Реферат: Деловой эпистолярный текст конца XVIII начала XIX в. В аспекте русской исторической стилистики (по скорописным архивным материалам южного урала)

На правах рукописи


ГЛУХИХ Наталья Владимировна


ДЕЛОВОЙ ЭПИСТОЛЯРНЫЙ ТЕКСТ КОНЦА XVIII –

НАЧАЛА XIX в.

В АСПЕКТЕ РУССКОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ СТИЛИСТИКИ

(ПО СКОРОПИСНЫМ АРХИВНЫМ МАТЕРИАЛАМ

ЮЖНОГО УРАЛА)


Специальность 10.02.01 – «Русский язык»


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук


Челябинск – 2008

Работа выполнена на кафедре русского языка и методики преподавания русского языка ГОУ ВПО «Челябинский государственный педагогический университет»


Научный консультант – доктор филологических наук, профессор Лидия Андреевна Глинкина


Официальные оппоненты – доктор филологических наук, профессор

Лариса Яковлевна Костючук

доктор филологических наук, профессор Мария Эдуардовна Рут

доктор филологических наук, профессор Светлана Григорьевна Шулежкова


Ведущая организация – Сибирский федеральный университет


Защита состоится 18 декабря 2008 г. в 10.00 часов на заседании объединенного диссертационного совета ДМ 212.295.05 при ГОУ ВПО «Челябинский государственный педагогический университет» и ГОУ ВПО «Тюменский государственный университет» по адресу: 454080, г. Челябинск, пр. Ленина, 69, конференц-зал.


С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале библиотеки ГОУ ВПО «Челябинский государственный педагогический университет» по адресу: 454080, г. Челябинск, пр. Ленина, 69.


Автореферат разослан « » 2008 года.


Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат филологических наук, доцент Л.П. Юздова


^ Общая характеристика работы

Реферируемая диссертация посвящена рассмотрению структуры, типологических признаков и функционально-стилистической специфики деловых эпистолярных текстов конца XVIII – начала XIX в. в аспекте русской исторической стилистики. Исследование выполнено на материале скорописных памятников из фондов заводских контор Объединенного государственного архива Челябинской области.

Деловое эпистолярное общение в период активного развития промышленности и освоения природных богатств Урала было важной и необходимой, а порой единственно возможной частью коммуникации для руководства и координации работы предприятий. К концу XVIII – началу XIX века среди заводчиков, живших в Москве, Санкт-Петербурге, путешествовавших по Европе, было популярным дистантное руководство предприятиями. Так контролировали и направляли свои уральские заводские конторы Демидовы, Расторгуевы, Кнауф, Мосоловы, Лугинины. Руководство, информирование, контроль, координация деятельности осуществлялись посредством эпистолярной коммуникации.

Изучение и описание эпистолярных деловых текстов на региональном материале – неотъемлемая часть воссоздания истории делового русского языка и истории русской культуры.

Актуальность исследования обусловлена неразработанностью темы, важной для решения ряда кардинальных вопросов развития русского эпистолярного общения и функционирования эпистолярного текста с позиций исторической стилистики. Главные из них: коммуникативно-текстологическая природа делового эпистолярия XVIII – XIX веков; функциональное расслоение делового языка от века к веку и формирование в его недрах новых жанрово-стилистических разновидностей, традиций и новаций в отборе книжно-славянских и разговорных единиц языка в зависимости от стиля и жанра текста на этом этапе развития общенародного языка; степень узуальной нормализации на разных системно-языковых уровнях оформления текста в провинциальной канцелярии. Решение этих вопросов требует расширения источниковедческой базы за счёт привлечения обширных, недостаточно изученных региональных материалов, в том числе труднодоступных скорописных текстов из провинциальных архивов.

Функционально-стилистический аспект истории делового языка изучен и описан недостаточно полно. Не решена проблема квалификации эпистолярного текста в диахронической стилистике. Деловой исторический текст, в отличие от художественного, научного и публицистического, недостаточно изучен с точки зрения типологических признаков разных форм его существования, в том числе и эпистолярной.

Объектом исследования являются скорописные деловые эпистолярные тексты конца XVIII – начала XIX века, извлеченные из заводских фондов Объединенного государственного архива Челябинской области.

Предмет анализа – типология, организация и функционирование текстов деловых писем конца XVIII – начала XIX в., их внешних и внутренних признаков. Анализ структуры, текстовых категорий, единиц функционального и коммуникативного плана, языковых особенностей делового эпистолярия производится с учетом поставленных авторами коммуникативных целей и функциональ­но-стилистической специфики текстов.

Цель исследования – путём комплексного анализа текстов эпистолярной формы разной коммуникативной направленности определить место делового эпистолярия в системе русского литературного языка и русского национального делового общения конца XVIII – начала XIX века, выявить специфические черты, типологические признаки и природу данных текстов, структуру и основ­ные текстообразующие составляющие разных языковых уровней.

В соответствии с целью исследования были поставлены следующие задачи:

выявить неизученные памятники делопроизводства из фондов заводских контор Южного Урала конца XVIII – начала XIX века, транслитерировать, путем описания и частичной публикации ввести их в научно-лингвистический оборот;

дать археографический комментарий памятников, включа­ющий краткое палеографическое описание, анализ графики, орфографии, пунктуации, в целях полного и адекватного понимания содержания текстов, оценки их значимости для гуманитарных наук, а также подтверждения их датировки и тем самым достижения достоверности исследования;

установить место делового эпистолярия в деловой коммуникации конца XVIII – начала XIX века и дать лингвостилистическую квалификацию данных текстов в системе делового языка;

определить систему структурно-содержательных параметров делового эпистолярия и на этой основе классифицировать южноуральское заводское деловое письмо конца XVIII – начала XIX века;

представить систему текстовых категорий делового эпистолярия в соотношении с их языковым выражением и интерпретацией;

проанализировать систему единиц делового эпистолярного текста на уровне формуляра; выделить единицы текста, реализующие коммуникативные намерения адресантов, представить номенклатуру высказываний в южноуральском деловом письме конца XVIII – начала XIX века в соотношении с функциональными типами (видами) писем.

Материалом исследования являются документы пяти исторических фондов Объединенного государственного архива Челябинской области.

В фонде И-172 «^ Главное управление Кыштымскими горными заводами Департамента горных и соляных дел г. Кыштыма Екатеринбургского уезда Пермской губернии 1746 – 1917 гг.» (1732–1917) находятся документы Каслинского и Кыштымских заводов; фонд И-227 «Златоустовская контора чугуноплавильных и железоделательных заводов Мосоловых, Лугинина, Кнауфа» содержит документы за 1751–1869 годы; фонд И-170 «Главная контора Златоустовских заводов Златоустовского горного департамента горных и соляных дел Министерства земледелия и государственных имуществ г. Златоуст Златоустовского уезда Уфимской губернии 1798 – 1895 гг.» включает различные документы о жизни и деятельности заводов; фонд И-169 «Контора Нязе-Петровского чугуно-литейного завода Главного управления Кыштымских горных заводов» (Опись 1 за 1765–1916 гг.) и фонд И-225 «Миасская заводская контора Златоустовского государственного банка» (Опись 1 за 1798–1807 гг.) хранят документы Нязе-Петровского чугуно-литейного и Миасского медеплавильного завода с медеплавильной, золотопромывальной, мусорной фабриками, лесопильной и мучной мельницами, Миасских медных и золотых рудников.

Архивы южноуральских заводских контор, хранящиеся в данных фондах, содержат различные документы: купчие крепости, договоры, доверенности, ведомости, дела о земельных спорах, описания принадлежащих заводам угодий, топографические карты, планы заводов и рудников, указы разного уровня, списки работников, счета, выписки, но подавляющее количество заводских памятников относится к эпистолярным: донесения, рапорты, письма, распорядительные предписания.. Нами исследовались эпистолярные тексты, являющиеся частью данных фондов, всего 7519 архивных листов скорописного текста (лист – лицевая страница и оборот). В полнотекстовом формате данные документы не исследовались, новым для архивных южноуральских документов является и рассмотрение их в аспекте исторической стилистики.

В качестве методологической и теоретической основы исследования выступают положения и идеи, представленные в трудах русских и зарубежных ученых в рамках истории делового языка, лингвистического источниковедения, исторической стилистики, таких, как И.С.Беляев [1911], Л.В.Черепнин [1956]; Б.Н.Берков [1964], А.Н.Качалкин [1972, 1988], С.С.Волков [1974], В.Я.Дерягин [1978, 1980], Н.И.Тарабасова [1979], Е.Ф.Карский [1979], С.И.Котков [1980], Д.С.Лихачев [1982], Т.В.Краснова [1989], З.К.Тарланов [1990], В.В.Колесов [1990], Б.И.Осипов [1992], О.В.Никитин [2000, 2004], Л.Ф.Копосов [2000], А.П.Майоров [2006] и мн. др.; южноуральская скоропись изучена и частично описана в трудах Л.А.Глинкиной [1990, 2000], А.П.Чередниченко [2000], Н.А.Новоселовой [2003], Е.А.Сивковой [2004, 2005, 2008], а также автора данной работы;

коммуникативного подхода к анализу единиц и категорий текста, теории речевых актов и речевых жанров: Дж.Остин [1962, 1986], Дж.Сёрл [1982], М.М.Бахтин [1975, 1979, 1986, 2000], О.Г.Почепцов [1975], Ю.С.Степанов [1975], И.Р.Гальперин [1980, 2005], Н.Д.Арутюнова [1981, 1984, 1990 и др.], В.З.Демьянков [1980, 1986], Д.Н.Шмелев [1989], Т.В.Шмелёва [1983, 1992, 1997], А.Вежбицкая [1997], Е.В.Падучева [1985], В.В.Дементьев [1997, 1999, 2000, 2002], М.Ю.Федосюк [1997], Ю.Н.Караулов [2002], К.Ф.Седов [2002], диссертационные исследования В.М.Пьяновой [1973], Л.В.Давыдовой [1991], И.Г.Дьячковой [2000], Л.Е.Бирюковой [2002], Л.Р.Дускаевой [2004], В.В.Фениной [2005], Е.В.Лаврентьевой [2006] и мн. др.;

лингвистики и стилистики текста: И.Р.Гальперин [1981], М.Н.Кожина [1986, 1989], А.И.Новиков [1983], З.Я.Тураева [1979, 1986], И.Я.Чернухина [1987], Т.В.Матвеева [1990, 2006], Н.С.Болотнова [1992, 2006], А.Ф.Папина [2002], С.Г.Ильенко [1988, 2003], М.П.Котюрова [2006], Г.Я.Солганик [1997, 2006], Ю.А.Левицкий [2006] и мн. др.;

изучения эпистолярного текста: В.А.Сметанин [1970], О.Н.Седова [1985], А.В.Кипчатова [1987], Е.М.Виноградова [1991], Л.В.Нижникова [1991], Л.А.Глинкина [1997], Н.В.Логунова [1999], Н.И.Белунова [2000], Н.А.Ковалева [1997, 2001], Фалина [2000], Протопопова [2006] и мн. др.

Анализ и обобщение результатов работы проводились с использованием следующих методов и приемов: метод лингвистического описания, сравнительно-сопоставительный метод изучения материала, источниковедческий и функционально-стилистический под­ходы как составляющие анализа текстов памятников деловой письменности; антропоцентрический подход с ориентацией на речевое поведение коммуникантов, приемы количественного учета единиц, семантико-стилистической интерпретации полученных данных. Представленный комплекс обеспечивает системный анализ состав­ляющих текста. В отличие от традиционного (принятого в лингвистическом источниковедении) подхода к иерархии языковых уровней, функ­ционально-стилистический анализ учитывает внешние и внутрен­ние факторы текстообразования и допускает выделение ведущих уровней текста и его единиц. Кроме того, будучи ориентированным на коммуникативный аспект исследования с опорой на ситуацию общения, он органично сочетается с такими социолингвисти­ческими параметрами анализа, как личностное начало в пере­писке, отражение в языке социального неравенства коммуникан­тов.

^ Научная новизна исследования состоит в следующем:

1. В научный оборот путем историко-лингвистической обработки и частичной публикации введены ранее незнакомые, труднодоступные для ши­рокого круга исследователей скорописные тексты XVIII–XIX века из Челябинского архива, которые в результате интерпретации могут быть использованы в полном объёме линг­вистами и историками.

2. Объединены традиционная и прагматическая парадигмы исследования языка при анализе эпистолярной формы письменной речи на историческом материале.

3. Установлено место делового эпистолярия в деловом языке конца XVIII – начала XIX вв. Уточнена имеющая универсальный характер жанровая таксономия деловой письменной речи. Показана векторная ориентированность делового эпистолярия в документообороте.

4. Представлена система типологических признаков (текстовых категорий) делового эпистолярия и выявлены способы их реализации в исследуемых текстах. Определена взаимосвязь текстовых категорий и корпуса высказываний в структуре эпистолярного текста.

5. Выделены текстологически маркированные единицы разных уровней языка, актуализирующие коммуникативные намерения участников деловой коммуникации, систематизированные с учетом специфики исследуемых текстов.

7. Выявлена степень влияния индивидуальности адресанта на деловой эпистолярий и уровень стандартизации делового письма, существовавший на анализируемом этапе развития делового языка.

Гипотеза исследования: деловые эпистолярные тексты XVIII – первой половины XIX в. – особый пласт русского литературного языка со специфической системой типологических признаков (текстовых категорий), взаимосвязанных единиц текста на всех уровнях, подчиненных комплексу своеобразных коммуникативных целей, существующий как эпистолярная форма со следующими характеристиками: коммуникативная направленность, синкретизм высказываний в структуре текста, монодиалогический тип изложения.

^ Теоретическая значимость диссертационной работы состоит

– в дальнейшей научной разработке функциональной и прагматической проблематики исторической стилистики;

– в определении жанровой типологии деловой речи, целевой структуры делового эпистолярного дискурса, феномена речевого поведения коммуниканта и актуализации обусловливающих его интенций в антропологическом аспекте;

– в представлении на принципиально новых основаниях системы текстовых категорий исторического текста делового характера;

– в разработке инструмента систематизации единиц текста в соотношении с его классификационными и типологическими признаками.

^ На защиту выносятся следующие положения:

1. Деловой эпистолярный текст квалифицируется нами как речевое произведение, которое имеет специфические формально-содержательные и функциональные показатели, включает разностильные элементы, использует языковые единицы, соответствующие речевой ситуации, в данном случае в пределах делового общения. Это отражение дистантного типа коммуникации – монодиалог, информативно наполненный и оформленный в соответствии с эпистолярной традицией своего времени.

2. Классификационными признаками исследуемых текстов являются: тематический, определяющий содержание письма; функциональный, влияющий на назначение письма и характер воздействия на адресата; векторный, указывающий направление коммуникации, социолингвистический, представляющий коммуникантов и отражающий социальный характер общения. Виды делового письма в целом соответствуют сложившейся к данному времени общерусской системе делопроизводства.

3. Деловой эпистолярный текст конца XVIII – первой половины XIX в. обладает системой характерных типологических признаков (текстовых категорий), среди которых наиболее значимы категории информативности, диалогичности, времени и пространства, текстовой модальности (тональности), цельности и связности. Текстовые категории в деловом эпистолярии реализуются посредством единиц языковой системы всех уровней в соответствии с выполняемой ими коммуникативной ролью.

4. В структуре делового эпистолярного текста выделяются структурно-функциональные единицы, проявляющиеся на уровне формуляра (блоки письма), и структурно-коммуникативные, реализующие целевые установки адресантов (высказывания) на уровне коммуникативной организации текста.

5. Деловой эпистолярий конца XVIII – начала XIX в. характеризуется антропоцентричностью, что отражается в тональности текста и выборе номенклатуры высказываний, которая выходит за пределы стандартного набора минитекстов делового языка. Антропоцентризм является свойством исследуемого эпистолярного текста. В эпистолярных текстах адресант как коммуникант представлен системой целенаправленных речевых действий: речевые реакции, речевые иллокуции, речевые перлокуции.

6. Региональные эпистолярные тексты отражают общерусскую складывающуюся норму литературного языка, носят наддиалектный характер, что свидетельствует о правомерности включения эпистолярия в систему русского национального языка конца XVIII – начала XIX века.

^ Практическая значимость работы заключается в следующем:

1. Адаптированные тексты служат материалами науч­ных исследований различных аспектов истории русского литературного языка конца XVIII – начала XIX веков, отечест­венной истории и культуры, истории формирования эпистолярной культуры.

2. Материалы исследования послужили базой для разработ­ки курсов, спецсеминаров по вопросам лингвистического краеведения, коммуникативного анализа текста, лингвистические данные анализа включены в вузовский курс истории русского языка, читаемый на ка­федре русского языка Челябинского государственного педагогического университета. Результаты и материалы анализа возможно использовать при чтении теоретических курсов исторической и функциональной стилистики, филологического анализа текста, в спецкурсах по делопроизводству.

^ Апробация работы. Теоретические положения и практические результаты исследования отражены в двух монографиях – «Переписка заводчиков Демидовых с приказчиками конца XVIII – начала XIX в.: историко-лингвистический аспект» (160 с.), «Деловой эпистолярий конца XVIII – начала XIX в. на Южном Урале: лингвистика текста» (150 с.); в главе коллективной монографии – «Коммуникативно-стилистический анализ южноуральской деловой письменности (природа высказывания в текстах частно-делового письма XVIII века) // Лингвистическое краеведение на Южном Урале. Ч.III. Очерки по русскому языку деловой письменности XVIII века / Под общ. ред. Л.А.Глинкиной (56 с.); в 9 статьях, опубликованных в изданиях, рекомендованных ВАК (4 статьи в «Вестнике Челябинского государственного педагогического университета», 2 статьи в «Вестнике Челябинского государственного университета», 2 статьи в сборнике «Проблемы истории, филологии, культуры» – Москва–Магнитогорск–Новосибирск, 1 статья в журнале «Русская речь»); научных изданиях – «Челябинская старина: Скорописные тексты из фондов южноуральских заводских контор конца XVIII – начала XIX вв. Вып. VII» (156 с.), «Переписка заводчиков Демидовых с приказчиками уральских заводов (1783–1801 гг.) // Лингвистическое краеведение на Южном Урале. Ч.1. Материалы к истории языка деловой письменности XVIII века / Под общ. ред. Л.А.Глинкиной (112 с.), «Челябинская старина: Скорописные тексты из фондов южноуральских заводских контор конца XVIII – начала XIX в.: Предисловие» (9 с.); в статьях и докладах на научных конференциях: международных – «Аванесовские чтения» – Москва, 2002; «Предложение и слово: парадигматический, коммуникативный, методический аспекты» – Саратов, 2002; «Динамика и функционирование русского языка: факторы и векторы» – Волгоград, 2007; «Текст и контекст в языковедении. Виноградовские чтения» – Москва, 2007; «Языки профессиональной коммуникации» – Челябинск, 2007; «Славянская культура: истоки, традиции, взаимодействие. IX Кирилло-Мефодиевские чтения» – Москва–Ярославль, 2008; «Русский язык: исторические судьбы и современность: III Международный конгресс исследователей русского языка» – Москва, 2007; всероссийских и региональных – «Первые Лазаревские чтения» – Челябинск, 2001; «Методология и методика формирования научных понятий у учащихся школ и студентов вузов» – Челябинск, 2001; «Актуальные проблемы русского языка» – Челябинск, 2005; «Актуальные проблемы современности» – Тамбов, 2006; «Археография Южного Урала. Изучение документальных источников по истории развития языков, народов Южного Урала» – Уфа, 2006; «Текст и языковая личность» – Томск, 2007; «Проблемы лингвистического краеведения» – Пермь, 2007; вузовских – в Челябинском государственном педагогическом университете с 1989 по 2008 г. Диссертация обсуждена на заседании кафедры русского языка и МПРЯ ЧГПУ.

Материалы работы используются в спецкурсах, спецсеминарах, факультативах и курсе истории русского языка, а также в ходе архивно-диалектологической практики студентов филологического факультета ЧГПУ, служат базой для исследований студентов, молодых ученых, учителей, занимающихся проблемами лингвистического краеведения и функциональной стилистики.

^ Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, библиографического списка, приложения.


Содержание работы

Во Введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, определяются цель и задачи, излагаются методы исследования, раскрывается научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, сформулированы положения, выносимые на защиту.


В первой главе «Археографическая характеристика скорописных эпистолярных текстов» представлены документы из фондов заводских контор Южного Урала как историко-лингвистический источник изучения делового эпистолярия (п. 1.1) и рассмотрены археографические приметы текстов документов (п. 1.2).

Фонды заводских контор располагают памятниками делового эпистолярного общения разного характера, отражающими работу заводов, рудников, сопутствующих производств и учреждений. Тексты представляют собой в большинстве копии с входящей и исходящей корреспонденции. Копирование документов было традицией и неизменным требованием делопроизводства.

Основной объем фондов – переписка между хозяевами, управляющими, наемными работниками разного ранга, а также между заводскими конторами, учреждениями местного управления и служителями контор, к примеру, «С присылаемых господских писемъ къ сибирскимъ прикащикамъ копии генваря съ I го дня 1785 го года» (И-172-1-611); «Распорядительные предписания владельца заводами П.Харитонова Каслинской и Нязепетровской заводским конторам за 1823–1824 г» (И-172-1-187), «Переписка с канцелярией Главного заводов правления об ассигнованиях денежных средств на содержание заводов за июнь 1799 – август 1801 г.» (И-170-1-6).

Археографический анализ памятников эпистолярного делопроизводства из фондов Челябинского архива показал, что палеографические характеристики документов соответствуют указанному времени, это подтверждает датировку копий и достоверность исследования. Скоропись писем отражает особенности общерусской скорописи конца XVIII – начала XIX в. Материал, филиграни на бумаге, орудия письма и чернила также соответствуют своему времени и описаны в каталогах и справочных пособиях по палеографии рубежа XVIII–XIX веков. Выносные буквы, дублетные буквы, сокращения типичны для того периода развития письма.

Графика субъектов переписки однородна в связи с тем, что имеем дело с копиями писем, однако и в почерках разных писцов нет существенных различий, основные её черты уже стали нормой к концу XVIII века.

Несмотря на то, что основные нормы письма сложились к концу XVIII века, орфография и пунктуация переписки испытывают на себе влияние разговорной речи, отражая особенности живого произношения, проявляющиеся в графико-орфографическом варьировании.

Знаки препинания в текстах переписки отражают первый этап возникновения единых пунктуационных норм на структурно-смысловой основе.

Единство графики, орфографии и пунктуации в исследуемых документах и сравнительно незначительные региональные отклонения свидетельствуют об активном формировании общерусской национальной языковой нормы на палеографическом, графическом, орфографическом и пунктуационном уровнях.


^ Глава вторая «Эпистолярный текст и деловой язык конца XVIII – начала XIX в.» посвящена рассмотрению проблемных вопросов квалификации делового эпистолярия и установлению его места в стилистической системе русского языка указанного периода, а также классификации эпистолярных текстов и определению классификационных признаков, специфичных для исследуемого материала.

Эпистолярный текст представляет интерес для исследований разных гуманитарных научных направлений: лингвистического, исторического, философского, культурологического и других.

В п. 2.1. анализируются различные точки зрения на природу эпистолярного текста вообще, формулируется позиция автора данной работы с точки зрения исторической стилистики.

Эпистолярий – особое явление в языковой системе. Эпистолярный стиль или эпистолярный жанр – этот вопрос до сих пор остается нерешенным, поскольку находятся аргументы «за» и «против» каждой позиции. На наш взгляд, наиболее приемлемо для этой языковой реалии терминологическое сочетание «эпистолярная форма»2, так как это наиболее дипломатичное и наиболее точное из имеющихся терминологических выражений исследуемого языкового явления, которое не противоречит природе данного речевого произведения, содержанию и формальным показателям, не обязывает придерживаться строгих границ и существовать в рамках какого-то одного стиля, допускает присутствие подобных текстов в разных сферах общения и использование соответствующих речевой ситуации языковых единиц.

Придерживаясь высказанной точки зрения, сформулируем базовую позицию данного исследования. Деловой эпистолярный текст (или деловой эпистолярий) конца XVIII – начала XIX века – единица письменного монодиалога в рамках официального и частно-официального письменного общения, характеризующаяся заданностью основного содержания, наличием стандартных эпистолярных элементов (компонентов), предполагающая ответную реакцию. К основным характеристикам делового эпистолярия относим профессионально-производственную специфичность, этикетность, личностную ориентированность, согласованность на основе общих фоновых знаний респондентов.

В п. 2.2 приводятся классификации деловых документов, прямо или косвенно относящиеся к деловому эпистолярному тексту. Учитывается точка зрения по данному вопросу С.И.Коткова о том, что «язык эпистолярной письменности, в известной степени деловой, не является, однако, приказным, тождественным языку делопроизводства и государственного управления, языку актовой письменности»3. Важным представляется также мнение А.Н.Качалкина о необходимости функциональной классификации деловых документов4. Проводится сравнительный анализ классификаций деловых документов центра России, Сибири, севернорусских памятников, Забайкалья, содержащихся в работах А.Н.Качалкина [1988], Л.М.Городиловой [2006], Л.Ф.Копосова [2000], А.П.Майорова [2006] и мн. др.

Исследователи истории делового языка не предпринимали попытки внутренней классификации эпистолярных деловых текстов, «растворяя» их в общем потоке документов. Однако данные тексты специфичны настолько, что обладают собственными характеристиками и возможностью провести их классификацию на основе различных признаков, в совокупности создающих систему делового эпистолярия исследуемого периода: это тематический, функциональный, векторный и социолингвистический признаки.

Тематический признак – один из важных, так как определяет содержание письма. По количеству затронутых вопросов (тем) письма могут быть монотематичными и политематичными, бóльшая часть относится ко второй группе. Монотематичное письмо содержит зачин, концовку и один блок основного содержания с одной темой. В политематичном имеется не менее двух высказываний в основной части, касающихся разных производственных и бытовых ситуаций.

Тематический признак влияет не только на объем передаваемой информации, но и на структуру письма, текстовую модальность, организацию пространства текста письма.

Тематический признак является важным и в современной документации. Для официальных деловых писем существуют специальные рекомендации по объему и количеству аспектов. При этом и в современном делопроизводстве сохраняются многоаспектные и объемные письма – все зависит от характера корреспонденции.

По функциональному признаку среди исследуемых текстов можно выделить следующие виды писем: письмо-рапорт; письмо-информация; сопроводительное письмо; письмо-подтверждение; письмо-предписание; письмо-просьба.

Письмо-рапорт обращено к вышестоящим по социальному или имущественному положению адресатам. Эти тексты содержат систему высказываний, обеспечивающую основную функцию документа – сообщение необходимой информации, но специфичность этого вида, в отличие от письма-информации, в том, что в такие тексты включают и оправдания в ответ на предыдущие оценки, просьбы, жалобы, заверения в преданности и т.д. Формуляр их строго определен и подчинен этикету. Имеется самоназвание: рапорт, доношение, донесение, доклад.

Рапорты (репорты) как отчетно-исполнительные документы в системе делопроизводства и коммуникации были расространены по всей территории Российского государства и во всех учреждениях. Такую функцию рапортов отмечали и исследователи других региональных памятников [Вакуленко 1989, Майоров 2006, Трофимова 2002, Тулисов 2000] и др.

Доношение (донесение) XVIII века включается некоторыми исследователями в другой раздел – просительной документации – на том основании, что они практически всегда содержали какую-либо просьбу [Трофимова 2002, Майоров 2006]. В исследованных нами доношениях основное содержание и по объёму, и по значимости составляют информативные высказывания отчетного характера, просьбы излагаются всегда после сообщения и в качестве сопутствующего (пусть и очень нужного для адресанта) компонента блока.

Доклад как самоназвание употребляется только в текстах Златоустовской конторы. В других конторах подобные документы называются рапортами. На наш взгляд, рапорт и доклад различаются мотивацией создания документа. Имеющиеся доклады написаны как аналитическая информация по итогам каких-либо проверок данных, содержащихся в рапортах и других донесениях в высокие инстанции. Доклад в эпистолярной коммуникации выполнял важную роль – в нем (по определению) заключалась достоверная информация по проблемным ситуациям, сомнительным случаям, инцидентам и т.п.

Письмо-информация используется всеми сторонами заводской переписки. Это тексты, содержащие ответы на запросы, справочные материалы и, как правило, не включающие императивных и оценочных высказываний.

Письма-информации писали также служители равных по статусу контор, они сообщали о получении-отправке сырья, продукции, переездах чиновников и других текущих делах, интересующих обе стороны, такой эпистолярий условно можно назвать письмо-сообщение (этот термин не раз употреблялся в аналогичном смысле историками и лингвистами). В государственном делопроизводстве такой документ назывался промеморией. Тексты писем-сообщений включают высказывания информативного, этикетного типа, а также фатические элементы. Они служат исключительно для делового обмена информацией.

Запрос представляет собой письмо, направленное для выяснения обстоятельств какого-либо дела или данных проверки. Письма с названием «запрос» имеются только в фондах Каслинской заводской конторы, они своеобразны и по форме, и по содержанию.

Структурно запрос состоит из ряда блоков. Начальный блок традиционно включает данные об адресате и адресанте; далее следует самоназвание; блоки основного содержания – двух типов: информативно-оценочного и информативно-императивного; концовка соответствует эпистолярным традициям – имеются приказание об ответном объяснении (с указанием сроков), подписи работников, написавших запрос.

Информативно-оценочный блок включает ссылки на отчеты, результаты проверок, повторы фактов и цифр, вызвавших сомнение или недовольство, дается соответствующая оценка сказанному. Информативно-императивный блок содержит конкретные указания, по каким вопросам требуется объяснение, нередко повторяются факты из предыдущей части. Серия таких блоков предваряется устойчивой формулой «предписывается (симъ) объяснить о причине (чего-либо) в нижеписанных статьях (о чем-либо) по (самой) чистой совести и долгу присяги без (всякои) утайки» (иногда возможно сокращение формулы, но смысл остается прежним), далее следуют претензии и вопросы с «сомнительной» информацией, оформленные как отдельные абзацы, часто пронумерованные. Ответом на запрос служило объяснение.

Особый вид письма-информации – оправдательные письма различного характера. Среди них выделяется два основных вида: объяснение и собственно оправдание. Все оправдательные письма являются ответной реакцией на предыдущие эпистолярии: запросы, информации (с оценкой) и предписания, справки и т.д.

Объяснение строится по строго определенной схеме: ссылка на полученные данные – свое видение ситуации – аргументы в защиту своей позиции – выводы о своей правоте», возможно осложнение схемы дополнительной информацией. Объяснение обычно не касается бытовых тем, поэтому в нем, как правило, нет яркого проявления эмоций, призывов к состраданию, что достаточно обычно для другого вида – собственно оправдания.

Собственно оправдание – ответ на необоснованные, с точки зрения адресанта, обвинения. По структуре и порядку следования частей оно соответствует схеме объяснения, но отличается более сложной номенклатурой высказываний: для большей убедительности включаются оценочные и императивные речевые жанры, обязательно употребляются коннотативные языковые единицы всех уровней.

^ Сопроводительное письмо, как правило, прикладывается к регулярным (четырехнедельным, ежемесячным) рапортам приказчиков местных контор хозяину или управляющему. Это короткое письмо содержит информативные и этикетные высказывания, не имеет самоназвания, может включать дополнительные разъяснения к приложенному документу.

Письмо-подтверждение близко по оформлению к письму-информации, оно служит для подтверждения факта получения самих деловых бумаг, не содержит, кроме этого, никакой информации, состоит из одного–трех высказываний соответствующего названию типа и написано, как правило, не на отдельном листе, вложенном в конверт, а на внутренней стороне самого конверта, чтобы, развернув его, прочесть короткое сообщение.

Письмо-предписание может быть разного характера: императивные высказывания сочетаются с информативными и оценочными. Императивность выражена в приказах, требованиях, распоряжениях, угрозах, предупреждениях и т.д. Предписания отправлены как конкретным исполнителям (приказчикам, мастерам, караванным), так и заводским конторам без указания лиц. Тексты писем Демидовых своим приказчикам не имеют самоназвания, являются предписаниями по содержанию и формуляру; большинство писем вышестоящих контор Кыштымского горного правления тоже не названы специальным термином. Тексты из Златоустовских заводских контор могут иметь самоназвания: ордер, распоряжение, указание, одобрение, предложение; в начале XIX века в письмах от управляющих владениями наследниц Л.И.Расторгуева в Каслинскую, Кыштымскую, Нязепетровскую заводские конторы появляется название распорядительное предписание (дела фонда И-172). При этом не все аналогичные тексты в пределах одной архивной единицы хранения могут самоидентифицироваться, ряд таких посланий не имеет заглавия.

Ордер как документ использовался в государственном документообороте для обозначения послания из вышестоящей конторы или от вышестоящего по должности. Ордер Златоустовской конторы состоит из этикетных, фатических, информативных, императивных высказываний, следовавших в названном нами порядке, обычно с