Лекция: ПУТЕШЕСТВИЕ В КЕТТАРИ 6 страница
выглядит не слишком обжитой… Погоди-ка! Что это там виднеется? Неужели
городская стена?
— Именно это я и имел в виду. Это сооружение не может быть ничем иным.
— Сейчас мы увидим семь деревьев вахари у городских ворот, да и сами
ворота, на которых еще сохранились остатки резьбы старого Квави Улона,
надеюсь. — Мечтательно проборомотал я. — Представь себе, я так волнуюсь,
словно это мой родной город, а не Джуффина! Хотя, что я несу?! Если бы это
был мой родной город, фу, какая скука...
— Одиннадцать… — Бесстрастно заметил Лонли-Локли.
— Что: «одиннадцать»?
— Одиннадцать деревьев вахари. Можешь пересчитать.
Я внимательно уставился на приближающийся пейзаж.
— Смотри-ка! Действительно, одиннадцать! А Джуффин говорил, что семь.
— Мало ли, что было раньше! — Пожал плечами Лонли-Локли.
— А ты разбираешься в ботанике, Гламма?
— Отчасти, а что?
— Тебе не кажется, что эти деревья примерно одного возраста?
— Да, верно… И они очень старые, потому что ствол вахари становится
таким узловатым только на пятисотом году жизни.
— Ого! — Уважительно присвистнул я. — Ну вот видишь!? Значит и при
Джуффине их должно было быть одиннадцать. Если бы деревьев стало меньше, это
было бы объяснимо, а так… Ох, а вот и городские ворота — новехонькие!
Никаких там древних развалин, украшенных давно почившим Квави Улоном.
Простенько и со вкусом… Поздравляю, дорогой, вот мы и в Кеттари! Даже не
верится.
Лонли-Локли пожал плечами.
— Рано или поздно это должно было случиться. По какому поводу ты так
радуешься?
— Не знаю! — Честно сказал я, с восторгом разглядывая небольшие
нарядные домики. Любой составитель икэбаны пришел бы в ужас, созерцая
аляповатые букеты, изобильно украшающие окна, но мне это пришлось по сердцу.
Мелкие камешки мостовых всех оттенков золотисто-желтой гаммы причудливыми
узорами разбегались в разные стороны по узким улочкам. Воздух был чист и
пронзительно холоден, несмотря на горячие лучи закатного солнца. Но я не
замерз, а почувствовал себя словно умытым изнутри. Голова сладко кружилась,
в ушах звенело.
— Да что с тобой? — Спросил Лонли-Локли.
— Леди Мерилин влюбилась! — Улыбнулся я. — Мы с ней без ума от
Кеттари! Посмотри только на этот домик… и на тот, узкий, трехэтажный!
Какая-то сумасшедшая вьющаяся штука оплела его так, что флюгер не вертится!
А воздух, его же ложкой есть можно! Ты чувствуешь разницу? Когда мы ехали
через горы, ветер не был таким пронзительно чистым… Ох, кто бы мог
подумать, что в Мире есть такое… такой… Слов нет!
— А мне здесь не нравится. — Спокойно сказал Лонли-Локли.
— Не нравится? — Изумленно спросил я. — Это невозможно! Гламма,
дружище, ты болен, или просто устал за последнюю сотню лет… Тебе просто
нужно расслабиться. Хочешь — смотри мои сны хоть каждую ночь. Они же тебе
понравились?
— Да, это действительно было великолепно… Должен заметить, что твое
предложение кажется мне весьма великодушным. Даже слишком...
— Так уж и слишком… Ох, Гламма, готовь деньги, грядет час расплаты.
Вот она, базарная площадь!.. Где мы с тобой поселимся, как ты полагаешь?
Хорошо бы подальше от наших милых попутчиков! Пусть себе думают, что хотят,
все равно мы уже на месте, а после нас хоть потоп!
— Ты знаешь это выражение?! — Покачал головой Лонли-Локли. — Откуда?
— А что тут особенного? — Удивился я.
— Этот девиз был начертан над входом в резиденцию Ордена Водяной
Вороны. Для тебя это новость?
— Какие душевные люди! — Усмехнулся я. — Что мне не удается, так это
вообразить себе их могущество. При таком-то названии!...
— Порой ты меня по-настоящему удивляешь! — Пожал плечами Лонли-Локли.
— Чем тебе не угодило название?...
— Пожалуй, нам стоит расплатиться с господином Аборой и прокатиться по
городу! — Задумчиво сказал я, не решаясь взять на себя труд разъяснить
Шурфу Лонли-Локли, почему словосочетание «водяная ворона» кажется мне таким
смешным. — Не хочу жить в гостинице, где полным-полно приезжих из столицы!
Если хочешь узнать город, нужно обзавестись чем-то вроде настоящего
жилья!.. Да и поспокойнее так будет.
— Это весьма разумное решение! — Кивнул Лонли-Локли. — Думаю, что
этот пройдоха, Мастер Предводитель каравана может дать нам неплохой совет.
Думаю, что подобные капризы приезжих — еще одна статья его дохода.
— Хрен он на мне еще что-то заработает! — Весело сказал я. --
Поехали, Гламма! У меня роман с этим городом! Поверь, через час я найду
жилье лучше и дешевле, чем присоветует этот хитрюга… Думаю, что на досуге
господин Вала врет сам себе, просто по привычке, и его счастье, что он
никому не верит!
— Отлично! — Пожал плечами Лонли-Локли. — Ищи жилье сама, Мерилин!
Но тут я тебе не помощник. Что я могу, так это доставать деньги из сумки.
— Ну да, ты же в перчатках! — Улыбнулся я. — Отдай этому чуду
природы, что ему причитается, а потом сворачивай вон в тот переулок.
Кажется, там что-то поблескивает. Очень надеюсь, что это вода: для полного
счастья мне просто необходима квартира на берегу реки!
Лонли-Локли неторопливо вышел из амобилера, расплатился с нашим
проводником, вернулся и внимательно осмотрел меня с ног до головы, у него
были внушающие доверие глаза хорошего психиатра. Я смущенно пожал плечами,
сэр Шурф молча взялся за рычаг, и мы свернули в облюбованный мной
переулочек. Минута — и мы действительно выехали на набережную. Маленькие,
хрупкие мостики и грациозно тяжеловесные мосты совершенно не похожие друг на
друга, но прекрасно сочетающиеся, изящно перечеркивали темную морщину узкой,
но глубокой реки.
— Ох!.. — Тихо вздохнул я. — Неужели тебе и это не нравится, ворчун
ты этакий! Посмотри на эти мосты! Ты только посмотри!.. Грешные Магистры,
как называется эта речка, ты часом не в курсе?
— Понятия не имею, — с некоторым смущением пожал плечами Лонли-Локли,
— надо посмотреть на карте.
— Вот где-то здесь мы и поселимся! — Мечтательно сказал я. — А потом
уедем домой, и мое бедное сердце еще раз будет разбито.
— «Еще раз»? — Спокойно спросил Лонли-Локли. — Извини, но сэр Макс
не производит впечатление человека с разбитым сердцем!
Я весело кивнул.
— Одно из мерзейших свойств моего организма. Чем хуже идут дела, тем
лучше я выгляжу. У меня не раз возникали проблемы, когда в свои самые черные
дни я пытался одолжить денег у знакомых с такой счастливой рожей, словно
только что выиграл большой приз в лотерее. Ясное дело, что моим правдивым
рассказам о целой неделе, проведенной на хлебе и несладком чае, верили с
ясно слышимым скрипом...
— А ты знавал и такие времена? — Общение со мной явно способствовало
развитию подвижности лицевых мускулов сэра Шурфа. Теперь на его каменной
физиономии имело место неумело, но определенно написанное удивление.
— Подумаешь… Я еще и не такого дерьма поел, поверь уж на слово! — Я
пожал плечами. — К счастью, все меняется… Иногда.
— Это многое объясняет, — задумчиво кивнул Лонли-Локли, — потому-то
с тобой так легко иметь дело… Невзирая на твое безумие.
— Что?! Ну и комплимент!
— Это не комплимент, а констатация факта… Возможно, ты несколько
иначе понимаешь термин...
Я вздохнул. Кто бы уж говорил о терминологии! Мне и так было ясно, что
хвалить меня Лонли-Локли на этот раз не пытался...
— Ничего обидного я тоже не имел в виду, — примирительно сказал сэр
Шурф, — абсолютно нормальный человек попросту не подходит для нашей работы.
У нас в Ордене гворили: «Хороший колдун не боится никого, кроме помешанных».
Некоторое преувеличение, конечно, но думаю, что сэр Джуффин Халли отчасти
руководствуется этим принципом при подборе сотрудников...
— Ладно уж! — Я махнул рукой. — Я — это я, и как меня не назови,
это ничего не изменит… Останавливаемся, Гламма. Я собираюсь прогуляться по
набережной и пообщаться с местным населением. Сердцем чую, оно изнывает от
желания приютить двух богатых столичных бездельников!.. Не переживай: я
помню, что меня зовут Мерилин, так что собираюсь пощебетать с какими-нибудь
милыми старушками...
— Поступай, как считаешь нужным, — пожал плечами Лонли-Локли, — в
конце концов, нам обоим не следует забывать, что сэр Макс — мой начальник.
— Скажешь тоже! — Я не удержался от нервного смешка. — Ладно, я
скоро вернусь.
Мои ноги, кажется, были в восторге от возможности ступить на янтарный
тротуар набережной. Сквозь тонкую подошву сапожек я ощущал нежное
неправдоподобное тепло этих желтых камней. Мое тело было легким и
счастливым, кажется у меня были все шансы взлететь, если бы я очень
постарался. Кеттари был прекрасен, как мой любимый сон… Черт, кажется,
этот городок был даже еще прекраснее!
Легкой походкой леди Мерилин я пересек улицу и легкомысленно улыбаясь
до ушей, медленно пошел по тротуару, восхищенно разглядывая маленькие
старинные домики. «Старая Набережная», — вслух прочитал я название на
табличке. Что ж, мне и это нравилось!
«Ох, Джуффин, — весело подумал я, — если бы я мог сейчас докричаться
до вас, я бы непременно сказал, что такой изумительный дядька, как вы, мог
родиться только в таком изумительном месте! Вряд ли мне захочется говорить
это, когда мы встретимся, так что просто примите к сведению, ладно?» Я так
размечтался о возможности поболтать с шефом, что чуть не сбил с ног
невысокую худенькую старую леди. К счастью маневренность ее хрупкого тела
оказалсь превыше всех похвал: в последнюю секунду бабушка резко метнулась в
сторону и ухватилась за резную ручку маленькой садовой калитки. Она
недоумевающе посмотрела на меня.
— Что с тобой, детка? Где ты оставила свои прекрасные глазки? В
табакерке своего мужа?
— Простите, — смущенно сказала моя леди Мерилин, — всего полчаса
назад я приехала в город, о котором слышала с детства. Мне в голову не
приходило, что он так прекрасен! Поэтому я немного сошла с ума, но это скоро
пройдет, как вы думаете?
— Ой, и откуда же ты приехала, милая? — Расстрогалась старушка.
— Из Ехо. — Я виновато развел руками. Когда признаешься обитателю
милого провинциального городка в своем столичном происхождении, непременно
испытываешь какую-то неловкость, словно только что стащил серебрянную ложку
из буфета этого бедняги.
— А говор-то у тебя не столичный, — заметила наблюдательная жертва
моей задумчивости, — да и не наш. Откуда ты родом, девочка?
— Я родилась аж в графстве Вук, — обезоруживающе улыбнулись мы с леди
Мерилин, — мои родители уехали туда еще в Смутные Времена и очень неплохо
там обжились. А я вышла замуж за мужчину из Ехо, всего несколько лет
назад… Но моя прабабка родом из Кеттари, поэтому… Словом, когда я
говорила моему мужу: «Гламма, я хочу хороший кеттарийский ковер», я имела в
виду нечто совсем другое. Я хотела...
— Ты хотела попасть в страну сказок, которых наслушалась в детстве! --
Понимающе кивнула старушка. — Я вижу, тебе здесь действительно понравилось!
— Не то слово! — Искренне сказал я. — Кстати, вы не расскажете мне,
какие порядки в вашем городе? Мне хотелось бы найти жилье на пару дюжин
дней. Не гостиницу, а нормальное человеческое жилье. Это у вас практикуется?
— И еще как практикуется! — С энтузиазмом сказала старушка. — Можете
снять один этаж, или целый дом… Но целый дом — это довольно дорого, даже
на короткий срок!
— Ой, — весело сказал я, — мне бы только найти человека, у которого
на примете есть что-нибудь подходящее, а дорого, или недорого, это мы с ним
обсудим! — И я дважды стукнул указательным пальцем правой руки по кончику
собственного носа.
— Добро пожаловать, девочка! — Весело сказала моя собеседница. — Ты
действительно заслуживаешь небольшой скидки! Представь себе милая, я
возвращаюсь домой от своей подруги. Мы с ней как раз говорили о том, что
вполне могли бы поселиться в одном доме, поскольку все равно ходим друг
другу в гости с утра до вечера… А второй дом можно было бы сдать жильцам,
чтобы позволить себе некоторые приятные излишества. Мы обсуждаем этот план
уже чуть ли не дюжину лет, и все не можем решиться. Пара дюжин дней — это
именно то, что нам нужно для начала: за это время мы с Рэрой успеем понять,
способны ли мы ужиться под одной крышей… Мой дом здесь неподалеку, это
обойдется вам в десять корон за дюжину дней...
— Ого! — Весело сказал я. — Цены-то почти столичные!
— Ладно, восемь, но вы с мужем поможете мне перевезти к Рэре свои
самые необходимые вещи! — Решительно сказала старушка. — Их не так уж
много, а в твоем распоряжении амобилер и большой мужчина, так что это не
составит труда...
«Самых необходимых» вещей оказалось столько, что перевозка проходила в
шесть этапов. Впрочем, мы провели время с немалой пользой: леди Харая, как
звали нашу квартирную хозяйку, успела показать нам места, где можно заказать
хороший завтрак и места, где стоит ужинать по вечерам. Кроме того она раз
триста предупредила нас, чтобы мы не вздумали играть в карты с местными
жителями… После того как мы заплатили за две дюжины дней вперед,
счастливая старушка пожелала нам «хорошей ночи» и скрылась за дверью дома
своей подруги.
— Кажется старые леди собираются здорово покутить этой ночью! --
Одобрительно сказал я. — Поехали домой, сэр Шурф. Не сердись, но мне ужасно
надоело называть тебя Гламмой!
— Поступай, как знаешь, но я предпочитаю вести себя максимально
осторожно. — Пожал плечами Лонли-Локли. — Какая разница, как называть
человека? Что действительно важно, так это не допустить промаха при
посторонних...
— При каких «посторонних»? — Весело спросил я. — Наши спутники
благополучно дрыхнут в каком-нибудь паршивом притоне… полагаю, что за эту
восхитительную возможность с них содрали побольше, чем с нас!.. Ты в
восторге от моего везения, дружище?
— Разумеется, — спокойно кивнул Лонли-Локли, — но я с самого начала
ожидал чего-то в этом роде, посему не удивляюсь… Надеюсь, что подобная
реакция не вызывает у тебя чувство разочарования?
— Ну что ты! Она вызывает у меня прекрасное чувство, что все в Мире
находится на своих местах! Твоя невозмутимость, сэр Шурф, — единственный
оплот моего душевного равновесия, так что оставайся таким, какой есть,
Магистры с тобой! Поехали домой, умоемся, переоденемся, потом — ужинать, а
там посмотрим… Сэр Джуффин, насколько я помню, дал нам изумительную
инструкцию: наслаждаться жизнью и ждать, пока чудо само нас найдет...
— Эту инструкцию сэр Джуффин дал не нам, а тебе. Мне он поручил просто
охранять тебя от возможных неприятностей.
— Мое сердце совершенно уверенно, что в Кеттари у меня не может быть
неприятностей. Никаких!
— Посмотрим, — пожал плечами Лонли-Локли, — стой, куда тебя несет,
вот же наш дом! Двадцать четвертый дом на Старой Набережной, разве ты не
помнишь?
— Ах да, действительно! Как любит говорить сэр Луукфи, люди такие
рассеянные...
Ванная комната располагалась в подвале, очевидно по этому вопросу
жители всех провинций Соединенного Королевства пришли к полному консенсусу.
Вот только никаких излишеств нам не было предложено: одна-единственная
ванная, чуть побольше, чем это принято на моей исторической родине, но в
общем-то почти точно такая же. Сэр Шурф брезгливо поморщился.
— После нескольких дней в дороге я, признаться, рассчитывал хотя бы на
три — четыре бассейна...
Я сочувственно вздохнул.
— Уверен, что у тебя дома их не меньше дюжины! Ничего не попишешь,
придется тебе привыкать к простой и суровой жизни.
— У меня дома их восемнадцать, — с ощутимой тоской в голосе сказал
Лонли-Локли, — и я думаю, что это — неплохое число.
— Ого! — Я уважительно покачал головой. — Хотел бы я знать, есть ли
среди них парочка дырявых?
— Увы, такой привилегии я не имею. — Печально вздохнул Лонли-Локли.
— Можешь мыться, леди Мерилин, я подожду в гостиной.
Когда через четверть часа я поднялся наверх, мой друг изумленно
приподнял брови.
— Не стоило так торопиться, я мог бы подождать и дольше… Грешные
Магистры, ты всегда так быстро моешься?
— Почти, — улыбнулся я, — жуткое свинство, правда?
— У всех свои предпочтения, — утешил меня Лонли-Локли, — но я
заранее приношу извинения за то, что не смогу привести себя в порядок так же
поспешно...
— Какая ерунда, — отмахнулся я, — у меня как раз есть одно дельце...
Оставшись один, я тут же потянулся за своей подушкой, нетерпеливо
засунул под нее руку и начал ждать. Не прошло и нескольких минут, как в моем
распоряжении была первая «рыбка»: сигарета, скуренная всего лишь наполовину.
Аккуратно погасив окурок, я спрятал его в маленькую шкатулку, специально
предназначенную для хранения моих трофеев, своего рода «портсигар», с двумя
отделениями: для «бычков» и для целых сигарет, попадающих ко мне так редко,
что я постепенно начал отвыкать от вкуса только что начатой сигареты… Ох,
да грех жаловаться, это было куда лучше, чем ничего: несколько месяцев, в
течение которых я пытался привыкнуть к местному табаку, казались мне
воистину героическим, но скорбным временем...
Часа через два сэр Шурф наконец соизволил покинуть ванную комнату. У
меня к этому времени уже скопилось четыре окурка, один другого длиннее: это
была на редкость удачная охота! Моя правая рука вот уже двадцать минут
неподвижно покоилась под подушкой, и я не собирался прерывать этот процесс.
Черт, этот парень и без того знал обо мне слишком много! Какие уж там
тайны...
— Могу ли я узнать, что ты делаешь? — Вежливо поинтересовался он.
— А, колдую, как могу! — Я пожал плечами. — Добываю те самые
загадочные «курительные принадлежности»… Отнимает кучу времени, зато
совершенно бесплатно! Привычка — страшная сила!
— Это из твоего… с твоей родины? — Осторожно спросил Лонли-Локли. Я
молча кивнул и попытался сосредоточиться. Сэр Шурф с недоверчивым
любопытством рассматривал окурки.
— Можешь попробовать, — великодушно предложил я, — это как ваш
табак, только гораздо лучше… Тебе так понравится, что мне придется
оставить службу, чтобы добывать сигареты для нас двоих!
— Можно попробовать? Спасибо, это более чем великодушное предложение!
— Лонли-Локли вежливо выбрал «бычок» покороче и закурил.
— Ну как? — Завистливо спросил я. Моя правая рука все еще оставалась
пустой, а я дал себе честное слово, что закурю не раньше, чем покончу с этой
нудной работой.
— Табак довольно крепкий, но действительно гораздо лучше того, к
которому я привык! — Одобрительно заметил Лонли-Локли. — Теперь я понимаю,
почему у тебя было такое скорбное выражение лица всякий раз, когда ты
раскуривал трубку...
— А оно было скорбное? — Рассмеялся я. — Ох, вот она, моя дорогая,
пошло дело… Опаньки! — Я быстро извлек руку из-под подушки и внимательно
изучил добычу. — Грешные Магистры, только этого мне не хватало!
У меня в руке оказалась совершенно целехонькая самокрутка с марихуаной,
в этом не было никаких сомнений. Во-первых, я отлично знал, как выглядят
подобные штуки, а во-вторых, специфический пряный запах не давал повода для
сомнений.
— Черт! — Обиженно сказал я. — Столько стараний коту под хвост!
— А в чем дело? — Поинтересовался Лонли-Локли. — Этот сорт табака
тебе не нравится?
— Что-то в этом роде! — Огорченно кивнул я. — Даже хуже. Большинство
моих соотечественников курит эту дрянь, чтобы как следует расслабиться, а я
ее терпеть не могу. Наверное я действительно ненормальный! Хочешь
расслабиться, сэр Шурф? Можем поменяться!
— Любопытно… — Задумчиво сказал Лонли-Локли. — Я никогда не
отказывался от возможности получить новый опыт...
— Будешь пробовать? — Я просиял. — Вот и славно, мои старания не
пойдут прахом… А потом, кто тебя знает, может быть и правда расслабишься?
От души тебе этого желаю, Шурф, раз уж тебе не понравился Кеттари… — И я
протянул ему самокрутку, а сам с удовольствием докурил остатки его сигареты.
Очень хотелось еще, но я строго сказал себе: «У тебя осталось всего три
штуки, дорогуша, а впереди — целый вечер. И как ты будешь выкручиваться?»
Внушение подействовало, но я был уверен, что ненадолго. Я вздохнул и
обернулся к Лонли-Локли.
— Ну что, ты расслабился, дружище? Идем ужинать… — Тут моя нижняя
челюсть со стуком упала на грудь. У меня до сих пор нет слов, чтобы описать
мое тогдашнее изумление. Сэр Шурф Лонли-Локли улыбался до ушей. Чье бы там
лицо он не напялил, это было невозможно, просто невозможно! Я судорожно
вздохнул.
— Эта смешная курительная палочка — отличная штука! — Весело
подмигнул мне Лонли-Локли и вдруг глупо хихикнул. — Если бы ты знал, Макс,
как смешно говорить с тобой, глядя на эту рыжую девчонку! — Хихиканье
перешло в настоящий смех, а я почувствовал непреодолимое желание
перекреститься, но так и не вспомнил, какой рукой и в какую сторону это
нужно делать.
— С тобой все в порядке, Шурф? — Глупо спросил я.
— Да что ты на меня так пялишься, парень? — Весело спросил
Лонли-Локли. — Зануда, которым я довольно долго был, пошел погулять, а мы с
тобой сейчас отправимся ужинать, только… — он снова расхохотался, --
только сначала попробуй закрыть рот, иначе из него все будет вываливаться, и
ты… ты не сможешь ничего проглотить! Ты сможешь закрыть рот, если очень
постараешься?
— Какая прелесть! — Вздохнул я. — А я-то надеялся отдохнуть от
Мелифаро… Ладно уж, пошли, только не забывай, что меня зовут Мерилин, а
тебя...
— Ты всерьез уверен, что все жители Кеттари придут подслушивать нашу
беседу? — Ехидно спросил Лонли-Локли. — Бросят все свои дела и встанут под
окнами трактира, чтобы выяснить, какими именами мы называем друг друга. --
Он снова расхохотался. — Грешные Магистры, Макс, им же будет тесно! Сколько
жителей в этом паршивом городке?
— Понятия не имею! — Усмехнулся я.
— А, сколько бы их не было, все равно им будет тесно! — Лонли-Локли
опять расхохотался. — Пошли, я еще никогда в жизни не был таким
голодным!.. Да, только не нужно так вертеть задницей, сэр Макс, а то у тебя
будут проблемы с мужским населением! Или ты не против проблем такого рода?
— Я против любых проблем! — Сердито сказал я. — Пошли уж, чудо!
— Это я «чудо»? Ты на себя посмотри! — Лонли-Локли уже стонал от
смеха. Но из дома мы все-таки наконец вышли.
По дороге Лонли-Локли хохотал без остановки, его смешило все: моя
походка, лица редких прохожих, шедевры местной архитектуры… Парня можно
было понять: по моим подсчетам он даже не улыбался лет двести, а тут такой
шанс! Он был похож на бедуина, внезапно оказавшегося в плавательном
бассейне. Приятно было посмотреть, как он наслаждается, лишь бы не
захлебнулся на радостях… Я пожал плечами. Что я сделал: доброе дело, или
величайшую глупость в своей жизни, пока было трудно понять.
— Что мы будем есть? — Бодро спросил я, усаживаясь за столик в
«Деревенском Доме», старинном трактире, название которого я запомнил со слов
леди Сотофы.
— Что бы мы не заказали, мы будем есть дерьмо, это однозначно! — И
Лонли-Локли в очередной раз расхохотался.
— В таком случае поступим просто! — Я закрыл глаза и наугад ткнул
пальцем в солидных размеров обеденную карту. — Номер восемь. Со мной уже
все ясно, а с тобой?
— Отличный способ принимать решения! — Шурф зажмурился и тоже ткнул
пальцем, как и следовало ожидать, он промахнулся. Мой стакан полетел на пол,
Лонли-Локли снова расхохотался, я вздохнул. Кажется, предполагалось, что
именно этот парень будет оберегать меня от возможных неприятностей...
— Придется повторить! — Отсмеявшись сказал Лонли-Локли. На этот раз
я был начеку и вовремя подставил картонку. Указательный палец сэра Шурфа
насквозь продырявил меню в районе тринадцатого номера, владелец грозного
оружия опять взорвался хохотом.
— Экий ты голодный, — усмехнулся я, — думаю, что дырка означает
двойную порцию… От души надеюсь, что это что-нибудь приличное.
— И не надейся! Это будет какое-нибудь дерьмовое дерьмо! --
Жизнерадостно заявил Лонли-Локли и рявкнул на робко приближающегося хозяина.
— Дерьмо номер восемь и двойное дерьмо номер тринадцать… Живо!
— Грозен ты, братец, как я погляжу! — Сказал я, глядя на сутулую
спину поспешно удаляющегося хозяина. — Могу себе представить...
— Нет, — весело отозвался Лонли-Локли, — не можешь! Ничегошеньки ты
себе не можешь представить, да оно и к лучшему… Ага, сейчас мы будем
набивать брюхо. Посмотри, как он косолапит, этот парень, умора! — Сэр Шурф
снова расхохотался. — Кстати, твой способ выбирать еду — это нечто!
Видишь, что нам несут?
— Вижу! — Растерянно кивнул я. Перед Лонли-Локли поставили две
крошечных стеклянных вазочки, в которых лежало по ломтику чего-то белесого,
пахнущего плесенью, медом и ромом одновременно. Мне же достался огромный
горшок, доверху наполненный мясом и овощами.
— Немедленно принесите мне то же самое! — Все еще смеясь заявил
Лонли-Локли. — А то перед дамой неловко! И заберите назад этот тринадцатый
номер, мы уже понюхали, с нас хватит!
— Один можете оставить! — Вмешался я. — Мне ужасно интересно, что за
мерзость ты выбрал, дорогуша!
— Интересно, так пробуй! — Пожал плечами Лонли-Локли. — Лично я не
собираюсь рисковать жизнью по такому пустяковому поводу!.. Грешные
Магистры, сэр Макс, какой ты смешной!
Хозяин посмотрел на нас с немым изумлением и удалился, унося с собой
одну из злополучных вазочек. Я с брезгливым интересом ковырнул белесую
субстанцию, еще раз понюхал и осторожно попробовал крошечный кусочек.
Кажется, это была адская смесь сала и пикантного сыра, пропитанная какой-то
гремучей разновидностью местного рома.
— Ужас какой! — Уважительно сказал я. — Вот что надо привезти в
подарок Джуффину. Лучшее средство от ностальгии, каковой он и так не
страдает...
— Если мы когда-нибудь увидим этого старого хитреца! — Усмехнулся
Лонли-Локли. — Впрочем, у тебя большой опыт путешествий между Мирами, не
так ли?
— Не слишком… — Я виновато пожал плечами. — А ты изменил свое
мнение, как я погляжу! Раньше тебе не слишком нравились мои разговоры о
другом Мире...
Лонли-Локли снова рассмеялся.
— Да не мнение я изменил, а себя! Экий ты бестолковый! Видишь ли, этот
зануда сэр Лонли-Локли, с которым ты привык иметь дело, просто не мог сразу
согласиться с такой бредовой версией, даже если она была единственным
логичным объяснением происходящего… Но я не такой идиот, чтобы отрицать
очевидное! Думаю, что этот невыносимый парень, которым мне приходится быть,
тоже согласится с тобой, со временем… Впрочем, это не важно! Правильно?
— Наверное правильно. — Вздохнул я. — А вот и твоя порция. Приятного
аппетита, Гламма!