Реферат: На польский выпяливают глаза в тугой полицейской слоновости откуда, мол, и что это за

СТИХИ О СОВЕТСКОМ ПАСПОРТЕ

Я волком бы

выграз

бюрократизм.

К мандатам

почтения нету.

К любым

чертям с матерями

катись

любая бумажка.

Но эту...

По длинному фронту

купе

и кают

чиновник

учтивый движется.

Сдают паспорта,

и я

сдаю

мою

пурпурную книжицу.

К одним паспортам -

улыбка у рта.

К другим -

отношение плевое.

С почтеньем

берут, например,

паспорта

с двухспальным

английским левою.

Глазами

доброго дядю выев,

не переставая

кланяться,

берут,

как будто берут чаевые,

паспорт

американца.

На польский -

глядят,

как в афишу коза.

На польский -

выпяливают глаза

в тугой

полицейской слоновости -

откуда, мол,

и что это за

географические новости?

И не повернув

головы кочан

и чувств

никаких

не изведав,

берут,

не моргнув,

паспорта датчан

и разных

прочих

шведов.


И вдруг,

как будто

ожогом,

рот

скривило

господину.

Это

господин чиновник

берет

мою

краснокожую паспортину.

Берет -

как бомбу,

берет -

как ежа,

как бритву

обоюдоострую,

берет,

как гремучую

в 20 жал

змею

двухметроворостую.

Моргнул

многозначаще

глаз носильщика,

хоть вещи

снесет задаром вам.

Жандарм

вопросительно

смотрит на сыщика,

сыщик

на жандарма.

С каким наслажденьем

жандармской кастой

я был бы

исхлестан и распят

за то,

что в руках у меня

молоткастый,

серпастый

советский паспорт.

Я волком бы

выгрыз

бюрократизм.

К мандатам

почтения нету.

К любым

чертям с матерями

катись

любая бумажка.

Но эту...

Я

достаю

из широких штанин

дубликатом

бесценного груза.

Читайте,

завидуйте,

я -

гражданин

Советского Союза.

^ ТОВАРИЩУ НЕТТЕ, ПАРОХОДУ И ЧЕЛОВЕКУ

Я недаром вздрогнул.

Не загробный вздор.

В порт,

горящий,

как расплавленное лето,

разворачивался

и входил

товарищ "Теодор

Нетте".

Это - он.

Я узнаю его.

В блюдечках - очках спасательных кругов.

- Здравствуй, Нетте!

Как я рад, что ты живой

дымной жизнью труб,

канатов

и крюков.

Подойди сюда!

Тебе не мелко?

От Батума,

чай, котлами покипел...

Помнишь, Нетте,-

в бытность человеком

ты пивал чаи

со мною в дипкупе?

Медлил ты.

Захрапывали сони.

Глаз

кося

в печати сургуча,

напролет

болтал о Ромке Якобсоне

и смешно потел,

стихи уча.

Засыпал к утру.

Курок

аж палец свел...

Суньтеся -

кому охота!

Думал ли,

что через год всего

встречусь я

с тобою -

с пароходом.

За кормой лунища.

Ну и здорово!

Залегла,

просторы надвое порвав.

Будто навек

за собой

из битвы коридоровой

тянешь след героя,

светел и кровав.

В коммунизм из книжки

верят средне.


"Мало ли,

что можно

в книжке намолоть!"

А такое -

оживит внезапно "бредни"

и покажет

коммунизма

естество и плоть.

Мы живем,

зажатые

железной клятвой.

За нее -

на крест,

и пулею чешите:

это -

чтобы в мире

без России,

без Латвии,

жить единым

человечьим общежитьем.

В наших жилах -

кровь, а не водица.

Мы идем

сквозь револьверный лай,

чтобы,

умирая,

воплотиться

в пароходы,

в строчки

и в другие долгие дела.


Мне бы жить и жить,

сквозь годы мчась.

Но в конце хочу -

других желаний нету -

встретить я хочу

мой смертный час

так,

как встретил смерть

товарищ Нетте.




Отрывок из поэмы «Хорошо»

Хвалить

не заставят

не долг,

ни стих

всего,

что делаем мы.

Я

пол-отечества мог бы

снести,

а пол-

отстроить, умыв.

Я с теми,

кто вышел

строить

и месть

в сплошной

лихорадке

буден.

Отечество

славлю,

которое есть,

но трижды-

которое будет.

Я

планов наших

люблю громадьё,

размаха

шаги саженьи.

Я радуюсь

маршу,

которым идем

в работу

и в сраженья.

Я вижу-

где сор сегодня гниет,

где только земля простая-

на сажень вижу,

из-под нее

комунны

дома

прорастают.

И меркнет

доверье

к природным дарам

с унылым

пудом сенца

и поворачиваются

к тракторам

крестьян

заскорузлые сердца.

И планы,

что раньше

на станциях лбов

задерживал

нищенства тормоз,

сегодня

встают

из дня голубого,

железом

и камнем формясь.

И я,

как весну человечества,

рожденную

в трудах и в бою,

пою

мое отечество,

республику мою!



Рассказ Хренова о Кузнецкстрое и о людях Кузнецка


По небу тучи бегают,

Дождями сумрак сжат,

под старою телегою

рабочие лежат.


И слышит шепот гордый

вода и под и над:

"Через четыре года

здесь будет город-сад!"


Темно свинцовоночие,

и дождик толст, как жгут,

сидят в грязи рабочие,

сидят, лучину жгут.


Сливеют губы с холода,

но губы шепчут в лад:

"Через четыре года

здесь будет город-сад!"


Свела промозглость корчею -

неважный мокр уют,

сидят впотьмах рабочие,

подмокший хлеб жуют.


Но шепот громче голода -

он кроет капель спад:

"Через четыре года

здесь будет город-сад!


Здесь взрывы закудахтают

В разгон медвежьих банд,

И взроет недра шахтаю

соугольный "Гигант".


Здесь встанут стройки стенами.

Гудками, пар, сипи.

Мы в сотню солнц мартенами

Воспламеним Сибирь.


Здесь дом дадут хороший нам

и ситный без пайка,

аж за Байкал отброшенная

Попятится тайга".


Рос шепоток рабочего

Над тьмою тучных стад,

а дальше неразборчиво,

лишь слышно - "город-сад".


Я знаю - город будет,

я знаю - саду цвесть,

когда такие люди

в стране в советской есть!


Тема:


Эпиграф:


Тема исследования


Вопрос исследования


Примеры из текста


Задание№1. Выпишите ключевые строки, подтверждающие особенности раскрытия темы исследования и запишите вывод в алгоритме, отвечая на вопрос исследования, взяв за основу примеры из текста.

Стихотворения

Ключевые строки









Вывод:


Задание№2. Подумайте: Какие строки из стихотворений В.В. Маяковского вы взяли бы для названия темы урока и эпиграфа?

Напишите их в начале алгоритма