Реферат: Вісник

ЛУГАНСЬКОГО НАЦІОНАЛЬНОГО УНІВЕРСИТЕТУ

ІМЕНІ ТАРАСА ШЕВЧЕНКА




№ 12 (199) ЧЕРВЕНЬ

___

2010

2010 червень № 12 (199)

ВІСНИК
ЛУГАНСЬКОГО НАЦІОНАЛЬНОГО
УНІВЕРСИТЕТУ
ІМЕНІ ТАРАСА ШЕВЧЕНКА





СОЦІОЛОГІЧНІ НАУКИ

ЧАСТИНА І


Заснований у лютому 1997 року (27)

Свідоцтво про реєстрацію:

серія КВ № 14441-3412ПР, видане Міністерством юстиції України 14.08.2008 р.


Рекомендовано до друку

на засіданні Вченої ради

Луганського національного університету

імені Тараса Шевченка

(протокол № 12 від 25 червня 2010 року)


Виходить двічі на рік

^ Засновник і видавець –

Луганський національний університет імені Тараса Шевченка


^ Редакційна колегія:

Головний редактор – доктор педагогічних наук, професор Курило В. С.

^ Заступник головного редактора –

доктор педагогічних наук, професор Савченко С. В.
Випускаючі редактори –
доктор історичних наук, професор Бур’ян М. С.,
доктор медичних наук, професор Виноградов О. А., доктор філологічних наук, професор Галич О. А., доктор педагогічних наук, професор Горошкіна О. М., доктор сільськогосподарських наук, професор Конопля M. I., доктор філологічних наук, професор Синельникова Л. М.,
доктор педагогічних наук, професор Харченко С. Я.


^ Редакційна колегія серії «Соціологічні науки»:

Головний редактор –

Кононов І. Ф., доктор

соціологічних наук, професор

Заступники

головного редактора –

Хобта С. В., кандидат соціологічних наук, доцент

Лебідь Л. І., кандидат соціологічних наук, старший викладач

доктор соціологічних наук, професор Куценко О. Д.

доктор соціологічних наук, професор Рущенко І.П.,

доктор соціологічних наук, професор Сокурянська Л. Г.,

доктор соціологічних наук, професор Катаєв С. Л.,

доктор соціологічних наук, доцент Коваліско Н. В.,

доктор філософських наук, професор Лобас В. Х.,

доктор філософських наук, професор Гаврилов М. І.,

кандидат соціологічних наук, доцент Каменська Т. Г.,

кандидат соціологічних наук, доцент Барматова С. П.


^ Редакційні вимоги

до технічного оформлення статей

Редколегія “Вісника” приймає статті обсягом 4 – 5 сторінок через 1 інтервал, повністю підготовлених до друку. Статті подаються надрукованими на папері в одному примірнику з додатком диска. Набір тексту здійснюється у форматі Microsoft Word (*doc, *rtf) шрифтом № 12 (Times New Roman) на папері формату А-4; усі поля (верхнє, нижнє, праве й ліве) — 3,8 см; верхній колонтитул — 1,25 см, нижній — 3,2 см.

У верхньому колонтитулі зазначається: Вісник ЛНУ імені Тараса Шевченка № ** (***), 2010.

Інформація про УДК розташовується у верхньому лівому кутку без відступів (шрифт нежирний). Ініціали і прізвище автора вказуються в лівому верхньому кутку (через рядок від УДК) з відступом 1,5 см (відступ першого рядка), шрифт жирний. Назва статті друкується через рядок великими літерами (шрифт жирний).

Зміст статті викладається за планом: постановка проблеми в загальному вигляді та її зв’язок з важливими науковими чи практичними завданнями; аналіз останніх досліджень і публікацій, у яких започатковано розв’язання цієї проблеми та на які спирається автор; виділення невирішених раніше частин загальної проблеми, яким присвячується ця стаття; формулювання цілей статті (постановка завдання); виклад основного матеріалу дослідження з певним обґрунтуванням отриманих наукових результатів; висновки з цього дослідження й перспективи подальших розвідок у цьому напрямку. Усі перелічені елементи повинні бути стилістично представлені в тексті, але графічно виділяти їх не треба.

Посилання на цитовані джерела подаються в квадратних дужках після цитати. Перша цифра — номер джерела в списку літератури, який додається до статті, друга — номер сторінки, наприклад: [1, с. 21] або [1, с. 21; 2, с. 13–14]. Бібліографія і при необхідності примітки подаються в кінці статті після слова „Література” або після слів „Література і примітки” (без двокрапки) у порядку цитування й оформляються відповідно до загальноприйнятих бібліографічних вимог. Бібліографічні джерела подаються підряд, без відокремлення абзацем; ім’я автора праці (або перше слово її назви) виділяється жирним шрифтом.

Статтю заключають 3 анотації обсягом 3 – 4 рядків українською, російською та англійською мовами із зазначенням прізвища, ім’я та по-батькові автора, назви статті та ключовими словами (3 – 5 термінів).

Стаття повинна супроводжуватися рецензією провідного фахівця (доктора, професора).

На окремому аркуші подається довідка про автора (прізвище, ім’я, по батькові; місце роботи, посада, звання, учений ступінь; адреса навчального закладу, кафедри; домашня адреса; номери телефонів (службовий, домашній, мобільний).

© ДЗ «ЛНУ імені Тараса Шевченка», 2010

ЗМІСТ


^ ДРУГИЙ МОДЕРН ЯК ТИП СУСПІЛЬСТВА: ТЕОРІЯ,

МЕТОДОЛОГІЯ ТА ОКРЕМІ РЕЗУЛЬТАТИ АНАЛІЗУ

1.

Бабосов Е. М. Инновационная стратегия управления в условиях Второго модерна...........................................................


5

2.


Каменская Т. Г. Информационное общество и общество знания..............................................................................................


12

3.


Катаєв С. Л. Сакральна соціологія суспільства Другого модерну…………………………………………………………...

Ка

19

4.

Кузьмин Н. Н. Историческая память в различных типах обществ...........................................................................................


24

5.

Лобас В. Х. Раціоналізм в умовах Другого модерну.................

35

6.

Молодцов Б. И. О специфике рефлексивного выражения надэмпирической определённости экономического общественного единства………………………………………...



42

7.

^ Попов В. Б. Проблема многомерности в нелинейных процессах: попытка концептуального осмысления в научной литературе......................................................................................



53

8.

Тягнибедина О. С. Миро-системный анализ И. Валлерстайна – нетрадиционная концепция социальной реальности.................


63

9.


Чантурия А. В. Гламур и фэйк: постсоветские страны в контексте глобального общества потребления……...................


73


^ ТРАНСФОРМАЦІЙНИЙ ДОСВІД УКРАЇНИ, РОСІЇ

ТА БІЛОРУСІ: СОЦІАЛЬНО-ЕКОНОМІЧНІ ПІДСУМКИ ПОСТРАДЯНСЬКОГО ПЕРІОДУ

10.

Кононов И. Ф. Трансформационный опыт Украины, России и Беларуси: поиск интерпретативных моделей..........................


84

11.


Лебедь Л. И. Трансформация социальной структуры в постсоветских странах (на примере России, Украины, Беларуси)…………………………………………………………



108

12.


Уколова А. А. Аналіз соціально-професійної структури зайнятого населення України, Росії та Білорусі в умовах суспільства Другого модерну………………………………………..



118

13.


Хобта С. В. Украинско-российская граница: демаркация и перспективы ее восприятия населением приграничных территорий……………………………………………………….



125

14.


Цыбульская Н. В. Культура управленческого общения в экономической сфере: постсоциалистическая трансформация…………………………………………………..



137



^ ЕТНІЧНІ ТА ДЕМОГРАФІЧНІ ПРОБЛЕМИ

ПОСТРАДЯНСЬКОГО РОЗВИТКУ

УКРАЇНИ, РОСІЇ ТА БІЛОРУСІ

15.


Воропаєва Т. С. Українці та росіяни в контексті ментальних та ідентифікаційних характеристик……………………………


147

16.


Гордеева Н. О. Социально-демографические изменения в Украине конца 20 – начала 21 в. как показатель дисфункции института семьи.............................................................................



156

17.


Злотников А. Г. Тенденции современного демографичес-кого развития Беларуси…………………………………….……


177

18.


Маслихин А. В. Общесоциологические закономерности взаимодействия целого и части в развитии наций….....………


189




Відомості про авторів…………………………..………………

197

^ ДРУГИЙ МОДЕРН ЯК ТИП СУСПІЛЬСТВА: ТЕОРІЯ, МЕТОДОЛОГІЯ ТА ОКРЕМІ РЕЗУЛЬТАТИ АНАЛІЗУ


УДК 316.334.2:005


Бабосов Е. М.


Инновационная стратегия управления

в условиях Второго модерна


Самая характерная особенность общества Второго модерна заключается в том, что его базисом становится креативная экономика, или экономика знаний. В процессе ее становления и развития происходит коренной сдвиг от управления материальными ресурсами и активами к управлению главным образом нематериальными активами организаций и предприятий. В качестве таких нематериальных активов выступают: взаимоотношения с клиентами, информационные технологии, инновационные идеи и способы их практической реализации, но главным образом – способности организации и осуществления управления, мотивации персонала. Разумеется, значимость материальность ресурсов (оборудование, технологические системы и т.п.) не отменяется, но они подвергаются инновационным трансформациям. В результате возникают новые, инновационные стратегии управления, соответствующие требованиям информационной эпохи.

Инновационная стратегия управления – это основанный на генерировании новых идей, принципов и методов, процесс предвидения наиболее вероятных изменений и будущих тенденций данной социальной системы (организации), формирования ее целей, определения необходимых ресурсов для их достижения, поддержание таких взаимоотношений с внешней средой, которые позволяют добиваться поставленных целей. Принципы, основания и параметры инновационной стратегии опираются на современную методологию теории систем, синергетику, инноватику, теорию конфликтов и катастроф, построение многовариантных сценариев возможных тенденций социально-политического, социально-культурного и экономического развития.

Поскольку в последнее время появилось немало упрощенных представлений в философской, социологической, экономической литературе о сущности инноваций в развития общества, в которых инновация трактуется как результат внедрения новшеств для получения экономического, социального или другого эффекта, воплощенного в новых товарах и услугах, постольку возникает потребность в таком философско-социологическом понимании рассматриваемого феномена, которое позволяет интерпретировать инновацию в более широком социальном контексте. По нашему мнению, инновация представляет собой основанное на новых идеях и научных знаниях создание новых технологий и технических новшеств, их воплощение в новых видах товарной продукции и услуг, способствующее росту их эффективности и удовлетворения различных запросов потребителей, а также совершенствованию социальных процессов.

Такая трактовка дает возможность выделить основные отличительные черты инновации. Они изображены на рис.1.

целенаправленный характер инновационной деятельности










Рис.1. Отличительные черты инновационного процесса


Процесс создания и распространения инновации обладает довольно сложной структурой, основные компоненты которой изображены на рис. 2.

На схеме отчетливо видно, что исходным началом любой инновации всегда является новая идея. Но, создавая необходимые предпосылки для появления и практической реализации тех или иных новшеств в определенной сфере деятельности – научной, производственной, образовательной, коммерческой и т.п., – идея сама по себе, без сопровождающих ее разработок новых методов, технологий, приемов активных практических действий, не в состоянии привести к возникновению новых видов продукции и услуг. Чтобы создать конкурентоспособную продукцию, имеющую высокую степень наукоемкости и новизны, или усовершенствованный технологический процесс, используемый в практической деятельности, новая идея должна трансформироваться в целый ряд взаимосвязанных компонентов инновационной деятельности, изображенных на рис. 2 (верхняя дуга). А для практической реализации всех этих компонентов необходим определенный набор эффективно и последовательно осуществляемых мероприятий, изображенных на нижней дуге рис. 2. Из этого вытекает, что инновация представляет собой основанное на научных знаниях создание новых технологий, видов товарной продукции и услуг, способствующее росту их эффективности. Основным источником инновационной деятельности является возникновение новых научных, технологических, инженерно–конструкторских, организационных и других идей, воплощаемых в новые методы, в новые разработки, приемы трудовой деятельности, в новые продукты и услуги, ориентированные на удовлетворение различных потребностей. А чтобы эта деятельность привела к желаемому результату, необходима эффективная управленческая деятельность, базирующаяся на социальной инноватике.


Новые продукты

Новые разработки

Новые приемы


Новые методы

Новые услуги


Новые социа-льные проекты

Новые идеи






Науч-ные мероп-рия тия


Техни-ческие мероп-риятия

Коммерче-ские меро- приятия

Социаль-но-управлен-ческие мероприя-тия


Организа-ционные мероприя-тия

Мар-кетин-говые мероп-рия тия


Финан-совые мероп-риятия

Рис. 2. Модель основных компонентов инновационной деятельности


На представленной схеме инновационный процесс изображен в виде двух сходящихся в его начальном и конечном пунктах дуг без каких–либо зигзагов и флуктуаций. Но данная модель, как и всякая другая теоретическая модель, выделяя основные характеристики рассматриваемого процесса и отвлекаясь от его деталей, значительно упрощает его. К тому же внимательное рассмотрение данной модели убеждает, что при решающей изначальной роли в инновационной деятельности творческой научной элиты и инженерно–технических работников, прежде всего, конструкторского персонала, она не может воплотиться в реальную высокоэффективную продукцию либо в услуги помимо и без активной включенности в нее менеджеров (управленцев), предпринимателей (включая фермеров), рабочих и крестьян, интеллигенции и служащих, т.е. без всех категорий экономически активных социальных групп.

Итак, исходным началом инновационной деятельности, как правило, выступает научная, техническая либо управленческая идея. Но это не означает, что научно–исследовательская деятельность важна только в начале инновационного процесса. Дело в том, что настоящий инноватор должен быть готов в любой момент и на любом этапе инновационной деятельности к мобилизации всех наличных ресурсов. И после того, как ему удалось продвинуть на рынок конечный результат инновационной деятельности – новый продукт или новую услугу, его активность должна не снижаться, а возрастать на всех этапах и во всех звеньях развертывания инновационной цепи. Обращая на эту сторону дела самое пристальное внимание, П. Друкер подчеркивает: «После того, как инновация найдет свое практическое применение и будет получен желаемый результат, бюджет на выполнение научно–исследовательских работ придется удвоить, если не утроить. Придется искать новые области использования инновационного продукта» [1, с. 202].

При этом необходимо иметь в виду, что инновационная деятельность в своем содержательном наполнении представляет собой комплексный процесс создания, распространения и практического использования различных новшеств (нововведений) для удовлетворения социальных потребностей, изменяющихся под воздействием социально-экономических перемен или вновь возникающих в процессе развития общества. Вполне понятно, что столь сложный процесс целенаправленной творческой деятельности, ориентированной на качественно новый результат (товар, услугу и т.п.), нуждается в научно обоснованном управлении. Такое управление может быть эффективным в том случае, когда учитывается разнообразие социальных статусов и позиций различных субъектов деятельности, включенных в данный процесс. А это предполагает разработку структурно-деятельностной модели инновационной деятельности. Ее архитектоника изображена на рис. 3.



Рис. 3. Структурно-деятельностная модель инновационной деятельности


Пять взаимосвязанных компонентов данной модели могут быть содержательно интерпретированы следующим образом. Под инновацией (новшеством) понимается возникновение новых, ранее не существовавших идей, открытий, способов и результатов деятельности людей, приводящих к созданию и реализации новых технологий, новых продуктов (товаров) и услуг, ориентированных на удовлетворение различных потребностей. Новаторы – это люди, создающие новшества, – ученые, конструкторы, инженеры, композиторы, писатели и т.д. В качестве распространителей нововведений выступают ученики первооткрывателей, их последователи, а также лаборатории, конструкторское бюро, предприятия, фирмы и т.д., создающие опытные образцы новых товаров и услуг. Оценивателями в этом процессе являются руководители организаций и ведомств, эксперты, испытатели и т.п. Завершающим этапом каждого цикла инновационного процесса выступает практическая деятельность людей, осуществляющих массовое производство нововведений и их доставку потребителям. Чтобы многогранная, а в сущности своей инновационная, деятельность этих различных групп работников приводила к желаемому результату – устойчивому развитию предприятия, отрасли или страны в целом, нужна научно обоснованная, рационально организованная и эффективная (разумеется, инновационная по своему характеру и направленности) управленческая деятельность.

Все изложенное позволяет сделать вывод, согласно которому инновационная деятельность представляет собой многогранный, многокомпонентный процесс, включающий в себя семь взаимосвязанных элементов. Они изображены на схеме 4.





Схема 4. Структурная архитектоника инновационного процесса


Представленная на схеме 4 структурная матрица инновационного процесса является инвариантной конфигурацией такого процесса, не зависящей от конкретных его проявлений в той или иной сфере общественной жизни. Однако в реальной действительности инновационный процесс, скажем, в сфере науки протекает с определенными особенностями, отличающими его от инновационного процесса в системе образования или в сфере материального производства. Этим в значительной мере систематизированы особенности инновационной стратегии управления в различных сферах жизнедеятельности общества Второго модерна.

Позитивно оценивая эти и другие инновационные преобразования в системе социального образования, вместе с тем приходится признать, что пока еще мы не может утверждать, что в этой важной социальной сфере обеспечивается системная инновационность.

Чтобы достичь этой цели, необходимо основывать образовательные инновации не только на учете изменяющихся потребностей современного инновационного развития белорусского, украинского и российского обществ и новых мировых тенденций в трансформации образовательных систем, но и на всестороннем учете социальных ожиданий населения, осуществляемом на основе анализа и обобщения результатов четко сформулированных социологических исследований. Такой системный инновационный подход позволит избежать ошибок, связанных с недостаточным учетом социологической информации, экспертных оценок и мнений и умонастроений учащихся, студентов, их родителей и тех организаций, предприятий, фирм, которые оказываются заказчиками на трудоустройство выпускников вузов. В этом случае инновации будут направлены на укрепление образовательного потенциала страны, повышение конкурентоспособности отечественного образования и его выпускников на мировых экономических и социально-образовательных рынках.


Литература

1. Бабосов Е. М. Инновационный менеджмент и его конструктивная роль в условиях финансово-экономического кризиса / Е.М. Бабосов. Социология управления: пособие для студентов вузов. – Минск: Тетра-Системс, 2010. – 272 с. 2. Друкер П.Ф. Энциклопедия менеджмента / П.Ф. Друкер. – М., СПб., Киев, 2004.


Бабосов Є. М. Інноваційна стратегія управління в умовах Другого модерну

Суспільства Другого модерну розглядаються через призму інновацій. Інноваційна діяльність є ознакою економіки знань і пронизує всі інші підсистеми суспільного життя Другого модерну. Пропонується інваріантна структурна матриця інноваційного процесу, яка не залежить від конкретних його проявів в тій чи іншій сфері суспільного життя.

^ Ключові слова: інновація, інноватор, інноваційна діяльність, інноваційна стратегія, Другий модерн, економіка знання.


Бабосов Е. М. Инновационная стратегия управления в условиях второго модерна

Общества Второго модерна рассматриваются через призму инноваций. Инновационная деятельность является признаком экономики знаний и пронизывает все остальные подсистемы общественной жизни Второго модерна. Предлагается инвариантная структурная матрица инновационного процесса, не зависящей от конкретных его проявлений в той или иной сфере общественной жизни.

^ Ключевые слова: инновация, инноватор, инновационная деятельность, инновационная стратегия, Второй модерн, экономика знаний


Babosov E. M. Innovative management strategy under conditions of the Second modern.

Societies of the Second modern are considered through the prism of innovations. Innovative activity is a sign of knowledge economics and it runs through the rest of sub-systems of the social life of the Second modern. Here is offered invariant structural matrix of the innovation process, which does not depend on its manifestations in any sphere of social life.

^ Key words: innovation, innovator, innovation activity, innovative strategy, Second modern, knowledge economy.


УДК 316.3(477)


Каменская Т. Г.

^ ИНФОРМАЦИОННОЕ ОБЩЕСТВО И ОБЩЕСТВО ЗНАНИЯ

Обозначение современного общества через понятия, связанные с информацией и со знанием начали постиндустриалисты, среди которых выделяются Д. Белл, Ф. Махлуп, Й. Масуда, П. Дракер и др. В частности, Д. Белл и П. Дракер писали как об информационном обществе, так и обществе знания. И сегодня мы можем наблюдать, как одновременно по отношению к современным процессам и явлениям используются обозначения, отражающие специфику информационного общества и общества знаний. Можно ли говорить о синонимичности этих названий или в них отражены различные свойства общественной организации? Уяснение данного соответствия или несоответствия и является основной задачей настоящей исследовательской работы.

Американский политик Альберт Гор в работе «Земля на чаше весов» (1992 г.) обратился к иудео-христианским источникам информации. По его мнению, фраза «в начале было Слово» отражает энергетическую сущность информации, с которой все началось. А язык, по его мнению, был первой информационной технологией [1, с. 569]. В 50-е годы ХХ столетия исследователи начали обобщать цивилизационные достижения и пришли к тому, что современное социальное взаимодействие строится преимущественно на коммуникациях, на обмене человеческими ресурсами, к которым относится и информация. От информации и информированности участников коммуникативных процессов, согласно теории информационного общества, зависит эффективность, полнота и глубина взаимодействия. Достижения в сфере компьютерной техники позволили для этого преодолеть пространственные и языковые барьеры.

Теоретики информационного общества отождествляли информацию и знание. Ими были разработаны прогнозы развития информационного общества, которые практически не подтвердились. Главная причина «пробуксовки» этих прогнозов, на наш взгляд, кроется в том, что основатели и сторонники информационных теорий «сделали ставку» на информацию, в то время как существенная роль в социальной организации принадлежит непосредственно знанию.

Увлеченность достижениями в компьютерной технике и технологиях отвлекла внимание исследователей от того факта, что за словом «информация» кроется именно коммуникация, а не знание. Даже компетентность не является знанием, а информированный человек – это скорее не тот, кто больше знает, а тот, кто чаще замечен в каких-либо коммуникациях.

Для более конкретного различения сущностных характеристик информационного общества и общества знания обратимся к различениям на уровне понятий «информация» и «знание». «Очень часто термин «информация» употребляется как синоним знанию» [2]. В исследованиях информации А.Д. Урсулом отмечается, что различные формы движения обеспечиваются информацией: ее передачей, объективацией [3]. Наряду с материей и энергией информацию относят к трем основам мироздания [4] – это код различных материальных и нематериальных образований в мире. Информацию сравнивают и с самой энергией [4, с. 16]. В материалистической философии информация служила прообразом истины. Дифференцированный подход к информации В. Агеева заключается в том, чтобы рассматривать ее как истину и как социально преобразованную истину. Он выделяет информацию, «объективно существующую в природе», и «социальную информацию». Социальная информация – это объективно существующая в природе информация, которая трансформировалась в сознательно организованную в процессе социального отражения и с помощью средств общественно-практической деятельности и коммуникаций [5, с. 97].

Д.И. Блюменау приводит десять отличий знания от информации. В качестве родового он берет термин «сведения». И тогда «знание – это систематизированные, упорядоченные, устоявшиеся «сведения», а информация такими свойствами не обладает». «Знания – это сведения, которыми обладает субъект; информация – все то, что так или иначе зафиксировано в знаковой форме». «Информация – все то, что поступает в наш мозг из многих источников и во многих формах и, взаимодействуя там, образует нашу структуру знания» [4, с. 20–21]. Есть у него и другие сопоставления, которые мы сейчас рассматривать не будем. С нашей точки зрения, знание также определяется как референт сознания, присущего мыслящему индивиду и наделяющего индивида способностями, возможностями в силу того, что оно (знание) является продуктом отбора истины, истинных сведений. Знание – обладание индивидом на уровне сознания некими психоэнергетическими свойствами, позволяющими трансформировать их с помощью ситуации или дополнительных средств (технологий, техники) в благо в самом широком смысле этого слова.

Однако, как известно, на распределении различного рода благ строится социальная иерархия. Знание как социальное благо постепенно занимает место среди базовых факторов, определяющих положение индивидов или групп в социальной иерархии (власть, престиж профессии, доход, собственность). В античную эпоху и Средневековье люди, обладавшие знаниями (как правило, прикладного характера), получали определенные привилегии. Но факт обладания знаниями в те времена практически был неподвластным человеку. Русское слово «призвание», немецкое слово «Der Beruf» – профессия-призвание (от слова rufen – звать) своей семантикой свидетельствуют о специфическом механизме проникновения знания-мастерства в жизнь людей, в котором осуществлялся принцип призыва человека к деятельности, одаренности его от рождения или наделенности талантом свыше. В истории человечества появлялись гениальные ученые, первооткрыватели, подобные Архимеду, Микеланджело, Ломоносову и др., яркий талант которых был свидетельством скорее того, как знание являет себя человечеству.

Длительное время (до конца Средневековья) знание было уделом интеллектуалов-одиночек. В эпоху Возрождения еще сохраняется авторитет индивидуального знания. Начиная с Нового времени (от Декарта), человечество обрело способность распоряжаться научным знанием. Позже, через воздействие на выработку значений, интерпретаций, формирующих практик, значительная часть знаний, принадлежащих человечеству, становится управляемой.

Распространяющееся на всю жизнедеятельность в обществе знание специфическим образом сказывается на социальном статусе индивидов. В отличие от других благ и преимуществ, оно обладает свойством быть сокрытым, непроявленным. Социальная ценность знания постоянно растет. На него распространяются рыночные законы: получения прибыли из знания, создания условий дефицита знания с возможностью эксплуатации его в виде интриг различного уровня, внедрения знания в проекты, в техническое и социальное конструирование.

Знание из личностного ресурса проецируется в социальные формы, и его социальная проявленность постоянно расширяется. Знание определено как результат фокусирования сознательной интенции в мышлении, выражающийся в интеллектуальной способности индивида оперировать различной информацией. Увеличение знаний, особенно о сущности человеческой личности и человеческого социума, превращает само знание в основной ресурс социальных преобразований и изменений. В ходе этих изменений, обусловленных знаниями, порождается новая система распределения знаний в обществе. Иными словами, при современном накоплении знаний создается удвоенный эффект: использование знания в социальной организации сказывается на знаниях различных социальных групп. Появляются группы людей, владеющие знаниями высокого уровня (научными, истинными), и группы людей, низкий уровень знаний которых позволяет использовать по отношению к ним технологии воздействия. Это уже напрямую затрагивает проблему свободы личности в современном обществе знания. Именно знание обеспечивает личности свободу в форме ее социального референта – самостоятельности. В то время как информация снижает уровень самостоятельности, вернее ограничивает личность при принятии решений (например, с точки зрения теории риска, информация как в недостаточном количестве, так и в избыточном, способствует повышению уровня энтропии, неуверенности).

Сознанию приписывают свободу как представители идеалистического мировоззрения, так и сторонники противоположной позиции – материалистической. Уяснив для себя с помощью сознания и из эмпирических ощущений конечность бытия, человек устремляется в сферы, находящиеся за пределами природного мира (Кант эту часть умопостигаемого метафизического мира называл интеллигибельным миром). Природа, а также социально-системные ограничения, через ощущения «несвободы» актуализируют работу сознания в направлении их преодоления. «Освобождение в сознании всегда предшествовало освобождению в действительности» [6, с. 118]. Против этого не могут возразить даже материалисты. С точки зрения же идеалистов, дух, как первопричина, проявляется последовательно. Идея (эйдос) свободы из сферы Абсолюта проникает в мысли. В мышлении человеку трудно отрешиться от абсолютной модели свободы. При попытках воплощения этих моделей в жизнь появляется свобода идей (находящихся между знанием и действиями и побуждающих к действиям), требующая свободы обсуждений, дискуссий и т. д.

С античных времен свободе противопоставляется природа, которая до научно-технического прогресса составляла основу действительности, реальности. Но природа противопоставляется и знанию (как референту сознания). Природу, как противовес личностной свободе, постепенно заменяют системные свойства общественного устройства. Дюркгеймовские социальные факты выступают как внешнее принуждение для личности, способствующее сохранению общества как системы. С таких позиций освобождение от социальных системных норм рассматривалось европейскими мыслителями как путь к свободе через просвещение (через оснащение знаниями) личности.

Европейская культура выбирает направление на индивидуализм, хотя культивация в европейской культуре идей субъективной свободы рассматривалась еще в конце ХІХ столетия как кризисное явление. Ф. Тённис (1855–1936 гг.) предрекал замену общинного образа жизни на буржуазное общество с более автономной личностью, «значимыми ингредиентами» которого будут «ложь и сила» в условиях конкурентного соревнования. Этот прогноз Тенниса называли в Германии «некрологом европейской цивилизации» [7].

Представители русской философии (славянофилы) в «понятиях о личности», формирующейся в европейской культуре, выделяли следующие ее особенности: «культ личной свободы, произвол личности, эгоизм, склонность к бунту, самодовольство, гордость, самолюбие, рационализм, формализм знаний, власть анализа…» [8, с. 111–112]. Речь шла о том, что однополярная направленность на развитие свободы личности в Европе ведет к утрате личностью гуманитарных качеств, что приводит к подмене истинной свободы на «права», «вольности» и т. п.

Сторонники экзистенциализма рассматривают свободу как тождественную бытию. Но, как в бытии существует конфликт, так и в свободе коренится конфликт: «Свободен ли я, когда мои поступки и конституирование моей сущности связывают меня с другими людьми» [9, с. 147].

С укреплением капиталистических отношений вопросы свободы в европейской науке рассматриваются в следующих антиномических позициях: «свободы предпринимательства» и «моральной ответственности», «рыночной свободы» и «вмешательства государства», «взаимоинтеграции индивидов на основе разделения труда» и «свободы от вмешательства». Со временем свобод становится несколько, и они переходят в «права», «независимости», «вольности». Такое обращение со словами входит в состав «техники, применяемой сознательно или бессознательно для управления людьми». Когда «народу обещаются какие-то новые свободы», то это почти всегда делается для того, чтобы скрыть тот факт, что «свобода», как мы ее понимаем, уже нарушена…» [10, с. 120, 119].

В отдельных гуманитарных науках проблема свободы органично интегрирована в их предметную область. Политологическая наука исследует влияние на массы идей свободы; в педагогике рассматриваются вопросы «свободы» и «воспитания»; в социальной работе – «позитивная и негативная свобода» и «позитивная и негативная дискриминация» по отношению к объекту социальной работы. В правовой сфере в последнее время особо актуальной становится проблема «свободы (права) на частную жизнь» и «безопасности государства».

В отраслях социологии проблемы свободы исследуются на уровне таких социологических категорий, как свобода выбора, самоопределение, самостоятельность, самодостаточность, автономность. Из этих категорий к социальному знанию прямое отношение имеет самостоятельность (самодостаточность и автономность в рамках данной работы рассматриваются как ее синонимы).

Феномен самостоятельности представляет собой социально адаптированную проявленность индивидуальной свободы. Так же, как и свобода, самостоятельность для индивидов имеет высокую ценность. Если субъективная свобода противопоставляется социальному принуждению, то самостоятельность является примиряющей их формой, условием сближения свободы индивида и социальных (общесистемных) норм. В самостоятельности сохраняется внутренняя амбивалентность. Самостоятельность для действующего субъекта исключает какое-либо давление, внешнее принуждение или чужую волю. В то же время самостоятельность отнюдь не ассоциируется с безрассудностью и вседозволенностью. Она содержит в себе качество «стояние» – как устойчивость позиций, взглядов и принципов. Свобода личности в условиях социальной системы (т. е. самостоятельность) заключается в двух взаимосдерживающих и взаимопоощряющих явлениях: самоопределение в сфере доступного (свободный личный выбор) и самонормирование как установление для себя норм реагирования на природу, на свободу других.

В исторической сменяемости эпох и принципов организации жизни изменялась и приоритетность источников, обеспечивающих личности самостоятельность. В современных условиях самостоятельность основывается, прежде всего, на высоком интеллектуальном ресурсе личности и на доступности ей достоверной информации.

И самоопределение, и самонормирование (компоненты, образующие самостоятельность) формируются на с