Реферат: Конфессиональная политика российского правительства к иностранным подданным в XVII в

Конфессиональная политика российского правительства к иностранным подданным в XVII в.


Введение……………………………………………………………………………..с.1


Глава 1. У истоков культурных связей Московского государства и немецких земель

Историческая обусловленность

конфессиональных предпочтений для иностранцев………..…………………с.4

Внешние предпосылки активизации взаимоотношений

России с Западной Европой …………………………………………...…...….с.6


Глава 2. Привлечение иностранных поданных на русскую службу:

конфессиональный отбор, социальный и правовой статус

Лютеранские общины Москвы и их покровители в Западной Европе XVII в.:

правовой статус и реальное положение………………………………………..с.11

Иностранцы в Москве XVII в.: численность и особенности

конфессионального выбора…………………………………………………….с.16


^ Глава 3. Результаты привлечения иностранных подданных на русскую службу XVII в.
Роль иностранцев-протестантов в вооруженных силах России XVII в...…с.20

Протестантская составляющая в европеизации русского быта XVII в. ….…с.25


Заключение…………………………………………………………………………….с.27


Литература…………………………………………………………………………….с.29


Введение

Историю немцев в России нельзя отделить от проблем Востока и Запада и проблем проникновения западной культуры в русское общество.

В наши дни, когда вопрос национального становится эпитетом государственного, когда проблема национальность снова сливается в один комплекс с вопросом религии и конфессий данная тема исследования представляется актуальной.

Научная новизна исследования состоит в том, что впервые политика русского правительства к выходцам из Западной Европы рассматриваются в ракурсе их конфессионального существования и стремления жить в России без потери своего национально-конфессионального лица. Новым является также систематизация и анализ данных о ряде исследуемых религиозных общин, прежде всего лоютеранского направления, деятельность которых до сих пор не подвергалась всестороннему исследованию. На основе анализа документов Посольского приказа рассмотрены религиозные иностранные общины, сделан вывод о выдвижении определенной политики к иностранным подданным и конфессиональной политики к ним русским правительством.


Объектом исследования является деятельность религиозно-национальных общин иностранных подданных в России 1613-1725 гг., находящихся на легальном и полулегальном положении, и их участие в общественно-политической жизни российского общества.


Цель работы.

В процессе становления абсолютизма и единовластия государю необходимо было иметь в стране силу независящую ни от одного сословия и равноудаленную от них. Нужна была та сила, которая была бы верна только государю, понимая сначала в его лице своего нанимателя, а затем и ту страну, в которой они служат. Для становления служилого сословия или дворянства необходимо было время, а в период этого времени роль опоры для государя выполняли наемники-поселенцы, ибо они были силой относительно равноудаленной от всех слоев русского общества и при своей карьере не выдвигали за собой ни одну социальную группу общества, а значит не были связаны и с феодальной верхушкой, которая была довольно опасна для новой династии. Они служили непосредственно государю и были равнодушны к феодальным амбициям старого боярства и их потомкам.

Поэтому целью работы определить религиозно-конфессиональную политику русского правительства иностранцам России XVII-XVIII вв.

Задачи работы.

Выявить причины протестантских предпочтений государственной власти в России.

Выявить причины отрицательного отношения власти к католикам на русской службе

Сравнить историю жизни в России XVII-XVIII вв. протестантов и католиков.

Изучить финансовые аспекты жизни лютеран в России XVII-XVIII в. через систему покровительства видных государственный деятелей, курфюрстов и меценатов.

Выявить цели протестантских стран по отношению к России . XVII-XVIII вв.

Определить политику европейских властей по отношению к эмигрантам в России XVII-XVIII вв.

Увидеть взаимосвязь России с Западной Европой через ее эмигрантов

Историография и источники

Используя проблемно поисковый метод, был привлечен для исследования широкий историографический материал. Можно выделить несколько групп исследований:

Первая группа- с момента появления интереса к выбранной теме- до середины XIX века. Она интересна работами: Антона Ф.Бюшинга ( «История евангелическо-лютеранских общин в Российской империи» 1767 г.) и Ф. Гротта Ими положено начало фактологии исследования.

Вторая группа- с середины XIX – начало XX века (до первый мировой войны). Изданные работы были обобщающего характера содержали обширный фактический и статистический материал по истории возникновения и развития иноземцев в России ( А.В.Фехнер «Хроника евангелических общин в Москве»). Труд Фехнера до сих пор является единственной, основанной на широком историческом материале, фундаментальной работой, посвященной лютеранским общинам Москвы. Продолжателем исследования темы протестантизма в России стал Д.В.Цветаев, написавший труд «Протестанты в России до эпохи преобразований».

Третья группа- с 1914 г- до 60-80 гг. В трудах сугубо критического характера сказывались субъективизм и тенденциозность авторов, подогреваемых негативным отношением к немцам во время войны . (Работа А.Рейнмаруса и ГФризена «Под гнетом религии»)

Четвертая группа- с 1990 гг.- наше время. В настоящее время постепенно заполняется информационный вакуум по истории узучения иноземства в России. О. Лиценбергер написала книгу « Евангелическо-лютеранская церковь в российской истории », которая впервые обобщила те немногие работы изданные на эту тему. В.А.Ковригина подготовила монографию «Немецкая слобода Москвы и ее жители в конце XVII – первой четверти XVIII века», по широте и полноте исследования Немецкой слободы петровского времени не имеющую аналогов.

Источниковую базу работы составил ряд архивных и опубликованных документов. Основными источниками по данной работе стали дневники, путешествия иностранцев. Группу архивных материалов составляют документы, хранящиеся в фондах РГАДА. (Ф. 32. Сношения России с Австрией и Германской империей, Ф. 35. Сношения России с Англией; Ф. 50. Сношения России с Голландией; Ф. 61. Сношения России с имперскими города­ми, Ф. 141. Приказные дела старых лет; Ф. 150. Дела о выездах иностранцев в Россию, Ф. 152. Духовные дела иностран­ных исповеданий.)

О России писали диплома­ты и участники посольств (А. Олеарий, Фербер, А. Роде, Г. Кос, К. Поммеринг, И. де Родес, А. Мейрберги другие) иноземцы, состоявшие на службе московского государя (С. Коллинс, П. Гордон, Я. Стрюйс, Л. Фабрициус, Д. Бутлер); иностранные священни­ки (П. Алеппский, С. Главинич, И. Давид); а также иноземцы, оказавшиеся в России по причинам иного рода

Теоретическая и практическая значимость. Материалы данного исследования могут быть использованы при подготовке вузовских и школьных курсов по истории России XVII-XVIII вв. Так же целесообразно использовать данный материал в курсах истории религии, истории дипломатии и права изучаемого периода, так как теоретический аспект исследования касается религиозной, правовой и внешнеполитической составляющей теоретического курса истории России XVII-XVIII вв.


Глава 1. У истоков культурных связей Московского государства и немецких земель


^ Внутренняя необходимость в западноевропейских подданных


Семнадцатое столетие в истории России – время , когда заканчивается эпоха средневековья , начинается эпоха «Нового периода» . Это время, особенно вторая половина столетия, стало своего рода предреформенной эпохой, подготовившей и по существу начавшей преобразования Петра Первого. Русские люди и иностранцы , современники событий , понимали , что в 17 веке страна живет во многом иначе, чем раньше. Это важный рубеж в истории России в представлении современников и потомков.

Внутри России были определенные предпосылки для активизации отношений с Западной Европой. Еще с XV в. Россия нуждалась в экономических, финансовых и культурных преобразованиях, ускорить которые можно было почерпнуть целесообразными заимствованиями со стороны Запада. Для нового государства была необходима та модель с которой соотносится протестантская оригинальность с точки зрения соответствия ее достижениям требованиям времени в своем развитии, та школа, с которой будет в дальнейшем развиваться национальная экономика, военное дело, торговля.

Необходимы были военные преобразования. Московское правительство, не будучи в состоянии совладать с крымскими татарами, опустошавшими Украину и низовые области своими набегами, унизилось до платежа ежегодной дани крымскому хану! Обуздать этих степных хищников, уведших в рабство в Турцию в одном, например, 1688 году свыше 70000 человек, оно было не в состоянии. Русскими невольниками были переполнены рынки Востока и, увы, Запада — что вечным позором ложится на «просвещенную Европу», уже тогда торговавшую человеческим мясом с «каннибалами». По мнению известного слависта профессора В. И. Ламанского, с XV века в продолжение 4 столетий (по XVIII век включительно) Великая и Малая Русь и часть Польши лишились от 3 до 5 миллионов жителей обоего пола, уведенных в турецкую неволю и проданных в рабство. Вот что он пишет по исследовании архивов Венецианской республики: «Венецианские посланники XVI века говорят, что вся прислуга Константинополя у турок и у христиан состояла из этих русских рабов и рабынь. Не было нянек и кормилиц, если крымцы долго не чинили набегов на Восточную и Западную Русь. Русские рабыни встречаются еще в

Ослабевшее Московское государство ограничивалось лишь пассивной обороной: от Брянска на Тулу и Каширу — и дальше на Рязань — была проведена укрепленная сторожевая линия, оставлявшая, однако, беззащитными не только новоприсоединенную Малороссию, но и коренные области Московской Руси — нынешние Курскую, Орловскую и большую часть Тульской губернии. Военное дело находилось в полном упадке, как то показывают неудачные походы Голицына на Крым.

Военная система России, как Московской, так и Императорской — резко отличалась во все времена от западноевропейской.

На Западе царил принцип найма, вербовки. Военное дело являлось там прежде всего доходной профессией. Ландскнехты и кондотьеры служили за деньги — сегодня цесарю и папе против христианнейшего короля, завтра королю против цесаря и папы. Западноевропейский солдат до конца XVII века был наемником.

В основу русской военной системы испокон веков положен был принцип ее обязательности — принцип долга для каждого защищать Русскую землю — принцип «повинности».

Московская рать явилась первой национальной армией в мире, подобно тому, как петровская армия весь XVIII век была единственной национальной армией в Европе.

Приборное войско — стрельцы — было у нас заведено при Иоанне Грозном. Большая же часть армии состояла из земского ополчения (дворяне и даточные люди), созывавшегося по принципу обязательной повинности в военное время, что придавало вооруженной силе Московского Государства милиционный характер.

Понимать необходимость заимствования и преемственности у Запада начали еще до Ивана IV.


^ Внешние предпосылки активизации взаимоотношений

России с Западной Европой

Впервые международный образ России за пределами Польши возник в конце XV в., когда Россия смогла окончательно сбросить с себя иго монгольской зависимости. Россия при Иване III начала поворачиваться к Европе, а не Европа "открыла" Россию, как иногда говорят, связывая это "открытие" с путешествием в Москву в 1486 г. немца силезского рыцаря Николая Поппеля. ставшего в 1487 году императорским послом в Москве1.

Интересно путешествие Поппеля в Россию. Его путешествие носило характер разведки, вызванной многочисленными симптомами внутреннего изменения политического положения России. Освободившись от прочной ордынской зависимости, Московское государство возвращало себе одно за другим числившиеся за Литовским государством западные русские княжества, продвигалось к Балтийскому побережью. Несмотря на препоны, Москва быстро знакомилась с западной духовной и материальной культурой. Как бы отрекаясь от недавней родословной, ведшей к монгольским ханам, московские государи присваивают себе "западническую" родословную от римских императоров через византийских и даже драгоценную татарскую шапку - подарок хана Узбека - объявляют "мономаховой". Теория о том, что Москва после падения Константинополя является третьим и последним "Римом" - центром западного мира, употребление уже Иваном III титула "царь" (от "цезарь", император) - все это были напоминания ей о гигантской роли Запада в жизни Руси

На долю Руси выпала великая роль в определении судеб мировой истории: своим отпором немецким рыцарям она надломила "Священную Римскую империю" Гогенштауфенов и тем освободила от реакции прогресс в феодальной Западной Европе. В то же время она заслонила Европу от варваров-монголов.

Все это время Русь не могла повернуться лицом к Западу и занять в жизни Европы свое место. Более того, пока Русь выходила из плена, которым был куплен европейский прогресс, Европа не только не приходила ей на помощь, но кропотливо воздвигала против нее то, что позже получило название "восточный барьер".

В состав этого барьера первоначально входили: «часть» Германской империи - Тевтонско-Ливонский орден, поддерживаемая папством Польша и, наконец, многие русские, украинские, белорусские княжества, отколотые от остальной Руси и искусственно противопоставленные ей на рубеже XIV-XV вв. под названием великого княжества Литовского, хотя по основному составу населения, по культуре, даже по государственному языку оно было не литовским, а русским.

По мере того как намечалось завершение борьбы Московского государства с Золотой Ордой, "барьер" делался все более мощным. В дальнейшем, как мы увидим, его сильными флангами стали на севере - Швеция, на юге - османская Турция.

На первый взгляд система "барьера" выглядит, как естественная самооборона идущей вперед Европы против сил застоя и реакции, удержавшихся в Азии в виде наследства Монгольской империи: ведь Московия была формально ее составной частью, самой близкой к Европе. Но тот факт, что "барьер" особенно усилился именно тогда, когда Московское государство достигло независимости, говорит о совсем иных мотивах этой вековой политической борьбы. И внешнеполитический аппарат Русского государства и русская армия сложились в основном в борьбе с Золотой Ордой и были приспособлены преимущественно к нуждам восточной политики. Пока русская армия не переняла европейской техники, ей трудно было одолеть даже весьма несовершенные турецкие или польские войска. "Соседи России настолько хорошо понимали это, - говорит французский историк Рамбо, - что старались увековечить ее изоляцию, которая сначала была только роковой случайностью ее истории.» 2

В странах западнее Германии дорога для прогресса тоже была загромождена глыбами остатков средневековья. Папство не так официально способствовал удушению северо-итальянского очага капитализма и гуманизма.3

Империя при Карле Габсбурге прямо взяла на себя роль всеевропейского жандарма Германская империя могла играть свою, хорошо известную историкам, реакционную роль в жизни всей Западной Европы лишь в той мере, в какой она имела свободные руки в Восточной Европе. Неверно говорят, что средневековую "Священную Римскую империю германской нации" вообще нельзя рассматривать как политическое целое. Ее раздробленность на территориальные княжества не исключала того, что политический центр тяжести этого аморфного конгломерата мог перемещаться в разные моменты то на восток, то на запад .

Таким-то образом получалось, что на протяжении времени, примерно с середины XV до середины XVII в., прогрессивные элементы западноевропейского общества получали возможность одерживать крупные победы как раз в те моменты, когда на Востоке Европы грозно очерчивались гигантские контуры двух активных политических сил - России и Турции, отвлекавшие на себя внимание империи.

С XVI в. значение России начало более и более возрастать. "Московская опасность" становится уже с конца XV в. модной темой политической пропаганды в Империи Габсбургов, да и в других европейских странах.

Попытку Европы предоставить Московскому государству место в составе Римско-Германской империи и титула королевства Иван III отверг. Провалились и мечты римского папы использовать как своего рода сети женитьбу Ивана III на Софье Палеолог. Иван III нашел союзников в лице Дании и Венгрии, в борьбе против Ливонии и Польши. После мира 1503 г. Ливония надолго выбыла из игры, а польско-литовская часть барьера подверглась с 1506 г., уже при Василии III, новому испытанию на прочность и к 1519 г. была прорвана русскими войсками. Теперь, казалось, реакционная Римско-германская империя неминуемо должна была сама вступить в борьбу, а тем самым поневоле отвлечь свои силы от охраны "порядка" в Европе. Однако этого не случилось. Дело в том, что Московское государство при Иване III сбросило и уничтожило Золотую Орду, но далеко не ликвидировало ее наследства. Опасные татарские ханства граничили с ним на востоке и юге. Пока оно воевало на западе, подняло голову Крымское ханство, перестало повиноваться Казанское. Вот почему Василию III пришлось отказаться от развития успеха на Западе, спешно заключить мир и вернуться к доделке восточной задачи. 4

Когда в 1547 г. саксонец Ганс Шлитте по поручению московского правительства набрал на русскую службу 123 специалистов, они все были насильственно задержаны в Любеке; мало того, сам Шлитте был заключен в Ливонии в тюрьму, а один из нанятых мастеров, пытавшийся самовольно перейти границу, был схвачен и казнен. По словам современников-немцев, "лифляндцы, поляки, пруссаки и ганзейские города как бы заперли и закрыли все русские и московские страны... ".

Перед руководящими кругами Габсбургской империи и вассальных ей государств возникли многие основные задачи, о которых свидетельствуют разнообразные документы.

Распространялось множество слухов, открытых писем, рукописных и печатных сочинений ("плакатов") о "зверствах" русских в Ливонии, о том, что они едят мясо убитых детей и т.д.; одно из сочинений носило такое характерное название: "О страшном вреде и великой опасности для всего христианства и в особенности для Германской империи и всех прилежащих королевств и земель, если московит утвердится в Ливонии и на Балтийском море".

Во-вторых, надо было добиться полного осуществления торговой блокады Московского государства

Воспользовавшись трудным временем России в период Смуты, силы европейского "порядка" во главе с римским папой и немецким императором получили возможность не только отбросить Россию, но и крепко навалить на нее центральную плиту "восточного барьера" - Речь Посполитую. Сначала они шли к этому путем навязывания "унии", затем - путем открытой интервенции. Европа должна поддерживать сильную Польшу как "оплот против турка, московита и татарина".

Габсбурги, однако, в начале XVII в. еще не думали уступать роли главного хранителя устоев в Европе. Напротив, после безрезультатного для России окончания Ливонской войны они, хотя и с боязливой оглядкой на Восток, принялись за подготовку восстановления своего (распавшегося после Карла V) господства- над Западом под знаменами католической реакции.

Польско-литовская и присоединившаяся к ней шведская интервенция в России, правда, потерпела крах под ударами всенародной отечественной войны, но все же она сильно ослабила Россию, да и в территориальном отношении завершилась все же солидным успехом: по Столбовскому миру и Деулинскому перемирию в 1617- 1618 гг. Московское государство было потеснено на восток.


^ Глава 2. Привлечение иностранных поданных на русскую службу:

конфессиональный отбор, социальный и правовой статус

Лютеранские общины Москвы и их покровители в Западной Европе XVII в.: правовой статус и реальное положение


Проблема отношений России и Европы остается актуальной и представляет значительный интерес для исследователей в наши дни. Однако в современной исторической науке нет почти ни одной полной работы, касающейся политики русской власти по отношению к иноземцам в свете того религиозно-конфессионального предпочтения, которое имело место в вехах истории.

На протяжении многовекового контакта России с Западной Европой в Россию идет почти постоянный наплыв граждан Западной Европы, в большинстве своем эмигрантов из стран лютеранского вероисповедания.1

Протестантам предоставлялась в России относительная религиозная свобода и право строить свои церкви. Путешествующий по России иностранец де ла Невилль отмечал, что «ни одно из вероисповеданий за исключением католического, не находит себе в Московии запрещения»2

При этом необходимо было ограничить русское общество от того негатива, который возможно смогли бы оказать «немцы» на русское общество. Каждый европеец был носителем чужой религии, чужого образа жизни, быта и ментальности «пагубного» для российской действительности. Необходимо было проводить некую «селекцию» или отбор, беря от европейцев лучшее и ограждая их субъективность от влияния на российское общество.3 Каждый европеец был связан со своим народом, со своей религией и той общиной единоверцев, которая окружала его в России.

Благополучие граждан Западной Европы в России во многом зависело от их статуса и расположения к ним влиятельных людей их страны. Эти покровители, как правило, через своих ставленников в России видели свои цели, реализуемые через «немецкие» общины и их влиянии на российскую власть. Благополучие общины говорило о расположении государя к той или иной группе иноверцев, а значит и к стране, выходцами из которой они являлись.

Земским Собором в 1649 году был принят важнейший законодательный акт - Соборное Уложение. Уложение оговаривало дееспособность иноземцев и иноверцев в России. Статья 40 главы XIX Уложения запрещала иностранцам, не принявшим православие, владеть недвижимостью на территории Москвы: «...дворов и дворовых мест у руских людей немцам и немкам вдовам не покупати, и в заклад не имати... А будет кто руские люди учнут немцам или немкам дворы и дворовья места продавати, и им за то от государя быти в опале»4В ней же предписывалось сломать все лютеранские церкви в городе и строить их рядом с православными церквями: «А на которых немецких дворех поставлены немецкие керки, и те керки сломати, и впередь в Китае и в Белом и в Земляном городе на немецких дворех керкам не быти. А быти им за городом за Земляном, от церквей Божиих в далных местех»5

Статья 24 главы XX предписывала смертную казнь за совращение православных в мусульманскую веру. Относительно обращения в протестантизм (как и в католицизм) русских людей закон умалчивал.6

4 октября 1652 года царь издал указ, по которому все инославные христиане, не желавшие перейти в православие и повторно креститься, должны были поселиться в Ново-Немецкой слободу на Кукуе. Число протестантов здесь год от года увеличивалось, так как правительство охотнее призывало из-за границы протестантов, а не тех, «кои папежской веры».7

Как видно из статьи 24 Соборного Уложения переход в другую веру карался смертной казнью.

Во второй половине XVI в. в Москве уже имелось три иноземные церкви- две Лютеранские и одна Реформатская. Реформатская община называлась голландской и возглавлялась пастором И. Кравинкелем. Разрешение царя на постройку кирхи давалось в каждом отдельном случае и не могло быть возведено в правило. Часто это зависело от расположения к кирхе того или иного покровителя8.

В 1652 г. Алексей Михайлович официально даровал право строительство кирхи кальвинистскому пастору Иоганну Кравинкелю на Земляном валу. 9 По ходатайству саксонского курфюрста Иоганна Георга I в Москве была образована самостоятельная саксонская община. Одна из лютеранских общин, руководимая пастором Фадемрехтом, носила название Старо-Немецкой общины или Купеческой, а позже св. Михаила. Вторая община в главе с пастором И. Якоби именовалась Новой или Ново-Немецкой или Офицерской, а впоследствии саксонской общиной Св. Петра и Павла. В 1658 г. на средства полковника Николая Баумана, ставшего главой церковного совета Новой лютеранской офицерской общины в общину был приглашен пастор из Тюрингии Фокеродт10. По лютеранскому закону в общине или приходе управляющую роль играл ее руководитель, который имел право назначать пасторов. В дальнейшем расположение Николая Баумана к Фокеродту изменилось, и на его место был призван бывший полковник Иоганн Готфрид Грегори, пасынок лейб-медика Лаврентия Алферовича Блументроста, видного пиетиста. Грегори был выходцем из Марзебурга (Марбурга) из семьи врача, в молодости состоял в шведской, а потом в польской военной службе. Благосклонное отношение царя Алексея Михайловича к протестантам привело в 1658 г. Грегори в Москву, где он устроился учителем в лютеранском приходе пастора Фадемрехта. Влиятельный в кругу московских протестантов, генерал Бауман сделался покровителем Грегори и настаивал на принятии им места пастора. Грегори по настоянию Баумана в середине 1660-х гг удалось получить разрешение на поездку в Саксонию с целью найма мастеров и военных для русского престола. Там, в Саксонии Грегори занялся и другой целью, а именно поиском покровителей для саксонской (Новой) общины в Москве, там же он был и ординирован (посвящен в пасторы) в присутствии курфюрста Саксонии в Дрездане Иоганна Георга II. Таким образом, с мая 1668 г. И.Г. Грегори стал вторым пастором немецкой аугсбургско-евангелической офицерской общины в третьей лютеранской церкви Ново-Немецкой слободы. Ввиду распрей между Грегори и старыми пасторами, для него была устроена Бауманом особая кирха. При ней Грегори открыл училище как для детей лютеранского, так и православного вероисповедания, а в виде школьного подспорья создал домашний театр, на котором разыгрывались «мистерии» его сочинений.

Вскоре по доносу пастор был обвинен в том, что он якобы сбежал из солдатской роты в Саксонии и был приговорен по суду к лишению всех прав и привилегий. Центральным пунктом обвинения было то, что Грегори на одном из б-гослужений 31 мая 1668 г. произнес имя царя Алексея Михайловича после имен германских государей, а русских людей называл бесчестными варварами . Однако следствие оправдало пастора. Грегори добился поддержки Иоанна Георга II, герцога Эрнста Благочестивого и маркграфа Баденского Вильгельма. На средст­ва, полученные из Саксонии, в Москве была основана школа для детей лютеран. К 1670 г. школа при Офицерской церкви, благодаря герцогу Эрнсту Благочестивому бесплатно принимала всех детей.

Правители Саксонии — курфюрст Иоганн Георг II и герцог Христиан, позже саксонский герцог Эрнст часто ходатайствовали за лютеран которые жили в России.

Третьим пастором после Грегори, который был поставлен Бауманом, и посланцем Франке стал в 1699 г. Самуэль Шаршмид.11 Его покровителями в Москве были лейб-медик Лаврентий Блюментрост (выпускник университета Галле) и адмирал Корнелий Крюйс. Главным пастором московской общины Св. Петра и Павла был с 1700 по 1721 г. Ульрих Томас Ролофф, который слал активным приверженцем пиетизма и в затруднениях обращался письменно к Франке. Так в письме от 3 февраля 1710 г., он просит прислать «двух проверенных студентов теологии» способных понимать русский и финский языки12. Вторым пастором при нем был сначала Шаршмидт, а затем, в 1715-1720 гг. Иоганнес Хассенштейн. После смерти Роллофа его место до 1739 г. занимал бывший до того учителем и вторым пастором Иоганн Райхмут при котором вторым пастором был Альберт Антон Фирорт, а в 1733-1739 гг- Йоханнес Нейбауэр. Райхмута последовательно сменяли пастор Карл Готфрид Минау в 1754-1775 гг.Все эти пасторы были раньше студентами пиетистского университета в Галле, школы которого имелись по всей России. Центром лютеранской ортодоксии была так называемая «старая» московская лютеранская церковь св. Михаила, идущая против пиетизма и держащейся политики нераспространения своей веры среди православных граждан.

Иноземцы выезжали на службу в Россию на «государево имя», «на вечную службу», либо «на время» — на оговоренный срок. Однако, приехав в Московское государство, иноземец оказы­вался полностью во власти русского правительства. Наиболее яв­но это обнаруживается в вопросе о продолжительности служ­бы иноземцев государю московскому. Ав­густин Мейерберг писал: «Царь жестоко издевается над условиями, которыми они обеспечили себе увольнение на родину, после определенного срока службы… одного он останавливает щедростью, другого просьбами, третьего повышением, даже, если ему угодно, ссыл­кою в излучистые закоулки безвыходных трущоб; проповедает всем о неприличии увольнения от службы для военных людей в такое время, когда война в самом разгаре или когда ее опаса­ются». 13

Въехавший служить царю на несколько лет иностра­нец, если «служба его государю годна», мог быть задержан в России. Из дневника Гордона нам известно, что оружейный мастер Кальтгоффе не был отпущен из России и в 1667 году вопреки неоднократным письменным ходатайствам за него Карла II Стюарта14.

С требованием отпустить за рубеж генерала-поручика Ни­колая Баумана (выехал в Россию 1657 г.) к царю Алексею Ми­хайловичу тщетно в 1663 и 1665 годах обращался дат­ский король Фридрих III. Бауман получил воз­можность покинуть Россию в 1671 году, уже при короле Христиане V, и лишь после того как уверил русские власти, что не в состоянии нести службу из-за старости и болезни.15

Ан­глийский врач Самуил Коллинс приводит слова А. Л. Ордина-Нащокина: «Нам кажется странно, зачем часто присылаются особенные королевские письма с просьбами за частных лиц, как будто наш царь не довольно печется как об русских, так и об иностранцах. Редко другие государи обращаются к нам с такими просьбами, кроме датского, у которого они, как слыш­но, дешевы»16.

Поступивший на службу иноземец мог принять российское подданство, связанное с крещением в православие.

Новообращенный в православие приобретал покровителей в лице крестных отца и матери, кроме того, появлялась воз­можность упрочить свое положение через выгодный брак, породнившись со знатным или состоятельным русским семей­ством. Так система западноевропейских покровителей прекращалась и заменялась покровительством русских влиятельных людей. Олеарий так описывал переселение выходцев из Западной Европы не принявших православие : «Был отдан строгий приказ кто из немцев хочет перекрестится по русскому обряду , пусть остается жить в городе, но кто отказывается поступить так , тот обязан в течении короткого времени вместе с жилищем своим выбраться из города за Покровские ворота на Кукуй»17

^ Иностранцы в Москве XVII в.: численность и особенности

конфессионального выбора

Лютеранство в отличии от католицизма не ставило своей задачей как-то влиять на существующий строй, ибо «чья власть того и вера» («Потому мы и должны жить по Его заповеди. (Путешествующий по России иностранец де ла Невилль отмечал, что «ни одно из вероисповеданий за исключением католического, не находит себе в Московии запрещения»1 )

Эта заповедь указывает и повелевает нам не то, чтобы не повиноваться властям, а, напро­тив, не только перед властями, но и перед всяким мы должны смиряться, мы обязаны также охотно повиноваться вашим выборным и установленным властям (которые поставлены нам от бога) во всех справедливых и христианских делах...» 2

В 1547 г. саксонец Ганс Шлитте по поручению московского правительства набрал на русскую службу 123 специалистов, они все были насильственно задержаны в Любеке4. По словам современников-немцев, "лифляндцы, поляки, пруссаки и ганзейские города как бы заперли и закрыли все русские и московские страны... "5

Известен приказ полковнику Лесли, который отвечал в начале XVII в. за наем иноземцев в Россию: « опричь французский людей, а францужан и иных, которые римския веры, однолично не наймовать»6 Этот наказ послужил законной базой для конфессионального отбора иноземцев в Россию. По этому тезису также можно определить причину приоритета протестантов над представителями католической церкви.

Чтобы понять стратегию конфессиональной политики русского правительства по отношению к иноземцам нужно лучше изучать центр иноземничества в России- Немецкую слободу.

Приглашение западноевропейских и их расселение специалистов встретило сопротивление. Патриарх Иоаким убеждал: "Разве нет в благочестивой царской державе своих военачальников? Мало ли у нас людей искусных в ратоборстве и полковом устроении?" Иноземцы, уверял патриарх, "враги Богу, пречистой Богородице и святой церкви". 7

Правительство часто само присоединялось к гонениям против им же приглашенных иностранцев - тут постоянно боролись желание воспользоваться квалифицированными специалистами и боязнь к негативному влиянию иноземцев на общество. В 1628 г. иностранцам запретили иметь русских слуг8. Сказывался и чисто меркантильный интерес русских. Так в 1643 г. несколько священников московских церквей во главе с отцом Прокофием из церкви святого Николая в Столпе и Федосеем из Космодемианской церкви обратились с челобитной к царю Михаилу Федоровичу, в которой жаловались на то, что иностранцы скупают дворы в их приходах, уменьшая таким образом доходы причта, убеждая государя, чтобы он "велел бы с тех дворов немец сослать"9, сообщая, что иноземцы "держат у себя в домех всякия корчмы", в довершение еще ставят свои церкви вблизи православных храмов, а от этого, как напоминали царю священники, "всякое осквернение Руским людям от тех немец бывает".10 Правительство приняло решение: "ропаты, которые у немец поставлены во дворех близко русских церквей, сломать". 11

Через несколько лет всех иноземцев вообще решили выселить из города. 4 октября 1652 г. вышел указ об отводе земли под строение в Немецкой слободе: "Афонасий Иванов сын Нестеров, да дьяки Федор Иванов да Богдан Арефьев строили новую иноземскую слободу за Покровскими воротами, за Земляным городом, подле Яузы реки, где были наперед сего немецкие дворы при прежних Великих Государях до Московского разорения, и роздали в той Немецкой слободе под дворы земли, размеря против наказу, каков был дан из Земского приказу..."12 Раздавали земельные участки, "смотря по достоинствам, должности или занятиям":генералы, офицеры и докторы получали по 800 квадратных саженей, обер-офицеры, аптекари, мастера золотого и серебряного дела - по 450, капралы и сержанты - по 80 саженей.

Поскольку подавляющее большинство иностранцев проживало не в самой Москве, а Ново-Немецкой слободе, тенденции в численном, национальном, про^ Глава 3. Результаты привлечения иностранных подданных на русскую службу XVII в.
Роль иностранцев-протестантов в вооруженных силах России XVII в

Роль иностранце в-протестантов в вооруженных силах

России XVII в.

Вопрос о формировании профессионального русского войска нельзя отделить от проблем связи России с Западноевропейскими государствами, где к 17 веку армия уже смогла пройти процесс от народного ополчения с феодальной верхушкой к профессиональной армии, в которой особую роль на этапе ее становления играло военное наемничество, несвязанное с национальными идеями той страны, которой она служит. В чем же специфика западноевропейского наемничества на службе в других государствах в том числе и в России?

Чтобы ответить на этот вопрос необходимо видеть те цели которые ставило русское правительство при формировании профессиональной армии. В 17 веке Россия постепенно отказывается от идей средневековья. На смену "народного" феодализма приходит абсолютизм, выразившийся в укоренении новой