Реферат: Я когда-то учился в медицинском институте. Остудентах-медиках бытует множество баек, какие они, эти студенты, ужасные. Аони не ужасные

Я когда-то учился в медицинском институте. О студентах-медиках бытует множество баек, какие они, эти студенты, ужасные. А они не ужасные. Хотя, конечно, имеют прямой доступ к трупам и нередко с их помощью шутят над окружающими. Байки эти в среде медиков все знают наизусть, я их даже приводил в одном рассказе, но не страницах этой газеты, и не все же на свете люди – медики. Характерно, что все фигурирующие в этих байках жертвы студенческих шуток непременно лишаются рассудка, хотя, на мой взгляд, сходить с ума совершенно не с чего.

Вот однажды в автобусе подлый студент достает из кармана ухо мертвеца и просит его передать на компостер вместо абонемента. Взявшая ухо подслеповатая женщина, когда ощутила в руке что-то неправильное, пригляделась и немедленно повредилась в уме. Также якобы обезумели два сторожа морга, причем совершенно в разных байках. Первый — оттого, что студенты рассадили мертвецов (или, иначе, жмуров) за стол и всунули им в руки игральные карты, а сторож вошел и увидел. Второй чокнулся вообще без помощи студентов, а все потому, что привезли замерзшего жмура с поднятой рукой, прислонили к стене, а сторож сел к нему спиной, а он оттаял, и его рука упала сторожу на плечо. Эта история вообще ниже всякой критики, ее мог придумать только человек, никогда не бывавший в морге. Первую, кстати, тоже.

Большей внутренней культурой обладала байка, фигурировшая в Свердловске под мрачным названием «Голова профессора Гвоздевича», причем еще в те годы, когда сам Гвоздевич и доцентом-то не был, не то что профессором. В общем, там жил да был студент, который очень увлекался науками и решил, что не дело это — изучать столь сложный костный орган как череп по анатомическому атласу. Ну и вообще для эстетики, ведь вон Пушкин даже Дельвигу прислал череп, а уж медику, как говорится, сам черт велел. Конечно, в продаже имелись пластмассовые открывающиеся сверху черепушки, но это не стильно, да еще денег стоят, а студент, может, был бедный. И вот он однажды засиделся на кафедре анатомии подольше и, воровато озираясь, прокрался в пустую (в том смысле, что живых там не было, а этих-то хоть пруд пруди) мацерационную. Выбрал себе жмура по вкусу, чтоб, главно, голова побольше была, и оную последнюю отпилил ржавым штыком, а потом бросил в авоську да и был таков! Приходит домой, а жил на квартире у хозяйки (которая в финале и сошла с ума), положил голову в бельевую кастрюлю и поставил кипятить, чтобы, значит, разварить и отделить от костей ненужное ему мясо. Устал, перенервничал, прилег на диван и моментально уснул, а она, конечно, работала гардеробщицей в театре, а театр сгорел, тут она и приди. И чокнулась, уж конечно.

Я, когда учился, тоже шутил в меру своих способностей. Я отрезал тонкий пластик от самой жопки колбасного сыра, где все оно такое сморщенное, высушил, носил в нагрудном кармане, а в студенческой столовой доставал и говорил, что это срез мозжечка. Некоторые девушки визжали, но заметим: с ума ни одна не сошла. Правда, они тоже были студентками медицинского…