Лекция: С. А. Кислицын, А, В. Паршин 3 страница

Завершается разработка концепции государственной кадровой политики применительно прежде всего к персо­налу государственной и муниципальной службы на основе приоритета трех ведущих принципов: профессионализма, стабильности, гражданственности.

20*

История России в вопросах и ответах

Органами государственного и муниципального управле­ния много сделано по слому прежней административно-ко­мандной системы управления, по переходу от администра­тивно-командной к рыночной экономике.

2000—2001 гг. показали, что в обществе уже есть доста­точно высокий уровень согласия по принципиальным во­просам развития страны. Дан старт конструктивной, хотя и сложной, совместной работе законодательной и исполни­тельной властей. Они доказывают способность к системной и плановой работе. Одобрены в целом программные доку­менты о социально-экономическом развитии страны.

Крупным событием последних лет стало рассмотрение законов, совершенствующих федеративные отношения, а также меняющих положение дел в социальной и налоговой сферах. Их введение становится точкой отсчета нового вре­мени — и в государственном строительстве, и в правилах поведения в экономике. В России наступает период, когда власть обретает моральное право требовать соблюдения ус­тановленных государством норм.

Однако в этом отношении еще очень много нерешенных проблем, причем не только в области собственно органи­зации государственного и муниципального управления и кадровой политики, что уже отмечаюсь ранее, но и, осо­бенно, в реализации тех задач, которые призваны решать органы управления по развитию экономики, социальной сферы, межнациональных отношений.

Характеризуя сложившуюся в итоге ситуацию в целом, прежде всего следует отметить, что российская государ­ственность, власть и управление, российский многонаци­ональный народ, несмотря на некоторые характерные для последних лет положительные яапения и процессы, пере­живают сейчас исключительно сложную и драматическую полосу своего исторического развития. Легитимация всех ветвей власти на уровне Российской Федерации, субъектов РФ, местного управления и самоуправления, повсеместное проведение демократических выборов, замедление высоких темпов спада производства и снижения уровня жизни на­рода, наполнение рынков товарами народного потребле­ния, некоторая стабилизация, хотя и на весьма низком уровне, ресурсов, выделяемых обществом на развитие на­уки, образования и культуры, безусловно, свидетельствуют об определенных позитивных сдвигах в стране и, возмож-

613 Раздел 8. Становление повой российской государственности

но, о постепенном создании в дальнейшем условий для превращения их в положительные тенденции.

Относительная стабилизация производства на крупных и средних предприятиях, имевшая место в стране до 17 ав­густа 1998 г. и в 2000 г., не сопровождалась, однако, ростом инвестиций и платежеспособного спроса. Аналогичная си­туация имеет место и в сельском хозяйстве, строительстве, производстве товаров и услуг.

Анализ многочисленных данных о социально-экономи­ческом развитии России в последние годы позволяет сде­лать вывод, что относительная стабилизация (точнее, мо­жет быть, депрессивная стабилизация) пока ещз не имеет под собой достаточно прочной экономической базы. Это, в свою очередь, свидетельствует о пока еще слабой эффек­тивности у нас государственной власти и управления. Ведь от того, насколько рационально (тем более, оптимально, совершенно) они построены, от того, как они воздейству­ют на решение в обществе социально-экономических и политических проблем, во многом зависит эффективность использования обществом в интересах страны и каждого се жителя пока еще воистину огромных человеческих, мате­риальных и финансовых ресурсов России. Анализ же, к сожалению, приводит к выводу, что в настоящее время го­сударственная власть и управление нередко неэффективны, безвластны и неуправляемы.

Россия — это не только система органов власти или хо­зяйственный организм. Это прежде всего люди. Их благо­получие и достойная жизнь — главная задача любой влас­ти. Однако сегодня в России далеко до комфорта. Еще очень многим тяжело растить детей, обеспечивать достой­ную старость родителям, трудно жить. Одна из наиболее острых проблем — то, что граждан России из года в год ста­новится все меньше и меньше. Уже несколько лет числен­ность населения страны в среднем ежегодно уменьшается на 750 тыс. человек. Прогноз — уже через 15 лет россиян может стать меньше на 22 млн человек.

Если нынешняя тенденция сохранится, выживаемость народов России окажется под угрозой. Нам реально грозит стать дряхлеющей страной.

Другой серьезной проблемой, как отмечается в Посла­нии Президента РФ В. В. Путина Федеральному Собранию (2000 г.), продолжает оставаться экономическая слабость

История России в вопросах и ответах

России. Возрастающий разрыв между передовыми государ­ствами и Россией толкает нас к странам «третьего мира». Цифры текущего экономического роста не должны успока­ивать: Россия по-прежнему продолжает жить в условиях прогрессирующего экономического отставания.

На первый взгляд, экономика страны в 2001 г. выглядит неплохо. Растут валовой внутренний продукт, промышлен­ное производство, инвестиции, сбор налогов. Однако эконо­мический рост, как и в период оживления в 97-м г, находится на грани риска. В 1998 г. видимое благополучие, основанное намасштабных государственных заимствованиях, рухнуло под воздействием мощного финансового кризиса.

Сегодняшние экономические показатели выглядят оп­тимистично только на фоне конца 1998—1999 гг., но весь­ма скромны по сравнению с другими странами, которые развиваются и гораздо быстрее, и гораздо устойчивее, чем Россия. Нынешний рост лишь в небольшой степени связан с обновлением экономического механизма. Во многом он является результатом благоприятной внешнеэкономичес­кой конъюнктуры.

Ведь в целом итоги социально-экономического развития России за 1992—2000 г., к сожалению, весьма не утешитель­ны. Об этом убедительно свидетельствуют и сухие (хотя за­частую порой «кричащие») фактические данные официаль­ной статистики, и самочувствие большей части населения страны, самооценка ими изменения качества жизни.

По данным Российской Академии наук, из 24 жизнен­но важных показателей, все, кроме одного, у нашей стра­ны — ниже критической черты. В 1992—2000 гг. резко (бо­лее чем в 2 раза) сократилось производство валового внутреннего продукта, национального дохода, объемы про­изводства продукции в промышленности, в сельском хозяй­стве, транспортные перевозки. В то же время солидарные обязательства России перед внешними кредиторами превы­сили 200 млрд дол., т. е. сумму, превышающую годовое про­изводство РФ. В критическом положении находятся обра­зование, наука, культура, здравоохранение. Они получают мизерное финансирование из федерального и местных бюд­жетов, которые в свою очередь, весьма дефицитны. Мил­лионы их работников, а также металлурги, шахтеры, труже­ники многих других отраслей месяцами не получают зарплату.

615 Раздел 8. Становление новой российской государапвеппости

По данным официальной статистики, за 1993—2000 гг. число беженцев и вынужденных переселенцев увеличилось с 160,3 тыс. до 1 млн 147,4 тыс. человек, численность без­работных — с 3,9 млн до 9,1 млн человек (в том числе офи­циально зарегистрированных в органах государственной службы занятости — с 577,7 тыс. до 2506 тыс. человек в 1996 г. и составило в.конце ноября 1999 г. 1263). Числен­ность населения с денежными доходами шгже прожиточно­го минимумасоставляет 30,7 млн человек. По подсчетам не­зависимых ученых и общественных организаций, социально-экономическое положение в стране еще хуже: за чертой бедности существуют более 50 млн человек, числен­ность беспризорных составляет 4 млн, беженцев ивынуж­денных иммигрантов — 6,5 млн. При этом за 1992—2000 гг. резко увеличилась неравномерность распределения населе­ния по уровню дохода, что способствует усилению социаль­но-политической напряженности в стране, является одним из кочфликтогенных факторов. На рубеже веков на долю 10% наиболее обеспеченного населения приходилось 32% денежных доходов, тогда как на долю 10% наименее обес­печенного населения — всего 2,4%, т. е. в 13 раз меньше.

В то же время в стране резко возросли преступность (в том числе по наиболее опасным видам), коррумпирован­ность государственных и муниципальных чиновников, бан­дитизм.

Поэтому нет ничего удивительного, что о крайней неудов­летворенности населения сложившимся положением свиде­тельствуют и события, происходящие в стране (ставшие мас­совыми и многочисленными забастовки, перекрытия магистралей, пикетирование органов власти, голодовки, де­монстрации), и многочисленные социологические опросы населения, в том числе представителей политической ачиты.

Строительство новой системы государственного и мес-Т1 гого управления и самоуправления в России на базе осво­ения Конституции РФ 1993 г. не исключает возможности постепенного созревания нового кризиса власти, несмотря на значительную работу, проделанную в стране в сфере за­конотворчества и легитимации власти, перехода к рыночным механизмам хозяйствования, развития малого и среднего предпринимательства и их государственной поддержки, на­сыщения рынка товарами народного потребления, созда­ния системы социальной защиты населения.

История России в вопросах и ответах

Не драматизируя ситуацию, следует, однако, отметить, что Россия вновь может оказаться в условиях кризиса власти и управления, причем кризиса острого и всеобъемлющего: представительной, исполнительной и судебной властей, фе­деральной и местной, государственной и муниципальной, политической и хозяйственной, кризиса не только во вза­имоотношениях между этими системами власти и управле­ния, но и внутри каждой из них.

Обращает на себя внимание и то, что кризис власти и России — это не случайное и легко преодолимое явление, а составная часть глубокого, всеобщего и всестороннего кризиса, который охватил всю страну, развивается уже дли­тельное время и конца которому пока не видно.

Глубоким этот кризис является в силу того, что он за­трагивает глубинные процессы, основы жизни общества, а не просто какие-то поверхностные, вторичные явления. Всеобщим — потому, что охватывает не отдельные края, области или республики, отдельные города или поселки, а всю страну, «от Москвы до самых до окраин». Всесторон­ний этот кризис потому, что его переживают не отдельные, а все стороны жизни общества — экономика, политика, идеология, культура, вся социальная сфера, социально-классовые и национально-этнические отношения. К сожа­лению, кризис власти и управления, не просто один из многих кризисов, переживаемых страной (кризис экономи­ки, кризис идеологии, кризис национальных отношений и т. д.), а как бы их квинтэссенция. Он тесно взаимосвязан с ними, выступает их причиной и следствием, фактором и результатом. И выявить причины кризиса власти и управ­ления, определить пути его недопущения или преодоления можно только в результате всестороннего анализа состоя­ния общества и переживаемых им кризисов.

Чтобы предотвратить углубление кризиса власти и уп­равления, недостаточно осуществить только те или иные изменения в самой власти. Нужно обеспечить позитивные изменения во всех без исключения сферах жизни общества, обеспечить условия для преодоления кризиса экономики, идеологии, культуры и т. д., устранить или хотя бы частич­но нейтрализовать причины, вызывающие всесторонний и всеобщий кризис российского общества.

В. Г. Игнатов

617 Раздел 8. Становление новой российской государственности

Литература

Ашин Г. К., Игнатов В. Г., Понеделков А. В., Старостин А. М.

Основы политической элитологии. М., 1999. Бабурин С. Н. Территория государства. Правовые и геополитические проблемы. М., 1997.

Боффа Дж. От СССР к России. История неоконченно­го кризиса. 1964-1994. М., 1996.

Власть и оппозиция. Российский исторический процесс XX столетия. М., 1995.

Зиновьев А. А. Посткоммунистическая Россия. Публици­стика 1991-1995. М., 1996.

Зюганов Г. География победы. Основы российской геополитики. М., 1997.

Красильщиков В. А. Вдогонку за прошедшим веком. Раз -витие России в XX веке с точки зрения мировых модернизаций. М., 1998.

Крайности истории и крайности историков. М., 1997.

Краснов В. Система многопартийности в современной России. М., 1995.

Макаренко В. П. Русская власть (теоретико-социологиче­ские проблемы). Ростов и/Д, 1998.

Мигранян А. Россия: в поисках идентичности (1985— 1995). М., 1997.

Наухацкий В. В. Аграрная политика в СССР в 1965— 199С годах. Проблемы разработки и реализации. Ростов п/Д, 1996.

Орлов Б. Социал-демократическая теория: взгляд из России. М., 1993.

Очерки по истории выборов и избирательного права ' Калуга-М., 1997.

Политическая история России. Учебное пособие/ Отв ред. В. В. Журавлев. М., 1998.

Подберезкин А. И. Русский путь: сделай шаг. М., 1998.

Политическая история. Россия—СССР—Российская Федерация. М., 1996.

Политические партии России. М., 1996.

История России в вопросах и ответах

Г>18

Понеделков А. В., Старостин А. М. Региональные элиты:
тенденции и перспективы развития. Ростов-на-Дону
2000. л

Реабилитация. Политические процессы 30—50-х гг. /

Под ред. А. Н. Яковлева. М., 1991. Российская историческая политология. М., 1998.

Россия: опыт национально-государственной идеологии/ Под ред. В. В. Ильина. М., 1994.

Россия сегодня. Политический портрет в документах 1985-1991. М„ 1991.

Рябикин С. Новейшая история России (1991 — 1997) М
1997. — "

Смирнов Г. Л. Уроки минувшего. М., 1997. Современная русская идея и государство. М., 1985. Согрин В- Политическая история современной России 1985—1994. От Горбачева до Ельцина. М., 1994.

Троицкий Е. Н. Русский народ в поисках правды и организованности. (988—1996). М., 1996.

Чубайс А. От русской идеи к идее новой России. Как нам преодолеть идейный кризис. М., 1997.

Янин И. Оправдание культуры и искусство жить в Рос­сии. М., 1997.

Вместо заключения:

МОЖНО ЛИ ИЗВЛЕЧЬ УРОКИ ИЗ ИСТОРИИ?

Учебное пособие в форме вопросов-ответов позволяет преподавателям и студентам еше раз задуматься о «непредсказуемой истории» нашей страны. Но в условиях плюрализма невозможно требовать от историков вообще и авторов данного пособия в частности концептуального еди­номыслия. Поэтому предложенные ответы на вопросы не­сут различную учебно-познавательную нагрузку и в ряде случаев косвенно и даже прямо противоречат друг другу. В одних статьях акцент сделан па фактографию, в других — на оценочные моменты, в третьих содержатся попытки но-вационных решений дискуссионных вопросов. Однако все материалы могут способствовать самостоятельному осмыс­лению исторического опыта нашей страны и уроков, кото­рые желательно было бы извлечь всем гражданам России.

Известна формула истории, которую критиковал М. По­кровский, но которую постоянно ему приписывают: «Исто­рия — это политика, опрокинутая в прошлое». В историо­графии иногда ошибочно считают эту мысль квинтэссенцией понимания сущности исторических знаний марксизмом. В реальной действительности историографическая парадиг­ма формируется практически всегда исходя из текущей политической ситуации, из задач, стоящих перед обще­ством на данном конкретном этапе. Вопрос заключается только в том, в какой степени политическая конъюнктура сказывается на познании истории, подавляет ли она науч­ный поиск? История всегда была резервуаром аргументов и идей для политиков, и наоборот, — ее зачастую перепи­сывали для обоснования легитимности политических режи­мов.

В. О. Ключевский справедливо отмечал: «История наро­да, научно воспроизведенная, становится приходно-рас­ходной книгой, по которой подсчитываются недочеты и передержки его прошлого. Прямое дело ближайшего буду-

История России в вопросах и ответах

щего — сократить передержки и пополнить недоимки, вос­становить равновесие народных задач и средств. Здесь ис­торическое изучение своими конечными выводами подхо­дит вплоть к практическим потребностям текущей минуты». Но решение такой задачи в современных условиях чрезвычайно осложнено как недостаточно высоким уров­нем исторических знаний, так и квалификационным уров­нем политических деятелей.

Что и как использовать из накопленного исторического опыта — вопрос дискуссионный. Можно свести все богат­ство современных идей к повторению того, что когда-то было, по принципу: «новое — хорошо забытое старое*-. Дру­гой вариант— рассматривать все новые политические яв­ления без всякой связи с тем потенциалом, который был накоплен обществом.

В недавнем прошлом активно изучался исторический опыт строительства социализма, преобразующей деятельно­сти КПСС, причем делалось это в откровенно апологети­ческом духе. Такой подход в известной степени дискреди­тировал сами понятия «исторический опыт» и «уроки», которые стали выпадать из научного оборота. Однако де-коммупизация исторической науки не может сопровож­даться превращением ее в фактографическое описание про­шлого и, тем более, новой идеологизацией. К сожалению, на современном этапе под руководством высших инстанций происходит активно стимулируемая смена исторического сознания общества. Этот процесс оказался болезненным для старшего поколения населения, вдруг ощутившего, что «жизнь пролетела зря», в несколько меньшей степени для среднего поколения и даже для молодежи, потерявшей ус­тойчивые ориентиры и ценности. В общественное сознание внедряются новые стереотипы о разумности безработицы, о блестящих перспективах финансирования науки и обра­зования частным бизнесом. Средства массовой информа­ции распространяют настроения негативизма в отношении советского прошлого страны, представления о «преступно­сти» большевизма, «тупиковое™» советской цивилизации, процветающей России до революции и «империи зла» пос­ле. Однако, оценивая перечисленные факты как перегибы, следует признать, что очевидное окончание социалистичес­кого эксперимента в реально сложившейся форме предпо­лагает обновление исторического сознания и научное обоб-

Вместо заключения

щение столь противоречивого исторического опыта, извле­чение таких уроков из истории, которые были бы интерес­ны всему обществу.

Как известно, под опытом в целом понимается совокуп­ность практически усвоенных знаний, навыков, испытан­ных на практике, обладающих объективным содержанием, реализованных в предметной и языковой форме, в ценно­стях культуры. В свою очередь исторический опыт есть со­вокупность таких знаний и умений, которыми обладают классы, партии и лидеры, другие субъекты исторического, прежде всего политического, процесса. Исторический опыт обязательно включает в себя оценку результатов событий и действий, преломленную через призму мировоззренческих факторов. По мнению Н. Н. Маслова и В. Р. Овчинникова, исторический опыт политического субъекта в качестве ка­тегории познания в целом и исторической науки в частно­сти включает в себя обобщенную и теоретически осмыслен­ную практику, служащую одним из средств и условий объективного познания и преобразования реальной дей­ствительности.

Изучение исторического опыта предполагает не только анализ фактическихданных и обобщение, но прежде всего организацию проверки эффективности сделанных на этой почве выводов, их соответствия требованиям реальной исторической обстановки. При этом особое значение приобретает анализ негативного опыта, извлеченного из неудач, просчетов, поражений, заблуждений и оцененного с позиций общечеловеческих ценностей и интересов разви­тия России как особой геополитической общности народов. Уроки, выведенные из такого рода событий, предостерега­ют политические режимы, правящие и оппозиционные партии и другие субъекты политики от повторения траги­ческих просчетов, облегчают поиск более верной, прямой и бескровной дороги к поставленной цели.

Уроки истории — эффективная заостренная форма выражения исторического опыта. Обобщения и выводы по коренным историко-политическим вопросам делаются в ферме, позволяющей использовать их на практике. Это та­кие выводы, которые наиболее рельефно, чеканно и адек­ватно формулируют практические задачи и выдвигают тре­бования определенных действий. Данная форма анализа наиболее активно используется партиями и движениями.

История России в вопросах и ответах

Вместо заключения

так как ока позволяет предостеречь общество и сами партии от совершения принципиальных ошибок, влекущих за со­бой жертвы. Но становится очевидным, что конъюнктур­ные цели узкопартийного характера далеко не всегда побуждают к объективному и взвешенному анализу истори­ческого прошлого. Зачастую лидеры партий ограничивают­ся освоением ближайшего по времени опыта своей пзртии или соперничающей организации. Забота о будущем Рос­сии обязывает политиков рассматривать историю и истори­ческий опыт в широком спектре, учитывать интересы раз­личных субъектов политики во имя интересов большинства нации, помнить, что общечеловеческие интересы и ценно­сти выше классовых.

Для изучения уроков исторического опыта важно концептуальное осмысление истории, понимание законо­мерностей ее развития. В ходе перестройки исторической науки и переоценки догматизированных концепций про­изошел отход исследователей от использования самого тер­мина «закономерность». Некоторые историки бросились в другую крайность — к изучению истории исключительно через деятельность личностей, абсолютизируя индивиду­альную сторону явлений. Стало утверждаться мнение, что деятельность личностей, политиков и других участников исторического процесса является главной движущей силой истории. Личные качества политиков, оказывается, значи­тельно влияют не только на участь данных деятелей, но и на судьбы классов, наций и даже цивилизаций. Между тем К. Маркс доказал, что история, безусловно, складывается через деятельность людей, представляющих собою деяте­лей, но при этом она подчиняется более общим закономер­ностям, связанным с определяющей ролью Бытия по отно­шению к Сознанию, с необходимостью соответствия уровня производительных сил характеру производственных отно­шений. Несмотря на развернутую в литературе критику марксизма, не видно ни одной работы, научно опро­вергающей эти фундаментальные положения. Сомнения в возможности построения коммунистического общества и ра­зочарование практикой социализма не означают отказа уче­ных от выявления закономерностей развития и ндустриально-го и постиндустриального ббществ, социально-классовых групп и слоев общества, партий и движений. Только познав определенные закономерности и осуществив перспектив-

ный прогноз на будущее, можно пытаться учесть уроки исторического опыта. Учиться делать настоящее на основе познания прошлого можно, осмысливая исторический опыт политологически, социологически, философски и т.д. Ко­паясь в деталях события, разбирая конкретные повороты судьбы деятеля, можно только заложить основу для извлече­ния опыта, по сам процесс извлечения уроков требует ана­лизана стыках общественных, социально-гуманитарных наук. Именно поэтому расцвели такие научные дисципли­ны, как политическая история, историология, социальнаяистория, историческая психология и др. Активное исполь­зованиедостижений смежных наук в истории способеболее полному объяснению механизмов функционировании и смены политических режимов в рамках политических сис­тем: самодержавной, советской, посткоммунистической и др.

Познание объективных закономерностей историческо­го развития или какое-то приближение к нему, извлечение Исторических уроков в современных условиях затруднено резкой поляризацией политических партий и движений, научных сил. Субъекты внутренней политики пытаются активно формировать историческое сознание общества пу­тем распространения определенных исторических концеп­ций, воспитания масс в нужном им направлении с помо­щью средств пропаганды и агитации.

Наряду с радикально-обновленческой и консервативно-националистической тенденциями в литературе в после­днее время развивается течение центристского характера. Его представители пытаются осмысливать исторический опыт без очернения и нигилизма с одной стороны, а с дру­гой — максимально дистанцируясь от требований партий и движений. Они пытаются анализировать исторический опыт и извлекать уроки в интересах всего общества в целом.

Комплексное диалектическое, деидеологизированное освещение истории Отечества может действительно позво­лить сделать выводы, имеющие практическое значение. Ко­нечно, исторический опыт не может предложить конкрет­ных рекомендаций субъектам политики, как бороться друг с другом, но он четко очерчивает пределы возможного в политике и указывает на недопустимое.

Если попытаться суммировать все изложенное в насто­ящей книге, то, на наш взгляд, можно, несмотря на всю противоречивость отдельных суждений и позиций, вычле-

История России в вопросах и ответах

нить некоторые общие уроки и актуальные тенденции. В истории России, особенно на протяжении последних двух веков, наблюдается определенная диалектическая смена периодов реформ этапами контрреформ. В частности, ли­беральные начинания Александра! сменились жестким правлением Николая I, великие реформы Александра II были существенно ограничены контрреформаторской практикой Александра III, издавшего манифест «О незыб­лемости самодержавия». После реформ С. К). Витте и Ма­нифеста 17 октября 1905 г. последовала столыпинская ре­акция с попыткой решить аграрный вопрос за счет самих крестьян. При коммунистической системе ленинский мно­гоукладный нэп был заменен сталинской огосударствлен­ной экономикой, а реформы Хрущева — брежневской стабилизацией и «застоем». Эта давно замеченная исто­рическая тенденция нуждается в дополнительном анализе с учетом того факта, что в периоды контрреформ продол­жались определенные преобразования, осуществлялось ста­бильное социально-экономическое развитие. При режиме Николая I была проведена реформа государственных кре­стьян, начался заметный рост промышленности. Контрре­формы Александра III сопровождались бурным ростом эко­номики. Сталинский репрессивный режим при всех издержках и жертвах осуществил промышленный рывок, превратив Россию в сверхдержаву. Таким образом, консер­ватизм и традиционализм не являются абсолютно реакци­онным явлением, более того — консервативные контрре­формы явились объективно адаптацией самобытного российского общества к заимствованным чужеродным по­литическим образцам. Консерватизм и традиционализм в условиях Евразии были важными имманентными элемента­ми развития российской цивилизации.

На протяжении всей книги показано, как в ее рамках сменялись субцивилизационные волны или этапы разви­тия. Киевская Русь, Московская Русь, имперская Россия, коммунистический Советский Союз и, наконец, нынеш­няя, до конца еще не определившаяся Россия развиваются в общем и целом в рамках российской евразийской общно­сти, для которой характерны свои уникальные, подробно рассмотренные в дайной книге черты и особенности. Не­благоприятный климат, огромная территория страны, в три раза превышающая Европу, затрудняли образование госу-

Вместо заключения

дарства и единого рынка западного образца, сформирова­ли особый тип «национального человека» — со своей спе­цификой ритма и интенсивности труда, отношения к уров­ню получаемого вознаграждения, в целом — восприятия окружающего мира, с духовными ценностями, порожден­ными общикно-коллектизистским характером общежития и взаимопомощи. Ведущей чертой истории развития Рос­сии является ее мобилизационный тип развития. Россия практически всегда находилась в состоянии осажденной крепости и несла огромные расходы на оборону. Россий­ское военно-национальное государство выполняло особую функцию в силу объективных причин и было вынуждено управлять экономикой сверху, развивать монополию на сырье и транспорт, контролировать гражданское общество, но при этом поощряя мкогоукладность экономики, общин­но-артельные формы труда, социальную ориентацию, бла­готворительность и меценатство, учитывая стремление большей части населения к социальной справедливости. В то же время на определенных этапах развития, несомнен­но, государственный аппарат приобретал самодовлеющий характер и подавлял соборно-вечевые, демократические основы общества, осуществлял массовые репрессии против населения, нарушал права граждан, что имело крайне не­гативные последствия для судьбы самого государства. Пред­ставляется, что Россия только тогда вновь выйдет из пер­манентного кризиса и создаст благополучное общество, когда в полном объеме усвоит противоречивые уроки соб­ственного и мирового исторического развития.