Реферат: Концепция человека в философии Сократа

СУДЬБА СОКРАТА ИЛИ ЕГО КОНЦЕПЦИЯ ЧЕЛОВЕКА В ФИЛОСОФИИ

Я знаю, что ничего не знаю… О том, что такоедобродетель, я ничего не знаю… И все-таки я хочу вместе с тобой поразмыслитьи понять, что она такое.

Сократ

Сократ — великий античный мудрец, “олицетворение философии”,как назвал его К.Маркс, — стоит у истоков рационалистических и просветительскихтрадиций европейской мысли. Ему принадлежит выдающееся место в историиморальной философии и этики, логики, диалектики, политических и правовыхучений. Влияние, оказанное им на прогресс человеческого познания, ощущается донаших дней. Он навсегда вошел в духовную культуру человечества.

Поворот и переворот в античном мышлении наметился споявлением афинянина Сократа, сына Софрониска. Недаром греческая философияделится на периоды: досократовский и последующий. Он становится известным вАфинах уже на склоне лет, зрелым человеком. А по тогдашним понятиям — будучиуже старым человеком. И в то время, когда он начал свой действительныйфилософский путь, он оказался духовно более могущественным, чем политическиелидеры страны, чем многие завоеватели. Когда мы говорим об этом времени, мыговорим: эпоха Сократа.

Образ жизни Сократа, нравственные и политические коллизии вего судьбе популярный стиль философствования, воинская доблесть и гражданскоемужество, трагический финал — окружили его имя притягательным ореоломлегендарности. Слава, которой Сократ удостоился еще при жизни, легко пережилацелые эпохи и, не померкнув, сквозь толщу двух с половиной тысячелетий дошла донаших дней.

Сократом интересовались и увлекались во все времена. От векак веку аудитория его собеседников изменялась, но не убывала. И сегодня она, несомненно,многолюднее, чем когда бы то ни было.

Один из крупных философов XIX века,Джон Стюарт Милль, говорил, что человечеству полезно время от временивспоминать, что жил на земле человек по имени Сократ.

Эразм Роттердамский, великий христианский гуманист XVI века, в одном из своих произведений пишет: “Поразительно,что таким мог быть и такое мог познавать человек, который жил до Христа и незнал Христа. Когда я читаю о нем, мне хочется сказать: Святой Сократ, моли Богао нас”.

В центре сократовской мысли тема — тема человека, проблемыжизни и смерти, добра и зла, добродетелей и пороков, права и долга, свободы иответственности, личности и общества. И сократовские беседы — поучительный иавторитетный пример того, как можно ориентироваться в чаще этих вечноактуальных вопросов. Обращение к Сократу во все времена было попыткой понятьсебя и свое время. И мы, при всем своеобразии нашей эпохи и новизне задач, неисключение.

Сократ привлекал внимание решительно всем: внешностью иобразом жизни, деятельностью и учением. В отличие от платных учителей мудрости(софистов), щеголявших в пышных одеждах, он всегда был одет скромно и нередкоходил босиком.

Его образ дошел до нас не только по античным портретам, но ипо описанию двух его учеников. Один был Ксенофонт. Человек, который увлекался восновном лошадьми, торговлей, человек военный, хозяйственный. Для него Сократбыл просто наставником житейской мудрости. Другой был Платон, молодойаристократ, поэт, уже написавший трагедию, увлекавшийся искусством, один из величайшихтворческих гением человечества. Платон увидел в этом балагуре наставника,вручившего ему нить Ариадны. Он внимательно следил за ходом его мысли и видел,как логика приводит к самой глубокой тайне человека. Сократ не оставил нам ниодной строчки. Подобно многим великим мудрецам. Но его образ отражен в диалогахПлатона и в воспоминаниях Ксенофонта.

Один из его учеников, Алкивиад, говорил, что Сократнапоминает ему шкатулку, в которой держат драгоценности или дорогие вина. Наэтих шкатулках нередко изображался смешной леший, Пан или сатир, потому чтовнешне Сократ выглядел несколько комично. Небольшого роста, коренастый, лысый,с курносым носом картошкой с глазами навыкат, с отвислым животом. А греки такценили прекрасное и так преклонялись перед красотой человеческого лица, тела иосанки… Но этот странный, чудной человек обладал огромным обаянием.

Все в Сократе замечательно — наружность, нравственнаяфизиономия. Его положение, цели, метод исследования, жизнь и смерть. К счастью,в сочинениях Платона и Ксенофонта характер и стремление Сократа очерчены стакой ясностью, хотя, вероятно, и не без некоторых прикрас, что можно вполнеощутить всю притягательную силу этой личности. Конечно, если кто-либо и имелправо на оригинальность, то это Сократ; он ни у кого не заимствовал своейфилософии. Он пошел по новому пути. Вместо того, чтобы объяснять бытиеВселенной, он всегда жаждал света, который бы осветил ему в этой Вселенной лишьего собственную стезю. (Дж.Г.Льюис)

Сам Сократ ничего не писал, полагая, что лишь живое словоможет донести его мысль посредством устного диалога. Его учениками былазаписана некая серия поучений, которые приписывают Сократу, однако они часто несогласуются, более того, противоречат друг другу. Аристофан, иронизирующий надСократом знал его лишь молодым. Платон в большей части своих диалоговидеализирует учителя, часто вкладывая в его уста собственные идеи. Отсюдапредельно сложная задача установить собственное учение Сократа, отделив от негото, что примыслено Платоном. Ксенофонт в своих сочинениях дает намредуцированный образ Сократа, соскальзывая подчас в банальности: решительнонеясно из его описаний, каким образом афиняне могли послать на смерть человека,образ которого дает нам Ксенофонт. Аристотель также упоминает Сократа, и егосуждения кажутся более объективными. Однако Аристотель не был егосовременником. Он, безусловно, имел возможность документальной сверкиисточников и ссылок, однако н имел прямого контакта, что в случае с Сократомбыло особенно важно и незаменимо. Школа же так называемых младших сократиков неоставила много сведений.

ИСТОКИ — ПЕРВЫЕ ШАГИ (МОЛОДОСТЬ)

У греков времен Сократа не было принято писать биографии.Они ставили на первый план общественную деятельность человека как гражданинаполиса и уделяли мало внимания его личной жизни (кроме, разумеется, особыхслучаев); полноценным гражданином они считали того, кто активно участвовала вобщественной жизни и заботился о благе полиса как единого целого. Возможно, намбыло бы значительно меньше известно о жизни и личности Сократа, если бы непревратности его судьбы, если бы его деятельность не стала предметом судебногоразбирательства, в результате которого ему был вынесен смертный приговор. Саможе судебное преследование и осуждение Сократа приобрели характере принципиальногообщественно-политического вопроса, вокруг которого вскоре после его смертиразгорелась острая идейная борьба между теми, кто считал преследование философаправомерным, и теми, кто был с этим в корне не согласен. К числу последних, какмы уже знаем, относились ученики и друзья Сократа — философ Платон и историкКсенофонт.

Он родился в знаменитые Фаргелии — в месяце Фаргелион (май — июнь по современному календарю), в год архонта Апсефиона, на четвертом году77-й Олимпиады (469 г. до н.э.) и был родом из дема (территориального округа)Алопеки, входящего в состав Афин и расположенного на расстоянии получасовойходьбы от города.

По роду своей деятельности отец Сократа Софрониск был то ликвалифицированным каменотесом, специализировавшимся на обработке мрамора дляскульптурных работ, то ли ничем не выделявшимся скульптором. Во всяком случае,имея в виду отношение своего отца к художественной деятельности, Сократ в шуткуговорил, что его род восходит к Дедалу — предку всех скульпторов. Мать СократаФенарета была повивальной бабкой.

Фаргелии были праздником рождения Аполлона и Артемиды.Предание гласило, что именно в этом месяце на Крите, в местечке Делос богбогиня Лето родила под пальмой близнецов — Аполлона и Артемиду. По афинскойкультовой традиции в Фаргелии город занимался искупительным очищением. Рождениев такой день считалось событием символическим и знаменательным, иноворожденный, естественно, подпадал под покровительство высокочтимого в Афинахсветозарного Аполлона, бога муз, искусство и гармонии.

И жизнь Сократа, по тогдашним представлениям, не тольконачалась, но и прошла под определившим его судьбу “знаком Аполлона”. Надпись наДельфийском храме Аполлона — “Познай самого себя” — предопределила тот глубокийи стойкий интерес к философии, занятие которой Сократ расценивал как служениедельфийскому богу. Оракул Аполлона в Дельфах признал Сократа мудрейшим изгреков. С именем Аполлона была связана также и отсрочка казни Сократа на целыймесяц.

Начало и конец жизни пришлись на культово-праздничные,“чистые” дни Аполлона. Да и вся жизнь Сократа — в промежутке между этимипервыми и последними днями, — по собственным его представлениям, была посвященанравственному “очищению” Афин путем служения Аполлону на “поприще Муз”,поскольку философия была для него высочайшим из искусств.

В дошедших до нас сведениях о Сократе правда в ряде случаевдополнена вымыслом. Они порой носят анекдотический, полулегендарный характер.

Мало достоверных сведений о детстве и вообще первой половинежизни Сократа, когда он еще не приобрел широкую популярность среди афинян. Нокое-что все же известно.

Сократ был в семье вторым ребенком. До своего брака сСофрониском Фенарета уже была замужем и родила сына Патрокла, старшего братаСократа. Одна из биографических легенд сообщает, что Софрониск, по принятомутогда обыкновению, в связи с рождением Сократа обратился к оракулу с вопросом охарактере обращения с сыном и воспитания его. Смысл божественного наставлениябыл примерно таком: “Пусть сын делает то, что ему заблагорассудится; отец недолжен его к чему-то вынуждать и от чего-то удерживать. Отцу лишь следуетмолиться Зевсу и Музам о благом исходе дела, предоставив сына свободномупроявлению своих склонностей и влечений. В иных заботах его сын не нуждается,так как он уже имеет внутри себя на всю жизнь руководителя, который лучшетысячи учителей и воспитателей”. Под внутренним руководителем при этом имелся ввиду даймоний (демон) Сократа — его гений, внутренний оракул, голос,предостерегавший против дурных поступков.

Как и остальные афинские дети, Сократ получил общедоступноеначальное образование, которое было нацелено на физическое и духовноеформирование члена полиса (города-государства), его будущего полноправного ипреданного гражданина. Дети в Афинах получали так называемое “мусическое игимнастическое воспитание”. Под “мусическим” воспитанием подразумевалось нетолько общее музыкальное образование (умение играть на флейте и кифаре, пение ипляска), но и литературно-словесное — изучение языка (письмо и чтение),заучивание наизусть и комментирование текстов эпических, лирических итрагических поэтов (Гомера, Гесиода, Пиндара и др.). В программу начальногообразования входило также обучение счету (арифметика и начала геометрии).Особое место в греческой школе, которую дети начинали посещать с семи лет,занимала гимнастика. Гимнастика (бег, метание диска и дротика, борьба и т.п.)была предметом серьезных занятий с 12-13 -летнего возраста, что диктовалосьгосударственной необходимостью: гражданин полиса обязан был в любой момент выступитьв поход и с оружием в руках защищать отечество. Вместе с тем внимание кфизической культуре объяснялось также заботой государства о воспитаниигармонически (духовно и телесно) развитого гражданина полиса. Сократ был сведущв науках (в частности, в математике, астрономии и метеорологии). Науками оприроде философ особенно увлекался в молодые годы, но молва создала после егосмерти множество небылиц по этому поводу. К их числу следует отнести и преданиео “невежественности” Сократа, легенду о том, что он, не имея никакогосистематического образования, самоучкой приобрел лишь самые элементарныезнания.

Когда Сократу исполнилось 18 лет, в отношении его как идругих его сверстников, решался весьма существенный вопрос о наделениигражданскими правами и официальном признании гражданином Афинского государства.

Молодые годы Сократа совпали с блестящим расцветом афинскойдемократии и афинского искусства, с веком создания Парфенона, с веком Перикла,Фидия, Аспазии (жены Перикла), и поэтому Сократ как бы затерялся в этойблестящей эпохе.

Это было время, когда начинал свою блестящую политическуюкарьеру Перикл. В соответствии с законом, предложенным им и принятым народнымсобранием (451\450 г. до н.э.), гражданином Афин признавался лишь тот, чьи обародителя — афинские граждане. Процедура подтверждения этого факта и признанияправ гражданства была довольно скрупулезной. Члены соответствующего дема(территориального округа) должны были под присягой удостоверить достижениепретендентом положенного законом 18-летнего возраста, а также то, что он — лицосвободное и законнорожденное. Пятеро обвинителей, избранных демотами (членамидема), могли оспорить притязания претендента, и тогда последний должен былобратиться с апелляцией в суд. В случае, если и суд отказывал ему в претензияхна гражданство, государство было вправе продать его в рабство. При отсутствииобвинений или при положительном решении дела судом в пользу претендента онвносился в списки демотов, после чего подвергался докимасии — специальнойпроверке Советом пятисот.

Статус полноправного гражданина Афин предоставлял многозначительных (политических, правовых, материальных, морально-религиозных ит.п.) льгот его обладателю и выгодно отличал последнего от всех других лиц, потем или иным основаниям проживавших в афинском полисе.

Успешно пройдя необходимую процедуру, молодой Сократ,подобно другим своим сверстникам, принес, обязательную в Афинах, гражданскуюприсягу, верной которой он оставался в течении всей своей жизни, вплоть до еетрагического финала.

Лица от 18 до 20 лет назывались эфебами. В течение этих двухлет они должны были заниматься военным делом — военно-физической подготовкой,охраной границ государства, дефурством на сторожевых постах и т.п. Государствообеспечивало эфебов оружием и одеждой. На ежедневное их содержание выделялосьпо 4 обола. В народном собрании (экклесии) афинские граждане начиналиучаствовать с 20 лет. Занятие государственных должностей требовало, какправило, достижения 30-летнего возраста.

О первых занятиях Сократа, после того как он перешагнулвозраст эфебов и достиг двадцатилетия, существует несколько версий. Вероятнеевсего, он занялся делами отцовской профессии и какое-то время тоже обрабатывалкамни. Помимо значительных физических усилий, этот труд — нечто среднее междуремеслом и искусством — требовал большого мастерства и тонкого уменья.

Резцу молодого Сократа древние приписывают скульптуру изтрех одетых Харит, которая некоторое время выставлялась у Афинского акрополя.Интерес молодого Сократа к профессии скульптора, его авторство в отношении трехХарит, как, впрочем, и многие другие сведения о нем, покоятся на довольнозыбкой почве легенд, версий и догадок. Однако, сам образ Харит — богинь дружбыи юности — внутренне близок натуре предполагаемого молодого, общительного ижизнерадостного автора. Примечательны в этой связи обычные в устах Сократаклятвы именем Харит, надежно засвидетельствованные некоторыми источниками.Мотив сократовского авторства отдаленно звучит и в сообщении Диогена Лаэртскогоо том, что в Академии Платона при его преемнике Спевсиппе выставляласьскульптура Харит.

Иную версию жизни молодого Сокрта давал критически к немунастроенный перипатерик Аристоксен. По его сообщению, Сократ в молодые годы велдовольно беспорядочный образ жизни. Затем он был простым каменотесом. Но как-тоон приглянулся философу Архелаю, который избавил одаренного молодого человекаот тяжелых занятий, после чего Сократ в течение ряда лет был учеником илюбимцем Архелая.

Другие источники сообщают, будто от работы каменотесаСократа избавил Критон, его сверстник и товарищ. Оба они были из одного дема.Влюбленный в душевные качества Сократа и обладая достаточным богатством Критонпредоставил своему другу возможность совершенствоваться в философии. Эта версияв известной мере питается из того достоверного источника, согласно которомуКритон в зрелые годы был преданным другом, слушателем и последователем Сократа,готовым помочь ему в жизненных невзгодах. Кстати, именно он, как сообщаетПлатон, задумал побег Сократа из тюрьмы.

Как бы то ни было, занятия отцовской профессией — в качествели каменотеса или начинающего скульптора — определенно не стали делом жизниСократа. Гораздо большую роль в его духовной судьбе сыграла профессия Фенереты- “очень почтенной и строго повитухи”, по характеристике ее знаменитого сына.Ведь именно по аналогии с родовспомогательным искусством своей матери Сократименовал свой философский прием содействия рождению истины в ходе беседымайевтикой. Для человека, родившегося в день Аполлона и Артемиды, философскаямайевтика как умение и призвание приобретали характер божественного дара: всеповивальное искусство, согласно мифу, находилось под верховным ведениемАртемиды. По всему видно, что Сократ не зря родился в Фаргелии.

ФИЛОСОФИЯ В ПОНИМАНИИ СОКРАТА

Предметом философии, ее основной задачей и главной цельюСократ сделал познание “естества человека”, первоисточника его поступков и дел,его образа жизни и мышления. Такое познание он считал возможным лишь на путисамопознания, на пути следования дельфийскому призыву: “познай самого себя”,начертанного на храме Аполлона в Дельфах, автором которого по традиции считалсяспартанец Хилон, Это изречение послужило толчком к философствованию ипредопределило основное направление его философских поисков истины. Восуществлении этого девиза Сократ усматривал свое жизненное назначение ипризвание. Сократ воспринял это изречение как призыв к познанию вообще, квыяснению смысла, роли и границ человеческого познания в соотношении сбожественной мудростью. Речь, таким образом, шла не о частностях, а о принципепознания человеком своего места в мире.

Сократовское проникновение в существо человеческих проблемтребовало новых, истинных путей познания. Философский интерес Сократа кпроблематике человека и человеческого познания знаменовал собой поворот отпрежней натурфилософии к моральной философии. Человек и его место в мире сталицентральной проблемой этики Сократа и главной темой всех его бесед (диалогов).

Конечно, к своим взглядам, относящимся к позднему наиболееизвестному нам периоду, Сократ пришел не сразу. Естественно поэтомупредположить известную эволюцию в его философских воззрениях. Однако точныхданных о начальных стадиях развития философской мысли Сократа, сожалению неимеется.

По некоторым сведениям, приводимым, в частности ДиогеномЛаэртским, молодой Сократ был сперва учеником знаменитого натурфилософаАнаксагора из Клазомен, а затем и Архелая (ученика Анаксагора), учение которогонемало походило на доктрину Диогена из Аполлонии (где эклектически соединялисьвзгляды Анаксимена и Анаксагора). В этот же период с досадой и негодованием онполемизирует с софистами, с тем решением проблем, которое они предлагали.

Во времена сократовской молодости философия в Афинах былимпортным продуктом. Афиняне были сильными в политике, искусстве, ремеслах,торговле, военном и морском деле, но не в философии. Своих философских школ,течений или даже просто заметных философов не имелось. Собственно первымфилософом-афинянином был упомянутый Архелай — удачное для легенды связующеезвено между Сократом и прежними натурфилософами, а через них и “семьюмудрецами”.

О новых веяниях в философии и успехах тогдашней наукиафиняне и в “золотой век” Перикла узнавали по преимуществу от приезжихфилософов и учителей мудрости. В сократовское время Афины посетили такиезнаменитости, как глава элейской школы Парменид и его ученик Зенонг,представитель ионийской философии Анаксагор из Глазомен, софисты Протагор изАбдер, Горгий Леонтийский из Сицилии, Гиппий из Элиды, косец Продик Эвен изПароса и многие другие. Приезжие философы и софисты оказывались в центредуховной жизни Афин. Сократ, всегда отличавшийся большой любознательностью иобщительностью, проявлял глубокий интерес к их выступлениям.

Знакомство молодого Сократа с основными течениями тогдашнейфилософии сыграло, конечно, плодотворную роль в становлении и развитии егособственных представлений.

Неудовлетворенный изысканиями последних философов физиса,Сократ сконцентрировал свое внимание на человеке и его поведении, считая этипроблемы важнейшими для философии. В глазах Сократа науки о человеке обладаютогромным преимуществом перед науками о природе: изучая человека, они дают емуто, в чем он более всего нуждается, — познание самого себя и своих дел,определение программы и цели деятельности ясное осознание того, что есть доброи зло, прекрасное и безобразное, истина и заблуждение. Знание (осознание)этого, согласно Сократу делает людей благородными.

Сократовская философия имеет дело не с бытием, но со знаниемо бытии. И это знание — результат познания в понятиях божественной по своемухарактеру причины, а вовсе не эмпирического изучения вещей и явлений бытия.Понятие по концепции Сократа — это результат одних лишь мыслительных усилийпознающего субъекта, не просто субъективный феномен человеческого мышления, нонекая умопостигаемая объективность разума.

Одно из фундаментальных положений Сократа состоит вследующем: одно дело — это инструмент, который используют, но совсем другое — “субъект”, который пользуется инструментом. Человек пользуется своим телом какинструментом, что означает: в нем различимы субъективность, которая естьчеловек, и инструментальность, средство, которым является тело. Стало быть, навопрос “Что есть человек?” невозможен ответ, что “это тело”, скорее, это “то,чему служит тело”, то есть душа — “psychè”.

Истинное познание — познание посредством понятий — доступно,по сократовской концепции, лишь немногим, мудрецам, философам. Но и им доступнане вся мудрость, но лишь незначительная часть ее.

Сократовское положение о мудрости знания человеком границсвоего знания и незнания — “я знаю, что ничего не знаю” — как раз и фиксируетотношение человеческого познания к божественному разуму. Философ стоит междубогом и людьми, мудростью и невежеством. Философия как любовь к мудрости всократовской трактовке предстает как любовь к божественной мудрости. Отсюдаясно, почему Сократ не упускал случая аттестовать свое философствование вкачестве посильной службы богам.

Знание божественно, и только оно возвышает человека и уподобляетего богам. Большинство же людей, считал Сократ, чурается знаний ируководствуется случайными влечениями и переменчивыми чувствами.

Истинное познание, согласно Сократу, исходит от бога иприводит к богу. Таковы условия и границы возможной и допустимой автономиичеловеческого познания. Четко было обозначено Сократом и единственное верное,по его мнению, направление усилий человека — познание и действование на основезнания.

Эта сократовская концепция знания и познания существенносущественно отличается и от широко распространенной тогдатрадционно-мифологической веры, которая отвергала всякое суетное мудрствованиео богах, и от модной позиции софистов с их скептическим отношением к богам исубъективизацией истины, отрицанием объективный критериев человеческогопознания и социально-политического поведения. Позиция софистов, опиравшихся начувственное познание, была для Сократа в принципе столь же неприемлемой, как иподход Анаксагора. Еще более нелепой представлялась ему трактовкаиндивидуального ощущения в качестве критерия истины. Такие взгляды развивал, вчастности, прославленный глава софистов Протагор, с которым Сократ встречался ибеседовал.

Человек по Сократу, был бы вообще лишен разума и знания,если бы в нем, наряду со смертным телом, не было бы бессмертной души. Именноблагодаря божественной душе человек приобщается к божественному знанию:подобное познается подобным. Кроме того душа — хранительница знаний,приобретенных ею ранее в вечных странствиях в этом и том мире; человеческое жепознание — это, по сути дела, воспоминание души о прежних знаниях. Однакоподобной гносеологической ролью значение души в сократовском учении неисчерпывается. Положение о бессмертии души занимает ведущее место в моральнойфилософии Сократа, определяя смыл и место в моральной философии Сократа,определяя смысл и цели человеческого бытия в мире, его жизни и смерти.

Сократовское обращение к вопросам о целесообразномустройстве мира, космической гармонии, божественно предопределенной всеобщейсвязи явлений и т.п. преследовало прежде всего этические интересы и былонацелено на выявление направлений и границ целесообразной траты человеком своихпознавательных усилий.

Истинное познание, как его понимал Сократ, призвано датьчеловеку верные ориентиры для его повседневной жизни, Поэтому ценность всякогопознания — природных людских и божественных явлений и отношений — в том чтобынаучиться разумно вести человеческие дела.

Дорога самопознания ведет человека к пониманию своегоместа в мире, к уяснению того, “каков он по отношению к пользованию собой какчеловеком” (Ксенофонт. Воспоминания о Сократе).

Философски возвысив разум и признав за ним универсальнуюмощь, Сократ подчинил его господству все космические и земные дела. Знание втрактовке Сократа предстало в качестве единственного должного регулятора инадлежащего критерия человеческого поведения.

Для Сократа знания и поступки, теория и практика едины:знание (слово) определяет ценность “дела”, а “дело” — ценность знания. Отсюда иего уверенность в том, что истинные знания и подлинная мудрость (философия),доступные человеку, неотделимы от справедливых дел и других проявленийдобродетели. С точки зрения Сократа, нельзя назвать философом того, ктообладает знаниями и мудростью, но судя по его образу жизни, лишен добродетели.

Что обсуждал Сократ со своими собеседниками? Принципы иметоды мышления. Он обратил взор человека на его внутренний, духовный мир. Ипрежде всего он хотел показать людям, что путь к высшей реальности лежит черезсамопознание, познание своего духовного “я”. Сократ поставил во главу углафилософии — а его философия была не отвлеченной, а жизненной — знаменитоеизречение, которое было начертано на фронтоне Дельфийского святилища: “Познайсамого себя”. Сократ был добродушный собеседник, открытый, немножко лукавый. Онговорил: “Я никого не учу, я просто с вами тоже ищу истину”. Это было так и нетак. Он, конечно, учил, но метод его был акушерский, он так себя и называл: “Я- акушер. Истина сидит внутри вас, только надо ее родить, я вам помогаю ееродить”. При всей его шутливости и некотором, я бы сказал, даже юродстве, онотносился к серьезным вещам абсолютно серьезно, что и доказал во время суда иказни. Итак, он приходил в тенистый портик — там приятно было сидеть в жару подкаменными сводами — и начинал беседу на какую-нибудь тему. Сначала это былнезатейливый спор, а потом вдруг собеседник попадал в железный капкан егологики. Здесь Сократ был несравненным. По существу начало нашей логики,рациональной логики, к которой мы привыкли, идет от Сократа. (А.Мень). ПоэтомуНицше проклинал его как человека, загубившего дух Греции. Поэтому русскийфилософ Лев Шестов, иррационалист, считал появление Сократа грехопадениемантичной мысли. Но ясная мысль и логика — это отнюдь не враги человека, этоинструмент, великий и прекрасный, только надо знать, где и когда им уместнопользоваться. Сократ отнюдь не делал его универсальным инструментом. Он частоговорил: “Я ощущаю в себе с юных лет не только голос рассудка, но и голоскакого-то существа”. Он называл это существо “даймонион”. (На самом деле“даймонион” — не “демон”, а “божество”.) Так что не думайте, что речь идет осатанинском начале. Это был некий дух. Говоривший в нем. “Никогда, — настаивалСократ, — этот “даймонион” не подсказывал мне, что я должен делать, но он меняпредупреждал, чего я не должен делать.”

В центре всего сократовского философствования стоят вопросыо нравственных добродетелях, моральных качествах человека. По существу своемуучение Сократа — это философия морали, этика.

Сократ в определенном смысле совершает переворот втрадиционной системе ценностей. Истинные ценности не те, что связаны с вещамивнешними, (как то: богатство, сила, слава), еще менее с телесными (жизнь,физическое здоровье, красота, мощь), но лишь сокровища души суть ценности,которые вместе составляют “познание”. Это не значит, что традиционные ценностивмиг обесценены, а значит лишь то, что “сами по себе они больше не имеютценности”. Станут они ценностями или нет, зависит от того, используются ли онисо знанием или без него.

Значит, богатство, власть, слава, здоровье, красота “немогут быть по собственной природе благами как таковые, но, скорее, выходит так:если они ведомы невежеством, то способствуют злу наибольшему, противному имсамим, ибо более действенны в дурном направлении; если же, напротив, управляемырассуждением, наукой и познанием, то становятся благами наибольшими; сами посебе ни одни, ни другие, цены не имеют”.

Моральная философия Сократа исходит из ясности и решенноститого, как должно жить. Поэтому человек в ней не стоит в мучительной и темнойситуации этического выбора. Можно даже сказать, что Сократ не оставляетчеловеку морального выбора: выбор предопределяется знанием, посколькудобродетель — это знание, а пороки и зло творятся по незнанию, неведению.

Политико-правовые взгляды Сократа представляют собойсоставную часть всей его моральной философии в рамках которой этическое иполитическое тесно переплетены. Этика в понимании Сократа политична, политикаэтична. Высшей и наиболее важной добродетель (арете) является добродетельполитическая, к которой Сократ относил искусство управления полисными делами.При помощи именно этого искусства люди делаются хорошими политиками,начальниками, домоправителями, вообще полезными для себя и других гражданамигосударства.

Причем эта высшая добродетель, именуемая Сократом, царской,одинаково значима и в частной и в публичной жизни человека: в обоих случаяхречь идет об одном и том же — об управлении соответствующими делами (полиснымиили домашними) на основе знания. Умение хорошего хозяина, управителя домасходно с умением хорошего начальника, и первый легко может заняться деламивторого. “Потому ты не смотри с таким пренебрежением на хозяина, — говорилСократ некоему Никомахиду. — Забота о собственном только количественно разнитсяот заботы об общественном; в других отношениях она совершенно одинакова”(Ксенофонт. Воспоминания о Сократе).

Политическая этика Сократа представляла собой своеобразныйитог предшествующего развития древнегреческой политической мысли и вместе с темпослужила исходным пунктом ее дальнейшего движения к таким вершинам, какполитическая философия Платона и политическая наука Аристотеля.

Сократовские положения о совпадении законного исправедливого, восхваление им законности и разумности полисных порядков и т.п.имели в виду, скорее, желательное идеальное состояние дел, нежели наличное,реально существовавшее. Отсюда их критический запал против современной емупрактической политики и ее деятелей.

В плане теоретическом сократовский идеал представлял собойпопытку сформулировать идеально разумную сущность государства, а применительнок практической политике был направлен на утверждение принципа компетентности вполисном управлении.

Философское обоснование Сократом необходимости правлениязнающих не было, конечно, завуалированной формой апологии каких-то практическисуществовавших в его времена политических порядков. Хотя в качествеблагоустроенных государств, управляемых хорошими законами, Сократ называларистократические Спарту и Крит, умеренно-олигархические Фивы и Мегары. Впринципе же он ратовал за правление знающих, а не за господство старой родовойаристократии или новоявленных богачей. Резко отрицательно относился Сократ ктирании как режиму беззакония, произвола и насилия.

Подчеркивая недолговечность тирании, он отмечал, что тиран,казнящий неугодных ему здравомыслящих и дельных граждан, непременно будет вскором времени наказан и сам.

Безусловная преданность гражданина своему полису и егозаконам является отправным моментом для всей политико-правовой позиции иориентации Сократа. Соглашаясь стать членом данного государства, гражданин темсамым вступает, по мысли Сократа, в договор с полисом и обязуется свято чтитьего порядки и установления. Сократ, таким образом, первый в истории европейскойполитической мысли сформулировал концепцию договорных отношений междугосударством и его членами, его гражданами. Согласно этой сократовскойконцепции, гражданин и полис неравноправны, как, например, не равны в своихправах отец и сын, господин и подчиненное ему лицо. Сократ развиваетсвоеобразную версию договорной связи гражданина и государства, согласно которойОтечество и Законы выше и дороже отца и матери; именно они являются для гражданвысшими родителями, воспитателями и повелителями. Любой афинянин, достигнувсовершеннолетия, поясняет Сократ, может в соответствии с законами без всякихпрепятствий покинуть со всем своим имуществом государство, если его порядки емуне нравятся, и отправиться куда ему угодно — либо в колонию этого жегосударства, либо в другое государство. Поэтому остающиеся в данном полисе вкачестве его членов граждане тем самым на деле соглашаются выполнять всевеления государства и его органов.

Подобная законопослушность, ярко продемонстрированнаяСократом всей его жизнью и драматической смертью, восходила к традиционнымэллинским представлениям о роли закона для упорядоченной и справедливой жизни вполисе.

Ценность человека не в его силе и способности к насилию воимя власти, но в его разуме, в его понимании блага полиса и владенииполитической добродетелью. А это требует соответствующего воспитания и учения.Политические добродетели, как и прочие человеческие добродетели, развиваютсяпутем изучения и прилежания. Те, кто готовится к политической деятельности ивластвованию, должны, по Сократу, научиться воздержанности во влечениях ипостигнуть знания, необходимые для пользы полиса и его граждан.

Всякий человек, даровитый или бездарный, должны по Сократу,учиться и упражняться в том в чем он хочет достигнуть успехов. Особенно значимовоспитание и обучение политическому искусству для людей даровитых. Эти люди,будучи по природе своей нередко неукротимыми и необузданными, без надлежащихзнаний способны причинить государству и согражданам огромный вред. И, наоборот,они приносят большую пользу отечеству, если предварительно изучили предметсвоей будущей деятельности, научились искусству управления, приобщились кполитической добродетели. Управление делами полиса на основе знания есть, пооценке Сократа, единственный надежный путь ко всеобщему благу.

Сократ, сам непосредственно не занимавшийся политическойдеятельностью, вместе с тем живо интересовался всеми полисными делами истремился к их совершенствованию. Воспитание своих слушателей, особенномолодых, в духе политической добродетели было главной целью сократовских бесед,всех его философско-просветительских усилий.

Однако, “нельзя даже приблизиться к пониманию Сократа, покамы не уясним себе ту пропасть, что отделяет его молодость и первую порузрелости, протекшие в социальной атмосфере довоенной Европы, от событий послевоенноговремени” (A.E.Taylor).

публичнаядеятельность (ЗРЕЛОСТЬ)

Первые три с половиной — четыре десятка лет жизни Сократа — наиболее темные и неясные в его биографии, поскольку он не успел еще статьизвестной в Афинах фигурой и попасть в поле интереса современников. Афиныпереживали тот период своей истории, который принято обозначать какпентеконтаэтию (пятидесятилетие): речь при этом идет об отрезке времени междурешающими сражениями греко-персидских войн (морской бой в Саламинском проливе в480 г. до н.э. и сухопутная битва при Платеях в 479 г. до н.э.). В обстановкепобедоносного завершения греко-персидских войн Афины в это пятидесятилениедостигают своего расцвета.

Внутриполитическое положение характеризуется дальнейшимрасширением и укреплением демократии. Афинский демос издавна играл решающуюроль в политической жизни своего города-государства.

Афины сократовского времени жили в напряженнойвнешнеполитической обстановке — готовясь к войне или ведя ее. Уже в 478 г. дон.э. Афины, опираясь на морское могущество, организуют под своим началомДелоский морской союз. В него вошли многие греческие прибрежные и островныегорода-государства. Морской союз направлен не столько против “варваров”(Персии), сколько против Пелопоннесского союза во главе со Спартой. Присоединяясилой и переманивая на свою сторону другие греческие государства, насаждая вних угодные себе порядки (проафинские — демократические; проспартанские — аристократические или олигархические), морские Афины и сухопутные Спарта началиисподваль долгую битву за гегемонию над всей Элладой.

Длительное соперничество и бесконечные взаимныегегемонисткие интриги приводят их наконец к прямому военному столкновению, квойне, которая с перерывами длилась с 431 по 404 г. до н.э. и завершиласьпобедой Спарты. Эта Пелопоннесская война вовлекла в свою орбиту почти всегреческие города государства.

Вторая половина жизни Сократа, таким образом, протекала вобстановке межгреческой войны, в ряде сражений которой он и сам непосредственноучаствовал в качестве афинского гоплита.

Еще до официального начала войны со Спартой Афины организуютв 432 г. до н.э. поход на коринфскую колонию Потидею, котоая ранее некотороевремя была членом Афинского морского союза, а к этому времени вместе с рядомдругих городов, недовольных политикой Афин, заявила о своем выходе из союза.Уже в 435 г. до н.э., во время столкновения Коринфа и Керкиры, Афины по советуПерикла встали на сторону Керкиры и, приняв ее в морской союз, послали ей невыручку свои суда. Проспартанская позиция Коринфа была тем самымпредопределена, а новая антикоринфская акция Афин в виде похода на Потидею ещеболее приближала прямое столкновение Афин со Спартой.

Сократ находился в числе тех 2 тыс. Гоплитов, которых Афинынаправили с флотом против Потидеи. Вместе с Сократом в походе участвовал исимпатизировавший ему молодой Алкивиад, воспитанник Перикла, своего законногоопекуна. Из рассказа Алкивиада, проводимого Платоном в диалоге “Пир”, видно,что Сократ пробыл у Потидеи по крайней мере зиму и лето и участвовал как и вглавной битве, так и некоторое время в последующей осаде города, который былвзят гораздо позже, в начале 429 г. до н.э.

В ходе трудной потидейской экспедиции Сократ проявил себястойким, мужественным и храбрым воином. Честолюбивый Алвивиад признается, чтовыносливастью и выдержкой Сократ превосходил всех. В зимнюю стужу, когда другиеафиняне мерзли в теплой одежде и обуви, Сократ в своем обычном наряде — в плащеи босиком — легко и непринужденно шагал по снегу и льду. Товарищи по оружиюкосо поглядывали на облик и поведение этого странного гоплита, полагая, что тотдурачится и глумится над ними.

В бою под Потидеей Сократ и Алкивиад оказались на том крылеафинского войска, где успех сопутствовал неприятелю. Отступая, Сократ вынес споля боя раненого Алкивиада и его оружие. После боя, который был выигранафинянами, Алкивиад высказался за присуждение воинской награды Сократу. Новоеначальники, учитывая высокое положение Алкивиада, решили наградить именноего. На этом, собственно, настаивал и его спаситель.

Отважно вел себя Сократ и в сражении при Делии (424 г. дон.э.). Бой сложился не в пользу афинян, и их войско обратилось в бегство.

Алкивиад, также участвовавший в битве при Делии,рассказывает, что застал Сократа отступающим вместе с Лахетом, известнымафинским полководцем, который славился своим мужеством. Сократ, по словамАлкивиада, вел сбея с гораздо большим самообладанием, чем его прославленныйтоварищ. Весь его вид во время вынужденного отхода, который, кстати, закончилсяудачно, свидетельствовал о спокойной готовности Сократа постоять за себя и датьотпор наседавшему врагу.

Последним сражением, в котором Сократ вновь встретился лицомк лицу со смертью, была жестокая битва под Амфиполем (422 г. до н.э.) нафракийском побережьи. Афинское войско под начлом Клеона было неожиданноатаковано и разбито отрядом спартанских доровольцев, во главе которого стоялталантливый военачальник Брасид. В бою погибли и Клеон, и Брасид. Этой битвойзавершился первый период Пелопоннесской войны. В 421 г. до н.э. между Афинами иСпартой был заключен мир на 50 лет, так называемый Никиев мир, нарушенный,правда, уже через 8 лет новыми военными действиями.

В сражениях заключительного этапа Пелопоннесской войны (413- 404 гг. до н.э.), завершившейся поражением Афин, Сократ в силу его ужепреклонного, непризывного возраста не участвовал. Испытание Сократа-гоплита намужество и стойкость, лицом к лицу со смертью — одно из многих испытаний,выпавших на долю Сократа-человека и вынесенныхим с поразительной верностью себеи своему пониманию долга перед полисом.

Эта цельность Сократа сквозит во всех его поступках имыслях: в многообразных проявлениях и обнаружениях и повсюду Сократ остаетсяодним и тем же — самим собой. Поэтому, узнав нечто о Сократе, мы уже обладаемключом ко всему сократовскому, но прояснить себе и по достоинству оценить этоможно лишь в свете всего знания о нем. Здесь и тривиальная простота Сократа иголовокружительная его сложность.

Выразительные примеры гражданского мужества Сократпродемонстрировал и при отстаивании попираемых законов полиса, и защитесограждан, ставших жертвой беззаконий.

Демон Сократа, императивный голос его совести, еговнутренний бог, запрещал ему заниматься политической деятельностью. Это,однако, отнюдь не означало кокой-то индифферентности по отношению к политике иделам полиса, безразличия к своим обязанностям гражданина и судьбам всегогосударства. Речь, судя по всему, шала о том, что сократовский демон запрещалзаниматься активной политической карьерой, домогаться власти и государственныхдолжностей.

В конце жизни Сократ, умудренный опытом, касаясь этогозапрета демона, замечает: “И по-моему, прекрасно делает, что возбраняет. Будьтеуверены, афиняне, что если бы я попытался заняться государственными делами, тоуже давно бы погиб и не принес бы пользы ни себе, ни вам. И вы на меня несердитесь за то, что я вам скажу правду: нет такого человека, который мог быуцелеть, если бы стал откровенно противиться вам или какому-нибудь другомубольшинству и хотел бы предотвратить все то множество несправедливостей ибеззаконий, которые совершаются в государстве. Нет, кто в самом деле ратует засправедливость, тот, если ему суждено уцелеть хоть на малое время, долженоставаться частным человеком, а вступать на общественное поприще не должен”(Платон. Апология Сократа.).

Сократа отказался от прямой политической деятельности попринципиальным основаниям, но показательна и его ссылка на выгоды отказа отопасной и интриганской политики.

Заняв такую позицию, Сократ не выступал всенародно, непредлагал своих советов афинскому народному собранию, чем обычно занималисьлюди, добивавшиеся политического влияния и власти. Он вел частные беседы и своисоветы давал частным образом. Но в этих частных беседах активно обсуждались всеосновные стороны государственной жизни, проблемы политики, права,справедливости, гражданских обязанностей, добродетелей и пороков, критическирассматривались недостатки афинской политики. Предлагались пути еесовершенствования и т.п. Публично-политическая нацеленность подобныхсократовских бесед была очевидна. Свою “частную” деятельность поморально-политическому перевоспитанию сограждан, их переориентации на новыеценности, разоблачению недостатков и пороков полиса и его членов Сократрасценивал в качестве божественного дара Афинам.

Этим добровольным поучением собеседников добродетели Сократзанимался бескорыстно, без всякой платы и материального расчета, во имя своеговысшего призвания забросим свои домашние дела и пребывая в крайней бедности.

Об имущественном положении Сократа и его семейной жизни ещев древности было сочинено немало забавных историй. Сократ был скорее беден, чембогат. О своей бедности как общеизвестном факте он говорил и на суде (399 г. дон.э.), заявив, что, занявшись философской деятельностью, он забросил все своихозяйственные дела, что привело к семейным неурядицам.

Сократовские беседы покдлючали его к большой политике,оказывали влияние на нее, были формой соучастия в делах окружающего мира.Однако принципы своей позиции философ последовательно отстаивал и в тех случаях,когда судьба напрямую сталкивала его с политикой. Волею жребия он однаждыоказался все же важным должностным лицом в Афинах. Это произошло в 406 г. дон.э., когда Сократ был избран, по принятой в таких случаях процедуре жребия,членом афинского Совета (буле) от филы Антиохиды, куда входил и его родной демАлопеке.в качестве члена Совета Сократу пришлось участвовать в разборенашумевшего дела афинских стратегов.

Обстоятельства этого дела были таковы. Афинский флот нанеспоражение спартанцам и их союзникам в морском сражении при Аргинусскихостровах, но из-за поднявшейся сильной бури афиняне не смогли спасти тонущихсоотечественников и подобрать трупы погибших товарищей, с тем чтобы потом ихнадлежаще похоронить. Когда весть об этом дошла до Афин, все десять стратеговбыли обвинены в нарушении религиозных традиций. В город вернулось только шестьстратегов, в том числе — сын Перикла, Перикл-младший; остальные решили выждатьполитическую бурю, последовавшую за морской, вдали от разгоряченного афинскогодемоса. Не явившиеся стратеги обвинялись заочно.

Предложение главного обвинителя стратегов, демагогаКалликсена. Состояло в том, чтобы одним общим голосованием на народном собраниирешить вопрос о вине всех стратегов вместе и приговорить их к смерти, какговорится, чохом. Такой прием был противозаконным, поскольку явно нарушализвестную псефизму (- постановление народного собрания по определенномувопросу) Каннона, требовавшую.чтобы дело каждого обвиняемого разбиралосьотдельно.

Сократ был единственным членом Совета, который несмотря наразгоревшиеся народные страсти и прямые угрозы привлечь заодно кответственности и тех, кто противится осуждению стратегов одним общим списком,стойко и до конца отстаивал законную процедуру разбирательства дела. В день,когда он был дежурным главою Совета (эпистатом), нарушение законности былопресечено. Но на следующий день, при другом эпистате, все стратеги были огульноприговорены к смерти одним поднятием рук на народном собрании.

В перепитиях дела стратегов ярко проявились характерныечерты поведения и Сократа — убежденногозащитника законности даже в обстановкевсеобщего отступления от нее, и афинского демоса — склонного к поспешным акциями непродуманным мероприятиям, к чувству мести и расправы. Подверженногострастям и эмоциям, часто прибегавшего к суду скорому, но далеко не праведному,незаконность которого очень быстро становилась очевидной и ему самому. Этикачества Сократа и афинского демоса были еще раз в их напряженном столкновениитрагично продемонстрированы в деле самого Сократа.

Дело стратегов разбиралось в условиях господства в Афинахдемократии. А вскоре после окончания войны, когда к власти в городе приподдержке спартанцев пришла олигархия и установилась “тирания тридцати” воглаве с Критем, Сократу выпало новое испытание, и он вновь показал своючеловеческую порядочность, гражданское мужество и верность своим принципам.

Сократ и Критий уже давно знали друг друга. В молодостиКритий некоторое время был слушателем Сократа, вращался в его окружении.Кстати, позднее обвинители Сократав качестве примеров пагубности сократовскихбесед и поучений отмечали вредную для Афин политическую деятельность таким“учеников” Сократа, как Критий и Алкивиад. Это, однако, была ложная оценка.Правда же состояла в том, что вопреки усилиям Сократа и Критий, и Алкивиад,одержимые жаждой власти и чувством собственного превосходства над остальными,занялись политическими интригами, как только к этому представилась возможность.А уж исполителями сократовких идеалов их никак не назовешь.

По своим политическим воззрениям Критий был весьма далек отСократа. Его взгляды примыкают к позиции таких, скажем, софистов, как Антифн,Фрасимах, Калликл, которые обосновывали естественное право сильного на власть ис этих позиций атаковали положительное законодательство как нечто условное иискусственное.

Еще в молодые годы, будучи в окружении Сократа, Критий малосчитался с его наставлениями и советами. Неприязнь между ними особенноуглубилась в связи с сократовским изобличением порочности любви Крития кнекоему Евтидему. Страсть Крития Сократ публично назвал свинской, и Критийзатаил на него злобу.

Установление власти “тридцати” и их тираническую расправунад неугодными гражданами Сократ встретил резко критически. Имея в видуучастившиеся при правлении “тридцати” казни, Сократ в одной из бесед заметил,что для него “кажется странным, если человек, взявшись быть пастухом стадакоров и убавляя и ухудшая их, не сознается, что он плохой пастух; но что ещеболее для него странно, если человек, взявшись быть начальником в государстве иубавляя и ухудшая граждан, не стыдится этого и не сознает, что он плохойначальник.” (Ксенофонт. Воспоминания о Сократе.)

Доносчики довели слова Сократа до верхушки нового правления- Крития и Харикла. Последние вызвали дерзкого и словоохотливого старца(Сократу к этому времени было уже 65 лет) и напомнили ему свой закон,запрещавший вести беседы с юношеством. Сократ в иронической манере спросил,можно ли уточнить содержание запрета. Критий и Харикл согласились дать емусоответствующие разъяснения, и между ними состоялась прелюбопытная беседа, входе которой Сократ припер к стенке тиранов, заставив их скинуть маскузаконников и прибегнуть к прямым угрозам.

Продолжая преследовать Сократа, тираны, правда, не решилисьнапрямую расправу с ним. И не сказать, что им было не до него. О нем помнили,его хотели сломить, дискредитировать. Так, Сократу и четырем другим гражданамтираны велели доставить с Саламина в город для казни Леонта Саламинского.

Леонт был одним из известных руководителей афинского флота идобропорядочным гражданином. Он участвовал в подписании мира, заключенногоНикием со спартанцами, а в Аргинусском сражении был в числе афинскихвоеначальников. Как сторонник демократии Леонт выступал в свое время противолигархического “правления тридцати”, опасаясь мести олигархов, удалился наСаламин.

Сократ, как, впрочем, и другие афиняне, понимал, что вслучае с Леонтом речь шла об очередной расправе правителей над неугодным имлицом. Ясно было ему и то, что правители, привлекая его и других граждан вкачестве исполнителей своих произвольных приказов, стремились так или иначезамарать всех причастностью к своей кровавой политике, распространить вину иответственность за проводимые по их приказу деяния на многих, связав тем самымвозможно большее число людей преступной круговой порукой и используя их вкачестве своих подручных и послушной опоры.

Для тиранов было, конечно, весьма заманчиво впрячь вколесницу своих расправ “мудрейшего из греков”. Мысль о привлечении его кмероприятиям власти исходила, скорей всего, от Крития; во всяком случае, безодобрения последнего дело не обошлось. Критию, этому софисту и тирану в одномлице человеку незаурядному и порочному, представился случай задать праведномуСократу грязную работенку приспешника.

Но Сократ вновь разочаровал правителей. Когда пятеро афинян,получивших приказ об аресте Леонта, вышли из Тола (правительственного здания)на агору (афинскую городскую площадь), один из них отделился от группы и пошелк себе домой, вместо того чтобы отправится с остальными на Саламин. Это былСократ. И не было его вины в том, что Леонт был все-таки доставлен и казнен.

На арене публичной жизни, как и в частном кругу, Сократ небыл железным приверженцем догмы, но оставался человеком твердых убеждений.Смена партий у руля афинской политики преподносила ему все новые сюрпризы, ноон был верен себе, своей внутренней оценке внешних событий. Во всех случаяхзаступничества — за стратегов при демократии, за Леонта при тирании и т.д. — онзащищал закон и справедливость против беззаконий.

Однако, по сути, основным публичным делом Сократа была,разумеется, не та или иная эпизодическая стычка с властями по внешнему поводу,а его философствование, приведшее в конечном счете к судебному процессу над нимсамим. И главный “публичный” день Сократа еще впереди.

СЕМЬЯ И ДЕТИ

На вопрос о том, следует ли жениться или нет, Сократ,говорят ответил: “Как бы ни поступил, все равно будешь раскаиваться”.Сам онобзаводиться семьей не спешил и вступил в брак когда ему было за сорок. Этопроизошло, видимо в 20-е годы, скорей всего, после окончания “Архидамой войны”.Исследователи не раз указывали, что будь Сократ женат на Ксантиппе ранее 423 г.до н.э., Аристофан не упустил бы случая использовать образ сварливой Ксантиппыв своей комедии “Облака”, поставленной на сцене в 423 г. до н.э. Кроме того,известно, что во время суда над Сократом (399 г. до н.э.) старший сын его,Лампрокл, был молодым человеком лет двадцати, а младшие сыновья, Софрониск иМенексен, были еще малолетними детьми.

Менее определенны сведения о жене Сократа. Планто иКсенофонт упоминают лишь о Ксантиппе как его супруге, тогда как, по Аристотелю,у Сократа было две жены: первая — Ксантиппа, мать старшего сына Лампрокла, ивторая жена — Мирто, мать Софрониска и Менексена. Есть еще версия, по которойпервой женой была Мирто, а не Ксантиппа, высказанная Диогеном Лаэртским.

Мирто была дочерью известного афинского государственногодеятеля Аристида, прозванного Справедливым. Отец ее был подвергнут остракизму иумер в крайней бедности. Сократ же якобы из уважения к памяти Аристида женилсяна его дочери, не имевшей никакого приданого и оказавшейся в трудном положении.

Но в разного рода сведениях о семейной жизни Сократа чащевсего именно Ксантиппа фигурирует в роли его жены, причем — весьма сварливой идокучливой. По поводу многочисленных анекдотов о ее скандальном характереостается, видимо, согласиться с тем, что дыма без огня не бывает.

Во всех расказах, касающихся семейных неурядиц и стычек,Сократ держится подчеркнуто терпимо и миролюбиво. Наскоки Ксантиппы онвстречает сиронией и шуткой. Когда однажды под конец брани Ксантиппа окатиласвоего мужа водой, он, обращаясь к зрителям этой сцены, лишь заметил: “Разве яне говорил, что вслед за громом Ксантиппы следует дождь?!”.

Киник Антисфен в шутку спрашивал Сократа, почему он, считая,что способности женщин и мужчин одинаковы, не воспитал Ксантиппу и продолжаетжить с “женщиной, сварливее которой ни одной нет на свете” Отвечая в том жетоне, Сократ заметил: “люди, желающие стать хорошими наездниками… берут себелошадей не самых смирных, а горячих… Вот и я, желая быть в общении с людьми,взял ее себе в том убеждении, что если буду переносить ее, то мне легко будетиметь дело со всеми людьми”.

Ее имя и поныне является нарицательным. Но будем справедливык этой женщине. Нельзя сказать, что у Ксантиппы, обычной, вообще говоря, жены,не было никаких оснований для недовольства мужем, который целые дни проводил сосвоими друзьями и знакомыми. Если она была женой, далекой от философскихувлечений и проповеднической деятельсности мужа, то и он был мужем,переложившим на супругу все заботы о домашнем хозяйстве и воспитании детей.Иначе говоря, духовно близким Сократу человеком, другом, понимавшим иразделявшим его взгляды и убеждения, Ксантиппа, конечно, не была. Но и он небыл образцовым семьянином и не всегда выполнял даже роль “квартиранта” К томуже Ксантиппа не обладала большим тактом и в отличие от мужа не всегда моглауправлять своим настроением. Говорят, браня супруга, она называла его “болтуном”и “бездельником”, нередко устраивала скандалы, на что Сократ реагировал систинно философской невозмутимостью.

Между тем Ксантиппа была заботливой матерью и по-своемулюбила мужа о чем свидетельствует современники друзья Сократа — Ксенофонт иПлатон. Но в то же время ссоры между Ксантиппой и Лампроклом, старшим сыном,были частым явлением в семье философа. Тот же Ксенофонт сообщает, что старшийсын Ксантиппы — Лампрокл жалуется на ее тяжелый характер. В ответ на отцовскиеувещевания и призывы уважать мать, Лампрокл отозвался ней так: “Никакой человекне в состоянии перенести ее дурного характера… Клянусь Зевсом, она ковориттакое, что человек не желал бы слышать и за целую жизнь.”. И отцу, видимо нераз приходилось терпеливо наставлять сына на путь истинный. Единственнаяпросьба, с которой Сократ обратился к своим судьям, касалась его детей.

Семья Сократа была, по афинским стандартам, крайне бедной.Получив в наследство от отца небольшой дом и, видимо, кое-какое иное имущество,Сократ был далек от мысли об улучшении своего материального положения.

Все имущество Сократа, согласно Ксенофонту, оценивалось в 5мин. Это была очень скромная сумма, уступавшая, скажем, существовавшей цене нахорошего раба. У того же Ксенофонта говорится, что один из рабов стоит примерномину, другой и полмины не стоит, третий 5 мин, а и иной и 10 мин. А порядочнаялошадь, например, стоила 12 мин.

Мало сказать, что Сократ не гнался за богатством, почестями,чувственными наслаждениями, — он их отвергал принципиально. Стиль его жизнифилософа, но, насколько подобное вообще практически возможно, по преимуществуфилософский образ жизни.

Поглощенность Сократа своим высшим призванием искателяистины не оставляла времени и энергии для иных забот. “… Не было у меня, — признается он на суде, — досуга заняться каким-нибудь достойным упоминанияделом, общественным или домашним; так и дошел я до крайней бедности из-заслужения богу”. (Платон. Апология Сократа.)

Всегда босой, в старом плаще — в таком своем постоянномнаряде он шагнул с улиц и площадей Афин в долгую историю. Этот наряд был стольпривычен для Сократа, что его восторженный слушатель Аристодем, увидев егооднажды в сандалиях, был весьма удивлен. Выяснилось, что Сократ “вырядился” напир к поэту Агафону по случаю его победы в афинском театре.

Сократ, однако, не делал из нужды добродетель. Не был он иаскетом. Воздержанность, которую он рассматривал в качестве важнейшейдобродетели, сродни умеренности, традиционно восхвалявшейся греческимимудрецами задолго до него.

Состоятельные друзья и поклонники Сократа не раз предлагалиему свои средства и услуги, от которых он твердо отказывался. По сведениямдревних авторов, Сократ не принял ни подношений ряда правителей, ни приглашенийпосетить их страну. Для Сократа подобный шаг совершенно исключался.

В конце жизни, в связи с привлечением его к уголовнойответственности и осуждением к смерти, перед Сократом в обостренной формевстала коллизия между долгом перед семьей и детьми и этической ответственностьюза свой философский образ жизни. Как и прежде, этический долг в нем взял верхнад семейными чувствами. На суд он явился, вопреки тогдашнему обыкновению, безжены и детей, не желая представить их в виде аргумента для смягчения приговора.А в тюрьме он не поддался уговорам своего друга Критона, который советовалбежать, чтобы не оставить трех своих сыновей беспомощными сиротами. “Это, — упрекал Сократа Критон, — и твоя вина, если они будут жить как придется; а им,конечно, предстоит испытать все, что выпадает обычно сиротам на их сиротскуюдолю. Или вовсе не нужно заводить детей, или уж надо вместе с ними переноситьвсе невзгоды, кормить и воспитывать их, а ты, по-моему, выбираешь самоелегкое”. (Платон. Критон.)

Сократу было, конечно, неприятно выслушивать подобные упрекиот близкого и преданного человека. Но и согласиться с его соображениями он немог. Семья — семьей, а истина — истиной. Ни дети, ни жизнь, ни что-нибудь еще,заметил Сократ Критону, не выше справедливости.

После казни Сократа его друзья и ученики, судя посохранившимся свдениям, оказывали его семье помощь и поддержку. В одном из такназываемых писем сократиков (а именно — в 21-м письме) Эсхин сообщаетКсантиппе, что друзья Сократа шлют ей из Мегар чрез Эфрона 6 мер ячменной муки.8 драхм денег и новую одежду, с тем чтобы она н испытывала зимой никакой нужды.Эсхин, кроме того, приглашал ксантиппу с детьми в Мегары, где временно, послеказни Сократа, обосновались его ученики. Утешая Ксантиппу, автор письмасоветует ей отклонять чужую помощь, поскольку поддержка семьи Сократа — исключительнаяпривилегия друзей казненного философа.

О дальнейшей судьбе сыновей Сократа ничего не известно. Онитихо вошли в историю, ничем это дело со своей стороны, как говорится, неоправдав. Впрочем. Им хватало и отцовской славы.

ОБВИНЕНИЕ

Дело против Сократа было возбуждено в марте 399 г. до н.э.

Пожалуй, в Афинах Сократа знали, так или иначе, все — видели, слушали его или, на худой конец, были наслышаны о нем. Не будемзабывать, что всего-то взрослых афинян было не более двух десятков тысяччеловек — народу на один небоскреб. Популярность в Афинах ценилась инаказывалась: свободный демос, сам не претендуя на популярные (инеоплачиваемые!) роли и должности (даже демагоги, как правило, были выходцамииз знатных и богатых афинских семей), зорко следил за тем, не пора лиосвободиться от чрезмерно популярного деятеля.

Популярность Сократа была особого рода, будь оан привычнополитической.не дотянуть бы ему до своих семидесяти. Предчувствуя все это,Сократ и ушел в философию, чураясь прямых занятий политикой. Но философияоказалась тоже политикой, хотя и замедленного действия.

Официальное обвинение Сократа лишь по-своему резюмировалоуже давние антисократовские предрассудки, наветы, настроения.

По афинским законам, судебный процесс мог начаться лишьпосле соответствующего заявления того или иного лица, полноправного афинскогогражданина. Был возбужден процесс в защиту государственных интересов.Инициаторами судебного процесса против Сократа стали: молодой и честолюбивыйМелет, посредственный трагический поэт; Анит — владелец кожевенных мастерских,влиятельное лицо в демократической партии, заклятый враг софистов, к которым онпричислял Сократа. Этот приверженец авторитета традиций видел в деятельностиСократа посягательство на религию и мораль, угрозу идеалам государственной исемейной жизни. Третьим обвинителем был оратор Ликон.

Фактически главным обвинителем Сократа являлся Анит, ноформально таковым выступил Мелет.

Анит был догматическим приверженцем полисноготрадиционализма, нетерпимо относился к чужим мыслям и новым идеям, ко всем этимпустым умникам-софистам, к которым уже давно причислял и Сократа.

Анит и Сократ не раз встречались, сталкивались,полемизировали. Друг другу они явно не нравились. Для Сократа Анит был духовноограниченным, нетерпимым и самоуверенным человеком, посредственным политиком,преуспевающим дельцом. А в глазах Анита Сократ олицетворял пустое и вредноемудрствование. Больно Анита задевали и иронические насмешки Сократа в егоадрес.

О столкновении этих двух людей словами одного из них можнобыло бы сказать: ни дурному человеку не дано испортить прекрасного человека, нипрекрасному — исправить дурного. Видимо, это и придет особый драматизмподобному сосуществованию. В конце концов, антиподам становится тесно вграницах одного полиса, и худший одолевает лучшего.

Текст обвинения гласил “ Это обвинение написал и клятвеннозасвидетельствовал Мелет, сын Мелета, пифеец (из дема Питтос), против Сократа,сына Софрониска из дема Алопеки. Сократ обвиняется в том, что он не признаетбогов, которых признает город, и вводит других, новых богов. Обвиняется он и вразвращении молодежи. Требуемое наказание — смерть”. (Диоген Лаэртский).

Обвинение, таким образом, содержало 3 пункта: 1) безбожиеСократа, 2) введение им каких-то новых божеств (подразумевался знаменитый демонСократа, его внутренний голос) и 3) развращение молодежи. По всем этим пунктамСократ обвинялся именно в государственном преступлении, так как по афинскимпредставлениям и почитание богов, и воспитание юношества относились к деламобщеполисным, государственным.

Сократ предстал перед одной из 10 палат суда присяжных(гелиеи). В состав суда входило 6 тысяч человек, из которых 5 тысяч былидействительными и 1 тысяча запасными судьями. Выбор судей (гелиастов)происходил ежегодного жребию из числа граждан не моложе 30 лет по 600 человекот каждой из 10 фил Аттики. Судебная палата, где разбиралось дело Сократа,состояла из 500 человек, точнее 501, поскольку к четному количеству судейприсоединяли еще одного присяжного для получения нечетного числа приголосовании.

Текстов обвинительных речей не сохранилось, нопредполагается, что обвинители обращали внимание судей главным образом наразлагающий, по их мнению, характер Сократа. По сообщению Платона, послевыступления обвинителей взял слово Сократ и сказал, что он защищается толькопотому, что этого требует закон. Содержание защитительной речи Сократа, общийее дух и тон, переданные Платоном, по мнению большинства исследователей,наиболее близки подлинной речи самого Сократа, произнесенной им перед судьями.Эта речь состоит из трех частей: защитительной речи перед судьями, речи о меренаказания, обращении к судьям после вынесения смертного приговора. (В практикесудопроизводства греческих полисов было принято, чтобы обвиняемый послепризнания его виновным сам предлагал себе меру наказания, которую онзаслуживает в собственных глазах. Это право, предоставляемое подсудимому, небудучи формально апелляцией, давало возможность смягчить наказание. Оносвидетельствует о гуманности судопроизводства афинян.)

Занятая Сократом бескомпромиссная позиция, принципиальноеотрицание им вины по всем пунктам предъявленного обвинения, уверенноеотстаивание своих взглядов и высокого смысла всей своей прежней жизни лишьподогревали направленные против него страсти и предрассудки.

В ожидании смерти Сократ после суда провел в тюрьме долгих30 дней. Дело в том, что обычно смертный приговор приводился в исполнение сразуже после его вынесения, но в случае с Сократом исполнение приговора былоотложено в связи со следующим обстоятельством. Раз в четыре года афинянеотправляли на остров Делос к храму Аполлона священное судно с дарами, исполняяклятву Тезея, данную им богу Аполлону после уничтожения чудовища Минотавра наКрите и избавления Афин от уплаты дани критскому царю Миносу. Со дня отплытиясвященного посольства и до его возвращения в Афины смертная казнь запрещалась.

Отсрочка казни дала Сократу возможность еще раз продуматьсмысл того божественного призвания, которое определило его жизненный путь изанятия.

Друзья Сократа, воспользовавшись этим обстоятельством,навещали его в тюрьме, где он пребывал в ожидании казни, вели с ним беседы иготовили ему побег. Осуществить побег было несложно. Об этом мы узнаем из ловдавнего друга, ровесника и земляка Сократа Критона, по имени которого названодин из диалогов Платона. В “Критоне” описывается встреча Критона с Сократом,их беседа задень до возвращения священного судна. Критон пытается уговоритьСократа бежать из тюрьмы. Но Сократ отклоняет настойчивую просьбу друга иостается верным отечественным законам.

Последний день Сократа клонился к закату. Настало времяпоследних дел. Оставив друзей, Сократ удалился на омовение пред смертью.Согласно орфическим и пифагорейским представлениям, подобное омовение имелоритуальный смысл и символизировало очищение тела от грехов земной жизни.

После омовения Сократ попрощался с родными, дал имнаставления и велел возвращаться домой. К этому времени тюремщик напомнил, чтопора выпить яд.

Ранее в Афинах приговоренного к смерти сбрасывали со скалы.Но с прогрессом нравов и, видимо, с увеличением числа смертных приговоровцевилизовалась и процедура их исполнения. Во времена Сократа приговоренный ксмерти в назначенное время выпивал чашу растертой ядовитой цикуты (болиголова).

Когда принесли цикуту, Сократ, мысленно совершив возлияниебогам за удачное переселение души в иной мир, спокойно и легко выпил чашу додна. Друзья его заплакали, но Сократ попросил их успокоиться, напомнив, чтоумирать должно в благоговейном молчании.

Он еще немного походил, а когда отяжелели ноги, лег натюремный топчан и закутался. Затем, раскрывшись, сказал: “Критон, мы должныАсклепию петуха. Так дайте же, не забудьте”. Это были последние слова Сократа.Жертвоприношение петуха сыну Аполлона Асклепию, богу врачевания, обычнополагалось за выздоровление. Сократ же имел в виду выздоровление своей души иее освобождение от бренного тела.

НАСЛЕДИЕ

Трагический финал Сократа придал всей его жизни, его словами делам, учению и личности уникальную цельность и завершенность, неувядаемуюпривлекательность. Конец, как говорится, делу венец. Насильственная смертьобрамила все сократовское особым ореолом неподдельности и высокой правды. Онаоказалась одной из тех сократовских загадок, интерес к которым пережилантичность, средневековье, новое время и сохранился до наших дней. Стависходным пунктом духовного шествия Сократа сквозь века, смерть его всколыхнулаафинян и приковала к себе их внимание. Обсуждали и сократовские слова овозмездии, которое постигнет его обвинителей. Вскоре после сократовской казни,сообщает Диоген Лаэртский, афиняне, раскаявшись в содеянном и считая себявведенными злоумышленно в заблуждение, приговорили Милета к смерти, а остальныхобвинителей — к изгнанию. Сократу же была сооружена Лизиппом бронзовая статуя,которая выставлялась в афинском музее Помпейон.

В пророчестве, которое Платон вложил в уста Сократа,говорилось, что афиняне, не ведая, что делать с одним философом и егодомогательствами по поводу их образа жизни, в будущем окажутся перед лицоммногих его учеников, которых он опекал.

В действительности, его сограждане избежали этой участи, идалеко не все его ученики оказались в состоянии продолжить дело своего учителя,вызывая на экзамен жизни ближних, опровергая фальшивые мнения. Было однакомного бесстрашных попыток разрушить схемы традиционной морали, за которыецеплялись обвинители Сократа. Верно также и то, что ни один философ ни доСократа, ни после не имел столько непосредственных учеников и такогомногообразия ориентаций мысли, тех, кто находился под его влиянием.

Диоген Лаэртский в своей книге “Жизнеописания философов”среди друзей Сократа называет имена: Ксенофонта, Эсхила, Антисфена, Аристотеля,Евклида, Федона и, конечно, Платона как наиболее выдающегося. Если исключитьКсенофонта и Эсхила, которые не были собственно философами (первый, скорее — историк, второй — литератор), другие пятеро- основатели философских школ.

Особо выдающуюся роль для всемирно-исторических судебдуховного наследия Сократа сыграла школа Платона. Организованная им в 387 г. дон.э. в зеленом пригороде Афин знаменитая Академия просуществовала более 900лет, до 529 г. до н.э., когда была закрыта императором Юстинианом. Отплатоновской Академии влияние Сократа тянется в Лицей Аристотеля, кперипатерика. А мировой платонизм и аристотелизм стали ведущими течениямифилософской мысли на протяжении всего последующего духовного развития.