Реферат: К. Л. Розакиса (C. L. Rozakis), Председателя

Европейский Суд по правам человека Первая секция
Дело «Ангелова (Anguelova) против Болгарии»

Жалоба № 38361/97
Постановление
Страсбург, 13 июня 2002 г.

В деле «Ангелова против Болгарии» Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая палатой в составе:
К.Л. Розакиса (C.L. Rozakis), Председателя,

Г. Бонелло, (G. Bonello),

П. Лорензена, (P. Lorenzen),

Н. Важич (N. Vajic),

С. Ботучаровой (S. Botoucharova),

В. Загребельского (V. Zagrebelsky),

Е. Штайнер (E. Steiner), судей ,

при секретаре секции Э. Фриберге (E. Fribergh), 23 мая 2002 г. провел совещание за закрытыми дверями и вынес следующее Постановление:


ПРОЦЕДУРА

1. Дело возбуждено по жалобе (№ 38361/97) на Республику Болгария, поданной 20 сентября 1997 г. гражданкой Болгарии г-жой Асей Ангеловой (далее - заявительница) в Европейскую Комиссию по правам человека (далее - Комиссия) в соответствии с ранее действовавшей статьей 25 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция).

2. Интересы заявительницы, которой была оказана помощь в оплате юридических услуг, представлял в Суде г-н И Грозев (Y. Grozev), адвокат, практикующий в Софии. Правительство Болгарии (далее – правительство) было представлено своими уполномоченными лицами г-жой В. Джиджевой (V. Djidjeva) и г-жой Г. Самарас (G. Samaras), министерство юстиции.

3. Заявительница в своей жалобе утверждала, что жестокое обращение полицейских с ее сыном стало причиной его смерти, что полиция не позаботилась о том, чтобы ему была предоставлена соответствующая медицинская помощь, власти не провели реального расследования, содержание ее сына под стражей было незаконным, сама она не получила реальной возможности подать жалобу и ее сын оказался жертвой дискриминации по признаку происхождения, поскольку он цыган.

Заявительница ссылалась на статьи 2, 3, 5, 13 и 14 Конвенции.

4. Жалоба была передана в Суд 1 ноября 1998 г., когда вступил в силу Протокол № к 11 Конвенции (пункт 2 статьи 5 указанного Протокола).

5. Жалоба была передана в ведение Четвертой секции Суда (пункт 1 правила 52 Регламента Суда).

6. Учитывая объяснения сторон по вопросу о приемлемости жалобы и существу дела, палата, образованная из состава вышеуказанной секции согласно пункту 1 правила 26 Регламента Суда, объявила жалобу приемлемой своим решением от 26 июня 2000 г. (Примечание секретаря секции: решение Суда в имеется в Секретариате).

7. 1 ноября 2001 г. Суд изменил состав секций (пункт 1 правила 25 Регламента). Дело было передано в ведение Первой секции нового состава (пункт 1 правила 52).

8. Образованная из состава данной секции палата, проконсультировавшись со сторонами, вынесла решение о том, что нет необходимости в слушании дела по существу (пункт 2 правила 59 Регламента). Объяснения по существу дела (пункт 1 правила 59) представила только заявительница.


ФАКТЫ

I. Обстоятельства дела


9. Заявительница, г-жа Ася Ангелова, 1959 г. рождения, является гражданкой Болгарии и проживает в г. Разграде.

10. 29 января 1996 г. ее сын, Ангел Забчеков (Anguel Zabtchekov), 17 лет, известный полиции г. Разграда по обвинениям в кражах, скончался, проведя перед этим несколько часов под стражей, куда был заключен в связи с попыткой совершить кражу. В результате проведенного расследования был сделан вывод, что причиной смерти была, по-видимому, случайная рана, которую г-н Забчеков получил до своего задержания, что оспаривает заявительница.

Она, в частности, уточнила, что она сама и ее покойный сын принадлежат к этнической группе цыган.


^ А. Свидетельские показания по фактам и действиям г-на Забчекова 28 января 1996 г.


11. По показаниям ряда свидетелей, 28 января 1996 г. г-н Забчеков часть дня занимался мелкими поделками у своего соседа. С наступлением вечера находился некоторое время дома, затем вышел на прогулку со своей сестрой, другом сестры и одним из своих друзей, неким г-ном М. Значительную часть вечера он провел в их компании в ближайшем баре. Он пил спиртные напитки.

В 22.30–23.30 сестра Забчекова покинула бар со своим другом, оставив брата в компании г-на ^ М. Вскоре бар закрылся. По свидетельству г-на М, они вышли из бара вместе с г-ном Забчековым и расстались у подъезда, г-н М пошел домой.

Все свидетели (хозяин бара, лицо, у которого работал в тот день г-н Забчеков, его сестра и друг сестры, а также отец г-на Забчекова, который был дома, когда сын вернулся с работы, прежде чем отправиться в бар) единодушно утверждают, что г-н Забчеков был вполне здоров, что у него на теле не было никаких видимых ран, что он не дрался и ни с кем не ссорился и что он пил спиртные напитки.


^ Б. Преследование на улице Бели Лом и арест г-на Забчекова


12. 29 января 1996 г., приблизительно в двенадцать часов ночи, некая г-жа I.А, проживавшая в доме по улице Бели Лом в Разграде, заметила со своего балкона мужчину, личность которого была впоследствии установлена, им был г-н Забчеков, который крутился около машин, стоявших вдоль тротуаров, наклонялся к ним и «делал что-то подозрительное». Г-жа I.А позвонила соседке - г-же I.М. Женщины окликнули г-на Забчекова со своих балконов и спросили его, что он делает. В этот момент на улице появились сержант Мутафов (С), полицейский, который в тот день не был на дежурстве, и молодой человек (D), ибо они тоже жили в этом доме, и женщины обратились к ним.

13. Г-н Забчеков попытался убежать, но ^ С бросился за ним. Преследование длилось, по-видимому, одну-две минуты. Затем D и его две соседки увидели, как на углу улицы появился С, он держал г-на Забчекова и вел его к подъезду дома. Свидетели заявили, что земля была покрыта снегом.

14 Впоследствии ^ С заявил, что пытаясь убежать, Забчеков споткнулся, упал, но быстро поднялся. Это подтвердили и обе женщины, I.A и I.M, наблюдавшие за событиями со своих балконов. Они сказали, что г-н Забчеков упал на дороге, поросшей травой. В то же время свидетель D, все это время остававшийся на улице и также присутствовавший при инциденте, утверждал, что он не видел, что Забчеков падал до своего ареста. Он повторил это заявление при очной ставке с остальными свидетелями.

15. С оказался единственным свидетелем событий, которые происходили с момента, когда г-н Забчеков и он повернули за угол улицы, и тем моментом, когда они оказались перед домом по улице Бели Лом. С заявил, что г-н Забчеков поскользнулся и упал еще два раза. Поэтому он смог его догнать. Когда г-н Забчеков поднялся и бросился опять бежать, он ему поставил подножку; г-н Забчеков упал наземь, а С бросился на него. Он его связал и привел. Когда С попросили уточнить, на какую сторону упал г-н Забчеков, он ответил, что тот упал лицом к земле, но не помнил, смог ли Забчеков закрыть лицо руками. С заявил, что ему было трудно бежать и схватить Забчекова из-за раны в ноге и из-за того, что у него развязались шнурки.

16. Сержант Димитров (G), один из полицейских, которые впоследствии прибыли на место событий, сделал следующее заявление: «Когда мы прибыли на место происшествия, [C] нам сказал, что когда он попытался задержать Забчекова, тот побежал, но упал два-три раза, иначе поймать его не удалось бы».


^ В. События, происходившие с момента задержания г-на Забчекова и до прибытия полиции


17. Все свидетели единодушно утверждают, что в тот момент, когда С вел г-на Забчекова ко входу в дом, тот спотыкался и падал. Имеются разные показания по поводу того, как это точно происходило. Г-жа I.М., наблюдавшая за инцидентом со своего балкона, заявила, что когда С и г-н Забчеков подошли к углу здания, г-н Забчеков поскользнулся, упал и перевернулся. D заявлял, что г-н Забчеков споткнулся и упал на ягодицы. С утверждал, что г-н Забчеков только оступился и не падал, потому что он его удержал.

18. ^ С заявил, что он не бил г-на Забчекова и не видел никого, кто это делал. Это подтвердили г-жа I.А. и г-жа I.М. Г-жа I.М., которая была также владелицей одной из машин, стоявших на стоянке, уточнила, что на самом деле она видела, что г-н Забчеков оказался на земле в то время, когда его вел С, но при этом не видела, что кто-то его бил или давал пинки. D не упоминал, видел ли он, что кто-то бьет или нет г-на Забчекова.

19. С также заявил, что, когда он схватил г-на Забчекова и находился близко к нему, он не заметил ни следов крови, ни царапин на его лице. Он добавил также, что лоб г-на Забчекова был частично закрыт волосами, и что у него был загорелый цвет лица. D заявил, что он не заметил ни следов крови, ни царапин на лице г-на Забчекова. Он уточнил, что от него пахло алкоголем.

20. Задержав г-на Забчекова, С попросил г-жу I.М. вызвать полицию, что она и сделала приблизительно в 00.20. Все дальнейшее время она не покидала своей квартиры.

21. С, D и г-н Забчеков ожидали у подъезда, по всей видимости, десять-двадцать минут. Находившаяся на своем балконе г-жа I.А. скорее всего не видела, что происходило у входа в дом.

22. В показаниях свидетелей содержится мало подробностей о том, были ли какие-либо разговоры между г-ном Забчековым и кем-либо из них до прибытия полиции. Некоторые свидетели говорили, что г-н Забчеков бормотал что-то едва понятное. По словам г-жи I.М., которая наблюдала со своего балкона, г-н Забчеков несколько раз повторил, что он пьян. Г-жа I.А., г-жа I.М. и С утверждали, что когда г-н Забчеков был на земле, С, держа его, сказал ему: «Вставай, я не собираюсь тебя волочь». D заявил, что он не слышал, чтобы кто-то произносил эти слова. Никто из свидетелей не сообщил в своих показаниях, что С и D разговаривали с Забчековым, пока они были одни у подъезда.

23. В своих показаниях от 29 января 1996 г. ^ С заявил, что после того как полицейские уехали вместе с Забчековым, он нашел гаечный ключ в том месте, где он сам, D и г-н Забчеков ждали прибытия полиции. С подумал, что ключ, по-видимому, принадлежал г-ну Забчекову, так как по размеру он подходил для того, чтобы снять аккумулятор с машины. С объяснил, что он сохранил ключ и отдал его следователю утром 29 января 1996 г., когда его вызвали в комиссариат после смерти г-на Забчекова. В то же время в показаниях от 31 января 1996 г. сержант Атанасов (Н), дежуривший в комиссариате, когда привели г-на Забчекова, заявил, что он заметил ключ на письменном столе в 1.30 ночи, не позднее, почти сразу после прибытия г-на Забчекова в участок. Во время очной ставки с другими полицейскими от 26 апреля 1996 г. Н вспомнил, что на самом деле он увидел гаечный ключ в первый раз позднее.


^ Г. Прибытие полиции на улицу Бели Лом


24. После телефонного звонка в городской комиссариат полиции, по указанному адресу была направлена патрульная машина с двумя полицейскими: сержантом Пенчевым (А) и Колевым (В). По прибытии полицейские увидели С и г-на Забчекова у входа в здание. D также находился неподалеку.

25. А узнал г-на Забчекова, так как видел его в качестве подозреваемого по расследуемым делам о кражах, и назвал его по фамилии. Он надел ему наручники. Впоследствии А и другие полицейские утверждали, что в этот момент А предупредил всех остальных, чтобы они были осторожными, так как г-н Забчеков страдал «болезнью мозга».

26. Вскоре прибыла еще одна полицейская машина с тремя полицейскими: сержантами Игнатовым (Е), Георгиевым (F) и Димитровым (G). Полицейские начали осматривать место происшествия, чтобы найти улики, доказывающие, что г-н Забчеков пытался взломать замки машин. А подвел г-на Забчекова к одной из машин, у которой был как будто взломан замок, и спросил его, не пытался ли он что-то украсть. По его словам, г-н Забчеков отрицал кражу. После этого г-на Забчекова с помощью наручников пристегнули к дереву, а полицейские продолжили осмотр места происшествия. Увидев, что у двух машин были взломаны замки, полицейские предупредили их хозяев. Один из них вышел, чтобы подтвердить нанесенный его машине ущерб. В течение всего этого времени г-н Забчеков был прикован к дереву.

27. О том, что происходило с момента прибытия полицейских и до момента их отъезда с г-ном Забчековым, рассказали только дежурные полицейские. Г-жа I.А. и D лишь заявили, что полицейские обыскали все место происшествия. С заявил, что он уходил предупредить хозяев машин. Он только видел, что в какой-то момент г-н Забчеков находился с полицейскими на стоянке машин, где полицейские сравнивали следы подошв обуви г-на Забчекова со следами на снегу. Полицейский, который побывал на месте происшествия в 11 часов утра 29 января 1996 г., допросил хозяина одной из машин, но только по ущербу, нанесенному машине.

28. Некоторые полицейские заявили, что пока они осматривали место происшествия, они видели, что г-н Забчеков либо лежал, либо сидел на земле. А уточнил, что в этот момент он освободил прикованного г-на Забчекова, усадил его на заднее сиденье полицейской машины и надел ему наручники на обе руки. Все полицейские, которые были на улице Бели Лом, заверяли, что они не заметили никаких ран на лице г-на Забчекова. Некоторые из них говорили, что он казался пьяным, что он что-то бормотал и был не очень общителен.


^ Д. События, произошедшие после прибытия г-на Забчекова в комиссариат


29. А и В привезли г-на Забчекова в комиссариат в 0 часов 50 минут. Дежурный сержант Н заявил, что он видел, как в комиссариат входил г-н Забчеков в сопровождении А и В. Он держал руки за спиной, на них были наручники. А и В держали его за руку и поддерживали. Г-на Забчекова провели в кабинет № 1. А заявил, что в этот момент он снял наручники с юноши.

30. О задержании г-на Забчекова не было вынесено никакого письменного постановления.

31. По заявлениям А, В и Н, г-н Забчеков остался в кабинете № 1 с В и Н, пока А пошел докладывать о происшествии старшему по званию – дежурившему в то время полковнику Иорданову (I). Кроме того, Н сказал, что в этот момент он заметил кровоподтек на надбровной дуге г-на Забчекова. А и В не упоминали о ранах. Н также уточнил, что одежда г-на Забчекова была мокрой. Все отмечали, что г-н Забчеков был пьян и что-то бормотал.

Полковник I заявил, что А его информировал о доставке г-на Забчекова в комиссариат и сказал, что личность задержанного установлена, но он слишком пьян для проведения допроса. До 4 часов 30 минут полковник I не видел г-на Забчекова. По заявлениям сержантов, полковник I приказал посадить на стул в коридоре г-на Забчекова, чтобы он протрезвел. А сказал Н, чтобы тот его вызвал по радиосвязи, как только г-н Забчеков сможет общаться. В какой-то момент А и В покинули комиссариат для продолжения патрульной службы.

32. ^ Н заявил, что г-н Забчеков после этого заснул, сидя на стуле в коридоре и что он храпел. В 3 часа ночи Н заметил, что г-н Забчеков спал лежа на полу. Он его разбудил и усадил на стул, боясь, что «тот может простудиться». Н сказал также, что в 3 часа 50 минут он сходил проведать г-на Забчекова, тот спал, сидя на стуле, его всего трясло. Н решил снова препроводить его в кабинет № 1, где было теплее. Он его разбудил и помог ему пройти в кабинет. Через некоторое время г-н Забчеков соскользнул со стула. Н заметил, что тот тяжело дышал. Н заявил, что в этот момент он обратился к сержанту Дончеву (J) и попросил его «вызвать сержанта Пенчева [A] или скорую помощь».

33. J заявил, что в соответствии с графиком дежурства он спал в комиссариате до 2 часов ночи 29 января 1996 г., затем его разбудили на дежурство. Его не информировали о том, что в участке был задержанный. J не указал, выходил ли он в промежуток между 2 часами и 3 часами 50 минутами ночи в коридор, где, по словам Н, г-н Забчеков спал, сидя на стуле. J заявил, что он узнал о задержании г-на Забчекова только в 3 часа 50 минут, когда Н сообщил, что у юноши такие симптомы, которые свидетельствуют о том, что его здоровье ухудшается. Тогда J сходил к нему, то увидел раны на лбу и вызвал по радиосвязи А и В.

34. Приблизительно в тот же момент Н или J предупредили полковника – старшего по званию дежурного офицера. I заявил, что в этот момент он заметил раны на лице Забчекова.

35. А и В сообщили, что в 4 часа 30 минут их вызвали по радио и им сообщили, что г-ну Забчекову становится все хуже. Когда они прибыли в комиссариат, г-н Забчеков лежал на полу и тяжело дышал. В на машине отправился в больницу и вернулся с машиной скорой помощи, где сидел дежурный врач-педиатр Михайлов.

36. Впоследствии доктор Михайлов заявил, что в 5 часов утра дежурный скорой помощи попросил его побывать в комиссариате и осмотреть «подростка пятнадцати лет». Врач Михайлов уточнил, что он видел, как этот дежурный разговаривал с полицейскими. Он подчеркнул также, что никакой предварительной информации о здоровье подростка он не получал.

37. Доктор Михайлов осмотрел г-на Забчекова в комиссариате и порекомендовал отправить его в больницу, так как у него был слабый пульс. На скорой помощи г-на Забчекова отвезли в больницу, А и В следовали за ним в полицейской машине. По прибытии А и В помогли внести г-на Забчекова в коридор, где находился кабинет дежурного врача. По заявлениям А и В, когда через несколько минут дежурный врач Иванова осмотрела г-на Забчекова, между нею и врачом Михайловым произошел бурный разговор. Полицейских информировали о кончине г-на Забчекова.

38. По заявлению В, доктор Иванова сказала ему и его коллеге: «Вы должны были быть в курсе состояния г-на Забчекова» и добавила, что они его привезли без признаков жизни.

39. Доктор Михайлов сказал, что в комиссариате он заметил кровоподтеки на груди г-на Забчекова, что в тот момент подросток был еще жив, но без сознания и со слабым пульсом.

Доктор Михайлов спросил у полицейских, сколько времени мальчик находился в таком состоянии. Полицейские ответили: «Он доставлен в комиссариат в таком состоянии».

40. Доктор Иванова заявила, что приблизительно в 5 часов доктор Михайлов попросил ее проверить, действительно ли мертв привезенный в больницу пациент. Установив отсутствие прощупываемой сердечной деятельности, она попыталась сделать массаж сердца, но это оказалось тщетным. Она сказала также, что когда она спросила, почему в комиссариат вызвали доктора Михайлова, а не ее как дежурного врача, в скорой помощи ответили, что скорую вызывали для ребенка и поэтому вызвали дежурного педиатра.


^ Е. Регистрационный журнал комиссариата г. Разграда



41. Обычно все задержания регистрируются в журнале комиссариата. Записи делаются по рубрикам: номер, присваиваемый задержанному, фамилия полицейского, делающего запись в журнале, фамилия задержанного, мотивы задержания, принимаемые меры и дата освобождения. Все сведения по каждому задержанию регистрируются в хронологическом порядке.

42. По требованию Суда правительство представило копию регистрационного журнала комиссариата Разграда от 29 января 1996 г. В нем нет записи, относящейся к г-ну Забчекову, но есть запись, относящаяся к «лицу, личность которого не установлена», которому присвоили номер 72.

43. В журнале нет отдельной рубрики с указанием срока задержания. По некоторым задержанным, фигурирующим на той же странице, срок задержания указан вместе с датой. В отношении же «лица, личность которого не установлена», как и в отношении еще нескольких лиц, записанных на той же странице, в рубрике с указанием даты нет никаких упоминаний о сроке задержания. Однако после выражения «лицо, личность которого не установлена», в двух колонках и на двух строчках имеется запись: «29.1.96, 01.oo». Визуальный анализ копии журнала показал, что цифра «1.oo» написана поверх другой цифры, которая там первоначально была проставлена, это было, по-видимому, «3.oo» или «5.oo».

44. Следует также отметить, что номера записей на этой странице перечеркнуты. По предоставленной правительством копии трудно увидеть, какие первоначальные номера были заменены. Однако ясно видно, что между всеми записями имеются равные интервалы, за исключением лишь записей под номерами 72 и 73, где интервал намного меньше.

45. Запись под номером 72, касающаяся задержания не установленной личности, гласит, что ^ А доставил лицо в комиссариат. На той же строке справа имеется подпись, она, по-видимому, принадлежит полковнику I, насколько это можно разобрать.

46. В ходе следствия полковник ^ I, как старший по званию дежурный офицер, и его помощник J допрашивались по поводу регистрации привода г-на Забчекова в комиссариат. Полковник I заявил, что он не давал распоряжения А регистрировать задержанного, поскольку А был известен порядок. J заявил, что чуть позднее 3 часов 50 минут, когда Н известил его об ухудшении состояния здоровья г-на Забчекова, он проверил журнал записи задержанных и не увидел никакой записи в отношении задержанного. Кроме того, полковник I сказал, что он ничего не записывал в журнал, и что в нем не было записи в отношении не установленной личности в тот момент, когда он покидал комиссариат после смерти г-на Забчекова.


^ Ж. Расследование, проведенное следственными органами


47. Рано утром 29 января 1996 г. полицейские представили начальнику местной полиции письменный отчет о происшедшем за ночь. В конце доклада С без всякой связи с содержанием доклада приписал: «Задержанный имел смуглый цвет лица (цыган) [Този когото задържах беше мургав (циганин)]».

48. Начальник местной полиции завел дело ZM-I № 128, в котором было краткое изложение фактов, отчеты семи полицейских и письменные показания D и владельца одной из машин, которую, как заявляли, г-н Забчеков пытался открыть.

Также рано утром 29 января 1996 г. следователь Нечев из Окружной следственной службы (Окръжна следствена служба) Разграда возбудил уголовное дело за номером 13/1996 по факту смерти г-на Забчекова.

49. По словам заявительницы, в 8 часов того же дня г-н Нечев в сопровождении двух полицейских в форме прибыл по месту жительства заявительницы и сообщил о смерти г-на Забчекова. Они говорили с отчимом мальчика. По словам заявительницы, следователь сообщил, что ночью г-н Забчеков попытался взломать две машины, что за ним гнались полицейские, в результате погони г-н Забчеков упал и ударился головой об асфальт.

50. 29 января 1996 г. г-н Нечев допросил причастных к делу полицейских и ^ D, молодого человека, который находился рядом с сержантом Мутафовым (С) во время той краткой погони на улице Бели Лом. Следователь сходил также в больницу и видел тело г-на Забчекова. Были сделаны фотографии тела.

51. В тот же день в 11 часов 45 минут на улицу Бели Лом прибыл офицер местной полиции в связи с заявлением о попытке угона машин. Он установил, что на двух машинах были следы взлома и допросил владельцев машин. В 17 часов, действуя на этот раз, по-видимому, в рамках расследования дела о смерти г-на Забчекова, он взял образец большого красного пятна на снегу. Лабораторный анализ показал, что это была кровь животного происхождения.

52. Также 29 января 1996 г. г-н Нечев распорядился провести вскрытие трупа. Перед судебно-медицинскими экспертами он поставил следующие вопросы:

«Каковы причины смерти г-на Забчекова? Есть ли травмы на теле? Есть ли причинно-следственная связь между его травмами и смертью? Как были нанесены имеющиеся на теле раны? Сколько времени прошло с момента нанесения смертельной раны и смертью, и возможно ли, как утверждают свидетели, что г-н Забчеков был в сознании до 4 часов 30 минут? Связана ли смертельная рана с открытыми ранами на теле? Есть ли другие видимые раны, и нуждались ли они по своим внешним признакам в немедленной медицинской помощи?»

53. Вскрытие было произведено 29 января 1996 г. (оно началось в 11 часов 30 минут) в окружной больнице Разграда тремя врачами: начальником отдела судебной медицины доктором Минчевым, начальником патологоанатомического отдела доктором Милитеровым и врачом отдела судебной медицины доктором Мариновым.

54. В своем заключении от 29 января 1996 г. («первое заключение») эксперты подробно описали все, что они установили. Были сделаны фотографии.

55. При внешнем осмотре трупа было выявлено:

«В глазной впадине в конце левой надбровной дуги имеется наружная рана удлиненной формы, размером 1 х 0,4 см с неровными рваными краями и покрытая тонкой багрово-синей коркой. Мягкие ткани вокруг раны слегка вспухшие, кожа темноватого цвета. Левое глазное яблоко слегка выступает (наружу) (...)

Небольшой наружный шрам длиной в 2,5 см с небольшим ушибом (...) на (...) левом запястье (...).

Два наружных кровоподтека размером 7,5 х 0,5 см и 3,5 х 0,6 см коричневатого цвета, покрытых красноватой коркой на правом запястье (...)»


56. В заключительной части своего доклада эксперты сделали следующие выводы по поводу ран, обнаруженных на теле г-на Забчекова:

«[1.] Травма черепной коробки и мозга: наружный разрыв (глубокий кровоподтек) внешней стороны левой надбровной дуги, вдоль глазной впадины; гематомы на коже и мягких тканях вокруг данной раны и на левом веке, перелом задней стенки глазницы, доходящий до низа внешней стороны с дугообразной трещиной под вышеописанной внешней травмой; эпидуральная гематома слева (кровоизлияние между мозгом и черепной коробкой – 110 мл; эпидуральный отек (...)[признан причиной смерти].

[2.] Гематома на коже с характерным пигментом и гематома мягких тканей на правой стороне груди вдоль передней подмышечной линии.

[3.] Наружные царапины на правой стороне лба и на тыльной стороне левого запястья с гематомой мягких подкожных тканей.
[4.] Гематома овальной формы диаметром в 0,5 см на слизистой нижней губы слева.

[5.] Два кровоподтека в линию на коже типичной формы и гематома подкожных тканей на уровне суставов запястья правой руки.»


57. Кроме того, эксперты отметили в заключении, что:

«[смерть наступила из-за] эпидуральной гематомы головного мозга, в которой накопилась кровь; гематома находится на левой стороне лба, содержит 110 мл крови и сопровождается отеком мозга, который зажал мозжечковые железы и опустил их вниз в затылочное отверстие; отек затронул жизненно важные центры мозга (которые обеспечивают дыхание и сердечную деятельность, что в свою очередь привело к эмболии (закупорке) легких), что было прямой причиной смерти.»


57. На вопрос о том, каким образом были нанесены раны, эксперты ответили:

«1. Рана в области левой глазной впадины и левого глазного яблока, а также эпидуральная гематома были нанесены ударом с помощью тупого предмета или об него или с помощью предмета с тупым углом и [небольшой] неровной поверхностью. Удар был внезапным и достаточно сильным. Он вызвал перелом стенки на дне левой глазницы вплоть до низа внешней стороны (толщина черепной коробки – 0,2 см);

2. [Рана на правой стороне груди была нанесена] ударом с помощью твердого тупого предмета или об него или с помощью предмета с тупым углом, поверхность которого была больше. На коже в этой области остались вмятины от одежды потерпевшего.

3. [Причиной ран на правой стороне лба и на запястьях могут быть ] удары или сдавливание с помощью твердых предметов или об них. [Рана на левой стороне нижней губы нанесена] ударом с помощью твердого тупого предмета или об него с четко обрисованной (ограниченной ) поверхностью».


59. Эксперты заявили также, что при эпидуральных гематомах того типа, которая была у г-на Забчекова, обычно сохраняется ясность сознания в течение 4-6 часов, когда на пострадавшем не видно никаких симптомов, за исключением лишь того, что:

«потерпевший постепенно ослабевает, становится апатичным и сонливым, после этого он впадает в кому и умирает – как это произошло в данном случае (в промежутке времени с 1 часа ночи до 5 часов утра 29 января 1996 г.).»

Заключение завершалось выводом о том, что смерть г-на Забчекова была неизбежной в связи с отсутствием срочного хирургического вмешательства.

60. Лабораторный анализ позволил установить, что уровень алкоголя в крови г-на Забчекова составлял 1,42/1000 и в моче - 2,40/1000, что свидетельствует о средней степени опьянения.

61. Заявительница сообщила, что утром 30 января 1996 г. она была в Окружной следственной службе Разграда и просила предоставить ей информацию об обстоятельствах смерти ее сына. Следователь Нечев ее информировал, что ее сын умер из-за перелома черепа. По словам заявительницы, он ей объяснил, что ее сын пытался украсть автомобильные детали, а когда полиция попыталась его задержать, он побежал, упал и ударился головой.

Заявительница утверждает, что во время беседы г-н Нечев заверил ее, что ее сына отправили в больницу, но он не сказал, что ее сын был задержан. На вопрос о том, как в результате падения г-н Забчеков смог проломить себе черепную коробку, г-н Нечев объяснил, по словам заявительницы, что вскрытие показало, что «его черепная коробка была ненормально тонкой».

62. Днем 30 января 1996 г. заявительница и другие члены ее семьи заметили кровоподтеки на теле г-на Забчекова, когда его труп привезли из больницы. Заявительница обратилась в редакцию местной газеты, привела к себе домой двух журналистов, которые сфотографировали труп и одежду г-на Забчекова. Г-н Забчеков был похоронен в конце дня 30 января 1996 г.

63. 31 января и 1 февраля 1996 г. следователь допросил г-жу I.М. и г-жу I.А.

64. 31 января 1996 г. постановлением окружного прокурора г-жи Хаджидимитровой расследование было поручено Окружной военной прокуратуре (Окръжна военна прокуратура). Основанием этого решения было то, что г-н Забчеков умер, находясь под стражей. Окружной прокурор заявил, в частности, что:

«(...)За несколько часов до [смерти] несовершеннолетний Забчеков был задержан полицейскими в 1 час ночи 29 января 1996 г., когда он пытался украсть автомобильные детали, (...) и заключен под стражу в помещении дежурной части с целью ограничить его свободу передвижения. Хотя г-н Забчеков не был заключен под стражу на основании пункта 1 статьи 35 и пункта 1 (часть 1) статьи 33 Закона о национальной полиции [Закон за националната полиция], все-таки содержание в комиссариате было против его воли в течение приблизительно трех часов, и во время его пребывания [там] (...) его состояние здоровья внезапно ухудшилось, и он потерял сознание.»


^ З. Расследование, проведенное военными следственными органами


65. Получив 31 января 1996 г. материалы дела, окружная военная прокуратура начала следствие под новым номером (3-VIII/96, дело прокуратуры № 254/96). Дело было передано военному следователю (военен следовател).

В течение последующих недель военный следователь провел новые допросы причастных к делу полицейских, допросил пять человек, которые провели день и вечер 28 января с г-ном Забчековым, а также врачей Михайлова и Иванову.

66. Двое из полицейских, Пенчев (А) и Георгиев (F) упоминали об этническом происхождении г-на Забчекова в своих устных показаниях, собранных военным следователем.

А заявил, что когда он прибыл на улицу Бели Лом, он увидел двоих, выходивших из подъезда здания, причем один из них был «имевший приводы цыган Ангел Забчеков».

В своих показаниях F, называя сына заявительницы, употребил следующие слова: «цыган» (три раза), «задержанный» (семь раз) и «Забчеков» (два раза).

67. 12 марта 1996 г. следователь допросил свидетелей г-жу I.A. и г-жу I.M., а также С и D. Его интересовало только, сколько раз г-н Забчеков упал во время погони на улице Бели Лом и где он падал.

18 марта 1996 г. следователь назначил эксперта, чтобы тот осмотрел одежду г-на Забчекова, которая была на нем 28 и 29 января 1996 г. В своем докладе от 20 марта 1996 г. эксперт заявил, что на одежде не было обнаружено никаких следов подошв обуви, объяснив при этом, что на очень мягких тканях обычно невозможно обнаружить микроскопические остатки частиц подошв обуви.

68. 20 марта 1996 г. следователь попытался восстановить картину событий, произошедших во время задержания г-на Забчекова, с тем, чтобы уточнить свидетельские показания. В следственном эксперименте участвовали сержант Мутафов (С), молодой человек (D), с которым он там был 28 и 29 января 1996 г., а также две женщины, которые наблюдали происходившее с балкона - г-жа I. А и г-жа I.М. Полицейские, которые прибыли на улицу Бели Лом, после того как С схватил г-на Забчекова, в восстановлении обстоятельств события не участвовали. Следственный эксперимент почти исключительно касался событий, произошедших до прибытия двух полицейских машин, и был заснят на видеокамеру.

69. 11 апреля 1996 г. заявительница подала в прокуратуру г. Варна заявление, требуя эксгумации тела своего сына и назначения новой медицинской экспертизы на том основании, что ее сын был похоронен поспешно и что эксгумация имеет важное значение. Заявительница подозревала, что у ее сына были сломаны ребра. Она подала также следователю Атанасову два рентгеновских снимка черепа ее сына, сделанные за несколько месяцев до его смерти, с тем чтобы установить, были ли его черепные кости такие «хрупкие» или «тонкие».

70. 17–18 апреля 1996 г. были назначены пять медицинских экспертов для повторного рассмотрения заключения о причинах смерти г-на Забчекова. Один из экспертов – доктор Минчев входил в первую группу экспертов. Остальными были начальник отдела судебной медицины медицинского факультета г. Варна профессор Павлов, доктор Кючуков из отдела нейрохирургии университета и опытные врачи отдела судебной медицины того же университета Доков и Радойнова. Их попросили ответить на следующие вопросы:

«1. От каких ран пострадал г-н Забчеков? Какова была причина смерти?

2. Каким образом раны были нанесены и в результате скольких ударов? Могли ли раны возникнуть в результате ряда падений (в соответствии с показаниями свидетелей и тем, что было установлено в результате отснятого на пленку следственного эксперимента) или они возникли в результате нанесения прямых ударов?

3. Когда эти раны были нанесены?

4. Каков был уровень опьянения у г-на Забчекова в момент его задержания, т.е. в 0 часов 15 минут?».


71. 26 апреля 1996 г. следователь провел очную ставку всех причастных к делу полицейских. В тот же день были допрошены еще три свидетеля.

23 мая 1996 г. заявительница повторила свою просьбу об эксгумации. 29 мая 1996 г. был допрошен еще один свидетель.

11 июня 1996 г. прокурор Окружной военной прокуратуры г-н Димитров направил заявительнице копию своего процессуального уведомления о том, что эксгумация тела может быть предусмотрена, если это будет признано необходимым пятью врачами экспертами, которые еще не представили своего заключения.

72. 28 июня 1996 г. пять экспертов представили свое («второе заключение»), составленное на основании изучения документов, приобщенных к расследованию. Эксперты также просмотрели видеокассету, где восстанавливались обстоятельства задержания г-на Забчекова, видеозапись была сделана 20 марта 1996 г.

73. Эксперты подтвердили, что причиной смерти г-на Забчекова был эпидуральный отек, вызванный переломом черепа. Они также заявили, что смертельная рана могла быть нанесена пинком ноги, ударом кулака или ударом тупым предметом или в результате падения или удара о «плоскую широкую поверхность» (широка удряша повърхност). Они отметили, что в заключении о результатах вскрытия нет никаких морфологических данных, которые позволили бы назвать предмет, которым были нанесены раны.

Во втором заключении указывалось, что удар, вызвавший перелом черепа, был не очень сильным. Этот вывод связан с «особыми характеристиками структуры черепа (как об этом свидетельств[овали]уют прилагаемые снимки и толщина черепной коробки, описанная [в заключении о результатах вскрытия]».

74. В отличие от первого заключения врачей, где было сказано, что с момента нанесения раны черепной коробке и смертью г-на Забчекова прошло 4-6 часов, в заключении пяти экспертов сделан следующий вывод:

«Гематома (...), повлекшая смерть г-на Забчекова, возникла у него не менее чем за десять часов до смерти. Это заключение основано на внешнем виде гематомы (сгустки крови темно красного цвета), что ясно видно на приобщенных к делу фотографиях. Подобного типа сгустки образуются более чем за десять часов с момента нанесения раны. В этот период состояние пациента обычно называют «промежутком сознания», ибо никаких видимых симптомов не проявляется. Постепенно его состояние ухудшается (...), у него болит голова, имеются нарушения речи и проблемы с координацией движений; [он] ощущает неустойчивость и сонливость, он пошатывается и т.д., а затем впадает в кому».

75. Фотографии, о которых упоминают эксперты, были сделаны во время вскрытия, которое началось в 11 часов 30 минут 29 января 1996 г.

76. Эксперты также посчитали, что из-за обнаруженн