Реферат: Онтогенетическая эволюция психофизиологических функций человека

Становление человека как личности и субъекта деятельности в конкретных соци­ально-исторических условиях носит фазный характер: оно развертывается по опреде­ленным циклам и стадиям жизненного развития человека как индивида. Особое зна­чение в этом отношении имеет онтогенетическая эволюция психофизиологических функций человеческого мозга — материального субстрата сознания. Любая из этих функций имеет свою историю развития в онтогенетической эволюции мозга. Это не значит, однако, что весь ход и содержание психической деятельности человека об­условливаются такой эволюцией. Современная психология различает в психической деятельности разнородные явления: функции, процессы, состояния, свойства лично­сти. Центральное значение для отражения объективной действительности, ориента­ции в ней и регуляции действий имеют психические процессы (восприятие, память, мышление, эмоции и т. д.), носящие вероятностный характер и зависящие от многих факторов, одним из которых является возраст.

Любой психический процесс формируется как определенная констелляция психо­физиологических функций (сенсорных, мнемических, вербальных, тонических и т. д.), действий с разнообразными операциями (перцептивных, мнемических, логических и т. д.) и мотивации (потребностей, установок, интересов и ценностных ориентации). Из вышеперечисленных компонентов любого психического процесса действия и опе­рации непосредственно вовсе не связаны с онтогенетической эволюцией, мотива­ция связана с ней лишь в самых общих и исходных своих формах (органические потребности и установки) и только психологические функции являются собственно онтогенетическими феноменами 1Подобное различение психологических феноменов показано на модели перцептивного пространства, компонентами которого являются пространственно-различительные функции 55. Экспериментальные исследования, вы­полненные в нашей лаборатории Е. Ф. Рыбалко, показали, что фактор возраста имеет разное значение для этих компонентов (табл. З) 56 .

Таблица 3
Зависимость зрительных функций детей и подростков за период от 4 до 15 лет от возрастного и других факторов, % от общего компонента факторов

Поле зрения, обусловленное структурой проводящих путей и корковыми проек­циями, в наибольшей степени зависит от процессов созревания и старения, как, впро­чем, и от общего состояния нормы и патологии мозга взрослого человека. Не случайно топическая диагностика очаговых нарушений мозговой деятельности всегда включа­ется в периметрию. В результате многолетних исследований в нашей лаборатории со­бран значительный материал для характеристики онтогенетической эволюции поля зрения. На рис. 9 сопоставлены данные, полученные Е. Ф. Рыбалко на детях, с данны~ ми, полученными М. Д. Александровой на стариках, по отношению к средним величи­нам схематизированного поля зрения взрослого человека.

Возрастные изменения поля зрения типичны для онтогенетической эволюции пси­хофизиологических функций. В связи с накоплением опыта наблюдения и воспита­нием мышления формируется перцептивное поле со своей пространственной и смыс­ловой организацией оптических сигналов. Непосредственно с перцептивным полем (и лишь через него с полем зрения) связаны объем внимания, столь важный для умственной деятельности, и объем оперативной памяти, зависящий от логических опе­раций и задачи деятельности. Приблизительно по такому же типу зависимости стро­ятся и другие психические процессы, связанные с ходом онтогенетической эволюции посредством функциональных механизмов.

• 55 Ананьев Б. Г., Рыбалко Е. Ф. О с о б е н н о с т и в о с п р и я т и я п р о с т р а н с т в а у детей. — М.: П р о с в е щ е н и е, 1 9 56 Т а м же. — С. 244.

Рис. 9. Сравнительная характеристика полей зрения ребенка, взрослого и старого человека: границы поля зрения взрослого; — — т о же старого человека; — - — то же ребенка 6 лет

Прежде всего отметим, что закономерность возрастной эволюции психических ре­акций является общей как для речевых (речемыслительных), так и для сенсомоторных реакций. Эта закономерность обнаруживается при сравнительно-возрастном сопостав­лении данных об изменении времени реакций (ВР) различных видов (непроизвольных и произвольных, двигательных и речевых, простых реакций и реакций выбора на раз­личные сигналы и т. д.). Благодаря обобщению этих данных в ценных исследованиях Е. И. Бойко, мы имеем возможность представить картину в целом (рис. 10) 57 .

Комментируя эту общую картину, Е. И. Бойко пишет по поводу факта замедленного ВР у детей по сравнению со взрослыми следующее: «Казалось бы, он находится в проти­воречии с общеизвестной живостью и подвижностью детского возраста. Тем не менее об­ щая закономерность состоит в постепенном и неуклонном укорочении ВР, начиная с 3 ' /, лет и кончая студенческим возрастом, а затем (после 40 лет) сменяется еще более посте­ пенным его удлинением по мере процесса старения организма. Всему этому предшеству­ет наиболее длительный скрытый период непроизвольных двигательных реакций у ново­ рожденных и.младенцев на тактильные, болевые и температурные раздражения» 58 .

Такова общая картина постепенного укорочения ВР (начиная с 3 1 / 2 лет), оптимум которого относится к юности и молодости («студенческим годам»). Эта общая карти­на проявляется в любых сопоставляемых смежных возрастах как в отношении сенсо-моторных, так и речевых реакций.

Весьма показательны возрастные сопоставления этих видов реакций.

• 57 Рисунок заимствован из работы Е. И. Бойко «Время реакций человека» (М.: Медицина, 1964. — С. 391 ).
• 58 Там же; см. также его работу «Возрастные изменения времени реакций у детей и взрослых» (в сб.: По­ граничные проблемы психологии и физиологии. — Изд. АПН РСФСР, 1961).

Рис. 10. Изменение времени реакции в связи с возрастом по данным различных исследователей

Раздельные реакции на звук и свет в двух вариантах (с предупреждением и без предупреждения) были получены Б. Филипом. Приводим сводку этих данных по воз­ растным группам (табл. 4) 59 .

Таблица 4
Среднее время реакций,мс

Заимствована из работы Бойко Е. И. (Возрастные изменения времени реакций у детей и у взрослых» (с. 163).

По дополнительным подсчетам Е. И. Бойко, ВР на свет и звук укорачивается с 9 до 16 лет почти на одну и ту же величину (36-37 мс), аналогичная тенденция прослежи­вается для ВР с предупредительным сигналом и без него.

В подробном исследовании Ф. Гуденаф были охвачены большая группа детей от 3 1 / 2 , до 11 1 / 2 лет и студенты колледжа. ВР определялось по другой методике (комбини­ рованного зрительно-слухового сигнала). Были получены данные, в общем, подтвер­ждающие уже описанную тенденцию укорочения ВР. Эти данные (в извлечении) представлены в табл. 5.

Таблица 5
ВР на комбинированный зрительно-слуховой сигнал, мс

Аналогичная картина была ранее (еще в 1927 г.) получена А. Р. Лурия и его со­трудниками при изучении ВР детей на различные словесные сигналы (в ассоциатив­ном эксперименте). По их данным, ВР у подростков 16 лет вдвое короче, чем у детей 8 лет. Если ВР восьмилетних детей в среднем равнялось 2,7 с, то ВР подростков харак­теризовалось величиной всего 1, 2 с.

В соответствии с современными трактовками информационной природы сигна­лов были установлены соотношения информационных и возрастных факторов, опре­деляющих время реакций. При таком важном уточнении оказалось, что ВР есть фун­кция информации стимула и возраста. Вместе с тем общая картина возрастных изме­нений ВР подтвердилась и при этом уточнении.

В литературе описаны значительные вариации ВР, связанные с информацион­ной природой стимула, социальным развитием и образованием, отношением к зада­че, тренированностью испытуемых и т. д. Однако эти вариации всегда находятся в определенных, уже известных нам возрастных диапазонах ВР. По этим диапазо­нам можно выделить известный оптимум временных характеристик сенсомоторных и речемыслительных реакций, который совпадает с периодом юности и молодости («студенческим возрастом»). Ни по одному виду реакций такой оптимум не распо­лагается в каком-либо из детских возрастов. В детских возрастах не обнаружен та­кой оптимум даже по отношению к самым элементарным сенсомоторным реакциям, что свидетельствует о незавершенных в этих возрастных фазах процессах сенсомо-торного развития.

Сопоставим описанные важные выводы из психологических исследований с выво­дами, полученными П. П. Лазаревым и его сотрудниками. На протяжении многих лет они изучали чувствительность различных модальностей (периферического зрения, Слу­ха, кинестезии) у людей разных возрастов. На основании ряда серий подобных исследований П. П. Лазарев пришел к выводу, что чувствительность «для периферического зре­ния, для слуха, для центров движения и, вероятно, для других центров зависит от возра­ ста» 60 На рис. 11 изображена кривая возрастных изменений средних значений этих ви­ дов чувствительности (обозначается как Е 0, из хода которой видно, как постепенно воз­ растает уровень чувствительности, достигая максимума к 20 годам жизни 61 .

Пороговые значения, полученные для двад­ цатилетнего возраста, как полагал П. П. Ла­ зарев, могут быть использованы в качестве эталона сенсорного оптимума, по сличению с которым можно определить возраст любого человека. «Определение возраста, — замечает '*---_ П. П. Лазарев по поводу такого способа, — делается с точностью около 3-5 лет» 62. Он осолоном для разных видов чувствительности изменчивости слуховой, зрительной, раст: «… оптимальная чувствительность к вне-периферической и кинестетической шним воздействиям на глаз при перифериче­ском зрении наблюдается около 20 лет. В этом же возрасте имеется максимальная слуховая чувствительность (Лазарев, Беликов). Около этого возраста имеется и максимальная чувствительность двигательных цент­ров. В возрасте около 20 лет восприимчивость указанных выше центров является повы-шенной...» 63 С некоторыми дополнениями эти выводы были подтверждены последую­щими экспериментальными работами.

Различительная чувствительность глаза по отношению к яркости ахроматических объектов возрастает весьма значительно, например в возрасте 16 лет она в 2,5 раза больше, чем у 6-летних детей. По данным Л. А. Шварц, различительная цветочувстви­тельность заметно повышается с возрастом. По сравнению с первоклассниками у уча­щихся третьего класса она возрастает в среднем на 45 %, а у учащихся пятых клас­сов — на 160 % 64 . Аналогичные явления были обнаружены в лаборатории С. В. Крав-кова в отношении возрастных изменений электрической чувствительности глаза. Результаты многих исследований возрастной эволюции различительной чувствитель­ности глаза были обобщены С. В. Кравковым (рис. 12) 65 .

Сравнительно с данными П. П. Лазарева сенсорный оптимум здесь передвинут еще выше, к 25 годам

Следует отметить также, что гетерохронность созревания и развития различных функций даже одного и того же анализатора существенно осложняет картину. Мы не имеем возможности останавливаться на этом важном вопросе, укажем только, что он специально освещен в нашей работе, написанной совместно с Е. Ф. Рыбалко 66. С помо­ щью корреляционного анализа экспериментальных данных о развитии зрительно-про­странственных функций у детей от 4 до 16 лет (сравнительно со взрослыми) Е. Ф. Ры­балко обнаружила некоторые закономерности их онтогенетического взаимодействия, в том числе явления периодического понижения остроты зрения при расширении гра­ниц монокулярных полей зрения в отдельные периоды развития. Гетерохронность раз­вития может быть следствием подобных коррелятивных изменений. Гетерохронность функций в другой модальности (кинестезии) можно показать на экспериментальных данных К. X. Кекчеева (табл. б) 67 .

• 60 Лазарев П. П. Современные проблемы биофизики. — М.: Изд. АН СССР, 1945. — С. 98.
• 61 Там же. — С. 99.
• 62 Там же. — С. 100.
• 63 Там же.
• 64 Шварц Л. А. Развитие цветоощущения у детей школьного возраста // Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. — Т. 25. — Вып. 3. — М., 1948. — Л. А. Шварц установила вместе с тем, что абсо­ лютная цветочувствительность постепенно снижается уже в эти годы.
• 65 Кравков С. В. Глаз и его работа. — Изд. АН СССР, 1950. — С. 231.

Рис. 12. Изменение различительной чувствительности глаза в зависимости от возраста

Таблица 6
Возрастные изменения чувствительности «статической»- проприорецепции

Анализируя данные табл. 6, К. X. Кекчеев писал, что «с возрастом относительная чувствительность «статической» проприорецепции… постепенно повышается и это повышение протекает без перерывов или резких рывков. Наибольший рост чувстви­тельности приходится на период от 8 до 10 лет; позднее чувствительность увеличива­ется медленнее, давая как бы «плато»» 68 .

• 66 Ананьев Б. Г., Рыбалко Е. Ф. Особенности восприятия пространства у детей.
• 67 Кекчеев К. X. Интерорецепция и проприорецепция и их значение для клиники. — М.: Медгиз, 1946.у С. 148.

Рассмотрим более подробно эти интересные данные! Кинестетическая оценка дли­ны обнаруживает не только периоды повышения (в 10,13,15,16 и 18 лет), но и пери­оды снижения (в 9,12,14 и 17 лет). Аналогичная картина неравномерности развития обнаруживается в эволюции кинестетической оценки толщины. Снижение уровня кинестезии обоих видов совпадает только в одном случае (в 17 лет). Из одиннадцати возрастных групп совпадение явлений повышения чувствительности обоих видов наблюдается только у шести. Указанное К. X. Кекчеевым «плато» имеет место лишь в кинестетической оценке усилий (веса грузов). В период от 14 до 17 лет уровень по­чти стабилизируется, затем в тот же, что и в двух других видах проприорецепции, пе­риод (в 17 лет) снижается, потом вновь значительно повышается (в 18 лет). Имеются основания полагать, что дальнейшая эволюция кинестезии определяется совокупным действием возраста и практической деятельности.

Весьма интересные и важные для возрастной психофизиологии данные об онтоге­нетической эволюции слуховой чувствительности и ее различных видов получены Н. В. Тимофеевым и его сотрудниками, изучавшими онтогенетическую эволюцию по­рогов слышимости (тонов и речи) у людей в возрасте от 4 до 80 лет. Они обнаружили гетерохронность в развитии видов остроты слуха и неравномерность эволюции каж­дого из них.

Н. В. Тимофеев и К. П. Покрывалова установили, что пороги слышимости законо­мерно изменяются с возрастом и поэтому нет показателей, равно годных для всех лю­дей с нормальным слухом 69 .

Для всех изученных в сравнительно-возрастном плане видов чувствительности характерно постепенное понижение порогов ощущений, т. е. повышение чувствитель­ности (особенно различительной), далеко за пределами периодов роста и созревания. — Каждый из видов чувствительности может иметь несколько «пиков», точек подъе-ша,- так как процесс развития носит неравномерный характер и гетерохронность фун­кциональной эволюции сопровождается не только положительной, но и отрицатель­ной корреляцией сенсорных функций. Один из этих «пиков», сопровождающих­ся конвергенцией ряда серсорных функций, располагается в зоне ранней зрело­сти (18-25 лет), а другой может иметь место и позже, в период общей стабилизации функций. 1

Примечательно, что кривая онтогенетической эволюции чувствительности (ее постепенного повышения к 18-25 годам, а затем стабилизации в 25-50 лет) легко со­относится с кривой возрастных изменений времени реакций. Генетическая общность этих явлений заключается, возможно, в том, что в процессе индивидуального разви­тия аналитическая деятельность больших полушарий головного мозга прогрессирует, ни в какой мере не прекращаясь и не свертываясь по мере формирования сложных систем его синтетической деятельности. Больше того, именно синтетическая деятель­ность обеспечивает как бы расширенное воспроизводство потоков сенсорной инфор­мации, ее упорядочение, отбор и организацию постоянного взаимодействия всех ка­налов связи с окружающей средой. Можно предположить, что такая взаимосвязь сама является фактором, противостоящим тотальной инволюции элементарных психофи­зиологических функций в процессе старения.

• 69 Тимофеев Н. В., Покрывалова К. П. Возрастные изменения порогов слышимости // Пробл. физиол. аку­ стики: Сб. — Т. 2. — М.: Изд. АН СССР. 1950.

Не только психофизиологическая, но и соматическая инволюция, как это доказа­но современной геронтологией, носит гетерохронный характер, неравномерно охва­тывая различные функции, даже в самые поздние периоды человеческой жизни. Боль­ше того, даже один и тот же вид чувствительности (например, вибрационной) пред­ставлен с разной интенсивностью на различных участках или органах тела, т.е. чувствительность топографически разнородна в связи с различным жизненным зна­чением органов. В этом отношении интересна сводка Т. Ховелла, обобщающая полу­ченные им экспериментальные данные (табл. 7) 70 .

Таблица 7
Изменения вибрационной чувствительности в старости

Т. Ховелл обнаружил определенную закономерность на «органном» уровне старе­ния одной и той же сенсорной функции: позже всех органов человеческого тела старе­ют руки (кисти и локти), вибрационная чувствительность которых почти не снижает­ся с 65 до 91 года, за исключением незначительного снижения ее между 80-84 годами. Обращает на себя внимание и постоянное соответствие уровней вибрационной чув­ствительности обеих рук. Дж. Биррен считает, что возрастное снижение вибрацион­ной чувствительности костной системы составляет одну из общих закономерностей процесса старения.

Интересно отметить, что по всем другим парным органам (кроме рук) встречают­ся асимметричные показания и имеют место случаи не только понижения, но и повы­шения чувствительности одной из сторон тела. Аналогичные явления совмещения инволюционно-эволюционных сдвигов характерны и для пассивного осязания. О ге-терохронности органных сдвигов тактильной чувствительности В. Н. Никитин, осно­вываясь на данных И. Б. Штерна, пишет следующее: «Оказалось, что пороговые зна­чения пунктов давления являются наименьшими у подростков и увеличиваются с воз­растом. Так, для глобеллы (промежутка между надбровными дугами) минимально воспринимаемое давление у подростков 11 лет равно 8 мг, у взрослых (20 лет) — 22 мг и у стариков (61-75 лет) — 23 мг… В ряде областей кожи тактильная рецепция у ста­риков мало отличается или совсем не отличается от нормы взрослых. Сюда относятся области груди, бедра и плеча. Парадоксальным образом тактильная чувствительность рецепторов кожи живота выше, чем в зрелом возрасте» 71 .

• 70 Заимствована из кн.: BitrenJ. E. T h e Psychology of Ageing. — New J e r s y, 1964. — P. 104. — Вибрационная чувствительность измерялась в центах.

Не менее показательны экспериментальные данные Смита о влиянии возраста на изменение цветочувствительности человека (рис. 13) 72. За исключением общего опти­мума, наблюдающегося приблизительно в 30-летнем возрасте, т. е. довольно поздно (сравнительно с общей светочувствительностью и остротой зрения), все частные виды чувствительности к различным длинам волн изменяются по-разному. Чувствитель­ность к желтому цвету после 50 лет вообще не снижается, к зеленому снижается не очень сильно. Обращает на себя внимание значительное и неуклонное (после 30 лет) снижение крайних длинноволновых и коротковолновых сенсорных реакций (на крас­ный и синий цвета), с чем, вероятно, связаны и другие изменения контрастной чув­ствительности и взаимодействия цветоощущений.

Рис. 13. Влияние возраста на цветовую чувствительность глаза (по Смиту)

В отношении слуховой чувствительности более или менее твердо установлено, что возрастное понижение, причем возрастающее в определенной степени, относится к слуховым реакциям на высокочастотные звуки. Такое снижение уровня чувствитель­ности к звукам высоких частот обнаруживается с 30 лет.

В качестве эталона приняты пороги слышимости 20-летних людей. По отношению к ним возрастные потери чувствительности (в дб) возрастают, по данным ряда авто­ ров (Моргана, де ля Роске, Банга и др.), в следующем порядке: для 30 лет — на 10 дб; для 40 лет — на 20-дб; для 50 лет — на 30 дб.

• 71 Нагорный А. В., Никитин В. Н., Буланкин И. Н. Проблема старения и долголетия. — С. 445-446.
• 72 Там же. — С. 436.

О возрастных изменениях слуховой чувствительности человека дает представ­ление кривая (рис. 14), построенная на основе экспериментальных данных А. А. Анд-реевым 73. Эта закономерность не распространяется на восприятие звуков средних частот, в области которых располагаются фонематические, речевые звуки всех язы­ков мира. Лишь в поздней старости ослабление слуховой дифференцировки за­хватывает и эту область, но низкочастотные звуки сохраняют свое сигнальное зна­чение.

Рис. 14. Возрастные изменения слуховой чувствительности человека (по А. А. Андрееву)

Не в меньшей мере, чем речевой слух, противостоит ранней инволюции музыкаль­ный слух. В свое время В. И. Кауфман в нашей лаборатории показал, что звуковысот-ное различение развивается с накоплением опыта музыкально-исполнительской дея­тельности и поэтому у взрослых музыкантов выше, чем у детей, начинающих учиться музыке (даже весьма одаренных). То же можно сказать и об уровне различения гром­кости высокоопытными специалистами, распознающими состояние объекта по изме­нению громкости сигналов (терапевты, авто- и авиамеханики).

Сходные явления в области зрительно-пространственных функций описаны М. Д. Александровой 74. Под ее руководством был проведен ряд сравнительно-возраст­ных исследований, в том числе остроты зрения у молодых (19-28 лет) и старых людей однородных и разнородных профессий. Отмечено, например, что бинокулярная остро­та зрения у молодых шоферов равнялась 1,3, а у шоферов пенсионного возраста — 1,1. Имеются аналогичные случаи высокой сохранности глазомерной функции, цве-торазличения и т. д. Надо учесть, что у водителей транспортных машин пространствен­но-различительные функции являются главными компонентами трудоспособности и поэтому высоко сенсибилизируются в процессе их трудовой деятельности. М. Д. Александровой обнаружена такая же зависимость и по отношению к другим про­фессиям, включающим измерительные и пространственно-ориентационные операции.

А. И. Устинова, изучившая чувствительность 185 командиров и вторых пилотов самолетов по многим параметрам (цветоощущение, ночное зрение, глубинный глазо­мер и т. д.), пишет: «Клинико-физиологические исследования зрительного анализатора у пилотов в возрасте 25-54 лет показали достаточную устойчивость функцио­нального состояния коркового отдела зрительного анализатора» 75. Из всего комплек­са сенсорных функций ею было обнаружено постепенное снижение с возрастом лишь остроты зрения из-за аномалий рефракции и ослабления аккомодации в старших воз­растах. Это частичное снижение не сказывается на уровне трудоспособности пилотов.

• 73 Нагорный А. В., Никитин В. Н., Буланкин И. Н. Проблема старения и долголетия. С. 439.
• 74 Александрова М. Д. Очерки психофизиологии старения. — Л.: Изд. ЛГУ, 1965.

Имеется, следовательно, существенное сходство эволюционно-инволюционных соотношений в тактильно-вибраторных функциях руки, а также в функциях речеслу- ховой и зрительной пространственно-ориентационной систем. Это все сенсорные сис­ темы, включенные в постоянную практическую деятельность, служащие средствами связи в процессе общения и повседневного регулирования процессов поведения^ таком положении функции проявляют свой действительный потенциал под систематиче­ской нагрузкой, в состоянии полезного для нее оптимального (а не только посильного) напряжения. Это именно то основное условие, которое обеспечивает сенсибилизацию функций в процессе труда 76 .

Общность явлений, о которых идет речь, заключается в том, что они включены в производящую деятельность и коммуникации с их инструментально-техническим и звуковым аппаратом, а поэтому сенсорные функции работают в системе обусловлен­ ных этим аппаратом перцептивных действий, организуются и упорядочиваются соот­ветственно логике этих действий. Нельзя не отметить и того, что сенсорные функции в таком положении имеют как бы удвоенную, усиленную (по сравнению с другими сен-сомоторными функциями) мотивацию на обоих ее уровнях: установки и объективации. В таких условиях (оптимальной нагрузки, сенсибилизации, усиленной мотивации, опера­ционных преобразований функций) происходит эволюция функций, достигающая новых, более высоких уровней и в зрелые годы. Одновременно с этим другие сенсорные функ­ции, даже тех же модальностей, не имеющие таких условий развития, инволюциониру-ют, причем преждевременно, в относительно молодые годы человеческой жизни.

Возрастные особенности взрослого человека (от юности до старости) тем и харак­терны, что сложное взаимопереплетение эволюционных и инволюционных процессов определяется доминированием то одних, то других из них в зависимости от конкретных социально-исторических условий жизни человека и состояния его собственной деятель­ности (трудовой, коммуникативной, гностической). Это положение, как можно думать, относится не только к сенсорно-перцептивным процессам. В равной мере оно относится и к так называемым высшим психическим функциям человеческого интеллекта.

Примечательно, что в теории интеллекта, в общем, тоже констатированы большин­ством исследователей относительно ранние сроки появления оптимумов функцио­нального развития и постепенное снижение с возрастом функциональной работоспо­собности мышления, памяти и произвольного внимания. В обзорах С. Пако 77 и К. Хов-ланда 78 приведены мнения иаргументы многих авторов, полагающих, что оптимум развития интеллектуальных функций располагается между 18-20 годами. Если при­нять, по Фульдсу и Равену, логическую способность двадцатилетнего человека за эта­ лон, то в 30 лет она будет равна 96, в 40 лет — 87, в 50 лет — 80, в 60 лет — 75 от этало­ на. С. Пако полагает, что, в общем, оптимум интеллектуальных функций достигается в юности — ранней молодости, а интенсивность их инволюции зависит от двух факто­ров. Внутренним фактором является одаренность. У более одаренных интеллекту­альный прогресс длительный, и инволюция нарастает позже, чем у менее одаренных. Внешним фактором, зависящим от социально-экономических и культурных условий, является образование, которое, по его мнению, противостоит старению, затормажива­ет инволюционный процесс.

• 75 Устинова А. И. Зрительные функции и возраст пилотов // Пятое совещ. по физиол. оптике: Сб. — М, 1966.-С. 151.
• 76 Волге подробно об этом см.: Ананьев Б. Г. Труд, как важнейшее условие развития чувствительности // Вопр. психол. — 1 9 5 5, — № 1.
• 77 Пако С. Старение психологических о с о б е н н о с т е й человека // Основы геронтологии: Сб. — М: Медгиз, 1 9 6 0.
• 78 Ховланд К. Научение и сохранение заученного у человека // Эксперим. психология: Сб. / Под ред. С. Стивенса. — Т. 2. — М.: ИЛ, 1963.

В. Овенс и Л. Шонфельдт 79, на исследование которых мы сослались выше (см. гла­ву 2), показали посредством совмещения лонгитюдинального метода и метода возраст­ных срезов, что вербально-логические функции, достигающие первого оптимума в ранней молодости, могут возрастать в зрелые годы до 50 лет и снижаются лишь к 60 годам. При определении общей интеллектуальной активности методом возраст­ных срезов они получили картину стационарного состояния интеллекта, с 18 до 60 лет находящегося почти на одном и том же уровне. По более тонкому, лонгитюдинально-му, методу, учитывающему индивидуальные модификации и генетические связи, вы­явилось резкое возрастание индексов от 18 до 50лет, после.чего наблюдалось посте­пенное и незначительное снижение индексов. Этими авторами отмечено наличие явно выраженных прогрессивных сдвигов, эволюции, а не инволюции общих характери­стик интеллекта взрослых людей. Необходимо принять во внимание, однако, посто­янную тренируемость интеллектуальных функций у лиц умственного труда, с кото­рыми они имели дело.

Наиболее представительные возрастные характеристики взрослых людей полу­чены Д. Векслером 80, по которому интеллектуальное развитие в форме эволюции ох­ватывает значительный период с 19 до 30 лет. Пики некоторых функций, например лексических, достигают максимума в 40 лет (10,5 по сравнению с 17 годами, когда эта функция оценивается в 8,4). Другие функции снижаются после 30 лет; такое сниже­ние характерно для интеллектуальных функций, связанных скорее не с речью, а с моторикой. При суммарном сопоставлении данных юношеского (18-19 лет) и мо­лодого (25-34 года) возрастов более высокие показатели интеллектуальных функ­ций обнаруживаются в молодом возрасте, что расходится с мнением большинства авторов о юношеском оптимуме функционального развития интеллекта. Однако та­кое расхождение поучительно: оно вновь ставит нас, на этот раз в области интеллек­та, перед фактором гетерохронности функционального развития в зависимости от различных условий. По отношению к интеллектуальным функциям такими услови­ями являются речевая или «моторная», практическая форма умственной деятельно­сти, образование и обученность, сформированность умственных операций, перенос опыта, мотивация и т. д.

• 79 Schoenfeldt L„ Owens W. A. Age and Intellectual Change: a Cross-Sectional View of Longitudinal Data // Tp. XVIII Междунар. психол. конгр. — Вып. 29; Owens W. A. Age and Mental Abilities: a Longitudinal Study. Genet. Psychol. Monogr. — 1953.
• 80 WechslerD, The Measurement of Adult Intelligence. — Baltimore, 1944.

Наиболее обстоятельно изучена зависимость интеллектуальных функций от сло­весного и моторного научения. Показано, что моторное научение, весьма успешное в детстве и в ранние периоды зрелости, оказывается малоэффективным в поздние периоды. Словесное научение; напротив, приобретает более эффективный характер по мере индивидуального развития и может применяться в более поздние периоды зрелости, что вполне очевидно связано с возрастающей мощью второй сигнальной системы., I

ОсобенАо важна качественная сторона вербального научения: преобразования са­мой структуры речи — лексической и грамматической, специально изучавшиеся Е. Харке 81. Сопоставление в этом исследовании учащихся 12,18 и 30-летнего возраста дало возможность выявить прогресс структуры у взрослых сравнительно с подрост­ками и детьми. Одно из проявлений этого процесса — переход от простого предложе­ния к сложно-распространенному предложению с двумя, тремя и четырьмя членами, с чем Е. Харке связывает возросшие возможности речемыслительной деятельности человека в зрелом возрасте.

В ряде своих сравнительно-возрастных исследовании Б. А. Греков 82 сопоставлял молодых людей (25-33 года) со старыми (свыше 70 лет), в том числе по весьма важно­му показателю — подвижности и пластичности (образованию и переделке) речевого стереотипа. По его данным, у молодых такой стереотип образуется самопроизвольно в 43 % случаев, у стариков же — только в 8 %. У них значительно чаще стереотип обра­ зовывался некоторое время спустя (в 48 % случаев), что у молодых встречалось лишь в 28,5 % случаев. Переделка речевых стереотипов не встречала каких-либо затруд­нений в группе молодых, в то время как для стариков переделка словесных реакций-как на положительные, так и на тормозные сигналы была затруднительной.

В общем, сравнительно с подростковым и со старческим возрастом люди в моло­дой и средней фазе зрелости обнаруживают наиболее высокие реакции переключения и перестройки ранее усвоенных словесных связей.

Имеются многие другие факты, свидетельствующие о гетерохронности эволюции и инволюции интеллектуальных функций, подобной гетерохронности сенсорно-пер­цептивных сдвигов. Вследствие этого представление о «пике», или оптимуме, в ка­кой-либо один период для всех функций оказывается искусственным. Новейшие экс­периментально-психологические исследования, напротив, свидетельствуют о множе­ственности таких оптимумов для разных функций, компенсирующих понижение каких-либо других функций временного (ситуационного) или постоянного (инволю­ционного) характера. Подобный ход развития относится к онтогенетической эволю­ции человека в целом, как об этом можно судить по схеме онтогенетических измене­ний некоторых характеристик человеческого организма, составленной Д. Б. Бромлей 83 (рис. 15). Принципиально сходная структура развития обнаруживается и в психофи­зиологической эволюции от 20 до 80 лет, охарактеризованной Д. Б. Бромлей на осно­вании массовых обследований психодиагностическим методом Векслера—Беллвью.

• 81 Harke, Erdmann. Padagogische und Psychologische Probleme der erwachsenen Bildung. — Berlin: VEB, 1966.
• 82 Греков Б. А. Образование и переделка речевого стереотипа у лиц старше 70 лет // Процессы естеств. и патол. старения: Сб. — М: ИЛ, 1964.
• 8:1 Bromley В. D. The Psychology of Human Ageing.

Человек как предмет познания

— Скорость проведения ( нервного вололнэ )