Реферат: На 2007 год эта конференция была запланирована не случайно. Вапреле исполнилось 10 лет со дня основания Польского культурно-просветительского центра Республики Башкортостан, который стал заметным явлением в культурной и общественной жизни Башкортоста

МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ И НАЦИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН


ПОЛЬСКИЙ КУЛЬТУРНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН


ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

БАШКИРСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА


НАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛЬСКАЯ ВОСКРЕСНАЯ ШКОЛА

имени А.П. ПЕНЬКЕВИЧА


РОССИЯ И ПОЛЬША:

ПОЛОНИКА В ЭТНОКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ


Сборник материалов Международной заочной

научно-практической конференции


УФА - 2007



В 2007 году по инициативе Польского культурно-просветительского центра Республики Башкортостан была организована Международная заочная научно-практическая конференция «Россия и Польша: полоника в этнокультурном пространстве».

На 2007 год эта конференция была запланирована не случайно. В апреле исполнилось 10 лет со дня основания Польского культурно-просветительского центра Республики Башкортостан, который стал заметным явлением в культурной и общественной жизни Башкортостана. У центра установились тесные творческие контакты с некоторыми полонийными центрами регионов России. Поэтому проведение конференции и издание данного сборника материалов – это попытка ПКПЦ РБ не только подвести определенный итог своей десятилетней деятельности, но и представить интересный неординарный опыт работы в этой области своих друзей-единомышленников и просто поделиться со всеми заинтересованными лицами своими успехами, достижениями, перспективами и, конечно же, проблемами.

На приглашение участвовать в конференции откликнулись не только руководители и члены правлений полонийных организаций из Абакана, Екатеринбурга, Краснодара, Курска, Омска, Пятигорска, Ростова-на-Дону, Санкт-Петербурга, Улан-Удэ, Уфы, но и ученые из вузов Польши и России. В представленных материалах рассматриваются актуальные проблемы развития полоники и полонистики в различных регионах России, вопросы преподавания польского языка в школах и вузах, повышения квалификации учителей, а также аспекты взаимодействия и сотрудничества с Посольством Республики Польша в РФ, с другими полонийными организациями страны.

Выражаем большую благодарность Министерству культуры и национальной политики Республики Башкортостан за оказанную финансовую поддержку в издании этого сборника и всестороннюю помощь в организации конференции.

Отдельно благодарим Консульский отдел Посольствf Республики Польша в Российской Федерации и лично Господина Генерального Консула Михала Гречило и Госпожу Консул Лонгину Путка за финансовую помощь в издании сборника.

^ Благодарим председателя Госпожу Халину Суботович-Романову, а также всех, кто прислал свои научные и практические материалы для публикации в сборнике.

Редколлегия


^ Р.Г. Шафиков

Заместитель министра культуры

и национальной политики

Республики Башкортостан


Дорогие друзья!


Десять лет назад в условиях возрождения национально-культурных традиций всех этнических групп и народов Республики Башкортостан на базе «Общества друзей польского языка и культуры» при Республиканском русско-славянском культурно-национальном центре «Святыня» 3 апреля 1997 года был создан Польский культурно-просветительский центр. Создание такого центра представляется важным и в силу того обстоятельства, что этнические поляки составляют заметную группу населения Башкортостана.

Дело, которому служит Польский культурно-просветительский центр РБ, исключительно важно для Башкортостана и всей России. Будущее имеет то общество и те народы, которые бережно хранят свои духовные ценности, гордятся своей историей.

Жизнь Башкортостана во многом определяет прочное единение народов, национальных культур, традиций и верований. Испокон веков наш край был местом проживания и содружества многих народов. Бережно передавалось из поколения в поколение духовное богатство народа, которое сегодня сохраняется и приумножается благодаря целенаправленной государственной национальной политике.

За последнее десятилетие многое изменилось как в самосознании народов, так и в национальной культуре. Люди стали свободными, не стесняются своей национальности и вероисповедания, развивают свою духовную культуру.

Башкортостан – прекрасный древний край России. В едином историческом узоре сплелись судьбы тюркских, славянских, финно-угорских и других народов, идет взаимообогащение культур, традиций и обычаев, крепнет дружба. В этой связи хотелось бы отметить наряду с другими национально-культурными и культурно-просветительскими центрами благородный и кропотливый труд Польского культурно-просветительского центра Республики Башкортостан и всех полонийных центров регионов России. Вы служите духовности, нравственности, сохранению стабильности в мире.

Башкортостан имеет развитую правовую и нормативную базу. Конституция и целый ряд законов – надежная правовая основа для сохранения и дальнейшего развития духовно-культурного потенциала многонациональной республики. Башкортостан заботится о будущем и делает все возможное для поступательного развития всех наций и народностей, проживающих в республике.

Искренне благодарю всех за повседневный и неустанный труд. Вы создаете условия для обогащения духовной жизни людей. Вы побуждаете думать и сопереживать, любить родной край, язык и культуру, жить в дружбе и согласии. Тем самым вы способствуете совершенствованию личности и укреплению общества.

От души желаю всем благополучия и счастья. Пусть и в дальнейшем крепнут и развиваются лучшие народные традиции и обычаи польского народа, расцветает наша многонациональная культура на благо родного Башкортостана и всей России!

© Шафиков Р.Г., 2007


Halina Subotowicz-Romanowa

Prezes Federalnej Polskiej

Narodowo-Kulturalnej Autonomii

^ «KONGRES POLAKÓW W ROSJI»,

m. Moskwa, Rosja


Szanowni Państwo!


Ojciec Święty Jan Paweł ll powiedział: «Nie chciejcie Ojczyzny, która nic nie kosztuje». Przywiązanie do Polski dla naszych dziadów i ojców kosztowało bardzo dużo. Niejednokrotnie opłacali je własnym życiem i cierpieniem. Dzięki ich poczuciu tożsamości narodowej Polska istniała zawsze w ich umysłach, sercach i działaniach, i te cudowne wartości były nam przekazywane z pokolenia na pokolenie.

Polonia rosyjska ma już szkoły, gdzie język polski jest jako przedmiot, szkółki niedzielne, gazety, zespoły, piszemy swą historię, odrodziliśmy wspólne z Kościołem nasze parafie, promujemy kulturę polską na ziemi rosyjskiej. Natomiast zdajemy sobie sprawę, że przed nami jeszcze wiele ambitnych i trudnych zadań, które wymagają jedności wszystkich naszych sił i to jest nasz wielki zbiorowy obowiązek – być jedną wielką rodziną.

Jak mocno stowarzyszenia Kongresu Polaków w Rosji będą zorganizowane w Rosji, tak w dużym stopniu będą postrzegane przez władze lokalne, regionalne, krajowe, a także Polskę. Od statusu przedstawicieli naszych organizacji, którzy piastują wysokie stanowiska państwowe czy społeczne, zależy promowanie spraw polskich, czy to w handlu, czy w kulturze, czy w oświacie.

Dumni jesteśmy z ogromnego wkładu do nauki, kultury, historii takich wybitnych Polaków w Rosji jak: Benedykt Dybowski (badacz Bajkału), Wacław Sieroszewski (etnolog), Jan Czerski (geograf i geolog), Aleksander Lednicki (adwokat, politik), Alfons Szaniawski i inni. To oni rodzili szacunek do naszej nacji, a tym samym – do naszej Ojczyzny.

Cieszy nas, że nie jesteśmy odosobnieni w swej działalności, lecz zintegrowani ze społeczeństwami etnicznymi Rosji. Wspólnie uczestniczymy w życiu społecznym i politycznym, tworząc ustawodawstwo dotyczące mniejszości, organizujemy wspólne konferencje oświatowe i historyczne, uczestniczymy w festiwalach narodowościowych, wypowiadamy swe opinie odnośnie polityki władz. Opinie Kongresu przedstawiamy na naradach urzędników regionalnych, w administracji, a także w Radzie autonomii narodowościowej przy Rządzie Federacji Rosyjskiej. Nie jest to prosta sprawa, bowiem bardzo często wielka polityka rzutuje na naszą działalność organizacji. Toteż w dużej mierze widzimy także pomocną rolę dla naszej działalności polonijnej – poprawną politykę zagraniczną Rosji w Polsce.

Oceniając skuteczność realizacji wysuniętych celów w ciągu 15 lat działalności Kongresu, chcę mocno zaznaczyć działalność oświatową. We wszystkich organizacjach od Władywostoku do Kaliningradu, od Petersburga do Władykaukazu uruchomiliśmy nauczanie młodzieży i dorosłych. Odbyły się konferencje oświatowe i kursy metodyczne dla nauczycieli, wydaliśmy we współpracy z Uniwersytetem im. Łomonosowa w Moskwie podręcznik języka polskiego, przyjeżdżają nauczyciele z Polski.

Zdajemy sobie sprawę, że młode pokolenie jest dwóch kultur. Wychowanie młodzieży w duchu świadomości narodowej, dumy z przynależności do swej narodowości, to także jest zabezpieczeniem interesu polskiego. Młode pokolenie jest naszą przyszłością, oni przejmują od nas sztafetę. Inwestowanie w nich poprzez wyjazdy do Polski na kolonie, kursy, wycieczki, naukę jest najlepszą motywacją do nauki języka i historii. Natomiast uważajmy, żeby nie było to jednostronne. Każdy młody człowiek winien czuć potrzebę dalszej pracy nad sobą w pogłębianiu wiedzy z historii, języka i uczestniczeniu w życiu polonijnym. Naszym zaś zadaniem jest umożliwienie nauczania, zakładania zespołów, teatrzyków, klubów młodzieżowych, harcerstwa, aby młodzież wiedziała i czuła przynależność narodową. Lecz minimalny wkład naszych organizacji jest, kiedy w domach, w rodzinie nie mówi się po polsku. Jednak pamiętajmy o bardzo ważnym aspekcie, młodzież nie chce być inna, chce być taka jak jej rówieśnicy, nie chce, żeby odczuwano jej inność w mowie. Dlatego to asymilowanie się do społeczeństwa bardzo utrudnia nam pracę oświatową.

Kościół miał zawsze niekwestionowaną pozycję w podtrzymywaniu ducha polskiego, mowy ojczystej. W naszych środowiskach odradza się wielka potrzeba kontaktu z duszpasterstwem polskim. Wiele zrobiliśmy przez 17 lat na rzecz odzyskania kościołów, rejestracji parafii. Nadzieją naszą jest, aby dzieci nasze i my również po długich latach zakazów i oderwania od Kościoła, teraz mogli przybliżyć modlitwę po polsku.

Wielkim pragnieniem Polonii Rosyjskiej przez wszystkie lata, było otwarcie Polski, poznanie rodaków mieszkających na innych kontynentach. I to się stało. Przemiany lat 90-tych pozwoliły nam przynależeć do struktur organizacyjnych Rady Polonii Świata, Europejskiej Unii, Wspólnot Polonijnych, Federalnego Kongresu Mniejszości Europy. Chcemy się spotykać, wymieniać doświadczenia, uczyć się demokracji. Dzisiaj cieszymy się, że mamy możliwość nauczać nasze dzieci języka ojczystego, zrzeszać się, kultywować polską kulturę, obyczaje, wyznawać wiаrę naszych ojców, odwiedzać Polskę. Należy podkreślić, że proces odradzania się polskości w Rosji nie byłby możliwy bez wsparcia i pomocy ze strony Pоlski.

© Halina Subotowicz-Romanowa, 2007

^ I. ВОПРОСЫ ЛИНГВИСТИКИ И МЕТОДИКИ

ОБУЧЕНИЯ ПОЛЬСКОМУ ЯЗЫКУ


Устойчивые единицы с фразеокомпонентом вода /woda

в русском и польском языках

^ А.В. Борисова

(ст-ка БашГУ, г. Уфа,

Республика Башкортостан, Россия)


Фразеология как лингвистическая дисциплина завоевала в настоящее время достаточно прочные позиции. Фразеологизмы как основные единицы фразеологической системы языка рассматриваются современной лингвистикой в разных аспектах: в синхроническом и диахроническом – в рамках одного языка, в сравнительно-историческом, сопоставительном, структурном, семантическом и некоторых других. Особое место занимают здесь исследования семантики фразеологических оборотов. Довольно подробно изучена семантическая парадигматика фразеологизмов: вариантность фразеологических единиц, их синонимия и антонимия, многозначность и т.д. Но, несмотря на это, остаются например невыясненными такие вопросы, как соотношение лексического и фразеологического значения, не полностью выявлены лексико-семантические свойства компонентов фразеологизмов, вопрос о границах фразеологии (о широком и узком понимании фразеологизмов) и т.д. Некоторые языковеды главное различие между лексическим и фразеологическим значениями видят в различном характере их образности. В лексическом значении образность имеет более уточняющий характер, чем во фразеологическом. Между тем нередко компоненты семантической структуры фразеологических и лексических единиц имеют одинаковое содержание. Так, и в слове с переносным значением, и в устойчивом сочетании с обобщенно-переносным значением можно обнаружить одни и те же компоненты квалификационной структуры: собственно квалификацию, субъект квалификации, объект квалификации и, наконец, основание квалификации. И в том, и в другом типе единиц можно обнаружить оценочные компоненты.

Настоящая работа выполнена на материале неполной выборки фразеологизмов с компонентом вода/woda в русском и польском языках. Наш материал позволяет нам однако сделать некоторые наблюдения над семантикой, структурой и соотносительностью рассматриваемых единиц по языкам, а также наметить перспективы анализа более полного корпуса единиц.

Для начала рассмотрим семантику слова вода/wodа, с тем чтобы определить, значения, выступающие в качестве фразеообразующего компонента в соответствующих единицах.

1. Прозрачная бесцветная жидкость, образующая ручьи, реки, озера и моря.

2. Крупные скопления воды в виде морей, озер, рек (собир. мн. воды)

3. Чистота окраски, блеска и т.п. в драгоценных камнях.

В польском языке слово woda представлено в таких значениях:

1. Tlenek wodoru, ciecz bezbarwna, bez zapachu i smaku, rozpowszechniona w przyrodzie; niezbędny składnik organizmόw żywych – Окись водорода, бесцветная жидкость, без запаха и вкуса, распространённая в природе, обязательная составляющая живых организмов.

2. Naturalne lub zbiorowisko tej cieczy w przyrodzie; rzeka, morze, jezioro, staw, strumień itp. – Естественное или искусственное скопление этой жидкости в природе; река, море, озеро, пруд, ручей и т.п.

3. pot. Płyn wysiękowy, surowiczy zbierający się w jamach ciała na skutek procesόw chorobowych – разг. Эксудативная жидкость, скапливающаяся в полостях тела в результате болезненных процессов.

4. tylko w lm, przestarz. miejscowość kuracyjna mająca źrόdła mineralne; same te źrόdła - только во мн.ч., устар. Курортная местность, имеющая минеральные источники; сами эти источники.

Следует отметить, что во фразеообразовании могут участвовать как все значения слова, так и отдельные из них. Так, в русском языке в образовании фразеологизмов участвуют все значения слова вода. Первое значение данного слова участвует во фразеообразовании следующих единиц: посадить на хлеб и на воду, набрать воды в рот, как две капли воды, дуть на воду, толочь воду в ступе, с лица не воду пить и т.д.; второе значение проявляет себя в структуре и значении фразеологизмов чувствовать себя как рыба в воде, ходить как в воду опущенным, как в воду канул, концы в воду прятать, пройти огонь и воды, в мутной воде рыбу ловить и т.д.; третье значение представлено в бриллиант чистой воды.

В отличие от русского языка, в польском во фразеообразовании участвуют только первые два значения. Так, первое значение содержат фразеологизмы dziewiąta woda po kiselu, burza w szklance wody, coś idzie jak woda, nabrać wody do ust, człowiek w gorącej wodzie kąpany и т.п.. ; второе значение - cicha woda, jak kamień w wode, mącić wodę, dużo wody upłynęło и т.п.

Еще одним интересным моментом в области фразеологии является вариативность. Под вариативностью понимается взаимозаменяемость компонентов фразеологизма. Варьирование – это сложная и многоаспектная проблема организации фразеологизмов, которая включает в себя набор формальных и содержательных характеристик. В одних случаях новые варианты фразеологизма возникают из-за замены какого-либо компонента другим, чаще всего сходным или совпадающим по значению. В других случаях тот или иной вариант появляется за счет формального или словообразовательного видоизменения одного из компонентов. Новый вариант может также образоваться в результате лексико-грамматической перестройки фразеологизма. В связи с этим В. П. Жуков в работе «Русская фразеология» выделяет фонетические, морфологические (носить воду решетом - носить воду в решете, nabrać wody do ust - nabrać wody w usta), структурные (набрать воды в рот – точно воды в рот набрал), видовые (сажать на хлеб и воду – посадить на хлеб и воду), словообразовательные, лексические (опрыснуть живой водой – окатить живой водой, wypływać na szerokie wody - puszczać na szerokie wody).

Такое явление, как вариантность, широко представлено как в русском языке, так и в польском. Это связано с активным употреблением фразеологических единиц в речи.

В данной работе была рассмотрена семантика слова вода/woda, а также варьирование устойчивых единиц с данным компонентом в русском и польском языках. В перспективе намечается произвести семантическую и структурную классификации фразеологических единиц с фразеокомпонентом вода/woda на большем объёме материала, подробно изучить их межъязыковую соотносительность, варьирование в русском и особенно в польском языках, а также проанализировать их в некоторых других аспектах.

© Борисова А.В., 2007


^ Основные трудности при коммуникации поляков и русских.

Опыт теоретического и практического исследования


Т.Ю.Бусыгина

(докторант Варшавского университета,

г.Варшава, Польша)


Исследование коммуникативных трудностей, которые могут препятствовать успешной коммуникации представителей русских и поляков, чрезвычайно актуально и важно. Сегодня эти страны, связанные как экономическими и политическими узами, так и общей историей, родственной культурой, активно ищут пути для сближения. Это сближение невозможно без пересмотра определенных позиций как с польской, так и с русской стороны, без постоянных контактов, в основе которых должны лежать осознанное стремление к взаимному движению навстречу друг другу, доброжелательность и коммуникативная компетентность. Успешная коммуникация (на разных уровнях: начиная личными приватными контактами между гражданами России и Польши и кончая деловыми встречами глав государств) является обязательным условием взаимопонимания и немыслима без работы над созданием специальных методик и словарей.

В связи с этим нами была предпринята попытка, во-первых, классифицировать все возможные причины коммуникативных неудач в ситуации общения русского и поляка и, во-вторых, разработать и апробировать методику практического исследования коммуникативных трудностей, связанных с моделями поведения.

Проанализированный нами теоретический материал позволил создать классификацию источников коммуникативных трудностей (мы опирались на понятия коммуникативного акта (КА), компонентов и уровней КА). Источниками коммуникативных трудностей могут быть как фоновые, так и непосредственные компоненты КА. На уровне фоновых компонентов выделяется этнический стереотип и культурная компетенция (знания истории, культуры, традиций; знания прецедентных феноменов; знания языковых и неязыковых этикетных форм). На уровне непосредственных компонентов КА выделяются подуровень вербальных компонентов КА (языковая интерференция: лексическая, синтаксическая, морфологическая), подуровень паравербальных компонентов КА (графическая, фонетическая интерференция; неудачи связанные с кинесикой) и подуровень невербальных компонентов КА (хронемика; проксемика; «дресс-код»), причем компоненты последнего подуровня могут в определенных ситуациях быть и фоновыми.

В рамках практического эксперимента было проведено параллельное анкетирование русских (65 чел.) и польских (56 чел.) информантов с последующим сравнением ответов. Последовательный сравнительный анализ ответов проводился по следующему принципу: чем больше различие в процентах, тем вероятнее возникновение в данной ситуации (описанной в вопросе) коммуникативных трудностей, т.к. в данном конкретном случае собеседники будут строить коммуникацию по разным моделям.

Результаты сравнительного анализа ответов польских и русских информантов позволили выделить некоторые факторы, способствующие возникновению коммуникативных трудностей в ситуации общения поляков и русских на уровне этнических стереотипов и неречевого этикета (эти факторы связаны с различным восприятием одних и тех же моделей поведения, ситуаций и т.д. представителями польской и русской культуры):

- русские негативно реагируют на поздравление до даты, а также без преподнесения подарка или открытки, в то время как поляки негативно реагируют на поздравление после даты;

- поляки негативно реагируют на приветствие без улыбки, в то время как русские относятся к этому более спокойно;

- часто модели поведения мужчины по отношению к женщине, которые поляки оценивают как «хорошее воспитание», русскими воспринимаются как «выражение симпатии» или «ухаживание»;

- русские воспринимают поцелуй руки как знак симпатии и ненавязчивого ухаживания, притом, что этот жест русской бытовой культуре не свойственен, в то время как поляки (молодежь) воспринимают его скорее как «приставание», несмотря на то, что этот жест является своеобразным символом польской бытовой культуры;

- для русских открытое выражение эмоций (как положительных, так и отрицательных) менее допустимо, чем для поляков;

- для русских разница между интимно-близкими и семейными отношениями с точки зрения недопустимости некоторых моделей поведения гораздо меньше, чем для поляков;

- универсальный и традиционный в русской городской культуре подарок, который преподносят гости хозяевам, – торт – совершенно не принято дарить в польской городской среде;

- для русских преподнесение живых цветов в подарок более значимо, чем для поляков;

- при приветствии для русских решающим фактором является симпатия, для поляков – формальный этикет;

- во время разговора для поляков более значимым, чем для русских, является постоянное вербальное реагирование на слова собеседника с целью показать собеседнику, что его внимательно слушают;

- конфликтная ситуация может быть спровоцирована разговором на политическую тему, причем русские собеседники часто не знают, обсуждения каких тем стоит избегать в разговоре с польским собеседником, а поляки в большинстве своем считают опасными темами события, связанные с современной внутренней политикой России;

- русские чувствуют себя более неуверенно в ситуации разговора с польским собеседником;

- причиной конфликта может стать заявление польского коммуниканта о себе как о европейце, т.к. подобные высказывания с большой вероятностью будут встречены ироничным отношением со стороны русского коммуниканта.

Кроме того, наше исследование позволило сделать некоторые выводы о стереотипе ‘поляка’ в русской лингвокультуре и о стереотипе ‘русского’ в польской лингвокультуре:

- можно говорить о некоторой неоформленности образа «поляка» в языковом сознании русских, в то время как образ ‘русского’ в языковом сознании поляков весьма конкретен и выразителен (и при этом сильно отличается от образа ‘россиянина’);

- в ответах русских респондентов больше ассоциаций со страной, а также фонетических ассоциаций, в то время как в ответах поляков – больше ассоциаций со страной и негативных стереотипов;

- в русской лингвокультуре сосуществуют одновременно два образа ‘поляка’: отрицательный (апеллирующий к бытовым и торговым контактам, а также историческим событиям), и положительный, связанный с образом ‘шляхтича’, восходящий к образу благородного и гордого польского аристократа, сформированный, по нашему мнению, художественной литературой, фильмами и т.д.;

- в польской лингвокультуре так же сосуществуют два образа ‘русского’: отрицательный («варвар-завоеватель», «торгаш») и положительный, сформированный личными контактами (в молодежно-студенческой среде).

Помимо информации, которую мы ожидали получить, при анализе результатов анкетирования мы смоги сделать несколько неожиданные выводы, не связанные напрямую с темой нашего исследования, о негативном автостереотипе поляка и о возможной трансформации этнического самосознания у представителей польской культуры. Для подтверждения и уточнения результатов настоящей работы необходимо продолжить исследования.

Литература

Кашкуревич Л.Г., Рыболовлев Н.Р. Речевой этикет. Вариативность социолингвистических моделей в польском и русском языках. М., 1996.

Красных В. В. Этнопсихолингвистика и лингвокультурология. М., 2002.

Стасиньска П. Межъязыковая омонимия в русско-польском сопоставлении. Зелена Гура, 1990.

Стефаненко Т. Г. Этнопсихология. М., 1999.

Bartmiński J. Językowe podstawy obrazu świata. Lublin, 2006.

Bobran M. Z badań nad składnią polską i rosyjską. Rzeszów, 1983.

Jarząbek K. Znaki kinetyczne wspomagające komunikację mowną i ich miejsce w nauczaniu języków obcych (na przykładzie komunikacji Polaków i Rosjan – ujęcie konfrontatywne). Katowice, 1989.

Obyczaje w Polsce od średniowiecza do czasów współczesnych. /Zbior. red. A. Chwalby. Warszawa, 2005.

Polacy i Rosjanie. Czynniki zbliżenia. Warszawa-Toruń, 1998.

Polacy w oczach Rosjan, Rosjanie w oczach Polaków. /Red. R. Bobryk, J. Faryno. Warszawa, 2000.

Polacy i Rosjanie. Przezwyciężanie uprzedzeń. /Red. A. de Lazari, T. Rongińska. Łódź, 2006.

© Бусыгина Т.Ю., 2007


^ К вопросу сопоставительного изучения

структурно и этимологически соотносительной

польской и русской глагольной лексики


М.Б.Виноградова

(ПКПЦ РБ, г. Уфа,

Республика Башкортостан, Россия)


Сопоставительное изучение языков представляет собой одно из ведущих направлений современной лингвистической науки.

Сравнительно-историческое изучение языков выявляет родственные отношения между языками на материале по возможности исчерпывающего охвата всех родственных языков, устанавливает закономерности в процессах развития праязыковых общих явлений в каждом из родственных языков, реконструирует древние ступени языкового развития и этапы расхождения. Огромная теоретическая и образовательная ценность такого изучения не подлежит сомнению.

Вместе с тем потребности практического изучения родственных языков в целях лучшего взаимопонимания народов, говорящих на этих языках, вызывают необходимость сопоставительного (или контрастивного) изучения современных славянских языков одного с другим.

Значительные сходства славянских языков, обусловленные не только их генетическим родством, но и внутренними закономерностями развития, во многих случаях предопределили близость инвентаря грамматических средств и инвариантных грамматических значений. Уже неоднократно было доказано, что грамматические системы близкородственных языков отличаются не столько средствами выражения, не столько различиями типологического и системного характера (хотя и они имеются), сколько неодинаковой функционально-стилистической значимостью изучаемых категорий и их членов, разной степенью употребительности, неодинаковым удельным весом в системе или микросистеме языка.

В связи с этим особую актуальность приобретает изучение языковых явлений с точки зрения выполняемых ими функций, а также определение их функциональных границ, которые при наложении, как правило, не совпадают даже в близкородственных языках.

Нередко различия в близкородственных славянских языках обусловлены разной дистрибуцией сопоставляемых категорий и их форм, их специфическими сочетаемостными свойствами, что является основой межъязыковой интерференции.

Для понимания того, как в родственных языках осуществляется процесс реализации сходных функциональных потребностей, необходимо также соотнесение языковой нормы и языкового узуса с учетом возможностей их речевой реализации в том или ином языке.

Наконец, сопоставительное изучение языков требует не только применения, но и дальнейшей разработки методов, теоретических принципов и методических приемов изучения и описания фактического материала сопоставляемых языков.

Между русским и польским языками в условиях языковых контактов происходят процессы, характерные для изменения лексики.

В сфере семантических процессов важное место занимают явления расширения и сужения значения. Обычно эти факты, играющие существенную роль в речевой коммуникации, рассматриваются в пределах одного конкретного языка. В результате сопоставления явлений расширения или сужения значений, характерных для генетически одной и той же лексической единицы, используемой в родственных русском и польском языках, может быть установлена закономерность принципов семантического развития исконных общеславянских значений в современных славянских языках. Так, по результатам проведенных нами исследований можно говорить о следующих соотношениях одинаково или близко звучащих глаголов, восходящих к одному этимону, в родственных русском и польском языках:

1. Тождественные глагольные лексемы выражают идентичные семемы. Количественно данная группа включает в себя около 60 единиц, что составляет лишь 30 % всего анализируемого материала. Дело в том, что в результате длительного и относительно изолированного развития русского и польского языков произошел ряд изменений в семантической структуре лексики, благодаря которым возникают существенные отличия. Полностью идентичными остается лишь та небольшая часть глагольных эквивалентов, которая сохранила и конкретизировала исконное общеславянское значение.

Среди абсолютно идентичных встречаются как моно-, так и полисемичные соотносительные глаголы.

Группа моносемичных глагольных эквивалентов распадается на ряд более мелких подгрупп - в соответствии с выражаемым ими лексико-категориальным значением. Так, среди отобранного нами языкового материала чаще всего встречаются так называемые глаголы приобретения (skupić - скупить, nachwytać - нахватать, naczerpać - начерпать, nałamać - наламать и др.) и глаголы совершения (nagrzeszyć - нагрешить, napartaczyć - напартачить, nahulać się - нагуляться, zakopać - закопать и др.), реже глаголы звучания (miauczeć - мяукать, wyć - выть, zapłakać - заплакать и др.) и глаголы испытания (nacierpieć się - натерпеться, namęczyć się - намучиться, lenić się - лениться и др.). При более детальном исследовании возможно выявление и других подгрупп.

Группа полисемичных глагольных эквивалентов также распадается на подгруппы в зависимости от равного или неравного количества выделяемых словарями семем в соотносимых лексемах.

Среди полисемичных эквивалентов с равным количеством семем встречаются двузначные, трехзначные и, реже, четырехзначные глагольные пары.

Кроме того, наблюдается и некоторое расхождение в семном наборе значений русского и польского глаголов, что выражается в возможностях глагольной сочетаемости, позволительной для одного и нежелательной для другого славянского языка.

Среди полисемичных тождественных друг другу глагольных эквивалентов с неравным количеством семем, закрепленных за сопоставляемыми лексемами, особо выделяется часть польских глаголов, обладающих более расчлененной семантической структурой по сравнению с соотнесенными с ними русскими глаголами. Результаты анализа данной части глаголов показывают, что польскому языку свойственна бóльшая, чем русскому, степень конкретизации глагольной семантики, что выражается в развитии польскими глаголами дополнительных семем, которые присутствуют в качестве составных сем в более абстрактных значениях русских глаголов.

Анализ полисемичных глаголов с неравным количеством семем в русском и польском языках показал также наличие польских синкретичных по отношению к русским эквивалентам глаголов, сохраняющих историческую семантическую связь и объединяющих в своей семантической структуре значения сразу двух русских омонимичных на синхронном уровне развития языка, а значит утративших историческую семантическую связь, лексем. Среди русских глаголов примеров синкретичных глаголов не обнаружено. Существование в польском языке подобных глаголов и развитие ими новых семем на основе метафорического переноса подтверждает мысль о том, что польский язык пошел в своем развитии по линии дальнейшего углубления и конкретизации исконного славянского значения, в то время, как в русском языке утрачивается одна часть исконных значений, а другая часть значений разводится по разным лексемам.

2. Тождественные глагольные лексемы в русском и польском языках выражают семантически близкие семемы (различия между ними могут быть в объеме понятия, что является поводом для распределения данной группы глаголов по степени семантической близости на глаголы высокой, средней и далекой степени близости): nachwalić się - нахвалиться, łakomić się - лакомиться, naszkodzić - нашкодить, nagrzać - нагреть, obdarować - одарить, oblec - облечь, nadąć się - надуться, nadoić się - надоиться, brykać się - брыкаться, czerstwieć - черстветь, drapać - драпать, darować - даровать, rozochocić - разохотить, nakazać - наказать, nakurzyć - накурить, napylić - напылить, nagrać - наиграть, nalegać - налегать, pouczać - поучать и многие другие.

Максимально высокой степенью семантической близости обладают глаголы, семантическая структура которых различается лишь набором элементарных компонентов значения, то есть сем.

Среди них как в польском, так и в русском языке встречаются глаголы, либо имеющие количественные различия в семном наборе - и тогда семантическая структура глагола, обладающего большим количеством сем, будет шире, чем структура глагола с меньшим числом сем; либо глаголы, различающиеся содержанием семантических компонентов значения - и тогда семантические изменения будут носить качественный характер.

Относительно высокой степенью семантической близости обладает группа глагольных эквивалентов, семантика которых различается только наличием или отсутствием переносного значения (в его основе лежат различные ассоциации и связи предмета или явления). Поскольку таких связей множество, в различных языках одно и то же слово может получить ряд различных переносных и фразеологически связанных значений.

По ходу исследования мы выяснили, что чаще всего переносные значения возникают у русских глаголов, в то время как польский глагол сохраняет свои основные словарные значения. Реже встречаются случаи появления переносного значения у польского глагола при его отсутствии у русского.

Наконец, есть примеры наличия переносных значений у обоих глагольных эквивалентов, причем в некоторых случаях, когда за основание для переноса берется одна и та же черта, значения совпадают в русском и польском языке; в других случаях, если за основание берутся разные черты или возникающие ассоциации рознятся, переносные значения могут не совпадать.

Группу структурно соотносительных глагольных эквивалентов, обладающих высокой степенью семантической близости, венчают полисемичные глагольные пары, семантема которых различается не более, чем на одну семему. В данной подгруппе, как правило, большим количеством семем обладают польские глагольные эквиваленты. Среди них встречаются случаи, когда либо сохраняется не одно, а несколько исторических значений, и тогда наблюдается расхождение с русским эквивалентом, как правило, сохраняющим лишь одно историческое значение; либо отмечается появление новых значений у польского глагола еще в исторический период развития языка, что говорит о его большей, в сравнении с русским, активности в ту или иную эпоху.

К глагольным эквивалентам со средней степенью семантической близости мы отнесли те случаи, в которых семантические расхождения отражаются в двух и более семемах, но при этом у них сохраняется хотя бы одно общее значение. Среди них встречаются глаголы, значение которых в одном языке полностью соответствует значениям их эквивалентов в другом языке, при этом один из глаголов обладает двумя и более дополнительными семемами.

Как правило, более широкая семантическая структура отмечается у русских глаголов. Это либо свойственные русскому языку метафорические переносные значения, отсутствующие у польских эквивалентов, либо значения, которые некогда существовали в обоих языках, но позже были утрачены польским глаголом, либо новые значения, появившиеся у русского эквивалента путем сужения или расширения, а иногда и смещения компонентов исходного значения глагола.

Средней степенью семантической близости обладают и так называемые синкретичные польские глаголы, семантема которых включает в себя значения двух и более глаголов русского языка, причем это могут быть как этимологически родственные, но омонимичные на современном этапе развития языка лексемы, и тогда семантические расхождения углубляются за счет наличия у польского эквивалента дополнительных значений, так и неродственные глаголы, не имеющие эквивалента в западнославянских языках. Случаев синкретичных глаголов в русском языке не обнаружено.

Наконец, еще больше в семантическом отношении разошлись глаголы, совпадающие лишь в одном, реже в двух значениях, но развившие новые, несоотносительные друг с другом значения в обоих языках. Такие значения появляются либо путем сужения или расширения основного словарного значения, либо путем метафорического переноса. И в том, и в другом случае расхождения объясняются разными основаниями для появления нового значения. Отметим, что данная подгруппа является наиболее многочисленной.

Среди структурно соотносительных глагольных эквивалентов, обладающих далекой степенью семантической близости, отдельную группу составляют глагольные эквиваленты, значения которых окончательно разошлись, утратив историческую семантическую близость. Таким образом, у подобных глаголов русского и польского языка не осталось ни одного общего словарного значения, что и объясняет причину присвоения данной группе самой удаленной степени близости.

Далекой степенью семантической близости обладают глагольные эквиваленты, не имеющие общих значений на синхронном уровне, но один из которых сохраняет исконное значение. Примеры сохранения одним эквивалентом своего исторического значения встречаются в равной мере в обоих славянских языках. При этом преобразование значения у второго эквивалента идет путем либо сужения, либо расширения и дальнейшей утраты исконного значения.

Другую подгруппу семантичес