Реферат: Нат песчаный овраг в лесу. Ночь

ЧЕТВЁРТАЯ СЕРИЯ


НАТ - ПЕСЧАНЫЙ ОВРАГ В ЛЕСУ. НОЧЬ.


В ночном небе ярко светит луна.

На краю оврага стоит джип. Из оврага - доносится стук лопаты.

В овраге трое - Михаил, Шейла и Федор.

Шейла, сжав от негодования губы, держит в руке мощный фонарь.

Федор, скрипя от злобы зубами, роет в песке яму маленькой саперной лопаткой из набора автомобилиста. На краю ямы лежит тело убитой, завернутое в брезент.

Михаил, стоя чуть в стороне, держит Шейлу и Федора под прицелом пистолета.


ШЕЙЛА

- Док. Нет никакого смысла нас убивать.

Никто и не собирался сдавать тебя ментам.

А после этих похорон - мы вообще

соучастники.

Пошевели мозгами.


МИХАИЛ

- После собачей жизни, которую мы

когда-то вели, я слишком долго строил

свой мир. И уничтожу каждого, кто

попытается его разрушить.

ШЕЙЛА

- Не делай глупостей. По любому,

ты в поле зрения тех, кто нас послал.


МИХАИЛ

- Плевать мне на тех, кто вас послал.

Я давно не при делах.


ШЕЙЛА

- А если это - генерал Рубцов?


Михаил криво усмехается.


МИХАИЛ

- Он что - до сих пор жив?

ШЕЙЛА

- Док. Похоже, за эти годы ты просто

повредился в уме.

Федор останавливается.

ШЕЙЛА

- Вспомни хотя бы, что когда-то я

спасла тебе жизнь... Причём сама тогда

чуть не сдохла…


Михаил презрительно усмехается.


МИХАИЛ

- Это не повод менять свои решения.


Федор стаскивает брезентовый сверток в яму и, выбравшись наверх, начинает его закапывать.

Шейла свободной рукой достает из кармана пачку сигарет. Коваленко бросает на нее внимательный взгляд.

Федор лезет рукою в карман. Михаил направляет на него пистолет.


ФЕДОР

- Зажигалка… для дамы.


Федор, достав зажигалку, бросает ее Михаилу. Михаил ловит зажигалку свободной рукой, но поджигать Шейле сигарету не спешит.


ШЕЙЛА

- Все неприятности в твоей жизни, Док,

происходили из-за женщин. Что случилось

на этот раз? Очередная возлюбленная

спуталась с более привлекательным боссом?

Кто- кто, а уж я то тебя - хорошо

знаю...


Глаза Михаила вспыхивают злостью, но он сдерживается.


МИХАИЛ

- А ты, по-прежнему - поразительно

догадлива...


ШЕЙЛА

- Загулявшей подруге – стоит, конечно,

задать трепку. Но убивать то зачем?

Решил поиграть в Синюю Бороду?

Сигарету мне… подожги…


Михаил, подойдя к Шейле, щелкает зажигалкой. Шейла, прикуривая, пристально смотрит ему в глаза...


Федор, молниеносно размахнувшись, бросает лопату. Лопата бьет Михаила черенком прямо в висок. Все погружается в темноту...


НАТ - РЕКА. РАННЕЕ УТРО. ГДЕ-ТО ЗА ГОРОДОМ.


На горизонте еле-еле розовеет полоска рассвета, а на небе видна бледная утренняя луна.

На волнах покачивается яхта Стрешинского. На верхней палубе дежурит охранник.


ИНТ – НЕИЗВЕСТНАЯ КОМНАТА.


В той же самой, полутёмной комнате, напоминающей – то ли аппаратную, то ли монтажную, за компьютером работает человек. Черты его лица, как и в прошлый раз, различить невозможно.

На мониторе компьютера – программа видео-монтажа. Перед монитором – стоит уже знакомый африканский сувенир из трёх обезьянок.

Один за другим, то ускоренно, то в естественном режиме, на «рабочем столе» «прокручиваются» фрагменты вчерашней конференции в Академии Наук.

Лица гостей, столы с угощениями, записи фрагментов разговоров…

Сергей Бутенко, выступающий с докладом. Довольно посмеивающийся профессор Шохин.

Шохин, Бутенко и Шевцова оборачиваются в сторону Михаила Коваленко.


ШОХИН

- У нас частная беседа. Вся информация –

в материалах семинара.


Стоп - кадр. Увеличение. Лица людей – крупно. Человек у монитора акцентирует на фрагменте своё внимание…

Группа журналистов и врачей у столов с едой.

Шейла и Федор – прохаживаются среди экспонатов. Стоп - кадр. Увеличение. Лица людей – крупно. Федор презрительно усмехается.


ФЕДОР

- Неужели этот человек - и вправду гений?


ШЕЙЛА

- Многие так говорят. Но для большинства

людей – он просто не существует…


На городской улице останавливается автомобиль Стрешинского. Из него выходит Тамара.

«Перемотка».

Тамара, выйдя из такси, входит в дом Михаила Коваленко.

«Перемотка»

Оглянувшись по сторонам, в дом Михаила Коваленко входит патологоанатом Борис. Увеличение. Лицо оглядывающегося Бориса крупно.

Человек за компьютером продолжает просматривать видеоматериал. И нельзя сказать, кто из увиденных людей интересует его больше других…


ИНТ – КАЮТА НА ЯХТЕ.


На кровати, в той самой каюте, где Стрешинский встречался с Тамарой, лежит Жанна.

Проснувшись, Жанна обнаруживает, что находится в каюте одна. Половина кровати свободна.

Встав и надев халат, Жанна выходит в коридор. Заглядывает в соседние помещения. Поднимается наверх. Выходит на палубу.

Жанна видит Виктора стоящим в одиночестве на носу яхты и набирающим номер на “мобильнике”.

Набрав номер, Виктор терпеливо слушает доносящиеся из трубки длинные гудки...

Жанна молча наблюдает за мужем.


НАТ - ОВРАГ В ЛЕСУ. РАННЕЕ УТРО.


Овраг наполняют отчетливая мелодия звонка мобильного телефона.

Звонки доносятся из-под земли - в том самом месте, где Федор копал яму.

Вокруг – ни души…


ИНТ – НЕИЗВЕСТНАЯ КОМНАТА.


На мониторе компьютера идет поэтапное увеличение участка местности с «сигналящей» в такт телефонным звонкам красной точкой, «говорящей» о местонахождении источника звонка.

Человек, сидящий за монитором, устанавливает точные координаты источника. Его рука в процессе работы переставляет одну из трёх обезьянок.


НАТ - РЕКА. ЯХТА СТРЕШИНСКОГО.


Виктор, дослушав последний гудок, отключает связь. Какое-то время он стоит в задумчивости. Потом, вытащив из телефона сим-карту, разламывает ее и бросает обломки в воду. Потом - швыряет туда же “мобильник”.

По воде в разные стороны разбегаются круги, а телефонный аппарат скрывается в зеленой речной мгле…

Жанна бесшумно уходит – спокойно и совершенно не прячась. Виктор, тем не менее, её не замечает.


НАТ - ОВРАГ В ЛЕСУ. УТРО.


По лесу, приближаясь к оврагу, едет мощный джип. В нём – двое крепких парней в штатском. Один – ведёт машину. Второй – держит в руках прибор спутниковой связи для ориентирования на местности.


ВТОРОЙ

- Тормози – приехали.

Парни выходят из машины. Второй ещё раз глядит на прибор и оставляет его на сиденье. Достаёт мобильник и набирает номер

Первый, осматриваясь по сторонам, блаженно потягивается.


ВТОРОЙ

- Ало. Мы на месте. Сделай вызов.


Спрятав мобильник, второй прислушивается. Через пару мгновений со стороны оврага раздаётся еле слышный звук знакомого телефонного звонка.

Парни идут на звук, спускаются в овраг и останавливаются на свежепритоптанной земле. Звук идёт именно оттуда.


ВТОРОЙ.

- Ну, всё. Дуй за лопатами. Будем копать.

Двое крепких ребят, через открытые задние двери, грузят в машину брезентовый мешок с телом. Туда же забрасывают лопаты. Садятся в машину и выезжают из оврага.


НАТ – ПРОСЕЛОЧНАЯ ДОРОГА, САЛОН АВТОМОБИЛЯ.


Джип едет по проселочной дороге.

Из глубины салона раздается музыкальный звонок. Парни с досадными усмешками переглядываются.


ПЕРВЫЙ

- “Мобильник вытащить забыли.

Достань, а?


ВТОРОЙ

- Сам доставай...


ПЕРВЫЙ

- Я за рулем, или где?! Так он всю

дорогу с того света звонить будет!


Второй, тяжело вздохнув, лезет в глубину салона. Засунув руку в мешок, он шарит там с брезгливой гримасой. Достав «мобильник», возвращается на своё место.


ВТОРОЙ

- Не служба, а сплошная романтика.

ПЕРВЫЙ

- В парикмахеры надо было идти…

Джип из леса выезжает на автотрассу.


НАТ - ДАЧА ЗА ГОРОДОМ.


На крыльцо аккуратной благоустроенной дачи выходит Федор и, закурив, облокачивается на перила веранды.


ИНТ - ДАЧА ЗА ГОРОДОМ. ГОСТИНАЯ.


В гостиной, крепко привязанный к стулу, сидит без сознания Михаил. На его виске видна свежая ссадина от удара лопатой.

По комнате нервно прохаживается Шейла. Ее терпение подходит к концу и, набрав из стоящего на табуретке ведра кружку воды, она выплескивает воду в лицо Михаилу.


ШЕЙЛА

- Ну, хватит, Док! Давай включайся!


Михаил начинает открывать глаза и, пошевелившись, встряхивает головой. “Наведя резкость”, Михаил обводит комнату изучающим взглядом.

Шейла щелкает перед лицом Михаила пальцами.


ШЕЙЛА

- С добрым утром, Отелло. Быть глупым -

не страшно. Но только тогда, когда

вокруг все свои...


Шейла берет из бара бутылку водки и, смочив водкой носовой платок, промачивает ссадину на виске Михаила. Михаил морщится.


МИХАИЛ

- Может, не стоило по голове? Все

таки - рабочий орган...


ШЕЙЛА

- И это говорит «офицер - альфовец”?

Бывший боевой “центурион”? До чего

ты вообще опустился, Коваленко? Живешь

в свое удовольствие. Душишь изменивших

тебе баб. А закапывать их - заставляешь

вчерашних боевых товарищей?


МИХАИЛ

- Тебе приходилось делать это и раньше...


ШЕЙЛА

- То - были враги!


МИХАИЛ

- Врагов у меня давно нет. А убийство

произошло по чистой случайности. Я

себя не контролировал...

Но, раз я не лежу сейчас в той же яме,

вам от меня что-то нужно...

Может, всё-таки развяжете?

В комнату заходит Федор... Шейла кивает ему, разрешая развязать Михаила.


ИНТ – КАБИНЕТ НАЧАЛЬНИКА ГУВД.


В кабинет милицейского генерала входит следователь Талгат Каримов.


ТАЛГАТ

- Вызывали, товарищ генерал?


ГЕНЕРАЛ

- Как расследование, Каримов?! Где

результат?! Дело твоё – на виду. Не дело

а просто песня популярная. И не хочешь,

а в голове вертится. А забудешь – так

напомнят. С утра уже – из мэрии звонили.


ТАЛГАТ

- Работаю, товарищ генерал.

ГЕНЕРАЛ

- Работай, Каримов. Только быстро.

И желательно – головой.

К нам сегодня по линии ФСБ информация

пришла. Труп там у них криминальный.

Не знаю, что за история. Но на теле погибшей

обнаружен след – от укола шприцем.

Вот тебе их телефоны. Свяжись.


ТАЛГАТ

- Вы думаете - этот случай связан с

моим расследованием?


ГЕНЕРАЛ

- Я об этом - не думаю! Об этом - думаешь ты!

Думаешь, делаешь, докладываешь! Свободен!

ИНТ - ДАЧА ЗА ГОРОДОМ. ГОСТИНАЯ.


Коваленко сидит, уже развязанный, в гостиной на диване и, разминая затекшие руки, слушает Шейлу.

Напротив, в кресле, с пистолетом в руке, сидит Федор.


ШЕЙЛА

- Через несколько лет, после того, как ты

уволился, на базе нашего подразделения

была создана особая оперативная группа

Для «внешних» мы просто « Системный

информационно-аналитический центр».

Руководит им генерал Рубцов. Наш с тобой

бывший шеф.

Мы – противовес… старым, и полностью

прогнившим от коррупции спецслужбам.

Особый вид антитеррора. Охота – так сказать,

на охотников. Вплоть до прямого

физического устранения. Плюс - жёсткое,

а иногда и боевое вмешательство в деятельность

иностранных разведок на территории стран СНГ.

Михаил усмехается.


МИХАИЛ

- В связи с этим - Вы решили вспомнить

обо мне и рассказать о своих героических буднях?


ШЕЙЛА

- А о тебе никто и не забывал. Числишься

себе - в списках бывших. Только нам не

нужны - такие вот… моральные уроды.

Без принципов и без чести.


Михаил вскидывает на Шейлу злой взгляд.

Федор поднимает руку с пистолетом.


МИХАИЛ

- Кто бы мне тут о чести рассказывал!


ШЕЙЛА

- Ладно, хватит лирики. На семинаре

в Академии Наук ты был. Кое-что о

разработках микробиологов слышал.

Но в основном их работа - под тройным

грифом секретности. А ведущие спецы -

разработчики - под нашим постоянным

наблюдением.

Тем не менее, некто из ближнего круга

продает информацию на сторону. Обычный

научно-технический шпионаж. И мы уже

знаем, кто в институте им занимается.

Но я была приятно удивлена, когда возле

группы подозреваемых увидела бывшего

коллегу.

Ты мог бы нам помочь. Что скажешь?


МИХАИЛ

- Когда-то - я за жалкие гроши служил

в вашей поганой конторе. Рисковал

каждый день башкой и жил, как нищий, в

ведомственной «общаге». Годами слушал

байки Рубцова о новой квартире, и о

служебных перспективах.

И сказать я вам могу лишь одно. Идите

вы к чертям, вместе с вашим научно-

техническим шпионажем!


Федор усмехается. Шейла качает головой и кивает Федору. Федор встает, вынимает из кейса ноутбук, приводит компьютер в рабочее состояние и ставит ноутбук рядом с Михаилом.


ШЕЙЛА

- Думаю, что в этом случае тебе

стоит ознакомиться с некоторыми

аргументами. Не волнуйся. Ничего

нового ты не увидишь.


Михаил смотрит на монитор ноутбука. На мониторе “прокручивается” видеоматериал, отснятый не далее, как вчера...


В ванной комнате, в квартире Михаила лежит мертвая Тамара.

Михаил стоит на кухне, глядя в окно.


ГОЛОС ШЕЙЛЫ (з.к.)

- Док... У тебя в ванной женщина. И

к тому же - мертвая...


Коваленко, глядящий в окно, оборачивается.


МИХАИЛ

- Я знаю...

Ванная, кстати, большая. Хватит

места и для двоих. Если не хочешь

лечь туда же - опусти глаза...


В руке Михаила виден наставленный на Шейлу пистолет.


МИХАИЛ

- А теперь бросай сумочку.


Сумочка падает на пол у ног Михаила.

Аккуратно нагнувшись, Михаил поднимает сумочку.


МИХАИЛ

- Не стоит охотиться на хищника в

его норе...


Михаил, оторвавшись от просмотра, поднимает глаза на Шейлу.

Шейла многозначительно постукивает пальцем по изящной брошке, приколотой к воротнику джемпера.


ШЕЙЛА

- Объектив цифровой камеры. Только

и всего.


МИХАИЛ

- Жаль. Надо было в овраге вас пристрелить.

А яму выкопать самому.


ФЕДОР

- Это точно... Нехрен могилы - чужими

руками рыть.

ШЕЙЛА

- Сдавать тебя ментам я не хочу.

Но ты вынуждаешь нас это сделать. Думаю,

что для бывшего «альфовца» - это будет

достойный финал. Сесть на десяток лет -

за бытовую мокруху.


МИХАИЛ

- Кто вам нужен?


ШЕЙЛА

- Доктор Бутенко. Мы знаем - ты с ним знаком.


МИХАИЛ

- Настоящий моральный урод...


Шейла усмехается.


ШЕЙЛА

- Подобное притягивается к подобному.


НАТ - ТЕЛЕЦЕНТР. СТОЯНКА.


На стоянке паркуется автомобиль Михаила.

Выйдя из машины, Михаил направляется к телецентру, глядя перед собою холодным, стальным взглядом. На его лбу видны свежие ссадины и слегка кровоточит припухшая бровь...


ИНТ - ТЕЛЕЦЕНТР. ОФИС РЕДАКЦИИ « ЭКСПРЕСС-НОВОСТЕЙ».


В редакции - полный «паралич». Сбившись в одну кучу, всхлипывают девушки.

Сидя на подоконнике у открытого окна, прямо в помещении курят видеоинженер Николай и оператор Леша.

Обхватив голову руками, за своим рабочим столом сидит в молчании Аня.

В редакцию заходит Михаил. Все поднимают головы. Плач стихает. Михаил глядит на заплаканные женские лица.


МИХАИЛ

- Ну! И что вы на меня так смотрите?


Михаил ставит сумку на свое рабочее место.


АНЯ

- Тамару убили. Следователь приходил.

Тебя спрашивал... Вот визитка. Наш с

тобой общий знакомый.


Михаил берёт визитку, забирает сумку и молча выходит.


ИНТ - ТЕЛЕЦЕНТР. КОРИДОР.


Михаил идет по коридору с крайне озабоченным выражением лица. Тяжело вздыхает и качает головой. Выходит на лифтовую площадку.

Из открывшихся дверей лифта выходит Юра и, увидев Михаила, останавливает его за локоть, не дав войти в кабину. Михаил оборачивается. Лифт уезжает.


ЮРА

- Привет, Миш. Не здороваешься?

Я понимаю - такое случилось...


МИХАИЛ

- Да на голову просто не налазит!

ЮРА

- Ну, ты держись…


МИХАИЛ

- Только к чему эти соболезнования?

Я что, мужем ей был?


ЮРА

- Нет... Но все-таки. Сам знаешь…

Да я, в общем-то, не о том. Есть

кое-какая информация Может быть,

тебе интересно?


МИХАИЛ

- Давай. Только по быстрому...


Михаил и Юра отходят в сторону.


ЮРА

- Тамара, за два дня до своей смерти,

интересовалась погибшим Сокоревым.


МИХАИЛ

- Насколько мне показалось, это ей

было вообще безразлично.


ЮРА

- Да? Но она подробно расспрашивала

меня обо всем, что я знаю. Особенно -

о тематике его последних работ. И

попросила меня показать ей все, что у

меня есть. Да только ей уже ни к чему.


МИХАИЛ

- Покажи при случае – мне…


ЮРА

- Хорошо… Напомнишь.


Коллеги расходятся, но Михаил тут же останавливается.


МИХАИЛ

- Кстати, Юра! Если уж ты работал с материалами

Сокорева... Тебе там не встречалось странное имя -

Мальтус? Вроде бы это – какой-то священник?


ЮРА

- Да нет... Что-то не припомню...


Махнув рукою, Михаил уходит в сторону лифта.


НАТ – АВТОСТОЯНКА ВОЗЛЕ ТЕЛЕЦЕНТРА.


Михаил, подойдя к машине, видит, как рядом останавливается автомобиль Заславского.


ЗАСЛАВСКИЙ

- Привет, Миш. Достала меня уже твоя

эта – «ботаничка»!

Михаил морщит лоб. Ему явно не до того.


МИХАИЛ

- Привет… Какая «ботаничка»?


ЗАСЛАВСКИЙ

- Да на концерт ты её ко мне приводил!

По реке потом плавали. Звонит теперь

каждый день. Проблема!

МИХАИЛ

- И что она? Ещё жива?

Заславский несколько озадачен вопросом.


ЗАСЛАВСКИЙ

- Жива…


МИХАИЛ

- Какая же это проблема? Ты извини - у

нас тут…


Михаил наклоняется к Заславскому и что-то говорит ему на ухо шёпотом.


ЗАСЛАВСКИЙ

- Вот те раз… Беда то какая…


Заславский грустно и с пониманием качает головой, глядя вслед уезжающему Михаилу.


ИНТ - ГУВД. КАБИНЕТ СЛЕДОВАТЕЛЯ КАРИМОВА.


Напротив Талгата, на стуле, сидит Михаил Коваленко. После безумной ночи, вид у него достаточно потрепанный. На виске видны свежие ссадины.


МИХАИЛ

- Послушай, Талгат. Нельзя же

все валить - в одну кучу.


ТАЛГАТ

- В редакции говорят, - между

вами были близкие отношения?


МИХАИЛ

- Ну и что?


ТАЛГАТ

- А то, что вокруг тебя, Коваленко

происходит слишком много странных

событий.

И единственное общее звено в них -

это ты.


МИХАИЛ

- Талгат. Я - везде общее звено. Я -

журналист...


ТАЛГАТ

- А я - следователь.

Извини, но тебе тоже придется

сдать кровь.


МИХАИЛ

- Да нет проблем. Надо – так надо.

А по психу то, кстати, что?

Наша Галкина сказала, что его кровь -

вы даже в институт микробиологии

отдали?


Талгат поднимает на Михаила удивленный взгляд.


ТАЛГАТ

- Шевцова ей, что ли сказала?

Вот бабы! Просил же помолчать для

пользы следствия. Ладно. Чего уже.

Тем более, что кровь оказалась

нормальной.

Да, Коваленко, у этого мерзавца –

хорошая, здоровая кровь.


Михаил на мгновение задумывается, сопоставляя что-то в уме.


МИХАИЛ

- Вот как?


ТАЛГАТ

- Представь себе - да. А что тебя так

удивляет? Кровь может быть здоровой

и при больной голове.

Ладно. Хватит. Интервью, на этот раз

у тебя беру я.


Талгат раскладывает перед собой бумаги.


ТАЛГАТ ( Прод)

- Когда с погибшей Тамарой Сорокиной

вы виделись в последний раз?


Михаил вздыхает, начиная давать показания.


НАТ – ГОРОДСКОЙ ПАРК.


На скамейке в городском парке сидят Юра и Аня. Юра, успокаивая Аню, робко её обнимает. В этот раз она не сопротивляется. Девушка плачет.


АНЯ

- Господи. Ну, какая же я сука. Я даже

сама не знала, что я такая… сука.

ЮРА

- Тихо – тихо… Все бабы суки.


АНЯ

- Тамару убили. Ее нет больше. А я, как

узнала… Сначала шок был. А потом –

только радость осталась. Как будто

от соперницы избавилась!


Аня заходится в новой волне рыданий.


ЮРА

- Ну, не плачь. От одной избавилась -

другая появится.


АНЯ

- Да не я избавилась, дурак. Я ж говорю -

как будто!


ЮРА

- Ну вот - уже дурак.


АНЯ

- Прости… Я знаю – тебе неприятно про

всё это слушать. А ведь мне совершенно некому

об этом рассказать.


ЮРА

- Ну успокойся. Все люди так устроены.

Любой человек – каждый день с утра

заново решает, кем ему сегодня быть –

святым или негодяем. И, даже если ты

решил быть святым, негодяй всё равно

будет поднимать голову.


АНЯ

- Во мне он сегодня – не голову поднял.

Во мне этот негодяй встал – в полный рост!


Юра вздыхает, удовольствовавшись нежелательной для него ролью друга, и нежно похлопывает Аню по вздрагивающей спине.


ИНТ - НИИ МИКРОБИОЛОГИИ. МАНИПУЛЯЦИОННАЯ.


Перед дверью, почитывая журналы, дежурят двое ребят из постоянной охраны профессора Шохина.

В манипуляционной находятся профессор Шохин и доктор Шевцова. От былой самоуверенности и грубости этой женщины – не осталось и следа. Шевцова – подавлена и напугана.


ШЕВЦОВА

- Два дня назад я почувствовала себя

плохо. И поэтому решила прийти к Вам –

и рассказать все, что случилось.


ШОХИН

- Прескверная история. Никогда бы не

подумал, что такое может случиться

именно с Вами, Лидия Михайловна.

Что ж Вы сразу то со мной не связались?

Мы и знакомы с Вами не первый год. И на

конференции встречались. И телефоны

мои - у Вас есть.


ШЕВЦОВА

- Знать бы всё наперёд…

Анализы после этого я сдала в обычном

порядке. Ничего, вызывающего опасения

там не было. Я - успокоилась. Самочувствие –

было нормальным. Но сейчас я понимаю -

вряд ли мне чем-то помогут в обычной

больнице.

Да и не хочется огласки.


ШОХИН

- Правильно сделали, что обратились

ко мне. Предварительная картина крови

меня не радует. Но, думаю, что я смогу

Вам помочь. Сейчас принесут более

подробный анализ, а тогда уже примем

решение.

Применить, скорее всего, придётся

опытные препараты. А они еще не прошли

утверждение в Минздраве. Поэтому факт

моего альтруизма нигде зафиксирован

быть не может. Впрочем, что я Вас учу?


ШЕВЦОВА

- Я понимаю.

В кабинет заходит лаборантка Лена. Отдает Шохину компьютерный диск и бумажный бланк. Встречается глазами с Шевцовой


ЛЕНА

- Результаты анализов. Здравствуйте, Лидия

Михайловна.


ШЕВЦОВА

- Здравствуйте, Лена. Год Вас уже не

видела.

Игорь Анатольевич говорил мне,

что Вы поменяли медицину на биологию.


ЛЕНА

- Да вот…

Лена вопросительно смотрит на Шохина. Тот прерывает разговор.


ШОХИН

- Спасибо, Лена. Можете идти.

.

Лена уходит. Но Шохин догоняет её в коридоре.


ШОХИН

- Лена. Я прошу Вас - не распространяться

насчёт обследования доктора Шевцовой.

Это сугубо этический мотив.

А все файлы, пожалуйста, сотрите. Копию

Вы мне дали.

Шохин возвращается к Шевцовой и подходит к компьютеру.

Шевцова тревожно глядит на Шохина, открывающего на компьютере файлы со снимками.


ШОХИН

- Хорошего мало. Думаю Вам, как

врачу инфекционисту, не очень

приятно будет это узнать...


На мониторе компьютера в увеличенном виде один за другим появляются снимки крови Шевцовой, сделанные на темнопольном электронном микроскопе. Шохин отдает Шевцовой бланк. Та держит его в дрожащей руке.

Шохин смотрит на Шевцову пристальным, неоднозначным, изучающим взглядом.

ШОХИН

- А Вы уверены, что на Вас напал - именно

доктор из вашей больницы?

В сознании Шевцовой короткой вспышкой - «всплывает» лицо патологоанатома Бориса, стоящего рядом с ней в больничном лифте…

Шохин тем временем вынимает из стеклянного шкафа какие-то ампулы и шприцы.

ШЕВЦОВА

- Не совсем. Да только уж очень похож.

Тем более - следы на лице. Но его отпустили.

Прямых доказательств нет. Да и алиби там

какое-то. Вроде как пьянствовал в ту ночь с

нашими хирургами. Но следствие идет.

А ведь именно патологоанатому проще

простого - добыть из инфицированного трупа

возбудитель любой инфекцию.


ШОХИН

- Вполне возможно. Тем более, что кровь

самого нападавшего оказалась здоровой.

Экспертизу ведь мы то и проводили. Знать

бы тогда, что псих этот напал именно на Вас,

сам бы Вам и позвонил.

Ну, да ладно. Что уж теперь?


Шевцова недоверчиво наблюдает за манипуляциями Шохина, набирающего из ампулы в шприц какую-то жидкость.


ШОХИН

- Мужайтесь, Лидия Михайловна.

Недельный курс инъекций - и Вы

сможете забыть об этом навсегда. Но

забыть придется и том, что Вас лечил

Ваш покорный слуга.

Давайте-ка свою руку.


Шевцова, закатав было рукав, неожиданно отдергивает руку. Шохин удивлен неожиданно возникшим и неуместным психозом.


ШЕВЦОВА

- Что Вы собираетесь мне колоть?!


На лице Шохина – выражение крайнего недоумения.


ШОХИН

- Лидия Михайловна. Вы находитесь не

в сельском лазарете. А в институте микро-

биологии.

Год назад Вы спокойно кололи своим

больным наши препараты и ни о чем не

спрашивали. А тут вдруг переполошились.


ШЕВЦОВА

- Извините, Игорь Анатольевич. Я после

этого ужаса – до сих пор вся на нервах...


Шевцова протягивает Шохину руку, и игла шприца погружается в вену. Женщина с панической надеждой глядит в глаза Шохина а реальность в глазах профессора расплывается в его воспоминаниях.


ИНТ – НИИ МИКРОБИОЛОГИИ. ( РЕТРО).


ТИТРЫ ( Текст з.к.)

- Москва. Институт микробиологии.

60-е годы 20-го столетия.


Юный выпускник МГУ, Игорь Шохин беседует с несколькими представительными мужчинами, из которых один – увешанный орденами пожилой генерал, вероятно ветеран спецслужб.

Ветеран заученно говорит, обращаясь к скучающему от его «проповеди» Шохину.


ЧЕКИСТ

-Поздравляю Вас, товарищ Шохин.

Родина направила Вас, молодого выпускника

университета на ответственный фронт борьбы

с мировым империализмом. И, пусть для Вас

он пролегает не в окопах, а микроскопах – он

не менее важен.

Еще болят раны, нанесенные войной. Не все

еще едят досыта. Но Партия выделяет Вам,

ученым, гигантские средства. Вы должны честно

оправдать каждую копейку, заработанную народом.

А мы - поставлены за этим следить…


Один из мужчин, директор института, взяв Шохина под локоть, отводит его в сторону от незамолкающего ветерана, который совершенно спокойно переключается на другого собеседника.


ДИРЕКТОР

- Не обращайте внимания, Игорь. Вы же

видите – старый дурак. Скажу по секрету –

руки у него по локти в крови. Только слушать

его уже не обязательно. Время уже не то.

Пойдемте. Я хочу познакомить Вас с

руководителем проекта, в котором Вы

будете работать. Это – человек-легенда!


Мужчина подводит Игоря к двум людям, в которых можно узнать постаревшего профессора Цнобиладзе и уже зрелого мужчину Ивана Свешникова.


ДИРЕКТОР

Уважаемые коллеги. Хочу представить вам

нашего нового, молодого сотрудника – Игоря

Шохина.

Познакомьтесь, Игорь. Один из наших

самых блестящих ученых – профессор, Мамука

Георгиевич Цнобиладзе…


Профессор протягивает Шохину руку, глядя на молодого человека тяжелым испытывающим взглядом… У профессора – узнаваемое, правда несколько постаревшее, лицо, которое уже не раз появлялось в воспоминаниях старого лаборанта Свешникова.


ЦНОБИЛАДЗЕ

- Надеюсь, молодой человек, Вы пришли к

нам заниматься наукой, а не борьбой… с

мировым империализмом.


ИНТ - НИИ МИКРОБИОЛОГИИ. КОРИДОР.


По малолюдному коридору института идет доктор Шевцова.

Из приоткрытой двери лаборатории вслед Шевцовой - смотрит тревожным взглядом лаборантка Лена. Закрывает дверь.

У лестницы Лидия Михайловна встречается с Сергеем Бутенко. Его она откровенно не любит. Бутенко однозначно «фиксируется» на встрече.


БУТЕНКО

- Здравствуйте, Лидия Михайловна.

Часто встречаемся.


ШЕВЦОВА

- Неужели?


БУТЕНКО

- А Вы разве не заметили?


ШЕВЦОВА

- Что Вы имеете в виду?


БУТЕНКО

- То, что Вы определенно чем-то

встревожены. Да и выглядите что-то

неважно...

Да и у нас давно не бывали. Что, опять

решили оказать помощь науке?


ШЕВЦОВА

- Что-то вроде того. Странный Вы,

Игорь, человек.


БУТЕНКО

-Да бросьте. Странными бывают

только гении. А я абсолютно

обыкновенный...


Бутенко уходит вдаль по коридору. Шевцова провожает его взглядом раненой отчаявшейся волчицы


ИНТ – НИИ МИКРОБИОЛОГИИ. ЛАБОРАТОРИЯ.


В лабораторию входит Сергей Бутенко. Лена, стоя возле компьютера, готовит к удалению файлы с результатами обследования. Оборачивается на вошедшего Бутенко.


БУТЕНКО

- Лена… Что там - с Шевцовой то?


ЛЕНА

- Н – ничего. Может Вам лучше у Игоря

Анатольевича спросить?

Он меня попросил… никому.

Бутенко, пристально глядя в глаза, берёт Лену за локоть. Бросает взгляд на монитор компьютера. У Лены от страха округляются глаза. Она начинает испуганно хныкать.


БУТЕНКО

- Вот как? Вполне веская причина, чтобы

не спрашивать. Давайте-ка – выкладывайте,

что Вы там у этой волчицы нашли?

ЛЕНА

- Шевцова… и есть та самая пострадавшая…

Это её плащ был у нас на экспертизе. И…

возбудитель – тот же самый…

Игорь Анатольевич сказал, что…это

болезнь Крейцфельда - Якоба. Но какая-то

новая модификация возбудителя. Я не знаю,

какая…


Бутенко, усмехнувшись, качает головой и заглядывает в текст на мониторе.


БУТЕНКО

- Зато я – знаю…

Вот оно, оказывается, что…


Лена начинает плакать.


ЛЕНА

- Сергей Николаевич. Я же слабая

женщина. Вы то хоть - никому не

рассказывайте. Откуда мне знать, что

тут у вас – «как, да почему»?


БУТЕНКО

- Обещаю. Сама только - молчи.


ИНТ – РЕСТОРАН НА ОКРАИНЕ ГОРОДА.


В тихом зелёном пригороде – стоит симпатичный ресторан.

На открытой террасе ресторана, за отдельно стоящим столиком сидят Михаил и Шейла.

На столе перед ними – полноценный обед.

Неторопливо обедая, Михаил и Шейла дружески беседуют.


МИХАИЛ

- Следователь за меня взялся. Пока

без пристрастия. Но всё-таки….


ШЕЙЛА

- Очень хорошо. Послушнее будешь.

Приятное место. Спокойно, тихо…

МИХАИЛ

- Любая тишина - может взорваться.


ШЕЙЛА

- Может лучше - взорвать её самому?

Шейла смеётся.

ШЕЙЛА ( Прод.)

- Я иногда завидую людям, которые сидят

в кабинетах, работают с документами и

рассуждают в курилке о ситуациях в горячих

точках планеты… Причём сами – никогда в

них не бывают.


МИХАИЛ

- Ты не сможешь. Ты всегда слишком

ценила свою свободу…


ШЕЙЛА

- Может быть просто – её иллюзию?


МИХАИЛ

- В рамках этой иллюзии ты позволяла

себе такое, что и самый свободный - себе

не позволит.


ШЕЙЛА

- Да, было время. А, согласись, приятно,

встретить человека, с которым у тебя

столько общих воспоминаний.

Африка, Ближний Восток, Куба… У нас

с тобой был просто курортный роман -

международного масштаба…

В то время – оперативный псевдоним

«Доктор» вызывал уважение и страх…

Тебя всегда посылали туда, куда другим

и соваться не стоило.

Неужели - после всего, что между нами

было, ты смог бы меня убить?


МИХАИЛ

- Ты знаешь ответ на этот вопрос. Его

просто нет. Убиваем не мы. Убивают

обстоятельства. В конечном счёте – не

я вторгался в твой мир…


ШЕЙЛА

- Ну ладно. Пока ты там строил свой

мир, всё поменялось.

Линия фронта давно находится не в

зонах военных конфликтов. Сегодня она –

в научных лабораториях. Убираешь нужного

человека, и мгновенно рушится программа

важных исследований. По политикам

сегодня и то - бьют намного реже.

Несколько месяцев назад – в Челябинске

самосвал раздавил маленького неприметного

человека. Свернулся многомиллионный

проект.

Ракетный специалист застрелен на Урале

собственной женой. Якобы из ревности.

Погибла куча невосполнимой информации.

Как ты думаешь, какая разница между

этими двумя случаями?


МИХАИЛ

- Такая же, как между самосвалом и

ревнивой женой…


Шейла не обращает на юмор Михаила никакого внимания.


ШЕЙЛА

- Разница в том, что одного человека - убили

наши враги. А другого – убрали… мы сами.


Михаил отмечает мысль коротким пристальным взглядом.


ШЕЙЛА ( Прод. )

- Ни МВД, ни ФСБ не имеют официального

права судить или казнить человека.

Мы в этом отношении - свободны. Нас никто

не знает и даже не подозревает о нашем

существовании.

Доктор Бутенко продаёт секретную научную

информацию. И у него сейчас два пути. Либо

он станет двойным агентом. Либо… умрет.


Михаил, до этого аппетитно жевавший, озадаченно останавливается.

МИХАИЛ

- И в чём состоит моя высокая миссия?


ШЕЙЛА

- Помочь ему сделать правильный выбор.

И убить, если он ошибется…

У тебя, в отличие от него, выбора нет.

Ты можешь, конечно, настаивать на обратном.

Но я смогу доказать тебе, что это не так.

Со временем ты и сам это поймёшь. А уж

ты то меня - хорошо знаешь.

Разговор запишешь на диктофон.


Шейла вынимает из сумочки и отдаёт Михаилу маленький современный диктофон.

НАТ – ГОРОДСКИЕ УЛИЦЫ. САЛОН АВТОМОБИЛЯ КОВАЛЕНКО. ВЕЧЕР.


Михаил едет по улицам города на своей машине. Останавливает автомобиль в темном и безлюдном месте.

Какое-то время Михаил просто сидит в машине, посматривая на часы. Слушает музыку и задумчиво курит.

К машине со стороны ближайших деревьев быстрым шагом направляется человек и, открыв дверь, садится в машину. Это – патологоанатом Борис. Настроение у него хорошее, чего не скажешь про Михаила.


БОРИС

- Привет, душегуб. Стережёшь очередную

жертву? Тебе хорошо. У тебя тачка. А мне

всё по кустам приходится прятаться.


Михаил поначалу см