Реферат: Телеведущий Лев Новоженов: "Июнь мой любимый месяц в начале лета я изменял всем своим женам"

Телеведущий Лев Новоженов: "Июнь -- мой любимый месяц. в начале лета я изменял всем своим женам"

На российском канале ТНТ состоялась премьера нового проекта в популярном нынче жанре реального телевидения "За чудовищем!" Идея отправиться на поиски русского Лох-Несского чудовища принадлежит вдохновителю всех проектов "Сегоднячко" Льву Новоженову. Правда, в новую телеавантюру сам ведущий влезать не собирается. Он собирается наблюдать со стороны, как команда из десяти смельчаков отправится на месяц на озеро Бросно, что в Калужской области, в погоню за чудовищем.
В начале недели на российском канале ТНТ состоялась премьера нового проекта в популярном нынче жанре реального телевидения "За чудовищем!" Идея отправиться на поиски русского Лох-Несского чудовища принадлежит вдохновителю всех проектов "Сегоднячко" Льву Новоженову. Правда, в новую телеавантюру сам ведущий влезать не собирается. Он собирается наблюдать со стороны, как команда из десяти смельчаков отправится на месяц на озеро Бросно, что в Калужской области, в погоню за чудовищем. Кстати, это не единственный новый телепроект Льва Новоженова -- человека, стоявшего у истоков практически всех популярных российских телепрограмм. ^ "У нас во дворе все мечтали попасть в тюрьму. Многим это удалось"
-- Где-то прочитал вашу фразу: "Меня родили случайно"...

-- Родителям не было и двадцати, когда я появился. Я им, студентам, конечно, очень мешал. Они передавали меня бабушкам, дедушкам. Родственники очень спешили выпихнуть меня в большую жизнь и отдали в школу в шесть лет. Я ничего не мог усвоить, а когда началась таблица умножения, просто обалдел. Школа для меня -- непроходящее отчаяние. Я не мог понять, что такое тригонометрия, химия, чего от меня все хотят... И зачем все это? С трудом дождался восьмого класса, когда появилась возможность сказать: дальше учиться не хочу, пойду работать. В панике собрался семейный синклит. На котором дедушка, бывший военный, работавший инженером по технике безопасности (тогда все отставники были или инженерами по технике безопасности, или кадровиками), сказал: "Черт с вами, он пойдет ко мне на завод учеником слесаря".

-- Наверное, вы были счастливы.

-- Сначала -- да. На заводе слесари посылали меня за бутылкой, заставляли вытирать фикус и отправляли к какой-то Вальке-инструментальщице за выпивкой. Я учился в вечерней школе, которую закончил только благодаря слезам матери.

-- А как же детские мечты о космосе?

-- У нас во дворе никто не мечтал быть ни учителем, ни врачом, ни космонавтом. Все мечтали попасть в тюрьму. И, надо сказать, многим удалось.

Настоящая фамилия моего деда была Новзен. Он русифицировал ее, вступая в армию, потому что даже в Красной Армии плохо быть солдатом Рабиновичем. Ну а мой отец... Он не воевал. Когда-то это было одним из моих самых тяжелых детских переживаний, и попробуйте объяснить тогдашнему пацану, что в 45-м его отцу исполнилось всего семнадцать, что работал он на тракторе в далеком среднеазиатском колхозе плюс сильнейшая близорукость и начинающийся туберкулез легких. Но такие извинения не принимались моралью моего детства, проходившего в одном из московских дворов и в некоторых других местах в начале пятидесятых годов ХХ века...

Отцовские глаза достались мне по наследству. В придачу к кое-каким еще дефектам здоровья. Фрунзенский райвоенкомат Москвы признал меня негодным к службе в армии в мирное время и годным к нестроевой в военное.

Фамилия матери Сорензон. Она из Украины, из Полтавы. Корни предков уходят в еврейские местечки, населенные мелкими ремесленниками, в шолом-алейхемовскую голытьбу... Отец и мать выбились в интеллигенцию. Мама в Москве окончила Полиграфический институт, художественный факультет. А отец, родившийся в Москве, как ни странно, Литературный институт. После чего его распределили в Брянск, где он работал в газете "Брянский комсомолец", кстати, вместе с Фазилем Искандером. Потом мать от нас ушла, мы остались вдвоем. Мое детство -- с восьми до четырнадцати -- Брянск.
^ "На самом деле я очень люблю выпить. И всегда любил"
-- Тем не менее, вы сделали почти головокружительную карьеру, попав в штат "Литературки"...

-- К журналистике я приобщился рано. Очень хотел попасть в штат "Литературной России", это тогда была крупная газета, орган Союза писателей России (писателей! -- предел мечтаний). Меня не брали из-за национальности, хотя завотделом хотела взять. Она мне говорила: "Лева, я бы с удовольствием. Но вот наш редактор, Константин Иванович Поздняев, не любит евреев. Если вы можете как-то обойти этот момент или повлиять на него... Поговорите со своими родителями".

Мне было двадцать лет. Я был совсем инфантильный. Пришел домой и пожаловался на судьбу. Я тогда жил с матерью и отчимом. Отчим был председателем московского горкома графиков.

В это время строили дом на Грузинской (в котором потом жил Высоцкий), это был дом горкома графиков. И в этом же доме кто-то из Михалковых должен был купить квартиру... Или старший Михалков для кого-то квартиру "делал". Короче говоря, нашли возможность ему позвонить, объяснить связь между этой квартирой, мной и "Литературной Россией".

Михалков позвонил Поздняеву. Позже содержание этого разговора мне передавали так. Михалков, заикаясь, говорит: "Костя, ты, говорят, это, ж-жжидов н-не б-берешь?" Перепугавшийся Поздняев оправдывается: " Сергей Владимирович, да у меня и замредактора еврей, и ответственный секретарь..." Тогда Михалков ставит точку: "Ну, ты одного жиденка еще возьми. Новоженов фамилия". В результате этого звонка я стал работать в отделе информации. Очень хорошо помню, как начинался рабочий день в редакции. Все время: пойдем по сто грамм, пойдем еще...

-- Так и спиться нетяжело.

-- В первый раз я выпил в семь лет со своим приятелем на поминках его отца. И на самом деле я очень люблю выпить. И всегда любил. Но сейчас уже нет времени на похмелье. Иногда выпьешь, конечно, но все равно с оглядкой. Я ведь работаю на телевидении. Значит, нужно думать о том, с каким лицом выйдешь вечером в эфир. И потом -- ответственность, раньше всегда был кто-то, кто заменит, подопрет. А сейчас я крайний.

Когда ты знаешь, что вечером -- прямой эфир, пусть даже всего десять минут, спокойным в течение дня оставаться невозможно. Это можно сравнить с непрекращающимся напряжением перед серьезным экзаменом. Первый год мы все время выпивали, праздновали каждый эфир. Потом поняли, что, наверное, скоро умрем: мало того, что не спим, так еще и выпиваем. И постепенно это сошло на нет.

Иной раз, конечно, и теперь выпьешь, но обычно едешь домой, там все уже спят, ругаются сквозь сон: "Работа твоя дурацкая". Но ты все равно еще два часа ходишь, читаешь, ложишься наконец часа в 3--4. Нервишки уже никуда...

-- Лучше бы о нервах жены подумали.

-- Женился я трижды. Мой первый брак был по большой любви -- вероятно, именно поэтому он закончился несчастливо. У меня вообще складывается впечатление, что такой финал обязателен для каждой настоящей любви. А когда мы "не сошлись характерами" и довольно быстро разошлись, я, как и многие мужчины, нашел для утешения родственную душу. Впрочем, это уже история моего второго брака.

А может быть, любовь -- это когда кого-то не любишь меньше, чем остальных? Моя вторая жена -- биолог, сейчас занимается психологией в Соединенных Штатах. Она получила "грин карт" следующим образом: принесла вырезки из "МК", где рассказывается о том, как на редакцию напали члены черносотенного общества "Память", и получила статус политического беженца. Живет в Детройте. Сам объект нападения находится здесь. Последний брак, в отличие от предыдущих, оказался "затяжным". Мы живем с Мариной вместе уже двадцать лет, и я ни разу об этом не пожалел. И нет желания новых поисков и перемен. К тому же, согласитесь, обременительно жениться до бесконечности. Тем более если у тебя в жизни есть и другие дела.

-- Женам изменяли?

-- Не боюсь признаться, что изменял предыдущим женам. Иначе как бы женился на последующих? Причем благодаря этому я полюбил июнь -- начало лета. Почему-то так получалось, что я изменял своим женам именно в этот период.

В каждой семье все по-своему. Теперь уже я твердо знаю, что семейное благополучие -- не в отсутствии проблем. А в умении решать их наименее болезненным образом. Марина -- хороший журналист, получала премии Союза журналистов. Она идеальный редактор, и если бы я был в состоянии работать с женой... Но это невозможно.
^ «Факты и комментарии»
07.06.2002
^ Фашистская бомба вдребезги разнесла урну с прахом создателя "тридцатьчетверки" Михаила Кошкина
Вряд ли при разгроме немецких войск под Сталинградом и в ожесточенных сражениях на Курской дуге советские танкисты знали, что их любимый танк Т-34 создал выдающийся конструктор Михаил Кошкин. Несколько лет после начатого в Советском Союзе серийного производства танка иностранные ученые ломали голову над секретами его конструкции.

Вряд ли во время обороны Москвы, при разгроме немецких войск под Сталинградом и в ожесточенных сражениях на Курской дуге советские танкисты знали, что их любимый танк Т-34 создал выдающийся конструктор Михаил Кошкин. Еще несколько лет после начатого в Советском Союзе серийного производства танка иностранные ученые ломали голову над секретами его конструкции. В этом году исполняется 60 лет со дня смерти Михаила Ильича Кошкина. И столько же -- с начала серийного производства "тридцатьчетверки".
^ На Ленинградский опытный завод Кошкин попал по рекомендации самого Кирова
Одиннадцатилетним мальчишкой Михаил покинул родную таежную деревню Брынчаги Ярославской области и отправился в Москву на поиски денег. Где только ему не пришлось работать! В конце концов, после успешной учебы в Коммунистическом университете им. Я.М.Свердлова Кошкин получил назначение в Вятку на должность заведующего кондитерской фабрикой. За короткий срок отстающая фабрика стала одной из лучших в городе.

Но с самого детства Кошкин мечтал стать инженером. И тут как нельзя кстати пришлось решение партии о направлении в высшие технические учебные заведения страны испытанных коммунистов. Закончив институт, он попал на Ленинградский опытный завод. Кстати, на работу его посоветовал взять сам С.М.Киров.
^ Участие в создании танка Т-29 сыграло решающую роль в переводе Кошкина в Харьков на должность главного конструктора.

Уже тогда в стране начались репрессии. Ветераны вспоминают, как однажды один из специалистов, делая расчет, допустил ошибку. Другой, обнаружив ее, пытался доказать, что это сделано по злому умыслу. Обстановка накалилась до предела и грозила вылиться в серьезные неприятности. Михаил Ильич не колебался: проверив расчет и убедившись, что ошибка допущена случайно, встал на защиту провинившегося. Человек был спасен.

-- Вскоре после приезда Михаила Ильича, -- вспоминает известный испытатель танков Евгений Кульчицкий, -- мы с ним отправились в испытательный пробег. Шли на максимально возможных скоростях. Маршрут проходил через дубовую рощу с могучими часто растущими деревьями. Стоя на сиденьях боевого отделения и по пояс высунувшись из башни, мы наблюдали за движением, управляемостью танка, его маневренностью при объезде деревьев и заносили в блокноты данные наблюдений. В один из моментов водителя подвел глазомер, и танк задел краем гусеницы ствол дерева. Машину тряхнуло, и, резко развернувшись, танк остановился. Ударившись головами о крышки люков, наблюдатели, как подкошенные, свалились вниз.

Когда очнулись, то увидели, что водитель, склонив окровавленную голову на обрез люка, не проявляет признаков жизни. Кошкин тогда вскочил и первым делом схватил походную аптечку (хотя чувствовал себя не лучше механика). Кое-как привели водителя в чувство, вытащили его на воздух, остановили кровотечение. Кошкин был очень расстроен, волновался, переживал. В последующие дни он часто навещал пострадавшего водителя в больнице и заботился о его семье.
^ "Дизельное топливо -- горючее, которое почему-то не горит"
При испытаниях танка БТ-7М большое внимание по традиции уделялось пожарной безопасности. По специальной программе бак с дизтопливом обстреливали, создавая условия для искусственного возгорания и тушения пожара в машине. При запуске двигателя обязательно присутствовали пожарные. Они следили за порядком и обладали полномочиями, достаточными, чтобы человек даже за курение в цехе загремел в Сибирь. А когда испытания принципиально нового более пожаробезопасного дизельного двигателя были в самом разгаре, пожарные, которые теперь были практически не нужны, продолжали слишком усердствовать. Когда эта постоянная возня порядком надоела Кошкину, один из специалистов с благословения главного конструктора на глазах у изумленных пожарных сунул горящий факел в бочку с газойлем. Факел погас! В дальнейшем у пожарных вопросов уже не возникало. А в акте, специально составленном по этому поводу, было отмечено: "Дизельное топливо -- горючее, которое почему-то не горит".
^ Обороноспособность страны помогли повысить... женские чулки
Инженеру Михаилу Котову было поручено разработать конструкцию фильтра грубой очистки топлива и установить его в моторном отсеке. Места под фильтр оказалось маловато, фильтрующая поверхность получилась небольшой. А это означало, что экипажу придется каждые 2-3 суток разбирать фильтр, мыть и чистить отстойник.

Вспомнил он тогда, как в студенческие годы они вместо носков носили... женские чулки, складывая их гармошкой. По мере того как чулок изнашивался, прохудившиеся части отрезали, постепенно распуская "гармошку". В скудном студенческом бюджете такая находчивость позволяла сэкономить на носках. Едва рассвело, Котов был уже у чертежной доски. Осенившая его догадка подтвердилась: поверхность сетки фильтра, сложенной "гармошкой", увеличивалась в несколько раз!..
^ "Хотите иметь хороший танк, дайте команду, чтобы мне не мешали работать!"

Необоснованные репрессии 30-х годов не обошли стороной и Харьковский завод имени Коминтерна.

-- Ты знаешь, Вера, происходит что-то непонятное, -- делился Кошкин со своей женой. -- Людей, за которых я готов поручиться головой, обвиняют черт знает в чем.

Не добившись восстановления справедливости на месте, Кошкин отправился в Москву. Известно, что, будучи в столице, он вынужден был поставить вопрос ребром: "Хотите иметь хороший танк, дайте команду, чтобы мне не мешали работать". Это подействовало. Все сотрудники КБ остались на своих местах.

К середине 1939 года, после создания колесно-гусеничного А-20 и гусеничного маневренного Т-32 закончилась почти двухлетняя эпопея научных изысканий и проектирования принципиально нового отечественного среднего танка. Из Харькова в Москву отправилась депеша, в которой говорилось: "... уже начата сборка двух новых танков Т-34. При благоприятном стечении обстоятельств к 7 ноября завод сможет продемонстрировать их представителям заказчика..."

Назначенный правительством срок показа "близнецов" -- первая половина марта -- неуклонно приближался, и руководство завода начало испытывать беспокойство. Даже невооруженным глазом было видно, что закончить утвержденный объем заводских испытаний и предъявить танки правительственной комиссии в срок невозможно. Особенно много времени требовала обкатка машин на расстояние 2000 км. А без испытаний пробегом танк нельзя показывать. Сегодня трудно сказать, кому пришла в голову мысль совместить эти испытания с перегоном танков из Харькова в Москву своим ходом. Возможно, это была идея Кошкина. Директор Максарев выделил для пробега сначала один, а затем два тягача "Ворошиловец", один из которых был превращен в самоходную теплушку, а на второй погрузили массу запчастей. Оба танка перед длинной дорогой тщательно проверили. Двигатель одной из них немного барахлил, но времени для его замены уже не было. Ранним утром 5 марта колонна покинула ворота завода, взяв курс на Москву.

Из соображений секретности маршрут пробега был проложен в обход всех главных магистралей и крупных населенных пунктов. Исключение составляли мосты через большие водные преграды. Для движения по маршруту был составлен специальный график. Но неподалеку от Белгорода один из водителей танков во время движения по снежной целине "сорвал" главный фрикцион одного из танков. Ремонт его в полевых условиях мог затянуться надолго.

Кошкин решил продолжать движение одним танком, вызвав пострадавшему ремонтную бригаду. Исправный танк прибыл в Подмосковье на завод N 37, в котором находился отстойник перед показом новых машин правительству.

Здесь же Кошкину впервые стало плохо, сказалась простуда. 17 марта из Кремля поступило разрешение на проведение показа, и танки доставили на Ивановскую площадь. Кроме Кошкина, в Кремль допустили лишь двоих сотрудников завода. Один из танков вел механик-водитель опытного цеха И.М. Битенский. На месте стрелка рядом с ним размещался сотрудник НКВД. Кошкин ехал на показ в легковой автомашине.
^ Главный конструктор не успел увидеть свое детище на поле боя
Несмотря на принятые лекарства, простудившийся Кошкин во время доклада не мог сдерживать душившего его кашля, чем вызывал недовольные взгляды Сталина и Берии. Сразу после доклада конструктора выступил замнаркома Кулик. Он поведал окружающим, что представленная машина еще не прошла установленного объема испытаний и... не может рассматриваться как боевой образец. Сталин потребовал перечень отмеченных недостатков и, внимательно его просмотрев, передал Ворошилову. После этого он о чем-то вполголоса переговорил с сопровождавшими его членами Комитета Обороны и спросил, можно ли будет при производстве устранить указанные в перечне недостатки? Кошкин ответил утвердительно. Сталин заметил: если новый танк нужен, он верит, что конструкторы смогут исправить все его недостатки в кратчайшие сроки. Танки ему, без сомнения, понравились.

На родном заводе колонну встречали тепло и торжественно. Кошкин отправился в КБ, намереваясь вместе с ближайшими помощниками обсудить подготовку завода к серийному производству "тридцатьчетверки". Внезапно у него начался приступ удушья, и Кошкин потерял сознание. Прямо из КБ его увезли в больницу. Консилиум профессоров, созванный в тот же день, поставил диагноз "абсцесс легкого".

Через несколько дней Кошкина оперировали. Операция прошла удачно, однако полной гарантии на выздоровление врачи дать не могли: возможно, второе легкое тоже поражено. В те годы не знали еще ни пенициллина, ни других радикальных средств лечения. Многое зависело от самого организма, его способности бороться с болезнью. Когда врачи разрешили навестить Михаила Ильича, к нему пришли директор завода Юрий Максарев и Александр Морозов.

-- Что с машиной? -- сразу же спросил Кошкин.

-- Все в полном порядке, -- был ответ, -- подписано решение о немедленной постановке танка Т-34 на серийное производство.

Это было признание. Вот только Кошкин увидеть свое детище на поле боя так и не успел. Он умер 26 сентября 1940 года, всего за несколько месяцев до начала Великой Отечественной войны.

После смерти Кошкина его тело было кремировано, а урна с прахом осталась в крематории. Одна из первых бомб, сброшенных на Харьков, угодила в крематорий. Случайно, конечно. Немец, метивший, скорее всего, в расположенный неподалеку авиазавод, попал в урну с прахом конструктора. Вот так, сам того не ведая, Гитлер "расправился" с советским изобретателем знаменитой "тридцатьчетверки" Михаилом Кошкиным. Не знал он, с кем связался.

«Факты и комментарии»

23.02.2000


^ Автора эмблемы Олимпиады-80 избивали в подвалах Лубянки, а олимпийский символ -- медведя Мишу... съели в подвале крысы
Не так давно про надувного медведя, символ Олимпиады-80, который на торжественном закрытии Игр взмывал в небо, вызывая потоки слез у миллионов зрителей, вспомнили снова и с трудом отыскали его в одном из сырых подвалов. Правда, оказалось, что символ Олимпиады почти полностью... съели крысы.

Скоро уже 20 лет, как в Москве отбушевали XXII Олимпийские игры, а москвичи до сих пор вспоминают то жаркое лето 80-го, когда из столицы выселили всех проституток и бомжей, магазины завалили едой, а по улицам разгуливали толпы иностранцев. И уж не только жители столицы помнят символ Олимпиады -- добродушного Мишу. А совсем недавно про надувного медведя, который на торжественном закрытии Игр взмывал в небо, вызывая потоки слез у миллионов зрителей, вспомнили снова и с трудом отыскали его в одном из сырых подвалов. Но надуть его больше никогда не удастся: символ Олимпиады-80 почти полностью... съели крысы. А судьба художника, сотворившего бесподобного мишку, просто поражает...
^ Первым официальным советским миллионером Чижикову стать не довелось

Задолго до начала Игр ЦК КПСС кинул клич художникам -- придумать олимпийский символ. По традиции это должна была быть зверушка. И такого зверя нарисовал замечательный детский художник Виктор Чижиков. Среди нескольких тысяч других именно его работа приглянулась членам Политбюро. Радости Виктора не было предела.

-- Ну, Витька, теперь ты богач, -- хлопали его по плечу друзья. Все знали, что этот правительственный заказ должны очень хорошо оплатить. А уж когда начали штамповать сотнями тысяч значки, марки, конверты, игрушки, спичечные коробки с изображением олимпийского Мишки, Виктор Чижиков приготовил большой кошелек. Ведь по существующему тогда авторскому праву за каждый значок или марку художнику полагалось отчисление. Чижиков должен был стать первым в стране официальным миллионером. Но разве власти могли это допустить! Поэтому художника вызвали на площадь Дзержинского и предложили гонорар по расценкам Союза художников -- в квадратных сантиметрах.

-- Вот ваш гонорар, и подпишите бумагу, что вы отказываетесь от всех перечислений в вашу пользу, -- сказал ему пожилой полковник. Виктор Чижиков заглянул в конверт и увидел там 1200 рублей.

-- По советскому авторскому праву мне полагается в несколько сотен тысяч раз больше, -- сказал художник.

--Берите, берите, что дают, -- насупился полковник.

-- Почему я должен отказываться от своих денег? -- удивился Чижиков. -- Если не заплатите, я дам интервью западным журналистам.
^ До свидания, наш ласковый... Чижик

То, что случилось потом, Чижиков вспоминает с неохотой. Его отвели в одну из нижних камер Лубянки, избивали и морили голодом целую неделю. А потом отвезли домой и бросили возле квартиры.

Олимпиада шла своим чередом. По телевизору восторженно сообщали, сколько медалей завоевали советские спортсмены. А в последний день мир наблюдал трогательную церемонию закрытия Игр и провожал в полет олимпийского Мишу: "До свидания, наш ласковый Миша. До свидания, до новых встреч".

Вся страна вытирала слезы. А Чижиков лежал избитый в своей квартире на Большой Грузинской и плакал от обиды и несправедливости. Через месяц художник поправился и пошел с друзьями в ресторан Центрального дома литераторов. Выпив несколько рюмок, он начал жаловаться на судьбу. Тут же в ресторане его взяли под руки двое крепких парней и усадили в черную "Волгу". На этот раз Чижикова избивали гораздо сильнее. Художник не мог понять, за что: ведь все бумаги он давно подписал! Оказалось, за то, что распустил язык, -- в ресторане под каждым столиком был "жучок". Спасли Чижикова друзья, которые с помощью одного влиятельного писателя дозвонились Андропову.

О весьма интересных делах, вершившихся вокруг Олимпиады, рассказали бывший генеральный секретарь Оргкомитета "Олимпиада-80" Александр Гресько и бывший директор Олимпийского центра профсоюзов "Крылатское" Дмитрий Каменев:

-- Олимпиада, помимо прочего, запомнилась тем, что огромное влияние уделяли ей руководители самого высокого ранга. Только в Крылатском побывали лидеры партий и движений из разных стран: Ясир Арафат, Фидель Кастро...

В предолимпийские дни важнейшим событием для нас стал визит Брежнева, Косыгина и других деятелей. Почетные гости посмотрели показательные выступления гонщиков на уникальном треке Крылатского. И тут пара велосипедистов устроила сюрпляс: стояли друг напротив друга несколько минут, ожидая, кто же не выдержит, рванет вперед. Брежнев не выдержал и спросил: "Они что, кататься не умеют?". Пришлось Дмитрию Каменеву рассказать о тактике этого "хитрого" вида спорта. А когда гонщики поехали таки по лиственничному овалу, Брежнев закричал на весь трек: "Здорово!" В конце встречи присутствующие попросили высокого гостя написать несколько слов в еще новенькой книге почетных посетителей. Леонид Ильич не соглашался, но помог Косыгин: "Леня, -- сказал он, -- что тебе, трудно, сделай приятное олимпийцам". Генеральный секретарь ЦК КПСС задумался. А потом тихо сказал Каменеву: "Что-то в голову ничего не идет. Я тут распишусь, а вы потом напишите что надо".
^ Спортивный городок демонтировали -- он показался чиновникам удобным местом для... возможной стрельбы по проезжающим машинам

Предолимпийские месяцы и две недели московских Игр стоили многим из нас нескольких лет жизни -- начальников и советчиков оказалось значительно больше, чем работающих. Но даже при невиданных темпах работы, при строжайшем контроле партийных органов все задуманное осуществить не удалось. В Крылатском рядом с треком по плану должны были появиться гостиница, гаражи, хозяйственные постройки, но на них не хватало ни времени, ни средств. По "усеченному" проекту возвели стадион для стрельбы из лука. Кольцевая велодорога из-за излишней сложности не нашла признания даже у мастеров спорта международного класса и быстро пришла в запустение.

Деньги расходовались огромные, но зачастую их бросали на ветер. К примеру, первые соревнования Олимпиады -- 100-километровая командная велогонка, где победу праздновала советская команда -- проходили на Минском шоссе. Уже на следующий день после соревнований вышел варварский приказ: демонтировать отлично оборудованный спортивный городок, который обошелся государству в 850 тысяч рублей. Комплекс сломали и растащили. А все потому, что ретивым охранникам с большими звездами на погонах трибуны на шоссе показались хорошим плацдармом для возможной стрельбы по проезжающим машинам.


^ Кошмаром Олимпиады стало масштабное воровство


Канада, ФРГ, США московскую Олимпиаду бойкотировали. Из-за этого трибуны не заполнялись -- билеты распродали за рубежом задолго до старта Игр. Так было и на треке в Крылатском. Поправить положение решили, пустив в продажу дешевые 30-копеечные входные билеты олимпийского центра (официальные билеты Оргкомитета стоили 25 рублей), которые распространялись среди работников комплекса, семей велосипедистов, милиционеров, обслуживающих Олимпиаду, и работников профсоюзных обществ.

Теперь трибуны трека стали заполняться до отказа. Но это решение заместитель председателя Оргкомитета "Олимпиада-80" и руководители билетной программы Игр расценили как повод для международного скандала: "А вдруг неприехавшие западные туристы увидят на телеэкранах занятыми свои оплаченные места и потребуют выплатить неустойку?" ВЦСПС было поручено рассмотреть вопрос и принять соответствующие меры, проще говоря -- виновных уволить. Но судьба распорядилась иначе: дело попало к секретарю ВЦСПС Богатикову. Человек справедливый и разумный, он дал ответ, рассчитанный на долгое разбирательство. Тем все и закончилось.

Трек в Крылатском еще только сдавался в эксплуатацию, необходимо было делать разметку на покрытиях, которую выполняли специалисты из Англии. Но кто-то из наших украл часть специальной краски, и пришлось, сгорая от стыда, просить англичан подослать из Лондона "добавку". Не успели начаться соревнования, а на треке уже срезали "с мясом" десятки метров коврового покрытия. Не помогли и полторы тысячи милиционеров, обслуживающих Олимпиаду. Сразу после Игр пришлось списать две бутербродные линии, оставшиеся "вдруг" без моторов и комплектующих частей.

Первоклассное импортное и отечественное оборудование, оставленное без присмотра, скоро пришло в негодность. А сколько добра пропадало на строительных площадках! Нередко просто не оставалось времени складировать и вывозить все, что доставлялось в Москву.
^ "Финансовый отчет о всех поступлениях в адрес Оргкомитета до сих пор за семью печатями..."
В свое время у руководства Спорткомитета возникла идея потребовать от Министерства финансов отчет обо всех поступлениях в адрес Оргкомитета "Олимпиада-80" -- только подарков там получили на сумму, исчисляемую миллионами долларов. Но "оказалось", что после окончания Игр Оргкомитет прекратил свое существование, а вместе с ним исчезли и подарки. Исчезли в неизвестном направлении уникальные видеосистемы, фотокиноаппаратура, автомашины. Все попытки работников прокуратуры открыть дела о хищениях и злоупотреблениях некоторых сотрудников Оргкомитета и его служб были спущены на тормозах.

... А судьба олимпийского Мишки оказалась еще незавиднее, чем у его автора. Он улетел со стадиона на воздушных шарах и приземлился на окраине города, едва не раздавив двух алкашей у пивной палатки. Затем из него выпустили воздух и отвезли на склад. А ведь какая-то фирма из Германии сулила за Мишу 100 тысяч марок, но наши возмущенно отвергли "постыдное" предложение. Крысы съели Мишу совершенно бесплатно...


«Факты и комментарии»

17.12.1999
^ Помолвка молодых людей, намеченная на 31 декабря, состоялась в рождественский вечер в... больничной палате
На настроение Ольги Водки и Александра Кузнецова погода не влияла. Они жили по соседству, знали друг друга с детства, и со временем дружба переросла в глубокое чувство. В этот день молодые люди хотели официально объявить родственникам о своей помолвке...
Канун Нового года в поселке Солоницевка Харьковской области выдался мокрым и туманным, хотя синоптики обещали небольшой снег и десятиградусный мороз. Впрочем, на настроение Ольги Водки и Александра Кузнецова погода не влияла. Они жили по соседству, знали друг друга с детства, и со временем дружба переросла в глубокое чувство. В этот день молодые люди хотели официально объявить родственникам о своей помолвке. Но судьба-злодейка готовила влюбленным тяжкие испытания... ^ Рядом с окровавленными телами молодых людей лежала коробочка с подарком для невесты
В тот вечер Саша и Оля, прогуливаясь, вышли на центральную улицу Солоницевки. Девушка уговаривала повременить с новостью о помолвке. Саша настаивал: парню не терпелось сделать своей невесте приличествующий случаю подарок. Деньги на него он собирал около года, в свободное от учебы время подрабатывая на стройке. А когда купил -- все время носил его в кармане. Стремясь убедить Олю, Саша немного обогнал ее и повернулся спиной к дороге. Счастливые влюбленные не заметили невесть откуда взявшуюся, мчавшую с огромной скоростью иномарку. Вдруг девушка почувствовала, что от внезапного сильного удара ее оторвало от земли. Очнувшись, Ольга не могла вспомнить, что произошло. Она не чувствовала своего тела. Потом в руке появилось ощущение чего-то мокрого и скользкого. Девушка догадалась, что лежит на асфальте, но не могла подняться. Метрах в семи от Оли лежал Саша. А неподалеку упала красивая коробочка, аккуратно завязанная лиловым бантиком -- новогодний подарок для невесты.

Молодых людей обнаружила Валентина Свиридова, учительница русского языка, которая возвращалась в поселок из Харькова.

-- Я не поверила своим глазам, когда увидела, что на дороге кто-то лежит, -- рассказывает Валентина Степановна. -- Подбежала -- а это Олечка... У меня руки опустились тогда. Банка со сметаной упала на дорогу и разбилась. Первое, что сделала Оля, придя в сознание, это прошептала: "Саша". Я сначала ничего не разобрала, но проследив за слабым движением руки, заметила неподалеку серый силуэт на дороге. Боже мой, это же и вправду... Саша.

-- Я не почувствовал боли, -- с трудом приподымая опухшие веки, рассказывал позже, уже в больнице, Александр. -- Помню только, как что-то тяжелое ударило мне в спину (почему-то в тот момент вспомнилась сцена из "Бриллиантовой руки", где Никулин поскользнулся на банановой кожуре), и мое сознание погрузилось в темноту...

Вокруг Саши валялись залитые кровью осколки, кусок автомобильного номера и обрывки одежды. Вдруг Валентина Свиридова заметила, как к ней подъезжает красная иномарка. У машины было разбито лобовое стекло и смят капот.

-- Я тогда, не знаю зачем, схватила и прижала к груди номерной знак, -- продолжает Валентина Степановна. -- Из остановившейся машины вышел подвыпивший мужчина лет сорока и, пошатываясь, подошел ко мне. "Ты че, бабка, здесь забыла? -- спросил он грубо и при этом слегка саданул меня сапогом по голени. -- Мотай отсюда, старая. А это -- отдай мне, тебе оно ни к чему", -- протянул руку к номеру. Я до последнего пыталась удержать кусок номерной железяки. Но куда там, незнакомец был намного сильнее. Он сел в автомобиль и скрылся в тумане.

Взволнованная женщина бросилась к ближайшему дому в надежде, что там окажется телефон, чтобы вызвать "Скорую помощь". Дверь открыл дед, которого в поселке звали Архипычем. От всего пережитого Валентина Степановна прямо на пороге потеряла сознание. Она лишь успела произнести: "Там на дороге Оля и Саша... Вызовите "скорую".
^ "Вашего сына может спасти только чудо"
"Скорую помощь" Иван Архипович Головенко вызвал, отправил своего внука к Сашиным родителям -- сообщить о случившемся, а сам, оказав первую помощь Валентине Степановне, поспешил на дорогу -- понимал, что дорога каждая минута.

-- Я, как была, в халате, побежала на трассу, -- говорит Антонина Сергеевна, мама Саши. -- Сын лежал на курточке, которую ему успели подстелить соседи. Возле него была лужа крови, и сам он весь в крови. Соседи хлопотали над моим мальчиком, а он был без сознания, пульс почти не прощупывался. На сына и Олю было страшно смотреть...

Привезли Сашу и Олю в Харьковскую городскую клиническую больницу скорой и неотложной медицинской помощи. Все это время девушка сжимала в руке маленькую коробочку с подарком, которую кто-то из соседей вложил ей в ладонь.

Врачи осмотрели молодых людей. Наибольшие опасения вызывало состояние Александра. Он потерял много крови, находился в коматозном состоянии. При детальном обследовании врачи обнаружили переломы трех ребер, обеих ног, причем правой в двух местах, ключицы...

-- В течение ночи мы провели три операции, -- рассказывает врач Александр Солонцевый. -- Но парень не приходил в сознание.

-- Под утро к нам вышел хирург и, вытирая пот со лба, спросил, кто из присутствующих родители, -- вспоминает Антонина Сергеевна. -- Он отозвал меня в сторону, отвел взгляд и после продолжительной паузы произнес: "Вы знаете, спасти вашего сына может только чудо". У меня уже не было слез, только щемящее чувство боли. Я постарела лет на двадцать...
^ В течение двух часов Оля преодолевала 15-метровое расстояние, разделяющее ее с любимым
Трое суток Саша не приходил в сознание. К нему в палату никого не пускали. Олю разместили в соседней. Девушка находилась в шоковом состоянии. Врачи обнаружили у нее сотрясение мозга, многочисленные ушибы, синяки и кровоподтеки. Но жизнь была вне опасности: основной удар Саша принял на себя.

Ночью четвертого января дежурная медсестра во время одного из обходов не обнаружила в палате Ольги. А ведь ей было категорически запрещено подниматься и, упаси Господь, передвигаться. Пациенты, что поздоровей, вместе с медперсоналом обыскались: на улице, в коридоре, даже в столовую заглянули -- девушки нигде не было.

-- Мне ничего не говорили о состоянии Саши, -- рассказывает Оля. -- Я дождалась, пока закончится вечерний обход и в коридоре станет тихо. Потом попыталась приподняться, но у меня закружилась голова и я упала.

Утром заведующий отделением не мог поверить, что девушка в течение двух (!) часов преодолевала пятнадцатиметровую дистанцию: от одной двери к другой. В кармане ее халата лежал подарок.

Олю обнаружили у кровати Саши: она заснула рядом с любимым. По просьбе родителей разлучать их не стали. Пятого января случилось чудо -- парень пришел в сознание.

-- Теперь, уверен, пациент будет жить, -- сказал родителя