Реферат: Деривационно-семантические категории существительных: функционально-семантический подход (на материале современного немецкого языка)

На правах рукописи


ИСКАНДАРОВА Гульнара Рифовна


Деривационно-семантические категории

существительных:

функционально-семантический подход

(на материале современного немецкого языка)


Специальность 10.02.04 – германские языки


АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук


Уфа - 2011

Работа выполнена на кафедре немецкой филологии государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Башкирский государственный университет»


^ Научный консультант







доктор филологических наук, профессор

Мурясов Рахим Закиевич

^ Официальные оппоненты:







доктор филологических наук, профессор

Шакирова Резеда Дильшатовна

(Набережночелнинский государственный педагогический институт)





доктор филологических наук, профессор

Копчук Любовь Борисовна

(Российский Государственный Педагогический Университет им. А.И. Герцена)





доктор филологических наук, профессор

Нухов Салават Жавдатович

(Башкирский государственный педагогический университет им. М. Акмуллы)


^ Ведущая организация

ГОУ ВПО «Кабардино-Балкарский государственный университет им. Х.М. Бербекова»








Защита состоится «17» июня 2011 г. в 10.00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.013.12 по защите диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук при ГОУ ВПО «Башкирский государственный университет» по адресу: 450076, г. Уфа, ул. Коммунистическая, 19, ауд. 31.


С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Башкирского государственного университета по адресу: 450074, г. Уфа, ул. Заки Валиди, 32.


Автореферат разослан «___» ____________ 2011 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета Чанышева З.З.

^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ

Реферируемая диссертационная работа, продолжающая традиции отечественной и зарубежной лингвистики в области дериватологии, представляет собой исследование деривационно-семантических категорий агентивности, акциональности и качественности в рамках словообразования существительных современного немецкого языка.
^ Актуальность темы данного исследования определяется использованием функционально-семантического подхода к словообразовательным категориям немецкого языка, что помогает осмыслить окружающий мир с новых методологических позиций и представить его максимально полно средствами словообразования, во всем его многообразии проявлений. Рассмотрение деривационно-семантических категорий в рамках дескриптивной структуралистической модели с учетом исследований новейшей лингвистики позволяет увидеть закономерности структурирования и функционирования словообразования по-новому, точнее и глубже. Полученные результаты позволяют оптимизировать дальнейшие научные исследования не только деривативного словообразования, но и всей словообразовательной системы языка.

^ Объектом исследования в данной диссертации являются аффиксальные производные существительные деривационно-семантических категорий агентивности, акциональности и качественности в немецком языке, рассматриваемые в плане синхронии в рамках функционально-семантического подхода.

^ Предмет исследования – изучение функционирования деривационно-семантических категорий Nomina agentis, Nomina actionis и Nomina qualitatis в словообразовательной системе современного немецкого языка.

^ Целью работы является исследование словообразовательных категорий Nomina agentis, Nomina actionis и Nomina qualitatis в синхронии в функционально-семантическом, структурно-синтаксическом и стилистическом аспектах и анализ их взаимодействия в структуре производного имени в современном немецком языке.

Цель работы обусловила постановку следующих основных задач:

разработать методологические принципы описания деривационно-семантических категорий;

установить особенности немецкой словообразовательной системы при образовании Nomina agentis, Nomina actionis и Nomina qualitatis.

исследовать производные деривационно-семантических категорий Nomina agentis, Nomina actionis и Nomina qualitatis немецкого языка в функционально-семантическом, структурно-синтаксическом и стилистическом аспектах;

провести семантико-структурное моделирование категории агентивности;

выявить словообразовательные возможности различных частей речи при образовании Nomina agentis, Nomina actionis и Nomina qualitatis;

определить лексико-семантический потенциал словообразовательных моделей аффиксальных агентивных, акциональных и качественных дериватов;

установить внутреннюю структуру, т.е. «внутренний синтаксис» производного имени при помощи метода трансформаций и парафраз;

составить классификацию немецких полуаффиксов с учетом их словообразовательно-стилистических потенций;

исследовать взаимодействие разнотипных деривационно-семантических категорий во внутренней структуре немецких агентивных, акциональных и качественных производных с целью выявления семантических конфигураций полей;

предложить одну из возможностей семантического моделирования исследуемых категорий в рамках функционально-семантического подхода;

описать языковой материал в русле структуралистической дескриптивной модели, следуя традиционным грамматическим концепциям, с учетом новейших результатов лингвистических исследований.

^ Теоретической базой предпринятого исследования послужили работы отечественных и зарубежных лингвистов в сфере словообразования – Е.С. Кубряковой, М.Д. Степановой, Р.З. Мурясова, К.А. Левковской, В.Н. Федорцовой, И.Г. Милославского, В.В. Виноградова, В.М. Павлова, О.Д. Мешкова, В. Флейшера, В. Моча, И. Барц, И. Онхейзер, Й. Эрбена, Г. Вельмана, П. фон Поленца, Л. Эйхингера, Э. Доналис и др.; в области полисемии – Ю.Д. Апресяна, И.Г. Ольшанского, Е.Г. Беляевской, М. Хюнинга, П. Шифко и др.; в области стилистики – Р.Г. Гатауллина, В.Д. Девкина, Н.М. Шанского, А.А. Ладисова и др.; в области семантики – П.А. Соболевой, Е.А. Земской, И.С. Улуханова, А.Н. Тихонова, А.Н. Яковлюка, В. Дресслера, О. Панагля и др.; в когнитивной лингвистике – З.Д. Поповой, И.А. Стернина, Е.И. Головановой, Л.В. Бабиной, Л.М. Борисенковой, М. Бирвиша, А. Мердийка, Й. Мейбауэра и др. Кроме трудов названных авторов, теоретической базой исследования явились работы общетеоретического характера и работы ученых, в которых исследуются стыковые проблемы: Ш. Балли, А.В. Бондарко, Н.Ф. Алефиренко, В.Г. Гака, В.И. Кодухова, Е.С. Кубряковой и др.

^ Методологической базой диссертации являются следующие общетеоретические положения:

положение о языковой системе как объективно существующей и развивающейся реальности;

положение о динамическом аспекте процессов языковой категоризации в области словообразования;

широкий функциональный подход, базирующийся на признании тесной взаимосвязи и взаимодействия уровней языковой системы, учитывающий функциональный критерий при анализе семантического потенциала языковых единиц.

Для решения поставленных задач в работе применяется комплекс методов, разработанных в теории словообразования: моделирование мотивационных отношений между производящей и производной основами, метод семантического перифразирования производного слова в синонимические выражения, метод лексикографической интерпретации, метод компонентного анализа, трансформационный анализ, семантико-структурное и структурно-семантическое моделирование, метод классификации, метод словарных дефиниций, количественный анализ и т.д.

В нашем исследовании основным методом работы является синхронный метод исследования, который призван учитывать и диахронию, потому что «в словаре заложены также и непродуктивные словообразовательные типы, а отношения между производящей основой и дериватом зачастую обусловлены исторической динамикой» [Fleischer, Barz 1995: 9].

В качестве материала для данного исследования послужили различные источники. Проанализирован значительный корпус словарных дефиниций, фрагменты текстов, а также примеры из авторитетных монографических изданий (всего более 2500 единиц).

Во-первых, языковой материал отбирался методом сплошной выборки из лексикографических источников, литературных произведений немецкоязычных авторов. В качестве основных словарей послужили:

Duden. Das Bedeutungswörterbuch. Bd. 10 (2002): / hrsg. von der Dudenredaktion. [Red. Bearb.: Birgit Eickhoff ...]. – 3., neu bearb. und erw. Aufl. – Mannheim; Leipzig; Wien; Zürich: Dudenverlag, 2002. – 1103 S. (Der Duden in zwölf Bänden; 10).

Duden. Deutsches Universalwörterbuch (2001): / hrsg. von der Dudenredaktion. – 4., neu bearb. und erw. Aufl. – Mannheim; Leipzig; Wien; Zürich: Dudenverlag, 2001. – 1892 S.

Во-вторых, часть немецких примеров взята из электронной системы «COSMAS» (Corpus Search Management and Analysis System) Института Немецкого языка (г. Мангейм, Германия), в которой представлен огромнейший языковой материал.

В результате исследования сформулированы и выносятся на защиту следующие положения:

Функционально-семантический подход, встраивающийся в методологические принципы когнитивизма, представляет собой интегративную методику анализа деривационно-семантических категорий Nomina agentis, Nomina actionis и Nomina qualitatis.

Метод настоящего исследования деривационно-семантических категорий агентивности, акциональности и качественности коррелирует с трехуровневой концепцией познания мира (уровень эмпирического познания, уровень понятийного обобщения, уровень интерпретационно-оценочного осмысления).

Деривационно-семантическая категория Nomina agentis является антропоцентричной категорией. В зависимости от характера осуществляемой агенсом деятельности в ней выделяются три основные семантические подгруппы: профессиональная, хабитуальная и окказиональная.

Во «внутреннем» синтаксисе агентивных дериватов реализуется универсальный семантический конструкт «агенс – предикат – объект», из которого выводятся частные формулы «агенс – предикат» (для отглагольных производных) и «агенс – объект» (для отыменных производных). Отсутствие «внутреннего синтаксиса» у акциональных и качественных производных компенсируется их внешним синтаксисом.

Интернациональные словообразовательные модели агентивной семантики часто находятся в дополнительной дистрибуции с исконными словообразовательными моделями, что ведет к синонимии словообразовательных типов и/или к дифференциации значения производных слов.

С точки зрения когнитивной лингвистики категория акциональности мыслится как агентивный антропный концепт действия, агенс которого нацелен на достижение его результата.

Одним словообразовательным моделям деривационно-семантической категории Nomina actionis свойственна только процессуальная семантика, в то время как другие словообразовательные модели способны выражать процессуально-предметные или только конкретно-предметные значения.

Качество-свойство, характеризующее предмет или лицо, не только переносится на его носителя, который его проявляет, обнаруживает, но и воспринимается другим человеком (зрительно, интеллектуально, эмоционально).

Взаимодействие и взаимопроникновение деривационно-семантических категорий (полей) в структуре немецкого производного имени происходит на уровне метонимических когнитивных моделей. Наибольшее распространение получают следующие конфигурации полей: агенс + инструмент, действие + результат действия.

На этапе интерпретативно-оценочного осмысления мира (вторичная концептуализация) производное слово призвано выполнять квалификативную функцию, т.е. функцию субъективной и объективной оценки явлений действительности, которая заложена в его стилистических потенциях.

^ Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней:

впервые представлено комплексное описание деривационно-семантических категорий Nomina agentis, Nomina actionis и Nomina qualitatis в современном немецком языке с позиций функционально-семантического подхода;

изложены методологические принципы описания деривационно-семантических категорий в словообразовании как подсистеме языка;

установлены и описаны продуктивные словообразовательные модели категорий агентивности, акциональности и качественности и закономерности их функционирования в системе словообразования немецкого языка;

исследована природа взаимодействия деривационно-семантических категорий в словообразовательной структуре производного слова;

обоснована концепция трехуровневого познания мира (эмпирический, базово-понятийный, интерпретационно-оценочный) на примере поэтапного исследования категорий агентивности, акциональности и качественности, их взаимодействия и стилистических характеристик.

^ Теоретическая значимость диссертации состоит в том, что в ней:

определено место деривационно-семантических категорий агентивности, акциональности и качественности в словообразовательной системе и шире, в номинативной деятельности человека;

исследована концептуально-семантическая структура производного слова;

проведено семантико-структурное моделирование деривационно-семантической категории Nomina agentis;

деривационно-семантические категории описаны как полевые структуры, характеризующиеся наличием ядра и периферии;

предложено семантическое моделирование деривационно-семантических категорий агентивности, акциональности и качественности с учетом результатов новейших лингвистических исследований;

обоснована теория взаимодействия деривационно-семантических категорий на примере метонимических когнитивных моделей;

рассмотрены собственно номинативные функции деривационного акта с функциями выражения объективной и субъективной оценки явлений действительности.

Теоретические выводы могут быть использованы в типологических, сравнительных и сопоставительных исследованиях по словообразованию как родственных, так и неродственных языков; в лексикологических и грамматических научных работах при дальнейшей разработке проблем дериватологии.

^ Практическая значимость выполненного исследования заключается в возможности применения его результатов при чтении теоретических курсов лексикологии, грамматики современного немецкого языка; общего и сопоставительного языкознания; когнитивной лингвистики; в преподавании немецкого языка на практических занятиях для совершенствования словообразовательных навыков; в переводческой практике. Практический материал диссертации может быть использован при создании лексикологических, грамматических учебных пособий и учебников, а также при составлении тематических словарей немецкого языка.

Основные положения диссертационной работы прошли апробацию на Всероссийской конференции «Речевая компетентность современного студента в условиях языковой нестабильности в изменяющейся России» (Армавир, Армавирский государственный педагогический университет, 2-4 ноября 2009 г.), на Всероссийской заочной научно-практической конференции с международным участием «Ключевые аспекты научной деятельности» (Екатеринбург, журнал научных публикаций «Мир гуманитарных наук», 23 августа 2010 г.); на межрегиональной конференции «Актуальные проблемы сопоставительного языкознания и межкультурные коммуникации» (Уфа, Башкирский государственный университет, 1999 г.), на межвузовской научно-методической конференции «Вопросы обучения иностранным языкам: методика, лингвистика, психология» (Уфа, Уфимский государственный авиационный технический университет, 20-22 июня 2007 г.), на второй научно-практической конференции «Немецкий язык в Башкортостане: проблемы и перспективы» (Уфа, Башкирский государственный университет, 2007 г.); на Международной научно-практической конференциии «Язык, литература, культура: диалог поколений» (Чебоксары, Чувашгоспедуниверситет им. И.Я. Яковлева, 14-16 октября 2003 г.), на II Международной научной конференции «Актуальные проблемы современного научного знания» (Пятигорск, Пятигорская государственная фармацевтическая академия, январь 2009 г.), на I Международной научно-практической конференции «Лингвистика в современном мире» (Таганрог, Центр научной мысли Таганрогского государственного педагогического института, 30 августа 2010 г.), на V Международной научно-практической конференции «Наука и современность – 2010» (Новосибирск, 4 октября 2010 г.), на IV Международной научно-практической конференции «Общетеоретические и типологические проблемы языкознания» (Бийск, 14-15 октября 2010 г.).

Научное исследование обсуждалось на заседаниях кафедры немецкой филологии факультета романо-германской филологии Башкирского государственного университета (г. Уфа). Основные результаты работы нашли отражение в 42 научных публикациях, включая 3 монографии и 10 статей в рецензируемых научных журналах ВАК РФ.

^ Структура работы обусловлена изложенными выше целью и задачами исследования. Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, списка иллюстративных источников, списка лексикографических источников и списка использованной литературы.



Агентивные производные современного немецкого языка вступают в дальнейшее словопроизводство, выступая производящими базами транспозиционных и модификационных образований. Так, в рамках транспозиции идет продуктивно образование локативных (Schlosser – Schlosserei, Tischler – Tischlerei) и локативно-акциональных (Brauer – Brauerei, Bäcker – Bäckerei) имен.

Модификационные образования образуют периферию словообразовательной категории Nomina Agentis. Модификационные образования модифицируют словообразовательное значение агентивного имени «лицо, которое совершает действие» при помощи следующих предикатов: 1. [+ все], 2. [+ с, + вместе с, + партнер кого-л.], 3. [+ женский; + мужской]. Исходя из этого, возникают следующие модификационные значения Nomina Agentis:

«все лица, которые совершают действие» (Nomina collectiva): (Leserschaft, Arbeiterschaft);

2. «содеятель, который совершает действие, соучастник» (Nomina sociativa): (Mitstreiter, Koreferent);

3. «лицо женского пола, которое совершает действие / лицо мужского пола, которое совершает действие»: (^ Schneiderin, Friseuse).

Второй раздел «Деривационно-семантическая категория Nomina actionis» посвящен структурно-семантическому анализу производных категории акциональности. Категория Nomina actionis описывается с когнитивных позиций, структурному анализу подвергнуты продуктивные словообразовательные типы имен действия, рассмотрены словообразовательная синонимия нулевых дериватов и субстантивированного инфинитива, а также сопровождающие деривацию морфонологические явления в структуре акциональных производных.

Категория имен действия, или Nomina actionis, является семантической категорией, включающей в себя не только существительные со словообразовательно мотивированным процессуальным значением, но и существительные, у которых это значение словообразовательно не мотивировано, т.е. автономно. Существительные второй группы являются непроизводными и не подпадают под деривационно-семантическую категорию Nomina actionis. Ядро этой категории образуют отглагольные существительные, к периферии относятся неотглагольные – отсубстантивные и отадъективные – имена действия.

В практике описания производных Nomina actionis в качестве примеров, как правило, используются отглагольные производные. Повышенное внимание к отглагольным именам действия, видимо, объясняется тем, что эти существительные, сохраняя глагольные семантические характеристики, находятся в своеобразной зоне синкретизма существительного и глагола как нечто колеблющееся и неопределенное [Щерба 1958: 35-36]. Именем действия принято называть субстантивный аналог глагола. Эти слова являются формально существительными и выражают, как глаголы, деятельность в широком смысле слова – действия, состояния, изменения состояний. В традиционных трактовках имен действия непременно отмечается тот факт, что это производная номинация с пересекающимися глагольными и именными свойствами как в семантическом, так частично и в синтаксическом плане. Предполагается при этом, что Nomen actionis, как и любое другое существительное, обладает грамматическим значением предметности, которое находит свое выражение в морфологических и синтаксических свойствах этой части речи. Такими свойствами, общими для всех существительных, являются грамматические категории рода, числа и падежа, синтаксическое функционирование преимущественно в качестве подлежащего и дополнения.

При транспозиции «глагол→имя существительное» глагольная производящая основа утрачивает активный динамический характер процессуального значения, т.е. происходит своеобразная его консервация и, как результат, – опредмечивание. Естественно, утрачиваются одновременно с этим и синтагматические свойства производящего глагола, унаследованные именем действия. Нейтрализация этих свойств приводит к сужению лексических и изменению синтаксических связей опредмеченного отглагольного имени действия. В ряде работ развитие вторичных предметных значений рассматривается основанием для «вывода» отглагольных существительных за рамки деривационно-семантической категории Nomina actionis.

С точки зрения когнитивной лингвистики категория акциональности мыслится как агентивный антропный концепт действия и движения, выступающий прототипом категории «Событие». Основное назначение системы словообразования в субкатегории «Действие» – концептуализация и номинация действия, агенс которого нацелен на достижение его результата. Отсюда становится понятной связь значения опредмеченного действия с его результатом в некоторых словообразовательных моделях. Л.М. Борисенкова предлагает когнитивный критерий выделения смысла «результативность», присущего агентивному концепту: агентивный концепт можно считать результативным, если в социальном фрейме, ядром которого концепт является, присутствует смысл «цель». Авторская интенция играет в концептах такого рода особенно значительную роль: цель ставится человеком только в соответствии с его намерением; достижение положительного результата возможно лишь в том случае, если человек стремится к поставленной цели, прилагая для этого усилия [Борисенкова 2010].

Если концепт действия отражает перемещение объекта в пространстве с указанием вектора направления, то условная фигура Наблюдателя, находящаяся обычно вне рассматриваемой ситуации, становится ее участником. В этом случае Наблюдатель не только взвешивает и оценивает ситуацию, выбирает и фокусирует те ее элементы, которые будут объективированы словообразовательной номинацией, внося в нее тем самым классовый, сильный признак антропоморфности, но и участвует в ней в качестве ориентира – той точки пространства, по отношению к которой определяется и называется направление действия. Преобладающее большинство подобных словообразовательных концептов не только антропоморфны, но и антропны, так как действие выполняется активным агенсом, определяющим направление его выполнения. Таким образом, социальный фрейм, ядро которого – концепт действия, отражающий перемещение агенсом объекта в пространстве с одновременным указанием вектора его перемещения по отношению к Наблюдателю, отличается повышенным уровнем смысловой компрессии и точности.

Категория акциональности обладает мощным семантическим потенциалом. Ядром этой категории являются производные существительные со значением опредмеченного действия. В cоздании таких производных участвуют следующие словообразовательные модели: V + -ung, V + -en, V + -(at)ion, V + -e и др. Факт наличия значительного количества словообразовательных моделей производных существительных, конституирующих деривационно-семантическую категорию имен действия, свидетельствует об их системном взаимодействии, регулируемом внутренними закономерностями функционирования словообразовательного языкового механизма. Как отмечается во всех грамматиках современного немецкого языка, самыми продуктивными словообразовательными типами образования имен действия в немецком языке являются отглагольные образования с суффиксами -ung и -en.

Базовое поле Nomina actionis имеет модель-идентификатор, служащий его структурным стержнем и интерпретационной формулой всех суффиксальных моделей, конституирующих данное поле, а именно модель номинализации с -en, например: Drehung «das Sichdrehen», Entlohnung «das Entlohnen», Einflug «das Einfliegen» и т.д.

В некоторых словообразовательных моделях значение опредмеченного действия сочетается со значением состояния, возникшего как результат определенного этапа данного действия (Erregung «возбуждение» как действие и результат, выставка как действие и результат), места (Ausstieg «выход» как действие и место, гулянье как действие и место), орудия (Dusche «душ» как действие и орудие действия) и т.д. Так, В. Фляйшер пишет относительно производных с суффиксом -ung: «Die -ung-Deivate haben die Möglichkeit einer semantischen Weiterentwicklung. ‘Erwerbung’ kann auch das bezeichnen, was ‘erworben’ wurde (‘meine neue Erwerbung’)» [Fleischer 1976: 169].

По мнению В. Моча, суффикс -ung уступает словообразовательному форманту -(e)n в том, что -(e)n может образовывать производные существительные от всех глаголов [Motsch 1999: 322]. Образования на -(e)n и -ung представляют собой «чистые номинализации», что означает изменение синтаксической категории (глагол→имя существительное) при одновременном сохранении семантической репрезентации глагола. Однако в образованиях на -(e)n и -ung существуют определенные различия, которые можно проиллюстрировать на следующих примерах:

(1) ^ Die Erstürmung der Hauptstadt bedeutet meist das Ende des Krieges.

(2) Das Erstürmen der Hauptstadt bedeutet meist das Ende des Krieges.

Во втором предложении (2) Erstürmen подчеркивает временнýю последовательность отдельных событий, в то время как Erstürmung в (1) выделяет событие как целостность. Это тонкое различие объясняет и тот факт, что дериваты на -ung при определенных условиях могут стать исчисляемыми. Это не относится к образованиям на -(e)n, за исключением некоторых лексикализованных имен (например, das Schreiben «письмо»). Можно согласиться с мнением некоторых лингвистов, что формы на -(e)n дуративны, а на -ung перфективны.

Поскольку образования с -(e)n возможны от всех глаголов, то обычно в словарях общеупотребительной лексики представлены только субстантивированные инфинитивы, имеющие высокую степень лексикализованности. Характеризующиеся антропоцентризмом, они обозначают поведение, социальные взгляды, желание, внутреннее состояние людей, например: Ansinnen, Auftreten, Bedauern, Befinden, Befremden, Begehren, Behagen, Belieben, Benehmen, Betragen, Einvernehmen, Einsehen, Empfinden, Entsetzen, Entzüсken, Erbarmen, Ergehen, Ergötzen, Erleben, Erstaunen, Gebaren, Gehaben, Grausen, Leiden и т.д.

Говоря о словообразовательных моделях на -ung и -en в сфере обозначений имен действия, можно отметить их высокую продуктивность и превосходство перед другими словообразовательными моделями – исконными и иноязычными. Поскольку образования с -en возможны от всех глаголов, а суффикс -ung проявляет определенную «избирательность» к производящим основам, можно говорить об абсолютной продуктивности словообразовательной модели на -en. В этой связи обе модели можно считать синонимичными и находящимися в отношениях словообразовательного варьирования как друг с другом, так и с моделями на -Ø, -(a)tion, -enz, -age, -ur и т.д. Словообразовательной модели на -en больше свойственна процессуальность, в то время как модель с -ung отличается меньшей степенью вербогенности, приобретая предметные значения. Благодаря своим свойствам словообразовательный тип с суффиксом -ung дает возможность образования слов, имеющих одновременно и значение действия как процесса, а также отдельных актов, и значение действия как состояния (физического, психического) или явления, приводящему к какому-то результату, как определенного мероприятия, направленного на те или иные объекты.

Субстантивированный инфинитив и имена действия нулевой суффиксации в системе немецкого языка вступают в синонимические отношения на основании тождественности их словообразовательных и лексических значений и синонимичности способов их образования. Тождественность значений анализируемых синонимов доказывается лексикографической фиксацией образований нулевой суффиксации с приведением соотносительных с ними синонимических субстантиватов в качестве толкования значений слов с нулевым суффиксом. В единую словообразовательную категорию имена действия с нулевым суффиксом объединяет формальное отсутствие словообразовательного элемента и соотнесенность с глаголом. Основными критериями при определении мотивационных отношений между глаголом и именем существительным являются: семантическая зависимость существительного от глагола, число значений производящей основы и производного слова, соотнесенность с формами глагольной парадигмы, конкуренция (синонимия) с другими соотнесенными с той же производящей основой образованиями. Тождество производящих основ является одним из условий формирования словообразовательной синонимии между образованиями с нулевым суффиксом и субстантивированным инфинитивом.

Синонимичные субстантивированному инфинитиву в основном акциональном значении (по мотивирующему глаголу) нулевые суффиксальные образования обнаруживают способность к развитию словообразовательной многозначности, в то время как субстантивированный инфинитив почти всегда реализуется в значении процесса действия. Так, субстантивированный инфинитив традиционно понимается как абстрактное обозначение действия по глаголу, то есть обозначает действие или процесс действия, тогда как имена нулевой суффиксации, являясь наиболее семантически подвижными именами, могут служить производящими основами для семантического образования имен со значением действующего лица, орудия действия, результата действия, места действия и др. при наличии общего типового значения (действие по глаголу). По мнению А.А. Потебни, именам нулевой суффиксации более свойственна конкретная семантика, что обусловлено краткостью их формы [Потебня 1968: 95].

Со ссылкой на академическую грамматику немецкого языка [Duden. Die Grammatik 2009] мы можем утверждать, что образования нулевой суффиксации очень популярны среди носителей языка. Они часто «блокируют» более правильные образования на -ung и другие конкурентные им образования от тех же глаголов (субстантивированный инфинитив). Нулевым образованиям отдается предпочтение, что обусловлено рядом функций, которые выполняют данные образования: экономия языковых средств, возможность акцентирования в тексте, редуцирование обязательной валентности глагола через номинализацию, возможность употребления в форме множественного числа в отличие от субстантивированного инфинитива, более широкие возможности мотивации нулевых образований глаголом, чем у субстантиватов.

Анализ производных категории Nomina actionis показывает, что оформление структуры производного имени часто сопровождается морфонологическими явлениями (аблаут, умлаут, преломление). Тот факт, что аблаут имеет важное значение для словообразовательных процессов, подтверждает частотность словообразовательных моделей с нулевой суффиксацией, маркированных аблаутом. В лингвистической литературе встречается мнение, подвергающее сомнению позиции аблаута в словообразовании как несамостоятельного средства. Так, С.В. Попов пишет: «…Когда существительные оформляются одним и тем же словообразующим суффиксом и различаются только по огласовке, вряд ли можно говорить о том, что аблаут является второстепенным средством, сопутствующим деривации» [Попов 1977: 150]. В отличие от аблаута умлаут можно обозначить как сопровождающее слово- и формообразование морфонологическое средство, которое косигнализирует морфологические процессы.

Третий раздел «Деривационно-семантическая категория Nomina qualitatis» посвящен познавательно-семантическому исследованию производных деривационно-семантической категории качественности.

Актуальность исследования категории имен качества обусловлена непрекращающимся интересом лингвистов к изучению когнитивных структур, объективируемых различными языковыми формами, а также необходимостью дальнейшего изучения того, как языковое сознание воспринимает, концептуализирует и категоризирует окружающую действительность, и какие когнитивные структуры вербализуются в виде абстрактных имен – Nomina qualitatis – со значением качества.

Анализ лингвистической литературы показывает, что имена качества практически исключены из сферы актуальных исследовательских задач. Как правило, отадъективные существительные лишь упоминаются в ряду с детально рассматриваемыми отглагольными дериватами. Отчасти это понятно, так как глагол, с его обширными синтагматическими связями, сложной системой времен и наклонений, дает более объемный материал для его сравнения с Nomen actionis. Исследователей, в частности, интересуют способы выражения агенса и пациенса в высказываниях с девербативом, типы связей между номинализацией и ее финитным эквивалентом в тексте, причины убывания вербогенности, роль девербативов в коммуникативной организации текста, их синтаксические функции и т.д.

Когда же речь заходит об отадъективных именах, степень детализации в описании существенно меняется. Вот несколько типичных цитат, отражающих подход к этому материалу. Е.А. Земская пишет: «Целям номинализации служат существительные – имена действий и признаков в отвлечении от их носителей. Наиболее активны в этой функции имена существительные с суффиксами -ниj- и -ость. При этом реализуется конструктивная функция словообразования» [Земская 1992: 165]. Далее следуют примеры девербативов. Б. Комри продолжает: «В предлагаемом ниже списке для сравнения приводятся также существительные, образованные от прилагательных, поскольку с интересующей нас точки зрения они ведут себя как отглагольные» [Комри 1985: 39].

Между тем, существует, на наш взгляд, важная причина, заставляющая обратиться к именам качества, которая состоит в том, что они в наиболее явном виде воплощают диалектическое противоречие, свойственное вообще функционально-семантическому полю качественности.

Во-первых, под качеством понимают совокупность свойств, отражающих специфику вещи. Категория качества выражает целостную характеристику функционального единства существенных свойств объекта, его внутренней и внешней определенности, относительной устойчивости, его отличия от других объектов или сходства с ними.

Во-вторых, качество рассматривается как отдельное свойство, абстрагируемое или обобщаемое в значении на том основании, что оно обнаруживается при сравнении разных предметов как сходное в одних и отличающее от других.

С одной стороны, в акте номинации вещь получает словесное обозначение как совокупность свойств. Для того чтобы назвать нечто, к примеру, снегом, говорящий должен убедиться, что данный предмет имеет качественную определенность, то есть обладает совокупностью свойств, отличающей его, допустим, от того, что называют льдом, снежком, настом, снежинкой и т.п.

С другой стороны, употребляя имя вещи в речи, говорящие связывают с ним разнообразные «предикатные выражения», которые в каждом отдельном случае обозначают то или иное свойство вещи: белый снег, пушистый снег, снег падает хлопьями, слепит глаза и т.п.

Анализ примеров, во-первых, показывает, что говорящий выделяет то или иное качество именно как черту, устойчиво характеризующую предмет или лицо. Эта черта осмысляется как наличествующая у субъекта или явления, поэтому значительная группа предикатов, сочетающихся с отвлеченными именами качества, – это предикаты обладания, среди которых абсолютно лидирует глагол haben „иметь“:

(1) … ich freue mich, wenn einer zum andern flieht und die Karten etwas durcheinanderbringt, die Macher werden dann das Gefühl haben, das wir haben, das Gefühl der Hilflosigkeit, kann ich die Wissenschaft noch verstehen? (W. Koeppen)

(2) Der Soldat zog den Rock an, griff gleich in die Tasche und fand, daß die Sache ihre Richtigkeit hatte. (Der Bärenhäuter)

Идея обладания может уточняться своего рода количественными характеристиками, например (3):

(3) Er träumte von viel Wärme und komischerweise kamen in seinen Träumen keine Schnecken vor. Irgendetwas ging zu Ende, das spürte der Igel. Bloß was? (G. Billowie)

Вторая по численности группа предикатов, управляющих именами качества, – это