Реферат: В. В. Гриценко (Смоленск); д-р соц наук, проф

Балашовский институт (филиал)

ГОУ ВПО «Саратовский государственный университет

имени Н. Г. Чернышевского»


Социально-психологическая

адаптация личности

в изменяющемся обществе


Материалы

Международной научно-практической конференции

(г. Балашов, 19—20 марта 2009 г.)


Под общей редакцией

Т. Н. Смотровой


Балашов

2009




УДК 159.9

ББК 88.5

Э69

Рецензенты:


Доктор психологических наук, профессор

Смоленского гуманитарного университета

В. В. Гриценко;

Кандидат психологических наук, доцент Балашовского института (филиала)

^ ГОУ ВПО «Саратовский государственный университет
имени Н. Г. Чернышевского»

А. А. Алимов.


Редакционная коллегия:


Д-р псих. наук, проф. В. В. Гриценко (Смоленск); д-р соц. наук, проф. Н. Р. Маликова (Москва); канд. псих. наук, доц. ^ Г. Н. Малюченко (Балашов), канд. псих. наук, доц. Т. Н. Смотрова (Балашов); канд. социологич. наук, доц. Н. Е. Шустова (Балашов).


Авторская позиция и стилистические особенности публикаций

полностью сохранены.


Э69 ^ Социально-психологическая адаптация личности в изменяющемся обществе : матер. Междунар. науч.-практич. конф. (г. Балашов, 19—20 марта 2009 г.) / под общ. ред. Т. Н. Смотровой. — Балашов : Николаев, 2009. — 204 с.

ISBN 978-5-94035-376-8


Представлены доклады и сообщения, ставшие предметом обсуждения на Международной научно-практической конференции «Социально-психологическая адаптация личности в изменяющемся обществе», прошедшей в г. Балашов 19—20 марта 2009 г. В сборник вошли статьи ученых из России и сопредельных государств: Беларуси, Казахстана, Литвы, Молдовы, Украины, Германии, в которых отражены результаты исследований важнейших феноменов социально-психологической адаптации.

Издание рассчитано на специалистов в области психологии, социологии, этнологии, педагогики, а также на самый широкий круг читателей, интере-сующихся проблемами социально-психологической адаптации в трансформирующемся обществе.


УДК 159.9

ББК 88.5


ISBN 978-5-94035-376-8  Коллектив авторов, 2009




С о д е р ж а н и е

Л. Н. Аксеновская, 10

Организационная культура и адаптация: ордерный аспект 10

Т. Н. Акулова, Л. С. Бурова 13

Психологический анализ отечественных подходов
к развитию личности 13

А. А. Алимов, И. Е. Дудникова 15

Развитие учебной мотивации как средство адаптации подростков
к условиям изменяющейся образовательной среды 15

Р. А. Ахмеров, Н. Г. Хакимова 18

Профессиональное самоопределение и психобиографические
характеристики у старшеклассников
с автономным типом регуляции деятельности 18

Н. В. Баркалова 22

Условия и средства оптимизации профессионально-личностной
готовности переговорщика, как одного из основных элементов
эффективной переговорной деятельности
в условиях чрезвычайных обстоятельств 22

Л. Ф. Баянова 26

Психология культуры 26

С. В. Бонкало, И. А. Тютькова 30

Формирование у школьников целостной картины мира как основа профилактики их социально-психологической дезадаптации 30

Т. И. Бонкало 33

Система семейных ценностей в современном российском обществе 34

Н. Ф. Велиханова 36

Периодизация процесса психолого-педагогической реабилитации
социально-дезадаптированных воспитанников школы-интерната 36

А. Я. Герасимова 39

Социально-психологическая адаптация личности:
постановка проблемы 39

Gieler Wolfgang 41

Interkulturelle Kommunikation
im Kontext des westlichen Ethnozentrismus 41

И. В. Горохова, С. Н. Иванова 45

Отношения студентов к людям разных наций
и религиозных верований 46

И. В. Горохова, И. В. Салтыкова 48

Психолого-педагогическое сопровождение
детей «группы риска» — условие успешной адаптации в обществе. 48

В. В. Гриценко 52

Теоретико-методологические подходы к изучению
социально-психологической адаптации детей трудовых мигрантов 52

Е. С. Джамангараев 55

Военный институт Сил воздушной обороны,
г. Актобе, Казахстан 55

Акмеолого-психологические подходы
в контексте профессионализации курсанта военного вуза 55

Ю. Н. Долгов 60

Психосинергетический аспект экзистенциально-гуманистичекой
психологии Д. Бьюдженталя 60

Ю. Н. Долгов, В. М. Смирнов 62

Синергетически-глобализирующие особенности формирования
информационного общества 63

Г. В. Дорошина 66

Проблема трансформации имагинативной способности личности
в условиях урбанизации 66

Р. С. Елютин 67

Роль этнической составляющей в структуре скрытых
и декларируемых ценностных ориентаций представителей разных этнических групп в совершении ими преступных действий 67

М. А. Ерофеева 69

Гендерная специфика изменяющегося общества 70

Н. В. Иванова 72

Этническая идентификация
русских детей и подростков г. Кишинева
(на основе рисунков школьников г. Кишинева) 72

Т. Д. Калистратова, П. Ю. Калистратов 75

Преемственность нужды или этика выживания? 75

А. В. Капцов 79

Синергетический подход в модели влияния
социальных взаимодействий на когнитивное развитие студента 79

О. В. Карина 81

Социальное самочувствие личности
как предмет исследования в отечественной науке 82

А. А. Кармаев, Т. В. Кармаева 83

Развитие социальной активности мигрантов в Германии 83

Т. В. Кармаева 89

Развитие участия молодежи в общественно политической жизни
(на примере Германии) 89

Л. В. Карпушина 92

Особенности аксиологической сферы
работников промышленных предприятий 92

А. П. Кашкурцева 94

Саморегуляция как фактор субъектно-учебной активности
студентов вуза 94

С. Л. Колосова 98

Психологическое сопровождение процесса
социализации подростков, воспитывающихся
в интернатных учреждениях без попечения родителей 98

В. В. Константинов 106

Проблема адаптации мигрантов
в трудах зарубежных исследователей 106

С. В. Корниенко 110

Социальное обучение и формирование
социально активной личности в условиях системы
школьного образования (из опыта Германии) 111

Е. М. Кравцова 114

Взаимодействие с родителями как условие
эмоционального развития ребенка в первые кризисы жизни 115

И. А. Красильников 118

Личность в поле социально-психологического давления:
внутренний конфликт или прорыв субъекта к себе 118

А. В. Купцов, И. А. Дорошин 123

Этнофункциональные рассогласования в психических состояниях военнослужащих
(на примере Саратовской области) 123

О. А. Лосева 127

Аксиология культурного наследия в личностном измерении 127

Н. Р. Маликова 131

«Homo tutus»: ресурсы адаптации/дезадаптации
безопасной личности 131

Й. Мардоса 138

Религиозные практики как средство адаптации
в экстремальных условиях жизни: литовские ссыльные в Сибири (1945—1960 гг.) 138

С. В. Матвеева 144

Профессиональные ценности в изменяющемся обществе 144

Н. В. Молчанова 147

Эмоционально-психологическое состояние детей
из семей трудовых мигрантов
в условиях экономической нестабильности 147

А. Ю. Нестерова 150

Работа с профессионально-ориентированным текстом
на занятиях по второму иностранному языку
как средство повышения социально-психологической адаптации
молодых специалистов 150

М. М. Орлова 153

Анализ влияния «ситуации болезни» на личностные особенности больных бронхиальной астмой и сахарным диабетом 153

А. Е. Палящая 158

Актуальные проблемы психологического сопровождения женщины
в период вынашивания ребенка 158

И. А. Полунина 162

Факторы, влияющие на успешность брачно-супружеской адаптации молодых супругов 162

Д. В. Реут 165

О месте прокреационных ценностей в менталитете
России и европейского сообщества 165

М. А. Родинченко 167

Психофизиологическая адаптация студентов в вузе 167

Е. В. Рягузова 169

«Другой» как агент социализации 169

О. В. Савицкая 173

Мотивационные механизмы профессионализации личности
на стадии профессиональной подготовки 174

Т. Н. Смотрова, С. В. Горнаева 178

Вина и стыд как регуляторы поведения в контексте
социально-психологической адаптации личности 178

А. С. Столбченко 182

Процесс прощения как фактор личностного роста
и поддержания психического и физического здоровья 182

С. В. Стрыгина 185

Социализация личности подростка с позиций права 185

Н. Д. Султанова, Ф. А. Чернышева 190

Значение нутриентной составляющей информационного потока
в период адаптации вынужденных переселенцев 190

И. А. Федотова 195

Особенности социализации и адаптации детей-сирот 195

Р. И. Хотеева 199

К вопросу о профессиональной социализации личности
будущих специалистов вуза 199

Р. В. Чередниченко 201

Механизмы адаптивного поведения:
психологическая защита и копинг-стратегии 201

И. С. Чегина 203

Специфика «психологическая защита» в исследованиях
современных авторов 204

Е. П. Шевченко 205

Искусство как феномен культуры 205

Н. Е. Шустова 211

Социальное самочувствие личности: компоненты и показатели 211

В. И. Щедров, Л. С. Улановская 213

Темперамент и система психологической защиты 213

Наши авторы 217



^ Л. Н. Аксеновская, Балашовский институт Саратовского государственного
университета имени Н. Г. Чернышевского Организационная культура и адаптация: ордерный аспект
Тема социальных изменений проблематизировалась в соцальной психологии в 70-е гг. прошлого столетия и с тех пор находится в поле пристального внимания исследователей (как теоретиков, так и прикладников).

Прошедшие годы не только не только подтвердили значимость темы изменений, но и значительно усилили ее актуальность. Простым примером является глобальное изменение, переживаемое сегодня всеми странами мира. Речь идет о масштабном экономическом кризисе, свидетелями
и участниками которого мы все являемся. Это та самая ситуация, которую Л. Росс и Р. Нисбетт называют «естественным социальным экспериментом». Мы наблюдаем, как меняются параметры экономической ситуации, как они влекут за собой изменение политических, социальных, социально-психологических и психологических параметров нашей жизни. Мы видим, что люди — на уровне стран, на уровне организаций, на уровне семьи
и уровне индивидуального существования — пытаются адаптироваться
к стремительно изменяющимся условиям жизни и работы. Мы видим, что это удается не всем — будь то группы или отдельные личности. И нам важно понять механизмы, обеспечивающие успешность адаптации и отвечающие за ее не успешность. Почему одним удается справиться с новыми реалиями и даже добиться большего, чем раньше? Почему другие оказываются и окажутся в дальнейшем в крайне тяжелом положении? Что должны сегодня знать социальные психологи, чтобы помогать людям адаптироваться к изменениям в рамках сфер ответственности, которые традиционно выделяются в социальной психологии: в консультативной психологии, семейной психотерапии, в организационной психологии
и других ее прикладных областях.

Как специалист в области организационной психологии (в частности,
в области социальной психологии организационной культуры) я внимательно отслеживаю влияние кризисных явлений на деловые организации — предприятия, компании, фирмы — и на работающих в них людей. Кризис поставил под вопрос жизнеспособность многих предприятий, саму их воз-можность существования в рамках своих профессий многих специалистов.

Наблюдая за тем, что делают сегодня российские и зарубежные предприятия, чтобы выжить, как они пытаются адаптироваться к изменениям, и пытаясь оценить что способствует их успешной адаптации, а что препятствует, я обращаюсь, в первую очередь, к феномену организационной (корпоративной) культуры и вспоминаю Э. Шейна, который первым уделил большое внимание роли организационной культуры в адаптационных процессах и определил адаптацию как важную функцию организационной культуры. Другими словами, для выживания деловой организации первоочередное значение имеет не ее размер или оснащенность современным оборудованием и новейшими информационными технологиями. Выживание деловой организации определяет ее культура. Что это значит?

На самом простом уровне сущность этого эффекта объяснили представители казалось бы довольно далеких друг от друга областей психологического знания — трансперсональной психологии и эволюционной психологии. К. Уилбер говорит, в том числе и о культуре, как о холархии — некой целостности, имеющей структуру взаимно включающих друг друга элементов. Культура как холархия имеет так называемую «глубину», которая варьирует в нашем случае от организации к организации. Культурная «глубина» — это мера осмысленности своего существования и своей деятельности. Это мера сложности внутреннего/психологического мира организации, но сложности упорядоченный (то, что сами деловые люди иногда называют словом «продуманность»). Редкое сочетание внутренней сложности с упорядоченностью дает высокую эффективность. Данные эволюционной психологии подтверждают это. Такие системы весьма адаптивны (у них высокий запас прочности) и, вместе с тем, подвержены угрозам особого рода.

С точки зрения ордерного подхода к социально-психологическому изучению организационной культуры, отмеченный только что феномен «глубины», по-своему отображен в ордерном понимании организационной культуры.Организационная культура в рамках ордерного подхода — это сложный социально-психологический порядок организационно-управлен-ческих интеракций, конструируемых и регулируемых системами этических смыслов участников взаимодействия.

Другими словами, коротко можно сказать, что в ордерном подходе культура понимается как этико-детерминированный порядок. Еще проще сказал американский специалист по деловой этике Де Джордж: «Нравственность направляет взаимодействие разумных существ».

Таким образом, адаптивность получает этическое измерение. А вопрос выживания в условиях изменений может быть понят как вопрос этики.

В ордерном подходе феномен этики рассматривается на разных уровнях и по-разному структурируется. Отмечу только два момента:1) на операциональном уровне этика понимается в ордерном подходе когнитивистски — как сортировка информации по критерию «хорошо — плохо», «правильно — не правильно». Критериальная база этой сортировки задается в самом широком смысле слова моделью, представляющей структуру подсистемы этических смыслов смысловой системы группы и личности.
В этой структуре выделяются две части: подсистема базовых этических смыслов и подсистема функциональных этических смыслов.

Подсистема базовых этических смыслов задается четырьмя парами смысловых оппозиций: 1) жизнь — смерть; 2) сотрудничество — борьба;
3) улучшение — ухудшение; 4) ответственность — безответственность.Принимая решение о том, что «хорошо» или «плохо» (правильно — не правильно), организация в лице руководства делает выбор в рамках вышеназванной матрицы смысловых оппозиций. Каждое решение влечет за собой либо улучшение, либо ухудшение ситуации, усиливает тенденции к сотрудничеству или к борьбе и приближает организацию либо к полюсу «жизнь», либо к полюсу «смерть». Способность не случайным образом принимать решения, поддерживающие «жизнь» или «смерть» организации есть интегральная характеристика, которую определяется при помощи оппозиции «ответственность/безответственность» субъекта управленческой деятельности.

Таким образом, культура организации, как этикодетерминированный порядок, отвечает за оценку всех значимых аспектов и проявлений процесса изменений. Адаптироваться, а значит выживать, означает способность не ошибиться в определении «хорошего» и «плохого», «важного»
и «не существенного», «правильного» и «не правильного». Адаптивен обладатель наименьшего количества ошибок, адаптивен обладатель сильной этики.

Социально-психологическое исследование этических аспектов процессов социально-психологической адаптации представляется сегодня очень перспективным направлением исследований, результаты которых имеют важный практический выход.

Литература

1. Росс Л., Нисбетт Р. Человек и ситуация. Уроки социальной психологии. М., 2000.

2. Шейн Э. Организационная культура и лидерство. СПб., 2002.

3. Уилбер К. Краткая история всего. М., 2006.

4. Де Джордж Р. Т. Деловая этика: в 2 т. Т. 1. СПб.; М., 2001. С. 352.

5. Аксеновская Л. Н. Ордерная модель организационной культуры. М., 2007.
^ Т. Н. Акулова, Л. С. Бурова Балашовский институт Саратовского государственного
университета имени Н. Г. Чернышевского Психологический анализ отечественных подходов
к развитию личности
В современных социокультурных условиях особое внимание акцентируется на развитие личности. Личностью в психологии обозначается социальное качество, приобретаемое индивидом в деятельности и в системе общественных отношений с окружающими. Личность каждого человека наделена только ей присущим сочетанием психологических черт и особенностей, составляющих ее индивидуальность (черты характера, привычки, интересы, способности, стиль деятельности и др.) и отличие от других людей. Личность может быть понята только в системе устойчивых межличностных связей (индивидуальные свойства и поступки людей), которые опосредствуются содержанием, ценностями, смыслом совместной деятельности для каждого из участников.

Исходя из многообразия отечественных подходов к определению
и становлению личности в психологии, мы считаем необходимым рассмотреть такие, как:

Комплексный подход, представленный Б. Г. Ананьевым, по мнению которого иерархически соподчиненными уровнями организации человека являются: индивид, личность и индивидуальность. В изучении человека как личности он выделяет: социальный статус, общественные функции, мотивацию поведения и деятельности, самосознание, а также характер
и склонности. Личность как субъект труда, познания и общения является центральным положением данного подхода.

Системный подход, сформулированный Б. Ф. Ломовым, согласно которому основанием качеств человека является социальная система, в которой существуют все связи и отношения человека с другими людьми и их общностями, обеспечивающими необходимые условия его существования и развития. Личность является компонентом социальной системы, т. е. она как член общества включена в структуру общественных отношений, влияющих на ее мотивы, стремления, установки, привычки, которые,
в свою очередь, зависят от ее объективного отношения к производству
и потреблению. Направленность личности, представленная системой основных ее потребностей и мотивов, определяется отношениями индивида с другими людьми. На базе потребностно-мотивационной сферы личности формируются ее ценностные ориентации, жизненные цели и новые отношения с окружающими людьми.

Субъектно-деятельностный подход С. Л. Рубинштейна, по мнению которого взаимоотношения человека с миром осуществляются в следующих формах: познавательной — стремление к саморазвитию, расширению форм и способов познания окружающего мира; деятельностной — проявление активности в микросоциуме для достижения и реализации поставленных целей; отношенческой — построение конструктивных межличностных взаимодействий. Сложные системы связей и отношений человека
к миру, другим людям, к себе выражаются в том, что личность является субъектом жизни. Определяющее значение С. Л. Рубинштейн придавал внутренней позиции самого человека.

Деятельностный подход в психологии личности разработан А. Н. Леонтьевым и А. В. Петровским. Деятельность порождает все психические феномены, качества, особенности, процессы и состояния. Структура деятельности, по мнению А. Н. Леонтьева, представлена целями и мотивами, действиями и операциями и психофизиологическими функциями. Наиболее полная реализация данного подхода в социальной психологии личности представлена в концепции деятельностного опосредования межличностных отношений А. В. Петровского: «личность может быть понята только
в системе устойчивых межличностных связей, опосредующихся содержанием, ценностями, смыслом совместной деятельности для каждого из участников» [Петровский, 1996].

Структурно-динамический подход (А. Г. Ковалев, К. К. Платонов, Б. Д. Парыгин). А. Г. Ковалев представил личность тремя взаимосвязанными образованиями: динамичными психическими процессами, психическими
состояниями и устойчивыми психическими свойствами. Последние, в процессе деятельности связываются друг с другом, образуя сложные структуры (темперамент, направленность, способности), обеспечивающие относительную независимость поведения от случайных воздействий и ситуаций и выражающие степень зрелости, определенности и самостоятельности личности.

Личность, по мнению К. К. Платонова (психологическая концепция динамической функциональной структуры личности, складывается из
соотношения биологического и социального, отражая сознание, потребности, активность индивида. Функциональная структура личности представлена направленностью личности (убеждения, мировоззрение, идеалы, стремления, интересы, желания), опытом обучения (привычки, умения, навыки, знания), свойствами личности (воля, чувства, восприятие, мышление, ощущения, эмоции, память) и биопсихическими свойствами (темперамент, половые, возрастные свойства).

Б. Д. Парыгин в социально-психологической структуре личности выделил два качественно различных модуля: статический и динамический. Статический модуль личности представлен компонентами психики индивида (социальный опыт, социальные роли и нормы, ценностные ориентации, символы, позиция личности, ее самосознание), а динамический внутренним, интроспективным, и внешним, поведенческим аспектами.

Таким образом, несмотря на значительное количество отечественных подходов к понятию и становлению личности в психологии, несомненным остается тот факт, что структура личности представляет собой совокупность значимых психических свойств, отношений и действий индивида
в процессе его социализации.

Литература

Леонтьев А. Н. Деятельность, сознание, личность. М., 1975. 304 с.

Петровский В. А. Личность в психологии: парадигма субъективности. Ростов н/Д: Феникс, 1996. 512 с.
^ А. А. Алимов, И. Е. Дудникова Балашовский институт Саратовского государственного
университета имени Н. Г. Чернышевского Развитие учебной мотивации как средство адаптации подростков
к условиям изменяющейся образовательной среды
Проблема социально-психологической адаптации личности является фундаментальной и широко обсуждаемой проблемой взаимодействия человека и социальной среды (П. С. Кузнецов, И. А. Милославова, М. А. Шабанова, Л. Л. Шпак и др.). Успешность реформирования общества, а также системы образования в значительной мере будет зависеть от характера адаптации молодежи к новым социально психологическим условиям.

Рассматривая проблему учебной дезадаптации подростков, мы сталкиваемся с явлениями психической дисгармоничности развития личности молодых людей. Такое дисгармоническое развитие проявляется в рассогласовании у детей системы моральных ценностей, высоких нравственных устремлений и гуманистических идеалов.

Предвидеть и скорректировать возможные проявления учебной дезадаптации позволяет понимание и учет особенностей мотивации учебной деятельности подростков.

Мотивация учебной деятельности учащихся составляет предмет многочисленных психологических исследований (А. К. Маркова, А. Т. Матис, М. В. Матюшкина, Ю. Б. Орлов и др.). Согласно позиции ученых, существует определенная взаимозависимость учебной мотивация и личности ученика, его направленности и самоотношения. В связи с этим актуальностью нашего исследования является изучение степени и характера влияния самоотношения и направленности личности подростков на развитие их учебной мотивации.

^ Целью исследования является изучение условий развития мотивации учебной деятельности подростков. Гипотезой исследования является наше предположение о том, что на учебную мотивацию подростков влияет направленность личности учеников и их самоотношение. Методологическим основанием работы является культурно-историческая теория развития высших форм поведения, разработанная Л. С. Выготским. Теоретическую основу работы составляют исследования мотивации, представленные в работах Л. И. Божович, И. И. Вартанова, Т. Д. Дубовицкой, А. К. Марковой, Т. А. Матиса, М. В. Матюшкина, Ю. Б. Орлова и другие.

Согласно исследованиям А. Н. Леонтьева, понятие мотивация употребляется в двух смыслах: 1) мотивация — это система факторов, вызывающих активность организма и определяющих направленность поведения человека; 2) мотивация — это характеристика процесса, обеспечивающего поведенческую активность на определенном уровне. В нашем исследовании мотивация учебной деятельности подростков рассматривается, как совокупность устойчивых учебных мотивов, имеющих определенную
иерархию, выражающих направленность и деятельность подростков.

Для достижения поставленной цели было осуществлено экспериментальное психологическое исследование, проведенное на базе МОУ «СОШ № 2 р. п. Самойловка», Саратовской области. В нем принимали участие учащиеся 6-х и 7-х классов. Всего в исследовании приняли участие
60 подростков. В ходе проведения исследования были использованы следующие методические процедуры: методика Т. Д. Дубовицкой, направленная на исследование динамики и уровня развития мотивации учебной деятельности подростков (адаптированный вариант); методика исследования мотивации учения подростков М. И. Лукьянова, Н. В. Калинина, направленная для изучения содержания и направленности мотивации учения подростков; ранжирование мотивов (модификация А. А. Реана, В. А. Якунина), для изучения мотивов учебной деятельности; методика определения доминирующей личностной направленности подростков (И. Д. Егорычева), для исследования направленности отношений в учебной деятельности; методика «Направленность личности» (В. Смекал, И. Кучер), для исследования направленности подростков на: «себя», «взаимоотношения», «задачу»; тест-опросник самоотношения (В. В. Столин, С. Р. Пантелеев), для изучения отношения подростков к себе как к субъекту учебной деятельности. Экспериментальное исследование проводилось в несколько этапов.

^ Первый этап был направлен на изучение мотивации подростков. Результаты первого этапа исследования показали, что в 6-х и в 7-х классах выражена как внутренняя, так и внешняя мотивация, преобладающей является внутренняя. У подростков в основном сниженный уровень понимания процесса учения, как личностного смысла; в норме развитие способностей к целеполаганию и развитие направленности на познавательную
и социальную сферы. Мотивация у большинства подростков в норме.

На втором этапе выявлялась доминирующая направленность у подростков. Было установлено, что наиболее распространенной среди учащихся является гуманистическая направленность личности, особенностью, которой является удовлетворение своей учебной деятельностью, своим местом в классе и стремлением к самореализации. Эти особенности жизненных отношений к действительности и к самим себе создают характерную внутреннюю смысловую позицию их личности в выстраивании своей учебной мотивации. Отметим также, что к 7-му классу количество подростков с эгоцентрической направленностью личности увеличивается. Особенностью данной направленности является концентрация внимания на себе, своих ценностях, интересах и переживаниях. Подростки не удовлетворены своей учебной деятельностью, знания для них не выступают целью. По результатам методики «Изучение направленности личности», мы установили, что преобладающей направленностью у подростков является коллективистическая направленность, это связано с тем, что в подростковом возрасте учащиеся уделяют много времени на общение со сверстниками и стараются поддерживать хорошие взаимоотношения.

^ Третий этап экспериментального исследования позволил выявить следующее. Подростки концентрируют свое внимание на себе, своих действиях, переживаниях, что очевидно, влияет на изменение их направленности. У них изменяется самосознание, своими поступками они стараются показать себя «взрослыми».

Полученные результаты в ходе экспериментального исследования, были подвергнуты анализу с помощью программы SPSS 11.5, метод Factor Analysis. Таким образом, в ходе нашего исследования мы установили положительную корреляционную связь, между следующими компонентами: мотивация (r = 0,98), самоотношение (r = 0,88), коллективистическая направленность (r = 0,88), личностная (r = 0,94) и деловая направленность
(r = 0,93).

Таким образом, успешность учебной адаптации подростков достигается посредством согласованности уровней развития их личностной и мотивационной готовности. При этом важнейшими условиями развития мотивации учебной деятельности подростков является изменение направленности личности и самоотношения.
^ Р. А. Ахмеров, Н. Г. Хакимова Набережночелнинский государственный
педагогический институт Профессиональное самоопределение и психобиографические
характеристики у старшеклассников
с автономным типом регуляции деятельности
Значимость профессионального самоопределения в ранней юности трудно переоценить для социально-психологической адаптации в обществе. Молодой человек, выбирая профессию, выбирает жизненный путь
(Е. И. Головаха, Е. А. Климов и др.). Считается, что ситуация профессионального самоопределения обостряет раздумья над личным прошлым, настоящим, будущим, ускоряет формирование субъективной картины жизненного пути [Головаха, 1988]. Автономные в деятельности люди
самостоятельны, ответственны, у них развиты самоконтроль, саморегуляция, успешны в организации и осуществлении деятельности [Прыгин, 2007]. При этом они воспринимают свою жизнь субъективно продуктивно [Ахмеров, Прыгин, 2005].

В данном исследовании предположили, что 1) старшеклассники с более выраженными характеристиками автономности в деятельности, в большей степени профессионально самоопределились, чем зависимые в деятельности; 2) у профессионально самоопределившихся старшеклассников субъективная продуктивность жизни выше. Для проверки нашей гипотезы применили методики: Оценивание пятилетних интервалов жизни (Е. И. Головаха, А. А. Кроник), опросник «Автономности — зависимости» (Г. С. Прыгин); анкету уровня профессионального самоопределения (Е. И. Головаха).

Выборку исследования составили старшеклассники в возрасте 16—17 лет, учащиеся 11 классов г. Набережные Челны, всего 95 человек.

Результаты. На нашей выборке исследования профессионально самоопределились — 47 % старшеклассников (45 человек); сомневаются в своем выборе — 38 % (35 человек); не выбрали профессию — 15 % (14 человек). Таким образом, большинство выпускников школ уже имеют представление о своей будущей профессии.

Графики субъективной продуктивности жизни в группах с разной степенью профессионального самоопределения друг с другом значимых различий не имеют (графики не приводим). Возможно, такие результаты связаны с малочисленностью группы не выбравших профессию и с юношеским оптимизмом большинства старшеклассников относительно своего будущего.

У профессионально самоопределившихся старшеклассников, по психобиографическим характеристикам среднее изменение оценок продуктивности жизни выше, чем у старшеклассников, не определившихся с выбором профессии (при p < 0,05, по t-критерию Стьюдента). Это означает, что у старшеклассников, определившихся с выбором профессии, были
и будут колебания в продуктивности жизни. Это также означает, что они не бояться начинать новое. Удовлетворенность жизнью у старшеклассников, определившихся с выбором профессии, значимо выше, чем у старшеклассников, не определившихся с выбором профессии (при p < 0,05). Получается, что когда человек уже принял решение, в данном случае, относительно выбора профессии, то он более удовлетворен ходом своей жизни. Удовлетворенность жизнью также выше у старшеклассников, которые сомневаются в выбранной профессии, чем не выбравшие профессию (при p < 0,05). Таким образом, даже сомнения в выбранной профессии наполняют жизнь удовлетворенностью, чем неопределенность в выборе профессии.

У старшеклассников, которые уже выбрали себе профессию показатели автономности значимо выше, чем у тех, кто еще не выбрал себе профессию (10,5 и 8,7 баллов при p < 0,01). Такие же различия мы обнаружили между старшеклассниками, сомневающимися в своем выборе и старшеклассниками, не выбравшими еще себе профессию (10,6 и 8,7 баллов при p < 0,01). Значимых различий, по показателю автономности, между старшеклассниками, выбравшими себе профессию и сомневающимися
в своем выборе, не обнаружили.

Корреляционный анализ по Спирмену степени профессионального самоопределения с показателями автономности в деятельности показал положительную корреляцию (r = 0,25, при p < 0,01). Таким образом, среди профессионально самоопределившихся старшеклассников больше автономных в деятельности.


Таблица 1. Корреляции в группе профессионально самоопределившихся

Показатель 1

Показатель 2

Корреляция

Значимость различий (p <)

Среднее изменение оценок

Автономность — зависимость

0,3

0,02

Оценка текущего пятилетия

Автономность — зависимость

0,35

0,009

Уровень текущей оценки

Автономность — зависимость

0,37

0,005

Коэффициент взрослости

Автономность — зависимость

0,27

0,03


Для выявления согласованных связей показателя автономности с характеристиками субъективной картины жизни также провели корреляционный анализ по Спирмену (табл. 1, 2) в трех группах старшеклассников, выбравших профессию, выбравших профессию, но сомневающихся в своем выборе, и не определившихся с выбором профессии. В группе не выбравших профессию корреляции мы не обнаружили. Это мы объясняем тем, что в данной группе было всего 14 человек. В двух других группах были выявлены несколько корреляций.

В группе старшеклассников, профессионально самоопределившихся, показатель автономности значимо положительно коррелирует со средним изменением оценок, оценкой текущего пятилетия, уровнем текущей оценки, коэффициентом взрослости (табл. 1): 1) чем выше автономность в деятельности, тем выше среднее изменение оценок, то есть, чем выше автономность в деятельности, тем более человек не боится изменений, готов рисковать, достигать; 2) чем выше автономность в деятельности, тем выше оценка продуктивности текущего пятилетия жизни, то есть, чем выше автономность в деятельности, тем более продуктивно старшеклассник переживает текущий период жизни, он заполнен значимыми для него событиями; 3) чем выше автономность в деятельности, тем выше уровень текущей оценки, то есть, чем выше автономность в деятельности, тем
в большей степени старшеклассник видит смысл в текущем периоде жизни; 4) чем выше автономность в деятельности, тем выше коэффициент взрослости, то есть, чем выше автономность в деятельности, тем старше, взрослее чувствует себя старшеклассник.

Таблица 2. Корреляции в группе сомневающихся в выборе профессии.

Показатель 1

Показатель 2

Корреляция

Значимость различий
(p <)

Коэффициент

взрослости

Автономность — зависимость

0,3

0,04

Оптимизм

Автономность — зависимость

0,29

0,03


В группе старшеклассников, сомневающихся в своем выборе, мы обнаружили лишь две значимые положительные корреляции (табл. 2): 1) чем выше автономность в деятельности, тем