Реферат: Флоростан.

Мышонок появился в норке внезапно. Он странно улыбался, а возле уголка рта у него было бордовое пятнышко. Он все же смог добраться до запасов варенья. Одет он был в темно — фиолетовое одеяние и важно прилег на серебряную циновку.

— Вам показалось странным поведение Бессона. И если я намекну, что он родом из Флорастана, это вам ни чего не скажет? Тогда я объясню. Этот народ отличается некой степенью трусости передающейся из поколения в поколение. Чем и вызван панический приступ Бессона. Они могут часами возлежать на своих циновках. Но если что — то угрожает им, они проявляют недюжинную быстроту, чтобы избежать опасности. Но прежде чем мы перейдем к непосредственным действиям я позволю себе ознакомить вас с эти королевством.

Флорастан стоит в глубине земель между скал Сайлеста и Межевого холма Капрелы. Замок поделен на три части, в виде трех окружностей, в центре, на пересечении которых стоит дворец. Стены первой выкрашены в золотой, второй в серебряный, третьей в медный. В зависимости от того, мастера по какому металлу в них живут. Дома чародеев расположены по внешним сторонам кругов. На одном расстоянии друг от друга.

Дворец возносится вверх тремя витыми башнями цвета железа, которые оплетаются вокруг друг друга. Замок напоминает цветок с тремя лепестками. Когда – то эта монархия славилась своими цветами, а не искусственными украшениями. В долине до самого моря, колосились поля цветов. Но сейчас там лишь дыры от шахт и разрытая земля. На троне восседает династия Флоранийцев.

Они начали чеканить деньги. И это изменило монархию до не узнаваемости. Он стал самым закрытым замком Антуина.

Бессон, конечно же, не является типичным представителем своего народа. Я бы даже сказал, радикально от них отличается. Он высокий и поджарый, в отличие от своих полноватых соплеменников. Также он отличается активностью и жизнелюбием. Но вот трусость, к сожалению, впиталась с молоком матери. Хотя он и пытается всячески исправиться и воспитывает в себе черты героя. Особенно когда его об этом просят симпатичные девушки. Если вы понимаете, о чем я.

***

Карина обеспокоено ходила по комнате. Потучек и Лютяля вернулись с прогулки и наблюдали за ее метаниями. Поворачивая голову ей в след. Светлояр листал большой кожаный том, ища любые заклинания способные помочь. Он уже составил довольно длинный свиток. Таргитай исчез из очага. Как объяснил старец, он отправился помогать Бессону. Поэтому им приходилось обходиться светом из окна. Карине даже показалось, что дом как – то посерел и словно постарел лет на десять.

Карина не сводила глаз с двери. И впервые как следует, рассмотрела ее. Дверь имела посередине большую медную панель с одиннадцатью углублениями заключенных в овал, в которые можно было вставить резную ручку. Десять соответствовала королевствам и еще одно в середине, чтобы попасть в дом. Они были соединены тонкой линией.

Окна в доме имели странные свойства. Они могли менять свою форму в зависимости от того на какое королевство они выходили. Сейчас ручка стояла в самом центре, деревянной панели, и из окна открывался вид на пологий холм, который окружал дом со всех сторон.

Потучек рассказал ей, что хоть через эту дверь можно попасть во все королевства. Но на самом деле дом находился в одном и том же месте. В самом центре Антуина. В королевствах дверь находился где-то на задворках. В месте скрытом от посторонних глаз. Единственное, что могло выдать ее, был другой цвет краски на двери.

— Где же он, — обеспокоенно спросила Карина.

— Успокойтесь, дорогуша. Длительность отсутствия может быть и хорошим знаком, – сказал Светлояр, не отрываясь от книги.

— Вы можете с ним связаться?

— Нет. Но в случае опасности он пошлет нам знак. Карина с ним Таргитай.

— Разве это должно меня успокоить?

— Разумно, — сказал Светлояр через мгновение. Оторвавшись от чтения очередного фрагмента книги.

***

Устав ждать они приступили к еде. Так как демона не было. А поленья не желали без него разгораться. Им пришлось обойтись бутербродами и холодным морсом.

Когда они дожевывали последние кусочки, в дверь ввалился Бессон. Его одежда была измята и потрепана. Плащ был в нескольких частях прожжен. Вид у него был уставший. Бессон прошел внутрь, ногой захлопнув дверь. К облегчению Карина заметила, что он явился из Голубого королевства. Вслед за ним в трубу просочился Таргитай. Он же прибывал в приподнятом настроении. И его лицо сверкало от улыбки. С его появлением дом словно преобразился.

Бессон театрально откинулся на стуле и протянул руку к стакану. Потучек тут же наполнил его морсом. И только после того как он напился, он наконец заговорил.

— Я нагнал их около Огорана. Всего семь кораблей. Вначале я подумал, что на море начался шторм. Но потом понял, это были Голроты. Не знаю, сколько их было. Но море просто бурлило. Единственное, что я смог придумать это заклинание ветра. Сначала удалось управлять кораблями. Стая осталась позади. Но они сразу догнали нас. Или это была другая стая. А потом… Потом появился Таргитай…

В голосе Бессона появилось раздражение. А демон задорно рассмеялся.

— И что случилось? – спросил Потучек.

— Он нырнул в воду, — произнес юноша сквозь зубы, — вода закипела. Рыбы тут же исчезли. Но он даже не подумал выплывать обратно.

— А что? Там было интересно. Подводные скалы. Сокровища, – последнее слова он произнес мечтательно.

— Вода вспенилась. И мне пришлось поднять корабли над водой.

— У тебя получилось? – восхитительно спросил Потучек.

— Не с первого раза, — со «скрипом» признался Бессон, — но так их даже проще было передвигаться.

Прежде чем продолжить он засунул в рот несколько слив и с трудом прожевал.

— Я решил перенести их в Лартаин. Чуть не уронил в пустыне. А вот после… — он интригующе замолчал, собирался с силами, чтобы продолжить, — появились они.

— Кто? – заворожено спросил Потучек.

— Чародеи в черных мантиях.

— Сколько их было? – спросила Карина, сбив его с мысли.

— Четверо.

— Не все, — сказала она с облегчением, Бессон несколько секунд непонимающе смотрел на нее, но продолжил.

— Я думал все, конец. Корабли посыпались вниз. Но по счастью появились Голубые маги.

В комнате были дети, и поэтому он решил не рассказывать о том, что один из кораблей все же разбился о землю. А черные чародеи применили заклятия, от которых все стыло внутри. И в голову лезли самые страшные воспоминания. Даже сейчас сидя в светлой гостиной, он не мог избавиться от страха внутри себя. Хотя пытался строить из себя героя.

— Значит, они спаслись? – спросила Карина.

— Да Черных чародеев было слишком мало, — Бессон вымученно улыбнулся, — тебе передали кое — что, — он достал из потайного кармана чашечку из синего мрамора.

— Тайрус. Значит, он жив? – спросила Карина с надеждой.

— Не знаю, это мне дала маленькая девочка. Она не представилась.

— Почему тогда ты думаешь, что чаша для меня? – непонимающе спросила Карина.

— Потому, что девочка сказала, что она для нашего спасителя.

— Тогда она твоя, — Карина попыталась вернуть ее обратно.

— Нет, мне бы ни за что не хватило смелости сделать это, если бы не твои слова. Она твоя.

— Ты можешь посмотреть есть ли среди выживших, трое братьев, — Карина решила сменить тему, и поставила чашу на каминную полку.

— Посмотреть могу, но сказать им о тебе, нет. Это еще одна особенность заклинания о тебе не будет знать ни кто снаружи. И ни кто из обитателей дома не сможет о тебе говорить.

— Тогда не надо, — разочарованно протянула Карина.

— Ладно, я пошел спать.

Бессон встал из – за стола и пошел на верх. Выйдя из комнаты, он прислонился к стене и дождался пока его колени, перестанут дрожать. Переведя дух он все же начал подниматься.

— А ты где был? — осуждающе спросил Потучек у Таргитая.

— Ну, не успел я, — ответил он немного виновато.

Захлопнув за собой дверь, он весь затрясся и хлопнулся на кровать, закрыв лицо подушкой. Внизу он немного соврал. Но не о том, что произошло с кораблями. А о том, что пошел спать. Он уже несколько лет вообще не спал. Об этом знал только старец.

Поэтому в его комнате повсюду громоздились башенки палочек и карт. Множество пазлов, законченных или нет. Ночи бывают длинными. А Таргитай не всегда хотел с ним болтать. Приходилось убивать время. Это помогало не вспоминать о своей жизни в Фиолетовой монархии.

.***.

Он еще в детстве понял, что не такой как все (да он просто Эмо). Жизнь в Фиолетовом замке текла мирно и размерено. Люди ходили по улицам редко и очень медленно. Маленькими шажками, плетясь по улицам.

Все свободное время они лежали на террасах и поедали фрукты и различные блюда с пряностями. От чего их тела были похожи на гигантские колыхающиеся горы. Вес был их гордостью. Чем толще был человек, тем богаче и выше стоял он по статусу. Всю грязную работу выполняли големы.

Флорастан поставлял всем остальным королевствам украшения. Все необходимые материалы добывали големы, в разных шахтах, разбросанных по всему королевству. Но люди сами обрабатывали их. Флорастанцы не смотря на свою лень, были искуснейшим ювелирами. Драгоценные камни в больших количествах выкупались у Голтенхауна. Или обменивались на готовые украшения.

Чародеи Флоростана вели аскетичный образ жизни. Они отказывали себе абсолютно во всем. Изнуряя тело голоданиями. Издалека они больше походили на скелетов, чем на людей. Их худобу скрывали длинные объемные одеяния.

Чародеи делились на гильдии. В зависимости от того, чем занимались создаваемые ими големы. Самыми знатными были добытчики золота. Они носили фиолетовые одежды вышитые золотыми нитями и украшенные прозрачными камнями. И жили они в больших домах.

Очень редко в семьях толстяков рождались особенные дети. Со способностью к магии. Их тут же забирали чародеи, чтобы воспитывать и растить в традициях своего ордена.

.***.

Бессон родился в семье серебряных дел мастера. Они жили в богато украшенном доме с пышным садом. Так, по крайней мере, считали родители и старший брат. Да и редкие гости не уставали восхищаться убранством дома.

Но мальчику всегда виделось, что они живут в двух этажном, сером бараке. Как и все остальные жители Фиолетового замка. Богатые ткани и мебель обтянутая ею, одежды виделись ему фиолетовыми тряпками разных оттенков, без всяких украшений. И только проходящие мимо чародеи сверкали великолепием.

Еще в детстве он понял, что об этом нельзя рассказывать. Мать обижалась, а отец наказывал. Но главным отличием от остальных было его жизнелюбие.

Он не понимал, сколько можно лежать на террасах и поедать такое количество пищи. Его намного больше привлекали игры со своими големами. Но он боялся, что чародеи его найдут.

.***.

Бессон всегда их боялся. Чародеев. В них он видел что-то неправильное. За ними шла толпа големов охранников. Но они не пугали его так сильно как глаза этих «скелетов».

И там же он создал своих первых големов Палочку и Камешка. Конечно, они были не такими красивые как у чародеев. Но зато имели настоящие чувства. Они могли радоваться, грустить, веселиться и печалиться.

На протяжении нескольких лет они играли на заднем дворе. Там где все видели пышный сад. Бессону виделись чахлые деревья и сухая трава. Они придумали множество игр. И пережили уйму путешествий, ни куда не выходя. Бессон создавал другие королевства прямо у себя во дворе.

Заигравшись он не заметил пристальный взгляд. На следующий день за ним пришли… Скелеты.

.***.

Его забрали в дом чарадея. Любой другой мальчишка был бы безумно рад. Даже его брат, которого всегда считали лучшим, позеленел от зависти и отказался от второго обеда.

Бессон же был не особо счастлив. Придется уйти из родного дома. В дом человека, который вызывает у него страх. А Палочку и Камешка оставить здесь. Ведь если чародей узнает о них рассердиться.

.***.

Учение было нудным и состояло в основном из монотонных действий, которые через пару дней надоело мальчику. Если бы не его големы, которым все же удалось проникнуть в дом, жизнь была бы сущим разочарованием.

Прошло пять лет, но обучение у чародея, лишь немного усложнилось. Ему нужно было взять четыре мешка с разноцветными порошками и смешать их в нужных пропорциях. И так каждый день.

Чародей, который взял Бессона в обучение был не в курсе, что через несколько месяцев, когда взвешивание и рассыпание порошков ему порядком надоело, Бессон создал еще двух големов Весы и Сыпучку. Их главным желанием было взвешивать и смешивать. Они испытывали настоящее счастье, делая это изо дня в день.

Бессон же вместе Палочкой и Камешком исследовали город. Правда теперь големы стали Дубиной и Кувалдой. Увеличившись в несколько раз. Бессон так и не смог понять, отчего это произошло.

Стражники замка не однократно гонялась за ними. Но поймать ни разу так и не смогли.

.***.

Однажды утром после того как чародей в очередной раз поставил перед ним мешки с порошками и ушел по своим делам. Бессон велел Весам и Сыпучке приступать к работе и отправился проследить за чародеем.

Дубина и Кувалда пошли с ним. Они производили настолько много шума, что Бессон превратил их в маленькие фигурки, которые уместились в карман. И начал красться за чародеем.

Тот степенно шел по улице. А за ним тянулась вереница големов — охранников. И Бессон превратился в одного из них. Чародей через некоторое время свернул с главной улицы, в узкий проулок. Големы охранники встали на проходе.

Чародей остановился у дальней стены, сделал несколько пасов и исчез внутри. Бессон стукнул себя по голове, исчезая из вида. И подошел к тому же месту, слегка сощурившись, он начал всматриваться в стену, чтобы различить заклятье. Повторив движения чародея, он почувствовал, как его засасывает внутрь.

.***.

Пройдя по темному коридору, Бессон вышел к большому освященному залу с прозрачным куполом. Он остался в темном коридоре, чтобы не выдавать себя заклятье невидимости действовало не долго. В зале было множество подушек, на которых возлежали все чародеи Флорастана.

Бессон стал наблюдать за ними. Его учитель как раз устраивался на своем ложе. Тогда – то он и заметил, что над ним висела странная дымка. Она была похожа на то, как воздух плавится от жары. Проведя перед глазами рукой, Бессон снял ее.

И был ошарашен уведенным. Вместо скелетообразных аскетов, перед ним предстали пышущих здоровьем величественные здоровяки. Они поедали фрукты, запивая их вином. А перед ними танцевали девушки.

Приглядевшись, Бессон понял, что они все из разных королевств. Их волосы, цвет кожи и глаза слишком разнились. И ни одна из них не была из Флорастана. Оливковый цвет кожи их женщин, нельзя было спутать ни с каким другим. Их улыбки, были натянутыми, а в глазах сквозил страх. Щиколотки скованные цепями кровоточили.

— Он становится все могущественнее. Он создал уже четырех реальных големов, — донеслись до него слова учителя.

— Нам не о чем беспокоиться. Пока он под нашим присмотром. В случае угрозы, поступим как обычно.

— Он может догадаться и сам. Когда он осознает свое могущество, будет уже поздно. Не забывай, чья он кровь. Нужно было давить их в младенчестве.

— Успокойся Ярус, и наслаждайся зрелищем. Жертвенная церемония уже скоро.

Бессон ошарашено начал отступать назад. Его не столько поразили слова учителя, как то, что он увидел. Все что говорили или делали чародеи, было ложью. Не только… Вся жизнь Флорастана — ложь!!!

В странном бреду, он свернул не туда. В тот момент, когда он понял, что коридор тянется слишком долго, возвращаться назад было поздно. Тем более где – то впереди мерцал свет.

.***.

Свет исходил из большой пещеры, где на полу спало множество людей. Судя по цвету, волос и кожи они были из разных народов. Но не успел Бессон осознать увиденное, как из бокового прохода появилась группа големов. Они все проходили сквозь водную изморозь, стекающую с потолка. И к ужасу Бессона превращались в людей.

Они все выглядели ужасно изможденными. Каждый из них будил кого – то из спящих на полу и занимал его место. Тот в свою очередь поднимался, проходил через преграду, превращаясь в голема.

И тут Бессон проявил свою самую ненавистную черту. Он струсил, беззвучно вскрикнув, он кинулся в обратную сторону. Преодолев темный коридор, выбежал наружу через арку. Шарахнувшись от големов охраняющих проход, он побежал домой.

Улицы проносились мимо. Но, только остановившись возле ворот, он понял, что это дом чародея. Башня поднималась высоко вверх. И бойницы смотрели на него, словно распахнутые глаза чудовищ. Он превозмогая страх зашел внутри и забрал своих големов, которые безумно огорчились, от того, что пришлось прервать их любимое занятие.

Закинув в сумку немного еды и свитки, на которых он рисовал эскизы своих будущих големов он вышел во двор. Проникнув сквозь стену, он оказался с другой стороны.

Флорастан давно было закрытой монархией. Но рабство было слишком страшным преступлением. Он не мог понять, как раньше этого не замечал. Или возможно не хотел замечать.

В его голове бились странные мысли. Он хотел действовать. Стать героем тех книг, которые он нашел в закрытой части библиотеки. Он хотел стать героем…

Только смелости не хватило.

.***.

Пробираясь через пустынные улочки Бессон продумывал куда же ему податься. Домой возвращаться нельзя, там его быстро найдут. Прятаться нужно за пределами Флорастана. Но там он никого не знал.

Но словно кто – то навел на него порчу. Обходя стороной большой золоченый дом, с фиолетовыми разводами, он повстречал колонну чародеев.

В начале его ни кто не заметил и Бессон уже было подумал, что ему удастся благополучно проскочить. Но в какой-то момент учитель, словно почувствовав что-то, обернулся. И тут же обрушил на Бессона заклятье. Остальные чародеи поспешили присоединиться к нему.

Немыслимым образом ему удавалось отражать те, что летели точно в него. Остальные врезались в стены домов, выбивая из них огромные куски. С террас высунулись удивленные лица. Но тут же исчезли. Флорастанцы всегда знали, когда пора удалиться.

Чародеи безостановочно палили в него заклятьями, которые попадали во все подряд. Они поднимали тучи пыли с дороги. Заклинания искрились и окрашивали воздух в разные цвета. Бессон выставил защиту и пытался оторваться от толпы разъяренных чародеев.

Это было трудно, они могли прыгать в пространстве на небольшие расстояния. И как бы быстро он не бежал, они всегда были где – то позади. Их заклинания множились, сливались и рикошетили.

Отчаявшись спастись бегством, Бессон решил укрыться в каком – нибудь доме и хоть на мгновение передохнуть, чтобы собраться с мыслями. Ведь сейчас он делал все спонтанно, не отдавая себе отчета в своих действиях. Ему в глаза, бросилась зеленная дверь.

Раздумывать было некогда. Перевернувшись в воздухе, он спиной влетел в дверь. Почувствовав что кто-то сумел достать его заклятьем.

***

Бессон вновь вспоминал тот ужас, который ему снился в течение первого месяца. Заклятье задело его на излете, но поселило в сердце страх.

Страх однажды поселившийся в душе. Начинает пожирать ее. Оставляя пустоту. Слова из древней книжки сказок очень точно отражали его состояние.

Там, куда впились острые когти страха, оставались дыры. Их нельзя было заполнить ни едой, ни весельем, ни вином. Пустота вызывала еще больший страх.

Ему снились несчастные люди в пещере. Они тянули к нему руки и молили о помощи. После появлялись родители или брат. Они садились на серебряные подносы, отцовской работы и их пожирали чародеи, ставшие чудовищами.

Но самый страшный был тот, в котором, он убегал от чародеев. Подбегал к зеленной двери. Брался за ручку, а учитель хватал его за ногу и тащил в толпу, где его ждали монстры с масками аскетов на мордах. Ему удавалось вырваться и добежать до двери. Но она была закрыта… Закрыта навсегда, отрезая ему путь к спасению.

Это продолжалось каждую ночь. Светлояр через некоторое время попытался снять заклятье. Но все попытки были безуспешны. Тогда он заколдовал его еще раз, лишив сна. За это он раз в году должен был на целый день впадать в забытье.

Он уже начал вновь погружаться в свои кошмары, когда из – под кровати вылезли его големы. Он так их и не увеличил. Бессон был благодарен им за то, что они всегда были рядом и поддерживали его. Хотя могли в любой момент уйти…

***

— Бессон из Флорастана? – спросила Карина.

— Да, — ответил ей Светлояр.

— А мне всегда казалось, что они все большие и ленивые.

— Они не толстые, они горячие, если ты понимаешь, о чем я, — сказал Таргитай и подмигнул ей.

— В большинстве своем да. Но Бессон особенный, даже среди чародеев фиолетовой монархии. Его сердце трепещет, но дух силен. Да и лень это всего лишь страх перед препятствиями и принятием решений не более, — мудро заметил старец.

— Но зато приятное время препровождение, — добавил Таргитай и вновь рассмеялся.

— Наверное, не надо было на него давить, — обеспокоено проговорила Карина.

— Напротив хороший пинок иногда может сподвигнуть на длительный путь.

***

На следующий день к ним пришла весть о том, что на Флорастан напала Черная армия. Потучек тут же забегал по кругу, собирая свитки с заклятиями. Даже Светлояр поднялся и начал разминать свои кости.

— Отправляемся через пять минут, — сообщил им старец.

— Нет! – все удивленно посмотрели на Бессона.

— Почему же? – спросил Светлояр.

— Они не достойны спасения, — сказал он подавленным голосом. Молчать все это время было ошибкой. Но ему было слишком стыдно.

— Что ты такое говоришь? Это твой родной народ, — сказал ошарашенный Потучек.

— Вот именно, — ответил Бессон, опустив глаза в пол, — это мой народ.

— Бессон ты нам ни чего рассказать не хочешь, — спросил Светлояр, пристально смотря на него.

Юноша довольно долго молчал. Он уже хотел, как всегда струсить, но посмотрел на Карину. Для того чтобы поверить в себя порой хватает всего лишь одного слова, произнесенного человеком который почему — то решил довериться тебе.

Собравшись с силами, он рассказал обо всем, что произошло. Обо всем, что он видел. Остальные слушали очень внимательно. Не мешая ему делиться своими страхами.

— Мы все равно должны им помочь, — констатировал Светлояр.

— Ты меня не слушал, — с отчаяньем протянул Бессон.

— Я тебя очень внимательно слушал. Не смотря на то, что сотворили чародеи Флорастана. Всем остальным нужна наша помощь.

Не дав Бессону возможности возразить, он двинулся к двери, переставил ручку на фиолетовое отверстие и исчез за ней. Следом за ним двинулся Потучек, не забыв напоследок осуждающе покачать головой.

Бессон на мгновение замер. Он все же решился и шагнул к двери. Но увидев за ней вздыбленную пыль улиц и вспышки заклинаний, замер.

— Если ты боишься… — сказала Карина.

— Нет, — ответил он твердо.

Однажды он уже отправился спасать корабли. А сделать второй отважный шаг намного проще.

— Как герои книжек, — прошептал он и шагнул за дверь.

Карина подбежала к ней и начала вглядываться в происходящее. Но не успела она заметить, что мимо проскакал всадник в черном плаще, как дверь сама собой захлопнулась.

Все что ей оставалось это вглядываться в окно, но его очень быстро занесло серой пылью. Таргитай последовал за старцем, и комната освещалась, только тлеющими поленьями.

Лютяля села на пол и начала тихонечко хныкать. Карина села рядом с ней и обняв за плечи, стала успокаивать.

.***.

— Вы это слышали? – Немох ворвался в лачугу и чуть не наступил на растянувшегося, на полу Мулту. Тот схватил его за ноги и спросил.

— Что?

— Эмир Флорастана созывает чародеев ближайших королевств.

— Зачем? – спросил Тайрус.

— Не знаю. Я слышал все только краем уха. Возможно, это оно и есть. Ключ.

— Нужно ехать, — встрепенулась Карина.

— Попасть туда проще всего через порт. Если конечно уговорим капитана отправиться в плаванье, — сказал Тайрус.

— А от него до замка день пути,- сказал Мулту.

— А в порту ровно день стоять и можно, — добавил Тайрус.

— Дня вполне хватит, — сказала Карина, задумчиво улыбаясь.

Братья переглянулись, старший удивлено поднял бровь.

.***.

Они стояли на Северном мысе. Карина уже несколько раз складывала руки и издавала странный свист.

— Отсюда до Капрелы, несколько километров. Тебя никто не услышит, — сказал Тайрус.

— Она услышит,- уверено ответила Карина.

И словно в подтверждении ее слов, где – то вдали раздалось лошадиное ржание. И из – за холма появилась белоснежная кобыла. Ее грива трепетала на ветру прозрачными волнами. Она словно плыла над поверхностью земли, не касаясь ее ногами.

— Восход, как же хорошо, что кони цветов не меняют, — сказала Карина, обняв лошадь за шею и запустив пальцы в гриву. Лошадь наклонила голову, позволяя Карине обнять ее за шею. — Восход, быстрейшая лошадь Антуина. Я выпустила ее на волю, как только поняла, что отец уже не станет прежним. Она поможет мне добраться до Флоростана.

— Не забудь, что еще там несколько часов тебе придется провести внутри. А для начала, хотя бы попасть туда, — напомнил Тайрус.

— А для этого мне понадобиться один из ваших плащей и одежда.

— Я могу отдать тебе свои детские сапоги, — сказал Тайрус.

.***.

«Синяя лазурь» колыхалась на морских волнах. Море было по-осеннему неспокойно. Тучи все больше собирались под куполом неба. Солнце все реже могло пробиться сквозь них. Ночами были слышны раскаты грома и сверкали молнии. Но дожди вновь прольются только весной.

— Это опасно. Если бы я знал сразу, что ты задумала. То не пустил бы тебя, — голос Тайруса звучал твердо.

— Они не должны видеть меня на борту этого корабля. Иначе вы в опасности.

Тайрус стоял перед лошадью, скрестив руки на груди.

— Тай, хватит. Это простейший способ, — Карина слегка наклонив голову.

— Да ты же просто замерзнешь, — продолжал упорствовать старший.

— Немох достал для меня амулет Огорона, — Тайрус бросил на младшего испепеляющий взгляд.

— Я сказал нет!

Карина не стала больше спорить. Вместо этого она выкрикнула странные слова на древнем языке династии Интариан. Восход сделала несколько шагов назад и неожиданно рванула вперед. Перепрыгнула через плечо Тайруса. Приземлилась и вновь прыгнула, но уже за борт корабля.

Восход красиво вошла в воду, грациозно изогнув шею. Тряхнув гривой и оттолкнувшись от борта корабля, она поплыла к берегу.

Карину обожгло холодом. А затем огнем, когда Огоранский амулет, наконец, начал действовать. Лошадь недовольно заржала, амулет действовал и на нее. Карина потрепала ее по холке, не забыв покрепче вцепиться в гриву. Уздечки и седла Восход на дух не переносила.

Весь путь до берега, от чужих глаз из порта их прикрывал борт корабля. Но корабль должен был свернуть к пирсу, ей оставалось надеяться, что синий плащ и белую гриву примут за очередную волну.

.***.

Охранники на воротах заметили приближающегося путника. Синий плащ, полностью скрывал его лицо и фигуру. Только белая лошадь породы Аргамак выделялась на пыльной земле.

— Стой, кто такой?

— Чародей, явившийся по зову короля.

— Чародейка. Докажи, — презрительно протянул стражник.

Это было, наверное, самое сложная часть плана. Она точно знала, что здесь и сейчас у нее был редчайший шанс попасть внутрь по приглашению.

Карина задумалась на мгновение, собирая все крохи магии, что плескались в ее крови. Все те крупицы, что обжигали ее всю жизнь. Она практически не пользовалась магией, за нее это делал Талан, ее старший брат. Дело было в том, что любое чародейство отзывалось в ней безумной болью.

Но она собралась, сцепила зубы, чтобы не закричать и превратила гриву Восхода, в морские волны. Лошадь недовольно тряхнула головой, и воды схлынули вниз, на серую землю.

Охранники восторженно захлопали в ладоши и отварили ворота, пропуская ее внутрь.

.***.

Восход ей пришлось оставить в конюшне. Лошадь была не очень довольно соседством. Месяцы вольной жизни, сказывались на ней.

В тронном зале собралась целая толпа чародеев, явившихся сюда, со всех концов Антуина. Награда стоила потраченного времени в пути. Зал просто пестрел от различных цветов.

На стенах тронного зала висели гобелены, символизирующие гильдии чародеев. Они закрывали собой все пространство стен. Под каждым из них собрались не менее десятка людей.

Эмир сидел, а точнее полулежал в дальней части зала на троне. Трон был огромный и вырезан из цельного куска золота, украшен большими фиолетовыми камнями. Витые украшения на спинке и подлокотниках были наполнены золотом, серебром и медью. А эмир больше всего напоминал Карине желе. Он вибрировал от каждого слова, что произносил.

На короне было три острых зубца спереди и простой обруч сзади. Первый зубец сделан из золота, второй из серебра, третий из меди. Во все три вставлено по одному огромному фиолетовому драгоценному камню, квадратной формы. Обруч сзади был сделан из обычного металла.

Карине бросились в глаза странные белесые нити, идущие от головы, кистей и стоп эмира, к рукам главного чародея. Она всегда видела магию. Насколько скрытой та не была.

Несколько раз, моргнув она, сняла морок. Зал вдруг уменьшился в несколько раз, Карина с трудом понимала, как они все здесь поместились. Но сильнейшие изменения произошли с эмиром.

Вместо, хоть и плотного и упитанного мужчины. Она увидела расплывшееся пятно жира. Карину чуть не вырвало от омерзения. На голове этого существа крепилась железяка, выкрашенная в золотой, серебряный и медный цвет, вовсе без камней. Карина вернула морок на место.

.***.

— Я пригласил вас… Сегодня… Чтобы вы… — эмир говорил с большим трудом, — Тага продолжи…

Эмир махнул в сторону Главного чародея, и закрыл от усталости глаза. Карина успела краем глаза заметить, что чародей при этом дернул мизинцем.

— Король Фаян, призвал вас, чтобы лучшие чародеи Атуина создали хранилище для величайшего сокровища Флорастана. И в награду вы получите все, что пожелаете из сокровищницы эмира. Но прежде вы должны поклясться на Обязующем шаре.

По залу пронесся ропот. Обязующие шары были большой редкостью. Во всех королевствах их было всего десять. Три было утеряно. Два, насколько знала Карина, находились в сокровищнице Капрелы под сильнейшими заклятьями.

Каждый, кто касался камня с обещанием на устах, вынужден был его выполнять. Иначе его настигнет кара небес. Карине еще сильней заинтересовалась происходящим. Если они достали Обязующий шар, то дело по — настоящему серьезное.

Многие чародеи покинули тронный зал. Клясться на шаре было слишком опасно. Даже ради всех сокровищ Флорастана. Осталось ровно тринадцать чародеев, вместе с Кариной.

Каждый из них подходил к камню и, касаясь его, произносил слова клятвы: «Я, клянусь сделать все зависящие от меня, чтобы создать величайшее хранилище для сокровища Флорастана». Или что-то вроде того.

Настала очередь Карины. Обязющий камень представлял из себя абсолютно круглую сферу. Она была прозрачной. И после прикосновения окрашивалась цветом королевства, к которому принадлежит чародей.

Протягивая руку к сфере, Карина создала водную преграду и произнесла слова клятвы. Этому ее научил, Дарен, он как – то рассказывал, что сделал так же, но тогда он использовал воздушную преграду. Сфера отозвалась бледно – голубым светом и болью в ладони.

— Теперь, когда вас связывает обязательства, вы можете увидеть сокровище. Но прежде напомню вам слова пророчества:

В срок, когда будет найден.

Великий камень в землях Флоростана.

Власть возьмет истинный маг.

И он будет править Фиолетовым королевством.

И род его будет велик и неисчерпаем.

Он махнул рукой и с витрины, стоящей за троном эмира, упало покрывало. Внутри скрывался огромный фиолетовый драгоценный камень радиант. Он был размером с самого эмира.

По залу прокатился возглас удивления. Многие чародеи Флорастана, тоже видели его впервые. С чистотой камня не мог сравниться не один родник. А его огранка была настолько совершенной, что о его грани можно было порезаться.

Но Карина была разочарована. Она хотела увидеть совсем другое. Настроение в зале тут же изменилось после слов Главного чародея.

— Вы не сможете покинуть Флорастан, пока не создадите совершенное хранилище для этого сокровища.

.***.

Совет тринадцати чародеев длился уже второй час. Но ни кто не высказал хоть сколько – нибудь интересной мысли. А Карина понимала, что дольше находиться здесь просто не может.

— Попробуйте завязать заклятье на крови короля, — бросила Карина, выходя из зала.

Им разрешили покидать комнату совещаний, и ходить по Дворцу. Карина медленно шла по коридорам, словно решали прогуляться, для того, чтобы подумать в одиночестве. Дождавшись, когда стража перестанет обращать на нее внимание, она свернула в конюшни.

Восход уже ждала ее, переминаясь с ноги на ногу. Карина взяла ее за шею и медленно повела к выходу.

Выждав немного, Карина повела лошадь в водосток. Который был в одной из низинных площадей. Хотя раньше здесь вероятно был распределяющий колодец.

Водосток представлял собой каменный тоннель с высокими потолками и едва доходящей ей до щиколотки водой на дне. Она читала о них в книгах, посвященных Флоростану.

Когда – то здесь хлестали потоки, берущие свое начало в одном из водопадов Сайлеста. Орошая цветочные поля. Сейчас же путь для воды преграждала дамба.

Цокот копыт Восхода звонко отзывался от стен. Но Карина не в состоянии было их услышать. Сейчас она полностью сосредоточилась на том, что бы избавиться от следов Обязующего шара оставшихся на ее ладони.

Заклятье жгло, словно ей на руку накапали раскаленного воска, который не желал остывать. «Как только оно исчезнет, боль уйдет». Так говорил Дарен. Но брат слишком часто врал ей, из-за своей гордости.

Вода должна была ей помочь. Она растворит заклятье. Но для этого ей нужно было вновь применить магию.

— Что это за звук?

Голос, раздавшийся в тоннеле, заставил Карину очнуться. Они с Восходом замерли.

— Иди и проверь, — раздался второй голос, он был очень недоволен.

— Мне лень, — сказал первый.

— Ну, тогда играем дальше. Скоро раздел, и тогда ты у меня попляшешь.

Карине пришлось прижать лошадь к дальней стене, чтобы непонятно зачем сидевшие здесь стражники, не заметили их в свете костра. Те настолько увлеклись игрой, что перестали обращать внимание на звук цокота копыт.

Пройдя стражу, Карина навалилась на шею Восхода в изнеможении. Лошадь пошла дальше, потянув за собой Карину, которая еле переставляла ноги, держась за гриву. Карина не знала, сколько они уже шли по тоннелю. Он слился для нее в мелькание камней и воды.

Неожиданно Восход замерла. Карина подняла голову и увидела выход из тоннеля. И хотя на улице уже совсем стемнело, Карина смогла различить разницу в темноте. Кое – где уже виднелись звезды. До отплытия корабля оставалось не так уж много времени.

Карина собрала все свои силы, чтобы завершить свое заклинание. Сзади раздался рокот. Восход беспокойно переступила с ноги на ногу. Карина обхватила ее за шею, успокаивая.

Рокот приближался, становясь все громче. И вскоре они уже могли увидеть несущиеся на них водный поток. Он заполнил весь тоннель. И словно сорвавшийся с цепи пес, которого не выпускали на улицу неделями, поток рвался на свободу.

Карина покрепче обняла шею лошадь. Вода ударила сзади, подхватив её и девушку. До выхода из тоннеля оставалось меньше метра и поэтому они не успели нахлебаться воды. Как только они преодолели границу, Карина почувствовала ужасающую боль в правой руке. Ей стоило больших усилий удержаться на шее лошади.

Как только поток вынес их на несколько метров от стен замка, Восход сумела встать на ноги. Карина взобралась на нее. Но правая рука ее не слушалась. И ей удалось это, но не с первого раза.

— Вперед!

Лошадь сорвалась с места. Им в след полетели заклятья со стен. Но Восход была быстрее ветра.

.***.

Они преодолели путь за несколько часов. Все — то время мимо пролетали изрытые шахтами земли. Карина ни когда не видела цветущих полей Флоростана. Они были перекопаны и выжжены задолго до ее рождения. Только где – то вдали, виднелись белесые лепестки. Там возле межевого холма еще остались цветы Ларэна.

Карина спрыгнула на песчаный берег. Бока Восхода вздымались от длительного бега. Правая рука Карины пульсировала от боли. Но видимых повреждений не было.

— Восход со мной тебе больше нельзя, — сказала Карина проводя левой рукой по морде лошади, — Скачи на Запад. Через Сайлест. Через Лартаин. Скачи в Тетралан. Дома тебе будут лучше.

Лошадь не желала ее слушать. Она трясла головой и копала песок правой ногой. Карине пришлось развернуть ее и шлепнуть по бедру. Но даже тогда лошадь не тронулась. Карина увидела пыль, летящую из — под копыт преследователей.

— Ну же скачи! Мне нужно знать, что ты в безопасности, — прошептала Карина в отчаянье.

Лошадь встала на дыбы, тревожно заржала на прощание и пустилась вскачь. Песчаная полоса огибала весь остров, и Восход беспрепятственно попадет домой.

Карина же скинула плащ и быстро вошла в воду. Амулет едва согревал ее. Но зато боль стала по не многу отпускать. До корабля было всего несколько десятков метров. Отплыв на почтительное расстояние, она смогла расслышать выкрик кого – то из преследователей.

— Все равно ее покарает небо.

.***.

— Тайрус, время на исходе, — Мулту стоял возле левого борта, всматриваясь в воду.

— Я знаю, — тревожно сказал Тайрус. «Где же ты? Позволить ей идти одной. Какай же я слабак».

— Тай капитана вызвали к големам. Что будем делать? – спросил, встревоженный Немох, который подбежал к ним с другого края корабля.

— Я разберусь.

Тайрус спустился вниз. Где капитан безрезультатно пытался объяснить каменному стражу, что им необходим еще час. Парень присоединился к разъяснениям. Но у голема нет души, а значит и сочувствия.

— Вы должны отплыть в течение десяти минут.

Единственное, что повторял голем, сокращая время, на пять минут.

— Но послушайте… Ауч.

Тайрус почувствовал, как камень влетел ему в затылок. А обернувшись же, заметил ноги, обутые в его детские сапоги, залезающие в отверстие для якоря.

— А, нет ничего. Мы отплываем, — ему с трудом удалось сдержать вздох облегчения. Но легкая полу – улыбка все же коснулась его губ.

Тайрус положил руку на плечо капитана и повел его на борт. Поднявшись, он тут же кинулся в трюм.

— Ты где была? — выкрикнул он, но заметив, что Карина переодевается за импровизированной ширмой, из натянутой тряпки, смущенно отвернулся.

— Ты опоздала на два часа, — сказал он уже более спокойным голосом.

— Возникли непредвидимые обстоятельства.

— Я же говорил, это была плохая идея…

— А где Восход? – спросил Немох, с лестницы.

— Я отпустила ее домой, в Тетралан. Со мной ей опасно. Извини за камень.

— Да ни чего, — ответил Тайрус, потирая вздувающуюся шишку.

***

Вернувшись через несколько часов, Светлояр и мальчики застали их спящими в манеже. Карина лежала на боку, согнувшись пополам. Лютяля же уперлась в ее живот спиной.

Встрепенувшись, от звука закрывшейся двери, Карина краем глаза заметила, что они пришли из Голубого королевства.

— Все хорошо, — устало сказал Светлояр, — мы перенесли всех кого смогли к Лартаинцам.

— Места там осталось немного. Замок переполнен, — добавила Бессон.

***

— Господин синие корабли, они ждут в бухте. Нам их впустить? — голем поклонился очень низко. Но главный чародей склонил его еще ниже.

— Впусти. Эти трусы бежали, оставив свое королевство. Ну что ж мы приютим их, а после… После заставим выплачивать долг вечно.

Чародей ушел в свои покои, и наслаждался пением своей рабыни, не подозревая о том, что происходит в порту.

Синие корабли швартовались один за другим. С них спускались люди в синих одеждах и как — то обреченно шли к городу. На место отплывающих кораблей прибывали все новые. И вскоре долина внизу была полностью покрыта людьми. Они все как один следовали к Фиолетовому замку.

Охрана впустила их, получив разрешение от эмира. Слишком поздно они заметили черноту в глазах Моранцев. Они уже успели заполнить город.

Нападение началось, как только последние лучи солнца коснулись строенной металлической башни. Чернота захватила Моранцев силой. Уцепившись за страх о ближних. Все что она смогла это затопить синеву их глаз…

Страх имеет множество форм и проявлений. Страх за кого – то из близких парализует нас. Превращая в послушных игрушек.

Флоростанцы же пали под гнетом страха, уже давно поселившихся в их душах. Уже очень давно этот народ не вспоминал свое первородное название — Хиты. Да и теперь уж и не вспомнит…