Реферат: Территория России отлича­ется многообразием природ­ных, социальных, экономиче­ских и экологических условий

Российские контрасты

Межрегиональные различия по социально-экономическим параметрам

Н.Н.КЛЮЕВ

доктор геогр. наук, ведущий научный сотрудник Института географии Российской академии наук

Территория России отлича­ется многообразием природ­ных, социальных, экономиче­ских и экологических условий. Географическое разнообразие создает благоприятные пред­посылки для территориально­го разделения и интеграции труда, для обеспечения на этой основе — при грамотной региональной политике — эко­номической самодостаточно­сти страны, способствует ее национальной безопасности. В то же время наблюдаемые ныне территориальные конт­расты в уровне жизни населе-

ния создают угрозу территори­альной целостности России.

Приоритетность проблемы региональных диспропорций осознана на высшем управ­ленческом уровне: террито­риальные «диспропорции уже не только социальная и эко­номическая проблема. Это проблема национальной бе­зопасности. При сохранении подобных перепадов эконо­мического ландшафта рвется ткань страны. Найдите еще развитое государство с такими перепадами в экономической географии!»1.

Цель настоящей статьи — выявление региональных раз­личий в России по ключевым социально-экономическим параметрам и актуальной ди­намики этих различий. Иссле­дование факторов и тенденций межрегиональной диффе­ренциации нацелено на поиск проектов солидарного жизне­устройства страны в террито­риальном аспекте, обеспечи­вающего равновесие между территориальной справед­ливостью и эффективностью, региональной взаимопомощью и конкуренцией.

1^ Медведев ДА. Национальные проекты — от стабилизации к развитию // Коммерсанту 25 января 2007 г.


Демографические различия

Различия в уровне рождае­мости, смертности и естествен-
ного прироста населения между типовыми российскими регио­нами отражены на рис. 1—3 (с. 21). Если судить только по коэффициентам рождаемости, Псковская и Тульская облас­ти — это современные евро­пейские страны, завершившие «демографический переход». Дагестан и Ингушетия анало­гичны развивающимся странам, все еще ориентирующимся на многодетную семью. Впрочем, анализ коэффициентов смерт­ности не позволяет причислять упомянутые российские облас­ти к развитым странам по типу демографического поведения. У последних смертность намно­го ниже и продолжает сокра­щаться. Например, за 1990— 2006 гг. коэффициенты смерт­ности снизились в Австрии с 10,6 до 8,9; во Франции — с 9,3 до 8,5; в Германии — с 11,5 (За­падная Германия) до 9,9. За тот же период соответствующие коэффициенты увеличились в Псковской обл. с 15,1 до 23,3, а в Тульской — с 14,5 до 20,92.

Резкий рост кривой смерт­ности в нашей стране произо­шел в начале 1990-х годов, и трудно не связать его с развер­нувшимися в этот период круп­номасштабными социальными экспериментами, кардинальной переоценкой всех ценностей.

За 1990—2007 гг. принци­пиальные различия в естест­венном приросте населения между среднерусскими и се­верокавказскими регионами сохранились — в первых он устойчиво отрицательный, во вторых — положительный.

^ Таблица 1

Население моложе трудоспособного возраста в некоторых регионах России, 2007 г., в процентах от общей численности людей



^ 10 самых «молодых» регионов

10 самых «пожилых» регионов

Чеченская Республика

32,9

г. Санкт-Петербург

12,3

Республика Ингушетия

29,9

г. Москва

12,4

Республика Тыва

28,7

Тульская обл.

13,1

Республика Дагестан

26,2

Ленинградская обл.

13,2

Агинский Бурятский а.о.*

25,7

Московская обл.

13,6

Усть-Ордынский Бурятский а.о.*

24,7

Рязанская обл.

13,6

Республика Алтай

23,6

Ивановская обл.

13,7

Республика Саха (Якутия)

23,3

Воронежская обл.

13,8

Ненецкий а.о.

22,0

Смоленская обл.

13,8

Чукотский а.о.

21,6

Ярославская обл.

13,9

* Административное деление дано по состоянию на 2007 г.

Таблица 23

Двадцать российских регионов с наименьшей ожидаемой продолжительностью жизни при рождении, 2007 г., лет



Регион

Страна-аналог

Чукотский а.о.

58,7

Гамбия

58,8

Республика Тыва

59,2

Гана

59,1

Еврейская АО

61,9

Йемен

61,5

Ненецкий а.о.

62,0

Сенегал

62,3

Забайкальский край

63,0

Бангладеш

63,1

Магаданская обл.

63,6

Индия

63,7

Амурская обл.

63,9

Новгородская обл.

64,0

Тверская обл.

64,0

Кемеровская обл.

64,0

Псковская обл.

64,1

Республика Бурятия

64,2

Пакистан

64,6

Республика Алтай

64,3

Смоленская обл.

64,5

Сахалинская обл.

64,5

Ленинградская обл.

64,6

Хабаровский край

64,8

Иркутская обл.

64,9

Боливия

64,7

Тульская обл.

65,0

Приморский край

65,1

национальные республики и округа. Пожилое население концентрируется в столицах и русском историческом ядре — в Тульской, Московской, Рязан­ской и других областях.

Различия в воспроизвод­стве населения обусловили и различия в его возрастном составе (табл. 1). Все самые молодые российские регио­ны — это удаленные от центра

2 Здесь и далее, если не указано иное, рассчитано по официальным данным Росстата:

Регионы России. Социально-экономические показатели. 2008 / Федеральная служба гос. статистики. - CD.

Россия и страны мира. 2004. Стат. сб. / Росстат. — М., 2004. 3Табл. 2 и табл. 3 составлены поданным:

Регионы России. Социально-экономические показатели. 2008 / Федеральная служба гос. статистики. — CD.

Доклад о развитии человека 2007/2008. Борьба с изменениями климата: человеческая солидарность в разделенном мире / Пер. с англ. — М.: Весь мир, 2007. — 400 с.

Таблица 3

Двадцать российских регионов с наибольшей ожидаемой продолжительностью жизни при рождении, 2007 г., лет



Регион

Страна-аналог

Республика Калмыкия

68,4

Молдавия

68,4

Ростовская обл.

68,4

Республика Мордовия

68,4

Тюменская обл.

68,6

Белоруссия

68,7

Республика Адыгея

68,8

Волгоградская обл.

68,8

Краснодарский край

69,3

Гондурас

69,4

Ханты-Мансийский а.о. — Югра

69,4

Республика Татарстан

69,4

Ставропольский край

69,5

Таиланд

69,6

г. Санкт-Петербург

69,9

Гватемала

69,7

Ямало-Ненецкий а.о.

70,2

Иран

70,2

Белгородская обл.

70,3

Марокко

70,4

Кабардино-Балкарская Республика

71,2

Эстония

71,2

Карачаево-Черкесская Республика

71,3

Парагвай

71,3

Республика Северная Осетия— Алания

71,7

Бразилия

71,7

г. Москва

72,5

Китай

72,5

Республика Дагестан

74,2

Словакия

74,2

Чеченская Республика

74,3

Республика Ингушетия

79,0

Великобритания

79,0

и табл. 3). Если Чукотский а.о. и Тыва (58—59 лет) находятся по этому показателю на уровне Гамбии и Ганы, Еврейская АО и Ненецкий а.о. (62 года) — Йеме­на и Сенегала, Забайкальский край (63 года) — Бангладеш, то Кабардино-Балкария, Ка­рачаево-Черкесия, Северная Осетия (71 год) сопоставимы с Парагваем и Бразилией, Да­гестан и Чечня — со Словакией,

Через четверть века Россию ожидают серьезные подвижки в этническом составе населения (которые особенно заметны на южных и восточных окраинах страны), которые приведут к ее большему национально-куль­турному разнообразию.

Межрегиональные различия по ожидаемой продолжитель­ности предстоящей жизни со­ставляют свыше 20 лет (табл. 2

а Ингушетия даже достигает уровня Великобритании (одного из мировых лидеров по долго­жительству).

Ожидаемая продолжитель­ность жизни в России в целом растет с северо-востока на юго-запад, т.е. в направле­нии улучшения климатических условий. Парадоксально ли­дерство республик Северного Кавказа, где низок уровень экономического благополучия (по соотношению доходов и прожиточного минимума, уров­ню безработицы) и высочайшая в России социально-политиче­ская нестабильность (включая террористические акты, вы­сокий бандитизм и даже эле­менты боевых операций). Этот феномен социологи объясняют низким распространением ал­коголизма, опорой на личные подсобные хозяйства, особым менталитетом, включающим уважение к старшим, тесноту родственных связей.

Наличие в лидирующей груп­пе столиц, а также тюменских округов с малопривлекательны­ми либо экологическими, либо климатическими условиями проживания объясняется вы­соким качеством медицинских услуг (на среднероссийском фоне), а также, по-видимому, устойчивым социальным бла­гополучием и ясностью жизнен­ных перспектив.

Таблица•

Отраслевая структура валовой добавленной стоимости по укрупненным видам деятельности в типовых регионах России, 2006 г., %, (в текущих ценах)



Регион

Сельское и рыбное хозяйство

Добывающая промышленность

^ Обрабатывающая промышленность

Строительство

Транспорт и связь

Прочие услуги

Липецкая обл.

7,0

0,5

■ ■ 58,5

5,8

4,6

23,6

Ханты-Мансийский а.о. — Югра

0,3




1,1

3,5

5,7

15,8

73.6

Калмыкия

241

5,2

1,8

6,4

8,5

49,0

Еврейская АО

14,9

0,5

5,7

9,4

m ■

39,5

Тыва

13,0

5,3

3,6

5,6

7,6

(,А,<)

Сахалинская обл.

6,3

25,7

3,3

■

7,2

25,7

Российская Федерация

5,2

11,9

18,9

5,8

10,5

47,7

Примечание. Выделены регионы, в которых доли соответствующих отраслей максимальны в России.

Компаративистика. Н.Н. Клюев. Российские контрасты

21












1990 1995 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007

Рис. 1. Коэффициенты рождаемости (родившихся на 1000 человек) в отдельных российских регионах

1990 1995 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007

Рис. 2. Коэффициенты смертности (умерших

на 1000 человек) в отдельных российских регионах





"Российская Федерация

'Псковская область





1990\1995 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007

"Тульская область

'Республика Дагестан

-20

Рис. ^ 3. Естественный прирост населения (на 1000 человек) в отдельных российских регионах

"Республика Ингушетия (1990 г. включая Чеченскую Республику)


Экономические различия оп­ределяются величиной и струк­турой регионального хозяйства. В табл. 4 показаны регионы, сильно различающиеся хозяй­ственной специализацией. Ти­пология российских регионов проведена по структуре вало­вого регионального продукта. Типы регионов определялись по степени отклонения регио­нальных структур от среднерос­сийской структуры хозяйства.

^ Экономические различия

Так, хозяйство Липецкой обл. отличается от России в целом более развитым блоком обра­батывающей промышленности; хозяйственный комплекс Не­нецкого а.о. — преобладани­ем добывающей индустрии. В Кабардино-Балкарии намного превышает среднероссийский уровень аграрный сектор, в Бу­рятии — транспортный, в Тыве — «третичная сфера», а на Сахали­не — строительная индустрия.

Хозяйственные структуры таких регионов, как Воронежская обл. и Башкортостан, весьма сходны с общероссийской структурой. Аграрная сфера хорошо выражена примерно в трети российских регионов (включая регионы с очевидным домини­рованием двух или трех видов деятельности), преимущест­венно на Северном Кавказе, в Центральном Черноземье и Волго-Вятском районе. Ресур-

Индексы производства промышленной продукции за 1990—2004 гг. в некоторых российских регионах, % (1990 г. = 100%)

Таблица 5



Регион

Индекс

Регион

Индекс

Ненецкий а.о.

307,0

Ивановская обл.

38,5

Ленинградская обл.

145,1

Курганская обл.

35,1

Архангельская обл.

129,4

Республика Дагестан

34,9

Белгородская обл.

126,0

Корякский а.о.*

34,7

Томская обл.

112,3

Эвенкийский а.о.*

33,7

Коми-Пермяцкий а.о.*

112,1

Агинский Бурятский а.о.*

33,3

Республика Татарстан

101,2

Читинская обл.

32,3

Республика Саха (Якутия)

99,8

Республика Калмыкия

28,4

Новгородская обл.

95,7

Усть-Ордынский Бурятский а.о.*

20,0

Ульяновская обл.

94,5

Еврейская АО

18,0

""■ и liiii i -К ■ ш i i

70,2 |

*Административное деление дано на 2007 г.

содобывающие отрасли пре­обладают в хозяйстве многих западно-сибирских, северо-ев-ропейских и дальневосточных субъектов федерации. Однако на юге Дальнего Востока и в Восточной Сибири в структуре хозяйства более заметна транс­портная деятельность (из-за слабого развития других отрас­лей хозяйства). Строительство занимает ключевые позиции на Чукотке, Сахалине, в Чечен­ской Республике. Любопытно, что сектор услуг хорошо пред­ставлен не только в столицах, но и на окраинах страны — на Таймыре, в Эвенкии, Тыве, Рес­публике Алтай, Чечне. Это отра­жает особую, сугубо российскую постсоветскую разновидность «кризисной постиндустриали­зации», когда третичная сфера (преимущественно торгово-бюрократическая) растет не на развитой индустриальной базе, а вместо нее4.

Региональные хозяйственные структуры, естественно, раз­личались и в дореформенный период. За годы перестройки и реформ дифференциация усилилась. Если в промышлен-но развитой Ленинградской обл. индустрия выросла почти в 1,5 раза, то в Еврейской АО—упа­ла более чем вчетверо (табл. 5).

Промышленная депрессия наи­более заметна на Дальнем Вос­токе и Северном Кавказе.

Сопоставление индексов промышленности и сельского хозяйства за постсоветское время показывает, что происхо­дит углубление специализации: аграрные регионы усилили свой сельскохозяйственный профиль, а промышленные — индустри­альный.

В начале 1990-х годов соз­давалось впечатление, что на­блюдается сдвиг хозяйства на север и восток страны. Однако пока этого в широких масштабах не происходит. Об этом говорит распределение по районам страны инвестиций (табл. 6). Налицо их концентрация на относительно хорошо (по рос­сийским, конечно, меркам) ос­военных территориях, где они и ранее были велики. За Ура­лом по уровню концентрации инвестиций выделяются лишь тюменские округа.

Российское хозяйственное пространство всё более диф­ференцируется. Значительную его часть занимает преимущест-венно сельскохозяйственная деятельность, а также добы­вающая промышленность. На обрабатывающей индустрии специализируется лишьУв всех

российских регионов. Многие регионы специализируются на третичной сфере, однако она большей частью имеет не прогрессивный инновационно-информационный, а торгово-бюрократический характер. Учитывая, что наше сельское хозяйство проявляет признаки архаизации, примитивизации, межрегиональные различия со­циально-экономических укладов становятся все более сущест­венными — от доиндустриально-го до постиндустриального.

Различия региональных хо­зяйственных структур, в силу своей инерционности, будут сохраняться очень долго. Но главное в том, что они и должны сохраняться; лозунг унифика­ции хозяйственных структур аналогичен лозунгу ликвидации территориального разделения труда. Уголь нельзя добывать там, где нет месторождения, кукуруза плохо растет у поляр­ного круга, а «Жигулям» далеко до «Мерседеса». В нашей ог­ромной по территории и чрез­вычайно разнообразной стране возможности использования преимуществ территориально­го разделения труда особенно велики. Выравнивание уровня рентабельности разных сек­торов хозяйства тоже задача

4 Подробнее см.: ^ Клюев Н.Н. Сервисный сектор в России (иллюзорный прогресс) // География, 2006, №12, с. 3—6.

Таблица 6 Двадцать первых регионов по размерам инвестиций в основной капитал за 1992—2006 гг., % от РФ



Регион

Средняя доля

Регион

^ Средняя доля

г. Москва

11,60

Кемеровская обл.

2,18

Ханты-Мансийский а.о. — Югра

7,62

Красноярский край

2,14

Ямало-Ненецкий а.о.

5,36

Пермский край

2,04

Московская обл.

4,24

Челябинская обл.

1,99

Республика Татарстан

3,24

Нижегородская обл.

1,87

г. Санкт-Петербург

3,21

Ростовская обл.

1,73

Краснодарский край

3,19

Ленинградская обл.

1,61

Республика Башкортостан

2,88

Республика Саха (Якутия)

1,46

Свердловская обл.

2,76

Республика Коми

1,36

Самарская обл.

2,30

Иркутская обл.

1,33

невыполнимая, в силу разного «органического строения капи­тала», технического и инноваци­онного уровня, зависимости от мировых цен и т.п.

Если территориальную диф­ференциацию социальных па­раметров, характеризующих качество жизни населения, можно и нужно уменьшать, то с дифференциацией по уров­ню экономической эффектив­ности, которая определяется структурой регионального ВРП, сложнее. На внутреннем рынке так же, как на международном, основную выгоду получают те, кто специализируется на управ­ленческих функциях, финансо­вых услугах, разработках новых технологий, высших «этажах» обрабатывающей индустрии. Естественно, каждый регион стремится привлечь на свою территорию эффективные хо­зяйственные отрасли, но это не всегда позволяют осуществить региональные условия. Отсюда вытекает, что нужно поддержи­вать долгосрочную тенденцию выравнивания эффективнос­ти региональных хозяйств по­средством целенаправленного поиска перспективных отраслей специализации, с которыми

каждый регион мог бы успешно выйти на отечественный рынок. Иными словами, сглаживание территориальной дифференциа-ции по уровню экономической эффективности — это перс­пективная стратегическая цель на десятилетия, а уменьшение разрывов по социальным по­казателям — это неотложная задача наших дней.

В целом, по тем же причинам неверно выравнивание душевых производственных инвестиций. Крупные стройки (ГЭС, АЭС) часто длятся десятилетиями. Строительная специализация Сахалинской обл. (табл. 4) — это отражение современных круп­ных инвестиций в освоение неф-тегазоваго шельфа. В регио­нах, которые специализируются на экологическом туризме, ор­ганическом сельском хозяйстве5и заповедном деле, нет потреб­ностей в масштабных инвести­циях. Такие инвестиционные скачки (в пространстве и во вре­мени) — элемент нормального функционирования хозяйства, а вовсе не аномалия.

Другое дело, что за по­следние 20 лет рыночная сти­хия, сочетающаяся с порочной с социальной точки зрения

практикой государственного патернализма регионов-локо­мотивов, стягивает инвестиции в ограниченное число регионов, а точнее — городских анклавов. По оценкам географа А.И. Трей-виша, в 1990-е годы весь эко­номический рост пришелся на полторы сотни городов. Оценки профессора В.Н. Лексина еще скромнее: сотня региональных столиц. При этом, указывает он, пресловутые «точки роста», призванные стать «локомотива­ми» сопредельных и отдаленных территорий, «преимущественно воспроизводят рост в границах собственной городской черты». В результате хозяйственные структуры законсервировались, а разность экономических по­тенциалов между лидерами и аутсайдерами возросла.

На картограмме, опублико­ванной на с. 24—256 показано распределение регионов Рос­сии по душевому ВРП, пере­считанному в долларах США (по паритету покупательной способности — ППС). Для со­поставления российских регио­нов со странами мира приведем картограмму душевого ВВП зарубежных стран (с. 26).

^ Окончание на с. 27-31.

5 Органическое сельское хозяйство—форма ведения сельского хозяйства, в рамках которой происходит сознательная
минимизация использования синтетических удобрений, пестицидов, регуляторов роста растений, кормовых добавок,
генетически модифицированныхорганизмов. Напротив, для увеличения урожайности и обеспечения культурных растений
элементами минерального питания, борьбы с вредителями и сорняками, активнее применяется эффект севооборотов,
органических удобрений, различных методик обработки почвы и т. п. Термин неудачный (любое сельское хозяйство свя­
зано с культивированием организмов), но, к сожалению, получивший в последнее время широкое распространение.

6 Карты нас. 24—26 составлены поданным: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2008/
Федеральная служба гос. статистики. — CD; Доклад о развитии человека 2007/2008. Борьба с изменениями
климата: человеческая солидарность в разделенном мире / Пер. с англ. — М.: Весь мир, 2007.


Регион

Страны-аналоги

Республика Ингушетия

1 319

Чад

1427

Чеченская Республика

1711

Сенегал

1792

Республика Калмыкия

2 882

Вьетнам

3 071

Воронежская обл.

4 947

Армения

4 945

Владимирская обл.

5 055

Азербайджан

5 016

Хабаровский край

9 795

М и р

■ 9 543

Уругвай

9 962

Пермский край

10 209

Коста-Рика

10 180

Россия

10 845

Малайзия

10 882

Республика Татарстан

11035

ЮАР

11 ПО

Республика Саха (Якутия)

16 575

Словакия

15 871

Сахалинская обл.

19 676

Португалия

20 410

Чукотский а.о.

21 007

РеспубликаКорея

22 029

г. Москва

34 167

Дания

33 973

Тюменская обл.

57 513

Норвегия

41420

США

41 890

Люксембург

60 228

Таблица 7

Душевой ВРП (по паритету покупательной способности)

в некоторых российских регионах в сопоставлении

с зарубежными странами, долл. на чел.


Источник: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2008 / Федеральная служба гос. статистики. — CD; Доклад о развитии человека 2007/2008. Борьба с изменениями климата: человеческая со­лидарность в разделенном мире / Пер. с англ. — М.: Весь мир, 2007.

Окончание. Начало на с. 18.

Такое сравнение, конечно, условно, поскольку в рамках одной страны материальные блага подлежат межрегио­нальному перераспределению. Эти картосхемы, однако, дают определенное представление, но не столько о доходах населе­ния, определяющих его уровень жизни, сколько об экономиче­ском результате деятельности населения регионов в сопостав­лении с этими показателями в странах мира.

Чеченская Республика и Республика Ингушетия сопос­тавимы с такими беднейшими странами, как Чад, Уганда, Кот-д'Ивуар (даже Вьетнам и Лесото вдвое превосходят эти респуб­лики РФ по уровню создавае­мого богатства на душу насе­ления). Правда, на картограмме обозначены два десятка стран (Конго, Танзания, Нигер и др.) мирового захолустья, которые беднее наших северокавказс­ких республик. 37 субъектов РФ с душевым ВРП 5—10 тыс. долл. (среднемировой составлял 9,5 тыс. долл.) попадают в одну группу с такими странами, как Азербайджан, Филиппины, Ки­тай и Бразилия.

Однако вершина нашей ре­гиональной экономической «пи­рамиды» — Тюменская область с округами вполне адекватна по вновь созданной стоимости вершине мировой иерархии. Тюменская обл. уступает Люк­сембургу, но опережает США и Норвегию (табл. 7; на карте на с. 26 они объединены в одну группу). Москва (34тыс. долл. на душу населения) сопоставима с Данией, Австрией, Канадой и тоже соответствует уровню ми­ровой экономической элиты.

Чукотский а.о., Сахалинская обл. и Якутия сопоставимы со­ответственно с Южной Кореей, Португалией и Словакией. 14 российских регионов с пока­зателями от 10 до 15 тыс. долл.

(Пермский край, Липецкая обл., Республика Коми и др.) по уров-ню богатства разместились между Коста-Рикой и Тринида­дом и Тобаго.

10 845 долл. — это сред­нероссийский показатель, но вследствие неравномерного распределения регионов по данному параметру его дости­гают лишь 14 субъектов РФ. Подавляющее их большинство занимает срединное положе­ние в условной мировой эко­номической иерархии, их мало и на ее верхних, и на нижних этажах.

Если региональные разли­чия по социальным показа­телям хоть медленно, но со­кращаются, то экономическая дифференциация неуклонно растет: вариационный размах душевого ВРП увеличился с 20 в 1995 г. до 26,5 (2000 г.) и 44,8 (2006 г.). Правда, основной причиной современного роста межрегиональной экономи­ческой дифференциации явля-

ется ценовой фактор. Так, доля Тюменской обл. в сумме ВРП регионов страны за 1995—2005 гг. показала сильный рост (с 7 до 12%), но доля добычи нефти в нем увеличилась лишь с 65 до 67%. Конечно, высокие эк­спортные доходы Тюменской обл. — это и наполнение общего государственного бюджета, но здесь важно, что богатство этого региона прирастало не за счет его трудовых усилий, а за счет использования природной ренты в сочетании с удачной внешнеэкономической конъ­юнктурой.

Таким образом, в мировой экономической «табели о ран­гах» российские регионы вы­строились в широких преде­лах — от мирового захолустья до экономического авангар­да планеты. Среднемирового уровня доходов достигают при этом менее четверти субъектов РФ (в мире в целом, как и в Рос­сии, богатство распределено очень неравномерно).


^ Дифференциация уровня жизни
Благодаря перераспреде­лению средств от богатых ре­гионов к бедным, различия между ними по доходам насе­ления менее выражены, чем по экономическим показателям, однако все равно они очень су­щественны. Различия подуше­вому ВРП составляли в 2007 г. 27,7 раз, а по доходам населе­ния — только 9,5 раз. Еще более сглаживает дифференциацию соотношение душевого дохода с прожиточным минимумом, позволяющее хотя бы частично исключить территориальные различия в стоимости жизни. Здесь не обсуждается еще одна принципиально важная пробле­ма — условность рассчитывае­мого Росстатом прожиточного минимума. Его величина, по методике статистического ве­домства, серьезно расходится с соображениями о возможном минимуме с позиций здравого смысла.

Из табл. 8 видны очаги соци­ального неблагополучия и аре­алы относительного процвета­ния. В числе первых, как всегда, северокавказские республики и дальневосточные регионы, а также Ивановская обл. и Мор­довия. Социально относительно благополучными, естественно, являются столицы, нефтега-

зоносные округа, Чукотский а.о., а также Свердловская и Самарская обл., Башкортостан и Татарстан.

В группу со среднероссий­скими доходами в 1990 г. по­падали 58 регионов, в 2000 г. их было лишь 12, к 2007 г. диф­ференциация несколько снизи­лась, но не существенно.

«Разность потенциалов» между регионами по уровню жизни формирует увеличение ареалов провинциальности — вследствие массовой миграции создателей и носителей новых знаний и технологий, молодых и перспективных из глубинки в столицы, региональные центры, заграницу. Это усиливает регио­нальное неравенство.

Несомненной угрозой це­лостности страны выступает тенденция усиления террито­риальных различий по уровню безработицы7. Отношение максимума к минимуму в 1995 г. равнялось 7,9 раза, в 2001 г. — 15,9, а в 2007 г. — 66,3 раза (Москва по сравнению с Чеч­ней). Но велики различия не только экстремумов (процвета­ющей Москвы и послевоенной Чечни). Различия между от­нюдь не столь преуспевающей экономически Тульской обл. и невоевавшей Тывой тоже впе-

чатляют — 2,6% против 17,1% (6,6 раза). Беспрецедентная дифференциация показателей безработицы недопустима в рамках одной страны.

По уровню безработицы в стране лидируют северокавказ­ские республики (табл. 9). Не­сомненно, на этом сказывается высокая степень самозанятости населения в личных хозяйствах, высокая развитость теневого сектора, а также отчасти и же­лание трудиться именно в этих сферах. Региональные про­граммы формирования новых рабочих мест должны учиты­вать эту склонность местного населения. Другой компактный ареал безработицы локализу­ется на юге Восточной Сибири (Тыва, Бурятия, Забайкальский край).

Мировой финансовый кри­зис вносит коррективы в геогра­фию российской безработицы. В 2009 г. серьезные проблемы на рынке труда испытывают такие прежде относительно благополучные области, как Саратовская и Челябинская. В них уровень безработицы и «предбезработицы»(рабочие в неоплачиваемых отпусках и пе­реведенные на неполную рабо­чую неделю) составляют более 20% экономически активного


Отношение среднедушевых доходов к прожиточному минимуму в некоторых российских регионах, 2007 г., %

Таблица 8



^ 10 самых неблагополучных регионов

10 самых благополучных регионов

Усть-Ордынский Бурятский а.о.*

117,6

г. Москва

720,0

Республика Калмыкия

170,5

Ямало-Ненецкий а.о.

665,8

Республика Ингушетия

173,3

Ханты-Мансийский а.о. — Югра

574,2

Республика Тыва

192,8

г. Санкт-Петербург

548,5

Республика Алтай

194,9

Чукотский а.о.

497,8

Ивановская обл.

199,8

Ненецкий а.о.

484,7

Республика Адыгея

207,0

Свердловская обл.

444,6

Амурская обл.

215,4

Республика Татарстан

435,1

Республика Мордовия

225,4

Республика Башкортостан

418,7

Еврейская АО

227,0

Самарская обл.

396,8

* Административное деление дано на 2007 г.

7При этом общий уровень безработицы в стране снизился с 10,6% в 2000 г. до 6,1% в 2007 г.


10 самых неблагополучных регионов

10 самых благополучных регионов

Чеченская Республика

53,0

г. Москва

0,8

Республика Ингушетия

47,3

Московская обл.

2,0

Республика Дагестан

20,2

г. Санкт-Петербург

2Д

Карачаево-Черкесская Республика

18,3

Челябинская обл.

2,5

Кабардино-Балкарская Республика

17,6

Тульская обл.

2,6

Республика Тыва

17,1

Ямало-Ненецкий а.о.

2,7

Республика Калмыкия

14,4

Липецкая обл.

2,8

Республика Бурятия

12,9

Костромская обл.

3,3

Республика Адыгея

10,3

Калининградская обл.

3,4

Забайкальский край

10,1

Ярославская обл.

3,4

Таблица 9 Уровень безработицы в некоторых российских регионах, 2007 г. %

населения. Налицо некоторое выравнивание безработицы,но за счет ухудшения показателей лидеров, что не может рас­сматриваться как позитивная тенденция.

Информативным показате­лем социального благополучия населения выступает ввод в действие жилых домов (на 1000 чел.). В России жилищное строительство сократилось за 1990-е годы вдвое, а в 2000-е годы постепенно возрастало, хотя так и не достигло еще со­ветского уровня.

По демографическим по­казателям регионы России находятся в очень широком диапазоне, в этих рамках объ­единены уровни Гамбии и Ве­ликобритании. Гармоничное сосуществование столь разных «культурных миров» требует специальных усилий средства­ми региональной демографи­ческой политики.

Велика межрегиональная дифференциация и по уровню душевого валового региональ­ного продукта — от мирового захолустья до экономического авангарда планеты. Среднеми­рового уровня экономического развития достигают при этом менее четверти субъектов РФ.

При этом кардинально от­личаются региональные тра­ектории изменения темпов строительства. Так, в 1990 г. Московская обл. и особенно Москва по уровню жилищного строительства заметно отста­вали от среднероссийского уровня — рис. 5. Ныне они опережают его, а Московская обл. — многократно опережает. В то же время бывшие ранее лидерами Тыва и Мурманская обл. на 2007 г. являются аут­сайдерами. Это иллюстрирует сжатие российского освоенно-

Заключение

Российское хозяйственное пространство все более диф­ференцируется, межрегио­нальные различия социально-экономических укладов стано­вятся все более существенны­ми — отдоиндустриального до постиндустриального. Столь сильные межрегиональные контрасты и тренды их усиле­ния выступают предпосылка­ми расшатывания Российской Федерации.

Необходимое сглаживание межрегиональных различий требует разнообразного ин­струментария, но главным яв­ляется опережающее развитие хозяйственной и социальной инфраструктур, подъем от-

го пространства, концентрацию хозяйственной активности в центре России.

Заслуживают внимания при­меры Белгородской обл. и осо­бенно Чувашской Республики, которые и в советский период превосходили среднероссий­ский уровеньжилищного строи­тельства, а ныне намного его превосходят. Налицо образец активной социальной поли­тики региональных властей, при этом в Чувашии, в отли­чие от Белгородской обл., нет востребованных на мировом рынке железорудных ресурсов и продукции металлургиче­ских комбинатов. Этот пример показывает также значимость личностного, человеческого фактора как основы богатства и процветания регионов. Вид­но, что не только (а возможно, и не столько) нехватка ресур­сов, но и их неэффективное использование формируют региональные экономические депрессии.

Показатель вариации по регионам ввода жилых домов (в расчете на 1000 чел.) вырос с 4,6 раз в 1990 г. до 78 раз в 2007 г.

ставших регионов Дальнего Востока, Сибири, нечерно­земной зоны Европейской территории страны,республик Северного Кавказа.

В условиях ограниченности ресурсов (а в кризисный пери­од8 они особенно дефицитны) острее стоит проблема при­оритетов. Исходя из ущерб­ности отраслевой структуры хозяйства, на высшем управ­ленческом уровне провозгла­шен лозунг построения в нашей стране инновационной эконо­мики, основанной на знаниях. Это правильный выбор. Однако у нас ущербна не только отрас­левая, но и территориальная экономическая структура, на-

8Здесь имеется в виду не столько мировой финансовый кризис, разразившийся в 2008 г., сколько перма­нентный постсоветский российский кризис, продолжающийся уже два десятилетия.

Компаративистика. Н.Н. Клюев. Российские контрасты

31





1200

1000 -

800 -

600 -

400 -

200 -

1990 1995 2000 2001 2002 2003 2004 2005

Рис. 5. ^ Ввод в действие жилых домов (на 1000 человек) в отдельных регионах РФ

2006

2007


блюдается чрезвычайно низ­кий уровень инфраструктурной обустроенности территории, определяющий разительные контрасты и диспропорции. Разумеется, стране нужны и новые наукограды, и новые

дороги. Замечу, однако, что создателей и носителей новых знаний и высоких технологий не может удержать у себя даже богатая Западная Европа. Поэтому дороги — важнее. Отсюда в качестве приоритета

федерального уровня следует считать проект инфраструктур­ной интеграции России: ее до­рожного и коммуникационного «сшивания», обеспечения де­шевизны транспорта и других внутренних коммуникаций.