Реферат: Г. И. Курдюков Рецензенты проф

Ю. С. РЕШЕТОВ

РЕАЛИЗАЦИЯ

НОРМ СОВЕТСКОГО

ПРАВА

СИСТЕМНЫЙ АНАЛИЗ


ИЗДАТЕЛЬСТВО КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА 1989

Печатается по постановлению

Редакционно-издательского совета

Казанского университета

Научный редактор — проф. Г. И. Курдюков

Рецензенты проф Н. Н. Вопленко, канд юрид. наук

Рецензенты: проф Н. Н. Ёопленко,

канд юрид наук Р. Т Биктагиров

В монографии рассматриваются характерные черты реализации норм советского права, дается анализ внутреннего строения про­цессов осуществления правовых норм, вскрывается субординация основных компонентов механизма реализации норм советского пра­ва При этом главное внимание уделяется освещению путей и спо­собов перестройки, обновления процессов осуществления советских правовых норм

Предназначается для студентов, аспирантов, ученых, практи­ческих работников.


Издательство

Казанского университета, 1989

р 1203020100-096 69_8 075(02)— 89

ISBN 5—7464—0118—8
ПРЕДИСЛОВИЕ
Перед советским народом во весь рост встали задачи ускорения социально-экономического развития страны, перестройки всех сфер жизни социалистического об-щества в целях перехода его к новому качественному состоянию. Заметную роль в решении этих задач приз­вано сыграть советское законодательство. Действен­ность же законодательных и иных нормативно-правовых актов нельзя представить без последовательного, неукос­нительного осуществления составляющих эти акты пра­вовых норм. Известны ленинские положения о том, что издание государственно-властных декретов есть лишь начало дела, их нужно провести в жизнь, реализовать, что от декретов до исполнения — дистанция порядочного размера '. Эти идеи, сформулированные В. И. Лени­ным в первые годы существования Советской власти, приобретают в наши дни исключительно важное значе­ние. В стране ведется интенсивная работа, связанная с обновлением всех основных отраслей законодательства, с принятием ранее не существовавших законодатель­ных актов. А это заставляет уделять самое пристальное внимание процессам реализации советских правовых норм, их превращению в живую практику.

Оптимальное развитие процессов реализации норм советского права является необходимым моментом де­мократизации советского общества, углубления социали­стического самоуправления народа, проведения ради­кальной экономической реформы. Четкая и правильная реализация советских правовых норм неразрывно свя­зана со все более полным осуществлением во всех сфе­рах общественных отношений принципа социальной справедливости, с укреплением порядка и организован­ности, с настойчивой борьбой со всеми негативными яв­лениями. «Партия, — говорится в Программе КПСС, —


3

придает первостепенное значение последовательному и настойчивому искоренению нарушений трудовой дис­циплины, хищений и взяточничества, спекуляции и ту­неядства, пьянства и хулиганства, частнособственниче­ской психологии и стяжательства, подхалимства и угод­ничества. Необходимо сполна использовать для борьбы с этими явлениями авторитет общественного мнения в силу закона» 2.

Для того чтобы процессы реализации правовых норм
проявились в качестве активного фактора формирования
и развития движущих сил советского социалистического
общества, необходимо согласовывать усилия всех участ­
ников данных процессов, целенаправленно влиять на них.
Такое влияние должно базироваться на созидательном
потенциале современной политики КПСС, воплощающей
определяющее значение объективных закономерностей
общественного развития и решительное признание рево­
люционной роли творчества, энергии, инициативы совет­
ских людей в перестройке, обновлении жизни нашего
общества. «Марксизм,— писал В И. Ленин,— отличает­
ся от всех других социалистических теорий замечатель­
ным соединением полной научной трезвости в анализе
объективного положения вещей и объективного хода эво­
люции с самым решительным признанием значения рево­
люционной энергии, революционного творчества, ре­
волюционной инициативы масс, — а также, конечно, от­
дельных личностей, групп, организаций, партий, умею­
щих нащупать и реализовать связь с теми или иными
классами»3.

Революционный характер преобразований, осуще-ствляемых в нашей стране, требует перестройки процес­сов реализации норм советского права, их осмысления в соответствии с начавшимся формированием нашего го­сударства как правового. Нужно взвешенно оценить воз­можности правореализации в качественном обновлении советского общества, вскрыть те явления, которые пре­пятствуют этому.

Процессы реализации норм права сопряжены с реше­нием разнообразных практически-политических задач. Эти процессы есть один из моментов практических дел советских людей, одна из характеристик их практической работы. «Декреты,— отмечал В. И. Ленин,— это— инструкции, зовущие к массовому практическому делу» 4.


4

Практически-поведенческая и многофакторная при­рода процессов реализации правовых норм предполагает при их анализе преодолевать узкоаспектную специали­зацию и объединять правовые знания с экономическими, политическими, социологическими, психологическими и другими видами знания. Такое развитие теории реали­зации норм советского права необходимо вытекает из методологического требования целостного, междисцип­линарного исследования общественных явлений.

Для трактовки реализации норм советского права как сложного и многомерного процесса важно обеспечить интенсивное применение системного подхода. Распро­странение системного взгляда на реализацию правовых норм содействует более глубокому и всестороннему ис­следованию не только ее отдельных компонентов, но и раскрытию характера взаимодействия этих компонентов и тех новых качеств реализации норм советского права, которые порождаются в ходе такого взаимодействия. Данный подход к осуществлению советских правовых норм принципиально важен еще и потому, что он допол­няет разносторонний анализ таких сложных обществен­но-политических институтов, как политическая система советского общества, социалистическое самоуправление народа.

Анализ процессов реализации норм советского права в качестве определенного, целостного механизма несет в себе немалые возможности для углубленного раскры­тия правоотношений, социалистической законности, пра­восознания, субъективных прав и юридических обязан­ностей, юридической ответственности.

Нельзя сказать, что процессы реализации норм совет­ского права не освещались в нашем правоведении. Тео­ретики государства и права посвящали им статьи, раз­делы научных трудов, главы учебников по теории госу­дарства и права. Отдельные вопросы осуществления правовых норм рассматривались при исследовании дей­ствия права, социалистического правового регулирования, правового поведения, социалистической законности и правопорядка, правового сознания и правовых отноше­ний, эффективности норм социалистического права, правонарушений и юридической ответственности. Пра-воприменительная деятельность, а также некоторые аспекты реализации норм советского права в целом

5

анализировались представителями отраслевых юриди­ческих наук.

Однако при характеристике реализации норм совет­ского права внимание преимущественно обращалось на отдельные вопросы либо на одну из ее форм — приме­нение правовых норм. Цель настоящей работы — про­должить с учетом имеющихся исследований разработку в русле общей теории государства и права целостной концепции процессов осуществления норм советского социалистического права.

6
^ ГЛАВА I. ПОНЯТИЕ РЕАЛИЗАЦИИ НОРМ СОВЕТСКОГО ПРАВА И ЕЕ МЕХАНИЗМА § 1. Характерные черты реализации норм советского права и ее механизма
Теоретический анализ реализации норм советского права целесообразно начать с выделения в ней такого свойства, которое выполняет системообразующую функцию, играет интегрирующую роль. Это позволит оха­рактеризовать «единицу анализа» процессов осуществ­ления правовых норм и вместе с тем задать ориентир для их развертывания в целом. Характерная качественная определенность реализации норм права воплощается вдается в том, что это правомерно-_поведенческий, деятельностный процесс. Вокруг поведения, деятельности группируются социльно-политические, идеологические, организационные и другие факторы реализации право­вых норм, мотивы,к личностные свойства ее участников. Через поведенческо-деятельную призму реализация норм права предстает со стороны ее внутреннего единства.

Поведенческий, деятельностный срез исследования обеспечивает теории реализации норм советского пра­ва широкую социальную перспективу, ставит ее на прочную философскую основу. Поведение и деятель­ность относятся к разряду общенаучных категорий. В них своеобразно сочетаются отдельные свойства как философского, так и специально-научного знания, то есть они являются важным каналом связи философии и част­ных наук.) Свое монографическое исследование право­мерного и противоправного поведения граждан, должно­стных лиц, коллективов в социалистическом обществе В. Н. Кудрявцев завершает обоснованным выводом, что правовое поведение не замкнуто в юридических рамках Это социальное, психологическое и правовое явление, и его изучение может быть действительно пло­дотворным лишь при комплексном подходе, с использо­ванием данных ряда наук. Творческая кооперация уче­ных-юристов с социологами, психологами и философа­ми в целях дальнейшего изучения вопросов правового поведения — важное условие раскрытия его основных закономерностей, а на этой базе — укрепления право-


7

мерного поведения и успешной борьбы с правонаруше­ниями ', П. М. Рабинович считает, что поведенческий подход — это одно из перспективных направлений изу­чения правореализации. Оно сулит приращение знаний об ее специфических государственно-правовых законо­мерностях и — что следует подчеркнуть особо — выявле­ние дополнительных возможностей повышения эффек­тивности правового регулирования 2.

Тезис о том, что реализация правовых норм склады­вается из правомерного поведения, уже выдвигался со­ветскими теоретиками государства и права. Так, А. С. Пиголкин отмечал, что реализация правовых норм — это такое поведение субъектов права, которое согласуется с предписаниями правовых норм и_исходит из них (правомерное поведение). Практическая деятель-ность_людей по осуществлению прав и выполнению юридических обязанностей 3.В. В. Лазарев подчёркивал, что поведение людей с юридической точки зрения может быть правомерным, неправомерным и юридиче­ски безразличным. Последнее к реализации правовых норм прямого отношения не имеет. Неправомерное поведение препятствует достижению конечных целей права и всегда влечет за собой реализацию соответствующих санкций. Оно является, таким образом, только ос­нованием к возбуждению процесса по реализации кара­тельных норм права. Реализация правовых норм дости­гается единственно правомерным поведением 4.

Вывод о том, что только из правомерного поведения складываются процессы реализации норм права, от­нюдь не означает, что эти процессы не связаны с про­тивоправным поведением. Связи есть. И их ни в коей мере нельзя игнорировать при анализе реализации норм советского права, в особенности при выявлении внут­ренней противоречивости механизма правореализации.

Границы поведения реализующего нормы права не лежат на поверхности. Эти границы обусловливаются глубинными процессами жизнедеятельности социали­стического общества. Поэтому четко их определить — де­ло сложное. Здесь нужен серьезный анализ. И не слу­чайно в литературе эти границы очерчиваются неодно­значно.

Остановимся вначале на характеристике поведения, которое представляет собой неиспользование участни­ками общественных отношений определенных прав. Ду-


8

мается, что такими поступками не реализуются пpaвовые нормы. Во-первых, реализация нормы права, очерчивающей соответствующее право, происходит тогда, когда последнее используется соответствующим но-сителем. Если же лицо не использовало право даже по собственной воле, правовая норма не реализуется. Во-вторых, нельзя говорить и о том, что в таких случаях лицо реализует право на неиспользование права. Ибо советское законодательство не закрепляет права на не­использование права или свободы. В-третьих, таким поступкам не дается правовая оценка, закон не предусматривает каких-либо юридических последствий. Поэтому неиспользование права нельзя оценивать в качестве правомерного или противоправного поступка. Справед­ливо замечено, что если неправомерными действиями признаются те, которые ясно запрещены законом, вле­кут (могут влечь) применение санкций, то правомерны­ми логично признать не те, о которых право вообще молчит, а только такие действия, на случай совершения которых закон специально предусматривает какие-либо правовые последствия, давая тем самым юридическую оценку этих действий5.

Утверждение о том, что неиспользование права ох­ватывается правомерным поведением, реализующим нормы права, может вступить в некоторых случаях в яв­ное противоречие с коренными началами такого пове­дения. Так, неиспользование гражданином СССР пра­вовой возможности голосовать нельзя признать пове­дением желательным и полезным с точки зрения инте­ресов советского народа. Такой поступок идет вразрез с демократизацией советского общества, не способст­вует эффективному проведению политической реформы. В связи с этим нельзя не сказать о том, что в ходе предвыборной кампании, впервые проводимой на осно­ве Закона о выборах народных депутатов СССР, труд­ным оказался следующий вопрос. Считать ли участни­ками предвыборных собраний тех, кто зарегистрировал­ся, но не участвовал в голосовании? Он возник из-за следующей формулировки Закона о выборах: «Канди­дат считается выдвинутым, если за него проголосовало более половины участников собрания». В целом на дан­ный вопрос был дан отрицательный ответ. Такое реше­ние представляется обоснованным как с теоретической, так и с практически-политической точек зрения. Приме-


9

чательно, что в соответствии со статьей 55 Закона о выборах избранным считается кандидат в народные депутаты СССР, получивший на выборах больше поло­вины голосов избирателей, принявших участие в голо­совании.

Другой пример. Как известно, каждый гражданин СССР имеет право критиковать недостатки в работе государственных органов, должностных лиц и других членов трудового коллектива. Если гражданин воздерживается от такой критики, то это не означает, что он поступает правомерно и реализует соответствующую норму права. Ибо такая линия поведения противоречит коренным интересам советского общества, его полити­ческим и моральным нормам. Но эта черта присуща не всем актам воздержания от использования права. Не­использование союзной республикой права свободного выхода из СССР (ст. 72 Конституции СССР) отвечает безусловно коренным интересам советского народа. То же самое можно сказать о возможности образования согласительной комиссии (ст. 117 Конституции СССР) для разрешения вопроса в случае разногласия между Советом Союза и Советом Национальностей Верховно­го Совета СССР. Ясно, что неиспользование супругами права на развод является поведением желательным и общественно полезным. Специфика таких прав состоит в том, что они гарантируют подлинно демократическое и гуманистическое проведение в жизнь иных прав и свобод участников социалистических общественных от­ношений. Право союзной республики на свободный вы­ход из СССР обеспечивает свободный, добровольный и равноправный характер членства республики в составе единого союзного многонационального государства. «Мы хотим,— писал В. И. Ленин,— свободного соединения и потому мы обязаны признать свободу отделения (без свободы отделения соединение не может быть названо свободным)»6. Право супругов на развод гарантирует добровольность основанного на взаимном согласии брачного союза, равноправие супругов

Приведенные положения свидетельствуют также о том, что реализация норм права не тождественна их действию. Норма права, закрепляющая право союзной республики на свободный выход из СССР,— действую­щая норма Но действие данной нормы не охватывает собой ее реализации, а практически ограничивается пер-

10

вой ступенью. Аналогичным образом действует норма права, предусматривающая порядок разрешения вопро­са в случае разногласия между Советом Союза и Сове­том Национальностей Верховного Совета СССР. Дей­ствие же нормы права, предусматривающей возмож­ность расторгнуть брак путем развода (ст. 14 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о браке и семье), не для всех супругов ограничивается первой ступенью. Специфическая особенность реализа­ции этой нормы заключается в том, что таким путем снимается дальнейшее обострение противоречий между супругами.

Некоторые ученые сужают границы поведения, из которого складывается реализация правовых норм. Так, Я. 3. Хайкин полагает, что вряд ли можно расценивать несовершение преступления как осуществление той или иной нормы7. Отсюда следует, что реализация норм уголовного права обязательно сопровождается государ­ственным принуждением. Санкция, таким образом, предстает в качестве единственного и отправного, а не заключительного пункта реализации уголовно-правовой нормы. Однако осуществление санкций правовых норм нельзя отрывать от реализации их диспозиций. Это (о чем в дальнейшем будет сказано подробно) субор-динационно-структурные стороны, аспекты реализации норм права, которые нельзя представить друг без друга. Реализация уголовно-правовых санкций обеспечивает в порядке обратной связи поведение, представляющее со­бой воздержание от совершения запрещенных действий. Такое воздержание представляет собой реализацию диспозиций большинства норм уголовного права. Это одно из ярких проявлений способности механизма реа­лизации правовых норм сохранять устойчивое внутрен­нее состояние, поддерживать процесс осуществления правовых норм в равновесии, исключающем его распад, что характерно для сложных саморегулирующихся си­стем. Словом, эти выводы являются дополнительным подтверждением широко распространенного среди со­ветских ученых-юристов мнения, что запрещающие нор­мы права реализуются и тогда, когда люди воздержи­ваются от совершения запрещенных правом действий 8. По пути сужения границ процессов реализации норм права идут и те ученые, которые рассматривают при­менение права лишь в качестве предпосылки, юридиче-

11

ского факта по отношению к использованию, исполне­нию и соблюдению правовых установлений 9. При этом отмечается, что применение права — форма организа­ции определенного поведения, а не форма реализации права. К последним же относят использование, испол­нение и соблюдение права 10. Это означает, что право-применительную деятельность нельзя считать частью реализации норм права. Отстаивая данную позицию, П. М. Рабинович обращает внимание на следующие мо­менты, являющиеся, с его точки зрения, существенными.

Во-первых, любая государственно-правовая деятель­ность, будь то правотворчество, правотолкование или правоприменение, регламентируется компетенционными и процедурно-процессуальными нормами права и в си­лу требований законности должна протекать в строгом соответствии с ними. Непосредственная реализация всех таких норм возможна лишь в одной из обычных форм (использование, исполнение, соблюдение). И если исходить только из того критерия, по которому эти фор­мы отличаются одна от другой, нельзя отнести примене­ние права к самостоятельной (четвертой) форме право-реализации.

Во-вторых, применение одних юридических норм происходит в процессе и посредством реализации дру­гих норм. Поэтому если не оговаривать, по отношению к какой именно норме рассматривается правопримене­ние — к той, которая в данном случае применяется и затем будет реализовываться адресатами правоприме-нительного решения, или к той, которая регламентирует права, обязанности (материальные, процессуальные) правоприменителя,— то едва ли можно квалифициро­вать однозначно эту деятельность как правопримени-тельную или правореализующую.

В-третьих, нормы права, применяемые государствен­ными органами (общественными организациями) к дру­гим субъектам, подлежат непосредственной реализации лишь в деятельности последних. Иначе говоря, субъек­ты применения и субъекты реализации таких норм раз­личны. Если деятельность субъектов первого вида, рас­сматриваемая по отношению к данной юридической нор­ме, является применением нормы, то деятельность вто­рых субъектов по отношению к этой же норме высту­пает уже как ее реализация. Так, принятие судом ре­шений не представляет собой форму осуществления

12

применявшейся им юридической нормы: последняя будет реализовываться уже не судом, а адресатами данного ре­шения п.

Изложенные аргументы будут нами учтены при трактовке ряда аспектов процессов реализации норм советского права. Сейчас же отметим следующее.

l. Применению правовых норм присущи черты, от­личающие его от таких форм реализации нормативно-правовых установлений, как использование, исполнение и соблюдение. При этом следует согласиться с мнением, что применение права нельзя рассматривать в одном ряду с ними 12. Но это не означает, что применение пра­вовых норм не есть форма их реализации. Действия по применению правовых норм принимают прямое, непо­средственное участие в созидании свойств механизма реализации норм права. Именно взаимодействие при­менения правовых норм с их использованием, исполне­нием и соблюдением создает механизм реализации норм права, порождает те качественные особенности, которые присущи ему как целому.

2. Рассуждения о том, что применение норм права — это лишь предпосылка, форма организации, а не сама реализация норм права, трудно принять и по следую­щим основаниям. Среди правовых норм есть и такие, реализация которых заключается в их применении. Правда, по справедливому замечанию Нено Неновски, нормы права реализуются путем издания индивидуаль­ного юридического акта не всегда (скорее даже ред­ко) 13. Что же это за нормы права, применение которых не влечет за собой их последующей реализации путем соблюдения, исполнения и использования? Среди них следует назвать такие, которыми стимулируется особо полезное поведение. В качестве предмета регулирования многообразных поощрительных норм советского права выступают общественные отношения по установлению и применению мер государственного поощрения 14. По­этому такие правовые нормы вообще нельзя реализовать помимо их применения. Реализация же некоторых по­ощрительных правовых норм полностью заключается в их применении. Так, в соответствии со статьями 131 и 132 КЗоТ РСФСР администрация совместно или по согласованию с профсоюзным комитетом предприятия, учреждения, организации за образцовое выполнение трудовых обязанностей, успехи в социалистическом


13

соревновании, повышение производительности труда, улучшение качества продукции, продолжительною и безупречную работу, новаторство в труде и за другие достижения в работе может объявить работнику благо­дарность. Объявление благодарности является актом, которым завершается реализация изложенных законо­дательных положений.

Реализация правовых норм состоит из их примене­ния при властном признании соответствующим органом наличия или отсутствия определенных юридических фактов, при назначении лица на соответствующую должность, а также при применении определенных про­цессуальных правовых норм. Такое положение наблю­дается и при реализации санкций некоторых правовых норм. Так, освобождение того или иного лица от соот­ветствующей должности, вынесение судом порицания, наложение административного взыскания в виде преду­преждения не влекут за собой иных действий по осуще­ствлению норм права, на основе которых появились названные акты.

Всем этим актам присуще нечто общее. Они не пред­усматривают каких-либо вариантов для последующей реализации примененных правовых норм. Данными ак­тами устанавливается определенное правовое состояние физических лиц, констатируется наличие или отсутствие того или другого юридического факта. Эти акты непо­средственно ориентированы на личность. В них дается государственно-властная оценка деятельности личности в прошлом. Такая оценка прямо сказывается на поли­тическом, правовом и нравственном состоянии человека. Она проистекает из необходимости обеспечить единство интересов личности и государства, разрешить возни­кающие между ними противоречия.

Будучи непосредственной реализацией одних норм права, данные акты одновременно выступают в качестве необходимого, своеобразного средства, актуализирую­щего деятельность по реализации иных норм права. С этими индивидуальными юридическими актами со­пряжено движение разнообразных правомерных поступ­ков, играющих видную роль в механизме реализации правовых норм. А это позволяет расценить такие акты в качестве специфической составляющей актов приме­нения правовых норм.

3. В советском правоведении довольно обстоятельно и убедительно рассмотрена государственно-управленче-


14

ская природа применения норм права. Данная примеча­тельная особенность рельефно проявляется в том, что применяющий правовые нормы направляет, организует, стимулирует поведение других участников реализации норм права. Он юридически задает направленность дей­ствий этих субъектов и осуществляет контроль над ни­ми. Поэтому выводить применение норм права за рамки их реализации — значит лишать последнюю управлен­ческих действий.

Изложенное позволяет сказать, что деятельность по применению норм права правильно можно понять лишь с учетом характера процессов их реализации. Ибо при­менение правовых норм есть момент, специфическая форма их реализации. Конечно, реализация правовых норм и их применение при подобном понимании не си­нонимичны. Понятие реализации норм права по своему объему шире понятия их применения. Вместе с тем важно подчеркнуть, что именно природа реализации правовых норм является ключом к осмыслению их при­менения.

Перестройку реализации норм советского права нельзя представить без обогащения ее основных демокра­тических начал. Важный путь такого обогащения—дея­тельность КПСС, направленная на обеспечение строгого и неуклонного проведения в жизнь положений советско­го законодательства в ходе формирования правового государства. Причем партия как вдохновитель и орга­низатор создания такого государства обязана сама со­гласовывать свои действия с Законом, подтверждать его авторитет.

Определяя характер партийного воздействия на реа­лизацию норм современного советского права, отметим, что это воздействие прежде всего должно увязываться с дальнейшей демократизацией всей общественной жиз­ни и с радикальной экономической реформой. Партий­ные установки в отношении процессов реализации норм права формулируются обычно тогда, когда КПСС оп­ределяет свой политический курс в той или иной сфере жизнедеятельности общества. Поэтому работу КПСС по коренному улучшению реализации правовых норм нужно тесно сопрягать с проведением партийного курса в экономической и других областях социального бытия. Такая диалектика, однако, не ведет к отрицанию пар­тийного влияния на процессы осуществления норм права

I5

как относительно самостоятельного аспекта право­вой политики КПСС. Реализация норм права является важным фактором воздействия партии на развитие всех сфер жизни общества на принципах свободы, гуманиз­ма и коллективизма. Это общество испытывает насущ­ную потребность в научном руководстве, теоретически — в адекватном отражении, объяснении и целенаправлен­ном преобразовании своих реальностей. «Недостаточно,— писал К. Маркс,— чтобы мысль стремилась к воплоще­нию в действительность, сама действительность должна стремиться к мысли»15. Реализация норм советского права выступает в качестве специфического канала про­ведения в жизнь политики КПСС, средства соединения теории и практики. Советские правовые нормы должны воплощать в себе результаты научного познания обще­ственных отношений. Но нормативно-правовые акты — это документы, которые отличаются специфическим творчески-деятельным характером. В них содержатся положения, которые достаточно полно определяют по­ведение участников социалистических общественных от­ношений в определенных ситуациях. Это общеобязатель­ные нормы, они должны осуществляться практически.

В повышении действенности партийного влияния на процессы осуществления советских правовых норм вид­ное место принадлежит обновлению внутрипартийных отношений. Обогащение таких сторон внутрипартийной жизни КПСС, как широкое обсуждение вырабатывае­мых решений, принципиальная критика и самокритика, гласность, активное участие коммунистов в разработке и обсуждении партийной политики, строгая дисциплина при выполнении принятых решений, во многом опре­деляет способность партии влиять на массы, поддержи­вать с ними тесные связи. КПСС призвана быть мото­ром, движущей силой активизации государственных и общественных институтов, авангардом развития социа­листической демократии, самоуправления народа. Даль­нейшее углубление внутрипартийной демократии — объ­ективно необходимый процесс, непреложный закон реа­лизации стратегического курса партии на ускоренное социально-экономическое развитие страны, выполнение задач перестройки. Проводимая после XXVII съезда КПСС, XIX Всесоюзной конференции Коммунистиче­ской партии Советского Союза линия на укрепление де­мократических принципов жизни партии» поиск эффек-

16

тивных путей оживления работы первичных партийных организаций, конференций и пленумов, совершенство­вание механизма формирования выборных партийных органов всех уровней непосредственно сказывается на улучшении осуществления норм советского права.

Развитие и совершенствование внутрипартийной де­мократии органично связано с постоянным подъемом активности всех коммунистов, с обеспечением их полно­правия и высокой ответственности. На современном эта­пе повышаются требования к членам ленинской партии. Это принципиальная линия КПСС. «Каждый коммунист обязан быть образцом в труде и в поведении, в обще­ственной и личной жизни. От того, насколько полно проявляется авангардная роль коммунистов,— подчер­кивает Программа КПСС,— во многом зависят проч­ность связи партии с массами, ее авторитет в народе. Партия постоянно будет усиливать спрос с каждого коммуниста за отношение к своему долгу, за честный и чистый облик партийца, оценивать его по делам и по­ступкам» 16.

Коммунисты должны быть примером моральной чи­стоты, неукоснительного соблюдения советских законов, активными борцами за образцовый социалистический правопорядок. В каждой партийной организации нужно создавать обстановку подлинного уважения к закону, нетерпимости к его нарушениям. Действенную роль в этом призвано сыграть следующее положение, включен­ное в Устав КПСС: «...За нарушение советских законов член партии несет двойную ответственность—перед го­сударством и перед партией. Лица, совершившие про­ступки, наказуемые в уголовном порядке, исключаются из рядов КПСС» 17. Сложная и противоречивая жизне­деятельность современного советского общества отчет­ливо показывает, что необходимо твердо и последова­тельно проводить в жизнь данное требование Устава КПСС.

Основные параметры партийного воздействия на процессы осуществления правовых норм вытекают из реформы политической системы. Ключевой вопрос ре­формы — раскрытие демократического, общенародного характера нашего государства. В Резолюции XIX Все­союзной конференции КПСС «О демократизации совет­ского общества и реформе политической системы» под­черкивается: «Советское государство родилось как ору-

17

дие диктатуры пролетариата и на определенной стадии общественного развития превратилось в общенародное государство. Теперь задача состоит в том, чтобы совет­ская государственность в полном объеме соответствовала этому понятию, чтобы все дела в стране решались наро­дом и его полномочными представителями, находились под его полным и действенным контролем» 18.

Для людей, твердо стоящих на позициях марксизма-ленинизма, очевидно, что социалистическое государство может выполнить свое историческое предназначение толь­ко в том случае, если руководство им будет осуществ­лять марксистско-ленинская партия, вне зависимости от того, сколько и какие политические партии будут су­ществовать после социалистической революции. В. И. Ле­нин последовательно проводил идею о том, что Комму­нистическая партия при социализме — правящая пар­тия. Отсюда понятно, почему так важно рационально размежевать функции партийных и государственных органов. Еще в 1919 г. в Программе РКП(б), разрабо­танной под руководством и при непосредственном уча­стии В. И. Ленина и принятой VIII съездом партии, го­ворилось: «Смешивать функции партийных коллективов с функциями государственных органов, каковыми яв­ляются Советы, ни в каком случае не следует . Свои решения партия должна проводить через советские ор­ганы, в рамках Советской Конституции. Партия ста­рается руководить деятельностью Советов, но не заме­нять их» 19. Этот ленинский принцип зафиксирован в Уставе КПСС, утвержденном XXVII съездом партии: «Партийные организации не подменяют советские, проф­союзные, кооперативные и другие общественные органи­зации, не допускают смешения функций партийных и иных органов» 20.

Последовательное осуществление данного принципа выступает ныне в качестве важнейшей составляющей по­литической реформы. XIX Всесоюзная партконференция отметила, что главная особенность переживаемого нами исторического момента заключается в том, чтобы не только по содержанию, но и по методам деятельности КПСС в полной мере соответствовала ленинской концеп­ции руководящей роли партии в обществе. Это требует в первую очередь отказаться от подмены партийными ко­митетами государственных и хозяйственных органов, ис­ключить принятие партийных решений, содержащих пря-

18

мые указания в их адрес. Конференция выдвинула как задачу сегодняшнего дня бесповоротный отказ от команд­но-приказных методов работы партийных органов, строжайшее соблюдение демократических принципов, требований Конституции СССР и других законов21. Вы­полнение этой задачи — необходимое условие глубокого качественного преобразования механизма реализации норм советского права.

« Законы,— писал В. И. Ленин,— важны не тем, что они записаны на бумаге, но тем кто их проводит»22. От­сюда следует, что состояние реализации советского за­конодательства непосредственно зависит от кадровой по­литики, которую проводит КПСС как правящая партия. Она требует, чтобы руководящие кадры строго следова­ли требованиям правовых норм. Это вопрос политиче­ской ответственности, ибо всякое пренебрежение к праву, закону со стороны руководителя, должностного лица на­носит ущерб политике КПСС, Советского государства. Новизна и сложность задач, которые решаются в на­шем обществе, возросший уровень образования и культу­ры народа, допущенные в прошлом нарушения ленинских принципов подбора, расстановки и воспитания кадров по­требовали внести серьезные коррективы в кадровую по­литику партии. Январский (1987г.) Пленум ЦК КПСС, XIX Всесоюзная конференция Коммунистической партии Советского Союза четко обозначили главный путь осу­ществления кадровой политики партии, обеспечения ра­циональной расстановки кадров — развитие демократи­ческих механизмов политической системы, углубление социалистического самоупр