Реферат: Мои старый знакомый Степан Трофимович Лягушкин с самого детства не боялся никакой чертовщины, ни чего сверхъестественного

БЕСЫ


Посвящается Николаю Васильевичу Гоголю


Мои старый знакомый Степан Трофимович Лягушкин с самого детства не боялся никакой чертовщины, ни чего сверхъестественного. Как-то наоборот, его всегда тянуло к каким-то необычным вещам, которые происходили рядом. Толи такова была его природа. Толи любознательность била через край, но Лягушкин был чрезвычайно любознательным человеком. Большинство людей несколько раз подумают прежде сделать что-то из того, чего они раньше не видели или не делали. Лягушкин – человек другого калибра. Обыденность ему быстро надоедает и жажда приключении тянет его в неведомые дали.   

  Всю свою жизнь Лягушкин был моряком, плавал на военный судах Северного флота и на торговых суденышках в Тихом океане. Если бы не было такой вещи как флот, Лягушкин, наверное, умер бы от скуки. Тесные рамки обыденной жизни не привлекали Степана Трофимовича. Не мог он жить в такой «оправе». Ему было тесно. На флоте Лягушкин несколько раз попадал в странные и, мягко говоря, в рисковые ситуации, но не сдавался. Если бы Степан Трофимович женился и работал бы как все обычные люди, готов спорить, он бы давным давно спился. Такому человеку как Лягушкин нужен был парус. Иначе такой корабль как он давно сгнил бы на причале обыденности, рутины и житейских неурядиц

  Лягушкин прекрасно плавал и несколько раз вплавь переплывал огромные расстояния. Так как свидетеля его «геройств» были его же приятели, то никто не фиксировал его рекордов и они остались лишь в памяти самого Лягушкин и его собутыльников. Да и то, только на короткое время. Несколько раз за время службы Лягушкин успел побывать в плену и один раз почти попрощался с жизнью, но как оказалось –поторорился. Он выплыл и в этот раз. Степан Трофимович командовал рыболовецким траулеров «Врангель». Получил приказ «Врангель» ушел в море и где-то в районе Филиппин команда сошла на берег. Лягушкин даже называл остров, но я совсем забыл название. Матросы закупили провизии и решили отдохнуть в баре на берегу, совсем недалеко от их причала. Самый обыкновенный бар, до вечера еще масса времени. Лягушкин дал всем свободного времени до 6 вечера. Сбор на причала номер 23. К шести часам пришло только несколько человек, которые бегали по городу и не ходили в бар. Вся группа матросов, который были в баре «Вивальди» на причале отсутствовала. Через пару минут на причал прибыла местная полиция и арестовала и самого Лягушкина и остаток его команды. В полицейском участке от них требовали указать, что в трюме корабля. Никто из команды и не думал ничего скрывать. Ничего кроме рыбы там не было и быть не могло. Поэтому никто ничего не скрывал. Как оказалось потом эти филиппинцы просто не сильно разбирались в названиях водных судов и, вероятнее всего, просто перепутали суда. Подержав матросов какое-то время, и выяснив, что денег у них нет, полиция потеряла к ним всякий интерес. Зато какие-то другие вооруженные люди возымели желание подняться на борт и осмотреться. Всех арестованных привезли снова на причал 23, где к тому времени уже стояли остальные члены команды, конвоируется вооруженными людьми. Всех посадили на катер и под угрозой оружия забрались на борт. Лягушкин перекинулся парой словечек с командой и решили, что они и сами уйдут, хотя бы потому, что ничего ценного на борту «Врангеля» нет. Пираты, бегали по палубам как угорелые, но ничего не нашли. Заставляли открывать все морозильники и наверное везде посмотрели. Пираты ругались между собой и резкие крики слышались то из одного, то из другого конца корабля. Пираты решили, что нужно брать хоть что-то и Лягушкина вместе с командой взяли в заложники, команда которых была интернациональная. Они почему-то подумали, что рыболовецкий траулер «Врангель» перевозил что-то ценное. Пираты связались с портом приписки во Владивостоке. И почти 2 месяца вели переговоры о выкупе. Вести переговоры бело бесполезно. Фирма, которой принадлежал «Врангель» едва дышала.

Через 2 месяца пираты поняли, что единственная ценность этого траулера это его команда и груз рыбы, они решили поживиться полученным. Рыбу стали перегружать из морозильника на мелкие шхуны и отвозить куда-то на один из островов. Для перетаскивания содержимого ледника понадобились рабочие руки и пираты были вынуждены снять кандалы почти со всей команды. Это была их последняя ошибка. Оказавшись без наручников, Лягушкин быстро сообразил, что пираты хоть и вооружены, но половина их на берегу и принимает груз рыбы. А вот Лягушкин знают корабль как своих пять пальцев.  Такой возможности больше могло и не представиться. Рыбу пилили электропилами на большие куски и тащили к лодкам, в которых пираты уже принимали груз. Таким образом можно было найти момент, когда количество пиратов на самом судне «Врангель» окажется на треть меньше обычного и попытать счастья. Лягушкин и его помощник матрос Черепанов быстро разоружили охранников, которые стояли в морозильнике и приступили к очистке судна от нежелательных гостей. В каюте капитана у Лягушкина произошла осечка и капитан пиратов ранил его в левую ногу. Вовремя подоспели остальные матросы и капитана пиратов выкинули в море. Пиратов разоружили и по выбрасывали. Когда очередная лодка с пиратами приплыла к тому месту, где раньше стоял «Врангель», то кроме товарищей, барахтающихся в воде, они ничего не увидели. «Врангель» ушел в море домой во Владивосток.

    Вы не были во Владивостоке? Я был там раз восемь или нет, нет, раз шесть точно был. Город очень красивый, внизу порт и огромные корабли. Корабли очень медленно передвигаются и медленно, с полным осознанием своей силы и значительности, выдвигаются в море. Никакой спешки. Кажется такой ритм оказал влияние и на сам город Владивосток. Все там очень значительно, не торопясь, уверенно и мягко. Даже общественный транспорт ходит там с такой же энергетикой.

    Только один раз я был во Владивостоке летом и мне тогда мне там не понравилось. А вот все остальные разы мне случалось побывать там зимой. Совершенно другой вид.Советую.

   После пиратского плена, Лягушкин долго лечил ногу, и местный корабельный доктор, вовремя вынул пулю калашникова из ноги Степана Трофимовича. Лягушкин лечился нерегулярно и лекарствам предпочитал настойки, которые предпочитал употреблять вовнутрь. Во Владивосток пришли без приключении и сдали груз заказчику. Лягушкину дали медаль. Нога болела у Степана Трофимовича еще около месяца и вся команда посещала его дома, приносили подарки и помогали по дому. Степан Трофимович скоро и сам пошел на поправку, ибо хоть здоровьем и не блистал, но умел лечить себя сам. А это, по состоянию нашей медицины, вещь незаменимая. Прошел еще месяц и Лягушкин стал выходить сам на улицу и уже играл с местными пьяницами в домино на пол литру.

    Со временем рана затянулась и от нее остались лишь воспоминания. Лягушкин снова принялся к исполнению своих служебных обязанностей и пошел на повышение. Лягушкин не хотел расставаться с Владивостоком. Я и сам раз был у него во Владивостоке и мы здорово провели время. У меня была командировка. Через фронтовых друзей я раздобыл телефон и адрес Лягушкина во Владивостоке. Во Владивостоке мы массу времени провели на рыбных траулерах. Один раз даже пошли рыбачить на траулере, но поймали совсем ничего. Только солярку спалили. Тогда Лягушкин взял свой маленький катерок и пошли рыбачить на удочки. Лягушкин знал все рыбные места. И рыбалка удалась.

    Хотя сам Лягушкин был и есть коренной москвич, а не какой-то там прощелыга, но к Владивостоку он привык. Лягушкина знал весь город или мне так казалось. Во всяком случае все время нашего блуждания по увеселительным заведениям, почти все официантки звали его по имени. Соответственно и обслуживание было другим, чем для рядового посетителя.

В очередной раз мы созвонились Все как полагается. Лягушкин был в отличном настроении и мы гуляли из ресторана в ресторан довольно продолжительное время. В один из таких визитов мы познакомились с одним таким же как и мы «гулякой». Ни имени ни фамилии этого «гуляки» мы и не запомнили, уж очень водочка хороша шла. Сам он был из Белоруссии, раньше работал военным врачом. Из своего недавнего прошлого он рассказал свою историю. А Степан Трофимович рассказал свою историю. Оказывается в молодые года Лягушкин был в Белоруссии и жил там довольно долго. Я ничего не запомнил из истории того «гуляки», которого мы случайно встретили в баре. А вот рассказ Степана Трофимовича помню весь…

^ Рассказ Степана Трофимовича

Белоруссия похожа на один огромный колхоз. В смысле каких-то инновации и самого обыкновенного социального прогресса, благодаря местному руководству Белоруссия отстала лет на сорок. В Белоруссии каким-то непонятным образом сохранились и старые советские методики и подход к экономике, и даже названия улиц сохранились со времен Машерова. Все такое советское, все такое гнилое и не актуальное. Если нужно было бы законсервировать советский строй хотя бы в целях истории, то Белоруссия справилась с этой задачей во всех смыслах слова на отлично. Даже люди в Белоруссии какие-то скованные и не решительный. Вообще о белорусах и их великом терпении, их потрясающей «на все согласности», уже давно слагают анекдоты. Тотальный застой касался не только экономики. Казалось он был даже в сознании белорусов. Именно так. И именно от туда он распространился как туман на все сферы жизни. Белоруссию никто не угнетал. Она не была никем завоевана. Застой и гнилостность породили сами белорусы. Именно сами белорусы породили такого как Лукашенко. Лукашенко не прилетел с другой планеты, не был ставленником иной враждебной державы и не пришел к власти на штыках. Вообще в президентстве Лукашенко не было ровным счетом ничего героического, ни романтического. Он был кровь от крови и плоть от плоти всего того, что теперь, Белорусским МИДом предлагается называет как «Беларусь» во всех официальных письмах вместо «Белоруссия». Белоруссия – это такое болото, где все вроде бы как удовлетворительно. Ну, не плохо и не хорошо, а так – мирное небо над головой. Мирное небо, конечно, вещь ценная, но кроме него еще кушать хочется. Дышать хочется свободно, именно так. Белоруссия как старое ветхое жилье, которое не ремонтирую и не перестраивают не потому, что денег нет, а потому, что не умеют.

Случай на Северном Флоте

Не знаю, верите ли вы в приведения, но я нет. Во всяком случае не верил, пока партия и правительство не направили меня в город Гродно. Никогда паранормальными явлениями я не занимался и даже и не думал о них. Кино, фильмы о различной чертовщине на дух не переношу, хотя старые фильмы из этой категории мне нравятся до сих пор. Сам не знаю почему меня направили туда, наверное моя крайняя выживаемость в катастрофических обстоятельствам была тому причиной. Миссия была секретная. Мне вообще то не привыкать. Бывало в Мурманске, там на подлодке, что ты! Смело идешь в бой. Команда верных приятелей и сто грамм полковых и вперед, на бруствер. А что делать. За нами Москва. А я же Москвич, а не пройди свет какой-то. Всякого повидал во время службы на Северном Флоте.

    Бывало, знаешь идем старые лодки инспектировать в составе комиссии. И вроде знаешь, что никто, кроме тебя, никогда туда не спускался, в лодку-то. Ну хотя бы потому, что не зачем ему туда спускаться. А нет. То скрип какой, то двери лязгают, то цепь корабельная где по металлу скрипит. Жутковато. Когда один. Бывало пару лодок, где несчастных случаев было много, обходили стороной.  Приказ был нашего комдива легендарного товарища Чечеткина чтобы в те лодки лишний раз и не спускаться. Чертовщина. А что там и как – кто его знает. Может и нет там ничего потустороннего, но вдруг. Приказ есть приказ. Если Чечеткин сказал, никакая контра не заставит приказ нарушить. Дисциплина железная. Я тогда тоже эти лодки инспектировал. Спустишься там, осмотришь, течь, может местная ребятня скрутила какую фиговину на сувениры. А может и диверсия. Сам понимаешь какое время. Не ровен час война.

Служила у нас в батальоне женщина одна по фамилии Комбинашкина. Фамилия такая, не смейтесь. Девка как девка, что сказать. Курила правда поминутно, ну, так грех то небольшой. Симпатичная такая, волосы каштановые. Вроде из под Вятки она была. Взяли мы его в наш спец отряд старые лодки инспектировать. Я тебе скажу сразу, это наш ротный товарищ Поцелуев глаз на нее положил. И думал, что девка возьмет да и отплатит ему любовью. Решил он ее значит к нам, чтобы баба отдохнула. Так ведь совсем наоборот вышло. И был это ее первый день у нас в отряде. Первый и, чавалэ, последний.

   Мы уже осмотрели старые лодки и стоим у пирса, курим. А Анастасии Комбинашкиной все нет и нет. Полчаса стоим. Нет человека. Решили, что может случилось что. Пошли снова.

Лягушкин – А какие лодки за ней числились? – спрашивает уверенно

^ Ротный – Да, на сегодня всего 4 дали. Те, около пирса и те 2, которые «чертовыми» считаются.

Лягушкин – Ну так пойдем посмотрим, может свалилась куда или что. Приказ ей давали насчет «чертовых» лодок читать?

^ Ротный – В первый же день и дали.

Лягушкин – Давать то дали, а вот читала ли она?

Пошли мы лодки, которые Комбинашкина осматривала смотреть уже сами. Осмотрели сначала 2 нормальных. Нигде ее там не было.

Поцелуев – У меня не хорошее предчувствие. Наверное там она, - показывает на 2 «чертовы» лодки

Лягушкин – А мать, так я думал. Пошли, что поделаешь.

Решили разбиться на 2 группы. Одна идет левую лодку осматривать, а другая правую. Через полчаса связь. Повел я своих.

Лягушкин – Так, по одному не ходить. Только парами. Связь каждые пять минут. Как поняли меня?

^ Матросы – Вас поняли товарищ командир

Шли по палубам, сквозняк такой словно хрипит кто-то. Смотрим, нет никого.

Лягушкин – Так теперь еще раз, только обратить внимание на лазарет и машинное отделение.

Матросы – Товарищ командир, все уже осматривали – трусливо

Мне и самому мало удовольствия ходить по лодке, но долг есть долг. Разошлись.

Лазарет был самый дальний участок. Думаю, возьму на себе лазарет. Фонариком свечу, только вижу, тень какая-то мелькнула и исчезла. Перекрестился. Снова иду дальше и вдруг слышу, поет кто-то: « Плела я косу долгую…»  Что за страсть? Ускоряю шаг и, остолбенел: смотрю в лазарете Комбинашкина сидит на кушетке, седая вся как старуха и кулек в руках как ребенка качает. Смотрю не кулек, так тряпки какие-то скрутила и держит как ребенка.

Лягушкин – Настя! Настя? Где же ты все время была? – подхожу поближе

Комбинашкина – Степан Трофимович. Ах, чудо то какое, Степан Трофимович – крепко прижимает к груди моток грязного белья – Ребеночка я своего нашла, сыночка, Митенку? – смотрит на меня глазами пустыми как у мертвеца и полными слез.

Лягушкин – Какого ребеночка, ты же незамужнем?

Комбинашкина – А вот – протягивает мне свернутое грязное одеяло, - сыночек мой, Митенка. Маленький.

Лягушкин – Пойдем Настя, пора идти. – беру ее за локоть, - Митенку с собой возьми.


Взял я ее за руку и вывел на пирс. Всю дорогу Комбинашкина пела детские песенки. Ее прическа растрепалась и ветер трепал старые и больные волосы молодой женщины.

Комбинашкина была не замужем, а вот родила в 17 лет и ребенок умер. В деревне жизни ей не было и она пошла на флот, забыть муку своего сердца. А вот на «чертовой» лодке привиделся ей ее ребеночек снова.

   В госпитале Комбинашкиной вроде стало лучше. Весь батальон приходил навещать ее. И, через некоторое время, ей вроде как и полегчало. Она немного посвежела, но потом в один прекрасный день все пошло из рук вон плохо. Она перестала узнавать людей, а потом и вовсе, не реагировала ни на каких посетителей. Через неделю доктор позвонил мне и сказал, что надежды нет. Я зашел еще раз к ней, хотя в душе был уверен ,что захожу попрощаться. Комбинашкина лежала на кровати и смотрела в потолок. Ни разу не взглянула ни на кого. Я подошел попрощаться, говорить с ней было бессмысленно. Еще через неделю ее увезли на машине скорой помощи в специальное медицинское учреждение. Через месяца два, точно не помню, наш врач сказал мне, что Настя умерла. У Насти не было родным. Мы ее хоронили…

   Мне пришлось писать рапорт на имя главком верха. Вы думаете это легко?! Ни черта! Пойди, опиши все то, что ты видел, что было словами! Именно словами. Не нарисуй, а опиши! Неделю ломал голову, потом придумал, что не стоит под кого-то подстраиваться, хотя факт того, что мою докладную будут читать, влиял на содержание. Я описал сам факт, развитие и событии и печальный исход. От себя заметил, что в дальнейшем не стоит привлекать к данной работе людей перенесших в недалеком прошлом сильные переживания. Мы все были на той «чертовой» подлодке и только с Комбинашкиной случилось это печальное событие.

Я приказал 2 чертовых лодки заварить наглухо.

В аду

Бесы играли в карты. У горбатого черта Джорджа Сороса игра не задалась с самого начала. Черт Сорос не слишком силен был в картишки, но в этот раз совсем проигрался в пух и прах. Азарт толкал его на крайние меры. Черт Сорос делал огромные ставки, немного выигрывал, снова оставался без сапог. Потом черт Сорос решил поставить на кон свой левый рог и снова продул. Черт Сорос постоянно играл в паре с прыщавым и плешивым бесом по фамилии Беленький. Бес Беленький играл из рук вон плохо. Старый черт Сорос даже побил его несколько раз во время игры за бестолковость. Авторитет горбатого черта Сороса упал ниже некуда. Он ходил по аду из угла в угол с одним рогом и даже мелкий бес Юра Царик подсмеивался над ним.

^ Царик – А что ваше благородие, левый рог чай в шинке заложили? Хе-хе-хе! Чай теперь новый вырастет! – злобно хихикал бесенок Царик

Сорос – Сгинь гнида. Не до тебя сейчас! – печально отворачивается от Царика

Царик мелко прыгая вокруг Сороса как жаба – Ваше благородие не изволит беспокоится, не стоит. Рога теперь выдаю по талонам. – паскудно хихикает

Черт Сорос уловил момент и как засандалил Царику по заднице копытом. Отчего мелкий бес Царик полетел кубарем

^ Сорос – Беленький! Юра, брат, иди сюда!

Беленький – Пан Сорос изволил всю игру мне испоганить – жалобно корчит рыло

Сорос – Слушай меня Беленький и слушай меня внимательно. Если ты, харя, еще раз будешь играть мне не в пару, я тебе оторву хвост и пошлю в отделение по строительству аграгарадков! Ты меня понял! – кричит грозно – или я не по еврейски с тобой говорю!

Беленький – Понял ваше сиятельство. Истинный Бог, прошу прошения, истинный черт, понял – кланяется – Дайте вот копытце ваше поцелую.

Сорос – Поцелую ты меня сам знаешь куда. А теперь о деле. Мне до ужаса надо отыграться. Я поставлю свое место в аду. Сам знаешь, если проиграю меня выгонят из ада. А для нас с тобой, для чертей, хуже этого может быть только белорусская приватизация!!! – грозит Беленькому кулаком – Видишь чем рискую

Беленький – Ясно. Я буду стараться.

Сорос – Идем играть, мразь ты паскудная

Горбатый черт Сорос берет за копыто Беленького и идут снова к игровому столу. За столом шум, гам, ругня. Черти толкаются, дерутся, делают ставки.

Сатана – А Сорос, корефан! Что отыграться хочешь? Томас Эктон пропусти Сороса к столу – черти расступаются и дают дорогу горбатому черту Соросу, - А ставить что будешь?

^ Сорос – Ваше благородие, в долг! Дайте отыграться. – плачет

Сатана – Нет Сорос. Какой долг. Ты же аферист и шаромыжник. А мы, черти почтенные. Марку держим. А ты, Сорос, за стакан «крышачка» мать родную продашь. Нет Сорос, не верю. Есть что предложить? А если нет, так иди цыганскую кровь пей. Эй, Томас Эктон, выкинь эту падлу Сороса вон. Нечего ему тут с нами игры играть.

Томас Эктон уже подходит к Соросу, но Сорос орет

^ Сорос – Стой Сатана. Играем. Коль выиграю, верни мне мой левый рог и дай еще 1000 шекелей.

Сатана – А коль проиграешь?

Сорос – А если проиграю, то выкинь меня и Беленького из ада на землю строить аграгардки

Беленький – Я не согласен – пугливо озирается.

^ Сорос – Молчи скотина

Сатана – Договорились. Эрик Авебери, сдавай карты.

Началась игра. Английский черт Эрик Авебери начал метать карты. В аду играют только на шекели, иной валюты не принимают. Наверное близка чертям эта монета.

Плешивый черт Беленький никак не был готов к такому повороту и тут же начал проигрывать. Горбатому черту Соросу как раз шла карта. Козыри, пары, тузы и уже в гнилой его душе загорелась надежда отыграться. Но скотина Беленький играл как и жил, хуже не куда. Сорос подмигивал ему и делал знаки правым рогом ибо левого у него уже не было. Эрик Авебери увидел это и донес сатане.

Сатана – Так! Перерыв мужики. Эктон, возьми розги и ударь по рогам горбатого черта Сороса 666 раз. Он мухлюет, а мы так не понимает, хоть мы и черти, но играем честно

Эктон – слушаюсь. А ну, кончай играть и хватайте Сороса

Сороса больно высекли на виду у все чертей, ведьм и прочей нечисти по правому рогу, ибо левого у него уже не было.

Потом стали играть снова. И опять карты шли к Соросу как на заказ. Снова в глазах у него появилась искра. Но Беленький…Беленький был в своем репертуаре. Он дул как мог. В конце концов они проиграли.

Дикий хохот пошел по всему пеклу. И ведь как проигрались, как дети. Сорос сидел с целой кучей козырей на руках и смотрел на Беленького непонимающими глазами.

Сатана – Что? Проиграл! Ха-ха-ха! Ладно. Ты, Сорос, служил мне верой и правдой. Поэтому даю тебе последний шанс. Если есть у тебя хоть один шекель, ну один огород. Ставь. Даю тебе еще шанс. Правильно черти?

^ Черти – Правильно!- хором

Сорос – Я сейчас.

Сорос начал спрашивать у всех своих знакомых копейку.

Сорос – Беленький, дай шекель.

Беленький – Какой шекель. Мало того, что ты впутал меня в свою авантюру, так еще и шекель просишь?!

^ Сорос – Ну дай, ну пожалуйста?

Беленький – А иди ты!

Царик – У меня тоже нету

Сорос бегал по всем чертям, но никто ему не дал ни огорода. Перспективы были самые печальные. В надежде на чудо Сорос опять пришел к игровому столу.

Сатана – Ну, что? Что будешь ставить? Давай, сейчас новый кон начинаем.

Сорос вытаскивает из-за пазухи целую кипу каких-то денежных знаков и подает их через Тэри Дэвиса Сатане.

^ Сатана – Что это за ерунда?!

Сорос – Белорусские рубли. Сын мой Александр Григорьевич Лукашенко печатает в страшном количестве

Сатана – Э нет. Ты мне деньги давай, доллары, евро, российские рубли – приму по курсу в переводе на шекели. А свои белорусские зайчики использую для походов в общественные туалеты

^ Сорос – Нет, это валюта. Пан сатана, не изволит беспокоится. Курс к доллару стабильный.

Сатана – Так Сорос. Ты мне действуешь на нервную систему, а она у меня слабая. Ты что свои «зайчики» мне суешь? Все. За то, что ты мразь и подонок отправляю тебя на Землю вместе с твоими друзьями.

^ Царик – Я его не знаю – указывает на Сороса

Беленький – Мы с ним пять минут назад познакомились, клянусь

Сатана был не преклонен. Всех выгнал на землю. Пролетая над Землей черти говорили между собой

^ Сорос – Вы куда,хлопцы?

Беленький – Я в Москву

Царик – Я в Минск в аналитический центр при президенте. А ты куда Сорос? Может к сыну своему залетишь, к Лукашенко?

^ Сорос – Нет. Не знаю. Достал меня этот сын. Ему все время кажется, что я цыган. Хотя, покручусь и над Белоруссией

Ведьма

В городе Гродно жила была женщина по имени Анжелика Борис. Толи не было у нее мужа, толи был какой-то, не знаю. Но мало ей было мужского внимания. А может она хотела почувствовать себя настоящей женщиной? Мне кажется, она просто хотела острых ощущении. Кто ее знает.

Вообще, не везло бабе. И так и эдак, а нет его. Сидит одна, варит картошку, а он все и не идет. Годы идут, а муж, загадочный и усатый где-то далеко. И решила Анжелика Борис обратиться за помощью к нечистой силе. «Мне все равно поминки без крепкого в интимном плане мужа, а в раю наверное, скучно. Пойду к местной цыганке. Может она что подскажет?». С такими невеселыми мыслями встала рано утром Анжелика и пошла на остановку, чтобы ехать в Ошмяны к цыганам. Ибо в Гродно цыган нет. У одной своей старой знакомой спросила она адресок цыганской гадалки. Приехала Анжелика в Ошмяны и быстро нашла эту цыганку.

Цыганка – Заходи красавица. Заходи яхонтовая – цыганка приветливо зазывает Анжелику Борис в дом, - что у тебя милая? Какая беда стряслась с такой красотулькой?

^ Борис- Я, как бы это сказать, одинокая. – прячет глаза

Цыганка – Не может такая красавицы быть одинокая! Не верю я! Ай краля, какая краля. – расхваливает прелести Анжелики Борис – сейчас помогу, подскажу, исправлю. Не бойся милая, не бойся красавица. Не будешь ты одинокая.

Анжелика разрумянилась и действительно похорошела от эпитетов цыганских, но засмущалась

^ Цыганка – А кто рекомендовал меня, кто подсказал тебе, бриллиантовая ты моя, где тебе счастья искать?

Борис – Татьяна Бабич подсказала. Вы ей в прошлом году порчу снимали.

^ Цыганка – Да, ешкин кот. Всю голову мне задурила. Вышла Бабич замуж-то?

Борис – Откуда! Дураков нет!

Цыганка – Ладно. Давай так, мне надо обедню заказать, по картам посмотреть, со старухами потрындеть по делу твоему. Вижу испортили тебя. Сильно испортили, чай. Не знаю что и делать.

^ Борис – Цыганочка моя, ничего для тебя не пожалею. Помоги! – глаза у цыганки загорелись – Одна я осталась.

Цыганка – Ладно, придумаем что-нибудь. Идем, карты все покажут. Карты не врут. Я вру, а карты не врут.

Цыганка и Анжелика Борис уходят в отдельную комнату и цыганка начинает кидать карты. В конце концов Анжелике Борис становиться понятно как белый день, что врагов и недоброжелателей у нее туча. Все ее хотят погубить и даже, желают ей зла. Все ей завидуют. В особенности завидуют ее красоте и доброму сердцу. Мал помалу Борис и сама поверила что она красивая и дело за малым. Без тени задней мысли Борис с легкостью «обреченного на счастье человека» отдала цыганке сто долларов.

^ Цыганка – Вижу. Вижу будешь ты счастливая! Я вру, карты не врут. Будешь счастливая и меня всю оставшуюся жизнь благодарить будешь –

Борис – Скорее бы

Цыганка – А ты не торопись. Не торопись, чай. Все для тебя сделаю. Есть способ – загадочно улыбается и искра пробегает в ее глазах.

^ Борис – Какой?

Цыганка – Знаешь Анжелика, красивая ты бабенка. Любо на тебя глядеть, но без помощи моей сгниешь ты как собака – дрожь пробежала по телу у Анжелики Борис – За все надо платить или заработать. Там – цыганка загадочно тычет пальцем в пол – тоже деньги любят – понимаешь?

^ Борис – Нет не понимаю. То есть про то, что красивая я , я уже поняла, а вот про деньги – как-то не всосала

Цыганка – Всосешь. Купить тебе счастья. Купить у черта!!!

Борис подскочила выше потолка и позеленела как доллар

^ Цыганка – Купить. Черт тоже звонкую монету любит. Ой любит.

Борис – Цыганочка, милая, а может как-то иначе. Может без него, без черта! – умоляюще смотрит на цыганку

Цыганка – А как без него! Варить ты умеешь – умеешь варить так хорошо, что куры дохнут. Куришь, материшься, даже косметикой пользоваться не умеешь. Ты хоть бы раз мини юбку на нормальную андараку сменила.Нет, Анжелика, без черта тебе не обойтись. Как не крути, а черта тебе не миновать. Ты хоть раз в качалку хоть бы сходила! Сиськи подкачала бы...

Борис задумалась – « а что делать. Вдруг повезет. Хоть сколько, но поживу как женщина.

А в качалку ходить тяжело!»

^ Борис – Давай его сюда?

Цыганка – Кого?

Борис – Кого, кого? Черта!

Цыганка – Не торопись яхонтовая, не торопись бриллиантовая. Черт-не милиционер, который каждому новому человеку рад. Черт стабильность любит. Он привык со мной разговаривать. Знакомы мы давно. Я сама дело улажу. Ты только завтра тысячу долларов принеси и простынь на которой еще ни разу не спала. Принесешь ловэ, и я тебе научу куда идти, и черта туда пришлю.

^ Борис – Боязно. А вдруг обманешь? Газеты вон говорят, что все врете вы цыгане.

Цыганка – Э, да ты мало того что страшила, как Бабич, так еще и дура. Ну, вот ты к примеру: газеты про нас читала, телевизор смотрела, а вот видишь, не я к тебе, а ты ко мне пришла все равно пришла.

^ Борис – Ладно. Когда придти?

Цыганка –Да хоть завтра. Завтра и приходи. Завтра ночь особая

На этом они расстались. Борис поехала в Гродно, а цыганка начала журить и гонять ни за что ни про что своего сына, который ничего плохого не сделал

Ночь или куда приводят мечты

Эта ночь июня 2005 стала роковой для Белоруссии на ближайшее долгих семь лет. Цыганка рассказала Анжелике Борис, что такое ей нужно было сделать, чтобы стать счастливой. Но беда была в том, что такая как Анжелика Борис была не одна.

    В городе Минске жил да был один ксендз по имени Владислав Завальнюк. Завальнюк служил службу, но мечтал. Он мечтал повторить, а может даже и переплюнуть Иона Павла Второго. Для этого он по собственной инициативе и в порядке трудовой дисциплины даже пару лет отсидел в тюрьме ни ты мне ни я тебе.

Все делал пан Владислав, а карта не шла. Не фортит! И тогда он тоже пошел к уже известной нам гадалке. И она ему подсказала тот же вариант как и Анжелике.

    В том же городе жил какой-то проходимец по фамилии Сакович Александр Васильевич. Руководил еврей Александр Васильевич церковью собственного изобретения. Какими-то загадочными нео-пятидесятниками. И что не жилось Саковичу спокойно, черт его знает. Деньги, власть, влияние. Наверное что-то такое в сексуальном плане не ладилось у Саковича, но он тоже  мечтал, загрустил и решил обратиться к той же самой цыганке за помощью. Цыганка и для Саковича нашла выход точно такой же как и для двух других.

    Был один пройдоха в среде славных украинских мужей по имени Виктор Гутовский. Витя мечтал о чем-то таком особенном.  У Гутовского был талант – он сам себя боялся. И хотелось ему и чесалось, но природная робость не давала воли подвигу в его жизни. Поэтому горбатый черт Гришка Сорос припрятал его на крайний случай. Было еще масса людей, которым не жилось спокойно и которым цыганка насоветовала всем одной и той же ночью выйти для совершения одного странного магического и мягко говоря рискового обряда. Описывать их всех смысла нет, да и лень

   Эта ночь июня 2005 была тревожна. Казалось сама природа земли Белорусской чувствовала приближение ужаса. Около одиннадцати часов поднялся сильный ветер. Он начал крутить песок, листья, бить в окна и двери, словно пытался войти как непрошеный гость к жителям города Гродно, Минска. Ветер бил прохожих по щекам и забивал песком нос. И те немногие прохожие, которые уже шли по домам, пошли еще быстрее. Ближе к полуночи ветер усилился. Граждане закрыли окна и двери и выключили свет. Сильный ветер царствовал в городе. В квартирах Анжелики Борис, ксендза Завальнюка, Саковича и некоторых других, загорелся и погас свет. Люди вышли из своих теплых квартир, укутавшись в теплые пальто и куртки. Они жили в разных городах, но их объединял один секрет. Все они вышли сегодня за одним и тем же. Они ждали его…

   Горбатый черт Сорос и его мерзкая компания из Томаса Эктона, лорда Эрика Авебери и прочей мелкой нечисти вроде Беленького и Царика летела над Белоруссией. Черти, демоны  и прочая мразь летела над нашей землей и земля стонала. Плакали сосны, выл лес. Реки просили о помощи. Небо отвернулось от ужаса, дабы не видеть этого ада. Ад шел на Белоруссию

   Ровно в полночь ветер стих так же внезапно как и начался. Стало темно и тихо как в колодце, потухла не только луна, но и все звезды. Ровно в полночь они произнесли:

^ Борис – Приди!

Сакович – Приди!!

Завальнюк – Приди!!!

С неба на землю полилась как грязь из канализации черным жирным потоком вся мразь из ада и вошла в землю, в воду, в воздух и отравили ее. Всякие Сорос, Кеннет Волак, Эрик Авебери и Томас Эктон, и прочие сошли на землю в немыслимом количестве как проникает кинжал к сердце жертвы. Земля застонала, вздрогнула и сдалась. Ад вступил в свои права на земле Белорусской. Ад наступил и дети адовы возрадовались. Возликовал Василий Дементей, заплясал Бабич, возрадовался Моисей Иосифович Островский, радовался Винцук Вечорка. Ад стал править Белоруссией…

Дункан Маклауд

Александр Григорьевич Лукашенко спал этой ночью. Много раз он пытался вызвать дух своего отца – одноглазого (почему одноглазого, а не, к примеру, однорукого?) цыгана Гришки. Лукашенко все это время думал и думает, что его отец умер. Лукашенко пользоваться услугами магов, гадателей прорицателей. Он отравил душу всем тем, кто объявлял у себя магические способности. Что он хотел узнать у своего якобы мертвого отца? Какая проблема волновала Григорьевича?

В эту ночь Лукашенко не пошел совершать очередной обряд по вызываю духов. На мой взгляд, кто-то внушил ему эту ересь про магов, гадалок и тем, самым, обеспечил себе безбедное будущее, собирая разных проходимцев и представляя для Лукашенко в качестве новых пророков. Услуги «пророков» хорошо оплачивались, поэтому 4 управление в Белоруссии жило припеваючи все время царствования Лукашенко.

Лукашенко спал и видел сон. Ему снилось, что он собрался ложиться спать. Снял с себя черные резиновые сапоги, телогрейку и лег. Внезапно дверь открылась и к нему в спальню вошел его отец…

Лукашенко – Вы кто? Охрана!!! Посторонний в моей спальне.

^ Сорос – Здравствуй сынок

Лукашенко – Отец! Ты?!

Сорос – Я.

Лукашенко – Папа! Папка! Где ты был? Я так тебя ждал, папка! Где ты был все это время?

^ Сорос – Я пришел. Я знал что ты звал меня. Но только в эту июньскую ночь 2005 мне получилось придти к тебе.

Лукашенко – Я так тебя ждал. Все эти годы меня дразнили соседские мальчишки цыганенком. Я наделся, что ты придешь и отомстишь за меня. Побьешь вредных мальчишек. Я ждал тебя. Я думал,что ты сильный, смелый и добрый. А ты пришел ко мне – у тебя мало того, что у тебя оба глаза, так ты еще и еврей

Сорос – Да, у меня оба глаза и очки еще. И я не цыган, я еврей. И вообще сынок, какая разница: цыган или еврей. Не в национальности дело. Национальность – дело шестнадцатое.

Лукашенко – Не может быть??? Нет, ты цыган! Меня все детство дразнили цыганенок!

Сорос – А если бы тебя в детстве дразнили кенгуренок, то значит твой папа австралиец, так что ли?! Многих дразнят в детстве, но это ни о чем не говорит. Ну и кроме того, вот ты сейчас президент, правильно?! Дай поручении Анатолию Тозику, у него все цыгане в картотеке есть, поручение разыскать хоть одного цыгана в Белоруссии по имени Григории. Готов спорить на ящик шампанского, нет таких цыганей. Ну, может одного и найдут, специально для тебя, как они это всегда делают. Чтобы успокоить твои претензии на цыганское происхождение – придумают такого цыгана. Мало того, даже фотокарточку сварганят под тебя на фотошопе, чтобы на тебя был похож. А если хочешь правду – таких цыганей с именем Гришка не бывает.

Лукашенко – Нет, ты мне врешь. Ты обманываешь меня как обманывал маму. Нет, ты цыган

Сорос – Да, российское ФСБ создавало тебе эту легенду, вышивало, украшало цветочками и крестиками. Целые книги писали про твое цыганское происхождение вроде этого Павла Шеремета и его бездарное «Нашествие». Ведь ты и сам задавал себе вопрос, почему такое счастье, как президентство, выпало на твою тупую голову? Правда, задавался таким вопросом? Почему ты решил, что твое назначение в президенты произошло по причине твоего «цыгнаского происхождения» - не знаю.

Лукашенко – Нет. Ты врешь. Ты врешь, цыган проклятый. Все вы цыгане врете!!! Ненавижу тебя! Ненавижу!!! Будь ты проклят!!!!!

Сорос – Да, ты совсем больной на голову. Люди женятся, расстаются, сходятся, расходятся – жизнь вообще сложная штука, сынок. Ну, ты ненавидишь меня, допустим. Есть логика. А все остальные люди тут при чем!!! А почему, когда ты, под наркотиками, бредил о своем цыганском происхождении, не задал себе вопрос: а что если нет никакого цыганского происхождения? Ведь нет никаких данных о твоем отце. А те, которые тебе приносили твои же менты, подтасовка. Да и ты сам знаешь, что подтасовка. Ты же их и просил эт