Реферат: Бюджет поможет «РусГидро»

Бюджет поможет «РусГидро» Кроме государства, денег на СШГЭС никто не даст

Минэнерго внесло в правительство предложение о выделении в следующем году из госбюджета 14,2 млрд. руб. на ремонт поврежденной аварией Саяно-Шушенской ГЭС и ускорение ввода берегового водосбора. Всего «РусГидро» для восстановления СШГЭС может понадобиться около 40 млрд. руб. и еще 31 млрд. руб., чтобы ввести в строй Богучанскую ГЭС. Схему финансирования этих работ должен утвердить совет директоров компании в среду.

Авария на СШГЭС произошла 17 августа. Погибли 75 человек, было уничтожено три гидроагрегата станции, остальные повреждены. Причины случившегося пока не установлены. Расследование должно завершиться к 15 сентября, и, по словам главы Ростехнадзора Николая Кутьина, стороны «выйдут на согласованное понимание версий произошедшего».

Источником средств на восстановление Саяно-Шушенской ГЭС может стать госбюджет. Соответствующую заявку Минэнерго направило в правительство, сообщил в пятницу заместитель минист­ра энергетики Станислав Светлицкий. Он же возглавил оперативный штаб по восстановлению ГЭС. По его словам, речь идет о выделении в следующем году 9,6 млрд. руб. для СШГЭС и 4,6 млрд. руб. для ускорения строительства берегового водосброса станции рядом с ГЭС, срок ввода которой был перенесен с сентября на июнь 2010 года.

По предварительным данным, расходы «РусГидро» на ремонт предприятия могут составить около 40 млрд. руб., а собственные потери компания оценивает в 16,5 млрд. руб. до 2013 года. Часть денег компания уже нашла. По договору страхования имущества станции «РусГидро» должна получить 200 млн. долл. Также ей удалось занять 20 млрд. руб. у Сбербанка на льготных условиях. И.о. главы «РусГидро» Василий Зубакин отметил, что компания рассчитывает до конца месяца достичь соглашения о выдаче кредитов и с другими банками. Кредиторами могут стать Газпромбанк, Внешэконом­банк и ЕБРР. Ранее «РусГидро» говорила, что готовит новый инвестплан на 2009—2011 годы, допускала проведение небольшой допэмиссии и роста тарифов. Г-н Светлицкий в пятницу заверил, что рост цен будет «не столь критичным, как даже первоначально рассматривалось» и не скажется на общей инфляции в стране.

Заменить вышедшую из строя СШГЭС должна Богучанская. Партнеры по проекту «Русал» и «РусГидро» недавно договорились о форсировании ввода станции. На завершение строительства компаниям надо найти еще 31 млрд. руб. Однако схема финансирования этого проекта пока не известна. Совет директоров «РусГидро» планирует ее рассмотреть в среду.

Учитывая потерю части энергетиче­ской инфраструктуры в сибирском регионе, наиболее оптимальным инструментом будет кредит от банков с госучастием, отмечает эксперт департамента аудита «2К Аудит — Деловые консультации» Оксана Купряшина. Однако брать все 40 млрд. руб. невыгодно — резко возрастет долговая нагрузка компании, поэтому 14 млрд. руб. из госбюджета будет существенным подспорьем в восстановлении СШГЭС.

По сути, «РусГидро», кроме государст­ва, выделять деньги некому, полагает аналитик ИК «Файненшл Бридж» Алексей Серов. На международных рынках получить средства на такие цели вряд ли возможно. По его словам, ремонтные сроки могут быть очень протяженными, поэтому «РусГидро» будет нести значительные убытки. Однако рост тарифов не должен сказаться на инфляции. «При увеличении тарифов происходит переток ресурсов между секторами, соответст­венно, инфляции не происходит», — поясняет г-н Серов.

ГАЛИНА СТАРИНСКАЯ

07.09.2009

http://www.rbcdaily.ru/2009/09/07/tek/429720


«Эксперт» №34 (671)/7 сентября 2009
^ Поезжайте-ка, сани, в светлое будущее сами
Иван Рубанов, специальный корреспондент журнала.


Подготовленная Минэнерго стратегия развития отечественного ТЭКа последовательно ставит сверхоптимистичные цели. Ключевые же проблемы управления энергетикой и технологии «прорыва» в документе не рассматриваются

Правительство на днях одобрило Энергетическую стратегию России на период до 2030 года и в ближайшее время должно утвердить ее законодательно. Значимость двухсотстраничного документа для определения контуров будущей России вряд ли подлежит сомнению. Ведь это один из главных документов долгосрочного планирования. Особую актуальность он принимает в свете сырьевой зависимости нашей экономики и безуспешных пока попыток от нее избавиться.

Документ получился добротным. В нем дается подробное, местами даже исчерпывающее описание нашего светлого энергетического будущего. Претензия к нему, по сути, одна: ключевые параметры стратегии правильные цели хотя и постулируют, однако не дают никаких реальных рецептов их достижения.
^ Три этапа нашего светлого будущего
В соответствии со стратегией российский ТЭК в ближайшие годы должен пройти три этапа развития.

Первый (до 2013–2015 годов) будет сопряжен с преодолением кризисных явлений в экономике и энергетике. Отечественные компании должны наладить полноценное обновление основных фондов и переломить негативные тенденции в геологоразведке, а государство — завершить формирование рыночной и институциональной среды.

На втором этапе (до 2020–2022 годов) ТЭК уступит лидирующие позиции более «продвинутым» отраслям экономики, но будет расти в абсолютных показателях. Третий этап (до 2030 года) будет связан с кардинальным изменением технологий.

К 2030 году по сравнению с 2005−м доля ТЭК в ВВП и доля топливно-энергетических ресурсов в экспорте должна сократиться в 1,7 раза (до 18 и 36% соответственно).

Несмотря на глобальный финансовый кризис, пиковые показатели потребления 2008 года будут превышены по всем статьям (кроме переработки нефти) уже на первом этапе реализации стратегии.

Таблица 1

^ Прогноз потребления энергоресурсов в России до 2030 года

 

2005 г.

2008 г.

1-й этап (до 2013–2014 гг.)

2-й этап (до 2020–2022 гг.)

3-й этап (до 2030 г.)

Нефть (млн. тонн)

208

236

232–239

249–260

275–311

Газ (млрд. куб. м)

443

457

478–519

539–564

605–641

Уголь (млн. тонн у. т.*)

167

174

168–197

198–238

248–302

Всего топлива (млн. тонн у. т.)

949

991

1008–1107

1160–1250

1375–1565

Электроэнергия (млрд. кВт∙ч)

941

1020

1041–1218

1315–1518

1740–2164

*Тонна у. т. (условного топлива) эквивалентна тонне каменного угля, 0,7 тонны нефти или 800 куб. м газа.

Источник: Энергетическая стратегия России на период до 2030 года 


 Объемы переработки нефти возрастут на 35–50%, потребления газа — на 37–45%, твердых топлив — на 50–80%, электричества — в 1,85–2,3 раза. Особенно значительным окажется рост подушевого спроса на моторные топлива — на 23% на первом этапе и на 70% к концу прогнозного периода.





Особенно активный (приблизительно вдвое) рост объемов производства должен наблюдаться в электроэнергетике и в газовом сегменте ТЭКа.




На первом и втором этапах рост добычи энергоносителей и производства электричества будет обгонять внутренний спрос, что приведет к росту суммарного экспорта энергоносителей — по сравнению с 2008 годом на 5 и 12% соответственно. «Мотором» внешней торговли должен оказаться экспорт газа, который за 2008–2030 годы должен вырасти приблизительно в полтора раза; экспорт угля и нефти сохранится примерно на уровне 2008 года.

Таблица 2

^ Источник: Энергетическая стратегия России на период до 2030 года

 

2005 г.

2008 г.

1-й этап (до 2013–2014 гг.)

2-й этап (до 2020–2022 гг.)

3-й этап (до 2030 г.)

Нефть (млн. тонн)

253

243

243–244

240–252

222–248

Газ (млрд. куб. м)

256

241

270–294

332–341

349–368

Уголь (млн. тонн у. т.)

58

70

72–74

74–75

69–74

Электроэнергия, нетто-экспорт (млрд. кВт∙ч)

12

17

18–25

35

45–60

Источник: Энергетическая стратегия России на период до 2030 года


Заявленные параметры количественного роста потребуют резкого роста инвестиционной активности предприятий ТЭКа. По сравнению с рекордным прошлогодним показателем (около 70 млрд. долларов) объем инвестиций во все сегменты должен увеличиться приблизительно в полтора раза — до 110 млрд. долларов ежегодно.
^ Меняем запад на восток
Стратегия фиксирует довольно много тенденций в базовых отраслях ТЭКа, известных и не очень (см. «Всем сестрам по серьгам и аленькому цветочку»). Их анализ позволяет высветить несколько концептуальных идей, которые были заложены авторами при разработке документа.

Предельно четко прорисовывается перенос акцента развития ТЭКа с западного направления на восточное. Отметим некоторые интересные детали этого процесса, которые обнаруживаются в документе. Обозначены параметры роста экспорта углеводородов в страны Азиатско-Тихоокеанского региона — до 26–27%. Смещение центров добычи планируется и в угольной отрасли: доля восточных районов страны должна возрасти с 14% в 2008 году до 24% к концу прогнозного периода. Если в соответствии с прежними стратегическими документами трехлетней давности добычу нефти и газа в регионе к 2030 году планировалось нарастить до 110 млн. тонн и 120 млрд. кубометров соответственно, то в нынешней стратегии фигурируют цифры вдвое меньшие.




И хотя российские чиновники упорно повторяют, что восточный вектор является дополняющим к западному направлению экспорта российских углеводородов, из стратегии следует обратное. Приблизительно 30% экспортных поставок нефти с европейских рынков уйдет на азиатские.

Далее, анализ стратегии показывает, что у руководства крупнейших структур ТЭКа и страны сформировалась однозначная позиция в отношении импорта оборудования, технологий и услуг — необходимость максимального самообеспечения. Упоминаются практически все новинки отрасли, от 3D−сейсморазведки до термоядерного синтеза. Детально расписаны потребности сегментов глубокой переработки углеводородов и их добычи в сложных условиях (комплексы для бурения и добычи углеводородов на арктическом шельфе, технологии GTL, технологии малотоннажного производства синтетических топлив, крупнотоннажного сжижения и т. п.), а также сегмента электрогенерации (детальный перечень типов современных силовых установок, а также технологий атомной отрасли). Если все из перечисленного мы научимся производить сами, то, безусловно, станем ведущей мировой энергетической державой. Однако есть загвоздка. Реализация заявленного описывается лишь в весьма абстрактных терминах. Упоминается, скажем, государственная поддержка импорта технологий с обязательством их последующей локализации. Говорится о стимулирующем налогообложении компаний, разрабатывающих и внедряющих современное оборудование и технологии, и о господдержке научной деятельности. Однако никаких конкретных цифр требуемых инвестиций, налоговых ставок и т. п. не приводится.

Зато авторы стратегии подробно пишут о необходимости развития собственной биржевой торговли энергоносителями и соответствующими деривативами. Постулируются планы довести такую торговлю до 15–20% от общих поставок углеводородов. Среди предлагаемых стимулирующих инструментов — формирование нового маркерного сорта российской нефти REBCO, обязательное проведение через биржу части госзакупок и резервирование под биржевые сделки мощностей транспортных систем.
^ Красиво, но нереально
«Идеология стратегии разумна, ориентиры правильные, цели благие, — говорит президент Фонда национальной энергетической политики Константин Симонов. — Но в ней обходятся все возможные острые углы. Честнее этот документ называть не стратегией, а амбициозным целеполаганием». «Долгосрочное планирование ТЭКу необходимо, хорошо, что власти предпринимают попытки составить стратегию его развития, — отмечает гендиректор East European Gas Analysis Михаил Корчемкин. — Однако странно, что в соответствующем документе присутствует лишь один, крайне оптимистичный сценарий».

Аналитики в один голос говорят о завышенных параметрах добычи и экспорта нефти и газа. Самый неадекватный параметр стратегии — гигантские объемы инвестиций, 2,5 трлн. долларов. «Знают ли об этих планах компании сектора и откуда должны взяться такие деньги?» — восклицает Симонов.

Реальность последних лет делает энергостратегию еще более сюрреалистичной. Текущие темпы освоения новых углеводородных провинций далеко отстают от плановых показателей, вдоль трассы восточносибирского трубопровода до сих пор полноценно не заработало ни одно крупное месторождение. Внутреннее потребление газа даже в период бурного роста экономики вместо прогнозировавшегося увеличения предпочитало не изменяться, а темпы роста потребления электричества оказались в разы меньше прогнозных значений, в результате чего правительству пришлось пойти на кратное сокращение инвестпрограмм энергетиков (см. «Генеральная перезагрузка» в № 12 «Эксперта» за 2009 год). Производственные показатели заявленного локомотива ТЭКа — газовой отрасли — по итогам первого полугодия провалились до худших значений за всю ее новейшую историю. Экспорт упал на 39%, внутреннее потребление — на 6%. «Даже само правительство серьезно скорректировало прогнозы развития энергетики, — сообщает Симонов, — в новом прогнозе Минэкономразвития рассматриваются возможность падения добычи и нефти, и газа до 2012 года».

«По такому ключевому параметру, как энергопотребление, стратегия дает слишком большой разброс возможных значений даже на первый временной этап, — сетует первый заместитель директора Института проблем естественных монополий Булат Нигматулин. — Прогнозная ценность такого сценария близка к нулю, нижняя планка соответствует текущему потреблению, верхняя планка требует активных действий по сооружению станций».

Стратегия испытывает сильный дефицит конкретики. Например, в ней приведены данные, свидетельствующие об огромном потенциале энергосбережения, само это слово в разных местах текста фигурирует 24 раза. Однако никаких целевых ориентиров — кто, за счет чего, в какие сроки и под угрозой каких наказаний должен сэкономить столько-то киловатт электричества или кубометров газа — нет. Как получится — так и насберегаем.

В качестве еще одной проблемы стратегии Булат Нигматулин и Михаил Корчемкин отмечают отсутствие ценовых показателей и расчетов экономической эффективности. «Для АЭС и ГЭС существует надбавка к тарифу в виде инвестиционной составляющей; при строительстве атомных станций еще и государственные средства используются, — развивает мысль Нигматулин. — Отсутствие четких экономических ориентиров по удельной стоимости энергоблоков и их предельной окупаемости создает прекрасные возможности для неэффективного расходования финансов. Например, в стратегии говорится о потенциальной конкурентоспособности атомной энергетики в Томской области. А, АЭС надо строить рядом с Кузбассом, где экономика просто обязывает возводить тепловую станцию, работающую на угле».
^ Слишком тактичная стратегия
«Не анализируется структура собственности, роль частного, не аффилированного с государством капитала и эффективность госкомпаний, — отмечает Константин Симонов. — Все связанные с политикой и стратегическими решениями властей вопросы заметены под ковер, хотя связанные с ними просчеты в основном и определяют проблемы отрасли». Действительно, в тексте стратегии нет ни слова о негативных эффектах доминирования и усиления позиций государства в ТЭКе, проблем его антимонопольного регулирования. Не говорится об огромной долговой нагрузке и дефиците средств у крупнейших госкомпаний. При этом ключевые издержки у аффилированных с государством структур вроде стоимости энергоблоков или удельных расходов на строительство трубопроводов вдвое, а порой и более превышают аналогичные расценки за рубежом (см. «Друг мой — враг мой» в № 50 «Эксперта» за 2008 год и «Одного завода достаточно» в № 16 «Эксперта» за 2009 год). Когда этот материал уже сдавался в номер, «Газпром» опубликовал информацию о сокращении запланированных на 2009 год капитальных вложений на треть — до 15,7 млрд. долларов. Эта сумма вдвое меньше целевых параметров стратегии по газовому сегменту. Зато долгосрочные вложения (читай: средства на покупку новых активов) газовая монополия собирается увеличить до 9 млрд. долларов.

Отдельного упоминания заслуживает позиция документа в отношении энергетических тарифов. Хотя в нем приводятся уже ставшие традиционными формальные высказывания о необходимости «либерализации» и «равноправного доступа» к инфраструктуре, документ, по сути, транслирует сомнительную идеологию компаний-монополистов, уделяя крайне мало внимания тому факту, что в нашей энергоизбыточной стране стоимость энергоносителей уже приближается к показателям энергодефицитных стран. В качестве «либерального» и правильного преподносится стандартный тезис «Газпрома» о необходимости «обеспечения равнодоходности поставок энергоносителей на внутренний рынок и на экспорт» (читай: привязки внутренних цен к стоимости экспортных контрактов монополии). В настоящее время цена природного газа в пересчете на теплотворную способность приблизительно соответствует стоимости угля. Однако в соответствии со стратегией соотношение должно увеличиться вдвое, а на втором и третьем этапах газ должен превзойти в цене твердое топливо в 2,5–2,8 раза.

Стратегия рапортует, что среднеотпускная цена электроэнергии для потребителей должна «ограниченно вырасти» до 9–10 центов за киловатт-час (в ценах 2008 года). «Но эта ценовая планка уже достигнута, и нынешний уровень российских цен идентичен показателям многих энергодефицитных экономик Запада, — отмечает Нигматулин. — Если же учесть паритет покупательной способности (а это справедливо, ведь потребляемое электричество производится исключительно россиянами, для россиян и из российского сырья), наша ориентированная на “инновационное” развитие экономика должна платить за энергию как минимум вдвое меньше».

В общем, новая Энергетическая стратегия напоминают нам не программу лечения больного, пораженного тяжелым недугом, а профессиональную и точную программу реабилитационных процедур на десятилетия вперед, включая диету, прогулки и зарядку пациента. Кто и когда напишет анамнез и эпикриз болезни, пока неизвестно.
^ Всем сестрам по серьгам и аленькому цветочку

В нефтяной промышленности основной объем средств (80%) будет направлен в сегмент добычи и геологоразведки. Обозначено увеличение проектного коэффициента извлечения нефти с 31 до 35–47%. Заявлено увеличение утилизации попутного нефтяного газа до 95%. Акцентировано внимание на диверсификации географической структуры отрасли (см. график 2).

В нефтепереработке предполагаются скромные по меркам всей нефтянки инвестиции (47–50 млрд. долларов с 2009−го по 2030 год). Привычно делается акцент на увеличении глубины переработки. На первом этапе показатель должен достигнуть 78–79%, планируется перейти на выпуск топлива стандартов «Евро-2» и «Евро-3». К концу прогнозного периода глубина переработки увеличится до 89–90%. Перечислены проекты по наращиванию мощностей первичной переработки: расширение Туапсинского НПЗ и «Киришинефтеоргсинтеза» (плюс 12 млн. тонн на каждом), строительство Приморского НПЗ на Дальнем Востоке (мощность 20 млн. тонн) и нефтехимического комплекса в Татарстане (мощность 7 млн. тонн).

Цели в трубопроводном транспорте тоже оказались легко предсказуемыми: львиная доля экспорта нефти будет перенаправлена из транзитных каналов через территорию Украины и Белоруссии во вновь построенные россиянами обходные трубы. Мощность экспортных нефтепроводов на первом этапе планируется увеличить приблизительно на 40%, а к концу третьего этапа — на 70%. Помимо известных всем новых проектов вроде ВСТО фигурируют планы строительства двух нефтепродуктопроводов — «Юг» и Андреевка—Уфа—Субханкулово—Альметьевск—Кстово.

В газовой отрасли почти половина объема инвестиций пойдет на развитие и поддержание транспортной инфраструктуры. Протяженность магистральных газопроводов должна возрасти на 22%. Одним из наиболее капиталоемких проектов станет строительство многониточного газопровода Бованенково—Ухта—Торжок, который связан с другим ключевым обозначенным приоритетом «Газпрома» — освоением месторождений Ямала и ближайшей акватории. Любопытно, что стратегия впервые задает конкретные параметры освоения шельфа, в том числе арктических морей — Баренцева, Карского и Охотского, — который с середины следующего десятилетия должен обеспечить около 30% прироста запасов газа (сейчас этот показатель близок к нулю). Доля сжиженного газа в экспортных поставках должна достигнуть 15% (приблизительно в шесть раз больше текущего уровня).

Развитие угольной промышленности авторы стратегии в первую очередь увязывают с обновлением используемого отраслью оборудования и технологий. Среди приоритетов — повышение качества углей за счет роста их переработки на обогатительных фабриках (с 32 до 70%), внедрение современных способов угледобычи (шахта—лава) и существенный (втрое) рост производительности труда. Еще одно значимое направление — развитие портовой инфраструктуры; экспортные мощности по перевалке горючего ископаемого должны возрасти с нынешних 110 до 175 миллионов тонн.

В отношении электроэнергетики основное внимание авторы стратегии концентрируют на генерирующих мощностях. Акцент делается на трех направлениях работы. Первое — модификация структуры энергобаланса и источников электрогенерации за счет частичного перехода ТЭС от использования газа к использованию угля. Доля газа упадет с 70 до 60%, а доля угля возрастет с 26 до 35%. Развитие угольной генерации будет стимулироваться льготным налогообложением.

Второе — массовая замена традиционных газомазутных паросиловых энергоблоков на парогазовые, а также на высокоэффективные угольные установки, работающие на суперкритических параметрах пара. Переход предлагается стимулировать введением платы за выбросы СО2 и прямыми запретами на использование устаревшего оборудования. Замена установок должна обеспечить достижение следующих ключевых ориентиров: рост КПД угольных энергоблоков с 34 до более 41%, газовых — с 38 до более 53%, снижение удельного расхода топлива с 333 до 270 граммов условного топлива на киловатт-час; двукратное снижение теплопотерь.

В соответствии со стратегией широкое развитие должны получить установки распределенной (маломощной, но близко расположенной к потребителю) генерации, которые к концу прогнозного периода будут покрывать до 15% потребностей в электричестве. Главной задачей для гидроэнергетики объявлено сооружение системообразующих гидроэнергетических комплексов — Нижнеангарского, Южно-Якутского, Витимского и Нижне-Енисейcкого. Особое внимание уделяется развитию атомной энергетики, предполагается более чем двукратное увеличение установленных мощностей станций этого типа, а их доля в энергогенерации должна возрасти с 15,7 до 19.

В развитии сетевого хозяйства стоит отметить планы по возведению высоковольтного меридионального энергомоста между Сибирью, Уралом и европейской частью страны.
^ Это не документ прямого действия

Работу по составлению Энергетической стратегии координирует специально созданный для этих целей Институт энергетической стратегии. Замгендиректора этого учреждения Алексей Громов согласился ответить на ряд наших критических замечаний


— Стратегия носит исключительно рекомендательный характер?

— Это не документ прямого действия, это — «документ для документов». Стратегия не подменяет или объединяет документы меньшего ранга — генсхемы, инвестпрограммы и так далее, а задает ориентиры, на которые они должны равняться.

— Какие структуры участвовали в подготовке документа?

— Стратегия — документ Минэнерго. В разработке ее нынешнего варианта принимали участие порядка 30 организаций и 150 экспертов. Помимо Минэнерго были задействованы Минэкономики, а также Минприроды, Минрегион, Минпромторг. Кроме нашего института над документом работали Институт энергетических исследований РАН, Институт систем энергетики имени Мелентьева, Институт конъюнктуры рынка угля, Институт проблем нефти и газа РАН, Институт энергетики и финансов и ряд других научных организаций. Участвовали все госкомпании, а также «ЛУКойл», СУЭК, ТНК-ВР, «Татнефть», КЭС и другие.

— Стратегия критикуется за наличие лишь одного, очень оптимистичного сценария…

— Нельзя смешивать понятия «стратегия» и «прогноз». Стратегия принципиально не рассматривает различные сценарии развития экономики; за основу взят широкий диапазон внутренних и внешних условий развития отрасли. Этим нынешняя стратегия отличается от предыдущей (до 2020 года). Наша задача — выстроить систему поэтапных целевых индикаторов развития, которые должны быть реализованы при любых сценариях. Главные приоритеты: более чем двукратное снижение энергоемкости ВВП с 2005−го по 2030 год, обеспечение положительного сальдо прироста запасов ТЭР, доведение доли биржевой торговли энергоносителями в стране до 15–20 процентов от внутреннего рынка, снижение износа основных производственных фондов энергетики с 60 до 40 процентов и еще ряд других.

— В энергостратегии никак не рассматриваются некоторые признанные концептуальные проблемы развития отечественного ТЭКа, в частности чрезмерное участие в нем госкомпаний.

— Для нас, очевидно, что в ближайшей перспективе для развития энергетики, ее обновления потребуется укрепление роли государства, которое мы сейчас и наблюдаем.

— За исключением общего объема инвестиций, документ почти не содержит никаких денежных оценок. Вам не кажется, что отсутствие ориентиров по окупаемости, рентабельности, удельной себестоимости расширяет поле для коррупции и неэффективного расходования госсредств при реализации стратегии?

— Мы приняли принципиальное решение удалить «денежные» оценки из текста стратегии, чтобы повысить ее устойчивость. Но такие оценки, конечно, использовались и нами, и особенно компаниями для расчета производственных и других показателей. Более того, вместе с итоговым документом будут опубликованы и обосновывающие материалы к стратегии, где среди прочего будут приведены ценовые и экономические параметры.

http://www.expert.ru/printissues/expert/2009/34/Ezjayte_sani_sami/


Счетная палата сработала на износ
// О возможности аварии на Саяно-Шушенской ГЭС чиновники знали два года назад


Газета «Коммерсантъ»   № 166 (4221) от 09.09.2009 


Аварии на Саяно-Шушенской ГЭС можно было избежать — с таким заявлением вчера выступил глава Счетной палаты РФ Сергей Степашин. По словам господина Степашина, его ведомство предупреждало правительство и Генпрокуратуру РФ о серьезном износе оборудования Саяно-Шушенской ГЭС еще два года назад, но тогда на замечания никто не отреагировал. Вчера же на ГЭС побывал глава следственного комитета при прокуратуре РФ Александр Бастрыкин. Он наказал следователям обратить особое внимание на "полноту и правильность действий руководства станции при спасении персонала ГЭС".


Как сообщил вчера Сергей Степашин, после проверки Саяно-Шушенской ГЭС Счетной палатой РФ в 2006 году было выявлено, что технологический износ оборудования станции достигает 85%. В связи с этим, по словам господина Степашина, было направлено представление в правительство и письмо в Генеральную прокуратуру. "Ответ был следующий: это акционерное общество, вот за счет акционеров пусть они там все и восстанавливают",— рассказал господин Степашин на совещании в Барнауле. "Это к вопросу о реформе электроэнергетики и так называемом государственном подходе к этой теме",— отметил глава Счетной палаты. Заметим, что в минувший понедельник пресс-служба Счетной палаты распространила информацию о намерении ведомства провести в 2010 году комплексную проверку электроэнергетических предприятий. При этом особое внимание будет уделено "эффективности освоения ОАО "РусГидро" средств, выделенных на восстановление Саяно-Шушенской ГЭС".
В свою очередь, руководитель следственного комитета при прокуратуре РФ Александр Бастрыкин вчера побывал на Саяно-Шушенской ГЭС. Глава ведомства провел на станции оперативное совещание, посвященное ходу расследования уголовного дела, которое было возбуждено по факту аварии на гидростанции по ст. 143 УК РФ ("Нарушение правил охраны труда"). Как сообщила пресс-служба следственного ведомства, господин Бастрыкин осмотрел место аварии, после чего дал следователям, ведущим дело, ряд поручений по ходу расследования. В частности, он призвал обратить особое внимание на "полноту и правильность действий руководства станции при спасении персонала ГЭС в момент аварии и ликвидации ее последствий", указывается в сообщении пресс-службы следственного комитета. Ранее, напомним, глава ведомства заявлял, что результаты расследования причин аварии на Саяно-Шушенской ГЭС будут обнародованы не ранее чем через полтора-два месяца.
Между тем коммунисты уже требуют от российского правительства отчета о причинах аварии на Саяно-Шушенской ГЭС. "Я официально внес в палату предложение, чтобы глава правительства и все министры отчитались перед депутатами за реализацию антикризисных мер. В частности, мы требуем, чтобы глава правительства сообщил о причинах глобальной аварии на Саяно-Шушенской ГЭС и мерах по восстановлению этого объекта",— заявил вчера лидер КПРФ Геннадий Зюганов. При этом он подчеркнул, что фракция коммунистов в парламенте будет настаивать на том, чтобы отчет правительства был представлен лично премьером Владимиром Путиным. Планируется, что отчет правительства Госдума рассмотрит 16 сентября.
Дмитрий Ъ-Мальков, Красноярск

http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=1234689

^ Не заморозились

Большинство российских компаний в кризис берегут каждую копейку. А некоторые вкладывают миллионы в технологическую модернизацию. Говорят, им выгодно

Михаил Малыхин
Ольга Морозова
Ведомости

09.09.2009, 169 (2439)


Статистика первых семи месяцев года депрессивна, — разводит руками Александр Шохин, президент Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП). — Производство машин и оборудования в январе — июле сократилось более чем на треть (к соответствующему периоду 2008 г.), импорт упал еще сильнее, а это лучший индикатор ситуации со спросом на модернизацию«. Компании отказались от докризисной стратегии развития (об этом заявили 56% из 200 опрошенных РСПП компаний). При этом некоторые все же завершают начатые проекты высокой степени готовности, выводят на рынки новые продукты, покупают энергоэффективное оборудование и технологии.

По оценке Андрея Новицкого, старшего менеджера группы повышения эффективности бизнеса КПМГ в России и СНГ, масштабные проекты по перевооружению производства, как правило, приостановлены или переведены в вялотекущий режим. Но ряд крупных компаний решил продолжать стратегически важные проекты модернизации (как правило, речь идет о проектах с высокой степенью готовности — более 80% и выше).

Григорий Кацман, старший менеджер отдела консультационных услуг PricewaterhouseCoopers в России, считает, что продолжение программ модернизации в период кризиса еще во многом зависит от сектора экономики — к примеру, молодая российская IT-индустрия еще не успела состариться, зато в промышленности замена старого оборудования и технологий зрела десятилетиями.
^ Остановить не могут
В сентябре UC Rusal завершает пятилетнюю программу модернизации Красноярского алюминиевого завода, построенного в 60-х гг. прошлого века. Программа, инвестиции в которую составили более $300 млн., предусматривала внедрение новейших производственных систем и технологий, благодаря которым выбросы по ряду показателей будут снижены в три раза, рассказала директор по связям с общественностью компании Вера Курочкина. Кроме того, UC Rusal проводит масштабную модернизацию Иркутского алюминиевого завода («Ирказ»), который введен в эксплуатацию в 1962 г. Там еще в 2005 г. стартовал проект, разработанный СибВАМИ, входящим в состав Инжинирингово-строительного дивизиона Rusal, который должен был обеспечить экологически чистое производство металла. Первые два корпуса новой серии «Ирказа» были введены в строй в феврале 2008 г., сейчас еще три корпуса готовятся к выходу на полную мощность.

Территориальная генерирующая компания № 6 (ТГК-6), объединяющая ГРЭС, 14 ТЭЦ и три котельные в Нижегородской, Владимирской, Пензенской, Ивановской областях и Мордовии, финансирует работы по модернизации по утвержденному в 2008 г. плану (в 2009-2013 гг. предполагается ввести 435 МВт установленной электрической мощности за 26 млрд. руб., соо