Реферат: Социальная работа с несовершеннолетними опыт организации социальной службы

СОЦИАЛЬНАЯ РАБОТА

с

НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИМИ

ОПЫТ ОРГАНИЗАЦИИ

СОЦИАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ


Автор: В.В. Москвичев

При участии С.А. Бессудновой


Введение


Вот уже скоро как десять лет Россия живет в условиях практически непрекращающегося социально-экономического кризиса. И уже достаточно говорилось о его разрушительном влиянии на социальную сферу. Опубликовано множество статей, разработано немало программ, принимались правительственные постановления и президентские указы. Справедливости ради, стоит сказать, что немало замечательных идей было реализовано: нормой мышления стали приюты, появились комплексы социально-педагогической помощи (адаптации). Но так и не произошла комплексная реорганизация системы социальной защиты несовершеннолетних. Новые структуры встраиваются в действующую систему, приспосабливаются к ней, латают ее прорехи, и в результате – обеспечивают ее дальнейшее существование с минимально возможными изменениями.

Основные причины такого положения мы видим в следующем:

отсутствие комплексного анализа существующей социальной ситуации – говоря о наркомании и правонарушениях несовершеннолетних, беспризорности, часто забывают об их общем корне – социальной дезадаптации. В результате принимаемые меры не приводят к ожидаемому эффекту, а социальная дезадаптация проявляется в новых формах;

предлагаемые программы работы с несовершеннолетними группы риска исходят из административно-бюрократической логики (ведомственное разделение функций, вертикальная подчиненность по ведомственным линиям и т.д.), что значительно затрудняет реальное решение проблем социальной защиты, обычно носящих комплексный, межведомственный характер;

значительный разрыв между теорией и практикой: в настоящее время издается достаточно много литературы по социальной работе, около десяти ВУЗов только в Москве готовят социальных работников, в то время как на территории Москвы и Московской области не действует ни одной государственной социальной службы, работающей с несовершеннолетними.

Сложившаяся ситуация связана, в первую очередь, с инертностью государственного аппарата, жесткостью сложившихся административно-бюрократических стереотипов. В течение многих лет система работала в относительно стабильной, практически не изменяющейся ситуации. Коренные перемены, произошедшие за последние 10 лет в обществе, проблемы, возникшие перед ним, застали систему социальной защиты абсолютно неготовой к их решению. Более того, неприспособленной к какому-либо изменению. Достаточно долгое время не признавалось само наличие многих социальных проблем, таких как наркомания, беспризорность, проституция малолетних. Типичная реакция многих официальных лиц в ответ на запрос социального работника два-три года назад: «В нашем районе беспризорных нет, а наркоманов – 4 человека, состоящих на учете в диспансере». Сейчас проблемы признаются, спускаются директивы о необходимости проведения мероприятий по профилактике наркомании, безнадзорности и т.д. Различные учреждения и организации берутся за их решение: организуются лекции и тренинги, открываются клубы и центры. Но, к сожалению, их количество весьма ограничено, лишь немногие из детей могут воспользоваться ими. Кроме того, деятельность этих структур часто осуществляется без какой-либо взаимосвязи, часто пересекается, и в то же время не складывается в целостную систему социальной защиты несовершеннолетних.

Анализ деятельности детских программ Фонда «НАН» позволил нам достаточно четко определить наши представления как о самой проблеме, так и о целевой группе. В своей работе мы встречались с беспризорниками, правонарушителями, с детьми, употребляющими ПАВ, и даже с теми, кто совмещал все перечисленное в одном лице. Выяснение причин возникновения данных проявлений, работа по их преодолению позволяет сделать вывод, что все это симптомы одного явления – социальной дезадаптации. Эта мысль не нова, многие педагоги, психологи, социологи обосновывают ее в своих исследованиях.

Но, к сожалению, до настоящего момента в практических программах работы с несовершеннолетними она не находит реализации. Можно привести массу примеров неудачных попыток преодоления симптомов (частных проявлений) социальной дезадаптации без учета ее комплексного характера. Так, борьба милиции с беспризорностью, сводилась к задержанию беспризорника, выяснению личности и отправки по последнему месту его пребывания: в семью, учреждение и т.д. При этом не принималась во внимание ситуация, вынудившая ребенка уйти на улицу. В результате несовершеннолетние были вынуждены выбирать между домашним насилием и милицейским произволом.

Эффективность работы КДН с правонарушителями крайне низка из-за отсутствия реальных механизмов воздействия и адекватных способов реагирования. Предупреждения, выговоры, угрозы сообщения в школу редко действуют на того, кто предпочитает улицу учебе и семье.

В последнее время широкое признание получило мнение о необходимости комплексного подхода к решению проблем несовершеннолетних. В школах вводят ставки психологов и социальных педагогов, комиссии по делам несовершеннолетних (КДН) пытаются привлекать на свои заседания не только представителей школ и милиции, но и специалистов (наркологов, психологов, социальных работников, педагогов-организаторов). Но попытка организовать в каждом учреждении целостную структуру, позволяющую реализовать всесторонний подход, не приносит желаемого результата. Происходит раздувание штата, принятие на себя несвойственных функций, снижение профессионального уровня специалистов. В то же время возникает ситуация конкуренции между различными ведомствами и структурами, перекладывание ответственности и присвоение прав.

Попытка решить эту проблему была предпринята Российским благотворительным фондом «Нет алкоголизму и наркомании» (Фонд «НАН»). Исходя из опыта практической деятельности с несовершеннолетними, была разработана концепция Реабилитационного Пространства (РП). В соответствии с этой концепцией, Реабилитационное Пространство представляет собой территориальную систему учреждений, ведомственных структур, общественных инициатив, принимающих участие в профилактике социальной дезадаптации несовершеннолетних и их реабилитации. Цель реабилитационного пространства – обеспечение единства и непрерывности реабилитационного процесса, включающего профилактику и выявление социально дезадаптированных несовершеннолетних, реабилитационные мероприятия, направленные на их позитивную социализацию. Основные тезисы, составляющие Концепцию реабилитационного пространства, были сформулированы в ходе практической работы с детьми, подростками и их родителями:

Все отклонения в поведении несовершеннолетних: безнадзорность, правонарушения, употребление психоактивных веществ имеют в своей основе один источник – социальную дезадаптацию, корни которой лежат в проблемах семьи.

Оптимальная среда для полноценного развития ребенка – это родная семья. Лишение семьи всегда становится травмой для ребенка. Это означает, что основные наши усилия должны быть направлены на работу с семьей, организацию сотрудничества с ней, совместное решение проблем. Только в том случае, если все меры, предпринятые в отношении семьи, доказали свою безрезультатность и дальнейшее продолжение работы с ней не представляется возможным, рассматривается вопрос об изъятии ребенка.

Социально дезадаптированный ребенок, подросток, находясь в трудной жизненной ситуации, является жертвой, чьи права на полноценное развитие и самореализацию в обществе грубо нарушены. Даже в том случае, когда он сам становится правонарушителем, это способ, которым он дает обществу знать о своих нарушенных правах. И это может стать сигналом для начала реабилитации. Только в этом случае мы можем надеяться, что подобные проявления больше не повторятся.

Только комплексный подход к реабилитации несовершеннолетних группы риска может дать стабильный положительный результат и позволит избежать возобновления критической ситуации.

Единство реабилитационного процесса обеспечивается принятием принципов социальной терапии.

^ Принцип «клиентоцентризма», определяющий направленность всех действий на развитие и самореализацию клиента, его восстановление как полноценного члена общества.

^ Принцип системности, означающий необходимость всестороннего анализа как самой проблемы социальной дезадаптации, так и каждого конкретного случая, и применение системы мероприятий, адекватных выявленной проблематике.

^ Принцип развития, означающий готовность системы к развитию, включению в нее новых структур, изменению функциональной наполненности структур, уже существующих, в зависимости от требований социальной ситуации.

^ Принцип целостности, означающий деятельность на всех уровнях социальной политики: от клиента, его семьи и социального окружения, во взаимодействии с общественной инициативой, учреждениями и исполнительной властью, до уровня законодательства и государственной социальной политики в целом.

Таким образом, РП не является административно-бюрократической системой с четко определенными границами, иерархической подчиненностью и закрепленными полномочиями. Это функциональное объединение, структура которого определяется потребностями эффективности конкретного реабилитационного процесса.

Реализация цели и принципов РП предполагает приближение социальных услуг к клиентам, координацию деятельности различных структур в процессе реабилитации, выявление существующих потребностей в социальных услугах и инициирование появления новых структур, механизмов, законов. Для реализации этих задач в рамках проекта «Право на детство» Российского благотворительного фонда «Нет алкоголизму и наркомании» была организована социальная служба для социально дезадаптированных несовершеннолетних. Социальный работник становится посредником между клиентом, его потребностями и обществом. Он доносит до клиента социальные требования, социальный запрос (например, не пить, заниматься воспитанием своих детей и т.д.). В то же время он делает доступными для клиента услуги общества, содействует восстановлению его прав, показывая заинтересованность общества в его судьбе. Выступая в качестве представителя клиента, социальный работник использует возможности всех профильных учреждений, организаций и других структур как средства в процессе реабилитации клиента и выступает тем самым в качестве координатора их деятельности.

Не менее важной частью деятельности социального работника является содействие преобразованию существующих структур, изменение направленности их усилий. Сам факт сотрудничества с какой-либо структурой еще не означает ее включения в систему РП. Главным условием при этом является принятие вышеуказанных принципов. И социальный работник выступает в качестве их носителя и проводника. Представляя, с одной стороны, интересы и потребности клиента, с другой – существующие ресурсы территории, социальный работник способен выполнять преобразовательную функцию, используя при этом свои профессиональные знания и соотнося свои действия с профессиональной позицией.

Главным вопросом при организации социальной службы является выделение целевой группы, понимание круга проблем, с которыми работает социальный работник. В настоящее время появляется множество различных вариантов специализации социальных работников, социальных служб. Среди них разделение по ведомственному признаку (школьный социальный педагог, социальный работник в медицине и т.д.), по возрасту, по «симптому», с которым работает социальный работник (наркозависимость, беспризорность и т.д.). Согласно нашим представлениям, социальная служба действует с максимальной эффективностью в том случае, если она создается, исходя из анализа определенной социальной проблемы, и направлена на ее решение. Для нашей социальной службы такой корневой проблемой является социальная дезадаптация несовершеннолетних.


^ Часть I. Теоретические предпосылки создания

социальной службы Фонда «НАН»

^ Глава 1. Социальная работа: теория и практика

Говоря о социальной работе необходимо изначально определить, что мы подразумеваем под данным термином. По большому счету, любая деятельность, направленная на помощь нуждающемуся человеку, является социальной работой. «Смысл социальной работы – это деятельность по оказанию помощи индивидам, семьям, группам в реализации их социальных прав и в компенсации физических, психических, интеллектуальных, социальных и иных недостатков, препятствующих полноценному социальному функционированию» [Теория социальной работы, под ред. Холстовой, М.,1998]. Многие учреждения и структуры декларируют среди своих целей помощь человеку. Но по содержанию деятельности они часто отстаивают не право индивида на достойное существование, самореализацию в обществе, а возможность государства избежать проблем, связанных с наличием социально незащищенных слоев населения. Это наследство досталось нам от советских времен, когда существование социальных проблем просто не признавалось, а то, что выпадало за рамки благополучия, «пряталось» от глаз общества. Крушение идеологии привело к развитию новых экономических отношений, нового законодательства, к новым проблемам. Но механизмы реагирования, а главное – стереотипы отношения к социально незащищенным слоям, к нарушению прав человека, остались прежними. «Социальная санитария», порой переходящая в «хирургию», не спешит сдавать позиции «социальной терапии». Если семья не справляется с воспитанием ребенка, его надо изъять и поместить в интернат. Если он сбегает из интерната – значит, ненормален, его надо поместить в психоневрологический интернат. Если он отстал от программы на 2 класса – в школу для детей с задержкой психического развития. И ни у кого не возникает вопроса: каково мнение ребенка, существуют ли другие возможности решения проблемы? Вот наглядный образец «социальной санитарии». Перечисление таких образцов можно продолжить. И самое в них страшное – логика таких решений четко прописана, имеет предписания на все случаи и не предполагает альтернатив. Она освобождает чиновников от необходимости думать и сомневаться, искать оптимальный путь. И если кто-то берет на себя такую смелость, сама система ждет его ошибки, чтобы еще раз показать бесполезность поисков. Но сейчас старая логика сама стала давать сбои, и в некоторых ситуациях не действует совсем. Появилась потребность в новых образцах действия.

В 1991 г. Россия присоединилась к сообществу стран, в которых существует профессиональная социальная работа. Введена такая должность, начата подготовка специалистов, появились кафедры и институты социальной работы. К сожалению, на практике это стало скорее формальным признанием необходимости такой деятельности, а не ее началом. Специалисты не находят применения своим знаниям. Представление о деятельности социальных работников весьма расплывчато не только у администрации учреждений, но и у самих специалистов. Как отмечает Шапиро Б.Ю.:

«эффективность социальной работы снижается из-за того, что различные ее направления курируются чуть ли не десятком различных министерств и ведомств, имеющих свое собственное финансирование».

Это приводит к распределению ответственности за различные аспекты существования одних и тех же категорий населения, в результате чего, в зависимости от ситуации, ведомства то вступают в конкуренцию за сферу влияния, то перекладывают друг на друга ответственность при появлении комплексных проблемных, трудноразрешимых ситуаций. Особенно ярко это проявляется при работе с социально дезадаптированными несовершеннолетними. Проблема школьной дезадаптации ложится на плечи министерства образования, правонарушения – на МВД, наркомания – на здравоохранение, а проблемы в семейных отношениях принимаются во внимание лишь в случае их крайнего обострения, необходимости применения экстремальных мер, и ложатся на плечи территориальных органов опеки. Комиссии по делам несовершеннолетних, призванные заниматься данной проблемой во всех ее проявлениях и наделенные на бумаге достаточными полномочиями для этого, на деле не в состоянии оказать сколько-нибудь значимого влияния на ситуацию, не имея для этого ни средств, ни профессиональной подготовки. По сути КДН присвоены функции социальной службы, но при этом не создано хоть каких-то механизмов для их выполнения. Появилась тенденция вводить должности социальных работников от различных ведомств. Так в школах появляются социальные педагоги, о социальных работниках говорят и в медицине. Но о социальной работе, как о форме помощи человеку в трудной жизненной ситуации, пока говорят только в ВУЗах, учебных пособиях и на конференциях.


На настоящий момент в России выпущено достаточно много литературы по социальной работе. Это учебные пособия, справочники, словари. Социальная работа в них рассматривается как

«специфический вид профессиональной деятельности, оказание государственного и негосударственного содействия человеку с целью обеспечения культурного, социального и материального уровня его жизни, предоставление индивидуальной помощи человеку, семье или группе лиц». (Словарь-справочник по социальной работе. М., 1997).

Человека или группу, которым предоставляется помощь социального работника, принято называть клиентами.

Объектом социальной работы являются индивиды, семьи, группы, общности, находящиеся в трудной жизненной ситуации. Трудная жизненная ситуация – это такая ситуация, которая нарушает (или грозит нарушить) возможности нормального функционирования указанных объектов.

Предметом социальной работы является социальная ситуация – конкретное состояние проблемы конкретного клиента социальной работы, индивидуального или группового, со всем богатством своих связей и опосредованных воздействий, имеющих отношение к разрешению данной проблемы.

При этом «цель деятельности социального работника – улучшение или, по крайней мере, фасилитация, облегчение субъективного переживания клиентом своего положения».

В практике социальной работы выделяются три уровня преобразовательной деятельности: внутри общества как целого (макро-уровень); внутри сообществ и социальных институтов (мезо-уровень); в рамках семей и индивидуумов (микро-уровень). (Социальные работники за безопасность в семье, М., 1999). При этом

«социальные перемены достигаются только благодаря преобразовательской работе, проводимой одновременно на всех уровнях».

Добавим, что в идеале преобразования, происходящие на разных уровнях, должны быть связаны единой логикой. В настоящее время процессы на разных уровнях происходят вне зависимости друг от друга. В результате принимаемые законы и постановления не имеют механизмов реализации, специалисты по социальной работе, прошедшие обучение в институтах, не находят применения своим знаниям и навыкам, а решением социальных проблем занимаются непрофессионалы, поставленные перед этой необходимостью в ходе своей практической деятельности.

На наш взгляд, фундаментом социальной работы является практическая деятельность специалистов с клиентами. Именно на этом уровне проясняются конкретные социальные проблемы, требующие своего решения, определяется характер необходимой помощи и профессиональные качества специалиста по социальной работе. Практика предъявляет свои требования и к обучению специалистов, и к законодательству.

В последней редакции (1994г.) тарифно-квалификационной характеристики должности «специалист по социальной работе» выделяются следующие его функции:

«аналитико-гностическая (выявление и учет на территории обслуживания семей и отдельных граждан, в том числе несовершеннолетних детей, нуждающихся в различных видах и формах социальной поддержки, и осуществление патронажа над ними);

диагностическая (установление причин возникающих у граждан трудностей);

системно-моделирующая (определение характера, объема, форм и методов социальной помощи);

активационная (содействие активизации потенциала собственных возможностей отдельного человека, семьи и социальной группы);

действенно-практическая (помощь в улучшении взаимоотношений между отдельными людьми и их окружением; консультации по вопросам социальной защиты; помощь в оформлении документов, необходимых для решения социальных вопросов; содействие в помещении нуждающихся в стационарные лечебно-оздоровительные учреждения; организация общественной защиты несовершеннолетних правонарушителей и др.);

организаторская (координация деятельности различных государственных учреждений, участие в работе по формированию социальной политики, развитию сети учреждений социального обслуживания);

эвристическая (повышение своей квалификации и профессионального мастерства)».

(Панов А.М., Холстова Е.И. Социальная работа как наука, вид профессиональной деятельности и специальность в системе высшего образования. Социальная работа. Под ред. И.А.Зимней. Вып. 9. М., 1995).

На практике реализация этих функций чаще всего затруднена из-за отсутствия механизмов поддержки социальной работы. Выявление клиентов обычно происходит по факту крайнего обострения проблемы, и практически не ведется профилактической деятельности. Установление причин нередко ограничивается показаниями самих клиентов. Специалисты обычно не готовы работать с немотивированными клиентами, и «активизация потенциала» происходит методом внешнего административного давления. Организаторская функция сталкивается с принципом ведомственной принадлежности различных учреждений и различным пониманием своих задач по отношению к клиенту.

Практическое выполнение названных функций возможно лишь при условии организации территориальной социальной службы.

Социальная служба, организованная Российским благотворительным Фондом «Нет алкоголизму и наркомании» (Фонд «НАН»), может выступить в качестве модели такой работы, прошедшей проверку в ходе практической деятельности.


^ Глава 2. Социальная дезадаптация несовершеннолетних

Согласно принятому определению, социальная дезадаптация означает нарушение взаимодействия индивидуума со средой, характеризующееся невозможностью осуществления им в конкретных микросоциальных условиях своей позитивной социальной роли, соответствующей его возможностям. (Словарь).

Говоря о социальной дезадаптации несовершеннолетних, мы должны учитывать, что детство – это период наиболее интенсивного психического, физического и социального развития. Невозможность осуществления позитивной социальной роли вынуждает подростка искать обходные пути для реализации своей потребности в развитии. В результате – уход из семьи или учреждения, в котором невозможна реализация внутренних ресурсов, удовлетворение потребностей развития. Другой способ ухода – эксперименты с наркотиками и другими психоактивными веществами (ПАВ). И, как следствие – правонарушения.

Таким образом, социальная дезадаптация, вызванная совокупностью факторов социального, психологического, психосоматического характера, приводит к депривации основных потребностей несовершеннолетнего – потребностей в полноценном развитии и самореализации.

Возвращаясь к определению социальной дезадаптации, отметим, что она порождается нарушением взаимодействия двух сторон – несовершеннолетнего и среды. К сожалению, на практике основное внимание уделяется лишь одной стороне – дезадаптированному несовершеннолетнему, и практически без внимания остается дезадаптирующая среда. Односторонний подход к данной проблеме неэффективен как при негативном, так и при позитивном отношении к дезадаптанту. Применять по отношению к нему репрессии – все равно, что запрещать человеку, у которого заложен нос, дышать ртом, и не предлагать при этом лечения. Конечно, есть определенная вероятность, что он сможет вздохнуть, но, скорее, он либо нарушит запрет, либо задохнется. Попытки же реабилитации, направленные только на ребенка, напоминают старание врачей вылечить туберкулезного больного, который продолжает жить в сыром и холодном подвале. Таким образом, работа с социально дезадаптированным несовершеннолетним требует комплексного подхода не только к нему самому, но и к его социальному окружению.

Опыт работы позволяет выделить следующие основные причины социальной дезадаптации несовершеннолетних (в порядке приоритетности):

Дисфункциональность семей;

Личностные особенности ребенка (характерологические особенности, темперамент, психические отклонения и т.д.);

Школьная дезадаптация;

Причины социально-демографического характера;

Воздействие асоциально ориентированной неформальной среды.

Как правило, в каждом случае сочетается несколько причин. Рассмотрим основные варианты их сочетания.

Дисфункциональность семьи
Семья является основным институтом социализации. Выделяются следующие функции семьи:

Воспитательная;

Хозяйственно-бытовая;

Эмоциональная;

Функция духовного (культурного) общения;

Функция первичного социального контроля;

Сексуально-эротическая.

Как отмечает Эйдемиллер:

«нормально функционирующая семья – это семья, которая ответственно и дифференцированно выполняет свои функции, вследствие чего удовлетворяется потребность в росте и изменениях как семьи в целом, так и каждого ее члена».

Существует множество возможных нарушений нормального функционирования семьи, и все они с неизбежностью отражаются на детях. В настоящее время все большее количество семей нуждаются в помощи специалистов – психологов, психотерапевтов. Но, к сожалению, низкий уровень психолого-педагогической грамотности, делает услуги психологов недоступными для большинства семей. К тому же, в каждой дисфункциональной семье в процессе ее существования формируются жесткие защитные и компенсаторные механизмы, направленные на сохранение сложившегося равновесия. Таким образом, только вмешательство извне, основанное на понимании природы дисфункциональности, способно изменить ситуацию. И социальный работник выступает в качестве специалиста по этому вопросу.

Дисфункциональность семьи обычно отражается на всех сферах жизни ребенка: школьная успеваемость снижается, уличная компания становится заменой авторитета родителей, в ней ребенок получает признание. Все это, в свою очередь, приводит к нарушению личностной сферы, иногда – к психическим отклонениям. А дальше – естественные следствия: употребление ПАВ, правонарушения, что только и становится поводом для внимания со стороны государственных структур – ОППН, КДН. Таким образом, на настоящий момент система реагирует на последствия, зачастую оставляя без внимания истоки, причины, корни проблемы.

Примером такой ситуации может послужить история семьи М.


^ Личностные особенности ребенка

Сами по себе личностные особенности ребенка нередко становятся причиной социальной дезадаптации. Так, даже ребенок-инвалид может быть вполне социально адаптирован при условии грамотного отношения родителей и социального окружения к его статусу. Но достаточно часто, характерологические особенности, темперамент, непоседливость ребенка вызывают у родителей неадекватные реакции. Представление о «хорошем» ребенке как об удобном, послушном сталкиваются с наличием его личностных особенностей. Начинается переделка, «подгонка» ребенка под общий «стандарт», борьба против его индивидуальности. Результат этой борьбы может быть различен, но неизбежно нарушение функционирования семьи. Ребенок, чувствуя неприятие, может сдаться, и конфликт перенесется внутрь него, может уйти из семьи и найти признание в другой среде, в других формах. Нередко такие семьи становятся клиентами психологов и нашей социальной службы. Чаще всего, обострение подобных противоречий происходит в подростковом возрасте, когда у ребенка появляется реальная возможность найти другие формы самореализации, когда происходит рост его самосознания, когда сверстники становятся авторитетом, а мнение взрослых перестает быть единственно правильным.

Родители в подобных семьях при определенных условиях могли бы успешно выполнять свой родительский долг. Но отклонение реальной ситуации от их представлений и ожиданий, и неготовность принять ребенка таким, какой он есть, приводит к конфликту, и, часто, к дисфункциональности данной семьи в целом.

Сказанное в отношении семьи, часто оказывается верным и при обучении «нестандартного» ребенка в школе. К сожалению, учителя далеко не всегда готовы учитывать индивидуальные особенности ученика. Это обстоятельство является одной из причин другого явления – школьной дезадаптации.


^ Школьная дезадаптация

Ни для кого не секрет, что школа в наше время переживает трудные времена. Переполненность классов, недостаток специалистов, зачастую, их низкий профессиональный уровень, приводят к увеличению числа конфликтов между учителем и учениками. Школа практически отказалась от воспитательной функции и чаще всего использует репрессивные меры воздействия, преследуя цель поддержания дисциплины любыми доступными средствами, которых осталось не так-то немного. Нередко успеваемость ученика по предмету находится в прямой зависимости от отношения учителя к нему. Это приводит к снижению авторитета школы, значимости обучения вообще. В то же время, неуспеваемость в школе становится причиной семейных конфликтов, появлению отчуждения, и развитию семейной дисфункции.


^ Воздействие асоциальной неформальной среды

Этому фактору часто приписывают неадекватно большое влияние на несовершеннолетних. И это можно понять – на улицах заметно выделяются «неформалы» самых различных направлений, просто «тусовки» праздно шатающейся молодежи. Но далеко не все группы действительно асоциальны (отличие, непохожесть еще не признак асоциальности). В то же время, уход в «неформалы» обычно является лишь следствием сложившихся в семье отношений.

Сейчас значительно увеличилось число семейных конфликтов в результате ценностного несовпадения. Многие родители не в состоянии принять существование иных ценностей, кроме тех, которыми они руководствовались в своей жизни. В результате они отвергают не только действительно низкое, безвкусное, вульгарное, но и позитивную составляющую жизни своих детей (свободу самовыражения, самореализации, ценность личности). Реакцией подростка на это становится принятие всего, что отвергнуто родителями, в том числе и негативного. Таким образом, то, что совсем недавно считалось фактором стабильности семьи, – ценностная определенность родителей, сейчас выступает как фактор риска: ригидность, нетерпимость.


^ Причины социально-демографического характера

К причинам этой категории мы относим низкий материальный уровень, многодетность, неполные семьи, при условии отсутствия в этих семьях химической зависимости и явной асоциальности. Конечно, перечисленные факторы увеличивают вероятность развития всевозможных семейных дисфункций. Но известно достаточно примеров, когда в таких семьях создается идеальная атмосфера для развития ребенка, и дети вырастают достойными людьми.

Но часто все старания родителей (или матери-одиночки) уходят впустую. Порой, не хватает времени, порой – знаний и опыта. И в этих случаях необходима своевременная помощь, пока обострение ситуации не привело к развитию других проявлений семейной дисфункции.

Наиболее ярко это прослеживается на примере матерей-одиночек. При этом только в половине случаев дисфункции налицо проблема алкоголизма или других асоциальных проявлений. Во многих случаях именно распад семьи, трудности, связанные с социальной незащищенностью матерей-одиночек стали отправной точкой развития алкоголизма. Но и в тех семьях, где матери пытаются добросовестно выполнять свои обязанности, дисфункциональность может проявляться в других формах: гипо- и гиперопека, авторитарность, попустительство и т.д. Чаще всего, матери-одиночки испытывают значительные материальные трудности, трудности при устройстве на работу, в налаживании социальных связей.

Таким образом, об отсутствии семейной дисфункции в этом случае мы можем говорить лишь условно, имея ввиду отсутствие явной асоциальности, угрозы для жизни и здоровья ребенка внутри семьи. Рассматривая же ситуацию с точки зрения психолога, мы можем с уверенностью говорить о нарушении внутрисемейной коммуникации, взаимопонимания между родителями и детьми, т.е. психологической дисфункции.


Часть II. Социальная служба для социально дезадаптированных несовершеннолетних


Приступая к созданию социальной службы, мы руководствовались практическими потребностями, возникавшими в ходе работы с детьми в приюте, в амбулаторных программах. Необходимость в теории возникла лишь на этапе систематизации и распространения опыта нашей деятельности. К тому же, на момент начала нашей деятельности, доступной литературы по социальной работе практически не было, не говоря уже о практических наработках. До сих пор мы так и не встретились ни с одной социальной службой или программой, занимающейся подобной деятельностью в России. Появление литературы по социальной работе не намного облегчило нашу деятельность. В ней очень много места уделялось истории социальной работы, объекту и предмету исследования, рассматривались функции социального работника и задачи социальной работы, но крайне мало было сказано о практике, методах работы и организации социальной службы, проблемах и способах их решения.

Во многом нам помогли зарубежные специалисты из Франции и Румынии. Их опыт социальной работы помог нам заложить основы социальной службы. Но методы, применяемые зарубежными специалистами, очень редко можно переносить на российскую почву без адаптации.

В результате мы ощущали себя «первопроходцами» социальной работы. Как вступить в контакт с ребенком на улице, как войти в семью и наладить сотрудничество с пьющими родителями, как привести клиента к психологу и привлечь государственные структуры к решению проблем клиентов – эти и многие другие вопросы возникали и требовали немедленного решения. Мы столкнулись с неподготовленностью кадров и необходимостью их обучения, с катастрофической текучестью кадров и синдромом «профессионального сгорания». На многие вопросы были найдены ответы, некоторые проблемы мы только сформулировали и теперь ищем их решения. В этой части мы поделимся нашими находками и ошибками, победами и неудачами.

^ Первая глава этой части посвящена истории развития социальной службы.

Во второй главе мы анализируем опыт ее практической деятельности, рассматриваем особенности целевой группы, на которую была направлена деятельность.

Организация социальной службы включает три аспекта, тесно связанные между собой: структурный, содержательный и организационно-методический. Им посвящены три последующие главы (с 3-й по 5-ю). Порой, трудно было провести четкую границу между ними: так тесно некоторые формы работы связаны с организационными моментами. Вследствие этого, некоторые формы деятельности могут встретиться в разных частях работы неоднократно, но их рассмотрение всякий раз будет иметь свою специфику.

В третьей главе представлена структура социальной службы, ее цели и задачи, подразделения и их функции.

^ Четвертая глава посвящена практической деятельности социальных работников, рассмотрены этапы социальной работы с отдельным клиентом, методы и технологии, применяемые на каждом этапе, взаимодействие между подразделениями социальной службы в ходе практической деятельности.
<