Реферат: И. Р. Шегельман лесные трансформации

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ


ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ


ПЕТРОЗАВОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ


И. Р. Шегельман






ЛЕСНЫЕ ТРАНСФОРМАЦИИ (XV-XXI вв.)


Петрозаводск

Издательство ПетрГУ

2008




ББК 65.34

УДК 338,45:630

Ш 383

Рецензенты:

А. В. Питухин, декан лесоинженерного факультета ПетрГУ,

доктор технических науки, профессор,

заслуженный деятель наук Республики Карелия

Патякин В. И. – зав. кафедрой СПбГЛТА,

докт. техн. наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ


Шегельман, И. Р.

Ш 383

Лесные трансформации (XV-XXI вв.)/ И. Р. Шегельман. – Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 2008. – 240 с.


ISBN 978-5-8021-0933-5


Особенности трансформаций в лесной отрасли с XV века по настоящее время приведены во взаимосвязи с изменениями политической и экономической ситуации в России. Экскурс в древние времена, в дореволюционные и послереволюционные годы, довоенные и послевоенные годы, доперестроечные и послеперестроечные годы в работе завершается настоящим временем и перспективами развития отрасли. Наряду с лесозаготовками приведены необходимые сведения о трансформациях в лесной промышленности и в лесном хозяйстве страны в целом. Рассмотрены особенности государственного влияния на лесопромышленный комплекс при административно-хозяйственной системе и в настоящее время при становлении в стране рыночных отношений. Показано также влияние глобализации на отраслевые трансформации и и на современную роль лесозаготовок в лесном комплексе страны.


ББК 65.9(2Р)09

УДК 338(470)


ISBN 978-5-8021-0933-5  Шегельман И. Р., 2008

СОДЕРЖАНИЕ



1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.


13.

Введение……………………………………………………..

У истоков промышленного лесопользования

(1400-1700 гг.)………………………………………….........

Первые шаги становления системы управления лесами (1701-1800 гг.)……………………………………………….

Формирование лесопромышленников

(1801-1900 гг.)……………………………………………….

Лесопользование в предреволюционные годы

(1901-1917 гг.)……………………………………………….

Лесопользование в послереволюционные годы (топливный кризис, НЭП, военный коммунизм)

(1917-1930 гг.)……………………………………………….

Лесопользование в предвоенные годы

(1931-1941 гг.)……………………………………………….

Лесопользование в годы войны

(1941-1945 гг.)……………………………………………….

Становление отечественной лесной индустрии

(1946-1960 гг.)……………………………………………….

Машинизация лесозаготовок

(1961-1970 гг.)……………………………………………….

Лесопользование в доперестроечные годы

(1971-1984 гг.)……………………………………………….

Лесная отрасль в период перестройки

(1985-1990 гг.).………………………………………………

Становление рыночных отношений

(1991-2000 гг.)….……………………………………………

В ожидании перемен

(2001-2008 гг.).………………………………………………

4


8


12


19


31


38


49


62


72


90


98


110


116


126




13.1.

13.2.

13.3.

13.4.

13.5.

Лесное хозяйство и лесное законодательство…

Взаимодействие власти, бизнеса и общества…

Лесопромышленный комплекс …………………..

Интеграция в лесопромышленном комплексе…..

^ Машинизация лесозаготовок……………………

127

140

155

182

195




Заключение………………………………………………….

211















ВВЕДЕНИЕ


Растущее внимание специалистов и общественности к лесным проблемам определено их значением как базиса экономического и социального развития страны и в особенности ее лесопромышленных регионов (Республик Карелии и Коми, Архангельской, Вологодской и др. областей России).

Лесной сектор имеет существенное значение для социально-экономического развития более чем 40 субъектов Российской Федерации, где продукция лесной промышленности составляет от 10 до 50 % общего объема промышленной продукции, а в целом по Федерации этот показатель составляет около 4 % [105].

Продукция лесного комплекса, включающего в себя лесное хозяйство, лесозаготовительную, деревообрабатывающую, целлюлозно-бумаж-ную и лесохимическую промышленность, широко используется во многих отраслях промышленности, а также в строительстве, сельском хозяйстве, полиграфии, торговле, медицине и др. и реализуется на экспорт. Поэтому результативность комплекса зависит от развитости и запросов его потребителей, от выработки наиболее востребованных лесоматериалов, в особенности – лесоматериалов глубокой переработки, от готовности производств комплекса удовлетворять спрос потребителей на конкурентоспособную продукцию, а также от конъюнктуры внешнего и внутреннего рынков.

В странах с развитой лесной промышленностью лесной сектор стал одной из основ процветания населения страны, а лесная политика – важной составной частью национального развития. В Канаде, США, Финляндии, Швеции, Германии, Австрии и др. лесной сектор дает существенный вклад в ВВП этих стран [138]. Финляндия при российских поставках в 12 млн. м3 круглого леса экспортирует в Россию лесобумажную продукцию на 3 млрд. дол. и производит в 3 раза больше готовых изделий из леса, чем Россия [146].

Результативность лесопользования в стране низка. В аналитической записке «Эффективность государственного управления лесными ресурсами Российской Федерации в 2004-2006 годах» Счетной палаты РФ отмечается, что в силу низкой степени развития производств по глубокой переработке древесины деятельность лесопромышленного комплекса (ЛПК) не отвечает экономическим интересам государства, как собственника лесного фонда.

Доля продукции ЛПК в валовом внутреннем продукте страны составила в 2007 г. 1,3 %, в объеме отгруженной промышленной продукции – 4,7 %, в валютной выручке от экспорта – 3,2 %, на долю России приходилось 2,9 % мировой торговли лесоматериалами. В ЛПК занято 3,2 % от общей численности работающих в промышленности. Занимая первое место в мире по запасам леса, по производству бумаги и картона страна занимает 11-е, уступая даже странам с недостаточными запасами древесины, являясь для них поставщиком дешевого сырья [50].

Проблемы ЛПК страны объясняются многолетним нахождением его в тени нефтяного, газового и энергетического комплексов, недооценкой значимости древесины и леса в целом как возобновимого экологически чистого ресурса, нацеленностью на экспорт необработанной древесины, диспропорциями в системе размещения, заготовки и потребления древесных ресурсов, низким уровнем переработки сырья и крайним несовершенством отечественного лесного законодательства. Сказывается и серьезный ущерб, нанесенный ЛПК в перестроечные процессы разрушением хозяйственно-экономических связей предприятий, отлаженной отраслевой системы управления производством и научно-производственной базы, отставанием лесного машиностроения и системы подготовки кадров. Нельзя не учитывать и многолетнее истощение сырьевых баз тех лесопромышленных регионов, где расположены основные потребители древесины в результате экстенсивного лесопользования, низкий уровень освоения расчетной лесосеки, отсутствие современных технологий и высокотехнологичного оборудования.

Исторически сложившаяся роль России как поставщика сырья, а также насыщенность рынка в развитых странах затрудняют выход российских производителей на мировой рынок продукции глубокой степени переработки. Расчетная лесосека в 635 млн. м3 в стране используется только на 29,4 % [156]. Около трети экспортируемой лесопродукции составляют круглые лесоматериалы, более четверти – пиломатериалы. В России из 1000 м3 заготовленной древесины производится около 50 т бумаги и картона, в США – 155, в Германии – 420 т. На душу населения в России потребляется в год 37 кг бумаги и картона, что значительно ниже, чем в в США – 329 кг и в Финляндии – 432 кг [132].

Рейтинговое агентство «Эксперт РА» отмечало, что российский ЛПК  одно из самых уязвимых звеньев российской экономики с точки зрения глобальной конкуренции. В отличие от нефтегазовых и металлургических корпораций отечественные лесопромышленные предприятия не являются крупными игроками на мировом рынке и не имеют значимого влияния на ценовую конъюнктуру. На внутреннем рынке их позиции защищены хуже, чем у машиностроителей, энергетиков, предприятий пищевой промышленности. Они не могут эффективно использовать такие конкурентные преимущества, как богатая сырьевая база отрасли и быстрое развитие внутреннего рынка продукции из древесины. Инфраструктура лесозаготовок, основа которой заложена до начала 1990-х гг., уже не отвечает современным потребностям, используемые технологии по технико-экономическим показателям уступают технологическим процессам западных конкурентов. Из-за этого у отечественных предприятий значительно более высокие издержки, худшая экология производства и более низкое качество продукции [83].

Валютная выручка российского ЛПК в шесть раз ниже аналогичного показателя Канады (общий объем мирового запаса древесины в этой стране более чем в 1,5 раза ниже российского), неэффективно используются лесные ресурсы, низки показатели глубокой переработки древесины, хотя подавляющее большинство развитых стран ориентированы именно на экспорт лесных товаров глубокой переработки [187].

Ситуацию усугубляет неструктурированный экспорт необработанной древесины, фактически субсидируя развитие производства других стран. Российский круглый лес в сырьевом балансе Китая составляет 17, Японии – 21, Кореи – 16, Финляндии – 22 % и направляется на производство целлюлозно-бумажной продукции в Финляндии и Китае, строительных материалов (клееных конструкций) в Японии и Корее, отделочных материалов (шпон, фанера) в Японии, Китае и Корее [132].

Владея колоссальными лесными ресурсами, страна сохраняет неудовлетворительный уровень отечественного лесного машиностроения, которое не в состоянии обеспечить имеющийся спрос на современную лесопромышленную технику. В результате преобладающее количество технологического оборудования закупается за рубежом [53].

Развитие региональных ЛПК необходимо для успешного формирования бюджетов субъектов Российской Федерации и самой Федерации, для создания новых производств, в т. ч. и для глубокой переработки древесины, вовлечения в промышленную сферу и инфраструктуру ЛПК кадров различного уровня, обеспечения их рабочими местами. Необходимо это для достойного выхода на зарубежный рынок, привлечения инвестиций, в т. ч. и зарубежных, в условиях присоединения России к ВТО, когда требуются государственные меры для создания конкурентоспособных отечественных товаров и продвижения их на экспорт.

Развивающаяся в стране рыночная среда обусловила появление не только новых перспектив развития ЛПК и возможностей, но и новых рисков. В связи с этим в последнее время обострился поиск решений по преобразованию отрасли для инновационного развития ЛПК, глубоких и качественных изменений в структуре его предприятий и применения прогрессивных технологий.

От правильности принятия решений зависит многое – это и работа сотен тысяч специалистов отрасли, благополучие их семей, формирование бюджета, привлечение инвестиций, укрепление рыночных отношений, создание новых рабочих мест, социальная отдача, стабильность работы предприятий и др. Как отмечено в знаменитой лекции профессора И. Вихрова, адресованной студентам Московского лесотехнического института, «чтобы принести наибольшую пользу отечеству, мало благих намерений или беглого ознакомления с правилами лесоводственной науки. Без изучения прошлого нельзя наметить столбовой дороги и в наше завтра: человеческий опыт питается памятью о содеянных ошибках» [59].

Одно из условий правильности принятия решений – использование накопленной годами информации об особенностях трансформаций лесного комплекса России и, прежде всего, о трансформациях лесного хозяйства и лесозаготовок. От их результативности и взаимосвязей с перерабатывающими подотраслями зависят перспективы становления России в качестве мировой лесной державы. Изучение многолетнего опыта может помочь избежать ошибок в принятии новых решений.

Написание настоящей книги началось достаточно давно. В связи с тем, что автор многие годы работал в Карелии, иллюстрация ряда положений в работе выполнена, опираясь на материалы, полученные в этой лесной республике. К началу XXI века сформировалась основная канва, но было понимание сложности ее написания и ощущение того, что работа над ней может никогда не завершиться. Но близкие друзья и коллеги автора, ознакомившись с ней и высказав серьезные замечания и предложения (они учтены в работе), настоятельно рекомендовали вынести ее на суд читателя.

Автор хорошо представляет, что справедливы будут замечания о том, что не все в работу удалось включить, что ряд вопросов изложен с различной степенью глубины, ряд позиций покажется оппонентам спорным. Поэтому мы ждем отзывов, замечаний, предложений и пожеланий по устранению недостатков. Все они будут с благодарностью приняты, изучены и учтены нами в дальнейшей работе. Просим направлять их по адресу: 185640, Республика Карелия, Петрозаводск, пр. Ленина, 33, ПетрГУ, Шегельману Илье Романовичу. e-mail: shegelman@onego.ru.

^ 1. У ИСТОКОВ ПРОМЫШЛЕННОГО

ЛЕСОПОЛЬЗОВАНИЯ (1400-1700 гг.)


Общая ситуация в стране. В XV-XVI веках происходит становление российского государства, начатое с завершением татаро-монгольского нашествия. В начале XV века князь Василий I, сын Дмитрия Донского, объединившего Московское и Владимирское княжества, продолжая политику отца, купил ярлык на Нижегородское княжество. В 1485 г. Иван III покончил с самостоятельностью Новгорода, присоединил Тверь и вятскую землю и титулировал себя «государем всея Руси». Позднее были присоединены Псков, Рязань, Смоленск, Казанское и Астраханское ханства, башкирские земли, а в XVII веке Левобережная Украина и Сибирь. Формируется монархия с сильной великокняжеской властью. В середине XVI века введены единая монетная система и единая система налогообложения, в сельскохозяйственный оборот вовлекаются новые земли. На базе казенных (правительственных) заводов формируются центры металлургии, металлообработки, судостроения, деревообработки. Войны со Швецией, Польшей и др. за выход к Балтийскому морю шли практически непрерывно. XVII век характерен началом реформ Петра I, формированием армии и созданием военно-морского флота [35].

Россия издревле занимала обширные географические пространства, большая часть которых была представлена неосвоенными лесами. В старину, когда лесов было много, а населения мало, лес, подобно воздуху, считался предметом свободного пользования [139]. Изначально для человека он был истоком, средой обитания, как океан для рыбы [93]. Но уже с древних времен население страны, а позднее экономика и промышленность использовали многочисленные сырьевые и рекреационные ресурсы лесов. Из древесины строили практически все: от простой деревянной изгороди до церквей, царских хором и крепостей (http://www.mukhin.ru/stroysovet/woodhouse).

В «Курсе Русской истории» В. А. Ключевский писал: «Лес оказывал русскому человеку разнообразные услуги – хозяйственные, политические и даже нравственные: обстраивал его сосной и дубом, отапливал березой и осиной, освещал его избу березовой лучиной, обувал его липовыми лаптями, обзаводил домашней посудой и мочалом. Долго и на севере, как прежде на юге, он питал народное хозяйство пушным зверем и лесной пчелой. Он служил самым надежным убежищем от внешних врагов, заменял русскому человеку горы и замки».

История лесной отрасли началась в древние времена, но именно в 1400-1700-е гг. произошел переход от самозаготовок леса населением страны к организованному правительством лесопользованию, обусловленному строительством городов, созданием горно-металлургических и судостроительных заводов, растущими потребностями в топливе.

В те годы заготовка и сплав древесины были преимущественно отхожим промыслом крестьян, занимающихся им после завершения сельскохозяйственных работ (отхожим, т. к. на зиму крестьяне «отходили» от основной работы – сельского хозяйства и со своими лошадьми заготовляли древесину для собственных нужд или становились подрядчиками). Позднее, когда правительство ввиду постоянного роста спроса на древесину стало заготовлять древесину для нужд судостроения и металлургии, лесозаготовки также осуществляли крестьяне.

В развивающейся в XV-XVI веках России интенсивно росли потребности в лесных ресурсах и, прежде всего, в древесине для строительства жилья, военных целей, судостроения, металлургии, для использования в качестве топлива при обогреве и готовке пищи.

На европейском севере России – крупном лесосырьевом регионе страны в силу установившихся традиций сельское население имело навыки лесозаготовительных и лесосплавных работ [8].

Рост спроса на лесопродукцию обусловил развитие торговли лесоматериалами. Как сообщают историки, уже в XV-XVI веках в городах образовывались лесные пристани и рынки, на которых продавали дрова, луб, дрань, доски, срубы, колоды, колья, столбы, рогожи, лыко и др.

С увеличением численности населения страны увеличивалась потребность в деловой древесине и дровах, поставляемых в строящиеся города из всех более удаленных мест. В XVII веке древесиной в Москве и Новгороде уже торговали не только крестьяне, но и крупные купцы. В Киеве продавали выдолбленные колоды – остова суден-однодеревок, сплавлявшихся по Днепру из местностей вблизи Смоленска, Любеча, Чернигова, Вышгорода и др. городов. Из одного дерева изготовляли судна вместительностью 20-40 и более чел.

Широкое использование древесины для строительства домов объяснялось ее «великою дешевизною» и скоростью и жилищ и церквей «нередко очень обширных и высоких». Дешевизна позволяла мостить улицы Москвы отесанными или неотесанными бревнами. Деревянные дома при пожарах часто полностью выгорали. Так, в 1547 г. за два дня город выгорел почти полностью. Но после каждого пожара «горожане … строились опять из дерева и опять старым же порядком сгорали дотла». Это обусловило продажу на специальном рынке Скородоме множества разобранных деревянных домов, которые перевозили и устанавливали взамен уничтоженных пожаром или на новых площадках.

В середине XVI века правительство организовало заготовку крупных партий леса для строительства городов-крепостей и просто крепостей будущей Казанской губернии и др. (города Свияжск, Чебоксар (Чебоксары), Козьмодемьянск, крепости в Царевом городе на Кокшаге (Царевококшайск), в Цивильске, Ядрине и в др.). При этом предпочитали древесину дубов и сосен, произраставших вблизи от строительства, чем, видимо, и начали многовековой процесс истребления дубовых лесов на территории современных Татарии и Чувашии [35, 195].

Развивалось строительство домов и суден из дерева. Центры деревянного речного судостроения переместились к северо-востоку страны и в XVI столетии по Волге большинство грузов уже перевозили крупные суда-струги.

В XVII веке начали строить и морские суда из древесины 350-400-летних дубов. Поэтому во второй половине XVII века были расширены государственные заготовки бревен для строительства крупных судов, а судостроение было перенесено с лесосек на верфи – рейды приплава. В 1691 г. Петр I заложил первый русский военный корабль, а к весне 1698 г. были спущены на воду 52 корабля [35].

В XVI веке крупными потребителями лесопродукции в России были горная и металлургическая промышленности, судостроение, домостроение, зарождающийся экспорт, значительные объемы древесины использовали на топливо. В XVII веке из Архангельска экспортировали древесину для судостроения, преимущественно в Англию и Голландию, позднее экспорт лесоматериалов за границу был ограничен для защиты от истощения корабельных лесов.

В те годы древесину заготовляли вдоль сплавных рек или вблизи поселений, никакого организованного лесоустройства не было. Лесозаготовки («лесные порубки») вели обычно зимой на любых выбранных лесозаготовителями территориях.

При ограниченности технических средств сформировалась примитивная технология, при которой топор был единственным инструментом при валке, обрубке сучьев, разделке деревьев и бревен (пилы начали использовать позднее). Стволы диаметром до 30 см рубили с двух противоположных сторон, а более 30 см – с трех-четырех. Бревна вывозили гужом (лошадьми) и сплавляли молем (россыпью), плотами и в судах.

В России, особенно в северных областях, пилы долгое время применяли только на столярных и мелких плотницких работах, считая, что они, разлохмачивая волокна древесины, значительно снижают долговечность постройки. Поэтому большинство деревянных построек было создано без использования пилы. Плотники использовали тес, выделанный топором из двух половин расколотого бревна, или кололи бревна специальным ножом – косарем (его приставляли к торцу бревна, били по нему кувалдой и постепенно продвигали вдоль бревна) [142].

На лесосеках от поваленных деревьев обрубали сучья и топором разделывали их на части (сейчас бревна определенного назначения называют сортиментами). Такой метод заготовки был примитивным прототипом современной сортиментной заготовки. Единственным средством вывозки бревен к месту использования или к сплавным рекам были крестьянские лошади с санями (такую вывозку называли гужевой).

Крестьяне-лесорубы жили во временных землянках, отапливаемых открытым очагом без дымохода. Некоторые землянки выполняли в виде бревенчатых срубов, один-два венца которых выступали над землей. В землянке вдоль стен на земляном основании устраивали сплошные нары, в них входили (вползали) чуть ли не на четвереньках и двигались там в полусогнутом состоянии. Для лошадей рядом с землянками строили навесы, закрытые сверху и с боков еловыми ветками[101].

В конце XVII века на валке и разделке деревьев начали в ограниченных количествах применять пилы. Внедрение пил шло медленно, но при переносе производства досок и брусьев с лесосек на лесозаводы их все шире стали применять для поперечной и продольной разделки бревен.

Причиной внедрения пил было стремление к экономии древесины, т. к. при пилении из бревна получали до пяти, а при тесе топором – только одну-две доски. Все это обусловило первые шаги по формированию лесопиления в качестве перспективной отрасли, а строительство лесозаводов – как ее основу.

В XVII веке на государственном уровне пришло понимание значимости лесозаготовок и лесопиления для жизнедеятельности страны. Древесину все шире применяли в речном и морском судостроении, металлургии, домостроении, в лесоэкспортных операциях и др. Вместе с тем в те годы, да и в последующие столетия лесозаготовки и лесопиление базировались на жесточайшей эксплуатации дешевого неквалифицированного ручного труда крестьян и рабочих.

^ 2. ПЕРВЫЕ ШАГИ СТАНОВЛЕНИЯ СИСТЕМЫ

УПРАВЛЕНИЯ ЛЕСАМИ (1701-1800 гг.)


^ Общая ситуация в стране. В XVIII веке в России были продолжены Петровские реформы. В 1721 г. Петр I принял на себя титул Всероссийского Императора и отца отечества. Продолжались войны со Швецией, Турцией, Персией, Пруссией, Россия начала господствовать на Балтике, отвоевала Лифляндию, Эстляндию, Ингерманландию и часть Карелии с Выборгом (Финляндия вернулась в Швецию), завоевала прикаспийские провинции Ирана и порты в Западном Закавказье. Развитие промышленности и предпринимательства диктовалось нуждами укрепления государства и ведения войны. За первую четверть XVIII века создали около 100 мануфактур, многие из них, особенно металлургические, построили на казенные деньги, а затем продали купцам на льготных условиях. За казенными мануфактурами пожизненно закрепили ссыльнокаторжных, разрешили покупать и переселять для работы на заводах крестьян. Был принят Таможенный устав, введены высокие пошлины на импорт товаров и освобожден от пошлин ввоз необходимого сырья. Ко второй половине ХVIII века утвердилось сословное деление на дворянство, духовенство, купечество, мещанство и крестьянство. Активизировалось развитие науки, образования (создание Академии наук, открытие Московского университета и др.). Манифест 1775 г. провозгласил свободу предпринимательства – создание предприятий без разрешения правительственных инстанций или регистрации и введение многих привилегий для купечества [35].

В XVIII веке все больше круглого леса, досок, дегтя и др. лесопродукции требовалось для военных целей, металлургии, судостроения, домостроения, отопления жилищ и т. д. Для становления предприятий  переработчиков древесины уже в те годы потребовалось закрепление за ними стабильных лесосырьевых баз. В их число вошли предприятия горнозаводской промышленности, расширяющие потребление дров и древесного угля. В середине XVIII века на Урале уже было более ста металлургических и передельных заводов, за которыми были закреплены примыкающие к ним и доступные для эксплуатации леса, в которых рубки велись «бессистемно и нещадно» [100].

В работе [109] отмечалось, что для рассматриваемого периода было характерно проведение истребительных рубок лесов в густонаселенных районах страны и местах, удобных в лесотранспортном отношении, без соблюдения даже элементарных правил ведения лесного хозяйства при рубках. Служба охраны лесов от пожаров и вредителей не была налажена. На юге и в центральных губерниях России в результате хищнических рубок исчезли огромные площади лесов, а на Севере нещадно вырубали лучшие части сосновых и лиственничных лесов, произраставших вдоль рек Онеги, Северной Двины и ее притоков, Мезени, Печоры и других водных путей.

Один из основоположников научного лесоустройства Ф. К. Арнольд писал, что «ни любви, ни благодарности заслужить у общества лес не успел. Большинство относится к нему с каким-то холодным равнодушием, а иные еще хуже – как бы видят одну из задач своей жизни в его уничтожении, и только немногие питают к нему то уважение, на которое он имеет такое полное, неотъемлемое право». Академик И. И. Лепихин также отмечал, что «крестьяне настоящие свои выгоды всегда соединяют с будущим неминуемым вредом. Всякое лучшее дерево без разбору другой от него имеющей пользы употребляют на смолу и тем дерево несчастливее, чем оно здоровее и толще. Каждое дерево, назначенное на смолу, сочат… После срубают сосну и осоченное место употребляют на смолу, а прочее гниет и пропадает» [109].

В Петровские реформы и предшествующие им годы трансформировалось отношение государства к лесным ресурсам страны, приходило понимание того, что они не безграничны, что сырьевая база некоторых губерний уже была недостаточна, например, для судостроения, что с годами истощаются запасы древесины нужных пород. Пришло осознание необходимости государственной регламентации лесопользования, охватывавшего заготовку, потребление и воспроизводство древесины.

Все это обусловило на пороге XVIII века принятие Петром I целого ряда решений, например, предписание казанскому воеводе в 1697 г.: «лесов без указу великого государя и без грамот не делать» (не сводить) и распоряжение о концентрации государственных лесопоставок в руках конкретных чиновников. В 1721 г. было разрешено рубить в Новгородской губернии мачтовые деревья длиной до 65 футов для отпуска за границу при условии сдачи адмиралтейству каждого десятого дерева, но мачтовые деревья в этом районе были редки [195].

В период царствования Петра I лесу было придано небывалое до того государственное значение, расширилась передача в собственность заводам лесов (горнозаводских лесов) для промышленного использования, был введен платный отпуск леса, установлены лесные таксы на вырубаемую древесину. Особую ценность приобрели насаждения для заготовки древесных стволов на строительство речных и морских судов. Были приняты государственные меры к наведению порядка в использовании лесов [139]. По инициативе Петра I была создана первая дубовая роща близ Таганрога и Линдуловская лиственничная роща под Петербургом, составлены карты с обозначением лесных дач, рек и пристаней, к которым удобно доставлять лес. Тем не менее хозяйственные масштабы лесное дело и лесные культуры приняли в нашей стране только в самом конце XIX века [101].

Двести лесных указов и инструкций Петра I послужили основой создания лесного законодательства и лесной службы, организации лесного хозяйства и развития лесной науки. Ряд статей из обервальдмейстерской инструкции вошли в российский Устав Лесной. Описные книги и карты лесов стали прообразами современных таксационных описаний и планов лесонасаждений, межевание лесов положило начало устройству лесных территорий. Петровские корабельные леса в Поволжье, вдоль Двины, Дона до сих пор являются генетическим фондом главных древесных пород России, хранителями полноводности наших рек [93].

Уже при жизни Петра I в России пришли к выводу, что нужны специалисты, владеющие лесным искусством, в тот период их называли «лесными знателями». Любопытно, что первые три «лесных знателя», приглашенные в Россию по сенатскому указу 1727 г.,  М. Зелгер, Ф. Мерцгунмер и Ф. Габриель Фокель по контракту должны были подготовить по 6 учеников-россиян [158].

Петр I в начале XVIII века, создавая отечественный флот, объявил леса, годные для кораблестроения, собственностью государства, их владельцы потеряли право на его рубку в своих лесных дачах. Указом 1703 г. он велел описать все леса, находящиеся на расстоянии от больших рек (Волга, Днепр, Дон) до 50 верст (53 км) и от малых рек (Воронеж, Десна, Хопер и пр.) – до 20 верст (21 км). На этих полосах было запрещено рубить дуб, клен, ильм, вяз, карагач, лиственницу и сосну толщиной 12 вершков и более. В 1719 г. в этих заповедных лесах появилась регулярная лесная стража.

Лесом и лесной стражей управляла Адмиралтейств-коллегия, назначавшая для надзора за заповедными лесами обер-вальдмейстеров (главных лесничих) и их помощников (унтер-вальдмейстеров). За каждым вальдмейстером закрепляли заповедные леса вдоль конкретной реки. В 1726 г. Екатерина I вместо вальдмейстеров передала присмотр за заповедными лесами воеводам. Однако, поскольку воровство в этих лесах приобрело угрожающие размеры, Анна Иоанновна восстановила в 1731 г. вальдмейстерскую службу, которая существовала до 1782 г. В лесную охрану входили лесные надзиратели, назначаемые из крестьян казенных поселений и отстав­ных солдат. Организация Лесного департамента положила начало подготовке профессиональных кадров лесной охраны в России. Тогда же была введена должность пожарного старосты, избираемого на 3 года из «поселян трезвых и доброго поведения» и оплачиваемого из государственной казны [139].

Наряду с положительными примерами развития лесопользования в XVIII веке имели место и хищническое отношение к лесам и бесконтрольность государства при организации лесопользования и заготовке древесины. Не случайно в своей работе «О рублении, поправлении и заведении лесов» в 1776-1777 гг. Андрей Тимофеевич Болотов писал: «не разбирая нимало обстоятельств и свойств своих лесов, следуют только древнему обыкновению, рубят дрова и лес тогда, когда им понадобятся, там, где им взглянется, и столько, сколько им надобно, а о том нимало не пекутся, может ли сим образом вырубаемый или, паче сказать, опустошаемый лес их долгое время довольствовать» [10].

Имела место и недальновидность ряда государственных решений. Например, Екатерина II в 1795 г. полагала, что леса Сибири неистощимы и предоставила населению право бесплатно пользоваться лесом и раскорчевывать его для землепашества. Неограниченная рубка в сочетании с лесными пожарами привела к истощению лесов вблизи городов и крупных сел Тобольской, Томской, Енисейской и Иркутской губерний, где к 30-м гг. XIX в. стал ощущаться недостаток доступного леса. В окрестностях Тюмени, Омска и Томска строевой лес был вырублен в радиусе 30-40 км. Комиссия Министерства государственных имуществ в 1840-х гг. отметила, что леса, состоящие в общем пользовании жителей, истребляются непрестанными порубками на домашние надобности, для расчистки пашен и на заводские потребности [139].

Возможно, понимая эти факты, правнук Петра Великого Павел I 26.05.1798 г. учредил при Адмиралтейской коллегии особый департамент для лесной части (Лесной департамент) [86].

В XVIII веке крупные города (Петербург, Нижний Новгород, Саратов, Астрахань, Москва, Рига, Кременчуг, Екатеринослав, Херсон, Архангельск и Царицын) стали промышленными центрами, потребляющими большие объемы древесины. Несмотря на строгие указы о строительстве каменных строений, и после крупных пожаров древесина оставалась основой домостроения. В Петербурге и вблизи него были построены крупные лесопильные заводы, среди которых выделялся казенный завод Морского министерства в Кронштадте. Лес северных губерний тогда экспортировали в основном из Архангельска и Онеги главным образом в Англию [195].

Развитие предпринимательства после Манифеста 1775 г., когда предприятия начали создавать без разрешения государственных органов или регистрации, а также увеличение объемов продаж древесины из частновладельческих дач и рост их доходности привели к появлению крупных лесопромышленников, специализирующихся на организации лесозаготовок, сплаве и торговле лесом, который помещики продавали им на корню. Это в дальнейшем способствовало формированию и развитию в России лесной промышленности.

Активизировались строительство лесопильных заводов (тогда их называли пильными мельницами) и переход к выработке пиломатериалов на лесопильных заводах взамен вытесывания досок и заготовок (теснин) топорами. Производители, переходя на механическое лесопиление, экономили древесные и трудовые ресурсы, а потребители предпочитали доски механической, а не ручной распиловки, поскольку последние не имели равной толщины по длине и требовали дополнительной обработки.

Трансформации в области лесопиления произошли в этот период благодаря государственному влиянию и созданию преференций для его развития. В 1721 г. Петр I принял решение «об отводе всяких чинов людям по малым рекам, которые впали в Неву реку и в Ладожское озеро и в других местах Санкт-Петербургской провинции под строение пильных мельниц земель, где кто обыщет». К каждой мельнице предписывалось отмежевать до 814 десятин земли, в т. ч. под селение 10 семей мастеровых людей (по 6 десятин на семью). Владельцам мельниц предоставляли льготы, разрешая покупать крестьян, освобождая от платы за казенный лес и др. Торгующим в московских лесных рядах запретили привозить и продавать рубленые доски и тес, потребовав привозить бревна для распиловки на пильную мельницу, построенную на Москве-реке. Это дало серьезный толчок строительству лесозаводов [195].

Приближенные Петра I, получившие права на постройку пильных мельниц в районе сплавных путей к Петербургу, обязались перед Берг-коллегией построить мельницы за срок не более 3 лет. На этой основе адмиралтейство предоставило право беспошлинной рубки казенного леса в течение 5 лет и обещало, что когда они «умножат заводы пильных досок», запретить полностью производство топорных досок [195].

Сенат для стимулирования лесопиления и внедрения пил взамен топоров Указами 1719, 1722 и 1749 гг. потребовал изготовлять доски для судостроения «пильные, а не топорные» и строить пильные мельницы, а там, где их нельзя строить, вести ручную распиловку. Согласно указу Сената 1760 г. «топорный тес» был запрещен [195].

Названные решения явились базисом для обеспечения крупных потребителей древесины закрепленными за ними сырьевыми ресурсами, в рамках одной интегрированной структуры осуществлялись валка, обрезка сучьев, раскряжевка с получением круг