Реферат: Геннадий Сорокоумов «Стоматологические стихи, или Арбатское небо»



Геннадий Сорокоумов


«Стоматологические стихи,

или

Арбатское небо»


Стая поэзии, летящая от стоматолога


Что бы это могло значить? И вряд ли кому доводилось встречать подобное словосочетание – поэзия, летящая стаей стихов от стоматолога. И вот, чтобы вникнуть в суть сказанного, представим себе, и более того, пусть каждый при этом вздрогнет и едва сдерживая вопль, пусть припомнит на мгновение какая боль пронзает в зубе, когда небо над стоматологическим креслом обрушивается разом, а земля подле проваливается разом в пропасть. О какой тут поэзии думать?! Да, это так, но эффект лечения избавляет нас от мученической зубной боли, и тогда какое солнце высветляется разом перед очами с облегчением дикого страха и дыхания, какой сказочный мир вокруг воскрешается заново! И как хочется жить после этого и петь во весь голос: «Я люблю тебя, жизнь!…»

Позволяю себе рассуждать таким образом, в попытке найти тому ход, перед тем как высказать несколько слов по поводу уникального, поистине гармоничного сочетания в одном лице поэта и стоматолога.

Не ожидал такого сюрприза. Бывал на лечении в его клинике, общались, переговаривались по телефону, отличный специалист, ведающий всей своей лечебницей с её новейшей технологией, приятный, интересный собеседник, но никак не представлял я себе, что врач-стоматолог, сосредоточенный умом, душой и телом, можно сказать, днём и ночью исключительно на точечном лечении наших, извините, часто злосчастных зубов, может оказаться в то же время вдохновенным поэтом, сочиняющим музыкально- рифмованные, и в то же время, философские и злободневные стихи.

Вот, вчитываюсь в стихи Геннадия Сорокоумова, оглядываюсь вокруг, сколько им увидено и прочувствовано в окружающем нас мире. Так живёт настоящая поэзия изо дня в день, от слова на бумаге до слова в космосе души, в поисках своих читателей, дабы сродниться с ними духовно.

У настоящего поэта стихи возлетают авторскими стаями.

Сорокоумовские стихи имеют свой полёт.

Еще в 1985 году им было сказано:


На картины другие взглянуть, -

Можно видеть и лица, и дни,

Но Саврасов помог мне вдохнуть

Воздух тот, что вдыхали они.


Влажность эту пером не списать,

Кисть, наверное, тоньше берет.

Мне хотелось бы силу понять,

Что полотнам бессмертье даёт!


Здесь и лиричность, и философия, и история, своя национальная…

Но ведь надо и зубы лечить, а они, пациенты стоматологии, идут и идут чередом… А стихи тянутся к небу…


Чингиз Айтматов

25/12/06 Брюссель


У автора предлагаемой читателям книги Геннадия Сорокоумова бьется в груди сердце творца. Оно, как солнечный пульсар, горит, клокочет, взрывается и выбрасывает протуберанцы созидательной энергии. Открытия в науке, модернизация техники, внедрение современной методологии, создание творческого клуба, участие в телепрограммах и фильмах, сочинительство стихов, публичные выступления как доктора, учёного, поэта, актера, бывшего спортсмена и мецената – вот далеко не все сферы проявления разносторонней одарённости Сорокоумова. Можно долго перечислять его титулы, награды и отличия, но точнее не скажешь: «Лучший из лучших»- таково название приза, каким он отмечен общественностью России. И действительно, стоматологическая клиника «Дентал Клуб 32» оснащена самым новейшим медицинским оборудованием, в ней трудятся высококлассные профессионалы своего дела. К тому же, в отличие от подобных учреждений, она располагает своим творческим клубом – «Кабачок 13/32», в котором объединяются известные деятели искусства, науки и политики. Общаясь между собой и другими посетителями, они создают оптимистическую, душевную атмосферу, при которой меркнут любые боли и сомнения. Здесь сняты и демонстрируются на телеэкране десятки киносюжетов и юмористических клипов. В них, наряду с другими участниками, выступает Геннадий Львович и выразительно читает собственные стихи. Недаром Гильдия актеров кино России дружит с Сорокоумовым, а многочисленные звёзды отечественного театра, кино и эстрады сияют голливудскими улыбками, отшлифованными в «Клубе 32». Некоторым выдающимся представителям искусства прошлых лет он оказывает безвозмездную стоматологическую помощь даже на дому.

В кратком вступлении к книге сложно полностью оценить все проекты Сорокоумова, но поскольку основу данного сборника составляет его поэтическое творчество, об этом следует сказать особо. Сухость медицинского языка и специфика повседневной работы доктора, несомненно, сковывает романтическую натуру творца, и она выбрасывает солнечные протуберанцы стихотворений. Они с нежностью, а порой и с грустью передают чувство любви к родному краю, к друзьям и, конечно, к женщине. Во всём этом Сорокоумов, безусловно, патриот и кавалер с большой буквы. Он - исконный москвич, именно в центре столицы он родился, прошли здесь детство и молодость, здесь же находится теперь «Dental club 32». Поэтому и книга называется «Арбатское небо». Мне, как давнему члену клуба, также приятно видеть в ней подборку фотографий старых знакомых, с которыми встречаюсь много лет. Отменно, что в 2010 году исполняется 15-летие нашего творческого клуба. Я поздравляю его президента Геннадия Сорокоумова с юбилеем и выходом в свет этого поэтического сборника.

В добрый путь!

Народный артист России,

писатель Геннадий Юхтин.


^ Я хочу прожить серьёзно

И не лгать, и не лукавить –

Понимаешь, нам не поздно

Добрую оставить память.


Так давай же позабудем

Делать что-то безрассудно

И любить давай не будем,

Если в сердце чувство смутно.


Мы расстанемся навеки

С завистью, на всё готовой,

От родительской опеки

Побежим за правдой новой.


Будет радость в нашей жизни –

Наша сложная работа,

Лишь бы счастье для отчизны,

Лишь бы радость и свобода.


4 сентября 1982 г. Ялта




^ Мы надели

белоснежные халаты –

Это значит

жизнь обязаны беречь.

В этой форме

мы в своём строю солдаты,

Клятву дали

на себя болезнь отвлечь!

Очень сложно:

ни единого процента

В нашем деле

на ошибки не дано,-

Врач поможет

организму пациента,

Если руки

с чистым сердцем заодно.

Нам – студентам

медицинских институтов

Очень важно

научиться доброте,

Пусть прямая

наших жизненных маршрутов

Станет стрелкой

к беспримерной высоте!


3 августа 1982 г.


СОН ХУДОЖНИКА


А. Шилову

^ Сложных формул не надо мне знать,
Не для этого наши мозги,

Я хочу только чувства понять,

Я хочу только слышать стихи.


Мне туда, где малиновый звон,

Где грачи на крестах, где весна…

Я ушёл бы сейчас в этот сон,

Что Саврасов давно написал.


На картины другие взглянуть –

Можно видеть и лица, и дни,

Но художник помог мне вдохнуть

Воздух тот, что вдыхали они.


Влажность эту пером не списать,

Кисть, наверное, тоньше берёт,

Мне хотелось бы силу понять,

Что полотнам бессмертье даёт!


31 июля 1985 г.


^ И Вы пришли к врачу,
Знакомый гул доносится, -

Пойдемте, полечу,

Давайте познакомимся.


Разгоним миражи –

Узнаем, что под маскою, -

Преддверие души

Живёт врачебной ласкою!


Нельзя припасть к губам

И книгам историческим,

Пока не мил устам

Закон гигиенический.


Зубов красивый ряд –

И младшему и старшему –

Пусть верность чистых клятв

Доступна будет каждому…


И Вы пришли к врачу,

С Арбата гул доносится,

Пойдемте, полечу,

Давайте познакомимся!


Весна 2004 г.


^ Сколько искренних слов
Людям в белых халатах,

В клубе «чистых зубов» -

Чистый сердцем Айтматов.


Наших встреч белый лист

Расцветает словами,

Ты по крови киргиз,

Но стал русским зубами!


Верю я: много дней

Мне подарит Айтматов,

Свет бенгальских огней

И бельгийских закатов!


Для меня привези

Два киргизских халата;

Ты прощай, Гюльсары,

До свиданья, Айтматов!


26 апреля 2004 г.


24 ноября 1980 г.


^ Книг очень много прочитал
О самом страшном – о войне,

И всё же так и не узнал,

Быть может, то приснилось мне:

Как смог наш старый Шар стерпеть

Погибель стольких сыновей?

За упокой осталось петь,

Но мы придумали новей!

Конец безумству положить –

Вот наша миссия и цель,

Иначе нам не стоит жить,

Иначе сядет Шар на мель.


24 ноября 1980 г.


^ Письмо другу из XXI века.


Андрюша, милый детства друг!

Пройдут десятилетия

Посмотрим мы на всё вокруг

Прошедшего столетья:

Мы были верные друзья,

Вдвоём всегда мы были,

Но нам иначе же нельзя –

Героями прослыли,

Среди девчат и ребятни

Бежали по дорожке,

Не ожидая западни

Нам ставили подножки…

Любил театр и любовь,

Ярчайшую на свете

(Какой сюрприз не приготовь,

Сюрприз всегда – в билете!)

Тебе сумел я передать,

Не зря мы молодые, -

Как на раскрытую тетрадь –

Чернила голубые…

Ах, всё, не буду я писать

Тех дней воспоминанья,

Ведь могут душу разорвать

О юности сказанья.


25 ноября 1980 г.


Моей маме


На фотографию смотрю,

Смотрю и верю до конца:

Не на земле и не в раю

Наверно краше нет лица.

В те дни жестокие живёшь,

И пусть тебе так мало лет

Сталь превосходную даёшь

Для наших танковых побед.

Медаль за доблестный свой труд,

За тыл, за фронт, за страх, за честь

В те дни, когда гремит салют,

Прошу, пожалуйста, повесь.

Безукоризненнен твой путь, -

В нём дом, работа, песни, спорт.

В труде ты видишь жизни суть,

Я восхищаюсь, рад и горд!


27 ноября 1980 г.


Чуть утро – мы из дома прочь

И со двора скорее,

Хотя ты не спала всю ночь –

Средь улиц веселее.

Но что за диво: чистота

На площади и в сквере;

Да, чистота есть красота,

Её сестра, вернее.

Но это кто? Каков наглец?

Как самому не стыдно?

Стоит в грязи. Ну, удалец!

Смеётся бес ехидно.

Контраст нам сей не по нутру,

Как дёготь в бочке мёда…

Но кто подмёл сквер по утру

Впервые зá три года?

А вон, тот самый мужичок,

Что портил нам картину,

Увидел он земли клочок

В грязи наполовину…

В его душе антагонизм

Со всем, что здесь порочно,

А в нашей – только эгоизм,

Меняться надо срочно!


28 ноября 1980 г.


О Боже! Что за демон зла?

Лицо закрыто, только мгла,

С перчаток вниз стекает кровь –

Собою проклял он любовь.

В руке – стальной блестящий нож,

Как не убийца?! Ну, так кто ж?

И рядом с ним кровавый труп,

Звук слышу похоронных труб…,

Но вот бандит снимает маску,

И уж с покойником коляску

Три соучастника сего,

То есть убийства самого,

Подвозят ближе – страшно нам,

Явь, но сродни кошмарным снам.

Но, чудо! Чудо! Видим мы,

(Вот это уж, наверно, сны)

В живых остался наш мертвец!

Живой! Какой он молодец!

Не удалось тебе, подлец,

Изрезать, бедного, вконец!

Герой наш, то есть бывший труп,

Улыбкой леденящих губ…

Ах, черт возьми! Ведь я был глуп,

Как в чистом поле старый дуб.


28 ноября 1980 г.


ОБЕЛИСК


Красота твоя,

Блеск твоих очей

Снились мне тогда

Больше ста ночей.


Отчего ж теперь

Вместо белых кос

Снится холм крутой

В серебре берёз?


Не к соблазну губ,

Не к теплу ланит,

Я хочу упасть

На живой гранит.


Обелиска высь

Надо мной парит;

Я целую всех,

Кто под ним зарыт.


Никогда женой

Ты не станешь мне;

Я давно женат

На родной стране.


Говоришь в ответ:

Брак нельзя понять,

Так как наша Русь –

Нам родная мать.


Ну, а коли так,

Не ревнуй к земле;

Голова её –

Вся ещё в золе…


Перестань в сердцах

Спелый волос рвать, -

Локон этой ржи

Нам с тобой жевать.


Жаль, что ты сама

Не смогла понять,

Что Россия мне –

И жена, и мать.

30 декабря 1980 г.


^ Порой слуга, порою милый,

И вечно раб.

А. Блок


Я шёл с вечернего концерта,

Тебя увидел вдалеке…

И понял – это моя Герта, -

Пошли вдвоём гулять к реке.

Тебе признаюсь откровенно:

Вдруг что-то дрогнуло во мне,

Я знаю это достоверно,

Хотя сейчас я, как во сне…

Твоих упругих, белых, сильных, -

Твоих изысканных лекал,

И ног таких манящих, милых

Я даже в сказках не встречал.
^ Прозрачный блеск зубов и снега
Совсем меня околдовал,

Но я любил искусство бега –

Я в этом профессионал.

Надеюсь, верю всей душою,

Что сердце, что вся плоть твоя

Полны любви, полны лишь мною –

В одной тебе вся жизнь моя.

Ты мне подарена судьбою,

Наверно, свыше был мне дан

Тот взгляд, позволенный тобою,

Твой светлый лик, твой стройный стан.


1 января 1981 г.


^ В новогоднюю ночь
вы уйдите все прочь…

У меня с Натали

в сентябре будет дочь.

Что и правда люблю,

ты поймёшь в эту ночь.

И как символ любви –

наша милая дочь.


12 января 1981 г.


^ Напишу тебе, любимая,

Как люблю тебя,

Как ты в ночь неповторимую

Обняла меня.


Как я в жизни встретить жаждал

Верность и любовь;

Кто узнал тебя однажды –

Не разлюбит вновь.


Для меня почти печальным

Был последний год,

Всё же, мы январь встречаем

Без лихих невзгод.


К нам Снегурочка примчится

Под конец зимы;

И могло же так случиться –

Повстречались мы.


Был я прежде ниже ростом,

На тебя смотрел,

Думал, не заметишь просто,

И мечтать не смел.


Изменился, стал взрослее,

Кольца на перстах,

И, как в детстве, я жалею

Разных ^ Божьих птах…


Позволяю очень много,

Что и сам не рад,

Как мне не упасть с отрога,

Отойти назад?


Но с тобой намного кротче,

Усмиряю пыл,

Не расскажут эти очи,

Что с другими был.


Написал стихи, родная,

Как люблю тебя.

Наша ночь одна такая,

Где ты, ночь моя?


1 февраля 1981 г.


Прости меня, мой незнакомый друг,

Поверишь ли, мне сердце говорило:

Спеши к нему, не опоздать бы вдруг, -

Влекла к тебе осознанная сила.


Я ощутил пожатье наших рук…

Стою один, передо мной могила,

И чувство стона бесконечных мук,

То чувство, что нам песни подарило.


С тобой поём, твоё поём, одной мечтой,

Пусть этот бой в старинной бронзе отдаётся,

Но низкий задушевный голос твой

От стен «Таганки» до Версаля пронесётся.


Последнего дыханья, сердца стук,

И музыка во времени застыла…

До встречи буду помнить её звук,

Мелодию, что многое открыла.


6 февраля 1981 г.


Как это чувство вам мне передать!

Да так сказать, чтоб было всем доступно,

Его не так-то просто вызывать,

Ну, а забыть – тем более преступно.


Преступно, примирившись с палачом,

Бездумно утопаем в наслажденьях,

Но женщины здесь вовсе не причём, -

Мы с ними в очень разных положеньях.


Март 1981 г.


^ Что за долгая ночь –
нескончаемый день;

На предметах теперь –

– твой рельеф, твоя тень.


19 марта 1981 г.


Я в чёрную точку верю –

Быть может, вдали это ты.

Меж нами пространство мерю,

Шагами влюблённой мечты.


19 марта 1981 г.


Девочка родная,

Влюбилась не тая,

В принципе не зная

Ни капли про меня.


Верила напрасно, -

В мифических подруг…

Всё-таки прекрасно

Касанье наших рук!


29 марта 1981 г. Сочи


Жду поворота влево,

Где центробежная сила

Сдвинет больное тело

К телу, которое мило.


23 мая 1981 г.


Необычно, немного тревожно –

Покидаем мы школьный порог,

Что остаться совсем невозможно,

Говорит нам последний звонок.


Всё про школу родную известно,

Но, конечно, сюда от тоски

Заглянуть это так интересно,

Помечтать возле чёрной доски.


И учитель, с которым мы вместе

Провели столько трудных часов,

Станет слушать хорошие вести,

Что расскажем под гул голосов.

Что остаться совсем невозможно,

Говорил нам последний звонок,

Необычно, немного тревожно,

Покидали мы школьный порог…


10 октября 1981 г.


С.Е.
^ Ты мило, сладкозвучно пел
Печалью, взятою от Бога;
Пока возможность петь имел –
Ни слова, о друг мой, ни вздоха.


14 октября 1981 г. Покров


^ Прошедших страшных войн
Руси солдаты

Способны были

на большие чудеса…

Горят святым огнём

святые даты,

И в скорби нашей

умолкают голоса.

А под Москвою снег

кристально-белый,

Какими синими

бывают небеса!

От дыма снег тогда

немного серый,

На елях он

напомнил в море паруса…

Наполнил их сам Бог

восточным ветром,

На запад русская

надвинулась земля,

Пошёл солдат вперёд,

и с каждым метром

Зимой ужасной

расцветали тополя!


14 октября 1981 г. Покров


В старом ГУМе шёл дождь через крышу,

С мамой мы уходили в метро,

Маму милую с радостью вижу

В новой шляпке и с новым пальто.


22 ноября 1981 г.


^ КОНЦЕРТ В ТЕАТРЕ ЭСТРАДЫ


Алле Пугачёвой

^ Ноябрьский день, слегка темнело…
В замосквореченской пивной

Душа концерта захотела,

И, может быть, тому виной

Сознанье, то что рядом, вскоре

Певица всех последних лет

С большой душой, душой, как море,

Прольёт свой яркий, тёплый свет.

Уже я слышу крики: «Алла!» -

И вижу женщину в окне…

Она для нас прекрасней стала

Воспоминаний о весне.


***


Бывал на модных я концертах,

(Из вас не многих там видал)

Сейчас почти что в ста процентах

Тех, кто билета не достал!


5 декабря 1981 г.


Когда!? Когда Вы замолчите!?

Как я устал от этих сцен!

Ни слова мне не говорите,

Я – тренированный спортсмен,

С довольно крепкой силой воли,

Почти до слёз был доведён;

Найдутся новые «герои» –

Верните мне мой медальон.

Сегодня ночью уезжаю

Лечиться в милый Кисловодск!

И Вы со мной? Я не желаю!

(Езжайте лучше в Красноводск.)

Представьте, кáк там, не тоскуя,
^ Здоровый от нарзанных ванн…
В прозрачной рифме опишу я

Какой-нибудь горянки стан.


5 декабря 1981 г.


Наверно, Вам семнадцать,

А может, сорок мне?

От этой амплитуды

Нам веселей вдвойне.


А в чем-то Вам семнадцать,

И в чем-то сорок мне, -

Поэтому мы вместе

На утренней заре.


29 декабря 1981 г.


Но что я сам всё о себе,

Спросите обо мне немного, -

Я расскажу Вам, как в мольбе,

Всё расскажу, как перед Богом.

Наверно, сильно занят был

Днём смерти милого поэта,

Что нашу встречу позабыл,

Простите Вы меня за это.

Да, эти даты так близки,

Наверно это символично;

Мы умираем от тоски,

У нас троих всё так трагично.


2 января 1982 г.


Я тебя сейчас накрою

Пеленой из поцелуев;

Дивной свежею порою

В первый раз люблю такую!


Нежность эта неподдельна, -

Сердце, лаской обливаясь,

Полюбило беспредельно,

Сладкой мукой исцеляясь.


Если же не будешь рядом,

Очень сильно захочу я

Целовать твои наряды,

Ревностью себя линчуя.


Но вернёшься, и ,как в сказке,

Я приму твои рассказы,

Лишь бы синенькие глазки

Понимали эти фразы –


Я опять тебя накрою,

Обниму и поцелую,

Дивной свежею порою

Счастлив я любить такую!


9 января 1982 г.


Через кружку ячменного пива

Я увидел всё в розовом цвете, –

Что кусочками русского мыла

Моют руки французские дети…


27 января 1982 г.


Любовь (ну вот и слава Богу –

В конец строки не попадёт!)

Моя любовь к России, к Блоку…

В Замоскворечье приведёт.


30 января 1982 г.


Мягко и грустно

Звучит итальянская песня;

Больно и горько

За то, что истрачено время.

Символ несчастий –

Потерянный мной красный перстень;

Трудно мне сбросить

Безделья тяжёлое бремя.


2 февраля 1982 г. День рождения мамы.


^ 3-й ТОМ СЕРГЕЯ ЕСЕНИНА


Смычком по сердцу, не по скрипке,

Когда найду в глуби листов,

Тебя, застывшего в улыбке,

Среди цветов твоих стихов.

^ И обречён ты на бессмертье,

Твои стихи мы будем петь,

Чтобы твоё степное пенье

Сумело в бронзе прозвенеть!


2 февраля 1982 г.


Вас – женщин красивых

И милых, и юных

Мечтаем поздравить

Мы в март этот чудный!


Всех вас поздравляем

За то, что прекрасны,

За то, что вы с нами,

Но нам неподвластны.


Вновь птицы запели,

Так смейтесь и плачьте –

Вы стали весною

Добрее и мягче…


А ваши улыбки

Всей жизни дороже,

Мы любим красивых,

Но больше хороших!


Так знайте, родные,

В чём сила вся ваша:

Лишь в слабости женской

И в слабости нашей.


Позвольте поздравить

В март этот чудный –

Всех девушек милых –

И мудрых, и юных!


4 февраля 1982 г.


^ 2-ой том С. Есенина


Спроси меня – охотно расскажу,

Что я ещё совсем, совсем мальчишка,

И что ничем я так не дорожу,

Как этой вот имажинистской книжкой;


Её я открываю не всегда,

Когда я не готов, я не читаю;

Ах, эти голубень и синева!

Ах, годы те, о них всю жизнь мечтаю!


14 марта 1982 г.


Из рассказа ветерана морской пехоты


Я помню и бомбы, и стоны,

Как шли мы в огонь с корабля –

За наши морские просторы,

За русские наши поля.


Глотали и чёрную воду,

И горький, простреленный дым,

Покрыли морскую пехоту

Безбрежным геройством своим.


5 апреля 1982 г.


^ И не много, и не мало –
двадцать два,

Позади, за этой цифрой –

города.

В Украине и в России –

сотни вёрст;

Ты судьбу свою, Андрюша,

к нам принёс.

В ней и детство, в ней и юность,

как у всех,

Пусть не очень много было

крупных вех:

Школа, армия, а нынче

с нами тут –

И Москва, и Медицинский

институт…

День рожденья в этих стенах

в первый раз,

Через год здесь соберёмся,

в тот же час!

Через два, через четыре,

но не пять…

Как сегодня, с днём рожденья

поздравлять.


9 мая 1982 г.


СВЕРСТНИКАМ


Век, что вам прожить дано,

Мною дважды прожит,

Безразлично, всё равно

То, что вас тревожит.


Я сказал не ради фраз,

Мне ужасно страшно:

В стиле «ретро» лёгкий джаз –

Реквием вчерашний.


Символ женской красоты –

Символ нашей жизни –

Наконец признали мы

На вчерашней тризне.


То, что в жизни всем дано,

Я уж дважды прожил…

Наш разгул через окно

Вас не потревожил?


30 мая 1982 г.


^ Лёгкая ревность вернула
Силу чуть тлеющих чувств;

Ох, как мне сердце кольнуло

Прикосновение уст.


Мне надоевшие губы

Свежестью дышат ему,

Смысл расстегнутой шубы –

Верный пролог ко всему.


Чёрные волосы прядью

Ветер бросает в лицо…

Я назову её…,

Сняв золотое кольцо.


Но изменившие губы

Ей не поставлю в вину;

Из-за расстегнутой шубы

Я ничего не пойму.


11 июня 1982 г.


^ В МОСКОВСКОЙ КВАРТИРЕ

Здесь сочинитель ХХ века

Поэтам начала XX века

Пишет стихи про любовь человека,

Он пишет в уме и читает с разбега.


Буква за буквой – про то, как он любит,

И строчка за строчкой – как он умирает,

Вряд ли стихи эти кто-нибудь купит;

Страницы–дровишки – костёр догорает.


Свежестью жизни огня не раздуешь –

В бессонные ночи уж выпито много,

Зря ты, как прежде, с ним нежно воркуешь,

В те дни, что минули, закрыта дорога.


15 сентября 1982 г. Крым.


^ В ялтинском порту
Яхта вся в огнях.

Платье на ветру,

Шея в жемчугах!


Мне обидно, но

На своей Руси

Не смотрел давно

Я такой красы.


Как идёт она, -

Видно много сил,

В жемчугах видна

Даль заморских вилл…


Зря она горда,

Что её краса? -

Я люблю, когда

За спиной коса!


19 сентября 1982 г.


^ Я не хочу сейчас уйти из жизни
с печальной вестью.

Сумейте на моей прощальной тризне

исполнить песню.


Но вспомним, что и мы в бою когда-то

умели плакать,

Про то, как наши лучшие ребята

не могут драпать.


Боялся я всегда одной лишь вещи –

бесцельной жизни.

Так пусть же голос ваш раздастся резче

на этой тризне.


Я, значит, смерть встречаю не напрасно –

венец примерил.

А наша жизнь была всегда прекрасна –

я в это верил.


Желаю, чтобы дружба вас согрела,

как это должно.

Завет мой вам: деритесь очень смело,

как только можно.


2 ноября 1982 г.


Ты не машешь рукой,

Но кричишь мне: «До встречи!»

И плывут над водой

Загорелые плечи.


Черноморский курорт,

Колорит его пляжей

Не захватишь на борт

Сувенирной поклажей.


Ярко-жёлтый песок

Пусть полоской белеет,

Шоколад твоих ног

Он уже не согреет…


4 ноября 1982 г.


Вечер к прощанью зовёт,

Словно пришёл за тобой,

Тонкой струною поёт

Голос прекрасный такой.


Как отпереть нам замок

К душам безмолвным подруг;

Может быть слишком высок

Слов моих дрогнувший звук…


Струн, что загадки таят,

Нет, не порвать нам оков –

В них резонансом звучат

Песни из наших стихов.


ноябрь 1982 г.


Я клятву дал людей лечить,

Но разрываюсь в направленьях:

Бежать, писать, урок учить,

Или пропасть в своих сомненьях?


Мне грех измены не отмыть,

И справедливо был наказан –

Я мог поэтом и не быть,

Но протезистом стать обязан!


22 ноября 1982 г.


Я не стану взрослей;

Я уж пожил довольно,

Но хочу пару дней,

Только самых спокойных.


А кого-то обнять

Мне, поверьте, не в радость;

Я успел потерять

Ювенильную сладость.


23 ноября 1982 г.


Вот и время пришло

Нам в окопах зарыться.

Ворон, это грешно

Над своими кружиться!


Ты же десять веков

Над Россией скорбящей,

Словно призрак врагов,

В неизбежность летящий!


Над крестами паришь –

Чёрный крест над землёю,

Ты нам гибель сулишь

И ведёшь за собою.


Что за дьявольский сброд,

Что кричишь необычно?

Может русский народ

Был обманут привычно?


Или старых крестов

Ты не видишь в долине?

И Великих Постов

Нет у русских отныне?


Но февральский мороз

Нас хранит, я же верю.

Всемогущий Христос,

Заступись за Расею!


9 декабря 1982г.


^ ОТРЫВОК ИЗ СКАЗКИ БЕЗ НАЧАЛА И КОНЦА

^ Жизнь повёл бы я тогда
удалую –

Водку пил бы да с Царём

на Кукуе1,

И держал бы я к Петру

речь такую:

Жизнь тебе свою отдам

молодую, -

Только ты меня возьми

Русь тревожить,

Ведь по-старому она

жить не может!

Мысль о мощи боевой

сердце гложет,

Нам снимать колокола –

Бог поможет.

Крепость эту на крови

да замесим,

Прочь с дороги – не мешать,

всех повесим!

Надо строить корабли,

ставить форты;

Нам отрадно с пушек бить

турок в морды.

Так скорее на Урал

лить железо,

Видишь, шведы не к добру

в Польшу лезут.

И в Воронеж: нужен флот,

каждый скажет,

Не умеешь мастерить –

Царь покажет!

А с дворянством разговор,

ох, короткий:

За Европою тянись –

брей бородки!


30 января 1983 г.


Чувств не выразить словами;

Мне понравилась актриса,

В том, что будет между нами

Я не мыслил компромисса.


Вот и взял её на волю –

Пусть резвится, пусть играет,

Нам с тобой, на нашу долю

В мире счастье излучает.


Ты представь: под облаками –

Наша русская долина,

Скошен луг, и меж стогами

В танце реет балерина!..


Если нам с тобой подумать –

Мы поймём её мотивы:

Танец можно перепутать

С новым стеблем гибкой ивы…


11 апреля 1983 г.


Злыми, бесконечными словами

Думал, что верну себе покой.

Нет, я не виновен перед Вами,

Это Вы виновны предо мной.


Вы невероятно охладили

Чувства и желанья, и любовь.

Вспомните, что даже не спросили,

Как попала на листочки кровь?


Да, конечно, не писал я кровью,

Не текла она с моих бровей,

Даже пресловутое I love you

Никогда не вывел бы я ей.


Выплеснув багряные чернила

На стихи, что дал тогда читать…

Просто захотел, чтоб ты спросила,

Как могу тебя я так пугать?


4 июня 1983 г.


^ Чувства живы, в наших жилах
Кровь по-прежнему струится;

Сколько раз с тобой прощались,

Не сумели распроститься!

Много дней тебя не видел,

Вдруг, тобой приговорённый,

Я целую эти руки,

Будто сызнова влюблённый!

Время всё за нас решило:

Мы не будем расставаться,

Это значит мне с тобою

Нужно снова повстречаться!


14 июля 1983 г.


Больного сердца не исправить,

В нём боль уже не утаить:

Я не могу тебя заставить

В любви признанья говорить.


Сними, родная, это бремя,

Скажи мне, как тебя любить?

Скажи, как в сказочное время

Мне наши будни обратить!


1983 г.


Люблю за стихи и за песни,

Люблю за слова и за голос,

Но всё же, еще интересней

Ручьями спадающий волос.

Мне этого золота искры

Упали в дрожащие руки,

И чувства разбитого брызги,

И сердце ушедшей подруги.


1984 г.


^ Ты жена, подруга, дочка Здесь, реально – лишь за стенкой,
Два зелёных огонёчка

В белом, с голубым оттенком.


29 августа 1984 г.


Не ревнуй меня к знакомым;

Не дойти мне до других, -

Я к тебе давно прикован

Кандалами чувств своих.


Не хвали, я не достоин

Самой худшей из похвал,

Стал больным, тобой я болен,

Бог тобою наказал…


Но не будем помнить злое

И забудем навсегда

Этот дом и наше горе,

Всё, что я сказал тогда.


Расстаёмся с паранджами;

Но не лица и не плоть –

Душу нашу обнажаем,

Чтобы сердце расколоть.


29 августа 1984 г.


Моё душевное ненастье,

Погоду чувств моих верни;

Я знаю, что любовь – несчастье,

Когда любимая вдали.


Мне трудно, может быть, признаться,

Но я не в силах оторвать

Твой образ с книг и иллюстраций –

За ним мне букв не разобрать.


Не хватит мне твоих касаний,

Ни губ, ни глаз, среди разлук,

В последнем ритме содроганий

Ловлю пожатье наших рук.


Мне мало, чтобы мы любили,

Хранили верность и во сне,

Всю жизнь с тобою вместе жили –

Хочу, чтоб ты жила во мне!


^ 10 июня 1985 г.


Солнце встанет за рекою
И тебя заденет краем,

Пронесётся над Москвою

И умрёт под Монреалем.


Ты проснуться чуть успела,

Но грустить не позабыла

И в ту сторону смотрела,

Вдаль, где солнце заходило…


Но зачем же мне сказала?

Слышишь, сердце как заныло;

Ты его не забывала

И сегодня не забыла.

^ Не порвать в лихой печали
Чувства, как с магнитной ленты

Мы стираем, чтоб звучали

Только лучшие поэты!


Невозможно – я и время

Надпись с сердца не смываем,

Неужели тех мгновений

Ныне лучше не бывает?


Неужели та улыбка

Так сильней любви и жизни,

Той, которую так пылко

Я хочу, чтоб мы прожили.


Над Кутузовским проспектом

Солнце краски разбирает,

Над «Речным» и Моссоветом

В волосах твоих играет.


13 июля 1985 г.


^ В мокрый песок ты
Нежно наступишь,

Счастье какое:

Ты меня любишь!


Верю? Не знаю,

Но не осудишь,

Песня какая:

Ты уже любишь!


С влажным песком ты

В губы целуешь,

Но, дорогая,

Ты не разлюбишь?


Смелой рукой

Губ не остудишь,

Верность какая:

Ты не забудешь.


Листья в июле

Рано желтеют,

Будто бы с нами

Чем-то болеют.


12 сентября 1985 г.


Лето плачет тёплыми слезами,

Осень будет плакать холодней,

Ты целуешь влажными губами

Эти слёзы на руке моей.


Зеркалом асфальт огни качает,

Их потоки к вечеру сильней;

Это нас Москва уже встречает

Ласковой толпою москвичей!


1985-86 гг.


И, наконец,

и так случайно

Любовь разбилась

и зазвенела.

Осколки эти

нам режут души,

Но эту боль

мы примем вместе.


3 июля 1986 г.


Когда любимая умрёт,

Я завещаю вам, друзья,

Пускай ко мне она придёт –

Её кладите на меня.

И через несколько веков,

В единой мысли устремясь,

В высокой сини облаков

Мы восстановим нашу связь.


Моё слияние с тобой

Листвой зелёной прошумим,

В прохладный северный прибой

Твой каждый листик – нам двоим!

Когда пойду во тьму земли,

Я умоляю вас, друзья,

Там, где хоронят корабли

Не хороните вы меня.


26 сентября 1986 г.


Милая, до скорой встречи,

С низким солнцем расстаёмся.

Милая, прекрасный вечер,

Мы вернёмся, мы вернёмся!

Сердце с сердцем

Сильно, сильно

Так схлестнутся,

Так схлестнутся,

Взгляд со взглядом -

Зелень с синью

В воздухе пересекутся.

Нежно, нежно,

Остро, остро

Скрипки, скрипки,

Пощадите.

Годы, годы,

Странный возраст,

Слёзы, губы не мочите.

Милая, до скорой встречи,

Чёрной ночью расстаёмся.

Милая, ужасный вечер,

Мы проснёмся, мы проснёмся!


Февраль 1987 г.


Чем глубже корни у берёз,

Тем крепче дерево стоит;

Я не могу смотреть без слёз,

Как разрушается гранит.


Чем глубже корни у людей,

Тем монолитнее народ;

История страны моей

Твердыни нынешней оплот!


Не будем больше жить в тоске,

Вернём названья городам,

Вернём названия в Москве

Всем историческим местам.


Не надо лозунгов писать;

Здесь наши предки пали ниц…

Какое счастье жизнь отдать

За тихий сон родных гробниц.


Зачем разрушены дворцы,

Усадьбы и монастыри…

За что расстреляны отцы –

Герои и богатыри?..
еще рефераты
Еще работы по разное
© РОНЛ.орг 2000-2026 По всем вопросам обращаться на эту почту: admin@ronl.org