Реферат: Многообразие и противоречивость предпринимательских ориентаций

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Многообразие ипротиворечивость предпринимательских ориентаций

1. Инновационный иконсервативно-защитный модусы

2. Продуктивный испекулятивный модусы

Выводы

Список источников

ВВЕДЕНИЕ

Предпринимательство, как и любой предмет исследований, имеет своиорганичные, неотъемлемые, имманентные, то есть атрибутивные, свойства и набормодусов, то есть свойств, которые не являются обязательными, но могутприсутствовать при определенных условиях в разных комбинациях взаимныхсоотношений и специфических взаимосвязей. Каждый модус взаимодействует сальтернативным ему в рамках конкретной антиномичной пары и со всеми другимимодусами, так или иначе дополняя, компенсируя, усиливая или, напротив,ограничивая их влияние. Такое взаимодействие определяет содержательноенаполнение и особенности делового поведения предпринимателей.

Среди атрибутивных свойств предпринимательства Хозяйственный кодексУкраины называет самостоятельность, инициативность, ориентацию на достижениеэкономических и социальных результатов и пр. Неоклассическая традицияисследования предпринимательства характеризуется пристальным вниманием к такомуего атрибутивному свойству, как стремление максимизировать прибыль, квозможностям и средствам реализации этого стремления в пространствеконкурентных рынков. Проблематика разноплановости и противоречивости модусныхсвойств предпринимательства и их особого взаимодействия, которое можетсущественно сказываться на средствах, методах, результативности атрибутивнойориентации на достижение успеха, индикатором чего служит уровень прибыльности,раскрыта в трудах авторов, вышедших в своем анализе за пределыформально-схематического подхода ортодоксальной неоклассики и обратившихся кисторическим, социальным, психологическим факторам предпринимательскоймотивации. Наиболее плодотворные ее исследования связаны с именами Макса Вебера (1864-1920), ТорстейнаВеблена (1857-1929), Вернера Зомбарта (1863-1941), Джона Кейнса (1882-1946),Йозефа Шумпетера (1883-1950). Ксожалению, социально-экономические реформы впостсоветских странах осуществлялись преимущественно по образцу абстрактной либерально-рыночноймодели функционирования экономики, а вклад названных исследователей в науку небыл должным образом учтен и использован ни в теоретических разработках, ни впрактике регулятивного воздействия на формирование и развитие украинскогопредпринимательства.

В работе обоснована целесообразность исследования и регулятивного влияния на специфические дляопределенных экономических и социокультурных условий структура и характервзаимодействия таких антиномических предпринимательских ориентаций, как инновационная таконсервативно-защитная, производительная и спекулятивная, индивидуалистская иорганизационно-бюрократическая.

МНОГООБРАЗИЕ И ПРОТИВОРЕЧИВОСТЬ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКИХ ОРИЕНТАЦИЙ

1. Инновационный и консервативно-защитный модусы

Йозеф Шумпетер, взгляды которого оказали огромное влияние насовременный дискурс касательно проблематики предпринимательства, разделил всехсубъектов в сфере капиталистического хозяйства на две категории — консервативно-традиционалистское большинство «хозяев» и новаторски настроенноеменьшинство «предпринимателей», которые внедряют инновации хотя бы водном из таких направлений, как вид продукта, изменение качественныххарактеристик изделий, методы, средства или организация производства,материалы, рынки сбыта, обеспечение ресурсами. Как полагает Й. Шумпетер,своеобразие предпринимательского поведения определяют две особенности: бытьпредпринимателем — значит, во-первых, делать не то, что делают другие, аво-вторых, не так, как делают другие. Но ни один хозяйствующий субъект не можетпостоянно заниматься исключительно новыми комбинациями производственныхфакторов, то есть предпринимательством. Здесь важна структура его деятельности.Если доминантой делового поведения являются инновации, а рутинная работа сцелью обеспечить воспроизводственный хозяйственный кругооборот занимаетподчиненное место, можно говорить о типе предпринимателя. Если же, наоборот,главные усилия направлены на поддержание стабильности, а новшества носят лишьэпизодический характер, то хозяйственника такого типа нельзя назвать предпринимателем.Хозяйственная самостоятельность, создание, владение и управление каким-тобизнесом (хозяйственной единицей) — это еще не достаточные признаки реализациипредпринимательских функций. Й. Шумпетер утверждает, что не только крестьяне,ремесленники, представители свободных профессий, но и «фабриканты»,«промышленники» и «коммерсанты», которые попадают в этугруппу, не всегда являются предпринимателями. Большинство хозяйствующихсубъектов наследуют, «мультиплицируют» направления, методы, средствадеятельности, уже апробированные инноваторами, ограничиваясь в своихориентациях поддержанием более или менее стабильного хозяйственногокругооборота, что обеспечивает сохранение и возможное умеренное повышение ужедостигнутого социально-экономического статуса. Поэтому инноваторы хотя исоставляют относительно небольшую часть всех хозяйствующих субъектов, однакоявляются движущей силой реорганизации экономической жизни на началах большейчастнохозяйственной целесообразности.

Со взглядами Й. Шумпетера на существование двух указанных категорийхозяйствующих субъектов — консервативных «хозяев» и новаторски настроенных«предпринимателей» — в значительной мере совпадает предложенная В.Зомбартом классификация хозяйствующих субъектов на большинство, деловоеповедение которого направляется «мещанским», или«буржуазным», духом, и меньшинство, деятельность котороговдохновляется страстью к инновационно-преобразующему «капиталистическомупредпринимательству». При этом В. Зомбарт, уделяя в своих работах, точнотак же как его соотечественник и современник М. Вебер, большое внимание духовным,в частности социально-психологическим, факторам мотивации хозяйственнойдеятельности, понимает под «духом предпринимательства» совокупностьдуховных свойств и функций, сопровождающих хозяйствование.

По его мнению, этот дух имеет две взаимосвязанные, взаимокомпенсирующиеи в то же время взаимно противоречивые составляющие — инновационно-предпринимательскуюи консервативно-защитную ориентации делового поведения. Анализируя историческийгенезис капиталистического хозяйства в первом томе своего трехтомного труда«Современный капитализм», Зомбарт пишет, что капитализм естьпорождение двух феноменов: первый — это новаторский настройпредпринимательства, с его стремлением к постоянным переменам, к безудержномурасширению масштабов деятельности, объемов капитала и хозяйственной власти;второй — тот «буржуазный дух», который пытается обеспечитьопределенный порядок и стабильность. А «общим капиталистическимдухом» В. Зомбарт считает душевный настрой, объединяющий духпредпринимательства и дух буржуазный в неразрывное целое.

В трудах Й. Шумпетера и В. Зомбарта речь идет о специфическихчертах делового поведения «хозяев» («мещан-буржуа», по В.Зомбарту) и предпринима-телей-инноваторов. Первых характеризуют скрупулезныйрасчет, бережливость, граничащая со скаредностью, упорный труд, терпеливое накапливаниекапитала, осторожность, если не трусость, тяга к безопасности и связанный с нейконсерватизм, недоверчивое отношение ко всему новому, неизвестному, стремлениеизбежать рисков, активной конкурентной борьбы. Всегда озабоченный тем, чтобы непотерять то, что имеет, «хозяин» ценит самостоятельность инезависимость, болезненно реагирует на попытки любого вмешательства извне.

Деловой портрет вторых — инноваторов (предпринимателей в узком,«шум-петеровском» понимании этого термина), в отличие от первых,рисует постоянная нацеленность на перемену уже устоявшегося. Их привлекаютситуации, в которых есть шанс выиграть, даже если и присутствует угрозакаких-то потерь и потрясений. Предприниматель-инноватор не очень обременяетсебя вопросами бережливости, сбалансирования доходов и расходов и часторуководствуется не столько четкими правилами, рациональными соображениями,сколько неожиданными идеями, «прожектами», интуитивными побуждениями.Он стремится не обретаться в «крепости» собственного хозяйства, аактивно превозмогать сопротивление внешней среды, преобразовывать и подчинятьее. Неравнодушный к признанию, популярности, славе, он, однако, ради реализациисобственной идеи готов идти вперед в гордом одиночестве, без постороннейпомощи.

Исследования американского экономиста Д. Берча показали, что,несмотря на быстрое усиление роли «нового малого бизнеса» в сфереуслуг, который главным образом обеспечивал в конце XX ст. открытие рабочих меств США, абсолютное большинство предпринимателей остаются в инновационном планетакими же инертными, как и во времена Й. Шумпетера и В. Зомбарта. Решающийвклад в развитие экономики делает незначительное меньшинство (около 3% отобщего числа предприятий) «быстрых» компаний. Д. Берч назвал этотособый тип предприятий «газелями», подчеркнув тем самым их динамизмпо сравнению с «мышами» и «слонами», которым уподоблены многиемалые и крупные фирмы. Не представляет собой исключения в данном плане иситуация с инновационной активностью украинских предприятий: по статистике напротяжении 2001-2005 гг. в среднем только 10% предпринимательских организацийвнедряли определенные инновации (6,6% малых и 14% средних и крупныхпредприятий).

На выбор капиталистическими хозяйствующими субъектами (предпринимателями- в широком смысле этого термина, согласно его определению в Хозяйственномкодексе Украины) консервативно-защитной или инновационной деловой стратегиивоздействуют различные факторы. Среди них следует назвать прежде всего такиеличностные характеристики, как ценностные ориентации, акцентуация характера,темперамент и пр., но существенно сказываются на частоте выбора определенныхориентации факторы социально-экономические и социокультурные. Как справедливоотметил известный идеолог либерально-рыночной парадигмы общественного развитияФ. Хайек, отсутствие духа предпринимательства во многих молодых государствах являетсяне природным свойством населения, а следствием ограничений, которыенакладываются существующими обычаями и институтами. Дискуссионным, однако,остается вопрос о том, как интерпретируются социально-экономические исоциокультурные корни этих институциональных ограничений и как оцениваютсявозможности и средства их нейтрализации в условиях конкретной страны.

В Украине после многовекового господства подневольного труда, чтоугнетало инновационный модус хозяйственной деятельности, только в конце XX ст.появились правовые и организационные предпосылки для развития свободнойинициативы. Предпринимательство уже получило признание как чрезвычайно важное иобщественно полезное занятие. Доля взрослого населения, желающего заниматьсяопределенным самостоятельным бизнесом («иметь свое дело»), в 2006 г.составила 28,9% от общего числа опрошенных по программе мониторинга, которыйежегодно проводит Институт социологии НАН Украины. Это примерно соответствуетпоказателям, фиксируемым в развитых странах. По количеству хозяйствующихсубъектов в сфере малого бизнеса (индивидуальное предпринимательство плюс малыепредприятия) в расчете на 1000 чел. населения (47,8 ед. в 2006 г.) мы догналибольшинство стран ЕС. Но в общем у нас инновационная продуктивность предпринимательствана порядок ниже, чем в развитых странах.

Надежды на то, что смена организационно-правовых форм хозяйствованиясама по себе, «автоматически» вызовет взрыв продуктивной инновационнойактивности, оказались иллюзорными. Практика свидетельствует, что инновационнаяориентация — это не атрибутивное свойство, а только один из возможных модусовчастнособственнической хозяйственной деятельности, и он никоим образом недоминирует даже в тех странах, где исторически сложились самые благоприятныеэкономические и социокультурные условия для его формирования (например, в США).Поэтому чрезвычайно важным делом являются целенаправленное культивирование,поддержка и развитие инновационной активности, ибо только она может обеспечитьвыживание и конкурентоспособность хозяйственных организаций в ситуациисистемных перемен в XXI ст. Естественно, чем худшее наследие страна получила отсвоего прошлого, тем более настойчивыми, разноплановыми, продолжительнымидолжны быть такие усилия, как на макроуровне, так и на уровне отдельныххозяйствующих субъектов.

Опыт реформирования показал, что, во-первых, само по себе изменениеинституциональных основ хозяйствования не может преодолеть устоявшиесяповеденческие стереотипы. Необходимо последовательно реализовать широкийкомплекс мер, направленных на подъем инновационной активности. К ним относятся инновационно-творческаяориентация базовой системы образования и воспитаниядетей и молодежи; введение систем непрерывного роста профессионального потенциала работников; существенноеповышение менеджерских умений специалистов ируководителей среднего и нижнего звеньев управления; культивирование высокогоуровня творческой активности как одной из главных составляющих социальногостатуса работника и т. д. Во-вторых, специфичные социально-экономическиедеформации на переходном этапе направили инновационно-творческую активностьхозяйствующих субъектов не столько на совершенствование продуктивного производства,сколько на поиск разных способов накопления частного капитала, как то:«прихватизация», распределение и перераспределение корпоративныхправ, хитроумные спекулятивно-мошеннические операции с материальными и финансовымиресурсами и т. д. Появилось множество финансовых, организационных, юридическихи прочих махинаций, наносящих ущерб конечной эффективности экономическойсистемы, но чрезвычайно удобных для удовлетворения своекорыстных интересов.

2. Продуктивный и спекулятивный модусы

Вся история капитализма отмечена постояннымиконфликтно-конструктивными взаимосвязями между продуктивным (производственным)и спекулятивным модусами хозяйственной деятельности. Продуктивный модуспредпринимательства направлен на изготовление тех или иных материальных благ,необходимых доя удовлетворения индивидуальных и общественных потребностей, — это организация и управление производством, в процессе которого выпускаютсяопределенные товары. Что касается спекуляции, то ее цель — получение прибыли наоснове колебания цен. Экономической функцией спекуляции является перемещениетоваров и услуг из условий изобилия в условия дефицита, причем перемещениеможет происходить как во времени (спекуляция в узком значении термина), так и впространстве (арбитраж)10. С древнейших времен спекуляция была«символом веры» коммерсантов и ростовщиков. Но по мере развитиятоварного производства спекулятивный модус проникает в деловое поведение самихпроизводителей, конфликтно взаимодействуя с модусом продуктивным. Характер этихотношений исследуется в начале XX ст. в трудах М. Вебера, Т. Веблена и Дж. Кейнса.

Макс Вебер, исходя из определения капитализма как хозяйственной деятельности,сориентированной на получение прибыли, выделяет два его исторических типа — спекулятивно-авантюрный, известный с незапамятных времен, ирационально-производительный, возникший только в XVII-XTX ст. под влияниемвзаимоналожения многих факторов, среди которых особую роль играет феномен такназываемого капиталистического духа. Доминантной чертой капиталистическогочастного хозяйства является то, что оно рационализировано на основе строгогорасчета, планомерно и неуклонно направлено на достижение определенной цели.Этим оно отличается от крестьянских хозяйств, весьма зависимых от ряда внешнихнепрогнозируемых обстоятельств, и от «авантюристическогокапитализма», для которого главное — иррациональная спекуляция. По мнениюМ. Вебера, чембольше развито капиталистическое хозяйство, тем меньше пространства остаетсядля консервативно-патриархальных или спекулятивно-авантюрных ориентации: повсеместноегосподство абсолютного бесстыдства и своекорыстия в деле добывания денег былоспецифической характерной чертой именно тех стран, которые по своемубуржуазно-капиталистическому развитию являются «отсталыми», согласнозападноевропейским масштабам.

В отличие от М. Вебера, главное внимание Торстейна Веблена привлекает растущее влияниеспекулятивного модуса делового поведения в недрах самого формальнорационализированного капиталистического предпринимательства. Во-первых, онподчеркивал, что с включением субъектов хозяйственной деятельности в рыночныеотношения появляются и усиливаются мотивационные противоречия: «инстинктмастерства», стремление изготовить наилучшую вещь конфликтуют с желаниемзаработать как можно больше в процессах рыночных трансакций. А по мереконцентрации и монополизации капиталистического производства открываются всеновые и новые возможности для получения дополнительной прибыли не столькоблагодаря увеличению объемов производства и улучшению качества продукции,сколько путем повышения цен, разноплановых финансово-коммерческих ирекламно-маркетинговых манипуляций, обмана потребителей. Кслову, отметим: в1993 г. Питер Друкер, который всегда был последовательным приверженцем продуктивногомодуса предпринимательства, с тревогой предупредил, что опасность такойориентации сегодня сильнее, чем в начале столетия, и что эффективностьэкономической деятельности снижается, ибо ни одна экономика ни в одной странене сможет функционировать, если, как это еще 70 лет тому назад говорил Т.Веблен, на смену стремлению выполнять свою работу как можно лучше придетинстинкт корыстолюбия.

Во-вторых, Т. Веблен, исследуя экономические процессы в США, констатировалвозрастающую зависимость продуктивного предпринимательства от спекулятивноориентированных крупных финансово-промышленных «империй».Проанализировав многочисленные документы, он сделал вывод, что, в сущности,современная сфера финансов представляет собой своеобразный феодальный строй,при котором не принимающий участия в производстве магнат присваивает наибольшуючасть его результатов.

Итак, в отличие от «рационалистического» оптимизма М. Вебера, Т. Веблен придерживалсямнения, что стихийное развитие капитализма само по себе не только неограничивает, а, напротив, значительно усиливает спекулятивные ориентациипредпринимательской деятельности, если на борьбу с их распространением нестановятся общественность и — под ее давлением — государство. После того какмощная «спекулятивная волна» в начале XX ст. закончилась Великойдепрессией 30-х годов, спекулятивный модус в развитых странах был«придавлен» комплексом регулятивных мер, предпринятых государственнымиорганами и общественностью, а продуктивный модус стимулировался потребностямипослевоенного восстановления и обеспечения растущих запросов общества массовогопотребления. Но изменение социально-экономических условий и«консервативная революция» 80-х годов сняли препятствия для экспансииспекулятивного модуса, и его роль в экономической жизни обрела невиданныепрежде масштабы. Эпицентр процессов «спекулятивизации» находится вфинансово-коммерческой сфере, под влиянием которой продуктивноепредпринимательство все больше втягавается в движение по спекулятивной орбите.Это дает основания поставить под сомнение прогнозы М. Вебера, согласно которым прогресскапиталистического предпринимательства, связанный с его рационализацией,закроет возможности для близоруких спекулятивно-авантюрных устремлений вделовом поведении экономических субъектов. Оказалось, что благоприятные условиядля таких ориентации ныне есть везде — как в наименее развитых, так и в постиндустриальныхстранах.

Изменение условий хозяйствования в последней четверти XX ст.,интенсивная либерализация, дерегуляция финансовой сферы существенно сказалисьна характере взаимосвязей между банковским и промышленным секторами экономики.Сегодня банки в развитых странах все чаще кредитуют не промышленность, апотребительские расходы домохозяйств и нужды коммерческих структур. Последниеже используют заимствованные средства не столько для обеспечения оборотареальных промышленных товаров, сколько для обслуживания «бумажногообращения» между различными субъектами финансово-коммерческой сферы (спекулятивныемахинации с фьючерсами, секьюритизиро-ванными производными долговымиинструментами и пр.). Заметно выросли объемы разнообразных дополнительныхбанковских продуктов, которые приносят значительную долю доходов коммерческимбанкам. Ощутимые изменения в целевых ориентациях банкиров обусловили ослаблениезависимости банков от функционирования промышленного сектора экономики.

Оценивая перспективность и прибыльность тех или иных производственно-коммерческихпроектов, открывая или, наоборот, закрывая инвестиционные «краны» дляних, финансисты оказывают огромное влияние на направления и структурупродуктивного предпринимательства. По словам Й. Шумпетера, исходя из ситуации,которая была типична для экономики Западной Европы в начале XX ст., банкирделает возможным появление новых комбинаций и предоставляет полномочия для ихосуществления, — он является эфорой рыночного хозяйства. А в настоящее времябанки превратились в центры денежных прибылей, относительно независимые и несвязанные никакими долгосрочными обязательствами с предприятиями. Правит балжелание незамедлительно получить как можно больше денег.

Прежде банковская система была важным стабилизатором и регуляторомбурного поля рыночной конкуренции, где шла борьба «всех против всех».Как правило, ведущие игроки не столько соревновались между собой, сколькоприбегали к разделению сфер влияния; имела место взаимная заинтересованность вподдержании хозяйственной стабильности, определенного порядка, деловойреспектабельности, корпоративной солидарности, взаимного контроля иответственности. Но в конце XX ст. вследствие либерализации и масштабнойдерегуляции под влиянием идеологии «рыночного Ренессанса» финансовыеинституты сами стали субъектами жесткой конкурентной борьбы. Такая ситуация,отмечает директор исследовательского центра CEMI-EHESS (Париж) Ж. Сапир, привела ктому, что конкуренция в этой сфере не только не способствовала повышениюконечной результативности функционирования экономики, а, напротив, стимулируятак называемую негативную селекцию (стремление финансовых институтов добитьсясохранения и упрочения своих позиций в конкуренции путем постоянного снижениянадежности и обеспеченности финансовых операций с клиентами), превратила финансовуюсистему из опоры стабилизации рыночной предпринимательской деятельности вгенератор кризисных процессов.

Еще круче, чем в банковской сфере, спекулятивный крен в соотношениимежду продуктивным и спекулятивным модусами на фондовом рынке. Выполняя важныеконструктивные функции (обеспечение ликвидности средств, конвертированных вакции, сохранение стабильности производственного капитала акционерных компаний,информирование, ориентирование, мотивирование инвесторов и корпоративногоменеджмента), этот социально-экономический институт одновременно являетсяизлюбленной ареной спекулятивных игр профессиональных фондовых игроков. Какпарадоксальный оценивал характер взаимосвязей между спекулятивными операциямина фондовых рынках и реальным инвестированием средств в активы промышленныхпредприятий Дж Кейнс. По его словам, реальные инвестиции определяютсяколебанием котировок, последние — общепринятым мнением о возможных изменениях,а само это мнение — ожиданиями. Таким образом, предельная эффективностькапитала определяется не мнением наиболее авторитетных экспертов, а рыночнойоценкой, зависящей от массовой психологии, на состояние которой сильнее влияетдинамика спекулятивных операций в пространстве фондового рынка, чем реальнаяэффективность работы промышленных предприятий. Спекуляции не наносят вреда,пишет Дж. Кейнс, если они остаются пузырями на поверхности ровного потокапредпринимательства, но совсем другое дело, когда оно превращается в пузырь вводовороте спекуляции: если расширение производственного капитала в стране становитсяпобочным продуктом деятельности картежного дома, не стоит ожидать хорошихрезультатов.

«Спекулятивная пена» на фондовых рынках стала в конце XXст. настолько масштабной, что они уже дезориентируют реальных инвесторов ипромышленных предпринимателей. Ведь рыночная капитализация фирм часто растетили падает вне какой-либо связи с реальной эффективностью производственнойдеятельности. Это вводит инвесторов в заблуждение, и они направляют своисредства не в самые продуктивные секторы экономики. При этом дезориентируютсяне только рядовые потенциальные покупатели миноритарных пакетов акций, но икомпетентные аналитики. Так, еще в 2000 г. большинство их уверенно заявляли,что эмиссионный бум новых высокотехнологичных фирм США подтверждает здоровоеинновационное развитие американской экономики. А через 2 года стало очевидным,что на самом деле то был очередной «мыльный пузырь», созданныйусилиями компаний, которые использовали не столько высокие, сколькоспекулятивные технологии

Динамика роста объемов капитализации и оборотов на фондовых рынкахеще недавно заставляла думать, что в развитых странах последние становятсяосновным рычагом мобилизации и перераспределения инвестиционных ресурсов впользу наиболее эффективных компаний. Однако специальные исследования показали,что чистая эмиссия (новый выпуск акций, за исключением обратного выкупа)нефинансовыми корпорациями США в период с 1952 по 1995 г. составила -0,4% отчистых инвестиций в реальный капитал. Характер взаимодействия междупродуктивным и спекулятивным модусами фондовых рынков дал основания российскомуаналитику, повторив давно известный парадокс — «все есть яд и все естьлекарство», утверждать, что недальновидная инвестиционная практика можетраспространяться благодаря как недостаточному, так и чрезмерному развитиюфондового рынка.

Спекулятивная тенденция основных показателей фондового рынкадеформирует ориентации продуктивного предпринимательства. Производственникиначинают все чаще заботиться не о перспективах, не о наращивании объемоввыпуска и улучшении качества продукции, а о достижении немедленного успеха вдинамике фондовых показателей с помощью хитроумных пиар-технологий, хаотичногослияния и поглощения фирм. Это особенно характерно для тех промышленныхкорпораций, чьи крупные пакеты акций принадлежат пенсионным фондам, а техинтересует главным образом краткосрочное повышение рыночной стоимости акций длявыгодной их перепродажи. Так поднимается волна спекулятивного движения акций, апромышленных предпринимателей подстерегает угроза поглощения, непрерывной сменыконтролирующих инвесторов, нестабильности, зыбкости статусных позицийкорпоративного топ-менеджмента. Как отмечает известный английский аналитик У.Хаттон, пенсионные фонды и страховые компании стали классическими лендлордами,которые, живя вдали от своих имений, властвуют там неограниченно. Фондыпредъявляют обременительные условия компаниям, не признавая их адекватногоправа на требования к держателям акций.

Авантюрное поведение участников финансового рынка, которые неполагаются на скрупулезные расчеты, а питают надежду на слепую игру случая,распространяясь на производственную сферу, весьма сужает возможности для«веберианской» рационализации экономики, и рациональный "homooeconomicus" все чащеуступает место иррациональному "homofinansus", порожденному новымсоотношением реального и финансового секторов. Иррационализации хозяйственнойдеятельности не может воспрепятствовать даже широкое использование современнойвычислительной техники. Ведь, как отмечают П. Самуэльсон и В. Нордхаус,сущность теории курса акций (так называемой теории эффективного рынка)заключается в признании того, что предвидеть поведение рынка невозможно.

Нынешний мировой финансовый кризис и связанная с ним рецессияпромышленного производства в большинстве стран являются следствиемвзаимодействия многих факторов. Научное их осмысление будет в центре вниманияаналитиков еще не один год. Но, бесспорно, существенно повлияло на формированиесвоеобразного «пускового механизма» глобального финансового обвалато, что спекулятивные ориентации в значительной мере исказили конструктивныезадачи глобализационных экономических процессов. Общемировые объемы финансовыхактивов выросли за период с 1980 по 2007 г. более чем в 15 раз при ростеобъемов ВВП лишь в 3,5 раза. Мировой финансовый рынок в среднем за 1 месяцперемещает из страны в страну более 3 трлн. дол. Из них свыше 2 трлн. — этоденьги, не контролируемые официальными институтами. По мнению компетентныхэкспертов, из всего объема финансовых операций, которые осуществляются в мире,менее 10% подтверждают движение товаров и услуг, а остальные связаны с«производными» спекулятивными махинациями. В результате, пишет П.Друкер, валюта каждой страны зависит от краткосрочных перемещений финансовыхинструментов, «которым нет и не может быть рационального экономическогообъяснения».

Тесное переплетение и взаимозависимость производных долговыхинструментов, размещенных в качестве активов во многих финансовых институтахразличных стран мира и «завязанных» на инвестиционно привлекательныйв 1990—2005 гг. рынок ипотечных кредитов США, создали предпосылки дляглобального обвала «финансовой пирамиды», в которой стоимость ценныхбумаг многократно превосходила объемы ипотечного кредитования и реальнуюстоимость жилищного строительства. Это убедительно свидетельствует очрезвычайной опасности неконтролируемой спекулятивизации финансово-коммерческойсферы в условиях прогрессирующей глобализации. Поэтому в ближайшие годыбезотлагательными проблемами науки и практики будут поиск и реализацияэффективных регулятивных мер, направленных на изменение сложившейся ситуации,при которой «мир поставлен на голову, а реальная экономика расшатываетсяфинансовыми спекулянтами». Известные надежды, в частности, связаны сработой созданной ООН для проведения всеохватывающего анализа международнойфинансовой системы специальной группы экспертов, возглавляемой Нобелевскимлауреатом (2001), профессором Дж. Стиглицем, который еще тогда, когда в мирецарила эйфория по поводу больших успехов финансово-коммерческой глобализации,предупреждал о возможных отрицательных последствиях и критиковал разработанныйэкспертами МВФ сценарий либерально-рыночного реформирования мировой экономики,в частности, в постсоциалистических странах.

В процессе реформирования экономики Украины самые радикальныеизменения произошли в соотношении и взаимодействии между продуктивными испекулятивными ориентациями хозяйственной деятельности. Максимально угнетенныйранее спекулятивный модус получил полную свободу благодаря специфичнымсоциально-экономическим и социокультурным условиям. На смену советскому культупроизводства пришел культ обогащения, диктат которого оказывает разрушительноевоздействие на формирование и поступательное движение национальнойэкономической системы. Внешними проявлениями спекулятивизации украинскойэкономики являются существенное изменение пропорций распределения занятых вхозяйстве в пользу торговли, значительное повышение трансакционных издержек вцепи связей между производителями и конечными потребителями, с перераспределениемдобавленной стоимости в пользу посредников, спекулятивно ориентированный«симбиоз» директората предприятий и аффилированных с нимифинансово-коммерческих структур, ведущая роль мошеннических операций вформировании крупных частных капиталов, что обеспечило самым удачливым дельцамглавенство в «центрах корпоративного контроля » влиятельных промышленно-финансовыхальянсов и др. Менее заметное, но чрезвычайно опасное последствиеспекулятивизации — сужение временного горизонта в деловом мышленииэкономических (а за ними — и политических) субъектов. Это объясняется преждевсего объективными условиями хозяйствования, в частности, особенностямитрансформационных процессов (особая «антиэкономическая» практикаприватизации), которые создали благоприятную почву дляспекулятивно-мошеннической ориентации делового поведения хозяйствующихсубъектов. Для многихруководителей «новорожденных»предприятий такая ориентация открывала относительно легкий и достаточнобезопасный путь к «максимизации» личного богатства, а для остальныхбыла самым доступным способом сохранить производство в обстоятельствах разнообразныхтрудностей, связанных с системным кризисом 90-х годов.

ВЫВОДЫ

Основные модусные ориентации делового поведения капиталистическогопредпринимательства различаются по многим позициям и взаимно противоречивы. Новсе они в своем динамичном сочетании являются источником той созидательнойэнергии, которая пронизывает деловую жизнь в современном обществе.Эффективность национальной экономики определяется в большой мере тем, насколькоудачно в конкретных условиях складывается взаимодействие различныхпредпринимательских ориентации и мотиваций. В постсоветской Украине коренныеперемены в сфере хозяйствования сопровождаются сдвигами в соотношениях междумодусами поведенческих ориентиров экономических агентов. Влияние этих модусовна конечную результативность национальной экономической системы ещенедостаточно исследовано.

В ходе либерально-рыночного реформирования в основном созданы, но,к сожалению, еще не полностью реализованы институциональные и организационныевозможности для активизации индивидуалистических и инновационных модусовделового поведения. Одна из причин такой ситуации — то, что и общемировыетенденции спекулятивизации финансово-коммерческой сферы в конце XX ст., испецифика практического осуществления либерально-рыночных реформ впостсоветских странах сориентировали активность «новорожденного»предпринимателя главным образом на обеспечение денежно-рентных доходов и наборьбу за их сохранность, распределение и перераспределение. Поэтому сегодняисключительно актуален поиск способов ограничить спекулятивный и все еще весьмаобременительный «традиционный» организационно-бюрократический модусыделового поведения. Необходимо перенести внимание исследователей с фиксации динамикиформальных показателей, полученных хозяйствующими субъектами, на анализвзаимодействий главных поведенческих ориентации, а также их экономических исоциокультурных факторов.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

1.    Господарський кодекс України.- X., «Одіссея», 2003, с.35.

2.    Шумпетер Й. Теория экономического развития. Пер. с нем.- М.,«Прогресс», 1982, с. 185.

3.    Зомбарт В. Современный капитализм. Т 1. Введение. Докапиталистическоехозяйство. Исторические основы современного капитализма. Пер. с нем. — М.-Л.,ОГИЗ, 1930, с. 325

4.    Юданов А. «Быстрые» фирмы и эволюция российскойэкономики. «Вопросы экономики» № 2,2007

5.    ФедуловаЛ. І. Інноваційнаекономіка. Підручник. — К., «Либідь», 2006, с. 72.

6.    Хайек Ф. Конкуренция как процедура открытий. «Мировая экономикаи международные отношения» № 12,1989, с. 14.

7.    Українське суспільство, 1992-2006. Соціологічний моніторинг.- К., Ін-т соціології НАН України, 2006,с. 432

8.    Лісовенко Л. О. Нові стратегічні завдання державної політики щодорозвитку підприємництва в Україні. «Актуальні проблеми економіки» №11, 2007, с. 18-25.

9.    Самуэльсон П., Нордхаус В. Экономика. Пер. с англ. Изд. 16. — М.,изд. дом «Вильямс», 2001, с. 189.

10.  Вебер М. Избранные произведения.Пер с нем. — М., «Прогресс», 1990, с. 80, 94.

11.  Друкер П. Труд и управление в современном мире. «США: экономика,политика, идеология» № 5, 1993, с. 111.

12.  Селигмен Б. Основные течения современной экономической мысли. — М.,«Прогресс», 1964, с. 69.

13.  Котц Д. Банковский контроль за деятельностью компаний в США. Пер.с англ. — М., «Прогресс», 1974, с. 65-72.

14.  Сапир Ж. Насколько тяжело, насколько долго? (Попытка прогнозированияглубины и продолжительности кризиса), «Экономика Украины» № 10,2008,с, 73-93

15.  Кейнс Дж. Общая теория занятости, процента и денег Пер. с англ. -М.,«Прогресс», 1970, с. 223-260.

16.  Доронин И. Современные финансовые рынки: тенденции и перспективы.«Мировая экономика и международные отношения» № 6, 2003, с.23-28.

17.  СкоробогатовА. Фондовый рынок, институциональные структуры ипроблема стабильности капиталистической экономики. «Вопросы экономики»№ 12, 2006, с. 91.

18.  Xаттон У. Капитализм участия. «Мировая экономика и международныеотношения» № 11,2000, с. 38.

19.  Левина И. К вопросу о соотношении реального и финансовогосекторов. «Вопросы экономики» № 9,2006, с. 108.

20.  Кричевская Т. Организационные формы взаимодействия глобального исуверенного монетарного пространстваи выводыдля политики. «ЭкономикаУкраины»№ 2, 2009, с. 89.

21.  Юрій С. І. Міжнародні фінанси у XX столітті. «Вісник економічних наук України», 2007, с. 189-190.

22.  Друкер П. Задачи менеджмента в XXI веке. Пер. с англ. — М, изд. дом«Вильямс», 2001, с. 101.

23.  Стиглиц Дж. Куда ведут реформы? «Вопросы экономики» № 9,1999, с. 45-56

24.  Мокряк В.Л., Мокряк Э.В. Социально-экономическая диагностика системных реформ вУкраине (1990-2005 гг.): цели, результаты и некоторые уроки.- Кривой Рог, 2006,с. 128-175.