Реферат: Учебное пособие министерство образования российской федерации новосибирский государственный университет экономический факультет кафедра общей социологии

http://www.genderstudies.info/social/s08.php


А. Р. Михеева


БРАК, СЕМЬЯ, РОДИТЕЛЬСТВО: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ
И ДЕМОГРАФИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ


Учебное пособие

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ КАФЕДРА ОБЩЕЙ СОЦИОЛОГИИ

Новосибирск 2001


Михеева А. Р. Брак, семья, родительство: социологические и демографические аспекты: Учеб. пособие / Новосиб. гос. ун-т. Новосибирск, 2001. 74 с.

Учебное пособие содержит материалы, необходимые для понимания современных мировых и российских процессов, происходящих в сфере брака, семьи, рождаемости. При рассмотрении тенденций акцент делается на взаимосвязи двух отраслей знаний об изучаемых процессах: социологии семьи и демографии как науки о воспроизводстве населения.

Предназначено студентам, аспирантам, специализирующимся по социологии и изучающим курс «Социология семьи», а также студентам других факультетов, интересующимся проблемами современной семьи.

Данное издание выпущено в рамках Мегапроекта «Развитие образования в России» (программа поддержки кафедр) Института «Открытое общество» (Фонд Сороса)

Рецензент д-р филос. наук Г. С. Батыгин

(Московская высшая школа социальных и экономических наук)

© Новосибирский государственный

университет, 2001
ведение
Брак и семья на протяжении многих столетий являются неотъемлемыми элементами социальной структуры любого общества. Они считаются фундаментальными социальными институтами, обеспечивающими воспроизводство и устойчивость человеческого общества.

К середине ХХ века в России, в большинстве промышленно развитых европейских и североамериканских стран исторически сложился и стал наиболее распространенным тип нуклеарной семьи, основанной на моногамном браке, – это супруги, работающие вне дома, и их дети (зачастую один ребенок). Тип отношений между супругами в такой семье довольно демократичен, так же как и отношения между родителями и детьми.

Для тех обществ, где нуклеарная семья является преобладающим типом семейной жизни, свойственны и определенные характеристики демографических процессов, а именно: сравнительно позднее вступление в брак, невысокая рождаемость, относительно частые разводы, а во второй половине ХХ века статистикой все чаще стало фиксироваться снижение числа официально регистрируемых браков и рост внебрачной рождаемости. В социальном плане в таких странах существует, как правило, хорошо развитая система помогающих семье институтов: детских учреждений, здравоохранения, обслуживающих предприятий.

Такой тип семьи был не всегда; значительно более длинную историю имеет многопоколенная семья с 3 – 4 детьми, с помогающими вести хозяйство родственниками. В такой семье, тип которой можно назвать традиционным, жена, как правило, была занята обслуживанием, ведением домашнего хозяйства; отношения между мужем и женой, между поколениями (детей, родителей и прародителей) были построены на строгом подчинении «старшему». Демографические же характеристики стран и обществ, где был (или остается и сейчас) преобладающим такой тип семьи, состояли в высокой рождаемости, практически отсутствии безбрачия и разводов. Уровень социально-экономического развития таких стран и обществ можно было бы охарактеризовать как аграрный, «традиционный».

Таким образом, три компонента жизни общества проявляют относительную согласованность в процессе исторического развития: а) состояние семьи, особенности устройства семейной жизни, включая возможность выбора линии поведения в «личной жизни», б) демографическая ситуация, в) уровень социально-экономического развития.

Конечно, не во всех странах и не одновременно происходили изменения этих компонентов. Но, зная характеристики для данного общества одного из них, можно с определенной уверенностью представить направление тенденций в двух других. И здесь не обсуждается вопрос о «первичности» какого-либо компонента; ясно, что они взаимосвязаны и взаимосвязь эта, по-видимому, объективна. Однако в истории общества это их взаимодействие проявлялось с огромным лагом – в несколько веков, во всяком случае, для европейской и российской истории.

И сейчас еще между европейскими странами существует дифференциация по степени «согласованности» социально-экономического, демографического и брачно-семейного компонента развития. Но наличие многовековых лагов между технологическими, демографическими, семейными и сексуальными «революциями» можно понять, если знать, что поведение людей в сфере брака, секса, рождения детей всегда строго регламентировалось культурными нормами, религией, обычаями, традициями, по существу имевшими жесткий, запретительный характер (табу). Поскольку такие события, как вступление в брак, образование семьи, рождение потомства, базируются на биологическом различии мужчин и женщин, сексуальные отношения между ними, принципы воспитания подрастающего поколения всегда, начиная с первобытного общества, были предметом строгого социального контроля со стороны общины, церкви, государства, дабы не нарушилось воспроизводство человеческого рода. Так что ослабление запретов, изменение культурных норм, стереотипов поведения мужчин и женщин в сфере воспроизводства потомства – процесс очень длительный, он происходил на протяжении всей истории человечества, но стал особенно заметен в последние 200 – 300 лет и продолжается и, возможно, ускоряется сейчас – в разных обществах по-разному.

В данном учебном пособии рассматривается один из аспектов социологии семьи, немаловажный для понимания сути институтов брака и семьи, а именно демографический «базис» процессов, изучаемых социологией семьи. Так что основная цель работы – акцентировать внимание читателя на двух взаимосвязанных компонентах общественного развития: демографической сфере и семье с точки зрения изучения и объяснения происходящих в них современных процессов. Поэтому в пособии приводятся только те основные положения, определения и результаты исследований, с помощью которых проясняются обсуждаемые проблемы. Соответственно, не приводятся и не обсуждаются многие другие определения и вопросы, относящиеся как к демографической науке, так и к социологии семьи. Практически совсем не затрагивается тема экономической стороны жизни семьи, поскольку есть надежда, что у заинтересованного читателя найдется возможность самостоятельно изучить литературу, где содержатся различные, соответствующие разным исследовательским задачам, определения: семьи, видов семейного, демографического поведения, функций семьи, форм и типов семьи и т. д.

Пособие состоит из трех частей. Логика структуры учебного пособия объясняется глубокими взаимосвязями демографических процессов в обществе с трансформацией социальных институтов брака и семьи. В современных обществах эта трансформация проявляется в распространении таких явлений, как неофициальные супружеские союзы и внебрачные рождения. Поэтому в первой главе изложены основные идеи курса лекций «Социология семьи», раскрывающие объективную историческую демографическую предопределенность современного этапа эволюции семьи и моногамного брака. Вторая глава содержит материалы демографических и социологических исследований таких современных явлений, как распространение неофициальных супружеских союзов и внебрачных рождений*. Третья глава – это основные положения и результаты, полученные в разведывательном исследовании «Социальные аспекты отцовства»**.

Автор выражает признательность профессору Г. С. Батыгину за критические замечания и ценные советы при подготовке учебного пособия.
^ Глава 1 Семья и брак в контексте
воспроизводства населения § 1. Дискуссия о современном состоянии
социальных институтов брака и семьи
Исследования семьи, брака, рождаемости ведутся в социологии, психологии, демографии, этнографии, других общественных науках. Многие из классиков социологии считали семью частью социальной структуры, рассматривали её как фактор изучаемых ими процессов, но не исследовали институты брака и семьи специально (М. Вебер, К. Маркс, Э. Дюркгейм, В. Парето). В то же время проблема теоретического представления семьи и брака поднималась в работах известных социологов, демографов, антропологов. Например, П. Сорокин ещё в 1913 г. в статье «Кризис современной семьи» приводит эмпирические свидетельства того, что он называет «углубляющимся кризисом» института семьи. П. Сорокин обсуждает такие явления, как растущий показатель разводов, уменьшение числа заключаемых браков, удовлетворение полового влечения вне брака, рост числа внебрачных детей, абортов, проституции; уменьшение числа детей в браке, эмансипация женщин, превращение брака в светский институт, передача государству воспитательных, образовательных и опекунских функций. В более поздних работах П. Сорокин трактует эти же процессы, происходящие в сфере семьи и брака, уже более умеренно, не в терминах кризиса и деградации, а называет их флуктуацией, интеграцией – дезинтеграцией (см.: [Голод С. И, 1998. С. 41 – 47]).

Во всех современных исследованиях брака и семьи приводятся данные, подтверждающие продолжение перечисленных выше процессов в сфере брака и семьи. Эти тенденции наблюдаются практически во всех европейских, североамериканских странах, в России, в странах СНГ; в разных обществах они отличаются лишь исторической длительностью, глубиной проникновения в культуру. Однако одни ученые интерпретируют их как доказательства кризиса института моногамного брака, семьи, другие рассматривают происходящие процессы как свидетельства трансформации этих институтов.

«Парадигма кризиса и риска» состоит в том, что постулируется вероятность такого результата функционирования социума, который свидетельствует о крахе социальных систем и крахе экзистенциальных (существовательных) опор общества [Антонов А. И., 1996]. В теории кризиса семьи, анализирующей возникновение социальных ценностей и приоритетов, продуцирующих разного рода риски и угрозы, учитывается (предсказывается) перспектива разрушения самого института семьи и моногамии, что грозит депопуляцией и казарменной социализацией новых поколений. При этом предполагается и угроза прямого вымирания общества.

Сторонники другой парадигмы, так называемой «прогрессистской» [Попеное Д., 1996], считают, что переход от традиционной к современной семье, плюрализм форм брака и семейных структур не должны интерпретироваться однозначно, как отклонение от нормы. Скорее, они являются признаком существенных и необратимых эволюционных сдвигов в самом ин­ституте семьи [Голод С. И., 1998; Вишневский А. Г., 1992]. Эти ученые полагают, что закономерности изменения семьи созвучны общесоциальным переменам, т. е. модернизация общества влечет за собой и трансформа­цию отдельных его институтов. Модернизация брака и семьи, происходящая как в России, так и во всех европейских и североамериканских странах, охватывает многие аспекты частной жизни: взаимоотношения жен­щин и мужчин, взрослых и детей – родных и приемных. По существу, в сфере семьи и брака уже на протяжении нескольких десятилетий происхо­дит ослабление и даже ломка традиционных, патриархальных устоев, ролей, представлений, стереотипов. В основе этих изменений ценности ХХ века: расширение свободы выбора для мужчины и для женщины как в семейной, так и в общественной сфере, равенство супругов-партнеров, боль­шие возможности для самореализации и контактов между поколениями. В статистике же процесс модернизации семьи проявляется в повышении частоты разводов, вступлений в повторные браки, во всё большем распространении неофициальных супружеских союзов, внебрачной рождаемости.

Очевидно, что в ходе научной дискуссии приводятся аргументы, заслуживающие внимания, и предлагаются меры, направленные на поддержание того или иного развития событий. Но, исходя из многовековой стабильности институтов брака и семьи, все-таки никто не допускает возможности полного краха семьи вообще и ее основы – моногамного брака.
^ § 2. Основные определения
Социология семьи – область социологии, изучающая семейную жизнь людей в конкретных культурных и социально-экономических условиях. История становления социологии семьи с той или иной степенью подробности содержится в трудах, учебниках известных отечественных социологов-фамилистов (см., напр. [Антонов А. И., Медков В. М., 1996; Голод С. И., 1998]).

^ Семья как социальный институт представляет собой совокупность исторически сложившихся устойчивых социальных норм, санкций и образцов поведения, регламентирующих отношения между супругами, родителями и детьми, другими родственниками. Социальная потребность появления института семьи обусловлена необходимостью продолжения человеческого рода, производства самого человека. Свидетельством стабильности, устойчивости семьи как элемента социальной структуры является многовековое воспроизводство всего многообразия культур и социумов в мире. Кроме того, международная статистика, данные многочисленных переписей населения показывают, что число семей постоянно растет, причем относительный прирост числа семей, брачных пар во многих странах, в том числе и в России, опережает относительный прирост численности населения.

^ Брак как социальный институт – совокупность социальных норм, санкционирующих союз между мужчиной и женщиной и обеспечивающих легитимность их потомства.

В институциональных определениях брака и семьи подчеркивается их социальная (общественная) необходимость для сохранения человеческого ро­да, а также сохранения и передачи из поколения в поколение норм и
цен­ностей, принятых (господствующих) в данном обществе. Способность семьи на протяжении веков осуществлять первичную и последующую соци­ализацию индивидов, обеспечивает преемственность освоения культурных ценностей, передачи навыков и норм поведения людей в данном обществе.

Вместе с тем, когда говорят об институциональном характере брака и семьи, отмечают динамичность их форм, эволюционный характер перемен, различия в тех или иных обществах. Так что для понимания этих перемен в институтах брака и семьи обычно приводятся исторические, сравнительные данные о типах и формах этих институтов в различных культурах и в различные эпохи.

Аналитический экскурс в историю происхождения семьи, соответствующий цели данного пособия – уяснению диалектической взаимосвязи состояния демографической сферы общества (жизнеспособность, выживаемость потомства) с формами социальных институтов брака и семьи, – содержится в работе С. И. Голода «Семья и брак: историко-социо­ло­ги­ческий анализ». Автор пишет, что социологическое изучение семьи, эволюции её форм и типов активно происходит в XIX в.: в 1861 г. публикуется книга И. Бахофена «Материнское право», где выдвигаются объяснения исторической эволюции отношений мужчин и женщин с позиций рождения и ответственности за потомство. Затем в 1876 г. выходит труд Мак-Леннана «Первобытный брак», в котором также обсуждается и доказывается существование исторических этапов – переходов от родства по материнской линии к родству по отцовской линии [Голод С. И., 1998].

В 1877 г. вышла книга Льюиса Генри Моргана «Древнее общество», основная концепция которой изложена Ф. Энгельсом в работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884 г.).

Исторические этапы эволюции брака, семьи таковы (по Моргану):

Промискуитет – беспорядочные половые связи первобытных мужчин и женщин (40 – 50 тыс. лет назад). В половые отношения могли вступать любые родственники. Осознание людьми вредных биологических последствий кровно-родственного скрещивания ведет к возникновению запретов (табу).

^ Кровно-родственная семья – основана на групповом браке между братьями и сестрами двух родов (родными и сродными, т. е. двоюродными и троюродными). Брачные партнеры разделены по поколениям. Постепенно и на этом уровне осознается низкая жизнеспособность потомства, рожденного в результате кровосмесительных связей. Ужесточение запретов на кровосмешение.

^ Cемья пуналуа – основана на групповом браке нескольких сестер, родных и сродных, с мужьями каждой из них, или групповом браке нескольких братьев с женами каждого из них. Причем эти их общие мужья или жены не обязательно родственники по отношению друг к другу. Стадо пре­вращается в род, собственность коллективная. Рамки пуналуального брака суживаются ради более жизнеспособного потомства. При групповом браке происхождение может быть установлено только по материнской линии.

^ Парная семья – образование постоянных пар на более или менее продолжительный срок, но без исключения сожительства, т. е. один мужчина мог быть связан не с одной, а с несколькими женщинами одновременно. И женщина могла иметь несколько мужей. Возникновение индивидуального брака, дарообмена как символа заинтересованности в постоянной связи (традиция обмена обручальными кольцами). Переход от коллективной к частной собственности.

Моногамная семья – пожизненное единобрачие отдельных пар с исключением сожительства. Происхождение, наследование устанавливается по отцовской линии. Это служит базисом раздвоения морали на мужскую и женскую, устанавливаются двойственные (гендерные) социально-куль­тур­ные нормы и стереотипы, неравенство мужчин и женщин.

В «Происхождение семьи, частной собственности и государства» критически изложена Ф. Энгельсом (вслед за Льюисом Генри Морганом) история возникновения социального феномена моногамного брака (союз одного мужчины с одной женщиной) как практически единственной формы биологического выживания популяции людей. Идеи историчности института брака, относительной автономности демографической сферы высказаны Ф. Энгельсом в тезисе о том, что воспроизводство как базис общества включает в себя воспроизводство средств для жизни и воспроизводство самой жизни. Социальные институты семьи и брака представляют собой совокупность норм, ролей, статусов, направленных на удовлетворение потребностей общества в воспроизводстве жизни. Вообще, работы Ф. Эн­гель­са дают основу для понимания сущности взаимосвязи состояния демографической сферы общества и функционирования институтов брака и семьи.

^ Воспроизводство населения – процесс непрерывного возобновления поколений людей. В демографии этот процесс рассматривается не как отдельные случаи рождения и смерти, а как множество соответствующих событий, происходящих в больших совокупностях людей. В последние десятилетия в определение воспроизводства населения включается не только физическое воспроизводство поколений людей, но и воспроизводство демографических отношений, социально детерминирующих возобновление поколений (см., напр.: [Вишневский А. Г., 1981]).

^ Демографическое поведение* – система взаимосвязанных действий или поступков человека, направленных на изменение или сохранение его социально-демографического статуса.

^ Брачное (матримониальное) и репродуктивное поведение – виды демографического поведения.

Под брачным поведением понимаются поступки людей в связи с заключением и прекращением браков. В демографии брачное поведение рассматривается в основном с точки зрения его влияние на рождаемость, т. к. большинство рождений осуществляется в браке, известны основные закономерности этого влияния.

Демографически значимыми аспектами брачного поведения являются:

      возраст вступления в первый брак и последующие браки,

      возраст расторжения первого и последующих браков,

      очередность брака,

      очередность развода,

      продолжительность безбрачного периода: до вступления в брак и между браками.

Социологическими феноменами брачного поведения являются:

      идеальные представления о партнере,

      выбор партнера, мотивация,

      способы, сроки ухаживания,

      оглашение, легитимизация отношений: формальное или неформальное (но санкционированное) обручение, заключение союза,

      удовлетворенность – неудовлетворенность супружеством,

      устойчивость – неустойчивость союза,

      распад союза, прекращение супружеских отношений.

^ Сожительство (cohabitation) – официально незарегистрированный долговременный (не менее 2 лет) супружеский и хозяйственно-бытовой союз мужчины и женщины. В том случае, если в сожительстве рождается ребенок (дети), правильнее назвать его неофициальным браком, бракоподобным союзом*.

^ Репродуктивное поведение – этим термином обозначается поведение в связи с рождением ребенка или отказом от рождения (в браке или вне брака). Этот термин заимствован из биологии. Иногда такое поведение обозначается термином генеративное или прокреативное поведение.

Важнейшие демографические характеристики репродуктивного поведения:

      общие, специальные коэффициенты рождаемости,

      число детей в семье,

      сроки их рождения (протогенетический, интергенетический интервал),

      возраст матери,

      брачное состояние матери при рождении ребенка той или иной очередности.

Социологические феномены:

      потребность в детях (идеальное, желаемое, ожидаемое число детей),

      потребность в родительстве – материнстве, отцовстве,

      внутрисемейное планирование числа детей (контрацептивное поведение),

      социально-экономическая обусловленность реализации идеальных представлений (например, «обратная связь» между благосостоянием и числом детей на ранних этапах демографического перехода).

В некоторых работах в генеративное поведение (кроме деторождения) включается:

      уход за детьми,

      воспитание, обучение детей,

      приобретение взрослыми индивидами новых социальных и психологических свойств.

^ Внебрачное рождение – рождение ребенка женщиной, не состоящей в этот момент в зарегистрированном (юридическом) браке.

Витальное (самосохранительное) поведение – термин обозначает поведение, направленное на сознательное или неосознанное сохранение здоровья и жизни или, наоборот, на их разрушение. Исследования данного вида демографического поведения пока не получили развития, хотя эти виды поведения изучаются при анализе факторов смертности и актуальны для анализа процессов воспроизводства населения.
^ § 3. Дилемма специализации наук: социология семьи и демография
Вопрос о соотношении двух отраслей знаний – социологии семьи и демографии впервые рассматривается К. Девисом, и весьма основательно, в статье «Социология демографического поведения» [Девис К., 1965]. Он пишет, что в отличие от других отраслей социологии, изучающих социальную стратификацию, трудовые отношения или, например, систему образования, демография как общественная наука занимает обособленное положение. Это, по его мнению, связано с тем, что демография не выделилась из социологии как отрасль, не сформировалась в специальную дисциплину внутри общей социологии по мере своего развития. Наоборот, демография старше социологии и своими корнями, как самостоятельная дисциплина, восходит к политэкономии, статистике, медицине и биологии. И только со временем она стала «смыкаться» с социологией. Но и там, где между этими двумя науками установилась наиболее тесная связь – в США, Англии, Польше, – наука о населении остается одной из самых независимых из общественных наук.

Применение обширных статистических данных, формальных и корректных демографических показателей позволяет исследователям получить адекватные представления о процессах, происходящих в демографической сфере общества – воспроизводстве населения. Специализация на воспроизводственном процессе в целом – «рождаемость + смертность + миграция + возрастная структура» – становится плодотворной на уровне теоретических обобщений в контексте глобальных процессов, но, к сожалению, не дает возможности полноценного объяснения многих аспектов демографического, по существу семейного, поведения людей в том или ином обществе, в конкретных социально-экономических условиях.

Если же специализация происходит попредметно, т. е. изучаются проблемы рождаемости, проблемы смертности, проблемы миграции и т. д., то исследовательский поиск сочетается с интересом к соответствующим отраслям социологии. Например, изучение миграции становится более плодотворным в сочетании с исследованием урбанизации, отношений мигрантов с коренным населением, состоянием рынков труда.

К. Дэвис приводит следующие направления исследований, в которых, по его мнению, успешно сочетаются демографический и социологический подходы [Дэвис К., 1965]:

1) изучение рождаемости во взаимосвязи с социологическими исследованиями установок, мотивации, намерений в зависимости от условий жизни и работы женщины (1960 – 1970 гг.). В рамках этого направления можно выделить:

  исследования мотивации вступления в брак,

  изучение причин и факторов, влияющих на решение о разводе,

  изучение мнений о числе детей (о величине семьи);

2) изменения в демографической сфере общества в зависимости от состояния социальных институтов брака, семьи, экономических и социальных трансформаций (например, в России в 1990-е гг.);

3) ситуации на рынке труда – соотношение контингента рабочей силы с половозрастным составом населения и экономическими институтами общества;

4) семья с точки зрения демографии.

Эти направления имеют общие черты: во-первых, они содержат сравнительный анализ различных обществ – в историческом плане, на современном этапе или же то и другое. Во-вторых, в них анализируются двусторонние отношения – между демографическими процессами и социальной структурой. В-третьих, основным методологическим приемом является изучение мотивации и установок, но используются и демографические методы как один из важнейших составных частей научного анализа (см., напр.: [Антонов А. И., 1980]).

С точки зрения социолого-демографического направления исследований перспективными являются темы, сочетающие изучение социальной структуры, мнений, установок, предпочтений людей с корректным демографическим анализом .

Примеры менее перспективных направлений социолого-демогра­фи­чес­ких исследований:

а) изучение и анализ «качества населения» – интерес к данной теме падал по мере ослабления концепции биологического детерминизма, достижений в области генетики, сделавших этот предмет недоступным для неспециалистов, а также из-за националистических выводов некоторых сторонников евгенических концепций. В последнее время появились работы, доклады, в которых анализируются индексы человеческого развития – ИЧР, которые вычисляются по специальным формулам, учитывающим долголетие, образованность, благосостояние (см., напр.: [Саградов А., 2000]);

б) тема смертности – в этом направлении изучаются скорее вопросы заболеваемости и социально-медицинской профилактики, но не витального поведения, т. е. мотивации и отрицательного отношения;

в) прогнозирование численности и состава населения – технические расчеты, не оправдавшие, по мнению К. Дэвиса  [1965], доверия предсказания будущих событий, не содержащие «заказа» на социологические объяснения.

Таким образом, плодотворность исследования процессов в сфере воспроизводства населения, семейной жизни, населении зависит не только от того, насколько грамотно социолог использует демографическую информацию, но и от того, насколько результативно сочетается социологическая методология и методика с демографическим анализом. Одним из таких направлений является интерес демографа – исследователя рождаемости и брачности – к социологии семьи, к гендерным исследованиям, и наоборот: социологу, исследующему проблемы семьи, необходимо уделять внимание динамике рядов статистических показателей рождаемости, брачности, разводимости.

Для научного анализа в этом направлении существует целый ряд документальных источников информации: данные переписей населения, текущей статистики населения, специальных обследований, проводимых статистическими службами на уровне государства, отдельных регионов. В них содержится обширный материал о создании, формировании и распаде семьи, о брачном состоянии людей, составе семьи, репродуктивной функции, воспроизводстве населения, типах домашних хозяйств. От анализа статистических материалов в демографических целях всего один шаг до социологического изучения семьи как социального, культурного феномена, о чем свидетельствуют работы известных демографов Э. Васильевой «Семья и её функции» (1975), А. Волкова «Семья как объект демографии» (1986), социологов Н. Римашевской, Д. Ванной и др. «Окно в русскую частную жизнь. Супружеские пары в 1996 г.» (1999), «Семья на пороге третьего тысячелетия» – совместное российско-американское исследование семьи.

Насколько можно судить по литературе, в настоящее время взаимодействие социологии и демографии в деле изучения семьи всё более усиливается, и результаты таких исследований подтверждают целесообразность этого симбиоза. И, по-видимому, интерес к этой теме будет возрастать. Однако К. Дэвис в связи с этим указывает на следующую проблему: располагая большим объемом статистических фактов, исследователь-социолог стремится «объяснить» их динамику. Но, не зная закономерностей демографических процессов, не имея навыка специального анализа и не располагая другими данными, имеющими непосредственное отношение к существу дела, наспех придумывает какую-нибудь «временную» теорию и переходит к подробному изложению следующей подборки выбранных им статистических данных.

В качестве наглядного примера подобного теоретизирования можно привести «закон семейного взаимодействия» Г. Киркпатрика, согласно которому число членов семьи увеличивается в простой арифметической прогрессии, в то время как число личных связей – в геометрической прогрессии. Этот «закон» позже использовался в качестве аргумента предпочтительности малых семей в современном динамичном обществе [Kirkpatrick G., 1963]. Другим примером может служить довольно распространенный штамп, встречающийся как в публицистике, так и в научной литературе: якобы, о деградации семьи свидетельствуют высокие проценты (50, 60 и даже 80 и 90 %*) разводимости по данным ежегодной статистики. Однако эти проценты характеризуют лишь соотношение чисел заключенных браков и зарегистрированных разводов в одном и том же календарном году, что вовсе не отражает действительную частоту разводов среди всех брачных союзов. Реальную же интенсивность разводимости как социального процесса корректно измерять соотношением числа разводов с общим числом брачных пар. Этот показатель составляет 1,5 – 3 % даже в таких странах, как США, Франция, Россия, где уровень разводимости наиболее высок.

Формулирование подобных «закономерностей» происходит потому, что теорию семьи  часто  разрабатывают  социологи,  философы,  историки, антропологи, этнографы, не имеющие представления о том, какие
материалы могла бы предоставить в их распоряжение статистика, демография.

Особенно полезна демография в области, которую можно назвать
макросоциологией семьи, т. е. для сравнительного исследования семейной структуры населения, анализа семейных изменений и соотнесения семьи с обществом, социумом. Причем демография оказывается полезной не только в эмпирической сфере, но и в теоретической – ведь выявление закономерностей, объяснение изменений в режимах воспроизводства населения, в составе населения одновременно является в известной степени и объяснением изменений внутри семьи в связи с одной из её важнейших функций – рождением и воспитанием детей. И этот аспект семейной жизни является главной потребностью общества, придающей браку и семье институциональный характер. Так что состояние демографической сферы общества (демографическая ситуация) составляет тот базис, который «запускает» социальные механизмы регулирования сексуального, брачного, семейного поведения людей.
^ § 4. Динамика численности мирового населения
(история и современность)
История человечества на Земле насчитывает около 35 – 40 тыс. лет. За это время численность людей выросла от нескольких сот тысяч до 6 млрд человек. Причем рост этот можно представить (если говорить о человечестве в целом) в виде крутой экспоненты. Данные об этом росте содержатся в табл. 1. (Здесь и далее в § 4 данные приводятся по: Акимов А. На пороге седьмого миллиарда // Население и общество: Информ. бюл. № 39. 1999).

Таблица 1

Динамика численности населения мира за 10 тыс. лет

Год

Млн чел.

8 000 до н. э.

5

0 н. эры

300

1200

450

1650

500

1750

795

1850

1265

1900

1656

1950

2516

1999

6000

По расчетам ООН, в конце 1999 г. на Земле родился шестимиллиардный житель. На фоне исторической динамики населения мира его прирост во второй половине ХХ в. выглядит беспрецедентным. К 2050 г. численность населения Земли приблизится к 9 млрд. (прогноз ООН) 1998 г.

Рост населения мира продолжает замедляться. Прогнозы ООН 1996 г. по снижению годового прироста не оправдались. Замедление связано, как утверждается в документах ООН, с успешной пропагандой противозачаточных средств и прогрессом в области планирования семьи в тех странах, где совсем недавно рост численности населения был очень высок.

начиная со второго миллиарда

Миллиарды

Число лет

Годы

2-й

3-й

4-й

5-й

6-й

7-й

8-й

9-й

124

34

15

12

13

14

16

25

1801 – 1925

1925 – 1959

1959 – 1974

1974 – 1986

1986 – 1999

1999 – 2013*

2013 – 2029*

2129 – 2054*

Сост. по: Акимов А. На пороге седьмого миллиарда… // Там же.

*Вариант прогноза ООН, разработанный в 1998 г.

Главной особенностью демографических процессов в мире все еще остается сохранение двух очень разных типов населения – населения развитых и развивающихся (по классификации ООН) стран. Более трети прироста приходится всего лишь на две страны – Индию и Китай, еще на 8 стран приходится 25 % мирового прироста (Пакистан, Индонезия, Нигерия, США, Бразилия, Бангладеш, Мексика, Филиппины).

Численность же населения европейских стран в целом фактически снижается уже с 1996 г. Низкий и даже отрицательный естественный прирост не представляют собой ничего необычного в конце XX в. Об этом говорит, в частности, опыт многих европейских стран: даже в тех из них, где естественный прирост сохраняется, он невелик и, как правило, уменьшается. В некоторых западноевропейских странах: Дании, Бельгии, Германии (ФРГ, а потом и ГДР), Венгрии абсолютная убыль населения фиксировалась с середины 70-х годов. В 2000 г. отрицательным сальдо естественного прироста характеризовалось население следующих стран: Швеции, Эстонии, Латвии, Литвы, Беларусии, Болгарии, Чехии, Венгрии, Румынии, России, Украины, Хорватии, Италии, Словении*.

Доля населения Европы сегодня составляет 12 % от всего мирового населения, тогда как в 1950 г. в Европе жило 22 % мирового населения. Цифры, характеризующие эти стороны жизни стран и континентов, нужно интерпретировать с большой осторожностью, поскольку в масштабах планеты связь между демографическим весом страны, а тем более континента, и экономическим и политическим весом весьма расплывчата. Например, в США проживает лишь 5 % мирового населения.

Тенденции снижения численности населения в европейских странах сопровождаются процессом демографического постарения. Если в 1950 г. доля населения в возрасте старше 60 лет составляла 12 %, то в начале 2000 г. она оценивалась уже в 20 %, причем, в Швеции, например, эта доля была равна 25 % уже в 1985 г., но сейчас снизилась в результате роста рождаемости в этой стране. Доля пожилого (старше 65 лет) населения в странах c высокой рождаемостью (Инд