Реферат: Учебное пособие для студентов философских факультетов Томск-2002

Томский государственный университет




Книгин А.Н


.


Учение о категориях


Учебное пособие для студентов философских факультетов


Томск-2002


Предисловие


Эта книга – учебное пособие, а не учебник. Учебник по философии – дело сомнительное. М.К.Мамардашвили, например, считал, что это вообще нонсенс. Дело в том, что учебник по определению должен давать системное изложение идей, признанных научным сообществом в качестве бесспорно истинных, если и не абсолютно и навечно истинных, то, по крайней мере, – сегодня и надолго. В философии таких истин нет. Философия вопрошает и дает ответы, но ответы не окончательные. Это не означает, что последующие учения «опровергают» предыдущие. Философия вовсе «не поле, усеянное мертвыми костями», как кажется некоторым её критикам. Философские идеи в этих «пересмотрах» заряжаются новой энергией, и философская культура в целом обогащается. Классические философские сочинения не превращаются просто в памятники деятельности духа – они живые элементы живой современной философской культуры. Это тем более не позволяет создавать учебник по философии в общепринятом смысле.

В жизни людей есть такие ценности, о которых философия говорила, говорит и должна говорить. К таким ценностям относится человеческий разум. Однако в современной философии сильны иррационалистические (анти-разумные) мотивы. Так, отличительной чертой постмодернизма является «приоритет языка над опытом, ведущий к открытому скептицизму относительно способности человека к наблюдению и истолкованию внешнего мира, особенно человеческого мира» /Тош, с. 170/.

По характеристике отечественного философа Г.Л.Тульчинского «ткань современного философствования порвана. … Рухнули строительные леса рационалистического утопизма. … Открылись бездны иррациональности рационализма и мифологичности разума» /Тульчинский, с. 153/. Разум объявляют дискредитированным и поверженным. Рационализм обвиняют в том, что он привел к насилию человека над природой, над человеком, «мысли над мыслью» /там же/.

Заметим, что скепсис в отношении нашей способности познавать и понимать реальность является обычным в западноевропейской философской традиции. Более того, усмотрение в мире абсурда /в форме хаоса/, молчания мира /в форме тьмы/, зла /в форме дьявола/ является архетипическим мотивом всей культуры вообще, наличествуют уже в мифологии. Но этим образам всегда противопоставлялись образы порядка и смысла / космоса, логоса/, открытости мира /в образе Света и света разума/, добра /в образе Бога и божественной благодати/. В народном сознании Свет, Логос и Бог всегда берут верх. В этом проявляется народный общественный оптимизм. Конечно, принудить к оптимизму нельзя. Каждый имеет свое видение мира и право высказывать его. Но представители иррационалистического пессимизма аргументируют свою позицию и тем самым опираются на разум. Крупнейший современный французский философ Деррида говорил, что любой протест против разума может формулироваться только в формах разума, и в таком протесте нас подстерегает безумие и поэтому «надо беречь мысль». (См. Н.Автономова. Деррида и грамматология //Деррида Ж. О грамматологии – М., 2000).

Отвергая разум, нельзя на него и его аргументы ссылаться. Несоблюдение этого требования - фатальное внутреннее противоречие позиции анти-разума.

Призыв «беречь мысль» - мотив к изучению категорий, на которых мысль базируется, строится как рациональная, разумная.

Лежащая перед вами книга – пособие для самостоятельного творческого изучения философской темы «категории». Я стремился не просто передать по шаблону чужие мысли, а изложить идейный материал творчески и к этому же – к творческому, а не догматическому усвоению, призываю читателей.


^ Техническое примечание о способе ссылок.

1.На основные, часто цитируемые, источники ссылка указывается в скобках после цитаты в виде номера источника в списке Основной литературы и страницы.

2.Ссылки на прочие источники даются в скобках после цитаты с указанием автора по списку литературы и страницы. В случае, если в списке имеются несколько работ одного автора, дополнительно указывается год издания.

3.В отдельных случаях ссылка дается непосредственно после цитаты в скобках с полными выходными данными источника.


^ Введение. Предварительная экспликация категорий и методологические замечания.

Слово «категория» в русском языке имеет несколько различных (но внутренне связанных) смыслов. Их необходимо эксплицировать и различить.

^ Первый смысл – обыденный: слово «категория» означает род, сорт, группу и т.п. Например, «он относится к категории тех людей, которые…», «мясо первой категории» и т.п. (М.Хайдеггер отмечает, что это употребление имеет место и в немецком языке, но что оно производно от философского /8, с.83/).

^ Второй смысл: под категорией понимается какое-либо фундаментальное, узловое на данном этапе развития, понятие некоторой науки. Такие понятия есть в любой науке. В математике это, например, число, множество, группа и т.п. В физике -- поле, элементарная частица, масса и др. В исторической науке - народ, нация, война, реформа и т.п. Вокруг таких понятий-категорий выстраиваются научные описания, гипотезы, концепции, теории. Категориальный строй наук в этом смысле исторически изменчив. Например, понятие «сила», бывшее ведущей категорией в физике 18-19 веков, сейчас утратило категориальное значение в физике в целом, сохранив его в механике.

^ Третий смысл слова категория – тот, который в философских словарях приписывается философским понятиям. Под категориями понимаются философские понятия, обладающие предельным значением. Например, категориями называют такие понятия философии как дух, жизнь и смерть, сознание, свобода, экзистенция, трансценденция, и т.п.

^ Категории в этих трех смыслах не являются предметом настоящего пособия.

Мы будем понимать под категориями еще один смысл, четвертый. Он таков: категории - это объективные универсальные формы мышления и бытия. Только этот смысл имеется в виду в данном пособии». Категории в этом смысле обозначаются словами, которые являются философскими терминами (например, объективное и субъективное, причина, и пр.). Но сами они -- не понятия. Категориями-понятиями мы можем пользоваться только, если мы познакомились с их смыслом, то есть более или менее осознанно. Объективными категориями мы большей частью пользуемся, не подозревая об этом – всегда, когда мы мыслим, рассуждаем о чем-либо, вообще всегда, когда мы говорим. В языковом тексте всегда скрыты категории, независимо от того, знаем мы это или нет. Всякая высказанная нами мысль содержит категориальный каркас, и мы, если не изучали теорию категорий, не можем его выделить, обнаружить. В этом заключается объективность категорий как независимость от нашего произвола и выбора. Не обязательно знать что-либо о категориях как формах мышления и бытия, чтобы использовать их. Относительно философских категорий-понятий (как и категорий-понятий других наук и сфер культуры) это невозможно. Кроме того – и это важно! – философские понятия, если они присутствуют в нашей мысли, составляют ее содержание, а не форму. Категории же в четвертом смысле этого слова суть именное формы, а не содержание мышления. Категории в этом смысле мы будем называть логико-онтологическими. Как формы мышления, они выступают в качестве логических. Рассматривая их как формы бытия, мы фиксируем их онтологический аспект.

Мое рассмотрение будет идти в парадигме несовпадения мышления и мира. При этом категории будут рассматриваться как принадлежащие и мышлению и миру. Но как будет пониматься слово «мир»? Что это слово сложно и неопределенно по смыслу, обстоятельно показано В.В.Бибихиным в работе «Мир». Не вдаваясь в дискуссии, определимся в значении, в котором будем его употреблять. Прежде всего, мы не будем понимать мир физикалистски. Например, космологически, как Вселенную, состоящую из Галактик, звездных систем, планет и т.п. /отнюдь не отрицая такой взгляд на мир/. Мы будем понимать мир как жизненный мир личности или - что то же самое – как горизонты существующего для ее сознания. Гуссерль определяет мир как

«совокупный горизонт возможных исследований» /7, с.25/ и «мир – это полная совокупность предметов возможного опыта и опытного познания, предметов, познаваемых на основании актуального опыта при правильном теоретическом мышлении» /7, с.26/

Однако эти экспликации образуют скорее «мир ученого», нежели «мир вообще», кроме того, понятие «предметы опыта» не вполне ясно и ориентирует сознание на предметно-вещное, чем мир не может исчерпываться. Требуется более абстрактное и в то же время более определенное представление. Здесь мы используем другую идею Гуссерля – идею различных миров.

«Беспрестанно я обретаем для самого себя – как тот, кто воспринимает, представляет, чувствует, вожделеет и т.д., и во всем я по большей части обретаю себя актуально сопряженным с окружающей меня действительностью. Ибо так я бываю сопряжен не всегда, не всякое cogito, в каком я живу, обладает в качестве своего cogitatum вещами, людьми, какими-либо предметами или какими-то положениями дел моего окружающего мира. Вот, скажем, я занят чистыми числами и их законами, -- но ничего подобного нет налично в окружающем мире, в этом мире “реальной действительности”. И этот мир чисел, именно как поле объектов арифметических занятий, тоже есть для меня здесь; пока я занят числами, отдельные числа или же их комплексы буду оставаться в поле моего взгляда, будут окружены отчасти определенным, отчасти неопределенным арифметическим горизонтом; однако очевидно, что это бытие здесь для меня – в качестве самого бытия здесь -- иного порядка. Арифметический мир здесь для меня лишь тогда и лишь постольку, когда и поскольку я остаюсь в арифметической установке. Естественный же мир, мир в обычном смысле этого слова, беспрестанно здесь для меня, пока я только жив. … я могу свободно направлять мой взгляд и мои акты вовнутрь того или иного мира» /7, 68/.

Идея множественности миров, обусловленных разными установками одного Я, замечательна. Однако в ней все же чувствуется некий разрыв мира естественной установки и других установок, причем мир естественной установки кажется более привилегированным, устойчивым и фундаментальным.

Более последовательна экспликация мира П.Рикёром:

«Для меня мир есть совокупность референций, открываемых всеми видами дескриптивных или поэтических текстов, которые я прочитал, истолковал и полюбил. Понимать эти тексты – значит интерполировать на предметы нашей жизненной ситуации все значения, которые из простой окружающей среды /Unwelt/ создают мир /Welt/. На деле именно творениями поэтического вымысла мы по большей части обязаны расширением своего горизонта существования. Они отнюдь не создают лишь бледные образы реальности, “тени”, как утверждает Платон … литературные произведения воспроизводят реальность, только наращивая ее» /П.Рикёр, с. 98/.

Мир - совокупность референций, образуемых всеми текстами, – эта идея важна. Не непосредственно чувственная сфера сознания есть мир, а структурированная текстами.

В формировании идеи мира существенное значение имеет понятие горизонта.

Используем экспликацию Мерло-Понти:

«Горизонт есть то, что гарантирует идентичность объекта на всем протяжении исследования» /Цит. по: Н.Б.Иванов, с.78/

Мир – это жизненный мир личности, очерченный двумя горизонтами: горизонтом присутствия /предметным горизонтом/ и горизонтом смыслов. Понимаемый таким образом мир – историчен и объективен в той мере, в какой это возможно.

Изучение категорий наталкивается на трудности, характерные для работы с философскими понятиями вообще. Смыслом обыденных или специальных понятий мы овладеваем в повседневном языковом общении или в специальном деле. Возникает вопрос:

«какая специальная работа должна быть проделана философами, чтобы овладеть… понятиями познание, ощущение, вторичные качества и сущности? Какие упражнения и трудности научили их тому, как следует употреблять эти термины, чтобы не употреблять их неправильно?» /Г.Райл, 1998, с170-171/.

Пристальное внимание аналитической философии к способам употребления языка в философии абсолютно оправдано, так как сама философия есть история понятий /Гадамер/. Кроме того, она часто обращается в спор о словах. Способ говорения в философии должен быть отрефлексирован. Обращение к языку естественного человека /см. Книгин, 1999/ и рефлексия над ним и есть тот опыт, который позволяет осмысленно употреблять философские термины и осуществить несхоластический анализ проблем.

Учение о категориях как раздел философии насчитывает 25 веков и не потеряло актуальности по сей день.Начало ему положила работа Аристотеля «Категории». Фактически все крупные философы касались этой темы, но наиболее существенный вклад в это учение был внесен в четырех философских учениях - Аристотелем, Кантом, Гегелем и марксистской философией, которую в дальнейшем мы будем именовать в соответствии с сущностью ее учения диалектико-историческим материализмом.

Философские размышления над категориями меняли понимание категорий в целом и отдельных из них, то есть философских понятий, обозначающих категории. Но это не означает, что полностью менялся их смысл. Философские понятия отличаются от конкретно-научных. Последние имеют тенденцию к постепенному движению от смутной идеи к строгому термину, о смысле которого иногда даже договариваются на международных форумах (особенно физики). Философские же понятия обладают не просто другим, но даже противоположным свойством: по мере рефлексии над ними, они обогащаются содержанием, оттенками смысла. Они имеют тенденцию стать не понятиями–терминами, а понятиями–символами, символами своей собственной истории. Это обстоятельство затрудняет изучение философии представителями точных наук, которые привыкли к строгим и часто кратким дефинициям. В философии такими дефинициями не обойтись. Чаще всего, для того, чтобы понять смысл философского слова в современной философии, необходимо проследить путь его формирования в процессе философского обсуждения, длящегося веками. Поэтому в данном учебном пособии проблемы, касающиеся категорий, будут рассматриваться в их историческом развитии, так как только этот путь дает надежное понимание современного состояния проблемы и смысла понятия.


Вопросы для повторения

1.Каковы четыре основных смысла слова “категория ”?

2.Что такое логико-онтологические категории, в чем их отличие от философских категорий-понятий?

3.Почему необходимо рассматривать понятия, обозначающие категории, в их историческом развитии?


Глава 1.


Учение о категориях как своеобразная философская логика


^ Категории – это универсальные объективные формы мышления и бытия. Понятия, обозначающие категории, составляют существенную часть словаря философии. Без использования идей существования, объективного и субъективного, причины и цели, возможности и действительности и других понятий, обозначающих логико-онтологические категории, философский текст немыслим. Философская рефлексия категорий в некоторых случаях заметно меняет смысл понятий, обозначающих категории, в сравнении с их обыденным пониманием. При этом основной смысловой костяк остается неизменным, так как категории, будучи объективными формами мышления, суть данность, которую нельзя изменить произвольно, в том числе и через философскую рефлексию. Их можно лишь изучать и в этом изучении, возможно, уточнять смысл понятий, которые их обозначают.

Изучение категорий, поскольку они суть формы мышления, есть логика, изучающая мышления, разум, его возможности. Еще точнее – это изучение логики рассудочного мышления.


^ Понятие и структура разума, место в нем рассудочного мышления.


Тематическое поле данного пособия -- категории рассудочного мышления. Что такое рассудочное мышление? Человек существо разумное. Разум -- экзистенциальное качество человека, которое дифференцирует его в мире, отличает от всего прочего. Это разум в широком смысле. Человек может быть и неразумным, но эта тема - за пределами внимания в данном пособии.

^ Разумность человека обнаруживается в способности мыслить и осмысленно действовать. Осмысленность действий в прагматическом аспекте заключается в выборе поведения, ведущего к успеху. Успех же – это достижение целей и исполнение намерений. Следовательно, разум проявляется в способности вырабатывать намерения, ставить достижимые цели и формулировать исполнимые предписания. Это в принципе возможно лишь при наличии в сознании более или менее адекватной картины той ситуации, в которой индивид фактически находится. Получение такой картины достигается способностью мышления, применяемой для познания и описания мира. Способность мышления и есть та предметная область, которой занимается учение о категориях. Но не вся эта способность, а лишь ее часть или одна из составляющих. Чтобы указать на нее, рассмотрим структуру способности мышления в целом. Она реализуется в двух направлениях: как рациональное мышление (интеллект) и как иррациональное мышление (образное воображение).

Иррациональное мышление (начнем с него, чтобы, дав краткую характеристику, оставить без дальнейшего анализа) реализуется в двух видах. Первый - образное словесное мышление (экземплификация, то есть примеры, –- мифы, художественная литература, поэзия, эссеистика различного рода и т.п.). Второй - художественно-образное несловесное мышление (реализующееся, прежде всего, в искусстве, но не только). Хотя это и иррациональное, но, с точки зрения прагматики и с точки зрения познавательной, в широком смысле разумное конструирование образов мира и ситуаций. То есть оно полезно участвует как в принятии решений, так и в познании. Иррациональное мышление может обнаруживать себя также на грани разумного и неразумного. Оно не будет предметом нашего рассмотрения, так как категории не являются его формами, его формы – другие.

Рациональное мышление реализуется в рассудке и разуме в узком смысле.

Разум в узком смысле – не предмет настоящего пособия, поэтому о нем коротко. Суммарно, синтезируя представления Канта, Гегеля и современных философов, можно под разумом в узком смысле понимать способность ставить предельные проблемы, усматривать противоположности в синтезе, схватывать мир ценностей и «неясных идей» (по Канту), интеллектуальная интуиция. Разум в этом смысле не формален, разумное мышление не формализуемо, не алгоритмизируется. Он может оказываться прагматически неразумным. Может происходить его стыковка с иррациональным в неразумном же модусе.

Рассудочное мышление – непосредственный предмет настоящей темы -– также сложен. Главное его качество – подчиненность требованиям формальной логики: последовательности, систематичности, непротиворечивости мышления. Это сфера образования понятий и оперирования ими согласно законам, открытым формальной логикой. Главные виды рассудочного мышления – вопрошающее (интеррогативное), описательное (дескриптивное), выводное (деривативное) и аргументационное мышление.

Совокупность разумной рассудочной и словесно-образной деятельности образует сферу возможного дискурса. Гетерогенный дискурс, неотдифференцированно включающий в себя дескрипции и словесные образы, есть нарратив (рассказ, повествование). Теория нарратива, предложенная Лиотаром, полагает, что все научные тексты суть нарративы. Вряд ли такое мнение разумно с прагматической точки зрения. Но даже если бы это было так, всегда была бы возможность выделить в таком нарративе рассудочную компоненту и исследовать ее и ее функции.

^ Рассудочное мышление есть тот объект, категории которого рассматриваются в данном пособии.

Описанную структуру можно представить в следующей схеме:


^ Схема деятельности Разума


Разум Вопрошающее

/интеррогативное/


Дескриптивное

/описывающее/

Рациональное Рассудочное

мышление мышление




Выводное

/деривативное/


Доказывающее

/аргументационное/

Способность

мышления

/интеллект/




Разум

Художественно-словесное


Иррациональное

мышление

Художественное

не словесное

Прагматическая

способность

Намерения,

цели,

прескрипции



^ Общее понятие о логике. Формальная аристотелевская логика.


Рациональное рассудочное мышление всегда предметно, является мышлением о чем-то, то есть интенционально. Обычно это обозначают так, что оно имеет содержание. В то же время входящие в описательную, деривативную или аргументационную мысль понятия определенным устойчивым образом организуются, и этот способ устойчивой организации обычно называют формой мышления.

Будучи реальным феноменом человеческого бытия, мышление может являться и является предметом изучения различных наук: психологии, социологии, философии, логики. Каждая из них изучает мышление в определенном ракурсе, аспекте. Логика, начиная с Аристотеля, который ее создал, изучает мышление в аспекте его организации, формы. Изучая мышление, она отвлекается от его содержания, является наукой о формах мышления и потому называется формальной логикой.

^ Формы развитого рационального рассудочного мышления являются необходимыми и всеобщими, то есть присущи мышлению независимо от предметов и темы мышления, от характера культуры и языка народа. Формами, которые описывает логика, являются: структуры способов оперирования с понятиями, например, определения понятий, ограничение и обобщение, деление понятий; суждения, их типы; способы правильного связывания суждений в умозаключения, типы умозаключений, доказательства, их типы, возможные ошибки. Кроме того, традиционная логика формулирует законы /их три: закон тождества, закон противоречия, закон исключенного третьего/, которые являются законами правильной организации рассудочного текста.

Будучи собранием дескрипций этих форм и законов, логика выступает как канон /собрание правил/ формально правильного мышления. В некотором /ограниченном/ смысле она является также органоном мышления.

Созданная Аристотелем логика в течение веков оставалась в своих основных чертах и требованиях незыблемой, практически неизменной. Это – ясное свидетельство ее объективной верности и эвристичности, а также того, что описанные Аристотелем формы и законы присущи мышлению с необходимостью и не меняются в пределах письменной цивилизации.


^ Идея трансцендентальной логики.

С XVIII века к аристотелевой логике стали предъявляться претензии. В жёсткой форме это сделал И.Кант (XVIII век). Он не отрицает ее адекватности и важности (сам её преподавал!), но усмотрел ее недостаток именно в том, что она формальная, полностью отвлекается от содержания. Будучи таковой, она, по мнению Канта, не способна описать реальный познавательный процесс, не занимается вопросом о происхождении познания и не может быть органоном познания. (Эти характеристики справедливы). Поэтому возникает потребность в другой логике, которая тоже изучала бы формы мышления, но не отвлекалась бы целиком от всякого содержания. Она «должна была бы также исследовать происхождение наших знаний о предметах» /3, с.157 – 158/. Правда, Кант ведет речь лишь об априорном /не зависящем от опыта/ познании. Такую логику Кант называет трансцендентальной и аттестует ее как науку, которая определяет «объем, происхождение и объективную значимость» знаний, получаемых априорно. Трансцендентальная логика -- это не знание о предметах, это знание о познании в форме мышления, о его априорных условиях. Конкретным предметом трансцендентальной логики являются чистые рассудочные понятия /=категории/, которые Кант считает и объявляет априорными формами рассудочного мышления.


^ Логика Гегеля.


В XIX веке Гегель предложил еще один вариант логики, отличающийся от аристотелевской. Исходный пункт гегелевского подхода к проблеме также заключается в неприятии формальной логики как органона познания, причем он подвергает критике не только её отстранённость от предметного содержания, но и законы логики – тождества и противоречия. По мнению Гегеля, противопоставляя формы мышления содержанию, невозможно достичь истины, а именно в этом заключается цель познания. Гегель формулирует принцип тождества бытия и мышления, из которого следует, что законы и формы мышления суть также законы и формы бытия. Почему этот так? В мышлении мы имеем дело с предметами только через понятия об этих предметах. Это и означает, что для мышления мысль о предмете и сам предмет – одно и то же. Но раз это так, логика, как наука о формах мышления, должна также быть наукой о содержании мысли -- о вещах, о бытии. Аристотелевская логика таковой не является, поэтому требуется создать новую логику, которую Гегель и создает в работе «Наука логики». Она (как и у Канта) оказывается учением о категориях, так как именно категории и являются универсальными формами мышления и бытия. Как от аристотелевской, так и от кантовской логики Логика Гегеля отличается тем, что категории у Гегеля образуют саморазвивающуюся систему. Они, как и у Канта, не извлекаются из опыта, но, в отличие от Канта, становятся путем саморазвития из некоторого начала, коим является у Гегеля понятие чистого бытия. Согласно Гегелю, такая наука является весьма абстрактной, и потому именно она есть суть всякой метафизики. Философия как мышление о мышлении есть не что иное, как Логика /с большой буквы/. Занятия такой логикой формируют культуру абстрактного мышления и придают ему «бессознательную мощь», обеспечивая продвижение «к свободе и истине».


^ Учение о категориях как логика.


Таким образом, учение о категориях осознавалось философами, внесшими в него наибольший вклад, как логика. Это вполне справедливо. Мышление имеет не только чисто формальную, но и категориальную структуру. Оно категориально, категории образуют его необходимые объективные формы. Поэтому учение о категориях, как учение о формах мышления, должно рассматриваться как своеобразная логика, можно сказать, философская логика, так как категории составляют заметную часть философского языка.


Вопросы для повторения

1. Что такое разум как экзистенциальное качество человека, какова его структура?

2. В чем состоит общее понятие о логике?

3. В чем состоит общее и различное в понимании логики и ее задач Аристотелем, Кантом и Гегелем?


Литература

Кант. Критика чистого разума //Соч. в 6 томах. Т.3, с.с.154-159

Гегель. Наука логики Предисловие ко 2 изданию. Введение //Гегель, Сочинения, т.5. М., 1937, с.с.7, 13, 38-40



Глава 2.


Краткая история философской рефлексии проблемы категорий.


2.1. ^ Идея категорий, предложенная Аристотелем.

Осознанная рефлексия проблемы категорий начинается с работы Аристотеля «Категории» /1/. В четвертой главе этого сочинения формулируется принципиальная идея, положившая начало многовековым философским исканиям в этой области. Вот она:

«Из сказанного без какой-либо связи каждое означает или сущность, или «сколько», или «какое», или «по отношению к чему-то», или «где», или «когда», или «находится в каком-то положении», или «обладать», или «действовать», или «претерпевать»» (1, стр.55). Аристотель примерами поясняет каждое «сказанное без какой-либо связи»:

«сущность, коротко говоря – это, например, человек, лошадь; «сколько» – это, например, длиною в два локтя, в три локтя; «какое» – например, белое, умеющее читать; «по отношению к чему-то» – например, двойное, половинное, большее; «где» – например, в Лицее, на площади»; «когда» – например, вчера, в прошлом году; «находиться в каком-то положении» – например, лежит, сидит; «обладать» – например, обут, вооружен, «действовать» – например, режет, жжет; «претерпевать» – например, его режут, жгут» (там же).

Понимание категорий Аристотелем определялось той познавательной задачей, которую он решал: отыскать возможные типы описания действительности.

Комментаторы «Категорий» единодушно говорят, что Аристотель дал список из 10 категорий (имея в виду перечисленные имена «сказанного без связи»). Принято считать, что Аристотель выделил 10 семантических групп или 10 типов предикатов, указал на 10 исчерпывающих, по его мнению, способов описать сущее. Познавательную задачу, которую решал Аристотель, отчетливо сформулировал А.М.Боэций (V-VI в.), указав, что Аристотель написал о категориях «с той целью, чтобы посредством родовых обозначений сделать доступным пониманию бесконечное многообразие вещей, неохватное /само по себе/ для знания… чтобы… то, что неохватно само по себе c помощью немногочисленных родов подчинилось духу…».

Можно сказать также, что Аристотель усмотрел десять родов существующего, один из которых (а именно «сущность») – субстанция, а остальные девять – акциденции: качество, количество, отношение, место, время, положение, обладание, действие и страдание. Мысль Аристотеля заключалась в том, что, поскольку эти десять родов высшие, «всякая вещь непременно должна найти место в одном из этих родов» /Боэций). Обыденные аристотелевские “какой”, “сколько”, “где”, “когда” в последствии заменили философскими терминами «качество», «количество», «пространство», «время».

В аристотелевской идее категорий можно выделить два аспекта – онтологический и логический. Категории характеризуют как саму действительность, так и способы высказываний о ней. Для Аристотеля характерно представление о «естественном» соответствии разума вещам. Он хотел усмотреть минимум возможных типов высказываний, фундированных взаимно не совпадающими определениями самой действительности.

Список из 10 категорий не исчерпывает то, что Аристотель проанализировал в этой области. В ходе дальнейшего осмысления категорий их перечень изменялся. Стандартный список категорий, который сложился к новому времени, включает множество понятий, которых нет в первичном аристотелевском списке. Но почти все они рассмотрены Аристотелем в «Метафизике» и других работах. Труды Аристотеля – универсальный источник идей, относящихся к категориям.

В Средние века идеи Аристотеля послужили исходным пунктом анализа так называемых универсалий. Много интересного можно найти в работах Боэция, Абеляра, Кузанского. Обсуждались такие понятия как вид и род, общее и отдельное, время и вечность и др. Однако, принципиальные вопросы природы категорий, которые изменили бы суть первоначального замысла, практически не обсуждались.


2.1.1. Оценка идеи Аристотеля М.Хайдеггером.

Принципиальную и высокую оценку достижений Аристотеля дал М. Хайдеггер:

«Аристотель …..впервые и определяющим для последующих двух тысячелетий образом возвышает дофилософское имя κατηγορια в ранг философского имени, именующего собой то, что философии по самому ее существу надлежит в ее мысли осмыслить» /8, с.84/. «категории принадлежат кругу того, что прежде всего … должна осмыслить философия» /8, с.86/.


2.2. ^ Учение о категориях Иммануила Канта.

Глубокий и принципиальный вклад в учение о категориях сделал И.Кант. Он подошел к проблеме не онтологически, а гносеологически и логически. Познавательная задача, которой руководствовался Кант, заключалась в выяснении возможностей и границ теоретического познания, в выяснении априорных условий познания вообще. Категории рассматриваются им в парадигме трансцендентальной философии. Понимание категорий – это вопрос понимания природы познания.

По Канту, познание опирается на созерцания и понятия. И те, и другие бывают эмпирические и чистые. Чистыми созерцания и понятия бывают тогда, когда к ним «не примешиваются ощущения». Поэтому чистые понятия представляют собой «только форму мышления о предмете вообще» и являются «априорными», то есть не зависят от опыта и предшествуют ему (см. 3, с.154). Но если это так, то, по мнению Канта, «должна существовать логика, отвлекающаяся не от всякого содержания познания» (там же, с.157). Эта логика должна «исследовать происхождение наших знаний о предметах, если только оно не может быть приписано предметам» (там же, с.151-152). «Не может быть приписано предметам» – значит неэмпирическое, не обусловленное ощущениями, заключающееся лишь в чистых понятиях. Кант пишет: «Мы устанавливаем науку о чистом рассудке» (3, с.158). Эту науку он называет трансцендентальной логикой. Она, по мысли Канта, должна определять происхождение, объем и объективную значимость априорного знания. Ее непосредственным предметом являются априорные чистые рассудочные понятия, которые Кант и называет категориями. В следующей обширной выдержке из работы Канта значение категорий сформулировано предельно ясно:

«Всякое восприятие должно быть подведено под одну из рассудочных рубрик, так как оно не дает никакого понятия… [категории] указывают нам способ использования явлений в качестве материала мышления. ….Мы говорим: камень катится, дерево падает (тело движется), то есть действует, стало быть есть субстанция. Поле вспахано, луг осушен, рюмка разбита: это действия, указывающие на какую-то причину. …Без подобных понятий все явления были бы разрознены и не относились бы друг к другу. …Опыт есть понятое восприятие. Понимаем же мы восприятие, когда представляем его под рубриками рассудка. Опыт есть спецификация рассудочных понятий при помощи данных явлений» (И.Кант. Фрагменты черновых набросков по метафизике //Логос, №10, М., 1997).

Итак, по Канту категории - это «рубрики рассудка». Связь с аристотелевской идеей очевидна. Но дальнейшее развитие идей Канта отдаляет его от Аристотеля. Категории – чистые формы мышления. Изучая их, трансцендентальная логика не заимствует ничего из эмпирии, из психологии, все в ней должно быть достоверно априори. Это означает, что область знаний о категориях не есть область знаний об эмпирической действительности, а лишь область знаний о принципах рассудочного мышления. Категории «суть лишь формы мысли, посредством которых еще не познается никакой определенный предмет» (там же, с.203). Субъект мышления и познания также мыслится Кантом не как эмпирический, а как трансцендентальный, то есть как бы обезличенный, не психологический, а объективный.

Категории «не выводятся из природы и не сообразуются с ней как образцом» (3, с.212). Напротив, природа сообразуется с категориями в том смысле, что мы видим природу, мир вообще таким, каким позволяют нам его видеть категории, присущие нам априорно и с необходимостью.

Отдав должное Аристотелю за идею отыскания основных понятий рассудка, Кант говорит, что у Аристотеля не было «никакого принципа» отбора таких понятий, и он включал их в свой список «по мере того, как они попадались ему». Кант поставил задачу создать обоснованный список категорий, включающий в себя их минимум, необходимый и достаточный для выполнения функции синтеза представлений. В «Критике чистого разума» этот список представлен в виде Таблицы (3, с.175), в которой названы 12 категорий, отнесенных к четырем группам – категории количества, качества, отношения и модальности.

Каким образом Кант открывает именно эти и только эти категории? Мартин Хайдеггер поясняет это так:

«Суждение с формальной точки зрения есть связь субъекта и предиката. Всякое связывание …осуществляется … по отношению к некоторому возможному единству. Во всяком объединении угадывается идея некоторого единства… Различные возможные формы единства, угадываемые в суждении, ... суть категории ... Категория это то, что предстает как идея единства… Это возможные формы единства связывания. Если мне дана таблица суждений, то есть возможные формы связывания, то я могу вычитать из этой таблицы идею единства, всякий раз уже предположенную в каждой форме суждения, то есть я могу дедуцировать из нее таблицу категорий. При этом Кант исх