Реферат: Управление фирмой социально-экономические аспекты

--PAGE_BREAK--
Глава 2.

Учет взаимовлияния производственной и нравственной сфер


2.1. Сущность и функции риска.

Одной из важнейших характеристик среды является ее высокая неопределенность. «Где есть полная ясность — там нет собственно предпринимательства, особенно инновационного, а есть рутинная деятельность, обладающая качеством понижающейся продуктивности» Неопределенность ситуации порождает риск, который понимается как вероятность, опасность неблагоприятного исхода, как деятельность, связанная с преодолением неопределенности, или как ситуативная характеристика деятельности, состоящая в неопределенности ее исхода и возможных неблагоприятных последствиях в случае неуспеха.

Альгин А.П. выделяет две функции риска в общественной жизни — регулятивную и защитную. Регулятивная функция имеет противоречивый характер и может выступать в двух формах — конструктивной и деструктивной. Конструктивность регулятивной функции риска проявляется в том, что он позволяет преодолевать косность, психологические барьеры, препятствующие внедрению новаций Деструктивный характер регулятивной функции связан с принятием и реализацией решений с необоснованным риском, которые ведут к авантюризму. В этом случае риск выступает в качестве дестабилизирующего фактора.

Защитная функция риска имеет два аспекта: историко-генетический и социально-правовой. В первом случае речь идет о том, что еще на ранних ступенях развития человеческого общества люди стихийно искали средства и формы защиты от возможных нежелательных последствий (например, создание резервов на случай неурожая, осады города в ходе военных действий). В настоящее время эта идея реализуется в форме создания и функционирования «фондов риска». Суть социально-правового аспекта защитной функции состоит в обеспечении права новатора на риск. Инициативным людям нужны защита, правовые, политические, экономические гарантии, исключающие, в случае, если обоснованный риск привел к неудаче, наказание работника, пошедшего на этот риск

Общие функции риска, естественно, характерны и для управленческой его разновидности. Но для субъекта риск выполняет еще одну функцию — стимулирования режима экономии. Наличие фактора риска заставляет руководителя тщательно анализировать рентабельность проектов, разрабатывать инвестиционные сметы, нанимать соответствующие кадры Понимание риска и его роли в экономическом поведении субъектов связано с проблемой объективности-субъективности риска. Экономисты исходят из преимущественной объективности риска, поскольку риск является «формой количественного и качественного выражения реально существующей неопределенности»: «Экономическое поведение несет в себе риск, поскольку субъект экономического поведения ограниченно рационален, а среда экономического поведения характеризуется высокой степенью неопределенности.

В условиях неопределенности не может существовать поведенческая модель, которая во всех ситуациях позволяла бы сохранять оптимальное соотношение затрат и выгод». С позиции экономистов на реальную объективность риска дополнительно накладываются субъективные факторы (субъективный риск), связанные с несовершенством человеческой природы: «Рыночный субъект рискует… также из-за субъективного восприятия экономической ситуации, ограниченного доступа к информации и ограниченной способности к ее переработке». Вопрос о соотношении объективного и субъективного в риске интересен не только философам, но имеет и сугубо практический аспект: решение этого вопроса диктует методологию изучения и оценки риска. Если риск — категория более объективная чем субъективная, значит его возможно количественно учесть, контролировать и, изменяя параметры деятельности, на риск можно влиять

Для этого экономистами детально разрабатываются:

1) источники риска;

2) виды риска;

3) методы оценки и анализа риска;

4) методы управления риском.

Если считать, что риск — категория субъективная, то как иррациональный фактор он не поддается количественной оценке, и снизить его можно только путем повышения психологической компетентности субъекта в принятии решений.

Виды предпринимательского риска и стратегии управления риском. Многообразие источников риска в бизнесе детерминирует множественность видов предпринимательского риска. Детальная разработка классификаций риска, описание видов риска рассматривается экономической наукой как важная задача, поскольку действия субъекта могут быть принципиально различны в зависимости от того, к какому виду риска он относит данный. Например, в классификации по степени управляемости описываются управляемые, малоуправляемы и неуправляемые риски. Понятно, что способы совладения с ситуацией управляемого и неуправляемого риска будут совершенно непохожи. В случае неуправляемого риска субъект может выбрать одну их трех стратегий :

1) избегания риска, т.е. простого уклонения от действий, связанных с таким риском;

2) удержания риска — осознанного принятия его на себя;

3) передачи риска, которая чаще всего осуществляется путем страхования.

Если руководитель отнес риск к категории управляемых рисков, то в дополнение к описанным трем стратегиям возможен выбор четвертой стратегии — снижения риска. Стратегия снижения риска реализуется через систему превентивных мер, направленных на предупреждение потенциально возможных разрушительных событий. Например, риск производственной аварии можно существенно снизить путем создания эффективной системы техники безопасности, риск потери конфиденциальной информации — путем создания системы информационной безопасности и т.д.

Общим правилом является видение в качестве оптимального низкого или среднего уровня риска. Нарастание трудностей обусловило то, что от первоначального предпочтения в начале 1990-х. среднего уровня риска к <metricconverter productid=«1998 г» w:st=«on»>1998 г. произошел заметный сдвиг в сторону предпочтения руководителями меньшей степени риска.

Уровень приемлемого риска серьезно зависит от выгоды, которую руководитель может получить. Существует мнение, что сильно рисковать руководителя заставляет возможность получения сверхприбылей. На наш взгляд, к принятию высокого риска руководителя вынуждает необходимость достижения цели, связанной с существованием самого предприятия, например, выживание или победа в конкурентной борьбе (характерно, что руководители, предпочитающие жить и работать в условиях риска, сами оценивают свои финансовые результаты как не очень успешные). В общем же случае, риск принимается только до определенной границы, до которой руководители считают возможным влиять на результат, влиять на удачу. Этот феномен, названный Е.Лангером «иллюзией контроля», наряду с привлекательностью (выгодностью) дела играет, по мнению автора, основную роль в принятии или непринятии риска.

Склонность руководителя к риску.Считается, что руководители склонны ко всем видам риска. Однако это вывод основан лишь на косвенных исследованиях. Эмпирических работ, изучающих принятие решений руководителем в условиях реальности и дающих однозначный ответ на вопрос о склонности руководителей к риску, пока не выполнено. Мы можем судить о склонности к риску посредством сравнения особенностей социально-профессиональных групп, чья работа связана с риском, с особенностями групп, деятельность которых с риском не связана. Другая возможность понять психологию принятия решений руководителями в ситуации риска предоставляется путем сравнения групп предпринимателей и менеджеров, как наиболее близких по структуре деятельности.

В лабораторном исследовании менеджеров и предпринимателей было найдено, что не существует значительной разницы в склонности к риску между двумя группами. В обеих группах склонность к риску превысила уровень, принимаемый как норму. Тем не менее говорить о близости менеджеров и предпринимателей по склонности к риску следует с оговорками, поскольку ситуация лабораторного эксперимента не может воспроизвести производственную ситуацию принятия решений. Риск в эксперименте был задан заранее и воспринимался как объективный. В реальности же происходит субъективная оценка риска. «Перспективная теория» Д.Канемана и А.Тверски утверждает, что принятие решений в условиях риска зависит от того, оценивает ли субъект ситуацию как выигрышную или проигрышную. Показано, что бизнесмены принимали риск только в ситуациях, связанных с потерями, в то время как в ситуациях, связанных с получением прибыли, общим было избегание риска.

Петровский В.А. установил, что существуют две разновидности риска, отличающиеся мотивацией его принятия:

ситуативный риск, обусловленный внешним побуждением (высокой ценностью достигаемого результата);

«надситуативный» или «бескорыстный» — предпочтение рискованной ситуации без внешнего побуждения к риску (отношение к риску как к самостоятельной ценности).

Основной вид риска у руководителей — ситуативный, насколько свойственен бизнесменам надситуативный риск достоверно неизвестно. Но, основываясь на результатах лабораторного эксперимента В.А. Петровского, можно сделать определенные предположения. Сравнение частоты надситуативного риска у представителей разных профессий позволило сформулировать вывод, что представители «опасных» профессий (пожарники, электрики — высоковольтники, некоторые группы спортсменов) «рискуют значительно чаще и с более высокой степенью риска, чем другие испытуемые».

Экстраполируя эти результаты на предпринимателей, логично предположить, что они имеют большую склонность к надситуативному риску, чем, например, менеджеры. Подтверждение этого предположения мы находим в результатах западных исследований: рисковая ситуация и умение выйти из нее обладают для предпринимателя самодостаточной ценностью. Если на ранних стадиях своей деятельности он будет рассматривать в качестве вознаграждения за свой риск скорее всего деньги и только деньги, то в дальнейшем во все большей степени ценится видение сути дела.

Как личностная черта склонность к риску образует определенный симптомокомплекс с импульсивностью, агрессивностью, возбудимостью и склонностью к доминированию. Одновременно корреляционный анализ показывает связь склонности к риску с низкой социальной ответственностью и социальной желательностью

Тем не менее, указать личностные предпосылки склонности к риску достаточно непросто. Еще более затруднительно дать однозначный ответ о влиянии личностных особенностей, связанных с принятием риска, на успешность деятельности в условиях риска. Исследование взаимосвязи степени рациональности и личностных факторов риска у брокеров с разной степенью эффективности деятельности показало, что однозначной зависимости между успешностью рискованной деятельности и определенной личностной чертой, связанной с риском, не обнаруживается. У успешных брокеров «готовность к риску» сопутствовала высокой рациональности, как стремлению к максимальной интеллектуальной подготовке принятия решения в условия неопределенности. Для менее успешных брокеров было характерным иное сочетание — меньшей рациональности с более высокой импульсивностью и склонностью к риску.

Ориентируясь на результаты исследования брокерской деятельности, можно предположить, что успешные руководители должны обладать высокой готовностью к принятию риска, но не стремиться к высоко рискованным действиям, т.е. обладать умеренной склонностью к риску. Существуют определенные различия в склонности к конкретным видам риска у мужчин и женщин. В целом, мужчины проявляют большую склонность к риску в сравнении с женщинами. Половые различия были ярко продемонстрированы в эксперименте, где участникам-бизнесменам было предложено принять решения в ситуациях, схожих с реальностью. В первой ситуации руководителям предлагалось принять решение о выдаче достаточно крупного кредита партнеру, находящемуся в сложном финансовом положении. Предполагалось, что проблем со свободными средствами у предпринимателей нет. Мужчины, как оказалось, более склонны к финансовому риску: не готовы дать денег 17% мужчин и 33% женщин, а вариант беспроцентного кредита приемлют 31% мужчин и 15% женщин.

Вторая экспериментальная ситуация была связана с бухгалтерской ошибкой, в результате которой поставщик выставил заниженный счет. От предпринимателей требовалось описать свои действия. И мужчины, и женщины-предприниматели в подавляющем большинстве предпочли вариант «сообщить об ошибке и доплатить, сколько нужно», но 22% мужчин либо не сообщат об ошибке, либо затруднились с принятием решения. Соответствующая доля женщин -13%. То есть мужчины проявили большую склонность к риску, связанному с обманом партнера.

В третьей ситуации необходимо было высказать свое отношение к соблюдению закона, «создающего трудности в работе и не обеспеченного реальным контролем за его соблюдением». Мужчины оказались более склонны к риску нарушения законодательных норм. «Законопослушных» мужчин, считающих, что «лучше строго соблюдать закон» оказалось только 6%, а женщин — в пять раз больше (31%), одновременно предпринимателей-мужчин было намного больше, чем женщин, в группе игнорирующих закон («не обращать на него внимания»), соответственно 17% и 6%. Оставшиеся респонденты были ориентированы на действия по ситуации («не нарушать по мере возможности»), 70% и 58%, соответственно. Результаты показывают, что «женщины более мужчин верят в неизбежность обнаружения нарушения, соответственно выше оценивают риск игнорирования законодательства». Этот факт отчасти объясняет значительно большую ориентацию женского предпринимательства на законодательно поддерживаемые формы и методы ведения бизнеса.

Особенности принятия
руководителями решений в ситуации риска

В условиях неопределенности на наши решения влияют так называемые «эвристики» (ошибки, отклонения). Использование эвристик делает восприятие ситуации легче и увеличивает наше доверие к собственным решениям, однако зачастую приводит к ошибкам. Руководители до некоторой степени могут отличаться от других людей в использовании эвристик. Одно отличие состоит в том, что руководители больше других сопротивляются действию своих эвристик и вместо немедленного соглашения с чем-либо, они пытливо рассматривают факт, ситуацию и т.п. Другое отличие состоит в том, что они быстрее других видят подобие в ситуациях, что дает им возможность быстрее реагировать на них. Или они могут на основании собственного чутья действовать в противоположность ложному рассуждению, идущему от эвристики.

Существует определенная специфика в протекании информационных процессов у руководителей. Они очень внимательны, чутки к информации, они неустанно находятся в поиске новых идей. Многие исследователи отмечают особую наблюдательность, умение менеджеров разглядеть то, что не видят другие. На небольшой выборке найдены различия между менеджерами и предпринимателями в поиске информации. Предприниматели в отличие от менеджеров ищут информацию, полезную для бизнеса, в большем количестве областей знания и менее специфичную. Второе отличие состоит в том, что предприниматели стараются избегать ошибок в процессе поиска информации, в то время как менеджеры стараются избегать самого поиска.

Поводя итог по отношению и восприятию риска руководителями, подчеркнем, что риск принимается не только до определенной степени, но и неоднозначно. С одной стороны, они понимают и даже стараются использовать неизбежность риска. Как отмечают И.Е.Задорожнюк и А.В.Зозулюк, риск является своеобразной оболочкой творческой идеи, в дальнейшем, по мере претворения предпринимательского замысла в жизнь, риск будет помехой, но на первых порах — неизбежен. Поскольку риск всегда сопутствует новаторским проектам, то может служить своеобразным индикатором перспективности новации.

Отсюда следует, что поиск рискованных ситуаций — не проявление авантюризма, а одна из тактик выживания и развития. С другой стороны, если есть возможность избежать риска, то руководители стараются не рисковать. Самые удачливые бизнесмены рискуют умеренно, «скрывая» за смелым, неожиданным решением «трезвый учет своих возможностей, умение использовать конфигурацию окружающей социальной среды, личностные параметры будущих потребителей и контрагентов».

Проблема нравственно — психологической регуляции экономической активности. Созданная в рамках классической политэкономии модель «экономического человека», берущая свое начало в трудах А. Смита, в течении нескольких веков не позволяла экономистам и философам обратить внимание на нравственную регуляцию деятельности как производительную силу. Господство представлений о том, что единственной побудительной силой, определяющей поведение субъектов экономической активности, является стремление к максимизации своей прибыли, обусловливало взгляд на нравственную регуляцию как на вторичную в сравнении с экономическим интересом. Восприятие нравственной регуляции экономического поведения как фактора, сдерживающего развитие экономической активности, сохранялось вплоть до середины XX века. Изменение отношений общества и бизнеса в последние десятилетия привело к принципиально новому взгляду на взаимовлияние экономической активности и этических норм. Исследования зарубежных и отечественных авторов показываю, что нравственность выступает важной детерминантой экономической активности, поскольку отношения нравственности в значительной степени определяют выбор вида экономической активности, средств достижения целей и специфику взаимодействия с партнерами по совместной деятельности.

С другой стороны возросшее влияние крупных производителей, финансовых институтов и здоровье населения привело к тому, что общественное мнение стало придавать все большее значение нравственности экономических субъектов. Следствием того стало ужесточение государственного контроля над соблюдением этических норм в производственной сфере. Жесткий общественный контроль над бизнесом в условиях острой конкуренции делает нарушение этических норм производителями экономически нецелесообразно.

Рост экономической заинтересованности западного бизнеса в решении вопросов нравственной регуляции поведения в деловой сфере отразился в повсеместном принятии крупными компаниями этических кодексов поведения, введение учебных программ по соблюдению этических норм, созданию специальных должностей, осуществляющих надзор за осуществлением корпоративных этических программ. Еще одним результатом изменения отношений общественности к этическим проблемам в бизнесе стал рост эмпирических исследований в этой области. Фокус интереса западных ученых сосредоточен на разработке норм корпоративной этики, их влиянию на управленческие процессы в организации. Нравственная регуляция экономической активности не входит в круг актуальных исследований, и связано это с тем, что проблемы соблюдения нравственных норм как таковой на Западе не существует. В условиях стабильности социально-экономических условий, стабильности ценностно-нравственной основы общества этические кодексы групп, существующие достаточно длительное время, являются устоявшимися и принимаемыми членами этих групп. В современных условиях жесткого контроля со стороны общественности, государства и конкурентов этические правила, имея огромный авторитет, выполняют в развитых странах Запада роль законов, соблюдение которых обязательно.

Коренные изменения общественных отношений в России не только обусловили радикальную трансформацию ценностных ориентиров в сфере труда, но и вызвали необходимость разработки новых этических норм взаимодействия в деловой сфере. Управленческая этика в России только формируется. Проблемой является не созидание корпоративных кодексов поведения, что реально делается, но следование созданным этическим правилам бизнес-взаимодействия. Практика показывает, что существующие на сегодняшний день этические правила деловой активности не оказывают сколько-нибудь заметного влияния на поведение бизнесменов. Например, общепринятой нормой делового взаимодействия является безоговорочное выполнение долговых обязательств. Между тем заметна асимметрия в отношении предпринимателей к своим и чужим долгам: только 30-40% предпринимателей, считают для себя важным расплатиться с долгами. Поэтому в центре внимания отечественных психологов не процесс формирования нравственных норм, а отношение к их соблюдению, именно этот психологический феномен в большей степени определяет реальное поведение бизнесменов, чем существовавшие или вновь создаваемые этические нормы.

Основные характеристики нравственно-психологической регуляции экономической активности. Отечественным психологом А.Б.Купрейченко выделены характеристики нравственно-психологической регуляции активности субъекта, которые раскрывают ее содержание и подчеркивают особенности относительно других видов психологической регуляции.

В качестве первой характеристики можно отметить, что нравственно-психологические факторы могут выступать как формальные и неформальные детерминанты экономической активности субъекта, т.е. существуют две стороны нравственно-психологической регуляции. Формальная сторона представляет собой регуляцию поведения экономических субъектов посредством принятых и закрепленных в результате общественного договора этических кодексов, отражающих идеальный (желаемый) уровень отношения к соблюдению нравственных норм. Сложность регуляции поведения людей при помощи формальных этических кодексов заключается в том, что каждый субъект является одновременно членом различных групп и сообществ.

Известны примеры, когда бухгалтеры крупных американских компаний, следуя профессиональному этическому кодексу, сообщали контролирующим органам информацию о незаконных действиях руководства компании. Тем самым они нарушали этический кодекс фирмы, заодно приводя ее к банкротству. Формальные системы нравственной регуляции имеют ограниченные возможности, поскольку они не учитывают психологические факторы, связанные с отношением людей к этим системам, с отношениями между людьми в различных сообществах и с психологическими механизмами, регулирующими эти отношения.

Наряду с формально определенным этическим кодексом в каждом сообществе существует некоторый допустимый уровень соблюдения норм, который регулируется неписаными правилами, позволяющими индивиду принимать решения в сложной этической ситуации. Отношение к нравственности и связанный с Ним реальный уровень соблюдения нравственных норм, а также правила и условия соблюдения норм являются неформальными нравственными регуляторами активности субъекта. В периоды ломки идеологических устоев общества именно эти неформальные регуляторы выступают основной сдерживающей силой на пути массового безнравственного поведения. В кризисные эпохи сформировавшийся реальный уровень соблюдения норм становится основой для создания новых этических кодексов.

Второй характеристикой нравственно-психологической регуляции является то, что она осуществляется в неявном, часто -неосознаваемом виде. В этически сложных ситуациях личность может испытывать противоречивые чувства, связанные с борьбой мотивов. Как следствие, возникает нравственный конфликт, который проявляется в виде угрызений совести, тревоги, чувства вины, самообвинений и т.д. Для его разрешения субъект использует различные модели поведения и защитные механизмы. Большая роль в разрешении этих конфликтов принадлежит саморегуляции.

В качестве третьей характеристики нравственно-психологической регуляции экономической активности можно отметить, что воздействие нравственно-психологических факторов проявляется также через формирование отношения к различным социально-экономическим феноменам — к труду, собственности, деньгам. Отношение к этим феноменам имеет ярко выраженную нравственную окраску и накладывает отпечаток на финансовое поведение субъекта.

Четвертой характеристикой нравственно-психологической регуляции экономической активности является то, что влияние нравственно-психологических факторов на экономическую активность часто носит отсроченный характер. Однако в долгосрочной перспективе воздействие социально-психологических и личностных факторов накапливается и оказывает значимое влияние на жизнедеятельность субъекта (в том числе его экономическую эффективность) через формирование отношений с социальным окружением, репутацию, самоэффективность и т.д.

Пятой характеристикой нравственно-психологической регуляции является наличие специфических регуляторов. В разработанной А.Б.Купрейченко совместно с А.Л. Журавлевым модели основным регулятором отношения личности к соблюдению нравственных норм выступает психологическая дистанция с представителями различных социальных категорий. На разных этапах нравственно-психологической регуляции экономической активности психологическая дистанция выступает как результат взаимодействия с другими людьми (группами), как мера оценки содержательных и формально-динамических характеристик отношений между субъектом и социальным окружением и, наконец, как критерий принятия решений. Психологическая дистанция -результат категоризации индивидом окружающего мира представляет собой психологическое отношение к объекту социального, материального, идеального мира, представленное в сознании индивида в пространственных и кинестетических эмоционально окрашенных образах. Частным случаем психологической дистанции является социально-психологическая дистанция — отношение к социальному объекту.

Отношение к соблюдению нравственных норм у предпринимателей и менеджеров. Эмпирически психологическая дистанция определялась следующим образом: респондентам предлагался список основных групп их социального окружения, который необходимо было разделить на 4 категории по степени приязни, одинаковости восприятия мира, доверия, отношений зависимости и наличию взаимных обязательств: 1-й круг — самый близкий, 4-й — самый удаленный. Производилось измерение уровня отношения к соблюдению нравственных норм в каждом круге психологической дистанции.

Установлено, что у руководителя первый круг близости включает семью, реже друзей; типичными социальными группами второго круга являются друзья, а также компаньоны и сподвижники; третий круг составляют примерно с одинаковой частотой подчиненные, поставщики, соучредители, реже — сподвижники, компаньоны и клиенты. Четвертый круг образуют представители государственных структур и различных общественных групп, реже — потребители, поставщики и клиенты.

Предприниматели и менеджеры схожи между собой с точки зрения общих закономерностей изменения отношения к соблюдению нравственных норм. С ростом психологической дистанции уровень отношения к соблюдению нравственных норм правдивости, справедливости и ответственности падает, что означает, чем психологически дальше находится человек, тем ниже правдивость, справедливость и ответственность отношениях с ним. Зависимость уровня принципиальности от психологической дистанции обратная — чем больше дистанция, тем выше принципиальность. Отношение к соблюдению нравственных норм терпимости демонстрирует отсутствие однозначной зависимости от психологической дистанции. Изменение отношения к соблюдению норм принципиальности означает, что при контактах с представителями близких кругов субъект способен уступить более авторитетному оппоненту, простить серьезную ошибку, поступиться принципами ради выгоды или дружбы. При контактах с представителями дальних кругов подобное поведение не допускается.

Изменение уровня справедливости проявляется в том, что в отношении психологически близких кругов предприниматели и менеджеры признают право на равное вознаграждение; считают нормальным дать ложную информацию, чтоб защитить невиновного; не ставят свои интересы выше интересов других и склонны принимать решения с точки зрения равенства прав («по понятиям»), а не с точки зрения законности. Проявление такого нравственного качества как ответственность с ростом психологической дистанции резко уменьшается. В общении с близкими людьми менеджеры и предприниматели склонны брать ответственность за дело и за других людей на себя. При контактах с людьми из дальнего психологического окружения они принимают ответственность только в официально оговоренных случаях.

Несмотря на значительную общность отношения предпринимателей и менеджеров к соблюдению нравственных норм, обнаружены групповые различия, которые касаются уровня соблюдения и гибкости соблюдения нравственных норм. Для двух нравственных качеств (терпимости и справедливости) характерны различия в среднем уровне отношения предпринимателей и менеджеров. Предприниматели проявляют большую терпимость в сравнении с менеджерами. Одновременно менеджеры оказываются более склонны соблюдать нормы справедливости как к близким, так и к психологически дальним людям, т.е. средний уровень справедливости выше у менеджеров. Более сложная структура ответственности руководителя в отличие от ограниченной ответственности менеджеров приводит к тому, что, руководители принимая на себя максимальную ответственность при контактах с психологически близкими людьми, стараются при контактах с дальними ограничить эту ответственность официально оговоренной. Отношение к соблюдению нравственных норм мужчин и женщин. Отношение женщин к соблюдению нравственных норм значительно более гибкое, чем у мужчин, по всем нравственным качествам. В качестве примера приведем изменение уровня правдивости у мужчин и женщин в зависимости от психологической дистанции

Если у мужчин уровень отношения к соблюдению норм правдивости изменяется плавно, то у женщин правдивость в отношениях со вторым кругом (друзья, сподвижники, сотрудники, непосредственный руководитель) резко падает, а в отношениях с самым далеким кругом женщины даже несколько правдивее мужчин. При взаимодействии со вторым кругом женщины чаще, чем мужчины демонстрируют готовность приукрашивать информацию о себе, скрывать причины невыполнения обязательств, давать невыполнимые обещания, добиваться необходимых ресурсов вне очереди, готовность дать взятку и т.д. Подобное резкое изменение уровня отношения при переходе от первого ко второму кругу психологической дистанции у женщин характерно не только для правдивости. Справедливость женщин в отношении второго круга значительно меньше, чем справедливость в отношении первого. Женщины легко поступаются принципами в отношениях с первым кругом психологической дистанции (семья, друзья), но в отношениях со вторым кругом становятся принципиальнее мужчин, т.е. для женщин отношение ко второму кругу психологической дистанции резко отличается от отношения к первому. Для мужчин характерны более равномерные изменения. Таким образом, основные различия между мужчинами и женщинами заключаются в большей гибкости отношения к соблюдению нравственных норм у женщин и в различном характере динамики уровня отношения в зависимости от психологической дистанции (равномерности или неравномерности).    продолжение
--PAGE_BREAK--