Реферат: Техминимум кодировки текста ascii | Однобайтовые кодиров­ки |

Техминимум.

кодировки ТЕКСТА ASCII | Однобайтовые кодиров­ки | Так и срослось | Семейство 8859 | Двухбайтовые коди­ровки | ISO 10646 и UTF-8 |

HTML | История | В начале был SGML | Прикладная философия | Золотой век | HTML плюс | Идолы рынка | Бяки и буки | Те же и Microsoft | Три, четыре... | Синтаксис | Подстановки | Минимальный документ | Текстовая разметка | Ссылки и привязки | Формы | Изображения и объекты | Таблицы | Фреймы | Национальные особенности | Согласование кодировок | Среды и доступность | Доступ­ность: таблицы | Как писать alt-тексты | Доступность: изображения-карты | Мета-данные и поиск | Мертвая зона | Сухой ос­таток |

^ CSS | Принципы | Возможности | Модульный HTML | Режем по живому | Сборно-панельный сайт | Например |

XML | Синтаксис | DTD | Уровни соответствия | Конверсия | Надстройки | XLL | XSL

ГРАФИКА | Вектор | Вектор в Интернете | 3D | Растр | На все четыре стороны | Цвета | Палитры | Системы представления цвета |

^ ПРОГРАММИРОВАНИЕ | JavaScript | Динамический HTML | Модульные технологии | Динамические стра­ницы |

Основы дизайна.

Как учиться дизайну (75) Дизайн и «чужое творчество» (76) Материалы и инструменты (77)

^ ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ | Раз­мер | Относительность размера | Форма и размер | Искусство выравнивания текста | Цвет и размер | Текстура и размер | Про­порции | Золото и пластмасса | Пропорций простота | Микро­пропорции | Размещение | Одноуровневые элементы | Разно­уровневые элементы | Плотность | Пол и характер | Плотность текста | В нужное время и в нужном месте |

ФОРМА | Прямые | Дизайн Пизанской башни | Прямоугольни­ки | Круги и закругления | Кривые Безье | Бесфор­менность |


^ ЦВЕТ | Как устроен цвет | Прогулка по цветовому кругу | Ну и что? | Главные цвета | Восприятие цвета | Сочета­емость цветов | Текст и фон |

ТЕКСТУРЫ | Плоский цвет | Геометрические текстуры | Пиксельные текстуры | Фотографические текстуры | Материальные текстуры |

ШРИФТ И ТЕКСТ | Элементы шрифта | Гарнитура, начер­тание, шрифт | Systema naturae | Виды начертании | Шрифты и время | Классическая антиква | Переходные шрифты | Но­вая антиква | Кларендон | Новые рубленые | Маятник гуманиз­ма | Подбор шрифтов | Единство противоположностей | Слишком декоративные шрифты | Развивая тему | Шрифты и на­звания | Параметры набора | Кегль | Прописные и строч­ные | Интервалы | Выравнивание и отступы | Размещение | Чья случайность лучше? | Цвет | Текст как текстура |

ЕДИНСТВО | Content is king | Академический стиль | В полный рост |

БАЛАНС | Центр масс системы | Правило рычага |

КОНТРАСТ | Контраст — это продолжение единства другими сред­ствами |^ Одномерный контрасТехминимум К сожалению, веб-дизайн еще не достиг той ступени развития, на которой техниче­ские средства реализации дизайнерских идей отошли бы на второй план. Веб-дизайнер обязан не только свободно ориентироваться во всем спектре технологий современного Интернета, но и сам следить за тем, чтобы его сайты отвечали духу и букве соответствующих стандартов и спе­цификаций.
Стандарты, регламентирующие разные аспекты интернетовских технологий, уникальны своим не поддающимся никакому учету количеством реализации (т. е. веб-страниц, сайтов, сообщений электронной почты и т.д.), — и вслед­ствие этого, увы, чрезвычайно низким в среднем уровнем соблюдения как формальных, так и идеологических требо­ваний этих стандартов. Вина за это лежит не только на массовой аудитории, в большинстве своем не подозрева­ющей о том, чем, к примеру, корректное использование HTML отличается от некорректного, но и на множе­стве наспех написанных программ, генерирующих зачастую не лезущий ни в какие рамки программный или разме­точный код. В этих условиях технологическая грамотность веб-дизайнера приобретает особое значение.

Бурно развивающиеся в последние годы технологии, калей­доскопически сменяющиеся версии программ, напряженная борьба компаний, идей и подходов — все это могло бы дать материал для увлекательного технотриллера толщиной с хо­роший кирпич, а не для главы в несколько десятков страниц. Я написал лишь небольшое введение, которое позволит вам свободнее ориентироваться в официальных спецификаци­ях, стандартах и других справочных материалах, без чтения которых вам все равно не обойтись.

^ Кодировки текста

Отказавшись от пре­тендующего на всеохватность изложения «от теории к прак­тике» и «от простого к сложному», я сразу же попал во власть встречных течений, то и дело отбрасывавших меня назад: «Об этом писать нельзя, пока не объяснено то, а перед этим обязательно нужно рассказать и о том».

Так, поставив на первое место в этой главе технологии раз­метки текста (HTML и XML), я был вынужден сделать еще шаг назад и начать со стандартов кодирования текста в ком­пьютере. Причина не только в особой актуальности этой темы для пользователей, имеющих дело с кириллическим алфавитом; важно также, что она даст нам возможность обсудить некоторые общие принципы передачи и обработки информации в компьютере.

В общем случае кодировка (encoding), или кодовая табли­ца, — это однозначное соответствие между подмножеством целых чисел (как правило, идущих подряд) и некоторым набором символов. Ключевым здесь является понятие сим­вола. Символ может быть буквой (а может и не быть), может соответствовать звуку речи (а может и не соответствовать) и может быть представлен графическим знаком (но может обходиться и без какого бы то ни было видимого образа). Символ — это атом смысла, мельчайшая неделимая частица информации. Так, латинское «А» и кириллическое «А» - это разные символы, потому что они употребляются в разных контекстах и несут в себе разную информацию.

Определяющим для любой кодировки является количе­ство охватываемых ею кодов и, соответственно, символов. Поскольку тексты в компьютере хранятся в виде последо­вательности байтов, большинство кодировок естественным образом распадаются на однобайтовые, или восьмибитные, способные закодировать не больше 256 символов, и двух­байтовые, или шестнадцатибитные, чья емкость может достигать 65636 знакомест.
ASCII Однако прежде чем переходить к восьмибитным кодировкам, нужно сказать несколько слов о кодировке под названием ASCII (American Standard Code for Information Interchange) — кодировке также восьмибитной, но охваты­вающей только 128 символов и потому довольствующейся семью значимыми битами (старший, восьмой бит при этом всегда равен нулю). Важность этой кодировки, включающей латинский алфавит, цифры и основные знаки пунктуации, необычайно велика: почти все остальные (большие по раз­меру) кодировки совместимы с ней, т. е. размещают на своих первых 128 знакоместах те же самые символы в том же порядке.
Первые 32 позиции в кодировке ASCII заняты так назы­ваемыми управляющими символами {control characters), пред­назначенными не для передачи собственно текстовой ин­формации, а для управления устройством, читающим (или получающим по линии связи) текстовый файл. Лишь немно­гие из этих символов — возврат каретки, перевод строки, табуляция — до сих пор используются в более-менее об­щепринятых значениях; остальные, давно уже вышедшие из употребления, в былые времена выполняли для «голого» ASCII-текста те же функции, которые сейчас возложены на разнообразные форматы данных и протоколы связи.
^ ОДНОБАЙТОВЫС КОДИРОВКИ
Задействовав в кодировке ASCII старший бит, мы получаем дополнительные 128 знако­мест, которых должно хватить для кодирования, например, кириллического алфавита или набора каких-нибудь специ-альных символов. К сожалению, восьмибитных кодировок на свете существует гораздо больше, чем наборов символов, которые они кодируют. Очень характерна в этой связи ситуация с русским языком — анархия компьютеризации в нашей стране, наложившаяся на всемирную анархию конкурирующих компьютерных платформ и операционных систем, привела к тому, что для кириллицы существует сразу несколько однобайтовых кодовых таблиц.

Хронологически одним из первых стандартов кодирования русских букв на компьютерах был КОИ8 («Код обме­на информацией, 8-битный»). Эта кодировка применялась еще в доисторические советские времена на компьюте­рах ЕС ЭВМ, и когда в середине 80-х появились первые русифицированные версии операционной системы UNIX, они унаследовали эту кодировку у своих «предков». Сеть Редком, открывшая в начале 90-х эпоху российского Интернета, в те годы состояла в основном из компьютеров с UNIX и потому также приняла кодировку КОИ8 в качестве стан­дартной. В результате КОИ8 является сейчас единственно допустимой кодировкой в русскоязычной электронной по­чте и телеконференциях Usenet и одной из кодировок, которые обязательно должна поддерживать любая русская веб-страница.

Вторая по значению в русском Интернете (и, безусловно, первая по употребимости на персональных компьютерах) кодировка — это стандартная кириллическая кодировка Microsoft Windows, обозначаемая аббревиатурой СР1251 («СР» расшифровывается как «Code Page», «кодовая стра­ница»). Все Windows-приложения, работающие с русским языком, обязаны понимать эту кодировку без перевода. Благодаря распространенности Windows кодировка СР1251, вместе с КОИ8, входит в абсолютный минимум коди­ровок, которые приходится поддерживать русскоязычным сайтам.

Реликтом эпохи MS DOS остается так называемая «альтер­нативная» кодировка, в терминологии фирмы Microsoft — кодировка СР866. И хотя в Интернете компьютеры с MS DOS — большая редкость, кодировка эта сохра­няет определенный авторитет благодаря тому, что она принята в качестве стандартной в операционной системе OS/2 и в некоммерческой сети Фидо. Поэтому изредка можно встретить сайты, предлагающие посетителям в ка­честве одного из вариантов и альтернативную кодировку MS DOS.

Однако первой фирмой, выпустившей русифицированную операционную систему, была все-таки не Microsoft, a Apple. И разумеется, русифицированные Макинтоши, появивши­еся в конце 80-х, имели свою собственную, ни с кем не совместимую кодировку кириллицы. Хотя в нашей стране компьютеры этой марки так и не приобрели популярности, сравнимой с их популярностью на Западе, в Сети можно встретить и кириллическую кодировку для Макинтошей.

^ Так и срослось. Зачем, однако, вообще понадобилось создавать разные кодировки для одного и того же алфавита? Помимо соображений кон­куренции, вообще способствующих появлению несовместимых решении, изобретателями кодировок в первую очередь двигал чисто практический расчет. Как правило, еще до того, как операционная система русифици­руется, за символами из верхней половины таблицы ASCII (с кодами от 128 до 255) уже закреплено то или иное употребление, и чтобы разместить в этом же диапазоне кириллический алфавит, приходится чем-то жертво­вать. Разумеется, наименее ценные кодовые позиции, замещение которых нанесет меньше всего ущерба функциональности системы, в каждом слу­чае свои, и чаще всего необходимые для полного набора кириллицы 66 знакомест (включая букву «ё», которая традиционно выносится за пределы основного алфавита) не удается расположить подряд. Этим и объясняет­ся тот факт, что ни в одной из кодировок, кроме ISO 8859-5 и Unicode, русские буквы не идут сплошным блоком. В некоторых кодировках допус­каются даже отклонения от алфавитного порядка — в частности, в КОИ8 расположение русских букв определяется, как это ни смешно, алфавитом тех латинских букв, которые на клавиатурах советского производства рас­полагались на одних клавишах с соответствующими буквами кириллицы: например, буква «Ю» стояла на одной клавише с символом «@», идущим в ASCII перед латинской «А», и потому стала в КОИ8 «первой буквой алфавита».

Семейство 8859. Похожая ситуация с конкурирую­щими платформами и операционными системами и, как следствие, с конкурирующими несовместимыми кодировка­ми наблюдается и в других языках, пользующихся своим собственным алфавитом или даже латинским алфавитом с расширениями. Международная организация по стан­дартизации (International Standards Organization, ISO) по­пыталась навести порядок в восьмибитных кодировках, создав серию кодировок ISO 8859, расширяющих таблицу ASCII для латинских букв с диакритикой и лигатур (ко­дировка ISO 8859-1), кириллицы (ISO 8859-5), арабского (ISO 8859-6), греческого (ISO 8859-7), иврита (ISO 8859-8) и других алфавитов.

Если кодировка ISO 8859-5 для кириллицы так и не при­жилась, первая из этой серии — кодировка ISO 8859-1, известная также под именем Latin-1, — сумела стать об­щепринятым стандартом для кодирования «расширенной» латиницы. В эту кодировку включены почти все симво­лы, употребляющиеся в письменностях западноевропейских языков — французского, немецкого, испанского и т.д. По аналогии с ASCII первые 32 позиции во второй половине кодировок серии ISO 8859 (коды со 128 по 159 включи­тельно) объявлены «неиспользуемыми». На сей раз, однако, производители программ решили обойти этот запрет. Так, большинство шрифтов для Windows соответствуют кодиров­ке ISO 8859-1 начиная с позиции 160 до конца таблицы, но в диапазоне 128—159 размещают некоторые дополнительные символы (в частности, длинное тире и символ «торговой марки», стр. 233). Поскольку HTML обязан соответство­вать стандарту Latin-1 (а начиная с версии 4 — Unicode), числовые подстановки (стр. 29) не могут ссылаться на коды из этого диапазона.

^ ДВУХБАЙТОВЫЕ КОДИРОВКИ.

Языки с иероглифической пись­менностью (японский, китайский, корейский) пользуются смешанными кодировками, в которых иероглифы (а их в сотни раз больше, чем букв в алфавите) представлены двухбайтовыми кодами, а вставки на латинице кодируются по однобайтовой таблице (обычно совпадающей с Latin-1). Переключение между двухбайтовым и однобайтовым режи­мами производится специально зарезервированными упра­вляющими символами.

В 1991 году была предпринята попытка создать единую уни­версальную двухбайтовую кодировку, охватывающую все алфавиты и иероглифические системы мира. Результатом стал стандарт под названием Unicode, покрывающий не только системы письменности всех живых и большинства мертвых языков мира, но и множество музыкальных, мате­матических, химических и прочих символов. Хотя массовое применение Unicode в документах и программах остается делом будущего, для веб-дизайнера эта кодировка имеет особое значение, так как именно она объявлена «стандарт­ной кодировкой документа» в HTML начиная с версии 4 (стр. 32).

ISO 10646 и UTF-8. Предвидя неизбежное рано или поздно исчерпа­ние и двухбайтового кодового пространства (пока еще до этого далеко, так как около 30% кодов в Unicode до сих пор не заняты), ISO уже застолбила стандарт четырехбайтовой, совместимой с Unicode кодировки под названием ISO 10646. Пока что вместо этого обозначения, которое то и дело попадается в стандартах, вы можете с чистой совестью подста­влять «Unicode», так как никаких новых символов, выходящих за границы совпадающих с Unicode первых 65536 знакомест, в ISO 10646 еще не опре­делено.

По-видимому, в ближайшее время все более важную роль будет играть особый формат Unicode (и ISO 10646) под названием UTF-8. Эта «про­изводная» кодировка пользуется для записи символов цепочками байтов различной длины (от одного до шести), которые с помощью несложно­го алгоритма преобразуются в Unicode-коды, причем более употребитель­ным символам соответствуют более короткие цепочки. Главное достоинство этого формата — совместимость с ASCII не только по значениям кодов, но и по количеству бит на символ, так как для кодирования любого из первых 128 символов в UTF-8 достаточно одного байта (хотя, например, для букв кириллицы нужно уже по два байта).

HTML

Вместе с XML, которому посвящен следующий раздел HTML обычно причисляют к «языкам разметки текста». На самом деле роль этих двух языков, как и самого формата под названием «просто текст» («plain text»), выходит далеко за рамки обработки текстовой информации.

Текстовая часть любой веб-страницы теснейшим образом переплетена с управляющими конструкциями языка HTML, невидимыми сами по себе, но определяющими внешний вид и размещение всех остальных элементов страницы. Таким образом, в первую очередь HTML выполняет роль «скелета» страницы и сайта в целом — на HTML-разметку нанизываются текст, изображения, ссылки, интерактивные элементы и вообще все, что только может быть отображено в окне броузера. Лишь «по совместительству» HTML-файл содержит в себе еще и собственно текстовую часть стра­ницы.
ИСТОРИЯ
Давайте для начала проследим короткую, но необычайно насыщенную историю HTML — языка, в котором столкнулись противоположные (и, в идеале, взаимодопол­няющие) подходы к проблеме представления информации в компьютере и который стал в последние годы ареной сотрудничества и противоборства основных действующих лиц «компьютерного театра».

^ В начале был SGML. Начало истории HTML следует отнести к далекому 1969 году, когда Чарльз Гольдфарб, ра­ботавший тогда в компании IBM, создал прототип языка для разметки технической документации, впоследствии назван­ного GML, а с приданием ему в 1986 году статуса между­народного стандарта — SGML (Standard Generalized Markup Language). Этот обобщенный метаязык предназначен для построения систем логической, структурной разметки лю­бых разновидностей текстов. Слово «структурная» означает, что управляющие коды, вносимые в текст при такой разметке, не несут никакой информации о форматировании документа, а лишь указывают границы и соподчинение его составных частей, т. е. задают его структуру.

Создатели SGML стремились полностью абстрагироваться от проблем представления текста в разных программах, на разных компьютерных платформах и устройствах вывода. Хотя формально ничто не мешает записать средствами SGML любую информацию об элементах документа — в том числе и параметры его форматирования (например, шрифт Times полужирного начертания кегля 12 пунктов для за­головков), — идеология этого языка требует ограничиться указанием на уровень заголовка и его место в иерархической структуре документа. Все остальное должно быть вынесено в так называемые стилевые спецификации — совершен­но отдельный и, как принято выражаться, ортогональный (т. е. допускающий независимое изменение) по отношению к структурной основе информационный «слой».

Благодаря этим ограничениям размеченный текст сможет без труда интерпретировать любая программа, работающая с любым мыслимым устройством вывода. К примеру, при работе в графическом интерфейсе заголовок может действи­тельно выводиться полужирным шрифтом повышенного кегля; программа, использующая текстовый интерфейс, вы­делит его пустой строкой сверху и снизу и, возможно, повышенной яркостью символов; синтезатор речи, чита­ющий документ вслух, сможет отметить заголовок паузой и изменением интонации; наконец, «робот», собирающий базу, придаст тексту заголовка больший «вес» при контекст­ном поиске. Можно сказать, что SGML-разметка обнажает нематериальную «душу» текста, для которой впоследствии любая программа-интерпретатор сможет подобрать подхо­дящее к случаю «тело».

Сам по себе SGML есть не готовая система разметки текста, а лишь удобный метаязык, позволяющий стро­ить такие системы для конкретных обстоятельств. Жизнь многообразна и непредсказуема: сегодня вам требуется вы­делять в текстах заголовки, а завтра, возможно, понадобится размечать подписи в письмах, математические формулы или имена действующих лиц в пьесе. Стандарт SGML устанавливает лишь синтаксис записи элементов разметки, а также правила определения новых элементов и указания структурных отношений между ними. Для практической же разметки документов нужно приложение SGML — набор определений элементов, представляющий собой, по сути, формальное описание структуры документа.

^ Прикладная философия. Разделение «содержания» и «представле­ния» как двух независимых аспектов информации — идея не особенно новая. Как и другие абстрактные противопоставления, до недавнего време­ни она оставалась чисто философской концепцией, не имевшей никакого выхода на практику. Вспомним, однако, что задолго до того, как фи­лософия смогла сделать свои первые шаги, способность к абстрактному мышлению и поаспектному анализу вещей и явлений должна была воз­никнуть и оформиться в языке. Лингвистам известно, что у языков, нахо­дящихся на начальных стадиях развития, зачастую отсутствует способность к разделению абстрактных аспектов явлений — такой язык может иметь самостоятельное слово для «падающего снега» при полном отсутствии слов для понятий «падать» и «снег» по отдельности. Очевидно, невозможность сказать что-то отражает и невозможность это помыслить. К чему я заговорил о языке? Дело в том, что история развития абстракт­ного мышления в целом — хороший аналог происходящему на наших глазах медленному и трудному процессу вычленения и очищения аспек­тов компьютерного представления информации. До сих пор подавляющее большинство текстов создаются и хранятся в «фирменных», ориентирован­ных на визуальное представление форматах вроде MS Word, — которые, как языки первобытных племен, неспособны отделить «существительное» содержимого документа от «прилагательного» его представления в той или иной среде.

Собственно говоря, в докомпьютерную эпоху практическая задача разделе­ния аспектов документа вообще не могла стоять. Единственное «преобра­зование формата», возможное для бумажного документа, — это прочтение его вслух, и очевидно, что доступ к хранящейся отдельно структуре тек­ста не очень-то помог бы в такой ситуации. Совсем другое дело — текст, хранящийся в компьютере, — компьютере, возможности которого уместно сравнить с мощью хорошо развитого человеческого языка. Как и язык, компьютер способен оформить, сохранить и сообщить вовне любую аб­стракцию, если только для этой абстракции разработана соответствующая нотация, т.е. синтаксис записи.

Именно таким синтаксисом и является язык SGML. Теперь мы можем мыслить содержание и оформление как две не только потенциально, но и реально отдельные друг от друга сущности именно потому, что компьютер позволяет нам «высказать» их по отдельности. Важно отметить, однако, что SGML не есть инструмент для разделения содержания и представления, а всего лишь удобное средство хранения уже возогнанной и очищенной структурированной информации. Само же вычленение структуры — в лю­бом случае задача человека: как и язык, компьютер не может мыслить сам, а лишь помогает мыслить человеку. Не менее важно и то, что в SGML нет никакой изначальной склон­ности к «содержанию» в ущерб «оформлению»; единственное требование к информации, сохраняемой средствами SGML, — это ее структурированность. В виде иерархической структуры вложенных друг в друга элементов вполне можно представить не только содержимое документа, но и набор относящихся к нему правил и параметров оформления (как это и сделано в языке XSL, стр. 53). Собственно говоря, SGML-документ больше всего похож на базу данных с произвольной длиной поля и возможно­стью установления иерархических отношений между полями. Как и базе Данных, SGML-документу все равно, что хранить в себе, лишь бы данные соответствовали заранее заданной структуре, — смысл которой придан ей человеком и существует только для него.

Как мы видим, компьютер — не только лучший из созданных до сих пор инструментов для записи идей, но и единственное изобретение человека, позволяющее реализовать на практике многие идеи, до сих пор казавшиеся чистой абстракцией.

^ Золотой век. Принципы, на которых строится язык SGML, значительны и интересны; несомненно, идеология языка оказала влияние на многие компьютерные разработ­ки. Однако сам по себе SGML не получил сколько-нибудь заметного распространения до тех пор, пока в 1991 г. со­трудники Европейского института физики частиц (CERN), занятые созданием системы передачи гипертекстовой ин­формации через Интернет, не выбрали SGML в качестве основы для нового языка разметки гипертекстовых до­кументов. Этот язык — самое известное из приложений SGML — был назван HTML (HyperText Markup Language, «язык разметки гипертекста»).

Изначально HTML, как и положено SGML-приложению, разделял все особенности идеологии SGML. Из сорока с небольшим тегов HTML версии 1.2 (датированной июнем 1993 г.) всего три, да к тому же и не рекомендованных к ис­пользованию, тега осмеливались намекать на физические параметры представления документа. Вся разметка была чисто логической, и лишь в описательной части стандарта, сопровождающей формальное определение тегов, можно было прочесть что-нибудь вроде «в графических броузерах действие этого тега может передаваться курсивным начертанием».

Первым же (и единственным в те далекие времена) графи­ческим броузером была программа Mosaic, разработанная, как и сам WWW, в научном учреждении — Национальном центре суперкомпьютерных приложений США (NCSA). Так что нет ничего удивительного в том, что в этот «золотой век» никаких противоречий между официальными стандартами и их реализацией в броузерах еще не существовало. HTML неторопливо развивался, оставаясь в рамках парадигмы структурной разметки, и в апреле 1994 г. началась подго­товка спецификации следующей версии языка — 2.0. Этим занимался образованный в том же году Консорциум W3 (W3 Consortium, сокращенно W3C), перенявший от CERN верховную власть и авторитет в мире WWW.

В настоящий момент консорциум, имеющий статус «меж­дународного и некоммерческого», объединяет свыше 150 организаций-членов, в том числе фирмы Netscape, Microsoft и множество других. Однако в 1994—1995 гг. его членами были почти исключительно университеты и научные учре­ждения. Столь академический состав W3C сказывался как на самих документах, публикуемых консорциумом, так и на процедуре (и особенно на сроках) их принятия. Достаточ­но сказать, что спецификация HTML 2.0, единственным серьезным усовершенствованием в которой был механизм форм (стр. 30) для отсылки информации с компьюте­ра пользователя на сервер, была окончательно утверждена лишь в сентябре 1995 г., когда в W3C уже полным хо­дом шло обсуждение HTML 3, — или, как его называли поначалу, «HTML+».

HTML плюс. Пожалуй, проект HTML 3 — самая яркая и неоднозначная страница в истории языка. Работа над ним началась в марте 1995 г., и первоначальный вариант стандарта включал в себя много интересных нововведений — теги для создания таблиц, разметки математических формул, вставки обтекаемых текстом рисунков, примечаний и др. Но самое главное — HTML 3 был попыткой разрешить уже достаточно очевидное к тому времени противоречие между идеологией структурной разметки и потребностями пользователей, заинтересованных в первую очередь в гибких и богатых возможностях визуального представления.

Противоречие это было разрешено опять-таки в полном соответствии с идеологией SGML: W3C ввел в HTML 3 поддержку так называемых иерархических стилевых специ­фикаций (CSS, стр. 40). Система CSS формально неза­висима от HTML, имеет совершенно иной синтаксис, не наследует никаких идеологических ограничений и позволя­ет, уже в совершенно иных терминах, задавать параметры графического (так же как и текстового, звукового и какого угодно другого) представления для любого тега HTML.

Нет сомнения, что CSS — почти идеальный способ изба­вить HTML от наследственных дефектов и перевести его развитие на принципиально новые рельсы. Тем досаднее то, как сложилась судьба этого замечательного изобретения. Поскольку спецификацию CSS увязали с другими нововве­дениями HTML 3, W3C долго не утверждал ее в качестве официального стандарта; задерживалось и доведение ее до более или менее завершенного вида, при котором стала бы возможной реализация CSS в коммерческих продуктах.

^ Идолы рынка. А между тем коммерческое освоение WWW не заставило себя долго ждать. В начале 1994 г. группа разработчиков броузера Mosaic основала корпорацию Netscape Communications и вскоре выпустила первую версию коммерческого броузера Netscape (начиная с. версии 2.0 — Netscape Navigator, а с версии 4.0 — Netscape Communicator). С этого момента начался экспоненциаль­ный рост WWW, продолжающийся по сей день. Чтобы закрепить лидерство (на которое, впрочем, тогда еще мало кто покушался) и привлечь новых пользователей, Netscape вводила в HTML все новые и новые усовершенствова­ния, — поддерживаемые, разумеется, только броузером Netscape.

Практически все новые теги, без устали изобретаемые Netscape, были направлены на улучшение внешнего вида документа и расширение возможностей его форматирования. Причины понятны: чтобы убедить, скажем, бизнесмена, что ему пора обратить внимание на некую новую технологию» прежде всего нужно показать ему ее в привлекательном, «товарном» виде. Поставив себе целью завоевание корпоративного рынка, разработчики из Netscape не могли (да и не хотели, по-видимому) уделять должное внимание сложив­шимся традициям развития языка. В результате тот вариант HTML, который поддерживала выпущенная в начале 1996 г. версия Netscape Navigator 2.0, представлял собой довольно странную смесь старых логических тегов с беззастенчиво вломившимися новыми, ориентированными на графическое экранное представление документа и затрудняющими его воспроизведение на других устройствах вывода.

Бяки и буки. Такая политика компании, с одной сто­роны, принесла ей быстрый и впечатляющий успех (одно время версии Netscape Navigator составляли более 90% всех используемых броузеров), а с другой — вызвала ожесточенное сопротивление наиболее сознательной ча­сти HTML-сообщества. Энтузиасты неустанно разъясняли и разъясняют каждому, кто согласен их слушать, что HTML по природе своей не имеет права зависеть от какого-то конкретного броузера и что заявления типа «эту страницу лучше всего смотреть в Netscape Navigator» являются просто насмешкой над здравым смыслом.

Помимо использования «плохих» Netscape-ориентирован­ных тегов, широко распространена также практика «зло­употребления» средствами HTML ради сопутствующих им визуальных эффектов. Скажем, вместо того чтобы использовать тег TABLE только для оформления «настоящих» таблиц, веб-дизайнеры сплошь и рядом применяют таблицы без рамок для построения графического «каркаса» страницы (стр. 234). Нет нужды объяснять, что оформление в ви­де таблицы того, что по сути своей таблицей совсем не является, есть прямое нарушение идеологии структурной разметки.

С другой стороны, если все-таки признать за HTML (в отсутствие CSS) пра­во совмещать в себе содержательный и оформительский аспекты разметки, то можно, придерживаясь ряда несложных правил (стр. 35), создавать стра­ницы, великолепно выглядящие в графических броузерах и притом вполне доступные в любых неграфических средах.

^ Те же и Microsoft. В конце 1995 г. ситуация в ми­ре HTML была довольно смутной. Популярность броузера Netscape неуклонно росла; программисты этой фирмы гото­вили к выпуску версию 2.0, которая должна была утвердить господство Netscape на вечные времена благодаря не­слыханному набору новшеств (интерфейс подключаемых модулей, поддержка Java-апплетов, встроенный язык сце­нариев JavaScript, возможность разбивки окна на фреймы и многое другое). К этому времени W3C окончательно завяз в своем проекте HTML 3, который был слишком сильно оторван от реальности и на завершение которого у консор­циума попросту не хватало ни сил, ни средств. HTML 3 по сравнению с HTML 2.0 был важным шагом вперед, однако он развивался по-прежнему в рамках идеологии структурной разметки, а инструмент, дающий возможность выйти за эти рамки, — система CSS — был еще далек от завершения.

В этот переломный момент в игру вступил новый участ­ник — корпорация Microsoft. Долгое время эта компания, привыкшая монопольно владеть своим сектором рынка, недооценивала перспективы Интернета и не собиралась как-либо участвовать в развитии этой информационной среды. Однако невероятный взлет Netscape (число ко­пий броузера Navigator измерялось к этому времени уже Десятками миллионов) заставил Microsoft изменить свое мнение.

И именно на броузерном фронте, где господство Netscape оставляло меньше всего шансов конкурентам, корпорация Microsoft нанесла свой главный удар. Поначалу мало кто верил, что броузер Microsoft Internet Explorer, который тогда существовал в версии 2.0 и не представлял собой ничего выдающегося, сможет составить конкуренцию Netscape. Тем не менее выпущенная летом 1996 г. версия Internet Explorer 3.0, которая поддерживала почти все расширения Netscape, вызвала настоящий бум и очень быстро утвер­дилась в качестве «второго главного броузера». Сейчас Microsoft и Netscape делят рынок броузеров почти поровну, и окончательный исход их битвы не берется предсказать никто.

Несколькими ловкими ударами поставив свой броузер на один уровень с казавшимся некогда непобедимым Netscape, корпорация Microsoft, оче­видно, не собирается останавливаться на достигнутом. Но еще интереснее то, что Microsoft при этом пытается создать для себя новый имидж — компании, поддерживающей независимые организации вроде W3C и забо­тящейся об авторитете официальных стандартов не меньше, чем о своей выгоде. На этом фоне Netscape, еще недавно имевшая репутацию главного генератора идей и технологического локомотива всей Интернет-индустрии, начинает казаться слишком закрытой, негибкой и эгоистичной в своих на­мерениях. В действительности же стратегия Microsoft (как и незадолго до этого Netscape) заключается в том, чтобы, объявив официально о поддержке какого-то открытого стандарта, немедленно «улучшить» его расширениями, поддерживаемыми только в продуктах Microsoft, добиться признания этих расширений де-факто частью стандарта — и тем самым установить кон­троль как над самим стандартом, так и над соответствующим сегментом рынка.

^ Очевидно, чувствуя потерю инициативы, корпорация Netscape решилась весной 1998 г. на беспрецедентный шаг — опубликовала исходные тексты своего броузера на сайте http://www.mozilla.org/и пригласила всех желаю­щих программистов и тестеров принять на некоммерческой основе участие в подготовке следующей версии. Как это ни странно, именно работаю­щие из чистой «любви к искусству» энтузиасты создали многие свободно распространяемые и пользующиеся притом огромной популярностью про­граммы (в их числе даже целая операционная система — Linux), и Netscape явно не прочь подзарядиться новыми силами и идеями из этого неис­черпаемого и почти бесплатного источника. По некоторым сведениям, не коммерческих конкурентов, а именно «открытые» программы со свободно распространяемым исходным кодом Microsoft считает главной угрозой для своего могущества.

^ Три, четыре... Одновременно с разработкой конкурен­тоспособного броузера Microsoft решила «навести порядок» и в мире HTML. Взяв под свою опеку W3C, она напи­тала его денежными и людскими ресурсами и тем самым заработала право едва ли не решающего голоса в этой организации. Проект HTML 3 был заморожен, а вместо него в сжатые сроки создан стандарт HTML 3.2, который, по сути, всего лишь описывает большинство расширений Netscape (с тем же успехом их можно назвать теперь «рас­ширениями Microsoft»). Пройдя обычный в W3C процесс обсуждения и внесения поправок, спецификация HTML 3.2 была утверждена в январе 1997 года. Спираль развития HTML завершила свой первый виток — как и в «зо­лотой век», расхождения между предписаниями стандарта и реализацией HTML в броузерах вновь были сведены к минимуму.

В декабре того же 1997 г., с принятием стандарта HTML 4.0, маятник, похоже, качнулся уже в обратную сторону — наряду с дальнейшим обогащением репертуара визуальных тегов, эта версия ввела немало пусть и не вполне «ло­гических», но очень важных расширений для поддержки многоязычных документов (стр. 32) и обеспечения доступ­ности документа в разных средах (стр. 34). Кроме того, в HTML 4 наконец-то прямо в тексте стандарта четко проведено разделение логических и визуальных тегов (по­следние объявлены «нерекомендованными», «deprecated»). Кстати, объем спецификации HTML 4 (которую я советую прочесть всем, кто имеет хоть какое-то отношение к веб-дизайну) в несколько раз больше, чем у 3.2, в основном не за счет описания новых тегов, а благодаря гораздо бо­лее подробному обоснованию целей и идеологии языка — так, в спецификацию включен даже краткий курс SGML и разбор HTML DTD.

Многие считают, что язык HTML исчерпал потенциал своего развития и что добавление новых тегов вряд ли выведет его на принципиально иной уровень. История HTML, полная борьбы и противоречий, по-видимому, близится к завершению. Точнее, подошла к концу история его развития, так как применяться в более или менее неизменном (и, по-видимому, близком к современному) виде он будет еще долго — ведь в мире накоплено огромное количество ресурсов, жестко привязанных к этому языку. Очень хочется надеяться на то, что наследником HTML станет XML (стр. 47) — язы