Реферат: Роман Коноплев Евроремонт для Приднестровья

Роман Коноплев


Евроремонт для Приднестровья


Публицистический сборник (2008-2010)


Мировой кризис и экономика Приднестровья: проблемы и решения
ИА «Лента ПМР», дата публикации: декабрь, 2008.


1. Финансы и промышленность   

  

  Последствия мирового экономического кризиса, с которыми столкнулись Россия и Украина, неизбежно отразятся на ситуации в Приднестровье. В каком виде и сколь долго сохранится влияние негативных тенденций - другой вопрос.   

  

  С одной стороны, экономика нашей республики в меньшей степени подвержена подобным угрозам, поскольку банковский сектор Приднестровья никогда не имел тех преференций, в которых купались финансовые структуры других государств. Через наши банки не проходили космические суммы для раздачи кредитов неблагонадежным клиентам - наши банкиры в отношении потенциальных заемщиков всегда были более дотошными, чем их коллеги за рубежом. Приднестровье лишь с некоторой оговоркой, но все же, привыкло "жить по средствам".   

  

  Следует принять во внимание, однако, тот факт, что рынок труда в нашей республике находился в состоянии кризиса еще со времен распада СССР. Однако ранее проблема была качественно иной: вакантные рабочие места имелись, но платили за труд слишком мало. И если в последние годы ситуация начала выравниваться, то лишь потому, что руководители предприятий сознательно пошли на определенный риск, повышая зарплаты - рабочую силу таким образом сохранили, а вот сбыт в критический момент обеспечить не смогли. В таком положении предприятие не может долго существовать "на плаву", работая исключительно на склад. Рынок возьмет лишь то, что ему нужно, а его потребности в связи с теми событиями, которые специалисты и называют "мировым кризисом", резко сократились.   

  

  Рассуждать о каких-либо особенных горизонтах, которые приднестровским предприятиям откроет кризис, не имеет смысла. Кризис оставляет экономику не только без "шальных", авантюрных денег, которые, рискнув, можно вложить в запуск нетрадиционного проекта. Угроза в первую очередь исходит от неспособности региональной финансовой системы оказывать какое-либо участие в стимулировании производства в принципе. Банки отказываются кредитовать бизнес. Предприятия, в свою очередь, не могут обеспечить сбыт. Пока производители и покупатели снова найдут друг друга, пройдет время. Это самое время и есть "дно" кризиса.   

  

  Руководители приднестровских предприятий уже сталкивались с подобными трудностями после распада СССР. В те годы, последствия для заводов были более тяжелыми по той причине, что вместо собственников, предприятиями руководила анархия - каждый руководитель среднего звена, а тем более управленец, пытался унести и украсть, сколько мог. Воровали по подложным договорам, по завышенным ценам на поставку сырья. Схем было множество. Приватизация положила конец подобной практике.   

  

  Для реализации потенциала приднестровских предприятий важен еще и политический аспект. Экономическая и информационная война, которую ведет с нами Молдова, безусловно, сказывается и на возможностях наших компаний, на их имидже в глазах потенциальных партнеров. Так было почти всегда. Оценивая будущие риски, следует учитывать и тот факт, что в ближайшей перспективе по-другому, увы, не будет. Власти Молдовы еще долгое время будут использовать любую возможность опустить свою "ложку дегтя" в нашу "бочку меда", и не только поборами, но и ущербом репутации. Однако следует спрашивать и с самих себя: мы сами оказались чересчур избалованы наличием "промышленного потенциала", доставшегося нам в наследство от СССР. Мы зациклились на нем в ущерб другим отраслям и перспективам. Насколько эта самая промышленность окажется конкурентоспособной через год, предсказать крайне сложно. Лишь по той простой причине, что сегодня ни один экономист в мире не знает точно, сколько на самом деле стоит тот или иной товар. Через полгода ситуация начнет выравниваться, однако уже сейчас следует обратить внимание на ту отрасль, которая гарантированно обеспечит социальный баланс при любых неожиданностях на мировых рынках: это сельское хозяйство.

  

  

  ^ 2. Сельское хозяйство   

  

  Именно эта отрасль в нашей республике оказалась в глубокой разрухе самой первой. Отчасти сыграла свою роль конъюнктура рынка -продукция сельского хозяйства была дешевой. Конкуренты из других стран заваливали рынки стран СНГ аналогичными товарами по демпинговым ценам, прекрасно понимая, что навязывая подобную зависимость, и разоряя местных конкурентов, они обеспечивают себя и своих крестьян работой на многие годы.   

  

  Правительства других государств расходуют в последние десятилетия огромные средства на дотации фермерам. Случайно ли? Конечно же, нет. Сегодня именно те страны, которые регулярно подпитывали сельское хозяйство, окажутся в выигрыше. А что у нас? Как и в других регионах бывшего СССР, данная сфера деятельности без господдержки оказалась в на грани краха. Будучи непривлекательным ни для инвесторов, ни для менеджеров, ни для молодых специалистов, сельское хозяйство оказалось на периферии приоритетов. Тяжелый, изнуряющий труд крестьян на полях, директора, "умело" и безнаказанно разорявшие то, что было создано поколениями... Достаточно вспомнить советское наследство - систему мелиорации, без которой на приднестровской земле не растут фрукты и овощи. Директора колхозов и совхозов ее попросту порезали на металлолом... И каков результат? Люди отказались работать за маленькую зарплату и обещания, многие попросту уехали. Сегодня приднестровских крестьян на наших полях способны заменить разве что какие-нибудь китайцы, которым будет в радость целый день трудиться за чашку риса с кузнечиками. Однако при подобном развитии ситуации мы, приднестровцы, сами перестанем быть хозяевами своей земли. Вместо маленького Приднестровья мы лет через тридцать увидим здесь маленький Китай. На пустующей земле всегда найдется, кому работать и зарабатывать.   

  

  Наши крестьяне - в основной своей массе уже пенсионеры, трудиться на полях не могут. Их дети в поисках лучшей доли разъехались по разным городам Европы и России. Однако многие скоро вернутся назад. Их погонит сюда кризис. И от властей зависит, что и кто встретит этих людей в родных селах и райцентрах. Возможно, тот же самый директор, разбазаривший имущество в середине девяностых, с не менее "выгодным" предложением - поработать забесплатно тяпкой. На него как на барина. Думаю, не стоит объяснять, кто единственный способен будет поправить свое материальное благосостояние при развитии ситуации без должного контроля и участия государства. Эффективность коллективных хозяйств многократно изучена и доказана. От должного внимания властей зависит судьба этой отрасли в нашей республике. Двумя-тремя фермерами при модернизации АПК республики тут не обойтись - не тот размах, не выгодно -и по этой причине совсем немногие приднестровцы согласятся работать в поле по найму. Требуется внимание государства к отрасли. Крестьяне могут и должны достойно зарабатывать на выращивании дорогостоящих культур, а единственно надежным условием при этом может быть труд в условиях коллективного хозяйства - на самих себя, , а не на барина.

  

     К сожалению, наши местные аграрии самостоятельно додумались лишь до того, чтобы на приднестровских полях вместо овощей и фруктов выращивать рапс. При этом, как оказалось, результат не оправдал ожидания. Полный провал. Как считают сами аграрии, им не хватило опыта. Однако совсем недавно о рапсе рассуждали, чуть ли не как о панацее, способной излечить наше сельское хозяйство от всех проблем. Между тем, оказывается, используют это растение для производства биодизеля. Евросоюз и США с удовольствием покупают его в странах третьего мира. Лидеры производства рапса - Китай и Индия.   

  

  В связи с растущим желанием индустриально развитых стран хотя бы частично избавиться от нефтегазовой зависимости, всё большее распространение получают новые виды топлива - этанол и биодизель. В последнее время множатся сообщения о серьезном уроне, который наносит производство биотоплива окружающей среде. Самый важный аргумент противников биотоплива: соблазну субсидированного выращивания таких зерновых как рапс, который в основном используется в качестве сырья для биодизеля, поддается все больше фирм-производителей. Это приводит к тому, что рапсом активно засаживают посевные площади, ранее предназначавшиеся для выращивания традиционных сельскохозяйственных культур. В результате цены на продукты питания резко подскочили, особенно больно это ударило по африканским странам и странам Латинской Америки. Помимо прочего, рапс гораздо сильнее истощает почву, чем традиционные продовольственные злаки. Повторю слова известного немецкого автоэкперта Петера Швердтманна: "Похоже, дымок биоиллюзий растворился в воздухе".( "DeutscheWelle": Спор вокруг биотоплива.)   

  

  Недавно комиссар Еврокомиссии по окружающей среде признал, что увеличение в ЕС и в мире в целом производства биотоплива "имеет связь с ростом цен на продукты питания". Он отметил, что сложности, которые производство биотоплива создает для природы и социальных отношений, оказались "более значительными, чем можно было предполагать". Возможно, кому-то покажется романтичной перспектива превращения Приднестровья в рапсовые плантации, ведь европейцам и американцам нужно биотопливо, и они готовы платить, по крайней мере, сегодня. Совсем недавно на нашей земле крестьяне выращивали овощи и фрукты в огромных количествах. Стоит ли превращать республику в рапсовые плантации? Почувствуйте себя немного персонажами сериала "Рабыня Изаура".   

  

  Президенты и правительства крупнейших государств планеты за последние несколько месяцев в своих словах и действиях значительно "полевели". О необходимости государственного участия в экономике уже никто не спорит: обсуждается лишь степень этого участия. Сельское хозяйство является той отраслью, где важным является не только государственная поддержка, но и обеспечение должного контроля. Фактически, эта отрасль - как лакмусовая бумага - демонстрирует слабость государственных институтов согласно таких критериев, как индекс коррупции.Государственное участие в экономике является эффективным лишь в том случае, если коррупция сведена к минимуму. Наведение должного порядка в сельскохозяйственной отрасли и трезвая оценка негативных последствий недостаточного внимания к данной сфере помогут обеспечить население республики не только продовольствием, но и новыми рабочими местами, а как следствие - гарантированными доходами для госбюджета и приднестровских семей.


  

  ^ 3. Инжиниринг и строительство   

  

  Последние десятилетия накануне распада СССР в Приднестровье наблюдалось явное превосходство доли населения с высшим образованием. Местные специалисты занимались реализацией энергетических проектов в соседних регионах. Потенциал приднестровских специалистов в области проектирования и строительства был востребован в республиках еще не распавшегося СССР, а также на Кубе и в Ираке. По распределению после окончания крупных российских ВУЗов сюда отправлялись сотни молодых специалистов - инженеров. К сожалению, после распада единой страны, этот потенциал был растрачен. Низкая заработная плата специалистов, недостаток рабочих мест привели к тому, что значительное число профессионалов было вынуждено покинуть республику. К сожалению, Приднестровский Государственный Университет последние годы готовит кадры, в основном, "на экспорт". Бывшие студенты ПГУ оказываются востребованными в России, Украине, других государствах. Приднестровье в силу своего географического положения, тем не менее, не теряет своей привлекательности для россиян, в числе которых и выпускники инженерных специальностей университетов...   

  

  Необходимо обратить внимание на тот факт, что многие страны т.н. "третьего мира", многие маленькие государства совершили рывок в социально-экономическом развитии благодаря разработкам в сфере инженерного проектирования и информационных технологий. Государству следует проявить заинтересованность в использовании потенциала наших специалистов. Необходимо провозгласить Приднестровье зоной с льготным режимом налогообложения. На первые 50 лет деятельности инжиниринговых и IT-компаний, в том числе и с участием иностранного капитала. Имидж дымящей "страны заводов" и электростанций на угле с дешевой рабочей силой Приднестровью уже давно не актуален. Подобные стандарты "успешности" хороши для беднейших государств Юго-Восточной Азии, с безропотными обнаженными девушками, собирающими мобильные телефоны в душных пластиковых ангарах, за ежемесячную зарплату в 10 долларов США.  

  

  В числе первых жертв мирового кризиса после финансовой отрасли, в большинстве государств планеты оказался строительный бизнес. Сокращение заказов на коммерческую недвижимость, рост темпов жилищного строительства, обеспеченного хаосом на рынке ипотечного кредитования - это реалии сегодняшнего дня для большинства стран. Однако в данном сегменте, как и в финансовом секторе, наша вынужденная "закрытость", замкнутость Приднестровья от остального мира явилась позитивным фактором. Скачкообразный рост цен на недвижимость, с которым население республики столкнулось в последние три года, лишь отчасти можно списать на "мыльный пузырь" мировой экономики - в России, Украине и Молдове цены росли в геометрической прогрессии, значительно опережая наш регион.   

  

  Свободных денег кругом прибавилось, приднестровцы, находясь на заработках в Европе и России, не смогли долго хранить спокойствие, глядя на рост цен в Италии и России. Надежды заработать на квартиру в Европе или Москве растаяли, и рост цен на местном рынке жилья обеспечили именно гастарбайтеры. Именно они, а также члены их семей, постоянно проживающие в республике, оживили рынок. Летом 2007 года цена квадратного метра жилой недвижимости в Тирасполе переступила порог себестоимости. Данное обстоятельство придало динамику завершению замороженных еще с советских времен объектов жилищного строительства, позволив строительным компаниям приобрести заброшенные стройплощадки. В республике впервые за долгие годы были открыты вакансии профессиональных строителей и отделочников. Вслед за ростом объемов строительства, выросли цены на материалы.   

  

  Сегодня строительный рынок Приднестровья замер в ожидании: компании предполагают увеличение спроса в связи с возвращением гастарбайтеров. Незначительное падение динамики продаж удерживает рынок от резких колебаний цен. Следует учесть и еще один положительный факт. В большинстве стран мира кризис принес массовую безработицу и неспособность граждан расплачиваться за жилье по договорам ипотечного кредитования. Именно ипотека взвинтила цены до заоблачных высот в России и Украине. В данной ситуации жителям Приднестровья досталась более легкая участь: продолжать копить на новую недвижимость самостоятельно, без надежды на банкиров. Ипотека в полную силу на территории республики заработать не успела, что оказалось благом. Цены не выросли до заоблачных высот. В нынешних условиях можно смело рассчитывать если уж не на развитие данной отрасли, то на ее стабильное пережидание кризисного "дна". Сохранение сегодняшней цены на жилую недвижимость позволит сохранить позиции компаний, и, соответственно, рабочие места для специалистов отрасли. Фактором в пользу сохранения нынешнего спроса является также нерешительность компаний в вопросе инвестирования средств в новые объекты строительства - в возведение жилых домов "с нуля". В сравнении с аналогичным рынком любой области России и Европы, рынок объектов строительства в Приднестровье - слишком крошечный, на нем нет игроков с мировыми брэндами и опытом. В этом - также очевидный плюс, поскольку конкуренция между молодыми местными компаниями выгодна вдвойне - прибыль останется в регионе, а потребители в условиях конкуренции отдадут предпочтение лучшему соотношению цены и качества, и тем самым определят игроков, способных удержаться на рынке вопреки любым кризисам. Таким образом, перспективы развития данного рыночного сегмента, особенно теперь, когда в условиях мирового кризиса многие приднестровцы окажутся перед необходимостью возвращения обратно домой, налицо.   

  

  Причины, по которым строительные компании в Приднестровье не готовы наращивать объемы и инвестировать собственные средства в новое жилье, можно перечислять долго. В числе основных следует обозначить забюрократизированность отношений между бизнесом и государственными органами на всех стадиях строительства, отсутствие четких и надолго прописанных "правил игры" в области налогообложения, высокие финансовые риски, связанные с невозможностью использования валютных счетов. Инвестиционный проект в области строительства является долгосрочным, и компании зачастую не желают рисковать собственными средствами, дожидаясь денежных поступлений от будущих собственников жилья, что значительно тормозит сроки ввода в эксплуатацию готовых объектов. Для формирования стабильной ситуации в этой, молодой для Приднестровья отрасли, необходим инструментарий по страхованию инвестиционных рисков и правовое регулирование валютных операций при осуществлении коммерческой деятельности, усовершенствованное на основе опыта других государств.

  

  

  ^ 4. Медиа и социальные коммуникации   

  

  Мировой финансовый кризис приходит к нам не только из практической деятельности. Он сползает с телеэкранов, из газет, слухов и разговоров в общественном транспорте и очередях. О кризисе сегодня говорят на кухнях, в клубах, на трибунах стадионов. Следует отметить, что методика противодействия информационным диверсиям со стороны профессиональных недоброжелателей Приднестровья, да и просто психически неуравновешенных людей, сегодня не может быть ровно такой, как, скажем, в 1941 году. Механизм цензуры не срабатывал уже в начале восьмидесятых. Сегодня, во времена Интернета и спутникового телевидения любая попытка ограничения свободы слова вызовет диаметрально противоположный эффект: общество начнет отталкиваться от глупого "утешительного" пафоса, принимая в качестве истинной оценки равно противоположную точку в системе координат, с отрицательным знаком. Убогие инструменты цензуры оказались ключом к развалу СССР.   

  

  Альтернативой в условиях экономического кризиса может быть не страусиная политика, при которой госслужащие с умным и очень загадочным видом прячут голову в песок, а детальный, профессиональный "разбор полетов". Нужна открытая полемика на уровне экспертов и руководителей профильных министерств.   

  

  Самым эффективным оружием против панических настроений и информационных ударов со стороны недоброжелателей Приднестровья являются полноценное гражданское общество и свобода СМИ. Профсоюзы, партии и общественные организации республики должны быть привлечены к выработке решений. Своим участием они, как представители различных групп населения, придают любым решениям легитимность, а государству - ощущение устойчивости и внутренней стабильности. В противоположной ситуации, когда госслужащие в единоличном порядке диктуют свою волю, они сами оказываются заложниками тех или иных решений. Не имея представления о возможной глубине кризиса, общество, загнанное в информационное стойло, может, как минимум отказать в доверии, а, как максимум, пойти на поводу у провокаторов. В последнем случае полицейские методы далеко не всегда приводят к стабилизации, а наоборот, наносят непоправимый ущерб легитимности власти.   

  

  Свобода СМИ является не менее значимым фактором, чем обеспечение политических свобод. Коснемся частностей. В нынешних условиях руководство государственного телевидения не имеет морального и юридического права превращать приднестровское телевидение в туркменское. Цензура недопустима. Госслужащие, виновные в ущемлении прав и свобод должны привлекаться к уголовной ответственности. Глупость в критической ситуации бывает гораздо страшней измены. Приднестровские партии - это легитимное представительство интересов общества вне зависимости от количества членов той или иной партии в парламенте на текущий момент времени. Партии - постоянно действующий институт, а реальная многопартийность - это важнейший элемент политической стабильности. К сожалению, складывается ощущение, что сегодня отдельные госслужащие абсолютно напрасно недооценивают роль партийной системы и других демократических институтов в укреплении государства.   

  

  Средства массовой информации - площадка для идей и мнений. Фиговый пропагандистский листок, стыдливо прикрывающий "отдельные недочеты", способен дискредитировать все властные структуры. Не такими дураками были руководители СССР последних лет, но СМИ были абсолютно дурацкими, и люди равнодушно отнеслись к развалу некогда промышленно развитой и влиятельной страны. Вот она - цена цензуры. Рабочим недосуг разбирать, кто из госслужащих больше виноват в том, что им не говорят правду с телеэкрана. Люди хотят понимать, что происходит, и объяснять им ситуацию должны профессионалы и политики, а не бабки в очередях, и не бессарабские засланцы.   

  

  Приднестровье сформировалось как свободное общество свободных людей, которым не пришлась по душе дискриминация. Которым не понравилась перспектива оказаться людьми второго сорта в чужой стране, которая совсем недавно была одной для всех. Демократия лучше диктатуры - не важно, под какими лозунгами - спасения национальной идентичности, защиты языка, культуры. Диктатура проигрывает всегда, и это одна из причин того, что Молдова была обречена на утрату Приднестровья. Наша маленькая республика - территория подлинной свободы, и из любых трудностей мы выберемся сообща. Выработаем нужные решения, и будем двигаться вперед, к признанию мировым сообществом. К нашему общему успеху, гарантирующему гражданам республики защиту прав и свобод, социальную стабильность и безопасность.


^ Революция справа от Днестра
ИА «Лента ПМР», дата публикации: 5 января 2009.


1 декабря 2008 года по всей Румынии прошли многотысячные акции под лозунгом Basarabia pământ românesc.- "Бессарабия - румынская земля" в честь 90-летия договора об объединении Румынии и Бессарабии в единое национальное государство.

Десятки фото и видеодокументов поистине общенациональной акции представлены на множестве Интернет-ресурсов. Согласно фотоотчетов, в мероприятиях участвовали не одни студенты - румыны, что называется, "от мала до велика" выразили, таким образом, солидарность со своими бессарабскими братьями. Нация, разделенная юридически, несмотря на различного рода условности и границы, продемонстрировала свое единство и волю к скорому воссоединению.

Кишиневские СМИ о сути мероприятий не проронили ни слова. Там не прозвучало, что бессарабской молодежью акция была поддержана, ведь многие студенты из Бессарабии приняли в ней непосредственное участие. Они готовы понести огонь своей революции в Кишинев уже завтра, и на пути у них - безыдейная, яйцеголовая... пустота.

Представляю себе типичного бессарабского чиновника, делающего бровки домиком в эдаком изумленном смущении: "ничего не происходит, мы ничего не замечаем". И, знаете, мне это что-то напомнило. Что? Приднестровских чиновников, которым молодежная политика еще с осени 2006 года встала поперек горла. Более двух лет акции пророссийского движения "ПРОРЫВ!" не замечает ни одно приднестровское СМИ. Блокада "прорывовцев" - плод деятельности ряда местечковых бюрократов, отнюдь не скрывающих полное недопонимание процессов современной политики. У бюрократии по обоим берегам Днестра - свои интересы. С интересами нации эти интересы, похоже, расходятся окончательно. Там - разговоры о Европе, здесь - о России. Разговоры... Разговоры...

Бюрократией Молдовы идея реальной евроинтеграции декларируется достаточно давно. Регулярное бормотание со вставкой дежурных клише о "европейском пути" стало визитной карточкой бессарабской элиты. В Тирасполе о пророссийском курсе не разглагольствует только немой. Однако общество в данном вопросе проявляет значительно больший энтузиазм, чем госслужащие. Граждане ПМР, опережая государство, вынуждены, не дожидаясь бесповоротного юридического решения, перемещаться физически в Россию. На ПМЖ. Причины пробуксовывания приднестровской элиты объяснимы лишь в некоторой степени. К осмыслению этих причин, увы, до сих пор бюрократия не приступает.

Интеграция с Россией предполагает некоторые конкретные шаги со стороны самого Приднестровья, под которыми следует подразумевать, в том числе, установление определенных стандартов в сфере политических свобод, реализацию международных документов о защите прав человека, отсутствие цензуры, борьбу с коррупцией и многое другое. Интеграция Бессарабии в структуры ЕС предполагает ровно то же самое: у России и Евросоюза по многим вопросам нет разночтений - принципы демократии ни та, ни другая сторона не отвергает. В Евросоюз не берут зверомутантов. Роберт Мугабе не устроил бы европейских политиков в качестве президента страны, претендующей на статус члена ЕС. России абсолютно ни к чему иметь дело с самовлюбленными элитами, предпочитающими иметь Россию в виде некой легитимации одним лишь собственным амбициям, политическим и финансовым прибылям. В то же время россияне горячо поддерживают приднестровцев в их устремлениях - это уже немало. Но благодарить за подобное приднестровскую бюрократию по меньшей мере абсурдно. Мы тянемся друг к другу не благодаря, а вопреки ей.


Тирасполь и Кишинев выглядят в некотором роде как две стороны одной медали.Одинаково беспомощными они предстают перед лицом разочарований и поражений, которые готовит день завтрашний. Общество Бессарабии в своих политических предпочтениях обращает внимание на партии, лидеры которых лишены цинизма и не позволяют себе двучтений термина "евроинтеграция". За последний год на политическую арену Молдовы ворвались две либеральные партии. Их лидеры Владимир Филат и Дорин Киртоакэ не являются пророссийскими. Но в прорумынской Бессарабии это ни к чему. Они активно вовлекают в свои ряды молодежь, очарованную возможностями, которые предоставляет среднестатистическому бессарабцу статус гражданина ЕС. Эти возможности, действительно, значительны. Принимая курс на евроинтеграцию в качестве безальтернативного, жители Бессарабии прекрасно понимают, что этот курс не отвергает, а, наоборот, защищает их национальную идентичность. Логичному сценарию евроинтеграции Молдовы мешает сегодня лишь "бюрократия прошлого". Революция молодых либералов Бессарабии и их румынских коллег рано или поздно отправит этих доисторических ящеров в политический клоповник. Поскольку нет ни одной, сколь бы то значимой альтернативной политической силы, способной вывести на улицы Кишинева десятки тысяч сторонников - хоть бесплатно, хоть за 1000 лей. Русскоязычные семьи Бессарабии стремятся либо к отъезду в Россию - либо к стимулированию детей в изучении румынского языка. Причин тому множество. Телевизору эти люди не верят уже давно, а общество, в котором их детям предстоит жить, они оценивают без помощи всевозможных политологов-социологов. Они сами уже в нем живут, и способны самостоятельно строить прогнозы относительно будущего Бессарабии.

Эффективность методики "незамечания" надвигающейся волны протеста бессарабской бюрократии можно еще как-то оценить в период политического штиля. Они еще в кабинетах, в эфире, они продолжают руководить своей Молдовой. Но как только на смену штилю придет шторм, все эти Акакии Акакиевичи из правительственных зданий в центре Кишинева окажутся абсолютно бессмысленными. Предложенный в качестве альтернативы румынизации молдовенизм - удел политических маргиналов и персоналий с душком советского прошлого. Обществу молдовенизм не интересен. Молодежи - столь же омерзителен, как какая-нибудь завалявшаяся газетенка 70-х годов. Можно на уровне никому не интересных ученых еще лет двадцать обсуждать концепции румынизма и молдовенизма -эта дискуссия в Бессарабии никому не нужна, да и сам язык уже давно никто и нигде не именует "молдавским".

Со своей стороны, приднестровцам дорога Россия - они осознают себя частью русского мира, и руководствуются, опять же, стремлением сохранить собственную идентичность. Сегодня представить себе Приднестровье внутри любого европейского, а значит румынского проекта - невозможно. Приднестровье является уже много веков частью проекта русского, возможно не во всем соответствуя "оригиналу". Порой внутреннее некоторое несоответствие украшает сам русский проект - в Приднестровье живут особенные россияне. Они более устойчивы к трудностям, более подвижны, более циничны в отношении политического пафоса. И при всем при этом они - россияне, вне зависимости от окончания фамилии и цвета волос.

Много ли сил осталось сегодня у Кишинева, чтобы сдержать натиск румынской молодежи? Зачастую, бессарабский чиновник уклончиво отвечает: "ничего такого нет - есть проплаченная кучка, некие клоуны, которые за пятьдесят лей пришли постоять на митинге, они - не народ". Чиновник успокаивает этим себя. Одновременно с этим и в коридорах отдельных министерств ПМР раздается похожее бормотание: "Что они ходят, эти студенты с этими желтыми своими флагами - они ж умеют только кричать!". Вроде как, "посмотрите, какой я умный и большой патриот - я целый день с утра до вечера стремлюсь к интеграции с Россией, а эта бестолковая молодежь только по площади Суворова топает, флагами машет. Тем самым отвлекает мою бесценную жизненную энергию, не позволяя всей глубине моего интеллекта раскрыть себя настолько, чтоб мы немедленно претворили в жизнь итоги Референдума сентября 2006 года".

В антисоветских акциях середины восьмидесятых вместе с В.И.Новодворской принимало участие зачастую менее 10 человек, рискуя оказаться в тюрьме или психбольнице. За несколько лет до распада СССР в каждой республике малочисленные группы интеллигенции распространяли сепаратистские листовки и самиздатовские газеты - они были на плохой бумаге, и стоили дороже газет в киосках. Но те, кто их покупал, вели агитацию. Последствия известны. Пример второй: попробуйте организуйте сегодня в Грузии пророссийский митинг. Не можете бесплатно? Попробуйте, предложите участникам по 1000 долларов. С таким же успехом можно попытаться агитировать иракцев провести шествие "Любви к Джорджу Бушу".

Господа, вы верите в "стихийные митинги"? Их не бывает, всегда есть организатор, идеологи. Но у каждого человека есть принципы. И далеко не всегда лояльность народа можно купить за деньги для кучки с плакатами. Если людей раздразнить, они могут и свои плакаты нарисовать. И не факт, что они понравятся тем, кто рассуждает о легкой скупке манифестантов. Вы сидите в кабинетах, и думаете, что партсобраний в мягких креслах из десяти профессиональных бюрократов вполне достаточно, чтобы общество согласно кивало, и топало в заданном направлении? Это классическое заблуждение. Вы верите, господа Кишиневские бюрократы, что те 10 тысяч членов Либерально-демократической партии Молдовы, которые вышли на антикоммунистический митинг 21 декабря 2008 годапусть даже за 50 лей, завтра выйдут к вам на "промолдавский", "проворонинский", "пророссийский" митинги за 500 лей? Глубоко ошибаетесь. Реальные сторонники евроинтеграции, реальные носители идеи объединенной Румынии, через пару-тройку совместных акций находятся сами - они уже сыты обещаниями молдавской бюрократии, и готовы тратить время, рисковать свободой, и самостоятельно шить флаги и рисовать плакаты. Скорее, они ваших жиденьких сторонников за собой утащат. Раздадут флаги ЕС русскоязычным, которых достанет бесконечный трёп про "мост между цивилизациями", на котором есть шансы лишь у мафии и коррумпированного кумовства. Революция справа от Днестра случится очень скоро. Останется вопрос, ограничится ли эта революция Бессарабией, или продолжит движение за Днестр? Кто в условиях политического шторма сможет оказать сопротивление и остановить румынскую революцию, не позволив ей преодолеть Днестр?

Кому-то покажется, что в Приднестровье пророссийские молодежные акции - пустое, ничего не значащее занятие. Что ничего не нужно менять - можно только годами рассуждать о пророссийском курсе, и все как-нибудь "рассосется". Приднестровская молодежь не понаслышке знакома с ситуацией в России - благо российские телеканалы еще работают, благо там достаточно места уделено молодежным партиям, которых не одна и не две, а штук десять минимум. Что значит "как в России", в Приднестровье отлично понимают и студенты, и их родители. Понимают, и делают выводы, в том числе и о соответствии бюрократии декларируемым принципам, увы, крайне далеким от нынешней приднестровской реальности.

Пройдет совсем немного времени, и молодые люди, провозгласившие лозунг "Бессарабия - румынская земля", войдут в молдавскую политику и начнут предпринимать реальные шаги по евроинтеграции. Бессарабия радикально изменится - и внутренне, и внешне. Они победят коррупцию, приведут в соответствие европейским нормам законодательство, изживут пытки в тюрьмах, исчезнет цензура в СМИ. Они войдут в Румынию, а через нее - в Евросоюз. Рядом с ЕС нынешним приднестровским чиновникам станет совсем неуютно. Будет крайне сложно сохранить доверие людей, оперируя байками о том, как сильно мы хотим войти в Россию, ничего для этого не предпринимая и ничем не жертвуя. Боюсь, при таком развитии событий и сами русские зададутся вопросом: а нужно ли нам Приднестровье, где процветает цензура, нарушаются права человека, а эфир местных телеканалов начисто зачищен о пророссийских молодежных движений, их символики и лозунгов? Революция справа от Днестра потребует адекватного ответа, и есть серьезные сомнения, что к этому ответу единолично, без поддержки молодежи и общества, готова приднестровская бюрократия. Национальная идентичность на дороге не валяется. Ценности нужно защищать, и далеко не всегда их форматируют силой оружия. На эмблеме "единой Румынии" для акции 1 декабря отсутствовало Приднестровье. Но наивно полагает нынешняя элита ПМР, что независимость и союз с Россией румыны торжественно поднесут на блюдечке с голубой каемкой. Все может пойти по совсем другим сценариям.

Есть ли шанс у бюрократии Молдовы сохранить суверенитет своей страны? В какой-то степени ответом набирающим обороты местным партиям с символикой ЕС и НАТО стало бы признание Приднестровья и подписание с ним союзного договора. В том числе предусматривающего взаимную поддержку в случае внешних посягательств на независимость одной из сторон. Пока приднестровский якорь лежит на дне, молдавский корабль не сдвинется с места - он не отплывет в Румынию, и этот фактор более серьезен, нежели маргинальный "молдовенизм". Насколько легитимным стало бы подобное решение?

Есть предложение - Референдум в Бессарабии. Референдум о признании Приднестровья. Предполагая уже известное 95% мнение приднестровцев, можно вообще исключить Приднестровье, не считать голоса левобережья Днестра, и провести его лишь в фактических границах сегодняшней Молдовы - среди жителей Бессарабии. Большинство социологических опросов в Бессарабии говорят сегодня о том, что ее жители не считают Приднестровье территорией Молдовы.

Результат подобного волеизъявления граждан РМ привел бы к признанию Приднестровья. Каковы преимущества данного решения для самой Молдовы? "Молдовенисты" уже однажды вынуждены были бежать из Молдовы в Приднестровье. Вспомните хотя бы научную элиту - Яковлева, Галинского, Бабилунгу, Сафонова и многих других. Это было в начале 90-х. Они проиграли тогда. Не удивит