Реферат: Когда-то газета "завтра" с горечью писала о гражданской войне в Таджикистане. Но настало время написать о радостном событии в жизни таджикского народа

М. Струкова

 

СВЕТ С ВОСТОКА

Год арийской цивилизации

 

КОГДА-ТО ГАЗЕТА "ЗАВТРА" С ГОРЕЧЬЮ ПИСАЛА о гражданской войне в Таджикистане. Но настало время написать о радостном событии в жизни таджикского народа. 2006 год объявлен президентом Таджикистана Эмомали Рахмоновым Годом арийской цивилизации, и в данное время ведется подготовка к мероприятиям, чествующим Ариану, цивилизацию, возникшую на землях сегодняшних Таджикистана, Ирана и Афганистана много тысячелетий назад. Мне кажется, это событие станет значимым не только для Таджикистана, но и для всех братских народов Европы и Азии. Велик арийский мир, хотя и раздробленный, разобщенный религиями и стараниями врагов. Талыши, осетины, курды, таджики, Иран, ряд племен Индии, Афганистана, Пакистана. Все это арийцы Востока. Братья европейцев.

Понятие арийского трактуется по-разному — некоторые современные ученые говорят, что арийцами могут называться лишь индийцы и фарсоязычные народы, хотя и не отрицают, что и эти народы и европейцы — потомки племен нордической расы. Другие считают, что арийцы, это, во-первых, европейцы. Но одного не отнять у нас противоречащим друг другу ученым мужам — того, что у нас, тех, кто называет себя ариями, — общие предки, и наши общие пращуры взывают к нам памятью крови о нашем забытом единстве.

Начало истории Таджикистана восходит к незапамятным временам расселения племен северной нордической расы из общей Родины нашей — Гипербореи, ныне покоящейся под снегами Антарктиды.

Несколько тысяч лет назад, отступая от ледников, надвигающихся на Европу, племена нордической расы стали мигрировать на Восток. Когда ледники стали таять и отступать с земель Европы, кто-то из ариев направился туда, кто-то остался на новой родине. Часть территории своего расселения в Азии назвали Арианой. Позже там возникло Персидское царство (Иран), в которое входили Бактрия и Согд (сегодня Таджикистан).

 

"Археологические раскопки здесь датируются, по меньшей мере, 3000 годом до н.э. Современный таджикский (фарси) язык — это язык, на котором также разговаривают в Иране и Афганистане. Бактрия и Согд дали мировой цивилизации первую энциклопедию древности — книгу "Авеста" и первого пророка — сторонника единобожия Заратуштру. Великолепные дворцы в городах Бухара и Самарканд являются плодом таджикской культуры. Таджики внесли заметный вклад в фарсиязычную литературу и науку. Достаточно сказать, что целых пять столетий "Канон врачебной науки" гения таджикского народа Ибн-Сино (Авиценны) был настольной книгой медиков Европы. В IX-X веках династия Саманидов сыграла решающую роль в централизации государственной власти. Завершился долговременный процесс формирования таджиков в единую нацию, в котором основную роль сыграли таджикоязычные народности и их территориальные образования. В эпоху Саманидов были созданы условия для появления целой плеяды творческих личностей, среди которых Мухаммад ал-Хорезми, Абу-Наср ал-Фараби, Закария ал-Рази, Абу Али ибн-Сино (Авиценна), Абу Рейхан ал-Бируни, классики мировой художественной словесности Абу Абдуллах Рудаки и Абдулкосим Фирдоуси"(И.Г.Тахиров).

 

ВСЮДУ, КУДА ПРИХОДИЛИ АРИИ, они несли свет просвещения диким туземным племенам, отстаивали достижения науки и культуры. Ричард Фрай, профессор, доктор исторических наук (Великобритания):

 

"отличительной чертой самосознания этих племен было представление о своем особом происхождении и принципиальном отличии от народов, на земли которых они пришли…Древнегреческие авторы знали, что персы и мидийцы были ариями, о чем и упоминали в своих сочинениях".

 

Ариям свойственно понятие о своей особой миссии учительства в отношении остального человечества. В символике ариев одно из главных месте занимало изображение солнца, как вечного возрождения жизни, в миропонимании ариев — стремление к истине, знаниям и духовному совершенствованию.

Часть ариев оказалась на Кавказе и смешалась с местными представителями коренной, кавкасионской, подрасы. Антропологический арийский тип там, по-моему, наиболее сохранили осетины. (Те самые аланы, роксоланы, настолько близкие славянам, что и жителей Украины в средние века также именовали роксоланами, а Богдан Хмельницкий как-то назвал себя предводителем роксоланов).

В своей книге "Таджики в зеркале истории: от арийцев до Саманидов" президент Таджикистана Эмомали Рахмонов пишет о тех испытаниях, с которыми сталкивались таджики и иранцы, бывшие тогда единым народом:

 

"Во времена арабского ига завоеватели приложили немало усилий, чтобы уничтожить язык покоренного народа. Были сожжены авестийские рукописи, книгохранилища, храмы. В городах и селах предавали казни таджикских ученых и литераторов, силой меча вытесняли религию наших предков и насаждали свою. В каждом доме присутствовал арабский надзиратель, следивший за неукоснительным соблюдением всех предписаний завоевателей. Так обращались в прах ценнейшие памятники письменности, тысячи просвещенных людей стали жертвой репрессий или покинули свою Родину и были вынуждены скитаться на чужбине. История свидетельствует, что уничтожение культуры цивилизованных народов на корню, в особенности их языка, свойственно всем поработителям. Именно таким способом завоеватели добивались своих низменных целей. После длительной и героической борьбы за свою независимость и неприкосновенность земли отцов, в период правления династии Саманидов (X век) утвердилась таджикская государственность, что в свою очередь создало предпосылки для возрождения языка и древней культуры таджиков. Сегодня не только таджики, но и весь персоязычный мир, все прогрессивное человечество гордится именами родоначальника персидско-таджикской литературы устода Рудаки, ученых — Авиценны, Фирдоуси, мудрого визиря Балъами, десятков других представителей этой славной плеяды, своими творениями создавших животворный духовный источник, который и сейчас, спустя века, питает умы и души людей. Золотыми буквами вписаны в летопись человечества имена Саади, Гафиза, Джалолиддина Балхи, Носира Хисрава и многих других. Трудно представить такие науки, как астрономия, математика, естествознание, философия, без величайших открытий и достижений Омара Хайяма, Ал-Беруни, Ал-Хоразми, Имома Тирмизи, Закария Рози, Фороби и других. Имена этих славных сынов таджикского народа стоят в одном ряду с другими гениями человечества. Тюрки в XI веке, стремясь покорить таджикское государство, тем не менее, полностью переняли у таджиков принципы государственного управления, традиции, этикет, оставался государственным и таджикский язык. Государственное устройство в Центральной Азии унаследовало в основном принципы управления государства Саманидов. Говоря словами известного востоковеда Германа Вамбери, таджики и после завоевания их кочевниками продолжали играть роль цивилизаторов по отношению к своим покорителям. Чингисхан приказал своим воинам убивать всех таджиков до единого, будь то немощный старик или безобидное дитя. Таджикский народ, который выстоял даже перед столь жестоким натиском, должен всегда помнить об этих страницах своей истории.

В 1924 году в Центральной Азии образовался ряд государств: Узбекская ССР, Туркменская ССР и Таджикская Автономная Советская Социалистическая Республика в составе Узбекской ССР. Вопреки всем препятствиям, которые чинили недоброжелатели, всякого рода националисты, в 1929 году на политической карте мира появилась Таджикская Советская Социалистическая Республика. В большой мере это важное политическое событие произошло вследствие роста национального самосознания и патриотических чувств передовой части таджикской интеллигенции".

 

Создание Таджикской республики при Советской власти Эмомали Рахмонов справедливо отмечает как важный шаг в становлении таджикской государственности:

 

"Что и говорить, накануне революции политическое и социальное положение нашего народа достигло критической черты. Под натиском могущественных внешних и внутренних сил таджикский народ, по утверждению одного из русских ученых, не жил, а прозябал. Принижалась историческая и социальная роль таджикского народа. Таджикский язык вытесняли из органов государственной власти, он терял свою былую мощь и славу. У носителей этого древнего языка и культуры опускались руки, они теряли духовную опору. В этом историческом контексте велика роль Октябрьской революции, давшая вторую молодость угнетенному народу. Таджики после тысячи лет со времени распада империи Саманидов вновь обрели свою государственность, обозначенную на политической карте мира. Революция наделила Таджикистан территорией и освободила от гнета, у людей появился простор для деятельности и творчества. В республике стали расти города и поселки, развиваться народное образование, культура и здравоохранение. С помощью ученых из братских республик, прежде всего России, таджикская наука достигла уникальных результатов в самых различных сферах. Особенно следует отметить, что в этот период обрел новую силу таджикский язык, и при помощи писателей, ученых, просветителей стал развиваться и совершенствоваться. Окрепло чувство национального достоинства таджикского народа. Наряду с другими республиками Таджикистан превратился в развитый и цветущий край".

 

В древности Россия подвергалась агрессии тех же завоевателей, что и арии Востока. Чингисхан и его потомки вели орды монголо-татар против наших государств. В 14 веке часть племен центральной Монголии стали называть себя узбеками, возможно, потому что считали себя приверженцами хана Узбека, под властью которого оказались и земли сегодняшних Ирана и Таджикистана, они стали расселяться на захваченной территории, теперь там расположен Узбекистан. Тогда Русь также страдала под игом ордынцев и наши князья получали ярлыки на княжение от Узбека.

Сейчас общественно-политическое положение России и Таджикистана и их проблемы также имеют разительное сходство, в чем можно убедиться, заглянув на интернет-форумы, где общается таджикская молодежь. Не считая вопроса жизненного уровня, характерного для всех постсоветских государств, обсуждают ряд тем, ярко говорящих о пробуждении национального и расового сознания. Обсуждают наступление пантюркизма, к которому отношение резко отрицательное, нашествие китайских переселенцев, скупающих таджикскую землю, территориальные претензии к Узбекистану… Думаю, в Таджикистане, где все более концентрируется внимание на арийском прошлом, для радикального ислама будущего нет. "Арии всех стран, объединяйтесь! Пишите мне, славяне, таджики, осетины, украинцы" — брошен клич по форумам арийских народов одним из таджикских студентов. Его единомышленники с горечью отмечают, что родной язык переполнен арабскими словами, что политика государства недостаточно национальна, что молодежная культура Таджикистана тяготеет к культуре Запада, которая сегодня отдана на откуп США — инструменту "нового мирового порядка", губительная роль которого осознается интеллектуальной частью таджикской молодежи.

Оппоненты Рахмонова считают, что празднование Года арийской цивилизации необходимо ему для привлечения симпатий электората. Но в любом случае это и смелый шаг — апеллировать к арийскому прошлому в мире, где слово "арийский" вызывает недоброжелательные настроения у врагов всего честного, достойного, смелого. Давайте встретим это событие с радостью. Пусть оно послужит примером того, как надо помнить древнюю историю своего народа.

Если думаете, что инициатива таджикского президента была встречена с радостью либеральной интеллигенцией, ошибаетесь. Уже в 2003 году в сентябре, через несколько дней после Указа Рахмонова, были опубликованы на сайте ЦентрАзия аж две статьи некоего историка А.Гершензона. Для начала он осторожно замечает, что чтить историю пращуров достойно, но…И тут начинается вязь рассуждений о том, что есть таджикские арии (которые по Гершензону все-таки близки европейцам), но тут же выражается сомнение в том, что в них осталась арийская кровь — дескать, с узбеками смешивались, под арабами и монголами были. Долго рассуждает Гершензон на эту тему, стараясь убедить читателей, что нет чистых ариев в Таджикистане, а есть некая каша из племен. Так что человеку наивному после прочтения данного материала может показаться, что Год арийской цивилизации праздновать в этом расовом котле смешно и бессмысленно, едва ли не самозванство.

Затем Гершензон переходит к традиционным для представителей "либеральной" национальности рассуждениям на тему холокоста и прочим "страшилкам":

 

"Идеи возрождения "подлинной" арийской культуры …вдохновляли Вагнера, Ницше (к концу жизни душевнобольного)…и вылилось в параноидальный антисемитизм", "Крушение третьего рейха…должно было бы завершить извращенное "арийское мифотворчество". "Центральная Азия оказалась не обойденной историей и становится свидетелем знаменательного сдвига в националистической теории одного из государств, вдохновленного "арийскими идеями". Мы слышим, например, предостережения, обращенные к отдельной нации, о том, что кто-то простирает руки к ее арийскому культурному наследию, и настойчивые призывы к интеллигенции защитить ее духовные достижения от посягательств неких внешних сил, наделяемых фантастической способностью тотального разрушения накопленных на протяжении веков духовно-нравственных ценностей "народов арийского происхождения". "Что на самом деле кроется в многозначительных словах о "древней культуре народов арийского происхождения" и "особой ответственности ее "преемников" перед будущими поколениями?".

 

Дальше — хлеще. Гершензон доходит аж до воспоминаний о германском Аненербе: "Не хотелось бы думать о возможности создания такого "оазиса" в Центральной Азии". А ведь Рахмонов просто констатировал необходимость справедливо ответить на вопрос:

 

"Имеют ли различные тюркские народности и племена, спустя тысячелетия ставшие хозяевами территорий бывших древних Бактрии, Согда и Хорезма и сегодня с трибун своих национальных государств притязающие на историческое и культурное наследие арийцев, какую-либо общность с арийскими народностями этих краев?".

 

Вот и статья Хамдама Садыкова, видимо, такого же поборника "общечеловеческих ценностей", как Гершензон. Он советует, цитируя ученого-таджика, думать о "среднеазиатской, восточной, мировой" науке. "..а не "расовой", как глаголствует уважаемый господин Э. Рахмонов!" (нет слова "глаголствует" в русском языке, защитник науки, господин Садыков). И разве внимание к своей нации и расе мешает человеку объективно относиться к мировой культуре? Ведь и сами мировая культура и наука состоят из национальных составляющих. (Кстати, и наука бывает разной. Есть современная генетика, пытающаяся манипулировать основой жизни — генами, есть наука, всю историю человечества основывающая на бреднях Ветхого Завета, когда всякие раскопки на территории Израиля консервируются, едва лишь археологи обнаруживают, что здесь прошли арии... Всего этого наука, основанная на национальной нравственности, не позволила бы себе, но позволяет себе наука, опирающаяся на общечеловеческие" ценности. Так что наука — науке рознь). Странным кажется Садыкову заявление лидера Таджикистана. Он приводит в пример Рахмонову президентов Узбекистана, Казахстана, Киргизии, "которые действуют, исходя из невозможности реализовать принцип этнонационального самоопределения". Леонид Левитин, профессор, в прошлом советник Аскара Акаева, в своей книге "Узбекистан. Время перемен" замечает, что таджикская нация и узбекская были в принципе искусственно сформированы и разделены при создании Таджикской Социалистической Республики и Узбекской Социалистической Республики:

 

"Принесло ли Москве отделение таджиков от узбеков ожидаемые политические дивиденды? Трудно дать ответ на этот вопрос. И тогда, и сейчас. Однако эта акция создала благоприятные условия для распространения в таджикской среде паниранских идей, вовлечения таджиков в иранское культурное пространство, для самоидентификации советских таджиков с титульным этносом Ирана и соответствующими этническими группами в Афганистане. В связи с этим Москва предприняла энергичные усилия для того, чтобы развить далекий от иранского литературный таджикский язык, сконструировать особую тысячелетнюю историю таджиков, представить их единственным народом, наследовавшим тысячелетнюю историю Трансоксании (Probleme der Nationswerdung der Usbeken und Tadshiken.S. 27-28)".

 

Левитин пишет о том, что таджикский этнос лишен цельности:

 

"Таджикское общество является глубоко клановым (в случае Таджикистана под кланом следует понимать региональные общности или землячества)…Куляб, Ходжент, Гарм и Бадахшан разделены сложным рельефом местности, и их население столетиями проживало автономно друг от друга. Можно сказать, таджикский этнос — это общность субэтносов".

 

Впрочем, все многословные рассуждения Левитина аккуратно подталкивают читателя к одному выводу: таджикское единство сомнительно, но опять же по Левитину можно говорить о предпосылках таджикского единства с узбеками. Странное какое-то единство — внутри нации невозможное, но необходимое с соседями-тюрками. Все равно, что призывать русских к единству с евреями, а русское национальное единство отрицать.

Итак, можно обобщить те идеи, к которым апеллируют оппоненты возрождения национальной и расовой — арийской духовности Таджикистана. Первое: таджики были ариями, но теперь они — общность людей, объединенных лишь территорией проживания, смешанных с арабами, монголами, татарами, и их культурные ценности тюрки могут считать своими (хотя тюрки здесь — потомки завоевателей). Второе: понятие "арийцы" скомпрометировано навеки третьим рейхом и употребление его политиком подозрительно. Третье: нельзя заявлять о арийстве, как о некой расовой, духовной характеристике, это характеристика узколингвистическая… Да, в любой стране не дремлет либеральная интеллигенция, отрабатывающая денежки Запада. Но если либерал говорит: черное, скажи: белое. Думаю, осуждающие инициативу таджикского президента являются врагами национального возрождения любого народа, им нужно стадо, которое строители "нового мирового порядка" погонят туда, куда им угодно…

А работа Эмомали Рахмонова направлена на утверждение гармонии между национальным становлением и истинно демократическими ценностями. Он не впадает в крайности, сдавая свою страну на произвол родства непомнящим, ради снисходительного одобрения "мирового сообщества", но и не впадает в национальный сепаратизм. Таджикская пресса сообщает, что президент Таджикистана Эмомали Рахмонов призвал ученых страны активизировать изучение истории таджикского и других арийских народов. "Мир должен узнать всю правду об арийцах, об их неоценимом вкладе в мировую культуру". Для изучения арийского аспекта таджикской истории в бюджете республики следующего года будет заложена специальная статья расходов, которая позволит финансировать поездки ученых за границу к местам исследований на данную тему. Это, как вспышка света, на фоне современного равнодушия к своему прошлому в мире, вязнущем в болоте глобализма. Лучше поздно, чем никогда!

Известный таджикский ученый, академик Академии Наук Республики Таджикистан Нугмон Негматов (газета "Вароруд") пишет:

 

"Прародина и историческая родина арийцев с единой языково-диалектной системой включает евразийские степи и лесостепи — Тяньшанские, Памиро-Алайские, Гималайские, Гиндикушские, Загросские, Кавказские, Карпатские, Балканские нагорные и подгорные системы и охватывают высокоразвитые древнеевразийские цивилизационные очаги бассейнов Индии и Ганга, Амударьи и Сырдарьи, Днепра, Дуная, Адриатики и Рейна. Население этого Старосветского пояса Евразии со своими индоевропейскими языками и диалектами в новое время распространилось практически по всей нашей планете,…неся с собой языковое и этнокультурное родство английских, германских, романских, французских, испанских, славянских, индийских и иранских языков".

 

…Что значит для меня арийская кровь, как понятие духовное? Имеет ли такое понятие, как арийский менталитет, право на существование? Ведь подразумевается особый комплекс психологических и нравственных характеристик, присущих носителям одной расы. Но разве не заметно то, как культура различных народов отличается друг от друга? Характер каждого народа формировался в зависимости и от исторических условий, и от своих физиологических данных, в свою очередь зависящих от природных условий, в которые народ поставлен. Не принято говорить о том, что ряд ученых сделал вывод — на планете одновременно живут представители человечества на разных ступенях его развития. Смешение их приводит к негативным для развитых наций результатам. Расы, низшие по уровню своего развития, привносили в характеры более развитых народов черты своего миропонимания, деформируя их и делая нашу историю дорогой заблуждений и поражений. Вопрос крови — это и вопрос независимости наших государств.

Но если попытаться разделить привнесенные в наш менталитет чужеродные черты, мы увидим то, что потеряли и то, чем должны стать вновь. Пусть нам помогут в этом древние эпосы и летописи, где, несмотря на уже начавшееся сближение рас, видна арийская душа. Идеалы, отраженные в нашей классической литературе, — благородство, доблесть, верность Родине и чистая любовь — наследие предков. Ариям свойственна воля к справедливой власти, свободе, духовным достижениям, учительству в отношении остального человечества, которое следует вести по ступеням духовного развития.

Сейчас мы должны защитить мир от рабства, которое несет "новый мировой порядок", как раньше укрощали разгул татаро-монгольских орд наши пращуры, не давая превратить всю землю в пастбище для ордынских табунов…

Какова роль религии в отношении расовой идеологии?

Ислам и православие, принятые в прошлом, сыграли роль в разобщении наших народов. Первенство крови или первенство религиозных взглядов? По моему мнению, нужно решить для себя вопрос: кто ты, во-первых — исповедник определенной религии или представитель своей нации? Это не отказ от религии, а понимание того, что религия занимает второе место после твоей национальной принадлежности. И ты скажешь: "Во-первых, я — таджик (или осетин, или русский), во-вторых, я мусульманин или христианин. И для меня на первом месте стоит брат по крови, а на втором — единоверец". Этот вопрос гармонии национальных и религиозных убеждений обойти невозможно. Может быть, я не права, но я не могу считать своим братом выкреста, который сегодня стоит со свечкой в руке, а завтра в роли олигарха эксплуатирует мой народ...

ДАННАЯ СТАТЬЯ, ПРИЗЫВАЮЩАЯ к единству столь разные народы, как арии России и Востока1[1], вряд ли придется по душе моим друзьям национал-патриотам. Есть у них серьезное возражение: таджики везут наркотики в Россию, значит — и отношение к Таджикистану должно быть соответствующим, но говорить о том, что таджики — все наркоторговцы, все равно, что всех русских называть пьяницами, как делают авторы Кавказцентра. Довольно обобщений, надо читать не только брошюры, издаваемые тиражом 999 экземпляров.

Наши беды проистекают от забвения нашего родства, от доверия к врагам, чуждым нам по духу и использующим свойственные нашей расе духовную чистоту и доверчивость в своих целях, заставляя враждовать. Выгоду из этого получает управляемая сионистами Америка, ставшая орудием Израиля. Разделяя нас, Америка устраняет конкурентов, превращая наши государства в свои сырьевые колонии, где вымирающий и развращенный мультикультурой народ не мешает выкачивать Америке и ее приспешникам нефть, вырубать лес, сгружать на наши территории отходы вредных производств. Существует и другая угроза для арийского мира: суверенно от диктата Америки Китай наполняет ордами своих подданных территории российского Дальнего Востока и арийского государства Таджикистан, которые и скупают китайцы. Пространства, осененные светом великих цивилизаций, напоенные кровью наших предков, оборонявших для нас — будущих потомков, эти территории, топчут враги и чужаки. Законная собственность арийского мира становится просто добычей предвестников глобализма, который превратит государства и народы с древней историей и яркой индивидуальной культурой в один электронный концлагерь. Там нам даруют равенство — равенство рабов с вшитыми под кожу компьютерными чипами. Там нам даруют братство — братство работающих на кучку олигархов. Там нам даруют свободу — свободу есть свой убогий паек и предаваться порокам, потому что слабыми и порочными тварями мы будем безопасны для новоявленных хозяев.

Сплотившись сейчас, мы, верные благородной миссии ариев, избавим не только себя, но и все человечество от губительной тоталитарной власти сионизма, "нового мирового порядка", — от электронного концлагеря, где горстка олигархов и политиков будет контролировать каждое наше действие, каждое чувство, что унизительно для любого человека и низводит его до уровня стадного животного.

Я думаю, мы — представители русской прессы, должны больше внимания уделять в своих публикациях арийским народам не только Европы, но и Востока (примером может послужить статья Дениса Тукмакова о народе талышей, подвергаемых дискриминации в Азербайджане, сильные и яркие материалы Кавада Раша по истории курдского народа). Общаясь по интернету с просвещенной таджикской молодежью, я сделала вывод, что тема расового единства для них актуальна и близка без всяких "либеральных" оговорок, так же, как и для русских патриотов.

…Год арийской цивилизации должен стать значительным политическим событием, выходом на новый уровень взаимоотношений братских арийских народов Востока и России. Это и вызов "новому мировому порядку", стирающему грани наций, и пример правительствам других стран, игнорирующим духовные потребности своих граждан. В этом событии, независимо от целей провозгласивших его, есть сакральный смысл.

 

Завтра

29.12.04





^ Стихотворения Марины Струковой
 



^ ПОСЛЕДНИЙ РУССКИЙ

Закат Европы перестал гореть,
Но царству тьмы последний луч мешает.
"Последний русский должен умереть!" -
Всемирное правительство решает.
Они - ублюдки, помесь вер и рас.
Любой - клеймом падения отмечен.
А он - русоволос и синеглаз,
По духу и по крови безупречен.
Он продолжает правду защищать
Один, скитаясь по бродяжьим тропам,
Мешает превосходство ощущать
Подонкам, лизоблюдам и холопам.
И словно Солнце с неба не стереть,
Вождей облавы мысль одна тревожит:
Последний русский должен умереть,
Но вовсе не последний он, быть может!



ДОЛГ


 Дали сузились в клок округи,
Что Отечеством всё ж зову.
Поздно мы порешили, други,
Что не будем сдавать Москву.

 Чужеземцы да иноверцы…
Каганат здесь или орда?..
Но кричит, выгорая, сердце:
 "Лучше поздно, чем никогда!"

Смело, горестно и нелепо,
Сквозь презрительную молву,
Красный флаг поднимаем в небо -
Мы не смеем предать Москву.

Эта истина выше страха,
Эту веру не подкупить.
Размахнулся, так бей с размаха,
Лучше сгинуть, чем отступить.

Пусть серебряная дорога
Пропадает в расстрельном рву…
Воля нации — воля Бога.
Мы должны отстоять Москву.



* * *

Не отрекусь от горечи былого -
Развалин храма, смуты и огня,
И, если Богом снова станет Слово,
То мой народ не обвинит меня.

Не устыжусь за мятежи и войны,
Оправдывать стыдливо не начну
Тех предков, что прожили недостойно,
Но всё-же не оставили страну.

Им - память да могильная ограда,
А мне - их злые, честные слова.
Пускай опять сомнительна награда
За простоту, что хуже воровства.

Я на престол кладу мечи и цепи,
Туда-же, где терновые венцы.
Вина отцов нам неподсудна, дети.
Так неподсудны беженцам бойцы.



 


^ ЗАСАДНЫЙ ПОЛК
     
     Засадный полк, уже пора!
     Подобьем алого ковра лежат поверженных тела,
     от стаи стрел под солнцем мгла.
     Ладонь на рукоять меча
     метнул, проклятие шепча.
     Кровавой злобы пелена
     уже глаза заволокла.
     — Стоять,— рычит вожак,— нельзя!
     Еще чуть-чуть… Молчат друзья.
     Обугленная пустота
     в груди, и цель твоя проста —
     всех вырезать до одного
     врагов народа твоего.
     Мы — полк последнего суда,
     остался миг до слова "Да!"
     Эх, словно сброшена гора…
     — Засадный полк, вперед.
      Ура!



                ***  
    Смотрят пращуры строго
     с неба в нашу толпу.
     Выбирающий Бога
     выбирает судьбу.
     Нас осталось немного.
     Память веры храня,
     выбирай себе Бога,
     что по крови родня.
     Перед кем не остаться
     одному в нищете
     и с врагом не брататься
     в черномазой орде.
     Перед кем не виниться,
     к алтарю не ползти,
     и в тюрьме не томиться —
     быть на воле в чести.
     
     Крыша нашего храма —
     это солнца лучи,
     стены нашего храма —
     это наши мечи,
     песен тайные силы
     и завеса зари,
     наших предков могилы —
     во степи алтари.
     Длится Рода дорога,
     где не место рабу.
     Выбирающий Бога
     выбирает судьбу.



               ***   
     За строкой строку, по черновику,
     слово о полку, слово о полку.
     О тебе и мне, молодой стране,
     о святой войне, будущей весне.
     Волком в бурелом, соколом в зенит
     слово полетит, слово зазвенит.
     Лентой по венку, кровью по виску
     слово о полку, слово о полку.
     Сквозь закон врагов, на призыв богов
     я к тебе прорвусь, Рыцарская Русь.
     Не без пули ствол, не без искры тол,
     не без водки стол, не без песни дол,
     не без цели жизнь, не без солнца высь,
     не без гнева грусть, Рыцарская Русь.
     Не без славы весть, не без права месть.
     Всё равно мы есть, верность наша честь.
     Рыцарская Русь, за тебя я бьюсь,
     светит с черных лат красный Коловрат.
     Искрой по клинку на моем веку
     слово о полку, слово о полку.



МУЗЕЙ
Как много предано и продано,
народ — не тот, страна — не та.
В музее, вдруг под офис отданном,
под вечер стихла суета.
Давно все экспонаты вывезли
на виллу босса-подлеца.
И с ними словно душу вынесли
из онемевшего дворца.
Все стерпят каменные лестницы
по новым правилам игры.
Скользят рекламные прелестницы,
плюет охрана на ковры.
Здесь заключают сделки странные,
как будто в воровском кругу,
и ходят люди безымянные,
и чьи-то клички на слуху.
Звучат слова чужие, дикие,
таится грязная вина…
Но дому помнятся великие
блистательные времена.
Он ждет — откликнется История,
воскреснет в огненной пыли
разграбленная территория
врагом захваченной Земли.



 ***
     Не трогай забытые вещи в вагонах,
     Оружие года — взрывчатка, не нож.
     Все ближе ослепшее время в погонах,
     агония прячется там, где не ждешь.
     Холодной петлей захлестнула дорога,
     на красной воде от дождя пузыри.
     Ни книгу с асфальта, ни сумку с порога,
     ни куклу с травы — ничего не бери.
     А те, кто нашел свое место под солнцем,
     кто по кабинетам сидит до зари —
     не трогай чужую свободу — взорвется!
     В чужую страну сквозь прицел не смотри.
     Все ближе ослепшее время в погонах.
     Теплее… Теплее. Совсем горячо!
     Не трогай забытые вещи в вагонах, —
     не трогай заснувшую Смерть за плечо.


^ НАША СОВЕСТЬ
Видишь? Словно птица мертвая
В грязно-розовой пыли,
Наша совесть, полустертая
Сапогом с лица земли.
Наша совесть безответная,
Вынутая из петли,
Подлецом полуотпетая
За валюту и рубли.
Не мечтать ей больше сказками,
Лишь поминки впереди, -
Там под плачущими масками
Расхохочутся вожди...
За каким же сердцем спрячется,
Что надежнее щита?
С кем опомнится, отплачется,
Встанет с именем Христа?
Вижу! Сквозь огни и оргии,
По изломанному льду
Он идет с копьем Георгия,
Конь крылатый в поводу.

***


В звёздной татуировке ночей
Мир живёт без затей.
Мы боимся красивых речей
И геройских смертей.
Мы боимся правдивых людей -
С ними сложно дружить.
Мы боимся великих идей -
Им опасно служить.
Но бывает из сотни годин
Год мятежный один
Но бывает из сотни один
Cам себе господин.
Это он всё решает за всех,
Все узлы разрубив.
И о нём - всенародный распев
И восторженный миф.
Так не бойся остаться собой,
Не считая виной
Волю к власти над грозной судьбой,
Над державой родной.
Перед идолом нас не склонить
Среди дьявольских слуг.
Только Бог может нас оценить,
Только совесть - наш друг.



^ Когда придут наши...

Над полем боя мерцанье свеч,
То звёзды горят всё краше.
Здесь будет каждому щит и меч,
Когда придут наши.

Усни, накрывшись моим плащом,
И не опасайся кражи.
Здесь будет каждому хлеб и дом,
Когда придут наши.

Пойми изломы речных дорог,
Испей из славянской чаши.
Здесь каждому свет и бог,
Когда придут наши...

Ведь я тебе не скажу в упор:
Стоят по дороге стражи,
И где-то слушают приговор
В тюремных подвалах наши.

Над полем боя мерцанье свеч,
То звёзды горят всё краше.
Здесь будет каждому щит и меч,
Когда придут наши.



***
     Жетон он сорвал и отбросил в траву,
     и вспомнил друзей и родную Москву.
     Пускай его не опознают,
     о смерти вовек не узнают.
     
     Он рос, как и все, слушал панк у пивной,
     его во дворе называли шпаной,
     но время пришло, и основой судьбы
     он выбрал высокую ярость борьбы.
     
     В кольцо озверевшие "чехи" берут,
     не знаете, гады, насколько он крут,
     не быть ему в вашем зиндане —
     контрактнику в черной бандане.
     
     Навстречу взметнулся, гранаты в руках,
     и вспыхнуло солнце над ним в облаках,
     и дрогнули горы от взрыва,
     и сходит лавина с обрыва…
     
     И снова затих раскаленный Кавказ,
     лишь клонятся травы в полуденный час,
     ущелье туманом клубится,
     да ворон к добыче стремится.



 КАЗАЧЬЯ
     
     Здесь края чужие, лживые,
     смерть за каждым валуном.
     Собрались друзья-служивые
     над убитым казаком.
     
     Кто его в разведке выследил,
     не узнать в краю чужом —
     кто из чащи в спину выстрелил,
     кто по горлу вел ножом.
     
     Принимал он смерть суровую,
     повстречал врагов один.
     Верил он в Россию новую,
     крест да меткий карабин.
     
     Свет зари — вином на скатерти.
     Виден дом среди ракит.
     Никогда не скажем матери
     то, что сын ее убит.
     
     Чтоб не плакала потерянно,
     не лила горючих слез,
     скажем — сын сейчас у Терека,
     где стоит казачий пост.
     
     Как лихой боец он славится,
     шлет ей радостную весть,
     там в станице есть красавица,
     там враги в аулах есть.
     
     Сердце горестно сжимается,
     мы утраты не простим.
     Потеряли мы товарища
     и жестоко отомстим.
     
     Где теряли мы товарища,
     и песок от крови ал,
     там цветок огня-пожарища
     над Кавказом расцветал.



***

Взгляд всё грустней и строже,
Всё ненавистней ложь.
Если не Русь, то что же?
Если не мы, то кто ж?
Только давно известно:
Страх превращает в прах.
Если не Русь, то бездна!