Реферат: Хаттский (протохеттский) язык

§1. Язык древнейшего (III -начало II тысячелетия до н. э.) населениясеверо-восточной части Малой Азии внутри излучины р. Галис (совр. Кызыл-Ырмак)- хаттов, или протохеттов, — сохранен нам, помимо некоторого количестваупоминаемых в иноязычных текстах топонимов, личных имен и имен божеств, лишьсравнительно небольшим количеством культовых текстов из царского архива столицыХеттского царства — Хаттусы (совр. Богазкёй) [1]. В том числе имеется околополудесятка хаттско-неситских (хеттских) билингв и несколько десятководноязычных текстов, по большей части коротких и сильно фрагментированных.

Текстынаписаны слоговой клинописью почти без идеограмм, что очень затрудняет понимание;к тому же есть основания думать, что они были записаны хеттскими писцами попамяти без четкого понимания их значения, иногда даже с ошибками всловоделении.

Кэтим трудностям присоединяется еще одно обстоятельство. Дело в том, чтохеттский вариант аккадской клинописи, которым записаны эти тексты, позволяетразличать всего 12 согласных (m, р, n, t, sh [s], z [c], k, h, l, r, w, j — последний не во всех случаях) и четыре гласных (a, i, u, е — последний не вовсех случаях). Между тем хаттская фонологическая система, по крайней мере,исторически, была, вероятно, значительно богаче [2]. Поэтому с фонетическойточки зрения клинописные записи хаттского языка, видимо, в высшей степенинеточны.

Всеэто ставит почти непреодолимые препятствия интерпретации хаттского языка, темболее что грамматическая структура и характер отражаемых в языке грамматическихкатегорий, по-видимому, весьма существенно отличаются от грамматическихкатегорий, существовавших в индоевропейском хеттском-неситском языке, и от егограмматической структуры; поэтому и билингвы дают лишь слабую опору дляраскрытия хаттской грамматики.

Влексику установлено значение всего около 150 слов.

§2. В формообразовании хаттского имени можно установить наличие около 20 разныхпрефиксов и примерно стольких же суффиксов. Их значение пока окончательно невыяснено; можно только основываться на переводе соответствующих форм вбилингвах, однако нет причин считать, что в хеттском-неситском тексте отраженыво всех случаях те же грамматические категории, что и в хаттском, к тому жеотождествление слов хаттской версии со словами хеттской (неситской) всегдазатруднительно. Поэтому мнения исследователей относительно значения именныхаффиксов во многом расходятся.

Дифференциацияимен и глаголов в хаттском тексте весьма сложна, так как формальных критериевдля их различения нет, а показатели при имени и глаголе могут внешне (иногда ипо значению) совпадать. Так, например, установлено совпадение по значениюследующих показателей:

-е,-ia — при имени — дательный падеж, при глаголе — косвенно-падежный показатель«ему», «ей»;

ha-,ka-, pe-/pi- — локатив и при имени и при глаголе (по Камменхубер);

ha-- при имени и при зависящем от него глаголе обозначает, возможно, направлениедействия (иллатив);

u-,ai- — при имени — притяжательные местоимения, при глаголе — показатели лица (поШустеру);

esh-/ash-- npu имени и, возможно, при глаголе — показатель дистрибутива (по Шустеру).

§3. Число именных показателей, значение которых выяснено, и до сих пор (хотяхаттский язык изучается с 1919 г.) значительно меньше их общего количества, ктому же нет полного единства точек зрения, и нередко исследователи поддавлением новых интерпретаций меняют свои воззрения, так что всегда следуетучитывать их последние работы.

Всеже, исходя из критического разбора и сводки всех данных у Камменхубер, можносчитать установленными следующие показатели имени.

Показателипадежного характера

а)Суффиксальные показатели (следует иметь в виду, что падежные отношения, кромеотложительного падежа, могут выражаться и чистой основой):

-shu(вар. -ush, -sh) — по Камменхубер — винительный падеж (мнение, по-видимому,ошибочное);

-(гласный+)n- родительный падеж (Ларош, Камменхубер); падеж косвенного дополнения(Дунаевская, Шустер);

-ia(вариант -е?) -дательный падеж (Ларош, Камменхубер);

-tu- отложительный падеж (Ларош).

б)Префиксальные показатели:

pe-/pi-,ha- — локативные падежи (Камменхубер; по Форреру — локативные показатели; сточки зрения Дунаевской — проклитические предлоги; Шустер рассматривает pa-/pi-как фонетические — или графические — варианты показателя множественного числаuа-).

Показателичисла

uа-(редкие варианты ui-, pi-) — коллективное множественное число (Ларош;засвидетельствован в субъектном падеже, падеже прямого объекта, родительном илокативном падеже с hа-; признается Шустером единственным показателеммножественного числа хаттского имени, возможно, не коллективным, а.неопределенным).

le-- множественное число [Ларош, Камменхубер; засвидетельствован в тех же падежах,что и ua-, кроме падежа прямого объекта; по Форреру, одновременно указывал напритяжательность; Камменхубер рассматривает le- со значением множественногочисла и le- как показатель посессива в качестве разных (омонимичных?)показателей; для Шустера le- — исключительно показатель посессива, так как онполагает, что множественного числа этот префикс не выражает].

esh-(вариант ash-) — множественное число объекта (Ларош, Камменхубер; употребляетсятолько с падежом прямого объекта; по Шустеру, имеет иное значение — дистрибутивное).

Словообразовательныесуффиксы

-el,-il — суффикс принадлежности или происхождения существ мужского пола;

-ah1) значит то же, что и суффикс -el, -il, но применительно к существам женскогопола; 2) часто встречающаяся энклитика неизвестного значения.

Показателиграмматических классов в хаттском надежно не выявляются и, возможно, при имениотсутствовали.

Префиксальныеместоименные показатели имени

le-'его', 'seine' (один обладатель и несколько предметов обладания; Камменхубер);

shе-'их' (несколько обладателей и несколько предметов обладания; Камменхубер);

te-'его', 'ее' (один обладатель и один предмет обладания; Камменхубер).

Самостоятельныеместоимения

§4. О хаттском местоимении вообще нам известно очень мало; имеющиесяпредположения принадлежат Ларошу:

anna, ana 'это';

ima/e-- указательное местоимение;

-tu'его' (по более позднему мнению Лароша, в качестве местоимения неподтверждается, а является показателем отложительного падежа);

-shu'его', также в функции определенного артикля (Камменхубер раньше предлагаларассматривать -shu как показатель винительного падежа);

-e,-ia 'ему', 'ей', местоименные показатели при глаголе, совпадающие с показателемдательного падежа при имени (Камменхубер);

ud-'тебе' (с точки зрения Камменхубер — очень сомнительно);

un-'ты'?

ushas-'мы сами';

i-/u-артикль [3].

§5. Структура хаттского глагола может считаться в самых общих чертах выясненной.Согласно И. М. Дунаевской, в хаттском глаголе имеется цепочка префиксов изшести позиций; далее, между этой цепочкой и основой помещаются локативныепревербы, а после основы следует цепочка суффиксов из двух (или более) позиций.Заметим, что Камменхубер суффиксальных образований при глаголе не признает,включая их в основу; Шустер же, наоборот, придает им большое значение.

Предположительноезначение префиксов с уточнениями по А. Камменхубер видно из прилагаемойтаблицы.

Структурапрефиксальной части хаттского глагола

Желательность или нежелательность действия Группа субъекта Группа объекта Группа основы 6 5 4 3 2 1 преверб основа отрицание пожелание рефлексия субъект локатив объект tVsh (1) te-(ta-/tu-) a- an-, ash- ta- (2), she- ah-, h-, ha- pi-, ha-, ka-, zi-(?) R

 

Примечания.1. Символ V обозначает любой гласный.

2.Возможно, соответствует хеттскому-иеситскому направительному превербу anda:tash-te-ta-(n-?)nuw-a = хетт.-нес. (piri) anda le wizzi '(в дом) пусть невойдет'.

 

Значениесуффиксов (-a, -an, -e/-i, -u, -nu и др.) оставалось до последнего времени невыясненным; теперь же Г.-З. Шустер рассматривает -е как показатель настоящеговремени, -а (т. е. а в «полногласном» написании) — как выражениеповелительной формы, -а (в сочетании с te-) — как показатель побудительногонаклонения (прекатива).

§6. Наиболее вероятным представляется родство хаттского (протохеттского) сабхазо-адыгскими (северо-западно-кавказскими) языками, хотя, разумеется, дляокончательного суждения об этом материала пока еще слишком мало. Структурнаяблизость их, во всяком случае, очень велика. Однако имеются и некоторыеуказания не только на структурное сходство, но и на материальную близостьформантов, насколько можно судить о действительном звучании фонем, скрытых заклинописной графикой.

Какдля хаттского, так и для абхазо-адыгских характерно отсутствие специальногоэргативного падежа при общем эргативном характере конструкции предложения (вспряжении отражаются субъект действия и субъект состояния, в том числе исубъект состояния, наступившего в результате действия, т. е. прямой объект;формальное отличие переходных и непереходных глаголов, или глаголов действия исостояния; отсутствие залогов и т. п.).

Степеньструктурной близости между хаттскими и картвельскими (южнокавказскими) языкамименьше, чем между хаттским и ябхазо-адыгскими; так, хотя и эти языки в областиглагола имеют сложную систему префиксации и суффиксации, но принципы еенесколько иные, чем в хаттском. Падежная система картвельских языков почти неимеет видимых точек соприкосновения с хаттским. С другой стороны, некоторыехаттские форманты находят аналогии именно среди картвельских; ср. мегрельскоеотрицание tas с хаттским tVsh, грузинское is 'он' с хаттским esh(-)?

Всехэтих скудных данных недостаточно для окончательного решения вопроса огенетических связях хаттского (протохеттского языка [4].

Необходимоотметить, что хаттский язык, обнаруживая предположительные черты сходства сабхазо-адыгскими и, может быть, с картвельскими языками, не проявляет никакихобщих черт с языками северо-восточно-кавказскими (в противоположностьхурритскому и урартскому).

Примечания

1.А также отдельными морфемами и словами хеттского-неситского языка,неэтимологизируемыми из индоевропейского корнеслова. Впрочем, следует заметить,что до сих пор лишь в единичных случаях удавалось доказать хаттскоепроисхождение таких слов.

2.Особо следует обратить внимание на колебание в написании некоторых слов. Этоявление может иметь причиной и факты хеттской (неситской) фонологии; но, вовсяком случае, его наличие заставляет подозревать существование также ихаттских фонем, не получивших своего особого графического выражения.

3.Артикль а-, предложенный Форрером, по мнению Камменхубер не подтверждается.

4.Для установления возможного родства хаттского с абхазо-адыгскими языкамиобращалось внимание также на следующие факты: а) на хаттский характерономастики поемени касков, или кашков, занимавших во II тысячелетии до н.э.северо-восточную Малую Азию (район Понта, на востоке примыкающий к Колхиде, — Г.Г. Гиоргадзе); б) на сходство этнонимов kas/shk- и abeshla- (одно из плементого же района) с др.-груз. kashag, др.-рус. косогъ 'черкес', 'адыгеец' и сгреч. apsilai, лат. Absilae, др.-груз. Ap'sil-eti — название племени (вгрузинском — области) в районе р. Кодори (лат. Absilis) в Абхазии (Г.А.Меликишвили). Ср. также самоназвание абхазов — a-ap'sh-wa (-wa — множественноечисло).

Списоклитературы

ГиоргадзеГ.Г. К вопросу о локализации в языковой структуре каскских этнических игеографических названий. — Переднеазиатский сборник. М., 1961.

ДунаевскаяИ.М. О структурном сходстве хаттского языка с языками северо-западного Кавказа.- Сборник в честь академика Н.А. Орбели. — М.-Л., 1960.

ДунаевскаяИ.М. Принципы структуры хаттского (протохеттского) глагола. — Переднеязиатскийсборник. М., 1961.

ДунаевскаяИ.М. Протохеттский именной суффикс косвенного дополнения. — ВДИ, 1964, № 1.

МеликишвилиГ.А. К истории древней Грузии. Тбилиси, 1959.

Dunajewskaja I.M. Bemerkungen zu einer neuen Darstellungaltkleinasiatischen Sprachen. 2. Zum Hattischen. — OLZ. 68, 1973, 1/2.

Forrer E. Die Inschriften und Sprachen des Hatti-Reiches. — ZDMG.1922, 1/2.

Kammenhuber A. Hattisch. — HOr. 1. Abt., Bd 2, 1-2. Abschn., Lief.2 (с библиографией).

Laroche E. Etudes «protohittites». — JCL. 1, 1947; RA,51, 1947.

Schuster H.S. Die hattisch-hethitischen Bilinguen. I. Einleitung.Texte und Kommentar. T. 1.Leiden, 1974.

И.М. Дунаевская, И. М. Дьяконов. ХАТТСКИЙ (ПРОТОХЕТТСКИЙ) ЯЗЫК.

еще рефераты
Еще работы по языкознанию, филологии