Реферат: Социология имущественных отношений
Касумов Т.К.
Социологияимущественных отношений.
Выдохнитекоммунизм,
вдохнитекапитализма!
Дэвид Старк
Любое общество в своей основе иоткрытости предстает как множество взаимодействующих индивидов, в большей мерезанятых строительством жизненных миров, и где имущественной стороне принадлежитрешающее место. Будучи опорным, то есть тем, что всегда присутствует и с чеговсе начинает развиваться, данное положение представляется изначально ясным посути своей, а потому в особой аргументации и эмпирической проверке ненуждается. Оно вполне доступно обыденному пониманию и является каждому какчасть его социального опыта. Ясно, что люди, составляющие общество действуют,и действие одних людей находятся в какой-то связке с действиями других,собственно благодаря этим постоянно воспроизводящимся интеракциям и возможнасоциальная жизнь. Иное дело, что нацеленные друг на друга действия индивидов всвоей устойчивости (социальных связях) и функциональной заданности(соответствие определенной потребности) со временем образуют конкретные типыотношений, а их соединения в свою очередь создают институциональные основы(общие правила) общественной жизни. При этом множество взаимодействий иотношений (конкретные типы) образуют целое, как единство содержания и формы,возможности и осуществления. Здесь взаимодействие индивидов – это содержание,которое соответствующим образом выливается в определенные формы –производственные, политические, национальные, правовые и многие другиеотношения, в том числе имущественные – предмет нашего рассмотрения. Вот тут иважно уяснить какие действия, а значит, цели и интересы индивидов выражаютсущность имущественных отношений и каковы особенности их развития («правилаигры») в России. Иными словами, имеют ли имущественные отношения в России,представленные как новые социальные практики, нечто, что отличает их отподобных типов отношений, укорененных давно в странах «развитого(организованного) капитализма». Если да, то в чем проявляются особенности исвязаны ли они лишь с ментальными структурами (психический строй) или причиныследует искать в иных сферах, начиная с экономики (приоритеты выбора) и культуры(ценностные установки, предпочтения, мнения). А вполне возможно, что«особенности» в большей мере подпадут под определение «трудности роста».Отвечая утвердительно на вопрос о «специфике», как производной отвзаимодействия многих из обозначенных нами факторов, а главное, соотношения силмежду ними, следует обрисовать сущностное видение данной проблемы, выявить егосоциологические аспекты. Это, прежде всего функциональные характеристикиимущественных отношений в России как свойства «сосуществования» множествавзаимодействий и отношений на уровне целого – института имущества.
Однако вначале следует определиться сисходными понятиями по принципу «что есть что» (каузальное объяснение) с тем,чтобы можно было перейти к реализации принципа «что есть как» (функциональноеобъяснение), то есть дать ответы на вопросы функционирования системыимущественных отношений в их связи с другими системами общественной жизни.
Имущественные отношения как понятие и предмет нормотворчества встречается, прежде всего, в памятниках правовоймысли. 1 В последующем оно было разработано вбольшей мере и стало применяться вначале в гражданском праве, когда речь шла орегулировании имущественных отношений частных лиц (вещное право), позже вторговом праве – при регулировании аналогичных отношений в торговом обороте.Это понятие также стало использоваться юристами в уголовном праве приописании и установлении вида и размера наказаний за преступления противсобственности. Все названные подходы, в конечном счете, определяли сущностные положенияправового регулирования имущественных отношений, прошедшие сквозь века.
В настоящее время понятиеимущественные отношения активно применяется в социально-экономическомконтексте, а в истории новейшей России оно приобрело даже революционный характер,выражая существо и направленность перемен.2 Однако во всех случаяхюридическая составляющая остается, как бы, «знаковой», определяя легитимностьотношений, связанных с собственностью. Исходя из этого имущественные отношенияв первом приближении, можно определить как устойчивые, взаимноориентированные (основанные на соглашениях) действия субъектов по поводусобственности, когда в первую очередь признается принадлежность имущества,обладание и пользование им по праву владения. Данное определение еще будетуточняться в статье с учетом особенностей социологического подхода, а покаотметим некоторые общие моменты, проясняющие генезис и сущность данного явления.Есть все основания считать, что имущественные отношения вероятней всего берутначало в собственности, в силу этого может свидетельствовать её природа,потому как в основе своей она связана с обменом вещей, которыми владеют. Да, инеизменность побудительных мотивов, в большей мере состоящих в удовлетворениипотребности и получении выгоды, то же говорит об этом. И сегодня собственники,будучи несовершенными – то есть, владея одним, но, не имея другого –сознательно идут на то, чтобы совершать обмен и вступают в имущественныеотношения, преследуя по существу те же цели. Поэтому есть все основанияполагать, что собственность, устанавливая границы между «моим» и «твоим» иделая возможным их, обмен по существу является институциональной основойразвития имущественных отношений. Здесь под объектом отношения понимается любаявещь (совокупность свойств), которая является собственностью и имеетстоимостное выражение, а в качестве субъекта собственности (владельца) –выступают личность, группа, государство.
Формы собственности и способыобращения с ней, как базовая часть имущественных отношений, в целомзакладывается всем ходом развития общественной жизни и обеспечивается защитойгосударственных, прежде всего правовых институтов. По отношению к собственникуэти культурные и нормативные ценности выступают как факторы, которые определяютдолжное в его поведении. На этой основе и с этих позиций начинают развиватьсяделовые отношения по обмену, купле, продаже и пр. От того, как складываются иразвиваются имущественные отношения в обществе, (базовые основы) зависит нетолько поведение субъектов собственности, но и также степень свободы инесвободы людей в различных сферах социальной жизни.
В условиях «Союза» законыограничивали права индивидов в имущественной сфере – было сложно что-либообменять, купить, продать, подарить или передать по наследству. Такое положениевещей умаляло значимость собственности в глазах индивидов, в своих житейскихделах они больше полагались на социальный статус, родственные и личные связи. Вобществе господствовала коллективная собственность, которой распоряжались функционеры,определяя обезличенный характер имущественных отношений, когда цели(экономическая выгода, практическая целесообразность) подменялись средствами(инструментами – «предписаниями»), а то и просто собственной логикой. Индивидубыло практически непросто отчуждать и приумножать собственность.
В современной России наблюдается инаякартина. Изменения в имущественной сфере приводят к радикальным переориентациямлюдей, они начинают по-новому открывать для себя универсальную значимостьсобственности в рыночных условиях и на практике стремится всеми правдами инеправдами заполучить её. Ведь теперь собственность может просто «кормить», апотому все предпринимают активные действия, чтобы иметь собственность иобладать ею во благо себе. В силу этого в российском обществе сложиласьситуация, которую можно представить как «активированную» и пеструю мозаикуотношений обмена, купли, и продажи всего и вся. Речь идёт об интенсификацииимущественных действий как проявлении свободы выбора по законам рынка. Однакоза отчаянными действиями «новоявленных» собственников все четче просматриваютсяструктуры новых отношений, обусловленных масштабностью развития одних («большиеединицы») и оппозиционностью других (чаще всего «одинокие единицы»). Этоотношения принуждения и зависимости выступают как неизбежные элементы новогопорядка.
Если первый класс отношений (купля –продажа – обмен) всецело ориентирован на саму вещь и все то, что связано сосменой прав собственности на эту вещь, то второй класс – это отношения иерархиии власти, основанные на богатстве. И тот, и другой тип отношений утверждаетсявзаимозависимостью между людьми и имуществом. Однако в одном случае превалируютпроцессы персонализации и индивидуализации – это когда люди прицениваются квещам, обретают их и тем самым делают эти вещи индивидуализированными, то есть,придают им определенный статус персональной принадлежности. В другом же случаепроисходит «овеществление» отношений – вещи в своем множестве (много полезныхвещей) преодолев границы неопределенности и единичности, уже сами овладеваютлюдьми. Скапливаясь в одних руках, они создают богатства, а значит основы длявыделения иерархических и властных структур. Процессы «персонализации» и«овеществления» выходят за рамки имущественных отношений, они становятся регуляторамидействий индивидов в различных сферах социальной жизни. Поэтому имущественныеотношения в общественном сознании могут оцениваться уже не только в процессеразвития вещных отношений, но также и с точки зрения их «функций» (проявлений)и «последствий» в обществе, что особенно имеет место в современной России.
Важно знать, какова функция(наблюдаемые последствия) имущественных отношений, или какой общественнойпотребности они соответствуют? Насколько правомерным будет утверждение, что всовременной России функцией имущественных отношений является развитиесоциальных систем, под которыми социологи понимают социальные отношения,предполагающие не только взаимные обязанности и права, но ивзаимодополнительность и обоюдность обязанностей и прав. В этой связи, как нампредставляется, следовало бы исходить из того, что имущественные отношения –это трехсторонние отношения, включающие двух и более участников – субъектовсобственности плюс третья сторона – ближайшее окружение (соседство, сообществолюдей) и в целом общество. Ясно, что интересы третьей стороны никак не могутбыть связаны напрямую с выгодой обмена и что они скорее, будут находиться всфере общих прав свободы личности и выражать меру их защищенности.
Действительно, я (третья сторона)могу быть свободным только в той мере, в какой реальные участники имущественныхотношений удерживаются от того, чтобы явно или неявно не нанести урон моиминтересам. Здесь важно, чтобы и нормы права не давали им возможностипользоваться своими экономическим или иным превосходством, если вдруг у нихвозникнут такие желания и они станут решать свои проблемы, нарушая моижизненные права. А желания такие возникают и чаще всего они удовлетворяются засчет третьей стороны. Вот типичный для современной России пример, один субъект(уполномоченный) собственности сдает в аренду коммерческой фирме подвальноепомещение в жилом доме. Условия договора устраивают обе стороны, а вот третьясторона (жильцы дома), чьи интересы практически не учитываются, становятсязаложником «производственных будней» фирмы арендатора. Здесь имущество«работает» на одних (арендатора и арендодателя) а проблемы создает другим(жильцам дома). В то же время все могло быть иначе, если бы господа уяснилисебе, что тут имеет место общественный интерес и им следует остановиться. Но всилу разных причин и обстоятельств этого не происходит. Странно, но факт, чтоэти проблемы как бы не существуют, сегодня для собственника и чиновника. А ведьеще патриарх российского права Б.Н.Чичерин подчеркивал важность данной проблемы,когда писал: «Я не вправе делать такое употребление моей собственности, котороестесняет права других или наносит им вред, например, воздвигать здание,которое отнимает свет у соседа или накапливать нечистоты, заражающие воздух».1Словом, право распоряжаться своей собственностью имеет определённые границы,так же как и всякое другое право.
В научном плане это говорит нам так же,о том, что имущественные отношения следует рассматривать не только как экономическое или юридическое понятие. То есть, как такие взаимодействия субъектов, которыеосуществляются лишь на рынке в контексте определенного правового режима, но и вболее широком социальном плане, как социологическую категорию, выражающуюсущностные отношения объективных вещей и явлений. Мера ее разработанности какраз и будет свидетельствовать о горизонтах научного опыта в изучении социальныхаспектов имущественных отношений. Здесь важно определить универсальные коды,порождающие структуры имущественных отношений. В этой связи речь может идтио единой постановке исследовательских задач и выявлении базовых проблем, атакже подходов к их решению в рамках новой отрасли социологического знания –социологии имущественных отношений.
Следует сразу оговориться по поводу«новизны», так как существуют давние традиции изучения собственности всоциальных науках, в том числе и в социологии, хотя в меньшей мере, чем вэкономике или юриспруденции. Так, в политэкономии широко известна марксистскаятеория частной собственности на средства производства как основного элементакапиталистических (формационных) отношений. В юриспруденции получилиосновательное развитие вопросы правовой защиты собственности, координации иконтроля имущественных отношений. В социологии все пока ограничивается работамиПарсонса, который исследовал собственность как ролевое поведение в рамках своейструктурно-функциональной теории. По его мнению, владение представляет собойформу ролевых отношений, а владелец предстает как исполнитель «роли», чьи«права» использовать, контролировать или отчуждать объект, которым он владеет,это права, обнаруживаемые при любых ролевых отношениях. А. Гоулднер, не во всемсоглашаясь с Парсонсом, делает, однако в развитие его идей одно очень важноеуточнение. Для собственников, — поясняет он, — фиксируемые в определеннойкультуре отношения – это не отношение с другими частным лицом или с другимиисполнителями роли, а скорее, отношения с некоторой вещью или объектом.«Другие», с которыми некто связан как «собственник», имеет лишь негативную иостаточную социальную идентификацию. Всем им одинаково отказано в употреблениии использовании «его» собственности. Вывод Гоулднера таков: отношениясобственности в своей основе являются отношениями взаимного избегания ивоздержанности. Другие приобретают идентификацию, причем отрицательную лишь втом случае, когда нарушают права собственника, а до этого он их просто незамечает. Собственника скорее волнует третья сторона, которая стоит на стражеего интересов и эта сторона – органы государства. Как видим, Гоулднер озабочен,прежде всего, правами собственников, его в меньшей мере волнуют права «других»,которые могут быть ущемлены уже самими собственниками, когда они пользуютсясвоим имуществом. Скажем, в Москве собственники паркуют машины под окнами илина детской площадке, а то влезают ими на тротуар, вытесняя пешеходов напроезжую часть улицы. О том, как собственность может создавать проблемыдругим, будет сказано ниже.
Междисциплинарный подход к изучениюпроблем собственности отчасти был осуществлен благодаря разработке теории«менеджерской революции», в которой утверждалось, что класс собственников(капиталистов) вытесняется управляющими (менеджментом), в результате чегоконтроль становится уже не функцией капитала, а профессиональной деятельностьюлюдей наемного труда – менеджеров. Основной вывод сводился к тому, что сраспадом (распылением) собственности, ее акционированием, заканчиваетсяпротивостояние между трудом и капиталом в классическом (марксистском)понимании.
В действительности же это скорееозначало начало распада больших «классовых структур» на множество индивидов(элементарные частицы). Сегодня в сфере производства практически уже нет«единоверцев» – монолитных сил, на которые индивиды могли бы равняться и идтина «других», как «стенка на стенку». Да, и на уровне общества, «различимые» победности давно уже не выступают как одно целое, которое могло бы противостоятьдругому целому (сомнительному капиталу и преступной бюрократии). Словом,произошел распад коммунитарных сил с ярко выраженной коллективистскойидеологией на множество безразличных друг к другу индивидов. В новых реалиях,когда бедность воспринимается как нечто, сопутствующее реформам, человек«бюджета» пытается выжить, полагаясь лишь на свои силы и на помощь дружественногоближайшего окружения. В данном случае это социальные сети, типа работодатель –наемный работник, патрон – клиент, коррупция, мафия, родственники, приятели ипр., они то и призваны обеспечивать необходимый обмен между индивидуальнымиразличными ячейками, в которых пребывают множественные индивиды. Значимостьэтих микроструктур для индивида все более возрастает. Однако нельзя сбрасыватьсо счетов огромные возможности макроструктур. В этой связи речь может идти отом, чтобы создать единую систему знаний, органически совмещающих макроподход(собственность как основа экономики и фактор глобального порядка) и микроподход(имущественные отношения в контексте жизнедеятельности индивида). Особоевнимание должно быть уделено механизма, обеспечивающим связи и взаимосвязимежду макро и микроподходами с тем, чтобы выявить в полном объеме рольимущественных отношений в образовании сложных социальных структур. Важно такжепоказать место и роль этих отношений в жизненных мирах, их проявления какповседневное действо. Единство в решении этих задач является методологическимпринципом, который определяет содержание (специфику и новизну проблематики)социологии имущественных отношений.
В практическом плане реализацияданного принципа рассматривается как движение мысли в границах макро имикроподходов. Это по существу взаимопереходы от структуры к действию и,наоборот. В первом случае, это глобальное поле собственности надо преобразоватьв ряд значимых (характерных) микроситуаций, показывающих как множественныеиндивиды, вступая в различные имущественные отношения (контрактные, товарные,коммерческие и пр. действия), решают свои жизненные проблемы, имеющиеструктуральное значение. Но при этом следует также иметь в виду тех, которыемогут решать эти проблемы сегодня далеко не праведными способами, как, скажем,это делают рэйдоры – захватчики чужого имущества.
Во-втором случае важно уяснить логикуимущественного поведения в целом, вскрыть исходные начала, присущиерациональным действиям субъекта собственности. Начнем с простой мысли о том,что имущества, взятые в своей единичности (вещь для владельца) удовлетворяютцелевые потребности людей. Но, как предмет отношений в широком социальномплане, то есть уже в ином роде и значении, в том числе и в контекстесоциального статуса (имущественное положение) собственность может потенциальностать силой принуждения и зависимости, изменяя, в общем-то, своейпервоначальной (целевой) природе. Человек заинтересован в такой материальнойсиле как атрибуте власти и престижа, а потому он при малейшей возможностизаставляет имущество работать на себя, будь то жилье, оборудование илиоригинальная разработка (интеллектуальная собственность). В этом случаеимущество становится активом, приносящим дивиденды, а сам владелец – реальнымучастником имущественных отношений. Теперь главный смысл его рациональныхдействий сводятся к обмену вознаграждений, где стимулом служит выгода(ожидаемая польза) и связанные с этим блага. Выбор целерациональных действий,как правило, определяется желанием при минимуме возможных затрат извлечьмаксимум выгоды. Например, на выгодных условиях сдать в аренду жилье. Таким образом,интерес как материальная выгода становится важным элементом имущественныхотношений. При наличии такого интереса возникают деловые контакты, укрепляются и развиваются связи, которые приводят к ожидаемым результатам. При этомсоциальные ценности зачастую лишь декларируются.
Подробное описание логики поведенияличности как субъекта имущественных отношений на микроуровне, вызвано тем, чтоэта же логика действий по существу определяет поведение двух другихинтересующих нас субъектов собственности – группы и государства (макроуровень).1В свою очередь это сближает их всех по целям и делает активными участникамиимущественных отношений. Такие отношения можно рассматривать как образования, вкоторых структурно представлены имущественные (читай и властные) интересыличности, группы и государства. Здесь в различных планах и заданных режимахпересекаются интересы всех собственников. Сущностными выразителями их является«я» и «ты», «мы» и «они» по отношению к «мое» и «наше». Сочетаниевзаимосвязанных элементов образуют две основные связки: «я» и «мое» – имущественноеповедение личности и «мы – наше» — имущественное поведение группы игосударства. Под воздействием определенных сил (норм, формальных и неформальныхограничений), имеющих отношение к имуществу, они (все три субъекта) образуютустойчивые структуры побудительных мотивов и в целом создают специфический миротношений, где возникают и развиваются сложные процессы, которые поройосознаются как острые проблемы социальной реальности. Значимость этих явленийнеотвратимо выходит за пределы имущественных отношений, затрагивая по существувсю общественную систему, и в первую очередь социальную сферу. Именно здесьобщество пожинает плоды имущественных революций, когда концентрациясобственности может в еще большей мере усугубляться функциональнойдифференциацией, а развитие процессов поляризации неумолимо вести к обнищаниюлюдей.
В этой связи предмет нашегоисследования определяется как особый (специфический) характер, присущий всемсоциальным взаимодействиям, связанным с вещным процессом, потому как отношениясубъектов собственности касаются, главным образом, вещей. Данный тип социальныхвзаимодействий обладает несомненной значимостью, как для субъектовсобственности, так и для всей системы общественных отношений. Это позволяетвыделить решающую проблему исследования, а именно: как вещные процессы всфере имущественных отношений влияют на социальное пространство – сокращают илирасширяют то, что принадлежит всем по природе общественных отношений. Отсюдагипотетически можно предположить, что имущественная сфера, в том виде как онаразвивается в России, «подминает» под себя социальное пространство, врезультате чего оно (как «шагреневая кожа») сокращается, вызывая напряженность в структурах общества.
Что может послужить доказательнойбазой для подтверждения данной гипотезы? Полный, всеобъемлющий ответ предполагает,прежде всего, выявление и изучение круга основных факторов(социально-политических, экономических, правовых и др.), определяющих развитиеимущественных отношений как институционализированных структур – норм, правил,статусов и ролей. Так, по мере развития «вещных» процессов совокупность ролей,как устойчивые модели взаимодействий, образуют ядро системы имущественныхотношений. В этом случае изучение сферы имущественных отношений как социальногоинститута позволяет предвидеть темпы изменений имущественных отношений, аглавное последствия этих изменений для развития личности и общества. Правда,сейчас говорить о темпах имущественного роста как показателей улучшения благосостояния людей в России, 1 строго говоря, не приходится, ибо вомногом характер изменений в сфере имущественных отношений есть результатсоциально-политической конъюнктуры. Так, приватизация, тотально расширив кругсобственников и тем самым, выдвинув на авансцену общественной жизниимущественные отношения, положила начало олигархическому витку развития классаимущих. Именно приватизационная практика вкупе с соответствующимисоциально-экономическими структурами в стране способствовала стремительнойполяризации социальных групп, когда собственность отчуждалась от государства внебывалых размерах, в то время как массы неотвратимо теряли основы своейстабильно-безбедной жизни. Вместе с тем эти изменения, как бы к ним неотноситься, все же дают основание считать приватизацию важнейшим этапоминституционализации имущественных отношений в России. В силу этого говоряттакие факты. Во-первых, в результате разгосударствления во многом поменялсясобственник общенародного имущества, и как следствие другим стало отношение кней. Если раньше им распоряжались бюрократы от имени народа, и такое имуществобыло не в почете, то теперь в ходе приватизации многие из них, ставсобственниками этого имущества, начали распоряжаться им в частной (единичной)форме, кардинального повысив его статус. Во-вторых, в результате приватизациипонятие «имущество» наполнилось новым содержанием. Теперь это уже не тольковещи, имеющие стоимость и обладающие потребительскими свойствами, но иимущество, которое стало для многих источником доходов, фактором, изменивших ихобраз жизни. Имущество вышло из зачаточного состояния, существенно набрав себев обществе прав, почета и гарантий. Так, домашняя собственность (и, преждевсего собственность на жилье) стала приносить доходы собственнику, зачастую способствуя выравниванию или преодолению профессионально-трудовых различий.1Есть основание полагать, что со временем жилищная собственность в России можетстать вполне самостоятельной основой дифференциации жизненных возможностей. Этипримеры свидетельствуют о роли приватизации, связанных с институциональнымиизменениями в сфере имущественных отношений. Однако в ходе приватизацииотрабатывались такие способы, приемы, и технологии по изменению формсобственности, которые были далеки от законности и нравственности. Всё этоделало сомнительным в глазах общественности права собственников, и, тем не менее,процесс продолжался, вовлекая в свои ряды новых охотников за собственностью.Появились предприниматели, которые копировали и распространяли образцыделового поведения, соответствующие наступательному духу приватизации. Началось«опривычивание» насильственной практики по захвату чужого. Типичным сталоисполнение роли предпринимателя – захватчика собственности, использующего еезатем в личных интересах, в угоду растущим амбициям. Вседозволенность, крутизнав бизнесе и личной жизни – вот так радикальные силы писали портретные чертыроссийского бизнеса.
Следует ли признать такое решениепроблемы собственности в России приемлемым, потому как для цивилизованногорешения смен собственности, и в этом нас настойчиво убеждают, не было серьезных условий. Попробуем ответить на данный вопрос, взяв за основу двакритерия: личностный мотив и отсутствие приватизированного оборотного капитала.Что касается второго критерия, то тут все ясно – речь идет об индивиде, которыйкроме ваучера, практически ничего не получил от приватизации общего имущества.А вот по первому критерию следует дать дополнительные разъяснения, так какличность является основной структурообразующей единицей имущественных отношений.В этой связи целесообразно начать с выявления цепочки связей «Я» и «МОЕ».Исходная позиция такова: там, где есть «Я» (личность) есть и «МОЕ»(собственность личности). Более того, «Я» – это и есть во многом «Я и МОЕ»(расширенное «Я»). Человеческое «Я» – по Гегелю, — обособлено как субъект всобственности: именно здесь Egoнаходит свое воплощение, а достижения личности – признание и достойную оценку Alter. Но, как только «МОЕ», боже упаси,начинает в силу каких-то причин утрачиваться или вдруг к великой радости Ego, непомерно расти, то “Я” становитсяиным и уже по-другому восприниматься извне. Словом, без “Я” нет “МОЕ” – этоочевидно, но следует признать так же, что и без “МОЕ” (собственности) посуществу наше “Я” будет уже не прежнее “Я”. А потому не станет преувеличениемутверждение, что на шкале ценностей личности, начиная с высших, “МОЕ”(собственность) следует напрямую за такой ценностью как жизнь. Мы часто готовыбиться если и не на смерть, то, во всяком случае, на живот за собственноеимущество и этот факт определяет наше отношение к внешнему миру.
Сегодня мы с нашим рациональным умомне хотим гибнуть за «металл», однако мы сильно болеем за свое имущество ибываем очень озабочены его сохранностью и умножением. Заинтересованность вимуществе порождает различные формы социального взаимодействия, которые в своейустойчивости и структурном воспроизведении образуют имущественные отношения.Эта безличная форма, которая существует как данность в различных культурах,выступая как условности и кодексы поведения. Личность в процессе социализацииусваивает и научается придерживаться их как необходимых ориентиров впрактических действиях, то есть проигрывать их как социальные роли.
В личной формеимущественные отношения складываются, как правило, так: два человекаобмениваются собственностью друг с другом или когда «мое» одного лицасоприкасается с «мое» другого лица.[1] В этом случае возникаютопределенные отношения, которые составляют основу отношений собственности, ибореализуется право собственника распорядиться своим имуществом. Эти отношения,являясь ближайшим социальным окружением «Я и ТЫ», существуют как часть широкойсети имущественных отношений, которые охватывают множество других лиц. Каждаяиз сторон, стремясь лично к умножению своего имущества, проявляет свой интерес,который в данном случае выступает как динамичная форма единства «Я и МОЁ».Действуя как силы притяжения, и отталкивания интересы взаимодействующих сторонсоздают определенное поле напряжения и тем самым удерживают в родовыхграницах имущественные отношения, не давая им распадаться. Здесь имуществоявляется содержанием,[2] сами отношения будутформой, а интересы движущей силой. Следует подчеркнуть, что имущество само по себепассивно, активность ему придает форма, которая открывает простор развитиюинтереса как движущей силы. Так, частная собственность, выражая в полной мереинтересы собственников, заставляет жестче функционировать систему имущественныхотношений.
Понятие «отношение»следует рассматривать как необходимый момент взаимосвязи сторон, в нашемслучае, взаимосвязи субъектов собственности по поводу имущества. Однако было быневерно сводить данные отношения лишь к моменту, как одноразовому акту, илинабору взаимозависимых действий. В широком социальном плане собственностьпредстает как совокупность необходимых предпосылок (фаза – «до»). Это база, накоторой происходит развертывание процесса взаимодействия (фаза «во время»), азатем и дальнейшее изменение всей системы имущественных отношений (фаза«после»). Как видим, собственность оказывает воздействие на отношения субъектовдо «соприкосновения», определяя их ролевое поведение и статусные позиции, а,главное, баланс напряженности и отчуждения, противоречий и конфликтов не тольков сфере имущественных отношений, связанных с рынком, но и за его пределами,распространяясь на всю систему общественных отношений. При этом следуетподчеркнуть, что сами эти отношения во многом существуют до вступления вовзаимодействие субъектов собственности, которые своими действиями воспроизводяти трансформируют эти отношения. «Кульминация» имущественных отношений – этомомент соприкосновения сторон (набор взаимозависимых действий). Здесь в большеймере проявляется воля субъектов собственности, их выбор, после чего могут наступать изменённые состояния, и в самой сфере собственности, и в прилегающейк ней областях общественной жизни. Например, передел собственности междугосударством и церковью в России (возврат церкви их земель, конфискованныхбольшевиками) может «взорвать» всю сферу имущественных отношений и иметь далекоидущие последствия для всей социально-политической системы общества.
Фаза «после», когдаимущественные отношения, как «сделка» уже завершились, может означать начало конфликта,особенно если субъектами собственности не учитывались интересы третьей стороны,о чем мы говорили вначале нашей статьи.
На основании изложенного имущественные отношения предстают прежде всего как баланснапряжения между сторонами по поводу собственности. Здесь две вещи волнуютстороны – выгода и защита прав собственности. Первую задачу субъектасобственности решают сами, а вторую – большей частью возлагают на общество,его институты правопорядка. Если выгода связана, в конечном счете, с увеличениемимущества, то защита прав собственности с его сохранностью. Но, в каждом изэтих случаев речь идет, прежде всего, о действиях и взаимодействиях людей, чтосвязано с личностными аспектами данной проблемы. Здесь важно различать понятие«отношение к собственности» (вещам) — продуктам труда (машины, компьютеры,оборудование и др. материальные ценности), исходя из двух возможных позицийиндивида: «Я МОЁ» и «МЫ — НАШЕ». В структуре психической жизни индивидаотношение к собственности четко различимо. На известном расстоянии от «МОЁ» (взоне «МЫ») находится «наше», которое также призвано выражать существоимущественных отношений. Если «Я» сопрягается с «вещью для себя» (отношениеоднозначно позитивное к собственности), то «наше» – с «вещью для нас» (отношениенеоднозначно позитивное к собственности). В неравной борьбе двух полезностей«мое» и «наше» в сознании личности победителем выходит «моё», что, безусловно,определяет приоритет интереса личности как субъекта собственности, егоцелерациональные (эгоистические) действия. Из этого обстоятельства следуетисходить в исследовании сущности имущественных отношений как системыинтересов, ценностей, норм, а также взаимности.
Теперь, когда мы уяснилисебе в общих чертах особенности имущественного поведения личности, причемсделали это в контексте ключевых понятий, есть смысл вернуться к проблемамприватизации как смене прав собственности на общее имущество в России. Нам, какпомнится, важно было на эту проблему посмотреть глазами личности, которая кромеваучеров ничего не получила от приватизации (а это массы…). Представим себетакого имярека1 (мне это не сложно сделать по известнойпричине) и станем вместе с ним отвечать на традиционные социологические вопросы:что происходит, что за этим стоит и куда это ведет?
Итак, что происходит? Этоконцептуальный вопрос, отвечая на него, социолог выявляет и описывает «нечто»как социальную реальность. Вначале дается общая характеристика объектаизучения, то, что «есть» в реальности, которую социолог наблюдает (да, и мы свами видим большей частью) с тем, что бы, в конечном счете, решить вопросистинности или неистинности («нечто»), справедливости или несправедливости,правильности или неправильности. То, по каким критериям, в каком направлении икак строит социолог предполагаемые различения (в целом это образуетмыслительную конструкцию) следует отнести уже к предмету его исследования. Наэтом процесс вычленения предмета анализа из объекта (социальной реальности)завершается и начинается поэтапное погружение в проблематику исследования,Таков общий подход. Согласно этому мы должны увидеть и оценить в жизни то, чтостало следствием каких-то событий (причин), которые имели место в прошлом. Но,какие силы задавали здесь тон, мы не знаем (это во многом прерогатива второгопроблемного вопроса), а пока следует лишь констатировать факты, то естьговорить о том, что видим.
Вооружившись такой схемойи переводя данный вопрос на «язык» нашей проблематики получим: что происходит симущественными отношениями в России? Отвечая, мы должны, как условились,исходить из того, что наблюдаем в реальности. В действительности наш имярек могбы видеть то, что в результате разгосударствления собственности у однихимущества стало неизмеримо больше, а значит власти и могущества. У другихимущества стало просто меньше, а, заодно, они лишились по существу достигнутыхобщественных позиций и статуса. В лапидарной форме об этих метаморфозахсобственности можно было бы сказать так. Единое (общее имущество) стало многим,(ваучеры роздали всем), сохранив свое единство (силу) в немногих, которые,обеспечив себе желаемое единство (имущество и власть) – правят бал.
Одни согласятся в этом снашим имяреком и скажут, что в действительности собственность не так (не тем)«роздали», а потому и повела она себя по-другому. Ведь как было задумано:заменить «слабую» собственность на «сильную», чтобы она способствовала лучшему решению проблем общества. А вышло что? Новая собственность на правахполноправной хозяйки стала активно вмешиваться во все и вся. Она агрессивнодиктует всем свою волю, создает: новые формы неравенства и присваивает себемонопольно привилегии. Другие возразят имяреку и приведут свои суждения типа:все это трудности перехода и что с укреплением новой собственности станутчетче структурироваться имущественные отношения и, соответственно, жизненныемиры, что, несомненно, приведет к устойчивости в общественных отношениях.Правда, тем, которые месяцами не получают свои зарплаты, а то и вовсе лишилисьработы, в определенном скепсисе и нигилизме, явно не откажешь. Вместе с темвыявленные противоречия представляются оправданными, так как они отражаютразличия жизненных миров, которые стали радикально иными со сменойсобственности.
Различия миров определяютто, каким люди видят масштабы и направления происходящих перемен, их отношениек новому порядку, нормам и ценностям жизни. В этой связи зададимся вопросом:что может служить индикатором имущественных перемен в России? Научный подход требует разработки обоснованной системы показателей, на основании которых можносудить о глубине, динамике и направлении изменений в имущественной сфере. Этуработу социологам еще предстоит выполнить. Однако для иллюстрацииосновательности, а главное, необратимости прошедших перемен нашему имяреку,как нам представляется, могут служить примеры целерациональных действийсверхимущественных людей России, связанные с их зарубежными приобретениями.Это и футбольный клуб, и королевский дворец, и автомобильный завод и многиедругие активы и вещи, тревожащие своими невообразимыми масштабами умыпростодушных людей. Эти приобретения не укладываются в их головах как«покупки». Но, тогда что это? Можно ли действия олигархов считать неотвратимымпрорывом в развитии имущественных отношений в стране, приобщением их квсемирному интернационалу сверхимущих. Или это банальная подстраховка «большогоимущества» согласно житейской премудрости о том, что «нельзя все яйца класть водну корзину». Каждое из этих предположений по-своему объясняет целирационального поведения олигархов. Возможно, что это действительно проявлениеглобализации в сфере имущественных отношений, когда мир для многих олигарховстал просто одной большой страной: где они живут, владеют и распоряжаются своимимуществом. Вместе с тем имеет право на жизнь и вторая версия – страх за«большое имущество» (личностный момент). Чем вызван этот страх, а главное, чтоза этим стоит? Это наш второй проблемный вопрос. Социологи рассматривают его вбольшей части как вопрос разоблачения механизма несправедливости. В нашемслучае, надо полагать, это действительно важный вопрос, ибо здесь кроетсяобщественный интерес – ведь к имуществу страны все граждане были причастны,пусть и формально. Одновременно следует также признать, что это еще и трудныйвопрос поиска, выбора и оценки сложных фактов социально-политической иэкономической жизни страны. Вскрыть механизм несправедливости – это, значит,вернуться в прошлое и дать оценку специфической исторической ситуации,различным схемам, которые закладывали и запускали конкретный механизм сменыправ собственника на общее имущество. Причем, в значительной части этонемаркированное пространство, которое социологу не так просто обнаружить иописать, тем более трудно это сделать нашему имяреку. За помощью можнообратиться к тем социологам, которые профессионально изучают подобные вопросы.Примеров тому много, так немецкие социологи, размышляя по поводу распада ГДР инеотвратимости «шокотерапии» разработали теорию имплозии (разрушения подвоздействие внешних сил), согласно которой их страна распалась в тот момент,когда Советский Союз отказался предоставить гарантии, если бы не этот факт, — считают они, — государственность ГДР можно было сохранить. Правда, есть идругие объяснения прошедшим переменам. В этой части называют катастрофуэкономического развития в странах СЭВ и в самой ГДР; ухудшение торговых связей;неудавшуюся попытку участия в индустриальной (третьей по счету) революции;поражение в гонке вооружений, огромные долги ГДР и пр. Некоторые из названныхфакторов вполне подошли бы и для объяснения прошедших перемен в России. Однаков контексте наших рассуждений ценность имеют и субъективные представления имярека,независимо даже от того, как верно они могут отражать ход и развитие перемен сточки зрения ранга (значимости) отдельных факторов. Именно такие представлениямножественных индивидов, проявляясь в различных поведенческих аспектах, могутстать вполне реальной силой и воздействовать на происходящие события внастоящем. В подтверждение сказанного я могу сослаться на знаменитую теоремуТомаса, которая гласит: «Если люди определяют ситуацию как реальную, то онареальна по своим последствиям». Социологи исходят из того, что действиямчеловека предшествует субъективное определение ситуации (ее интерпретация), чтозначимо уже не только для него одного, но и для тех, с кем он взаимодействует.В нашем случае примером упрощения сверхкомплексной информации может послужитьтакое суждение имярека: состоявшийся вариант смены собственности имел многопокровителей и сочувствующих во властных структурах1, притом,что народ занял выжидательную позицию, надеясь на улучшение. В таких условияхбыла осуществлена революция функционеров (ведь не только пролетариатуразрушать), как потенциальных собственников, которые стали ими в реальнойжизни, причем сражаясь не на баррикадах, а больше дебатируя в инстанциях, пришироком использовании ресурсов и различных механизмов государственной власти.Этот общий дух суждений, не смотря на отдельные «заостренности», все же следуетпризнать вполне лояльным. Имярек не думает углубляться в исторические детали,он мало интересуется отдельными промахами приватизации, считая, что все это ужев прошлом. Его больше волнует проблема – куда ведут эти перемены? (наш третийвопрос) и что они дают людям?
В первом приближенииответ представляется простым и ясным. Все перемены, так или иначе, ведут ккапитализации, которая одновременно провозглашена средством (напр. малыйбизнес) и целью (рост благосостояния) обновления. Ныне смена собственности и упрочение,существующие системы экономических отношений напрямую связывается с активнымосвоением новых моделей жизни и отказом от прежних социальных ожиданий иперспектив коммунитарного общества. Государство, в лице своих функционеров, сбросилос себя ответственность за построение нового рая на земле. «Общественныйдоговор» между народом и партией завершимся ничем, ибо главное условие договоратак и не было выполнено. Благополучие всех, основанное на общенароднойсобственности, государство признало утопией. Теперь все возвращается на кругисвоя – частная собственность объявлена панацеей выхода из бедности, акапиталистическая экономика, опять же дорога в рай, но в этот раз уже не длявсех.
Капитализация России –это развитие имущественных отношений как сети институтов собственности исоциальных практик, включающих экономические (хозяйственные), коммерческие,юридические, политические, психологические и социологические составляющие. Асами отношения – это совокупность взаимных действий субъектов собственности пообмену, продаже, купле с соответствующей инфраструктурой. Посредствоминститутов собственности, со всеми их составляющими, имущественные отношениявстроены в систему общественных отношений как вид или подсистема.Непосредственные же действия индивидов, связанные с имущественными отношениями,образуют элементы жизнедеятельности, их образ жизни.
В системе имущественныхотношений в России большое внимание уделяют политическим, коммерческим иправовым составляющим, зачастую даже в ущерб экономическим интересам развития.И, практически, не уделяют внимания психологическим и социологическим аспектам.Коммерческие и правовые вопросы становятся предметом обсуждения и размышленийпри купле и продаже имущества, а возникающие социальные проблемы, большей частью,связанные с интересами «третьей стороны» улаживаются собственниками с помощьююристов. Пожалуй, это можно рассматривать как специфические особенности развития имущественных отношений в России на данном этапе.
Однако не смотря на«трудности роста» капитализм в отдельно взятых частях российского общества всеже состоялся. Такое положение делает возможным и примечательным сравнение курсамолодого российского капитализма с западным на основе использования сущностныхмоментов в характеристике имущественных отношений и капиталистическихотношений. Во многом эти понятия «сроднились», и в том, и в другом случае вхарактеристике отношений решающая роль принадлежит собственности, причем вобоих случаях ее роль распространяется на все стороны общественной жизни. Но,есть и существенные различия. Во-первых, капиталистическая (классическая)собственность чаще всего является наследственной и в большей мере связанной смонетаристскими корнями. В то время как капиталистическая российскаясобственность, главная составляющая имущественных отношений, есть порождениечиновничьей мысли и воли. Родившись на руках чиновников, она продолжает расти иорганизовываться под их неустанным родительским взором в различных условиях. Сточки зрения классической собственности, новая собственность является«незаконнорожденной», ее легитимность подвергается сомнению так же и внутристраны.
Во-вторых, иклассическая, и новая собственность подвержены воздействию монетаристскойстихии, но при всем этом, новая олигархическая собственность в Россииподчиняется еще родительскому закону «Бульбы»: «Я тебя породил…» А развитиесредней и малой собственности происходит в институциональных «рамках», гдеактивно проявляется чиновничье принуждение. Видимо, в силу этих особенностейновая собственность пуглива, она предпочитает далеко хорониться от родныхпенат («родительского ока»).
В третьих, классическаясобственность давно уже обитает в обществах с высоким уровнем доверия; в товремя как новая собственность родилась и развивается в обществах с низкимуровнем доверия. В условиях доверия между членами общества возникает социальныйкапитал, что рассматривается как определенный потенциал общества. В то времякак недоверие, распространенное в обществе, налагает на всю его экономическуюдеятельность, — как утверждает Ф.Фукуяма, — что-то вроде дополнительнойпошлины, которую общества с высоким уровнем доверия не платят.
Многие отличительныепризнаки «капиталистических отношений» на Западе и «имущественных отношений» вРоссии существуют, скорее всего, во времени и связаны они, надо полагать, сопределенного рода «шагами» институционального характера, которые историческиотделяли одну систему от другой. В то же время следует отметить, что некоторыеотличия не столь существенны, и, видимо, в скором времени они сойдут на нет.Так, уже второе поколение собственников, в России унаследуют свой капитал, чтоприбавит им легитимности в общественном мнении. Со временем урегулируются также отношения крупного капитала с государством и их взаимоотношения приобретутвполне приемлемый с точки зрения западных стандартов характер. А вот насчетдоверия в обществе, видимо, придется еще долго ждать. Доверие – это нежныйцветок, который нуждается в особых условиях и требует длительного времени ивнимания, чтобы произрасти и цвести во блага людей. При том что здесь почвойродной будет «честность», а живительной влагой-«справедливость».
Выдохните коммунизм –советуют нам новые друзья из капиталистического мира. И мы с легкостью выдыхаемкоммунизм и вместе с ним наши несбывшиеся мечты об обществе равныхвозможностей. Взамен нам предлагают вдохнуть капитализма, и мы охотно вдыхаемего. Каждый старается при этом вдохнуть как можно больше дарованногокапитализма, но получается это не у всех. Видимо, здесь то и дают о себе знать«трудности роста». А потом, вдохнуть капитализма «по полной» – это, значит,стать активным участником имущественных отношений, но для этого необходимоиметь это имущество (активы), которого у многих просто нет. Вот ведь как насамом деле обстоят дела. Следует ли из этого заключать, что часть обществабудет обречена не в полной мере вдыхать капитализма и тем самыммаргинализироваться, то есть выталкиваться на обочину новой жизни. Сегодняответить на этот вопрос однозначно не представляется возможным, потому какРоссия только начала вдыхать капитализм. В то же время следует помнить, чтоимущественные отношения не могут полностью принадлежать только бизнесу, таккак протекают не только в экономическом, но и социальном пространстве. А потомуво всем, что касается собственности, следует активно искать цели и интересы,которые соответствовали бы напрямую социальным ориентациям и ожиданиям российскогообщества. В этом случае, без всякого сомнения, станут активнее произрастать иростки нового доверия. Но имущественный интерес продолжает признавать роднымлишь экономическое пространство, отторгая «социальное» как остаточный идосадный элемент. Бюрократия здесь активно вторит бизнесу. Таковы реалиисовременной России.
Складывающиеся в Россииимущественные отношения следует рассматривать как зародыш новых функциональныхсвязей, дифференциации и, соответственно, нового порядка. Отслеживать этипроцессы в контексте социокультурных изменений (образа и стиля жизни), а,главное, уметь предвидеть здесь нарастание чрезмерной «конфликтности»- вот чтодолжно стать предметом особых забот и усилий социологов России.
Литература.
1. Экономическаясоциология. Новые подходы к институциональному и сетевому анализу. М. 2002
2. Западная экономическаясоциология. М. 2004
3. Гоулднер А.Наступающий кризис западной социологии. Санкт-Петербург. «Наука».2003
4. Касумов Т.Социология. Курс лекций. М.2004.
5. Норт Дуглас.Институты, институциональные изменения и функционирование экономики. М.1997.
6. Современнаянемецкая социология:1990-е годы. Санкт- Петербург.2002.
7. Фукуяма Ф.Доверие. М.2004.
Аннотация.
Статья посвященасоциологическому анализу имущественных отношений в России. В ней речь идёт овыявлении базовых проблем и подходов к их решению в рамках новой отраслисоциологического знания-социологии имущественных отношений. В рядусоциологических аспектов выделяются функциональные характеристики имущественныхотношений как свойство сосуществования множества взаимодействий и отношений на уровнецелого-института имущества. Основная проблема здесь формулируется так: каквещные процессы в сфере имущественных отношений влияют на социальноепространство-сокращают или расширяют то, что принадлежит всем по природеобщественных отношений. В этой связи даются картинки постперестроечных практикимущественных отношений. Приводится сравнительная схема анализа имущественныхотношений в России и капиталистических отношений на Западе. Имущественные отношенияв России рассматриваются как зародыш новых функциональных связей идифференциаций, что открывает широкое поле научной деятельности для социологии.