках коварныхгуннов. В ответна требованиеАтли отдатьзолото и темоткупитьсяот смерти, Гуннарставит условиемсмерть Хёгни, а когда емуподают на блюдекровавое сердцебрата, объявляетАтли, что томуникогда невидеть сокровищНифлунгов, ипогибает взмеином рву.Гудрун мститза братьевсвоему мужу.Так излагаетсялегенда о гибелиБургундскогокоролевствав «Песни обАтли».
Какова жеверсия «РечейАтли»? Гонцыгуннскогомонарха прибываютк Гьюкунгамс приглашениемв гости. Онипривозят ссобой уже некольцо Гудрун, а некое послание, начертанноерунами, — в немона хотелапредостеречьбратьев, ноВинги (посолАтли) спуталруны, преждечем передатьих Гуннару.Гуннар спрашиваету Хёгни совета, но тот отвечает, что пусть решаетГуннар. Такимобразом, тутуже нет речио внезапноми спонтанномрешении короля,- вопрос остаетсяпоначалу нерешенным.Жена ХёгниКостбера заподозрилав рунах неладноеи после ночи, полной зловещихснов, обращаетсяс предостережениямик мужу. Хёгнипренебрежительнои беспечнозамечает, чтоим ничто неможет грозитьв гостях у Атли, и неверноистолковываетее сны. Точнотак же пренебрегаетвещими снамисвоей жены иГуннар, однаков конце концовон говорит:
Позднораздумывать,
так решеноуж;
судьбы неизбегнуть,
коль в путья собрался;
похоже, чтосмерть
суждена намскоро.9
Тем не менее, провожающиесилятся отговоритьбратьев, а посолАтли клянется, что в приглашениинет обмана.Гуннар и Хёгнирасстаютсясо своими домашними, оставив большуючасть дружинниковдома. «Так решиласудьба» (ст.36). Братья отплываютв страну гуннов(в более раннейверсии онискачут верхомчерез лес Мюрквид)и гребут стольяростно, чтоломают полкиля, крушат уключиныи рвут ремни; причалив кберегу, они непривязываюткорабля. Этосимволизируетих решимостьне отступатьи принять своюсудьбу в странегуннов. Когдабургунды приблизилиськ усадьбе Атли, Винги открываетим обман и советуетбежать, но ониубивают предателя, не страшасьтого, что ихожидает. Послеобмена враждебнымиречами с воинамиАтли гостивступают с нимив бой, которыйзанял утро иполдень, вечери ночь, но в концеконцов их схватываюти они погибают.Все это описаногораздо подробнее, нежели в «Песниоб Атли».
Нетруднозаметить, чтов этой болеераспространеннойи поздней версииссылки на судьбувстречаютсячаще, чем впервоначальной: на нее указываетжена ГуннараГлаумвер; оней, как мы видели, говорит самГуннар; о решениисудьбы знаети автор песни; о ней же говоритГудрун, встречаябратьев в усадьбесвоего мужаАтли; упоминаетсудьбу и Атлипосле гибелигостей. В одномслучае по отношениюк судьб бургундовдаже употребленовыражение, применяемоев песнях о богахк концу мира, к трагическойсудьбе асов.Героическаясмерть Гьюкунговкак бы приравниваетсяк гибели богов.
Может показаться, что и в ранней«Песни об Атли»принятие ГуннаромприглашенияАтли такжемотивированогероическимприятием неизбежнойсудьбы. Но этоне так. Геройуповает толькона самого себяи действуетлишь из собственныхпобуждений(как бы ни былиони детерминированыего этикой), — он не признаетнад собой никакойвысшей инстанции, будь то богиили судьба. Онутверждаетсобственное«я» вопрекивсему. Гуннараотговариваютот поездки кгуннам, колеблетсяи Хёгни. Болеетого, сам Гуннарне видит поначалуникакой необходимостиили причиныехать к Атли: богатства, которые тотсулит ему, имеютсяу сына Гьюкив изобилии.
Не сознаниенеизбежностипроисходящегои не пониманиецелесообразностипоездки (ополитическихили иных объективныхмотивах поведениягероя песнивообще ничегоне говорят, ведь историясведена в нихк воле и поступкамотдельных лиц)движут Гуннаром.Он решительноотверг единственновозможный иясно высказанныйв песни предлогдля поездки- обогащение, т. е. отвергнутавсякая рациональностьпринятия приглашенияАтли. Он и самне может невидеть ловушки, да и все другиеуказывают наявную опасностьпоездки, ноГуннар принимаетрешение, «какдолжно владыке».Разогретыйвыпитой брагой, он в бурномвысокомерномвозбуждениидемонстрируетпренебрежениенесомненнойопасностью.Гуннар не принимаетнеизбежнойсудьбы — он скореесамовольнобросает ейвызов, провоцируетее. Немотивированноеразумно, импульсивноерешение, пренебрегающееугрозой смерти, отказ проявитьрассудительностьи желание утвердитьсвою волю — точнее, ни с чем несчитающеесясвоеволие,- вотчто имеет здесьместо. Показательно, что Гуннароставляет домадружину и ненадевает дажекольчуги (начто сетует, встречая его, сестра). Всеэто находитсяв разительномконтрасте спредусмотрительностьюАтли, которыйвыставил стражуна случай нападениябургундов.
ПоступокГуннара «неразумен», но так оцениваетсяон не «Песньюоб Атли», а толькопозднейшими«Речами Атли».В «Песни обАтли» Гуннарпоступаетсообразносвоему королевскомудостоинству.Автор песни, зная, что братьевожидает гибель, не осуждаетих решения, несчитает егобезумным; идаже близкиеГуннару людине осмеливаютсяего отговаривать: все видят высокийдух героя. Егосвоеволие импонятно.
Нето в «РечахАтли», где все- женщины и мужчины- всячески стараютсяразубедитьбратьев; дажекогда решениепринято и ониедут, провожающиевсе еще пытаютсяворотить ихназад. Решениегероя болеене являетсябезусловноприемлемымдля его коллектива- приняв его, он как бы противопоставляетсебя остальным,«их пути разошлись».Цельностьгероическогорешения уженепонятна, ономожет обсуждатьсяи даже осуждаться.Дух обеих песней, таким образом, глубоко различен.
Оказавшисьв руках Атлии услыхав егопредложениеоткупитьсясокровищамиНифлунгов, Гуннар, согласно«Песни об Атли», требует смертисвоего брата, чтобы из грудиего острымножом вырезалисердце. СперваГуннару подаютсердце Хьялли, но Гьюкунгсразу же распознаетобман. И тогдавырезают сердцеиз груди неведающегостраха Хёгни.Гуннар мотивируеттеперь своетребованиетем, что, покабыл жив брат, его донималосомнение — отнынеон один знает, где в Рейнесокрыто золото, и там оно иостанется:
Атли, ты радости
так не увидишь,
как не увидишь
ты нашихсокровищ!
Я лишь один,
если Хёгниубит,
знаю, гдескрыто
сокровищеНифлунгов!10
Но здесь естьявная несообразность: с чего взялГуннар, чтоХёгни мог бывыдать местоположениеклада? Ведьтолько что он, увидев на блюдесердце Хёгни, говорил о егосмелости. УГуннара не былоникаких основанийпредполагать, что Хёгни, стараясьспасти своюжизнь, выдастклад гуннам.Когда ему рассекалигрудь и вынималииз нее сердце, Хёгни смеялся, не ведая страха.Мало этого, ведь сокровищаНифлунгов былинадежно спрятаныбратьями ещедо отъезда кАтли. Поэтому, казалось бы, проще всегоГуннару былоответить натребованиеАтли, открывему правду: золото утопленов Рейне. ПоведениеГуннара в этомэпизоде «Песниоб Атли» страннои нелогично, не говоря о егонеобъяснимойжестокости.
И это, очевидно, понял уже автор«Речей Атли», отказавшийсяот подобногомотива. Здесьинициаторомрасправы надХёгни выступаетсам гуннскийвладыка: онприказываетзаживо взрезатьножом грудьХёгни и броситьГуннара в ямусо змеями. Затемследует сценас трусливымХьялли и мужественнымХёгни, которыйпросит отпуститьраба и заявляет:«Смертные муки// считаю игрой».После мужественноперенесеннойпытки Хёгнипогибает, асвязанныйГуннар встречаетсвою смертьв змеином рву, где ногамииграет на арфе, пока не гибнетот жала змеи.Никаких требованийубийства братаон не выдвигает, да Атли и невступает с нимв переговоры, сразу же обрекаяобоих на смертьдля того, чтобывызвать великуюскорбь у ихсестры Гудрун.Таким образом, мотивировкасмерти Хёгниизменилась, но обстоятельстваего гибели, каки гибели Гуннара, остались и вовторой песнипрежними.
Нетрудновидеть, чтоглавное в песни- это мучительнаягибель Хёгнии мужество, проявленноеим при пытке.Возникаетвопрос: дажеесли б Гуннари сомневалсяв молчанииХёгни, почемуон потребовалстоль жестокойсмерти брата?! Поступок Гуннарадолжен бытьобъяснен, исходяиз логики поведениялюдей героическойэпохи.
Однако преждечем предпринятьпопытку такогообъяснения, остановимсяна еще однойключевой сцене«Песни об Атли».После убийстваГуннара и ХёгниАтли получаетугощение отГудрун — мясоубитых ею сыновейот их брака, азатем погибаетот ее же руки; усадьба гуннскоговладыки вместес ее обитателямипоглощаетсяогнем, которыйзапалила Гудрун.В «Речах Атли»все это разработаноболее подробнои обстоятельно, с некоторымиизменениями, но всё равноостаётся вопрос: чем мотивированарасправа Гудруннад собственнымидетьми? Иногдавыдвигаетсятакое объяснение: сыновья Гудрунот брака с Атли- члены его рода, тогда какумерщвленныеим братья Гудрун- члены ее рода, поэтому, мстяза сородичей, она распространяетсвою месть ина собственныхдетей, наносяАтли наиболееощутимый вреди делая невозможнымотмщение. Ноэто объяснение- искусственное.В любом случаеэто — ее сыновья, и дикость еепоступкасамоочевидна.
На самом деле, все эпизоды«Песни об Атли», на которых мывыше останавливались,- и решение Гуннараехать в гостик гуннам вопрекиразуму и предвещаниямгибели, и требованиеего умертвитьсобственногобрата, вырезаву него из грудисердце, и принесениеГудрун в жертвусвоих сыновей, мясо которыхона скармливаетничего неподозревающемуотцу, и убийствоею Атли с последующимсожжением егоусадьбы,- всеэти сцены имеютнечто общее.Они не поддаютсярациональномупричинномуобъяснениюи, видимо, ненуждаются втаковом. Всеэти поступкивместе с темнельзя объяснитьи вмешательствомтакой иррациональнойсилы, как судьба.Гуннар решаетехать к Атли, не испытываяникакого принуждения; он требуетпытки над своимбратом, нонеобходимостьпытки ниоткудане проистекает; Гудрун умерщвляетдетей стольже самовластно, отказываясьих оплакивать.Судьба, жертвамикоторой падаютгерои, — не какое-тофатальноепредначертание, избежать коегоони не в силах, не рок, подминающийих волю, вообщене нечто внешнеепо отношениюк их воле ипродиктованнымею решениям.
Только послетого, как решенияприняты и поступкисвершены, этидействия какбы «отвердевают»в судьбу, становятсяроковыми. Когдапогибли еебратья и послетого как, мстяза них, Гудрунумертвила своихдетей и скормилаих мясо Атли, она «дает судьбевырасти, созреть»: она раздаетсокровища, готовя убийствогуннскогокороля. Итак, герой песни«выращивает»свою судьбу.Он принимаетпоследствиясобственныхрешений и деяний, обращающихсяпротив негов виде его участи.Обычно говорято «приятии»германскимгероем «неизбежнойсудьбы». Можетбыть, следовалобы сильнееподчеркиватьне только активностьэтого приятия, но и активнуюроль его в самомсозидании тойтрагическойситуации, которуюон затем осознаети воспринимаеткак собственнуюсудьбу.
Но это неозначает, чтосвою судьбуон творит вполнесвободно. Егорешения диктуютсянекими принципами.Когда Гуннар, пренебрегаясоветами друзейи предостережениямио неминуемойопасности, которая поджидаетего в доме Атли, говорит: «Пустьвсе богатствамои пропадут, коль я останусь!»- он поступает, подчеркну этоеще раз, так, как надлежитпоступатьвластителю: он долженпродемонстрироватьнебывалуюсмелость, граничащуюс безрассудством, собственно, и выражающуюсяв безрассудномпоступке, бессмысленномс точки зренияздравого смысла,- но здравомусмыслу, практическомуразуму нетместа в героическойпесни. Его место- в «Речах Высокого», где собранымаксимы житейскойпремудрости, коим долженследоватьобычный человек.Там всяческиварьируютсятемы осторожности, осмотрительности, сдержанности, подробноперечисляютсясоветы, с помощьюкоторых можнообеспечитьсебе жизненноеблагополучиеи избежатьопасности. Но«Речи Высокого»- полная противоположностьгероическимпесням. Онивоплощаютобыденный разумчеловека, принужденногоизворачиватьсяв нелегкихжизненныхобстоятельствах.
Этому героическаяпеснь не учит.Оказываясьперед лицомсмерти, страдания, герой принимаетбезмотивноерешение, являющеесядля него темне менее единственновозможным.Поступки героев«Песни об Атли»лишены рациональногосмысла, но онипотрясают своейжизненнойубедительностью, выходящей запределы всякойразумности.Здесь обнажаетсяиной, болееглубокий планбытия, судя по«Речам Атли», непонятныйуже в периодписьменнойфиксации эддическихпесней.
Герой гибнет, и это не случайно.Только в смерти, в ее приятии, в поведениигероя передлицом ее завершаетсяего становление.Чем беспримернееего гибель, чемужаснее и неслыханнейее обстоятельства, чем более выходятони за пределыобычного, темвеличественнеегерой и темболее впечатляетвоспевающаяего песнь.
Почти чтообщим местомв научной литературеявляется тезис, согласно которомуперсонаж героическойпесни — идеальныйгерой, человекдолга и чести, не останавливающийсяни перед чем, чтобы защититьи утвердитьчесть рода илисобственнуючесть. Песни, действительно, рисуют такихидеальныхгероев. ТаковыСигурд, Брюнхильд, Хельги и др.Они прославляются, их слава бессмертна.
Однако сюжетамипесней, причемтех самых, вкоторых воспевалисьгероическиеподвиги, частослужили деяния, отнюдь не являвшиесяобразцами дляподражания.Рассмотримпеснь, относящуюсяк древнейшемупласту «СтаршейЭдды». В «РечахХамдира»рассказываетсяо мести Хамдираи Сёрли, сыновейконунга Йонакраи Гудрун, дочериГьюки. Их своднаясестра Сванхильд, дочь Гудруни Сигурда, быларастоптанакопытами готскихконей, под которыеее бросили повелению короляЁрмунрекка(его прототип- остготскийкороль концаIV в. Эрманарих), покаравшегоее за изменумужу. Братьяотрубили зломукоролю рукии ноги, но былиубиты. Однакопрежде чем ониуспели емуотмстить, ониубили своегобрата Эрпа, предложившегоим помощь. Эрп«обещал, // чтопомощь окажет,// как ноги другдругу // идтипомогают», нобратья не принялиего предложенияи тем «на третьу себя // отнялисилу — // сразилиюнца // ударомсмертельным».В результатеони отрубилиЁрмунреккулишь конечности, но им не удалосьотрубить емуголову. Хамдирпонял это, когдабыло уже поздно.Братья палижертвами собственногобезрассудства.Таким образом, злодеяниесвершает нетолько Ёрмунрекк, жестоко умертвившийсестру Хамдираи Сёрли, но исами братья, причем убийствоими Эрпа, в отличиеот казни Сванхильд, виновной впрелюбодеянии, ничем не оправдано.В песни говорится, что это убийствопроизошлоблагодарявмешательствудис — сверхъестественныхсуществ — и чтогибель самихСёрли и Хамдираесть следствие«норн приговора».Никакой другоймотивировкиубийства Эрпанет. Тем не менеев песни нетосуждения ниЁрмунрекказа его жестокость, ни братьев забратоубийство.Их гибель внеравном боюс готами воспевается, как великийподвиг:
Мы стойкобились,
на трупахврагов
мы — как орлы
на сучьяхдревесных!
Со славойумрем
сегодня ильзавтра –
никто неизбегнет
норн приговора!11
Таким образом, единственноеобъяснениеничем объективнонеоправданнойжестокости– веление судьбы.Между тембратоубийство- тягчайшеепреступление.Вспомним, чтов «Прорицаниивёльвы» средипризнаковзаката мираперед гибельюбогов в первуюочередь названыбратоубийственныераспри.
Особо стоитотметить то, какое влияниена судьбы героевоказываютсокровища, обладающегомагическойсилой. В связис ним появляетсямотив кладаили, как ещёпринято говорить, мотив проклятогозолота. Можносказать, чтоон являетсяобъединяющиммоментом многихпесен. Клад, обладающиймагическойсилой, являетсяисточникомвсех бед и приноситгибель тому, кто им владеет.Концепцияроковой властизолота появляетсяуже в «Прорицаниивёльвы». Пророчица, повествуя овойне междуасами и ванами, рассказываето том, как ваныпослали асамГулльвейг (чтобуквальноозначает «силазолота») – женщину, воплощающуюжажду к золоту.Один пыталсяеё уничтожить, но она сноварождалась ипод именем Хейд(обычное имяколдуний) творилаещё худшее.
Гулльвейгпогибла,
пронзённаякопьями,
жгло её пламя
в чертогеОдина,
трижды сожглиеё,
трижды рождённую,
и всё же она
доселе живёт.12
Героическиепесни, которыепринято объединятьпод общим названием«Песней о Нифлунгах», имеют всё тотже объединяющийих мотив. Сокровища, некогда проклятыекарликом Андвари, обрекают нагибель всех, кто ими обладаетили толькопожелал завладеть.Золоту приписываетсясверхчеловеческаяроль. Не людиопределяютроль сокровищ, а наоборот, сокровищевершит судьбылюдей. Такимобразом, и втом случае, когда в судьбыгероев вмешиваетсяволшебная силазолота, мы сновавидим, что ониникак не могутпротивостоятьсудьбе и оказываютсяподчинённымией. Мотив кладаоказываетсятесно переплетёнс темой судьбы.
Однако же, справедливоотмечая противоположностьжизненныхустановокгероев германскихпесней фатализму, превращающемучеловека вбезвольноеорудие безличнойсудьбы, некоторыеученые склонныподчеркиватьих свободу: герой добровольновключаетсяв цепь роковыхсобытий, длятого чтобыостаться вернымсвоему «я» исобственномузакону, он приемлетсудьбу. Совершаяужасное, неслыханное, он не страшитсяответственности, не сваливаетвину на божествоили фатум — ондействует водиночестве.Но в свободеимплицируетсявозможностьвыбора, приятиесудьбы предполагаетразграничениемежду нею ичеловеком, который идетей навстречу.Древнегреческийгерой и судьбане совпадают: он может покоритьсяэтой над нимвозвышающейсясиле, либо попытатьсябежать от нее, либо мужественноее принять, вступить с неюв единоборствои пасть под ееударами — междуним и судьбойсуществуетдистанция, иобразуемоеею «этическоепространство»оставляетвозможностьвыбора, волеизъявления, а потому порождаети трагичностьколлизии.
Так ли обстоитдело в эддическойпоэзии и преданияхгерманскихнародов? Приведенныйматериал скореепобуждаетсклонитьсяк иному предположению.Действия героякажутся свободнымипотому, что онне отделен отсвоей судьбы, они едины, судьбавыражает внеличнуюсторону индивида, и его поступкитолько раскрываютсодержаниесудьбы. Вспомним, что ссылки насудьбу, с которойневозможнотягаться, наприговор норнили вмешательстводис, по-видимому, не принадлежатк древнейшемупласту эддическихпесней, онивторичны ипредставляютсобой попыткуобъясненияпроисходящегов песнях, предпринятую, видимо, на тойстадии, когдаизначальныйсмысл жуткихдеяний героевбыл уже непонятен.