Реферат: Дискурсная гетерогенность литературы для детей: когнитивный и лингво-прагматический аспекты

На правах рукописи


БЕЛОГЛАЗОВА ЕЛЕНА ВЛАДИМИРОВНА


ДИСКУРСНАЯ ГЕТЕРОГЕННОСТЬ ЛИТЕРАТУРЫ ДЛЯ ДЕТЕЙ: КОГНИТИВНЫЙ И

ЛИНГВО-ПРАГМАТИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ


Специальность 10.02.04 – Германские языки


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора

филологических наук


Санкт-Петербург – 2010


Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов»


Официальные оппоненты:
^ доктор филологических наук, профессор Филимонова Ольга Евгеньевна






доктор филологических наук, доцент Каргаполова Ирина Александровна


доктор филологических наук, доцент Клепикова Татьяна Альбертовна

^ Ведущая организация –
Федеральное государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова»



Защита диссертации состоится “ ” ­­­­­­­ 2010 года в ___ часов на заседании диссертационного совета Д 212.237.15 при Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов» по адресу: 191023, Санкт-Петербург, Москательный пер., д. 4, ауд. 102.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов»


Автореферат разослан “____” __________ 2010 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета О.А. Барташова


^ I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Реферируемая работа посвящена исследованию дискурсной гетерогенности, иными словами, неоднородности в плане дискурсной структуры как сущностной характеристики современной англоязычной детской художественной литературы, обусловленной ее своеобразной прагматической направленностью и имеющей в своей основе когнитивный механизм смены дискурса.

Актуальность работы определяется, прежде всего, общей логикой экспансионистского развития лингвистики как парадигмальной чертой, проявляющейся в расширении объекта лингвистического исследования – от слова к предложению и сверхфразовому единству, затем к тексту и, наконец, к дискурсу. При этом побочной тенденцией является подчеркивание негерметичности выделяемых сущностей, склонных к смешению, взаимопроникновению, взаимодействию. Материализация различных диалогических отношений в ткани текста находится в исследовательском фокусе лингвистов с зарождения теории интертекстуальности. Однако если на раннем этапе становления интертекстуальности речь шла о недифференцированной пантекстуальности, то на современном этапе основной пафос предпринимаемых исследований заключается в выявлении специфики различных диалогических отношений. Так, А.А. Боронин исследует гетерогенность художественного текста в терминах персонажных субтекстов (Боронин 2008); субтекстам как компонентам научного текста посвящено исследование Е.А. Баженовой (Баженова 2001). Ту же исследовательскую установку реализовывает и настоящая работа. Но если объектом исследования вышеназванных авторов является гетерогенный текст, политекст, то в настоящей работе делается еще один шаг в направлении экспансионизма – к полидискурсу как функционально-обусловленному и потому регулярно воспроизводимому набору дискурсов, характерному для определенного сверхтекста.

С другой стороны, актуальность обусловлена повышенным интересом к анализу дискурса не только как объекта исследования, но и как собственно сферы «бытования» коммуникантов и коммуникации в целом. В силу этого дискурс приобретает черты динамической семиотической среды, в которую неизбежно попадает человек при появлении на свет и которая становится инструментом социализации, что включает становление сознания, обретение эффективных коммуникативных навыков.

Еще одной важной особенностью методологии современного лингвистического исследования является междисциплинарный подход к своему объекту рассмотрения. Лингвистическое исследование художественной литературы для детей в свете тех прагма-когнитивных задач, которые вынужден ставить перед собой любой писатель, задумывая создание литературного произведения для детской аудитории, невозможно без выхода за рамки собственно лингвистики. В то же время, междисциплинарные основания анализа сверхтекста детской литературы, в котором сочетаются психолого-педагогические аспекты формирования личности ребенка, семиотические основаниям дискурса в целом, когнитивные механизмы взаимодействия дискурсов, не являются препятствием для реализации последовательно лингвистического подхода к анализу механизмов формирования дискурсной гетерогенности.

^ Степень разработанности научной проблемы

Вопросы, связанные с исследованием дискурса, уже более полувека привлекают внимание ученых, но только в конце прошлого столетия их исследование в философии прагма-, социо- и психолингвистике получило, можно сказать, официальный статус, что объясняется с одной стороны, сменой научной парадигмы в лингвистике, а с другой – очевидной антропоориентацией современной науки в целом.

Так, непосредственный вклад в разработку теории дискурса сделали Э. Бенвенист, Т. ван Дейк, В.З. Демьянков, Е.С. Кубрякова, М. Пеше, П. Серио, Ю.С. Степанов, М. Фуко, Н. Фэркло, З. Харрис, и др.; определенная идейная преемственность также прослеживается между теорией дискурса, с одной стороны, и идеями Ф. де Соссюра, Н. Хомского, М.М. Бахтина, с другой. При этом по мере развития науки, круг лингвистических проблем, связанных с дискурсом, не уменьшается, а интерес к ним не ослабевает, о чем, в частности, свидетельствуют фундаментальные монографии Т. ван Дейка Discourse and Context (2008), Society and Discourse (2009), а также серия дискурсно ориентированных исследований отечественных лингвистов (Андреева 2006; Болдырева 2002; Булатова 1999; Карасик 1999а, б; Михайлова 1999; Овчинникова И. 2006; Овчинникова Н. 2006; Олянич 2003; Рябцева 1992; Смирнова 1999; Стернин 2003 и др.).

Также относительно слабой изученностью на фоне неиссякающего на протяжении веков интереса к взрослой литературе отличается литература для детей. Из всего корпуса произведений, включаемых в детскую литературу (в ее широком понимании), наибольшего внимания удостоились те из них, которые, строго говоря, к ней не относятся – сказки, внимание к которым привлек еще В.Я. Пропп (Пропп 1969). В 1980-90-х гг. появилась серия исследований, посвященных фольклору и, частности, сказке: Т.В. Доброницкой (1980), Н.М. Ладисовой (1981), М.В. Ивановой (1990), И.В. Гейнце (1991), Е.М. Китаевой (1992), О.Н. Гронской (1998) и др. Более широкий материал исследования, т.е. детская литература в целом, рассматривается в работах В.В. Воиновой (2006) и Н.Н. Соловьевой (1995).

Известный современный американский исследователь детской художественной литературы Л. Маркус отмечает, что еще в середине XX в. в филологии преобладало скептическое отношение к детской литературе, которая считалась недостойной внимания исследователя (Marcus 2002). В настоящее время детская художественная литература исследуется, в основном, в литературоведческом плане. Так, в International Companion Encyclopedia of Children’s Literature (Hunt 1996) лингвистическому аспекту литературы для детей посвящен лишь один небольшой раздел, в котором автор (Дж. Стивенс) отмечает, что языковые особенности детской литературы мало привлекают исследователей.

Целью исследования является научное описание и анализ системы языковых средств, используемых для актуализации сложного, многоуровнего процесса взаимодействия дискурсов, коррелирующих с различными областями человеческого знания и практики, в текстовой ткани художественной литературы для детей, т.е. дискурсной гетерогенности.

Достижение этой цели предполагает решение следующих конкретных задач:

уточнить содержательное ядро понятия дискурс как единицы операционального анализа в исследовании;

определить сущность и механизм дискурсной гетерогенности, с одной стороны, и их отличие от категории интертекстуальности, с другой;

проанализировать содержательные аспекты понятия полидискурсность, поставленные в соотношение с понятием интердискурсность;

выработать типологию междискурсных отношений и описать их лингвистические маркеры;

определить дискурсный статус художественной литературы для детей, а также специфичные для нее конституирующие факторы, идентифицирующие сверхтекст детской художественной литературы в целом и особенности нейтрального нарративного дискурса детской литературы;

выявить совокупность специальных дискурсов, входящих в полидискурс художественной литературы для детей, и проанализировать систему их маркирования в текстах детской художественной литературы.

Объектом исследования выступает сверхтекст современной англоязычной детской художественной литературы, характеризующийся дискурсной гетерогенностью, т.е. манифестирующий черты различных дискурсов.

Предметом исследования является механизм смены дискурса, материализуемый в текстах произведений современной англоязычной детской художественной литературы.

^ Теоретическую базу исследования составили как работы уже приобретшие статус фундаментальных и классических, так и новейшие разработки в следующих областях:

- теория дискурса (Бенвенист 1974; ван Дейк 1989; Демьянков 2006; Кибрик 2003; Кожина 2005; Кубрякова 2000; Олянич 2007; Правикова 2004; Пешё 1999; Ревзина 1997; Серио 1999; Степанов 1995; Филлипс, Йоргенсен 2004; Чернявская 2006; Fairclough 1989, 1995; Harris 1952; Slembrouck; Tannen 1989; van Dijk 1985 и др.);

- теория текста (Адмони 1985; Андреева 2006; Арнольд 1999; Баженова 2001; Барт 1989; Бахтин 1975; Вербицкая 1981; Гончарова 2005; Демьянков 2006; Денисова 2003; Дридзе 1984; Кожина 1995; Пропп 1969; Пьеге-Гро 2008; Черняховская 1983; Щирова, Тураева 2005; Beaugrande 1980; Holtuis 1993; Van Dijk 1976 и др.);

- когнитивная лингвистика (ван Дейк 1989; Жаботинская 2000; Минский 1988; Филлмор 1988; Bartlett1958; Johnson-Laird 1983; Schank, Abelson 1977; Turner 2003 и др.);

- теория детской литературы (Амзаракова 2004; Демурова 1965; Arbuthnot 1976; Beckett 1997; Huck 1993; Hunt 2004; Knowles, Malmkjær 1996; Meigs 1969; Stephens 1992 и др.);

- возрастная психология (Выготский 1996; Немов 1995; Пиаже 1981; Солсо 1996 и др.);

- психолингвистика (Ворснин 1982; Линдсей, Норман 1974; Рубинштейн 1973; Харченко 1987; Шахнарович 1979; Цейтлин 2009; Bloom 1970 и др.);

- философия науки (Кун 2003; Лакатос 2001, Фуко 1996 и др.).

^ Методы исследования

Исследовательская процедура строится на сочетании гипотетико-дедуктивных и эмпирических, общих и частных методов, в частности используются:

- метод дискурсного анализа, направленный на выявление идеологической подоплеки текста (Т. ван Дейк);

- методы стилистики декодирования художественного текста с позиций читателя (И.В. Арнольд);

- метод анализа интердискурса, разработанный школой В.Е. Чернявской;

А также элементы когнитивного анализа, методы лексикографического, контекстуального и компонентного анализа, метод теоретического моделирования, аналитический метод (метод мысленного эксперимента), метод статистических подсчетов.

^ Материал исследования составили произведения преимущественно современной, но также классической англоязычной детской литературы, о востребованности и соответствии которых «социальному заказу» современного англоязычного общества свидетельствуют:

- награды, победы, номинации в конкурсах (Newbery Medal, Carnegie Medal, British Book Awards, Laura Ingalls Wilder Award, The Guardian Award, The Whitbread Award, Smarties Book Prize, Coretta Scott King Award, etc.): Allen J., Brown M. W., Dahl R., Davies M.J., Dicamillo K., Jones D.W., Kemp G., Lively P., Mahy M., Martin A., Mikaelsen B., Pearce P., Price S., Pullman Ph., Sendak M., White E.B., Wilson J. и др.

- выбор для межсемиотического перевода – экранизации (Barrie J.M., Baum L.F., Dahl R., Lewis C.S., Pullman Ph., Rowling J.K., Tolkien J.R.R., Twain M., White E.B. и др.) или мультипликации (Carroll L., Gaiman N., Grahame K., Jones D. W., Le Guin U. K., Milne A. и др.);

- включение в сборники детских произведений, адресованные определенной возрастной аудитории (A Chest of Stories for Nine Year Olds, Famous Stories Every Child Should Know, Stories for Five-Year-Olds, 20th Century Children’s Book Treasury, Time for a Story и др.);

- место в читательских и преподавательских рейтингах. Так в список 100 лучших детских книг, отобранных Национальной Ассоциацией Образования (NEA) вошли произведения ряда авторов из нашей библиографии: Alcott L.M., Baum L.F., Dahl R., Juster N., Keats E.J., Lewis C.S., Milne A., Parish H., Potter B., Seuss Dr., Sendak M., White E.B. и др. Другой список произведений для детей, составленный специалистами для нужд как преподавателей, так и родителей помимо вышеуказанных содержит также произведения Brown M. W., DiCamillo K., Lionni L. Читательский рейтинг по результатам голосования в Великобритании, опубликованный газетой Daily Mail за 21 февраля 2008 г. включает произведения Barrie J.M., Carroll L., Dahl R., Grahame K., Karr K., Kipling R., Lewis C.S., Milne A.A., Rowling J.K., Potter B. и др.

Область исследования соответствует специальности 10.02.04 – Германские языки (филологические науки).

Научная новизна исследования определяется следующими моментами:

детская художественная литература анализируется сквозь призму ее двухфокусной адресованности и двоякой идеологичности, рассматриваемых как исток ее дискурсной гетерогенности;

гетерогенность художественной литературы и ранее становившаяся объектом обсуждения, оживленной дискуссии, развернувшейся, в частности, в функционально-стилевой плоскости, впервые осмысляется в терминах дискурсной гетерогенности, впервые делается попытка исследования полидискурса как качественно нового объекта исследования.

разрабатывается типология диалогических отношений на уровне дискурса;

выявляются маркеры междискурсных отношений разных типов на разных уровнях дискурса, что позволяет разработать методологию анализа дискурсной диалогичности.

^ Основные положения, выносимые на защиту:

Дискурс представляет собой двухуровневую сущность, единство содержания – некоторой области человеческих знаний или практики, и формы – языковых средств, служащих для вербализации этих знаний и практик. В качестве сигналов (маркеров) дискурса могут выступать элементы обоих его уровней. На содержательном уровне (макроструктуры в терминах Т. ван Дейка) дискурс сигнализируется ядерными концептами, вербализуемыми соответствующей лексикой; на формально-поверхностном уровне (суперструктуры в терминах Т. ван Дейка) – грамматико-синтаксическими особенностями и специфическими чертами текстовой организации, типичными для определенной сферы общения. В то же время, неуниверсальность критерия суперструктуры, которая может быть в некоторых дискурсах недостаточно выраженной, обусловливает в целом второстепенный, вспомогательный статус суперструктурных маркеров дискурса.

Важное место среди макроструктурных сигналов ряда социализирующих дискурсов, вводимых в тексты детской художественной литературы, принадлежит невербальным элементам, имеющим, преимущественно, образовательную направленность и дополняющим создаваемые у читателя когнитивные модели визуальным рядом.

Дискурсная гетерогенность является общим понятием, покрывающим ряд явлений диалогической природы, которые можно упорядочить по критерию уровня дискурса, материализующего смену дискурса. Соответственно, выделяются две группы междискурсных отношений – (а) суперструктурно маркированные, к которым мы относим стилизацию и дискурсную гетерогенность, основанную на контрасте суперструктуры одного дискурса и макроструктуры другого, и (б) макроструктурно маркированные, как то потенциальная, естественная, искусственная междискурсная диалогичность, сравнение. В ходе анализа был также выявлен тип междискурсных отношений, не вписывающийся ни в одну из указанных групп, в основе которого лежит симуляция принадлежности к некоторому дискурсу, при том, что ни на уровне супер-, ни макроструктуры не находится маркеров, подтверждающих данную дискурсную атрибуцию.

В отличие от интертекстуальности, маркируемой точечно единичным сигналом, дискурсная гетерогенность обычно сопровождается относительно развернутой системой маркеров, гарантирующих правильное опознание реципиентом нового дискурса, основывающееся на принципе максимального пересечения.

Дискурсная гетерогенность манифестирует себя в интердискурсности и полидискурсности. Интердискурсность характеризует конкретный единичный текст, представляющий собой в силу своей дискурсной неоднородности интердискурс; полидискурсность характеризует открытое множество текстов, в дискурсной структуре которых есть повторяющееся ядро, именуемое нами полидискурсом. Интердискурс отличается относительной спонтанностью и непредсказуемостью; полидискурс – стабильностью и воспроизводимостью. Интердискурс обусловлен замыслом автора; полидискурс – идеологией, общей для данного сверхтекста.

В основе выделения сверхтекста детской художественной литературы лежит критерий адресата, отличающегося двойственностью, т.е. ориентированностью одновременно на читателя-ребенка и на довлеющего над ним взрослого, формирующего «социальный заказ» на детскую литературу.

Двойственный адресат обусловливает двоякую идеологическую установку детской литературы одновременно на социализацию и развлечение непосредственного адресата-ребенка, каковая в свою очередь определяет структуру полидискурса литературы для детей, включающего дискурсы, реализующие обе указанные установки. Установка на социализацию реализуется за счет включения в детскую литературу элементов познавательного, учебного, дидактико-морализаторского, общественно-политического, экономического, медицинского дискурсов и дискурса взрослой речи. С установкой на развлечение связано введение в детские произведения элементов дискурса игры, дискурса детской речи, фантастического, гастрономического, природоведческого и спортивного дискурсов.

Идеологически обусловленным оказывается не только набор дискурсов, конституирующих полидискурс литературы для детей, но также отбор и презентация представляющих их базовых когнитивных моделей. В структуру детской художественной литературы дискурсы входят не как целостные системы, а в виде отдельных элементов, коррелирующих с теми моделями, которые наиболее отвечают, с одной стороны, задачам адресанта – поверхностное общее ознакомление читателя с важнейшими аспектами жизни современного общества, а с другой – специфике возрастного развития адресата (быстрая утомляемость, преимущественно непроизвольное внимание, ограниченный опыт и, как следствие, воображение, наглядно-образное мышление и т.д.).

При том, что развлечение позиционируется авторами как доминирующая функция современной литературы для детей, и в количественном отношении (число дискурсов), и в качественном (степень развернутости) дискурсы, ориентированные на развлечение, уступают дискурсам, реализующим функцию социализации.
Теоретическая значимость реферируемого исследования состоит в том, что впервые проводится систематизация, разграничение и дальнейшее осмысление таких смежных категорий как референциальная интертекстуальность, типологическая интертекстуальность, интердискурсность и полидискурсность. Попытки разведения понятий интертекстуальность и интердискурсность уже предпринимались (Гордиевский 2006; Шевченко 2007), однако четкая граница так и не была проведена и авторы во многом остались на позициях отождествления названных категорий.
Разграничение указанных категорий невозможно без уточнения значения таких центральных, но неоднозначно трактуемых лингвистических понятий как текст и дискурс. При том, что относительно текста в целом сложились более или менее устоявшиеся исследовательские позиции, этого нельзя сказать о дискурсе, в понимании которого до сих пор нет и тенденции к унификации. Вышесказанное объясняет большое внимание, уделенное в работе уточнению указанных понятий и их соотношения.

^ Практическая ценность работы связана с возможностью использования разработанной методологии к описанию другого текстового материала с целью раскрытия формирующего воздействия идеологии. Результаты исследования могут быть использованы в теоретических и практических курсах по стилистике, интерпретации текста, теории дискурса. Отдельные выводы работы могут найти применение в курсах по когнитивной лингвистике, а также на практических занятиях по аналитическому и домашнему чтению на филологических факультетах, факультетах иностранных языков и романо-германской филологии.

^ Апробация результатов исследования

Концепция, теоретические положения и результаты исследования были представлены в докладах на научных конференциях различного уровня: межвузовских, региональных, всероссийских и международных – в вузах Астрахани, Краснодара, Минска, Перми, С. Петербурга; на заседаниях кафедры теории языка и переводоведения СПбГУЭФ и кафедры немецкого языка РГПУ им. А.И. Герцена. Теоретические положения и выводы диссертационного исследования были также апробированы автором при проведении лекционных и семинарских занятий по лингвистике текста для студентов и аспирантов гуманитарного факультета СПбГУЭФ.

Основные результаты диссертационного исследования изложены в 34 публикациях общим объемом 30,4 п.л., включая монографию «Дискурсность, интердискурсность, полидискурсность литературы для детей», статьи в зарубежных сборниках (Польша, Сербия), статьи в региональной и центральной печати, в том числе статьи в журналах, рекомендованных ВАК РФ для представления результатов докторских диссертаций.

Кроме того, в русле данной тематики и методологии под руководством автора ведутся курсовые и дипломные работы, а также диссертационные исследования на соискание учёной степени кандидата филологических наук.

^ Структура работы обусловлена целями и задачами исследования и включает три главы, последовательно раскрывающие основные понятия работы – дискурс, сверхтекст, дискурсная гетерогенность, манифестируемая в формах интер- и полидискурса; а также введение, заключение, библиографический список и список источников.


^ II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении содержится обоснование актуальности избранной темы и направления исследования, дается характеристика объекта и предмета исследования, формулируются его цели и задачи, определяются методологические и методические принципы исследования и формулируются его основные положения.

Основная задача первой главы «Механизм и проявления дискурсной гетерогенности» – определение понятия дискурсной гетерогенности и описание тех форм, которые она может принимать, материализуясь в тексте. Однако о дискурсной гетерогенности, о смене дискурса невозможно говорить без понимания сущности явления дискурса. А определение собственной дефиниционной позиции применительно к понятию дискурса невозможно без хотя бы краткого обзора существующих подходов. В то же время, ситуация в теории дискурса такова, что уже существует множество таких обзоров, имеющих целью структурирование и классификацию различных подходов к пониманию дискурса. Эти классификации (В.З. Демьянкова, Е.С. Кубряковой, А. МакХоула, С. Слембрука, Я. Торфинга, В.Е. Чернявской и др.) демонстрируют значительную вариативность в силу отсутствия единого критерия. Таким образом, в работе ставится задача дать не столько обзор значений, вкладываемых в рассматриваемое понятие, сколько обзор имеющихся типологий, с целью выявления в них возможной области пересечения, позволившей бы свести к минимуму имеющийся разнобой и сделать обоснованный выбор собственной дефиниционной позиции.

Наложение типологий действительно позволило решить поставленную задачу, сведя хаос мнений к бинарной оппозиции, в которой в одном из значений понятие дискурса критически приближается к понятию текста, рассматриваемого в коммуникативном ключе. На основании принципа «бритвы Оккама» мы оставили второе значение, где за термином дискурс закрепляется собственное значение, которое можно сформулировать следующим образом: двухуровневая сущность, единство содержания – некоторой области человеческих знаний или практики (макроструктура дискурса), и формы – языковых средств, служащих для вербализации этих знаний и практик (суперструктура дискурса). Оставляя за каждым из терминов дискурс и текст свое содержание и фокусируя внимание на первом члене оппозиции, мы, в то же время, не абстрагируемся от текстов, т.к. они рассматриваются как материализация дискурсов, отражающая сложные взаимоотношения между последними, а именно взаимоналожения, взаимопереходы, борьбу, смежность, контраст и т.д. Введение в текст элементов разных дискурсов порождает дискурсную гетерогенность данного текста, иными словами, неоднородность его дискурсной структуры.

Дискурсная гетерогенность рассматривается в работе как проявление диалогичности, т.е. явление родственное интертекстуальности. В то же время следует провести между ними по возможности четкую границу. Такое разграничение возможно по двум параметрам. Во-первых, по параметру единицы, вступающей в диалогические отношения. В случае интертекстуальности объектами как непосредственного, так и опосредованного восприятия реципиента будут тексты в их фиксированности, конечности, материальности. В случае же дискурсной гетерогенности в диалогические отношения вступают дискурсы, специфические черты которых на уровнях макроструктуры и суперструктуры материализуются в тексте(ах), выступающем(их) как место их контакта. Вторым же параметром для разграничения является система маркирования названных категорий: в отличие от интертекстуальности, маркируемой точечно, дискурсная гетерогенность обычно сопровождается относительно развернутой системой маркеров, гарантирующих правильное опознание реципиентом нового дискурса, основывающееся на принципе максимального пересечения.

^ Система маркирования дискурсной гетерогенности включает сигналы двух уровней дискурса. На уровне макроструктуры в качестве таких сигналов выступают средства вербализации ядерных для вводимого дискурса концептов; на уровне суперструктуры – своеобразная грамматика на уровне слова, предложения и текста. В то же время, макроструктурные маркеры доминируют, т.к., хотя дискурс непременно обладает некоторой суперструктурой, речь идет не об уникальных для него грамматических явлениях, а о предпочтениях, тенденциях в области морфологии, синтаксиса и грамматики текста. Т.е., суперструктурные маркеры с меньшей вероятностью позволяют однозначную идентификацию своего дискурса и требуют макроструктурного подкрепления. Вспомогательный статус суперструктурных маркеров также обусловливается спецификой текстов детской литературы, активным формирующим фактором для которой является ее адресат, своеобразие которого, в частности, проявляется в недосформированной лингвистической компетенции, причем грамматическая компетенция формируется позже, чем лексическая.

Дискурсная гетерогенность является общим понятием, покрывающим ряд явлений диалогической природы, которые можно упорядочить по критерию уровня дискурса, материализующего смену дискурса. Соответственно, выделяются две группы междискурсных отношений – (а) суперструктурно маркированные и (б) макроструктурно маркированные.

I. Сказанное ранее объясняет немногочисленность типов междискурсных отношений в первой группе, к которой мы относим:

Стилизацию, затрагивающую стиль, т.е. форму выражения, а не содержание исходного текста. Междискурсный шов в таком случае проходит на уровне суперструктуры и сигнализируется специфическими для стилизуемого дискурса формальными элементами, как то воссозданием текстотипа, введением клише, морфологических и синтаксических характерных черт имитируемого дискурса.

П.: ^ Dear Mr. Potter,

Please note that ...

A list of books for next year is enclosed. (…)


Yours sincerely,

Professor M. McGonagall

Deputy Headmistress. (Rowling)

В данном типе текста жестко заданы начальная и конечная позиции, которые строго соблюдаются в стилизации. Также известно, что официальные письма нередко содержат приложения, отсылки к которым имеют достаточно устоявшуюся форму, воспроизведенную в приведенном фрагменте.

^ Междискурсную диалогичность, основанную на контрасте макроструктуры одного дискурса и суперструктуры другого дискурса. Данное явление относится нами к первой группе междискурсных отношений в силу своей близости стилизации. Но рассогласование уровней дискурса приводит, на наш взгляд, к пародийному эффекту. Подтверждение этой мысли находим, в частности, в работе Г.И. Лушниковой, отмечающей, что «пародию интересуют отношения между формой и содержанием, и она всегда готова сыграть на их несоответствии» (Лушникова 2009: 6).

Как и для стилизации, предпочтительным оказывается выбор закрытых типов текста, к каковым относится адрес. И последовательность сообщаемых в нем сведений, и форма их представления являются предзаданными. И все это неукоснительно соблюдено в приведенном фрагменте.

^ П. ALICE'S RIGHT FOOT, ESQ.

HEARTHRUG,

NEAR THE FENDER,

(WITH ALICE'S LOVE). (Carroll)

Примечательно также введение сокращения Esq., употребляемого как форма вежливого обращения и ставящегося после имени адресата исключительно в этом типе текста. Именно этот акроним, оформляющий столь неожиданный концепт – нога, является наиболее ярким сигналом контраста уровней соединяемых дискурсов.

II. Вторая группа междискурсных отношений более многочисленна и включает следующие явления:

^ Потенциальная дискурсная гетерогенность, основанная на асимметрии языкового знака, в котором один план выражения может ассоциироваться с несколькими планами содержания. Значение языковой единицы фиксируется в дискурсе благодаря включению его в связи с другими элементами дискурса (Laclau, Mouffe 1985, 1990), но в языке в целом за ним сохраняется возможность вербализации разных концептов, участия в разных когнитивных структурах и, в конечном счете, разных дискурсах, становясь, таким образом, фактором дискурсной гетерогенности. Потенциальная дискурсная гетерогенность описывает ситуацию одновременной реализации более чем одной такой потенции, при чем каждая из них имеет опору в виде маркеров своего дискурса.

П. "You have committed the following crimes," he continued: "having a dog with an unauthorized alarm, sowing confusion, upsetting the applecart, wreaking havoc, and mincing words."

"Now see here," growled Tock angrily.

"And illegal barking," he added, frowning at the watchdog. "It's against the law to bark without using the barking meter. Are you ready to be sentenced?"

"Only a judge can sentence you," said Milo, who remembered reading that in one of his schoolbooks.

"Good point," replied the policeman, taking off his cap and putting on a long black robe. "I am also the judge. Now would you like a long or a short sentence?"

"A short one, if you please," said Milo.

"Good," said the judge, rapping his gavel three times. "I always have trouble remembering the long ones. How about 'I am'? That's the shortest sentence I know." (Juster)

В данном примере серия концептов, выделенных нами жирным шрифтом, последовательно актуализирует юридический дискурс, к которому относится и концепт, вербализуемый словом sentence. Это многозначное слово, о чем свидетельствуют данные словарей.

Концепты judge, crime, присутствующие и в приведенном примере, и в словарной дефиниции, наряду с не менее однозначными illegal, law, устойчивые сочетания с short / long, также отмеченные в словаре как типичные для данного лексико-семантического варианта, снимают многозначность sentence, актуализируя второе из его значений, относящее его к юридическому дискурсу. Такая концентрация однозначных маркеров одного дискурса неизбежно приводит к ярко выраженному эффекту обманутого ожидания при актуализации другого значения sentence – «предложение», неожиданно помещающего его в языковедческий дискурс. Смену дискурса сигнализирует лишь один маркер 'I am', призванный служить вербализацией / иллюстрацией short sentence. Когерентность текста заставляет читателя ожидать уточнения срока заключения, но когнитивную связность повествования нарушает смена дискурса, в рамках которого short sentence уже понимается как «короткое предложение». Невозможность иначе увязать short sentence и 'I am' не оставляет читателю иного варианта прочтения, пусть даже оно противоречит его ожиданиям, порожденным ранее развертываемой когнитивной моделью.

Носителями потенциальной дискурсной гетерогенности также являются фразеологические единицы, для которых имеются омонимичные свободные словосочетания, что позволяет им реализовывать как фразеологическое, так и буквальное лексическое значения. Одновременная реализация этих значений, иными словами, двойная актуализация фразеологизма, может приводить к дискурсной гетерогенности.

Так, глава, к которой относится выше приведенный фрагмент, называется ^ Short Shrift. Поскольку речь в ней идет о полицейском офицере по фамилии Шрифт (Shrift), отличающемся низким ростом, данный заголовок изначально воспринимается буквально, и это значение можно передать примерно как «Коротышка Шрифт». Однако по мере чтения актуализируется переносное значение данного словосочетания – короткий срок между приговором и приведением его в действие, «быстрая расправа». Этому прочтению способствует окружение, состоящее из judge, sentence, prison, dungeon, cell и других концептов юридического дискурса. Следует отметить, что капитализация всех полнозначных слов в заголовке является нормой письменной речи в английском языке и написание Shrift с заглавной буквы не указывает на то, что это слово является именем собственным. Таким образом, второе прочтение оказывается вполне правомерным.

^ Естественная дискурсная гетерогенность, в основе которой лежит тот факт, что границы между дискурсами размыты, периферийные области являются местами контакта. Так, например, общественно-политический дискурс граничит с экономическим, имея с ним некоторую область пересечения. Зыбкость границы между ними обусловливает легкость перехода от одного дискурса к другому, что иллюстрирует нижеприведенный фрагмент, где канцлер и премьер-министр объясняют главному герою, почему страна так долго жила без короля, т.е., фактически, была республикой:

П. "Sire, your great-great-great-great-great-grandfather's death happened when my grandfather was a little boy," said the ^ Prime Minister, "and since then your loyal people have been saving up to buy you a crown – so much a week, you know, according to people's means – sixpence a week from those who have first-rate pocket money, down to a halfpenny a week from those who haven't so much. You know it's the rule that the crown must be paid for by the people." (Nesbit)

Общественно-политические явления, а именно, смена формы общественного устройства в стране, объясняются экономическими причинами, что проявляется в переплетении элементов общественно-политического и экономического дискурсов, маркируемых специальной лексикой, вербализующей ключевые для дискурсов концепты – деньги (sixpence, halfpenny) и операции с деньгами (buy, save up), с одной стороны, и участник общественно-политических отношений (Prime Minister, loyal people) и атрибут государственной власти (crown), с другой.

Дискурсная гетерогенность, основанная на искусственной смежности, описывает ситуации, когда дискурсы, не имеющие естественной области пересечения, оказываются поставленными автором в отношения смежности. Эта разновидность отношенний часто наблюдается в художественной литературе как прием создания альтернативного мира произведения, устроенного по своим законам. Так, в мире, описываемом Э. Несбит, дракон и мантикора сражаются в здании почтампта (General Post Office), где последняя прячется среди утренней почты (ten o'clock mail). Победив мантикору, дракон изрыгает дым и пламя, к которым примешиваются клочки шерсти врага и обрывки заказных писем (registered letters). Т.е. отношения смежности искусственно устанавливаются между сказочно-мифологическим и общественно-бытовым дискурсами, не имеющими в действительности общей границы.

Сравнение, в том числе и скрытое – метафора, основывается на соотнесении явлений из разных областей знания и практики, между которыми усматриваются отношения сходства. Однако в силу специфики адресата литературы для детей метафора в ней представлена очень слабо, в то время как сравнение, напротив, играет очень важную дидактическую роль. В большинстве случаев аналогии устанавливаются с элементами хорошо знакомых ребенку дискурсов, связанных с важными в его жизни видами деятельности (игровой, семейно-