Реферат: Теория влечений имеет для психоанализа основополагающее значение

ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ ВЛЕЧЕНИЙ

Петер Цизе

ТЕОРИЯ ВЛЕЧЕНИЙ — СВЯЗУЮЩЕЕ ЗВЕНО МЕЖДУ ЕСТЕСТВОЗНАНИЕМ И ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ МЕДИЦИНОЙ

Теория влечений имеет для психоанализа основополагающее значение. Разработанная Фрейдом и многократно пересмотренная, она стал причиной многих проблем, которые пришлось ему преодолевать. Даже те, кто поначалу был сторонником Фрейда — например, Ранк, Адлер, Юнг и Штекель, — разошлись с ним не в последнюю очередь из-за его теории влечений. Несмотря на враждебное отношение бывших приверженцев, она заняла центральное место в психоаналитической теории. И по сей день, после бурного развития психологии Я (см. статью Г.Яппе и статью Г. Ф. Вальдхорна в т. III), психоанализ усматривает во влечениях первопричину всех психических процессов.

Согласно Фрейду (1905а), влечение возникает из внутренних соматических источников. Влечение не прекращает своего действия и постоянно оказывает влияние на психическое событие. Фрейд (1915а, 1917, 1938) выделяет четыре характеристики влечения: источник, объект, цель и настойчивость. Источником — пишет Фрейд (1905а), — является состояние телесного возбуждения, целью же — устранение этого возбуждения. На пути от источника к цели влечение оказывает психическое воздействие. Таким образом, влечения представляют собой силы, берущие начало в соматическом источнике, репрезентирующиеся психически и отличающиеся напористым характером. Они проявляются через репрезентанты представлений и аффектов. Для того, чтобы достичь своей цели, они направляются на объект, в котором или с помощью которого они и достигают удовлетворения. Фрейд (1905а) представлял себе влечение как сумму стремящихся к оттоку энергий. Цель влечения может быть достигнута и в собственном теле, но, как правило, она все же представляет собой внешний объект. Его внутренней целью неизменно остаются телесные изменения, воспринимаемые как удовлетворение.

Объект является наиболее непостоянным компонентом влечения. Изначально они между собой не связаны, и объекты влечений меняются в процессе развития. Предпосылкой является исключительно склонность к отводу влечения.

Фрейд (1905а) считал, что инстинктивные побуждения, происходящие из одного источника, могут присоединяться к побуждениям, возникающим из других источников, разделяя их дальнейшую судьбу. Более того, удовлетворение одного влечения может быть заменено удовлетворением другого. Наряду с объектами влечения переменной величиной являются также и цели. Как объект, так и цель могут быть заменены другими.

Фрейдовская теория влечений является дуалистической (1920), то есть он различает два влечения. При этом вначале речь шла о влечениях к самосохранению и сохранению вида, которые он называл «влечениями Я» и «сексуальными влечениями».

344

Когда Фрейд занимался невротиками (1905а), в поле его зрения попали прежде всего сексуальные влечения. К ним он относит не только генитальные, но и чувственно-догенитальные стремления. В нарушении их развития он усматривал причины невротических симптомов. В противоположность сексуальным влечениям Фрейд описал (1917, 1920, 1933) в качестве второго рода влечений влечения к самосохранению, которые локализованы в Я. К ним относятся, например, стремление к власти, потребность в самоутверждении, тенденции к преодолению, а также защитные процессы, называемые защитными механизмами Я, функция которых состоит в том, чтобы противостоять предосудительным побуждениям (см. статью В. Шмидбауэра). В отличие от пластичных, взаимозаменяемых сексуальных влечений влечения к самосохранению являются «непреклонными и безотлагательными» (XV, 104).

Фрейд (1923а, Ь, с) не сразу признал роль агрессивности, хотя уже в 1908 году Адлер выдвинул гипотезу о существовании автономного агрессивного влечения (см. статью К. Зеельманна в т. IV).

Наблюдая феномен навязчивого повторения, Фрейд был вынужден допустить наличие агрессивного влечения. Поэтому в 1920 году он объединил влечения Я и сексуальные влечения как в сущности однородные во «влечении к жизни» (эросе) и противопоставил им «влечение к смерти» (танатос). Цель влечения к смерти состоит в том, чтобы «привести живое в неорганическое состояние» (XIII, 269). Эрос носит конструктивный характер и охватывает противоположности влечений к самосохранению и сохранению рода, любви к Я и любви к объекту. Гартманн, Крис и Лёвенштейн (Hartmann et al. 1949, 1970, 1972), напротив, видят в понятии «влечения Я» самостоятельный источник влечений.

^ УЧЕНИЕ ОБ ИНСТИНКТАХ И ТЕОРИЯ ЛИБИДО

Фрейд (1895) открыл, что существует инфантильная сексуальность. Благодаря наблюдениям во время психоаналитических сеансов ему стало ясно, что начало сексуальной функции у ребенка совпадает с началом «внематочной» жизни. Детская сексуальность, как утверждал Фрейд, не тождественна во всем сексуальности взрослого человека, но обнаруживает многочисленные черты того, что у взрослых людей осуждается как извращение. Это привело к дальнейшему расширению понятия сексуальности. Тем самым стало возможно осмыслить нормальную детскую и первертированную половую жизнь в их соотношении. В результате появилось учение Фрейда (1905, 1910) о наличии двух фаз в сексуальном развитии с латентным периодом между ними. Кроме того, сюда же относится наблюдение Фрейда, что человек предрасположен к бисексуальности, из-за чего в психической сфере возможны нарушения развития к окончательной половой роли.

Динамическое проявление сексуального влечения в душевной жизни Фрейд назвал либидо (1905а, Ъ). Это либидо состоит из парциальных влечений, на которые сексуальное влечение вновь может распасться. Эти парциальные влечения лишь постепенно объединяются в определенные структуры. Их источником Фрейд называл органы человека и прежде всего определенные эрогенные зоны (1905а, 1915а, 1923b, 1933). Он признавал также, что все функциональные процессы в теле вносят свой вклад в либидо. В онтогенезе человека отдельные парциальные влечения вначале стремятся к удовлетворению независимо от друг от друга, но в процессе развития все более централизуются. В качестве первой доге-нитальной организации либидо Фрейд (1905а) описал оральную организацию, когда главную роль играет область рта младенца. За ней следует анально-садист-

345

екая организация, которая характеризуется тем, что особое значение приобретает анальная область тела (то есть функции выделения). В качестве третьей и последней организационной ступени следует объединение парциальных влечений под приматом генитальных зон.

Знание генеза влечений, а также парциальных влечений позволило Фрейду (1905а, 1910, 1938) выявить так называемые ступени психосексуальной организации. Теперь стало возможным не только рассматривать психопатологию с дескриптивно-феноменологической точки зрения, но и связать психопатологию с парциальными влечениями и ступенями психосексуальной организации, а также объяснять ее нарушениями в развитии. Фрейду удалось доказать, что у больного в процессе его патологического развития не происходит нормальной трансформации сексуального влечения. Оно не утрачивает своего сексуально-инстинктивного характера и не отказывается от своего первоначального сексуального объекта, равно как и от своей сексуальной цели.

Смену чисто инстинктивной формы энергии, присущей стремлению, формой, соответствующей стремлениям Я, Фрейд (1915а, 1938) назвал нейтрализацией инстинктивной энергии. Отказ от непосредственного отвода влечения согласно принципу удовольствия—неудовольствия и контроль над удовлетворением влечения посредством Я и замены первоначальной цели влечения целями Я Фрейд называет процессом сублимации (1905а).

^ УЧЕНИЕ ОБ ИНСТИНКТАХ И АГРЕССИВНОЕ ВЛЕЧЕНИЕ

По поводу предполагаемого Фрейдом (1920) влечения к смерти мнения разделились. Многие аналитики, например Фенихель (Fenichel 1936, 1945) и Райх (Reich 1933), усматривают в концепции влечения к жизни и влечения к смерти не психологические, а биологические понятия. Некоторые аналитики, например Нунберг (Nunberg 1971) и Кляйн (Klein 1962), тем не менее отстаивают гипотезу о влечении к смерти. Вельдер (Wälder 1963) также не исключает полностью возможность существования влечения к смерти.

Аналог для определения либидо Фрейд видит в агрессивном влечении, понятие о котором он ввел в 1920 году в качестве «предъявляемого душе и исходящего из соматических процессов рабочего требования». Присоединение агрессивного влечения к предполагаемому Фрейдом влечению к смерти привело к дискуссии, которая не завершилась и поныне. Гартманн, Крис и Лёвенштейн (Hartmann et al. 1949, 1970, 1972) полагают, что доказать существование влечения к смерти является скорее задачей биологов. Предположение, что агрессия является влечением человеческой жизни, тем самым не поколеблено. С другой стороны, нельзя сбрасывать со счетов то обстоятельство, что влечения Я, наличие которых Фрейд изначально предполагал, наряду с либидо и агрессией проявляют себя в психике в качестве третьей самостоятельной силы. В своей работе 1920 года Фрейд отстаивает взгляд, что агрессия действует «по ту сторону принципа удовольствия». Он пишет, что, в отличие от отвода либидо, отвод агрессии не является чем-то самим по себе приятным. Только тогда, когда агрессия смешивается с либидо, иными словами, эротизируется, и направляется против репрезентантов внешних объектов, отвод агрессии вызывает удовольствие.

Гартманн, Крис и Лёвенштейн (Hartmann et al. 1949) показывают, что агрессия имеет такое же отношение к удовольствию и неудовольствию, как и либидо. Поэтому отвод агрессии вызывает удовольствие, а ее сдерживание — неудовольствие.

346

Фрейд (1905а) полагал, что сексуальному влечению и, соответственно, агрессивному влечению присущи различные функции. Так, сексуальное влечение ответственно за образование невротических симптомов, агрессивное влечение — за тенденции к самонаказанию и самоуничтожению.

Это представление Фрейда более не соответствует нынешним воззрениям. Дериваты агрессии в психическом конфликте играют по крайней мере столь же важную роль, что и дериваты либидо. Кляйн в 1948 году описала агрессию как главный

источник страха.

Бреннер (Brenner 1955, 1967), основываясь на данных о двоякой роли агрессии и либидо в психическом конфликте, доказывает, что оба влечения имеют одинаковое отношение к принципу удовольствия.

Поскольку Фрейд (1920) понимал агрессию как часть универсального влечения к смерти, он отстаивал точку зрения, что агрессивное влечение преследует цель разрушить соответствующий объект. Нунберг (Nunberg 1971) защищает мнение Фрейда о наличии у всех людей влечения к смерти и приходит к следующему выводу: хотя это представление поначалу может показаться странным, его эвристическая ценность неоспорима. Такое разделение влечений дает пригодную рабочую гипотезу, обойтись без которой сейчас невозможно. Фенихель (Fenicnel 1967, 1973) полагает, что проведенное Фрейдом разделение на влечение эроса и влечение к смерти породило ряд неясностей теоретического характера и что влечение к смерти, пожалуй, не является особой разновидностью влечений.

Гартманн, Крис и Лёвенштейн (Hartmann et al. 1949) пишут, что в зависимости от степени отвода влечения может быть различной и цель влечения. Они отстаивают мнение, что только «полный» отвод имеет целью смерть или уничтожение объекта. Стоун (Stone 1968) идет еще дальше: хотя он и признает роль агрессивных и деструктивных желаний в душевной жизни, тем не менее ставит под вопрос само понятие агрессии как влечения. Гиллеспи (Gillespie 1952, 1971) даже не считает агрессию «нередуцируемым основным элементом» психики.

В контексте теории влечений огромную важность имеет концепция Фрейда о смешении влечений (1923а). Он пишет, что агрессивное влечение и либидо в начале онтогенеза существуют по отдельности и смешиваются в ходе развития. Эти представления подтверждаются его наблюдениями над меланхолией. Типичным примером смешения влечений является, например, амбивалентность.

Если не принимать теорию о влечении к смерти, то трудно судить, разделены ли от рождения агрессия и либидо и смешиваются ли они в ходе развития, как предполагал Фрейд. С таким же успехом можно придерживаться концепций Фе-нихеля (Fenichel 1967, 1973) или Якобсона (Jacobson 1964), которые считают, что агрессия и либидо у новорожденного еще недифференцированны и лишь в ходе онтогенетического развития становятся отдельными психическими факторами. Гартманн, Крис и Лёвенштейн (Hartmann et al. 1949) видят, например в садизме, состояние не расслоения влечений, а их смешения.

Обзор литературы по агрессии позволяет выкристаллизировать множество теорий. Среди них встречаются такие теории, которые объясняют агрессию как влечение к борьбе (Lorenz 1963; Adler 1908; Eibl-Eibesfeldt 1970). Далее, существует уже упомянутая теория Фрейда о влечении к смерти (1920), теория фрустрации и теория, которая определяет агрессию как знак влечения к жестокости, или к разрушению. Доллард (Dollard 1955) является основоположником теории фрустрации. К кругу аналитиков, сторонников теории фрустрации, принадлежит также Фенихель (Fenichel 1967, 1973), который полагал, что либидо и агрессия у новорожденного не отделены друг от друга; их разделение происходит лишь в процессе развития из-за вызывающей агрессивность фрустрации либидинозной потребное-

347

ти. Вельдер (Wälder 1963) присоединяется к этой теории, но все же не полностью отказывается от представления, что агрессия представляет собой знак влечения, с той оговоркой, что при крайней степени агрессивности человека следует, пожалуй, исходить из того, что у него имеется собственное агрессивное влечение. Если следовать теории фрустрации, агрессию нельзя считать проявлением влечения: чисто реактивное возникновение агрессии исключает наличие влечения, поскольку влечения, по определению, обладают эндогенной, спонтанно-автономной природой.

Сторонники теории фрустрации исходят из того, что в период внутриутробного развития и в раннем младенческом возрасте недифференцированные энергии могут разряжаться преимущественно по физиологическим путям отвода. Во взаимодействии с миром (с матерью) эти энергии дифференцируются. Все переживания связываются с ситуациями удовольствия—неудовольствия. Наряду с позитивными либидинозно окрашенными событиями, которые переживаются с удовольствием и порождают желание к повторению, происходят и негативные события, связанные с переживанием неудовольствием и вызывающие желание избегания. В результате индивид начинает бояться таких ситуаций или испытывать к ним враждебность. Чтобы их избежать, имеются две возможности: первая — бегство, вторая (если организм обладает такой способностью) — уничтожение источников негативных переживаний или по крайней мере соответствующее стремление к бегству или разрушению. Таким образом, желание или, соответственно, разрушение представляет собой агрессивную тенденцию или, соответственно, способ поведения.

Мичерлих (Mitscherlieh 1957—1958) отстаивает мнение, что агрессия является знаком влечения. Удовлетворение достигается в первую очередь не из-за того, что объект уничтожается или убивается, а скорее из-за доставляемого насилием удовольствия.

Автор еще одной теории — Гринэйкр (Greenacre 1953), которая понимает агрессивность как энергию движения или энергию роста человека. Объектные отношения не позволяют интегрировать весь двигательный потенциал в либидиноз-ные устремления. Оставшаяся и не связанная либидо двигательная активность проявляется затем в виде агрессии в переживаниях боли и ненависти. Айке, ученик Балинта, показывает, что агрессию следует все же понимать как влечение (Eicke 1972). Если агрессивные импульсы представляют собой инстинктивную энергию, то, согласно Айке, нужно, как и в случае либидо, четко различать источник, цель и объект. Объект обоих влечений может быть одним и тем же или разным, но цель агрессивных тенденций необходимо понимать как совершенно противоположную цели либидинозных тенденций, что соответствует дуалистической теории влечений Фрейда. Поэтому при агрессивных устремлениях преследуется цель отделения и независимости от объекта. Под независимостью от объекта следует понимать развитие самостоятельности, индивидуальности, представляющее собой важный компонент развития Я. Поскольку все же либидинозные стремления к объекту никуда не исчезают, то все необходимые, а также удавшиеся действия для обособления переживаются человеком как болезненные. Желание избежать этой боли может затем привести к избеганию агрессии. Источником агрессии является напряженность в отношениях социальной зависимости. Агрессия, следовательно, представляет собой влечение, которое, в отличие от остальных влечений, удовлетворяет не телесные потребности, а социальные! Этим объясняются и существующие доныне серьезные трудности в понимании, это объясняет и теории фрустрации. Деструк-тивность и агрессивные действия объясняются результатом того, что объект не может быть полностью понят как таковой, если отсутствуют или не доведены до конца агрессивные действия, преследующие цель отделения, и он воспринимаются

348

данным человеком как часть его собственного Я или как часть солидарно переживаемого группового чувства, что приводит к борьбе с самим собой. Таким образом, Айке объясняет жестокость и садо-мазохизм как следствие смешения бессознательных желаний, первичной любви и ощущения беспомощности от неизжитого первоначального стремления к независимости.

Фрейдовская теория влечения к смерти, а также теория Гринэйкр вряд ли играют существенную роль в современной психоаналитической литературе. Если не считать теорию фрустрации, наличие агрессивного влечения в аналитической литературе больше не оспаривается.

^ ОРАЛЬНАЯ ФАЗА ОРГАНИЗАЦИИ ЛИБИДО

Обратимся теперь к развитию либидо. Соответствующие стадии развития агрессии Фрейдом еще не рассматривались. Согласно Айке, в оральной фазе развивается «говорение "нет"» (Шпиц) и происходит занятие собственной территории, которое символизируется через откусывание. В анальной фазе происходит отделение от собственного продукта и формируется воля. В фаллическо-генитальной фазе человек обучается соперничеству, совершенствуется самосознание и усиливается агрессия, связанная с активной любовью. В дальнейшем развитие либидо будет рассмотрено только в том виде, в каком оно было известно при жизни Фрейда.

Развитие нормальной сексуальной жизни здорового человека проходит через множество стадий организации, которые плавно переходят друг в друга. Каждая стадия имеет свою особую форму, которая зависит от того, какая из групп парциальных влечений преобладает. Раннюю стадию организации либидо Фрейд назвал оральной фазой. Оральную фазу можно подразделить на предоральную и собственно оральную.

В момент рождения каждый ребенок отличается от другого. Это означает, что каждый ребенок получает свой набор генов и отличается от других своими биологическими и психическими задатками. Кроме того, он испытывает на себе влияние в период внутриутробного и перинатального развития. После рождения ребенок попадает в мир, от которого он полностью зависим. По Фрейду (1914b), речь идет о фазе первичного нарциссизма. И наоборот, согласно Балинту (Balint 1935, 1937, 1939), между матерью и ребенком исходно существуют симбиотические, или ди-адические (Simmel 1908; Spitz 1969), отношения. Шпиц считает, что в первые три недели жизни младенец находится на безобъектной стадии. Его мир характеризуется восприятием телесных раздражителей. Он не воспринимает внешний мир, только внутренний. Единственным аффектом, который можно наблюдать в это время, является неудовольствие. Между выражениями неудовольствия имеет место состояние покоя. Только спустя примерно неделю ребенок начинает реагировать на сигналы, восприятию которых способствует глубокая чувствительность. Шпиц (Spitz 1969) сумел доказать, что до восьмой недели пища распознается только тогда, когда младенец испытывает голод, и что, когда ребенок разгневан, он не видит грудь. На третьем месяце, с первой улыбкой ребенка, начинается, согласно Шпицу, «объектная стадия». Это первый шаг к направленному восприятию внешнего мира и первый признак направленной вовне душевной деятельности. В предо-ральной фазе ребенок чутко реагирует на бессознательное поведение матери. При ненарушенных отношениях матери и ребенка у ребенка возникает доверие, он пребывает в хорошем настроении, удовлетворен и чувствует себя в безопасности. Нарушения в этой сфере наносят ущерб младенцу и приводят вскоре к тому, что, наталкиваясь на «враждебный мир» или встречаясь «с пустотой», он «втягивает

349

обратно» свои первые «контактные щупы», подобно тому, как отдергивает псевдоподии амеба. Такая ранняя утрата объекта ребенком соответствует переживанию конца света психотиком. Согласно Эриксону (Erikson 1971), это время, когда у младенца развиваются базальное доверие или недоверие.

Фрейд (1905а) называет первую фазу развития ребенка полиморфно-перверти-рованной, аутоэротической, нарциссической. Ференци (Ferenczi 1964) же говорит о следующих фазах, приходящих на смену друг другу: периоде безусловного всевластия, фазе магически-галлюцинаторного всевластия и фазе всевластия с помощью магических жестов. Он ввел понятие «пассивной любви». Этой пассивной любви Ференци противопоставляет активную любовь к объекту, не уточняя, приравнивает ли он пассивную любовь нарциссической. Тем не менее он отстаивает взгляд, что с самого начала существуют объектные отношения, которые характеризуется своей полной пассивностью.

Балинт (Balint, 1935) соглашается с формулировками Фрейда, замечая при этом, однако, что речь идет об описании, учитывающем исключительно сферу влечений (см. статью М. Хоффмайстер в т. III). Ребенок нарциссичен, если его рассматривать с точки зрения испытания реальности. Либидинозно же он связан с внешним за ним уходом. Балинт вводит понятие первичной любви, расширяя понятие Ференци пассивной любви. Она характеризуется следующей тенденцией: «Меня нужно любить всегда, везде, все мое тело, все мое Я, без всякой критики, без малейшего встречного движения с моей стороны» (Balint 1935, 60). Это полностью соответствует представлениям Ференци о всемогуществе. Только в том случае, если ребенку не предъявляют требований, он обращается к аутоэротике, которой прежде занимался невсерьез, и становится таким образом нарциссичным — потому это всегда следует рассматривать как вторичный нарциссизм. Балинт описывает отношения между матерью и ребенком как состояние, в котором один предоставлен другому, находится с ним в согласии и в котором оба создают себе возможность удовлетворения, не будучи обязанными считаться друг с другом. Удовлетворение либидо младенца является одновременно удовлетворением либидо матери. Для этого состояния он ввел понятие дуального единства. По мнению Балин-та (Balint 1935), предложенное Фрейдом деление на первичный и вторичный нарциссизм (Freud 1913, 1923а) является тем самым неверным: состояние в начале внеутробной жизни является состоянием первичной любви, то есть состоянием, с самого начала характеризующимся объектными отношениями, тогда как нарциссизм всегда возникает только вторично вследствие неудовлетворительных объектных отношений.

Мелани Кляйн (Klein 1962), прослеживающая развитие ребенка очень далеко, в качестве первой фазы описывает паранойяльно-шизоидную позицию, характерную для первого полугода жизни (см. статью Р. Ризенберг в т. III). Объектные отношения существуют с самого начала. Также и она является в этом ученицей Ференци. Первым объектом становится материнская грудь, которая подразделяется для ребенка на добрую — удовлетворяющую и злую — отказывающую. Такое раздвоение приводит к резкому разделению любви и ненависти. Благодаря проекции импульсы любви переносятся на добрую грудь, деструктивные побуждения — на злую. Вследствие интроекции обе запечатляются в Я. В результате возникает страх перед внутренними и внешними преследователями, в первую очередь перед мстящей злой грудью, которая хочет проглотить ребенка. Здесь Мелани Кляйн следует работам другого ее учителя — Абрахама. Этой тенденции противостоит отношение ребенка к доброй груди. Она помогает ребенку преодолеть тоску по былому, утраченному состоянию, смягчает деструктивные импульсы и страх преследования и укрепляет доверие к доброму объекту. Благодаря процессу отрицания

350

отказывающий объект переживается как уничтоженный и тем самым достигается удовлетворение и освобождение от страха преследования. Синтез чувства любви и деструктивных влечений приводит к депрессивной тревоге и чувству вины. Это является признаком роста и интеграции. С другой стороны, это позволяет посредством либидо ослабить деструктивные силы. Основным компонентом развития в этот период является механизм проективной идентификации.

Фрейд (1905а, 1923b) обнаружил, что ведущими эрогенными зонами на ранней ступени организации либидо в оральной фазе являются слизистая рта и кожа тела. Рот и кожа благодаря заботе матери приносят аутоэротическое удовольствие. При нарциссизме удовольствие может достигаться аутоэротически (например, сосание пальца). Винникотт объяснил это позже как обращение с переходным объектом.

В начале развития ребенок воспринимает себя психически идентичным с матерью. Следствием этого, по Фрейду (1905а), является то, что на этой ранней стадии развития у ребенка нет еще психического объекта. Контакты с окружающим миром (матерью) приносят, однако, наряду с аутоэротическим получением удовольствия также и новый опыт. Так, например, ребенок узнает, что не при каждом крике, то есть не при каждом выражении неудовольствия, его утешают. Ребенок усваивает, что его потребность и удовлетворение этой потребности не связаны жестко друг с другом. Ребенок приходит к первому различению субъекта от объекта. Если ребенок впервые достигает этого знания, оно переживается как отделение. Отныне ребенок пытается удержать при себе или завладеть материнским объектом, от которого он зависит. Для этого ему служат сосание и кусание, в том числе и собственных конечностей. Здесь проявляются две противоположных установки к объекту: во-первых, стремление удержать материнскую грудь, поскольку она приносит младенцу удовольствие (в этом стремлении просматриваются зачатки объектной любви); во-вторых, желание присвоить себе грудь, чтобы тем самым уже нельзя было бы ее потерять (Abraham 1969а, Ь). Следует подчеркнуть, что здесь имеется в виду деятельность воображения, а именно фантазии, которые в большинстве своем остаются бессознательными и могут быть обнаружены лишь путем анализа. Как показала М. Кляйн, это относится также и к детской терапии.

В меланхолии проявляются каннибальские черты, которые мы вновь встречаем в присущих оральности тенденциях поглощения. Эти тенденции тем выраженнее, чем сильнее были фрустрации в младенческом возрасте. Фрейд (1923а) говорит в этой связи о том, что каннибалы поедают своих жертв потому, что речь идет о врагах, которых они «так любят, что готовы съесть». Смысл поедания жертвы состоит как раз в том, что присвоить качества того, кто съедается. По этой причине Фрейд (1905а, 1923а) с подачи Абрахама назвал эту позднюю стадию развития либидо в оральной фазе каннибальской стадией.

Для младенца эта попытка присвоения материнской груди и тем самым матери представляет собой психическую реальность. Такая интроекция служит цели избавить ребенка от зависимости, сделать его внешне более самостоятельным. Однако это означает, что вследствие интроекции объект утрачивает самостоятельность. Либидинозный катексис материнской груди как первичного объекта прекращается, то есть в результате интроекции объект помещается в детское Я. Это означает, что до тех пор пока благодаря вновь возникающему чувству голода и следующему за ним успокоению существование объекта переживается с чувством удовольствия, в каннибальских тенденциях уничтожить самостоятельность объекта выражается нарциссическое либидо. Здесь проявляется амбивалентное разделение либидо на поздней стадии оральной фазы. В каннибальских тенденциях можно распознать деструктивное, враждебное к объекту побуждение. Из этого следует, что объект-

351

ные отношения в оральной фазе характеризуются сосуществованием либидиноз-ных, дружественных и враждебных объекту, разрушительных тенденций, признаками орального садизма. Согласно Айке, именно в этих изученных Абрахамом ранних процессах душевного развития можно увидеть, что агрессивные напряжения, которые побуждают к обретению независимости, неизбежно превращаются в садизм, если отделение от материнской груди (или позднее от собственного продукта) не удается или, по выражению Биона, одиночество как жизнь без груди не может принести удовольствия, а вместо него остаются как раз интроекции и потребность в обладании материнской грудью (или собственными потребностями).

В амбивалентности между объектным либидо и нарциссизмом проявляется одновременно амбивалентность между либидо и агрессией. Это амбивалентное состояние приводит к возникновению конфликтов, связанных с появляющимися позднее чувствами вины. Оральное присвоение (интроекция) называется также первичной идентификацией. Фрейд (1923а) говорит о том, что идентификация является психическим эквивалентом оральной стадии развития либидо. Она является праобразом того, что позднее в ходе развития Я называют вторичной идентификацией.

Мелани Кляйн (Klein 1962) описывает для второй половины первого года жизни, возникающую, однако, примерно уже на 4-м месяце, детскую депрессивную позицию. В этом возрасте добавляются уретральные, анальные и генитальные черты (ранняя фаза эдипова комплекса), хотя по-прежнему преобладают оральные импульсы. Отношение к матери укрепляется. Идентификация с ней становится сильнее. Начинается новое развитие с точки зрения интеграции и синтеза. Ребенок любит и ненавидит, добро и зло сближаются и в качестве объекта выступает человек в целом. Эти процессы распространяются на внешние и внутренние объекты. Я побуждается к тому, чтобы уменьшить разрыв между внешними и внутренними объектами. В результате этого сближения либидинозных и агрессивных побуждений происходит интенсификация конфликта с обостренными проявлениями страха и чувства вины. Амбивалентность переживается теперь во всем объекте. Деструктивные силы воспринимаются как большая опасность для любимого объекта. Возникает представление, что интроецированной матери нанесен ущерб и ей грозит уничтожение. Это приводит к еще большей идентификации с поврежденным объектом. В результате появляется тенденция к возмещению. Чтобы избежать депрессивного страха, включается маниакальная защита, осуществляемая через механизмы идеализации, отрицания, расщепления и контроля за внутренними и внешними объектами. Преодоление депрессивного страха достигается благодаря процессам сдерживания агрессии и возмещения.

^ АНАЛЬНО-САДИСТСКАЯ ФАЗА ОРГАНИЗАЦИИ ЛИБИДО

Согласно Фрейду (1905а, 1923b, 1923c), в анально-садистской фазе слизистая рта теряет роль ведущей эрогенной зоны и эта роль переходит к прямой кишке, слизистой заднего прохода и прилегающим участкам кожи. Воздействие содержимого кишечника на его слизистую и кожу вызывает у ребенка приятное возбуждение, равно как и физические прикосновения следящей за его чистотой матери. Благодаря произвольной мускулатуре ребенок приобретает способность по своему желанию удерживать или выталкивать содержимое кишечника (см. статью П. Хай-манн). И то и другое доставляет ребенку удовольствие. Далее следует заметить, что овладение процессами выделения дает возможность влиять на внешний мир, то есть на мать. С одной стороны, существенную роль играет аутоэротическое получе-

352

ние удовольствия, с другой стороны — аспекты отношений между матерью и ребенком на этой фазе, например борьба, отделение, либидинозное обращение через содержимое кишечника. Важно также, что эрогенное значение приобретает теперь и мускулатура конечностей. Ребенок учится активно двигаться и получать от этого движения радость и удовольствие. Объектные отношения ребенка по-прежнему являются нарциссическими. Этим объясняется факт, что объект желанен ребенку в той мере, в какой он способен послужить ему в качестве источника удовольствия. Начиная с каннибальской фазы объектные отношения являются амбивалентными. Происходит столкновение либидинозных и деструктивных влечений. К началу анально-садистской фазы возникает возможность того, что деструктивные силы одержат в этом противоборстве верх (Abraham 1969a, b).

В анально-садистской фазе содержимое кишечника становится символом объекта. Это означает, что либидинозные устремления ребенка направлены на то, чтобы овладеть объектом или, выражаясь иначе, сдержать дефекацию. И наоборот, установка деструктивных сил на отвержение объекта проявляется в потребности вытолкнуть содержимое кишечника, от него отделиться. Ребенок этого возраста воспринимает фекалии как часть собственного тела. Поэтому удовлетворение ребенка посредством собственных фекалий является аутоэротическим. Фекалии получают у ребенка значение живого объекта, то есть в первую очередь они олицетворяют мать. Таким образом, в отношении ребенка к содержимому кишечника проявляется также амбивалентная установка к внешним объектам. Это становится еще понятнее, если вспомнить, что ребенок уже на оральной стадии либидо присвоил себе объект, благодаря чему мать стала его внутренним объектом. В анально-садистской фазе можно проследить идентификацию содержимого кишечника с данным интроецированным объектом. Следствием этого является то, что отношение ребенка к своим собственным фекалиям характеризуется примерно тем же комплексом чувств, какой сложился в отношении к внешнему объекту, к матери. Таким образом, фекалии для ребенка приобретают свойства матери — связанные как с удовольствием, так и неудовольствием. Амбивалентная установка к объекту проявляется также и в области мускулатуры конечностей. С помощью этой мускулатуры ребенку удается овладеть объектом, подчинить его себе. Деструктивный компонент отчетливо проявляется в возможности атаковать объект, отпустить его, уничтожить. Смесь либидинозных и деструктивных сил при анально-садистской организации либидо называется анальным садизмом. Согласно Фрейду (1905а, 1924а), здесь в форме мазохизма, а именно эрогенного мазохизма (присоединение сексуального удовольствия к боли), проявляется сила, противоположная садизму. Если ребенку не удается выместить деструктивные импульсы на внешнем объекте, это приводит к обращению садистских импульсов на личность ребенка, в результате чего эти же деструктивные побуждения, принося удовольствие, мазохистски проигрываются в собственном теле, например в виде членовредительства (вторичный мазохизм).

Фрейд (1920), опираясь на свою дуалистическую теорию влечений, пришел к выводу, что либидинозные и агрессивные импульсы вступают в противоборство друг с другом различными путями и способами. Исходя из того, что агрессивные импульсы могут в значительной мере терять свои деструктивные акценты, что они могут быть нейтрализованы, Фрейд (1923а) пришел к понятию о смешении влечений. Фрейд предположил, что в процессе развития либидинозные и деструктивные инстинктивные побуждения все более смешиваются. Абрахам (Abraham 1969a, b) отстаивал точку зрения, что в анально-садистской фазе организации либидо, так же, как и в оральной фазе, можно выделить две стадии. Он описал раннюю и позднюю стадии анально-садистской организации либидо и показал, что на ранней

353

ступени преобладают отвергающие объект, выталкивающие и разрушающие тенденции, тогда как на поздней стадии берут верх аспекты, более дружественные объекту, нацеленные на ов{лат.). — Ред.] для завоевания объекта и являются тем самым важным компонентом зрелых либидинозных отношений. С другой стороны, открытый Фрейдом процесс смешения влечений касается также и ненависти, которая становится тем сильнее, чем сильнее либидинозные связи.

^ ЛАТЕНТНЫЙ ПЕРИОД

С разрешением эдипова конфликта (Freud